Напротив сидела Омогг, дракмарийская диктаторша, известная своим богатством. Ее отполированная до блеска бледно-сизая чешуя сияла, а зеленые облака метана под шлемом скрывали рыло и хищные клыки. Слева от нее сидел готальский посол, которого Хэн видел накануне,- существо с серыми кожей и бородой. Готал играл вслепую, полагаясь на сенсорный рог, которым прощупывал эмоции противников, стараясь читать мысли.
Хэн никогда не играл в сэбэкк в такой компании. По сути дела, он не играл в сэбэкк уже много лет и теперь так обливался потом, что мундир промок насквозь. Они играли в ту разновидность пришедшей из глубины тысячелетий игры, которую называли "форсированный сэбэкк". В обычном сэбэкке кости или какой-либо генератор случайных чисел периодически меняют цену карт, придавая древней игре особый азарт. Но по правилам форсированного сэбэкка никакого генератора не использовалось, вместо этого случайность обеспечивали сами игроки. Вытянув первую карту,.игрок объявлял, какой будет следующая масть: светлой или темной. Кто угадывал самую сильную светлую или темную масть, выигрывал, но только при условии, что сумма очков у его сторонников оказалась больше. Например, если бы Хэн захотел поставить на темную карту, а остальные - на светлую, он неизбежно проиграл бы. Хэн посмотрел в свои карты и разложил по порядку - два "Меча", "Злодей" и "Идиот". Все вместе - очень слабо в темном наборе и вряд ли выиграет. Хэн выиграл несколько сдач в светлой масти и, хотя не верил в предрассудки, чувствовал, что не время разыгрывать темную. Однако выбора не было.
- Принимаю вашу ставку, - шепнул готал, не открывая окаймленных красным глаз,- и повышаю ее на сорок миллионов кредитов.
Стоявший позади Хэна Чубакка заскулил, и Трипио наклонился и шепнул на ухо:
- Посмею напомнить, сэр, что шансы выиграть восемь раз подряд составляют один против шестидесяти пяти тысяч пятисот тридцати шести.
Не следовало этого говорить вслух, но Хэн закончил за него:
- А при моей карте и того меньше". Принимаю,- и поставил на кон векселя на разработку минералов в одной из звездных систем, название которой мог произнести разве что Колуми.- Повышаю еще на восемь миллионов.- Он вытащил пакет акций на изрядную долю Кессельских космических рудников.
Нервозность Хэна, должно быть, оглушила готала, потому что он вдруг прикрыл ладонью свой левый рог.
Все видели: готал заметил отчаяние Хэна - и, не раздумывая, приняли ставку.
- Кто-нибудь хочет начать игру? - спросил Хэн в надежде, что игроки подождут следующей сдачи.
- Я играю, - сказал готал.
Сидящие за столом открыли карты. Готал назначил темную масть, но его карта оказалась слабее, чем у Хэна. Двое других играли светлую и в принципе могли бы выиграть. Все ждали, когда дройд-крупье, болтавшийся у потолка над столом, раздаст последние карты.
Наверху заскрипели механизмы - это руки древнего крупье перемещались к Колуми. Тот взял карты. Тепло его тела активизировало микроцепи карт, так что проявилось их значение. Сердце Хэна замерло: "Хозяин Монет", "Хозяин Бутылок", "Королева Воздуха и Тьмы". Двадцать два очка до максимальной суммы. Хэн лишь надеялся, что совокупная сила темной масти окажется больше.
Крупье сдал последние карты дракмарийке. От ее прикосновения расцвела картинка "Рыцаря Джедая" и "Расслабление" вверх ногами. То, что "Расслабление" оказалось вверх ногами, переменило сдачу дракмарийки - ее очки присовокупились к темной масти Хэна и готала. Сердце Хэна упало. Это могло испортить игру. Но по правилам дракмарийка имела право одну карту заменить. Она сбросила перевернутое "Расслабление", оставив себе всего шестнадцать очков светлой масти.
Механическая рука переместилась к готалу и бросила ему семерку "Планок". Это была самая слабая карта, но она усиливала темную масть. Готал оставил "Королеву Воздуха и Тьмы", "Баланс" и "Смерть". У него осталось минус девятнадцать. Хэн ощутил прилив радости, поняв, что темная масть может выиграть. Готал, видимо, почувствовал эту радость, но не понял ее причины. Он решил, что Хэн рассчитывает выиграть сам, и, ревниво взглянув на Хэна, сбросил семерку "Планок". Поскольку темная масть теперь опустилась ниже минус двадцати трех, она объявлялась банкротом. Это означало, что она автоматически проигрывает - если только Хэн не наберет двадцать три очка, неважно, положительных или отрицательных.
Хэн снова уставился в карты. Один "Идиот" не стоил ничего, два "Меча" - по два очка, и "Злодей" - минус пятнадцать. Лучший шанс выиграть - набрать строй "Идиотов". Оставить "Идиота", два "Меча" и получить еще три очка в любом наборе - будет ровно двадцать три. Он оценивал свои шансы как довольно слабые, примерно один к пятнадцати, но это был единственный вариант.
Механические руки, громко заскрипев, переместились к Хэну. Металлические пальцы взяли верхнюю карту и бросили на стол. Хэн, поколебавшись, коснулся ее. Под пальцами расцвело второе "Терпение" - минус восемь очков. Хэн не верил своим глазам. Минус двадцать три - чистый сэбэкк!
- Вы выиграли! - крикнул Трипио. Готальский посол, рухнув, вдруг издал какие-то лающие звуки, которые Хэн принял за рыдания.
Колуми своими черными глазами холодно взирал на Хэна.
- Поздравляю, генерал Соло, - произнес он сдавленным голосом.- Очень жаль, но игра стала мне не по карману.
Включились двигатели его антиграва, и адвокат начал выруливать из комнаты, стараясь не задеть головой стены.
Готальский посол встал и скрылся во мраке подземного мира.
- Т-ты з-з-здоров-в-во раз-з-због-г-гат-т-тел-л-л, ч-ч-че-лов-в-век-к-к, - прошипела дракмарийская диктаторша через динамик своего шлема. Она положила на стол две огромные лапы, поцарапав когтями почерневший от времени металл.- С-с-слиш-ш-шком раз-з-због-г-гат-т-тел-л-л. Т-т-ты мож-ж-жеш-ш-шь не выж-ж-жит-т-ть в эт-т-том м-м-мирр-ре.
- Я постараюсь,- сказал Хэн, похлопав рукой по висевшему у бедра бластеру и глядя в шлем диктаторше.
Он различил темные глаза, поблескивающие, как мокрые камни, сквозь зеленые облака газа. Хэн сложил деньги, сертификаты акций и векселя в одну огромную кучу. Более миллиарда двухсот миллионов. Больше, чем он когда-либо мог мечтать. Но недостаточно.
Дракмарийка перегнулась через стол.
- П-п-пос-с-стой-й-й, - прошипела она. - С-с-сыг-г-граем ещ-щ-ще.
Хэн старался выглядеть спокойным. Во рту пересохло, но, облизнув губы, он опрокинул в себя большую кружку кореллианского пряного эля и предложил:
- На все?
Дракмарийка согласилась, и идущие к шлему метановые трубки задрожали. Изо всех противников, с которыми Хэн играл, только она могла владеть тем, что ему было нужно. Одним из Миров. За все лежавшие на столе деньги Омогг могла предложить не меньше, чем пригодный к проживанию мир.
Она пошепталась с дройдом-телохранителем, скрывавшимся в темноте у нее за спиной. Тот, на всякий случай направив на Хэна оружие, распахнул сейф у себя на животе. Дракмарийка вынула голокубик и сказала:
- Эт-т-то х-х-хранилос-с-сь в наш-ш-шей с-с-семье мн-н-ного п-п-пок-к-кол-л-лений-й-й. Эт-т-то с-е-стоит-т-т д-д-два м-м-миллиар-р-рда ч-ч-чет-т-тыр-р-рес-с-с-та м-м-м-ил-л-лион-н-нов-в-в. П-п-полов-в-вин-н-ну я т-т-теб-б-бе п-п-прод-д-даю. Ес-с-сли в-в-выигр-р-раеш-ш-шь с-с-следующ-щ-щую иг-г-гр-р-ру, т-т-то з-з-завв-в-влад-д-дееш-ш-шь п-п-план-н-нет-т-той-й-й. Ес-с-сли й-й-я в-в-выиг-г-граю, т-т-то и п-п-план-н-н-е-та, и д-д-деньг-г-ги м-м-мои.
Она щелкнула кнопкой на кубике, и в воздухе появилось изображение планеты. Класс М, азотно-кислородная атмосфера. Три материка в обширном океане. Стаи двуногих зверей, присевших пощипать траву на бескрайней пурпурной равнине. Синеватое солнце над тропическими джунглями, блестящие птицы над океаном, подобным разлитому на голубом кафеле цветному стеклу. Превосходно.
Хэн снова взмок.
- Как она называется?
- Д-д-дат-т-томир-р-р,- выдохнула дракмарийка.
- Датомир,- повторил Хэн зачарованно. Чубакка предупреждающе зарычал, положив ему на плечо лапу, умоляя соблюдать осторожность.
Трипио придвинулся ближе. Сквозь облака дыма донесся его встревоженный голос:
- Смею напомнить, сэр, что вероятность сто тридцать одна тысяча семьдесят два к одному против того, что вы возьмете девять игр подряд..
…Раздался стук в дверь. В кабинет вошел Хэн Соло. Он был весь в поту, растрепан, измят, от него несло дымом, но Хэн широко улыбался. Его покрасневшие глаза излучали счастье. В руке он держал завернутый в золотистую фольгу ларчик.
- Слушай, Хэн, если ты пришел извиниться, я тебя прощаю. Однако у меня совершенно нет времени. Через несколько минут назначена встреча с принцем Изольдером, со мной хочет поговорить какой-то браблский шпион…
- Открой,- сказал Хэн, сунув ей в руки ларец.- Открой его.
- Что это?
Ларчик оказался завернут не в золотистую, а в золотую фольгу.
- Это твое,- сказал Хэн.
Лея развязала ленточки и развернула фольгу. Под ней был чип памяти, на каких когда-то делали голозаписи. Принцесса нажала кнопку и увидела, как в воздухе перед ней материализуется планета и возникают пейзажи: сияющие розовые облака на границе ночи и дня, кружащиеся над океаном грозовые тучи. Вдали виднелось четыре крохотные луны.
Она рассматривала покрытые живой зеленью континенты, бескрайние пурпурные саванны и маленькие ледяные шапки на полюсах.
- О, Хэн! - наконец воскликнула Лея. Ее дыхание участилось от волнения, а все лицо словно осветилось.- Как это называется?
- Датомир.
- Датомир? - Она нахмурилась, вспоминая. - Я уже слышала это название. Где это? - Лея вдруг приняла деловой тон.
- В Дракмарской системе. Я выиграл Датомир у диктаторши Омогг.
Лея посмотрела на голограмму. Увидев огромное стадо рептилий, пасущихся на равнине, она уверенно заявила:
- Ты ошибаешься. Здесь всего одно солнце. Принцесса включила компьютер, подключенный к корускантской компьютерной сети, и запросила координаты Датомира. Потребовалось перерыть огромные банки данных, и пришлось ждать около минуты, прежде чем координаты появились на экране. Лея глянула на Хэна. Безумная радость на лице у Соло сменилась растерянностью.
- Не может быть! - воскликнул он.- Это же сектор Куэлии, территория Цзинджа!
Лея грустно улыбнулась и, как мальчику, потеребила волосы Хэна.
- О, мой милый неотесанный пастушок! Я знала, это слишком прекрасно, чтобы быть правдой. И все же это было мило с твоей стороны. Ты очень добр ко мне!
Она поцеловала его в щеку.
Хэн, потрясенный, отшатнулся.
- Как же так… сектор Куэлии?
- Иди домой и поспи, - сказала Лея, думая уже о другом.- Следовало бы знать, что с дракмарийцами лучше не играть в карты.
Она проводила его к выходу.
За дверью Хэн остановился, протирая глаза, чтобы проснуться, но не переставая думать. Он взглянул на вздымающиеся вокруг дома. Солнечный свет еле доходил сюда, словно за навесом джунглей.
Он представлял, что Лея полюбит предложенный им новый мир, представлял, как радостно она упадет в его объятия. Он рассчитывал дождаться этого момента, а тогда предложить выйти за него замуж. И вот дождался - выиграл не стоящую ломаного гроша недвижимость, и Лея погладила его по голове, как младшего братишку.
"Скорей всего, я выгляжу изрядным олухом, - подумал Хэн. - Дураком и дрянью".
Он позвенел деньгами в кармане - наверное, оставшейся суммы хватит, чтобы выкупить "Сокол". К счастью, Чубакка предусмотрительно вычел эти деньги из ставки. Более двух миллиардов выиграно и потеряно. Хэн чувствовал себя слишком усталым, а то бы заплакал. Едва волоча ноги, он побрел через серые корускантские улицы к своей маленькой квартирке на поверхности планеты, надеясь хотя бы отоспаться.
- Вам в самом деле не стоит ходить на эту встречу, - сказал Изольдер. - Идея о путешествии в подземный мир в одиночку мне не кажется очень удачной.
Лея терпеливо улыбнулась принцу. В конце концов, он беспокоится о ее безопасности. Правда, испытав на себе назойливую заботу его телохранительниц, принцесса уже начала подумывать, не слишком ли осторожен Изольдер.
- Все будет в порядке, - сказала она. - Я знакома с подобными типами.
- Если его сообщение так важно, почему он не сказал сразу? Почему потребовал встречи?
- Это брабл. Вы знаете, как эти хищники сходят с ума, когда думают, что за ними охотятся. Кроме того, если у него в самом деле есть сведения о дате нападения и плане сражения, мне нужно получить их до отправления на Рош. Необходимо предупредить верпаев…
Изольдер смотрел на нее ясным открытым взглядом. На принце была желтая полунакидка. Золотой пояс и широкие золотые браслеты подчеркивали бронзовый загар. Изольдер положил руки на плечи Лее, и по спине принцессы словно пробежал ток.
- Если вы настаиваете на походе в подземный мир, я пойду с вами.
Лея было запротестовала, но он приложил палец к ее губам:
- Пожалуйста, позвольте мне. Возможно, что вы правы. Возможно, ничего не случится, но, если с вами что-то произойдет, я не найду себе места.
Лея хотела ему возразить, но сдержалась. Опасность действительно существовала. Осведомители сообщали, что диктаторы на дальней стороне галактики пытаются расстроить союз Хэйпа и Новой Республики. Они не хотели, чтобы к ее кораблям присоединился мощный хэйпанский флот. Да и на самом Хэйпе, по словам Изольдера, были противники их брака.
- Хорошо, пойдемте вместе,- сказала она. Ее восхитило, что Изольдер просил разрешения пойти с ней. Хэн бы на его месте потребовал. Она гадала, были ли манеры Изольдера врожденными, или он их приобрел, воспитываясь в матриархальном обществе, где женщинам традиционно оказывалось всяческое почтение. В любом случае он был очарователен.
Принц взял Лею за руку. В сопровождении амазонок-охранниц Изольдер и Лея вышли под мраморный портик. Стоя в ожидании парящего авто, они увидели катящего по улице в своем кресле старого Трекина Хорма. Широкие улицы были в этот час пустынны. Поблизости лишь прогуливалась парочка иши-тибов, да старый дройд красил фонари. Трекин небрежно поздоровался, словно случайно проходил мимо, но не собирался так просто уходить, а остановил свое кресло тоже дожидаться авто.
- Я слышал, там, наверху, прекрасный денек, - сказал он, кивая в сторону небоскребов, где в вышине, освещенные косыми лучами солнца, парили машины.- Я уж чуть было не отправился позагорать. Чуть было.
Изольдер нежно сжал Леин локоть. Девушке вдруг захотелось, чтобы Трекин исчез. Она взглянула на Изольдера - принц улыбнулся, словно разделив ее мысли.
- А вот и машина! - воскликнул Трекин. Черное авто снизилось над улицей, замедлило ход и подлетело поближе к портику. Затемненное стекло в пассажирском салоне разлетелось, и оттуда высунулся ствол бластера.
- Ложись! - Одна из охранниц бросилась к Лее, прикрывая ее. Воздух распорола красная вспышка залпа. Заряд угодил охраннице в грудь, приподнял и опрокинул навзничь. В воздухе мелькнули брызги крови, и Лея ощутила до отвращения знакомый запах озона и горелого мяса.
Трекин Хорм нажал стартовую кнопку кресла и, взвыв, помчался по мостовой с такой скоростью, словно участвовал в автогонках.
Изольдер толкнул Лею за одну из толстых колонн портика и в мгновение ока расстегнул свой пояс. Часть пояса - маленький золотой щиток - оказался у него в левой руке, в правой появился небольшой бластер. Лея услышала резкое характерное жужжание. Красные молнии, никому не причинив вреда, поразили воздух перед колоннами.
Перед Изольдером распространилось еле заметное голубоватое круглое облако, белея по краям, как ореол вокруг луны в морозную ночь.
"Персональный силовой щит!" - догадалась Лея.
Она вдруг заметила, что оставшаяся в живых амазонка-охранница спряталась за щитом и через комлинк вызывала помощь.
Молния из бластера прожужжала над головой принцессы, вонзившись в мрамор портика. Лея обернулась. Дройд, до этого мирно красивший на углу фонари, целился теперь из бластера.
- Астарта! Займись дройдом! - крикнул Изольдер уцелевшей охраннице.
Щит принца не мог прикрыть от перекрестного огня. Колонны тоже не спасали. Лея бросилась к убитой амазонке за бластером и выстрелила два раза подряд. Дройд спрятался за фонарем. Только теперь Лея разглядела его неестественно выпрямленный корпус, конусообразную голову и длинные ноги - дройд-ликвидатор, модель 434. Астарта присоединилась к принцессе, открыв огонь по убийце.
Тем временем парящая машина опустилась. Из нее выскочили двое, попеременно стреляя из бластеров. Лея понимала, что щит Изольдера не продержится более двух-трех секунд. Персональный силовой щит обеспечивал лишь минимальную защиту. К тому же он таил в себе другую опасность. За короткое время он так разогревался, что защищающийся, случайно прикоснувшись к нему, рисковал изжариться. Зная это, Изольдер бросился в атаку.
Еще две молнии прожужжали у самой головы принцессы. Астарта продолжала вести огонь. Лея взглянула на дройда-убийцу как раз в тот момент, когда амазонка поразила его прямо в середину туловища. В воздух взлетели куски металла, последовал мощный взрыв - это взорвался силовой блок дройда.
Принц размахивал своим щитом, как оружием, и силовое поле отбросило нападавших назад. От соприкосновения полетели голубые искры. Один из террористов вскрикнул и выронил бластер, схватившись за обожженное лицо. Изольдер поднял щит над головой и, раскрутив, бросил в другого бандита. Щит попал тому в грудь, прошел насквозь, как Огненный Меч. Изольдер направил бластер на изувеченного первым ударом щита террориста, который корчился в агонии, сжимая ладонями голову.
"Раньше это был красивый мужчина,- подумала Лея.- Очень красивый. Хэйпанец".
- Кто тебя нанял? - крикнул Изольдер.
- Лларелъ! Ремарме! - отвечал тот.
- Теба илларвен? - по-хэйпански спросил принц.
- Ат! Ремарме! - взмолился несчастный. Изольдер еще секунду целился в него, и тот что-то выкрикнул. Кусок обгорелой плоти упал на землю. Бандит потянулся к своему бластеру. Изольдер медлил. Раненый схватил оружие и, направив ствол себе в голову, нажал на спусковой крючок.
Лея отвернулась. Рядом вдруг оказалась охранница и потянула принцессу за руку:
- Внутрь! Скорее!
Изольдер подтолкнул Лею к дверям консульства. У двери была ниша, где гости вешали одежду, и Изольдер толкнул Лею туда, а сам остался прикрывать, тяжело дыша и внимательно осматривая вестибюль. Астарта держала под прицелом дверь. Как и в большинстве корускантских зданий, дверь была сделана из древнего бластплэйта. За ней можно было выдержать длительную осаду. Охранница еще раз что-то крикнула в свой комлинк.
- Кто их подослал? - переведя дух, спросила Лея.
- Он не сказал,- коротко ответил Изольдер.- Он только просил добить его.
С улицы послышались голоса. Агенты безопасности Новой Республики обыскивали площадь.
Изольдер стоял, тяжело дыша, прислушиваясь - вероятно, стараясь одновременно слушать и свою охранницу, и полицию снаружи, чтобы убедиться, что опасность миновала. Прильнув к принцу, Лея сказала:
- Спасибо. Вы меня спасли.
Ивольдер так сосредоточился на звуках вокруг, что поначалу не заметил, что она прижалась к нему. Он взял ее за подбородок и поцеловал - столь сильно и страстно, что остатки пережитого страха покинули Лею, а по телу словно прошел электрический ток. Ее подбородок дрожал, сердце неистово колотилось в груди. Время замедлило свой бег. Лея ответила поцелуем на поцелуй принца. И с каждой секундой в ней крепла мысль: "Я предаю Хэна. Я не хочу ранить Хэна".
Изольдер требовательно прошептал ей в ухо:
- Поедем со мной на Хэйп! Ты посмотришь на мир, которым будешь править!
Лея заплакала. Она понимала, что предает Хэна. Но в тот момент привязанность к нему вдруг стала бесплотной, как туман, как легкая белая мгла, а Изольдер был солнцем, опаляющим все вокруг.
Вытерев мокрое от слез лицо, Лея обвила руками шею принца и пообещала:
- Я поеду с тобой!

Глава 6

Сам не знаю, зачем я тебя позвал, - сказал Хэн, сделав Трипио рукой неопределенный жест.
Они сидели в корускантском ресторанчике. Это было поистине уютное местечко: свежий воздух, под звуки лудурианских носовых флейт вокруг медленно кружатся парочки.
Чубакка оторвал взгляд от своей кружки с ромом и зарычал. Хэн лгал, он прекрасно знал, зачем пригласил сюда Трипио.
Дройд посмотрел на обоих. Его логический блок требовал подсказки.
- Могу быть чем-либо полезным, сэр?
- Видишь ли… Последние пару дней ты был ближе к Лее, чем я,ссутулившись, хрипло проговорил Хэн.- Она со мной не очень-то счастлива… проводила время с принцем, а после утреннего происшествия их обоих так охраняют, что и взглянуть не дают. А теперь Лея оставила мне голописьмо, где говорит, что уезжает на Хэйп.
Трипио обрабатывал услышанное доли секунды, исследуя уровень за уровнем намеки и скрытый смысл.
- Понятно! - сказал он.- Дипломатические проблемы!
Программа Трипио как дройда-психолога была одной из лучших в галактике, но друзья-люди редко прибегали к его способностям, когда дело касалось их собственных сложных эмоциональных взаимоотношений. Трипио сразу понял, что Хэн возлагает на него большие надежды. Открывалась редкая возможность проявить себя.
- Вы, несомненно, правы, обратившись к дройду! Чем могу служить?
- Не знаю,- сказал Хэн.- Ты много раз видел их вместе. Я просто подумал… ты знаешь, как там у них дела. Они действительно так сблизились?
Трипио тут же вызвал видеоданные за последние три дня. Совместные ужины, совещания, где они обсуждали потенциальные трудности в переговорах между верпаями и браблами, просто прогулки, танцы на вечеринках с приближенными.
- Да, сэр, в первый день принц Изольдер сохранял дистанцию между собой и принцессой Леей в среднем пятьдесят шесть и две десятых дециметра,ответил Трипио,- но эта цифра быстро убывает. Я бы сказал, они в самом деле сблизились.
- Насколько? - спросил Хэн.
- За последние восемь стандартных часов восемьдесят шесть процентов времени они касались друг друга.- Инфракрасные оптические датчики Трипио зафиксировали легкое повышение яркости, когда кровь прилила у Хэна к лицу, и дройд поспешил извиниться: - Мне очень жаль, если эти сведения вас огорчили, сэр!
Хэн осушил стакан кореллианского рому. Это был уже второй за последние несколько минут. Трипио, рассчитав массу тела Хэна и содержание алкоголя в роме, решил, что Хэн более чем слегка пьян. Однако признаки интоксикации проявились лишь в некотором замедлении речи.
Хэн положил руку на металлическое предплечье Трипио.
- Ты хороший дройд, Трипио. Ты хороший дройд. Не много найдется дройдов, которых бы я так любил. Скажи, что бы ты делал, если бы какой-нибудь дройдский принц попытался приставать к твоей любимой дройдихе?
Датчики Трипио уловили в дыхании Хэна сильные алкогольные испарения. Он опасливо отодвинулся во избежание коррозии блоков.
- Первое, что я бы сделал,- предложил Трипио,- это оценил бы противника на предмет, что я могу дать из того, что не дает противная сторона. Любой хороший советник-дройд скажет вам то же.
- Угу,- промычал Хэн.- Так что я могу дать Лее из того, что не дает ей Изольдер?
- Давайте рассмотрим… Изольдер чрезвычайно богат, щедр, хорошо воспитан и по человеческим стандартам - внешне привлекателен… Значит, осталось определить, что можно предложить из того, чем он обделен.
Трипио несколько мгновений столь тщательно просматривал свои файлы, что его запоминающие устройства нагрелись.
- Есть! - наконец воскликнул он.- Я понял вашу проблему! Полагаю, существует категория эмоциональной привлекательности. Уверен, принцесса Лея не забудет вас только из-за того, что рядом появился мужчина лучше!
- Я люблю ее,- с чувством сказал Хэн.- Я люблю ее больше жизни! Когда она притрагивается ко мне, я чувствую… Не знаю, как это выразить…
- Вы говорили ей?
- Ты же слышал,- вздохнул Хэн,- я не знаю, как это выразить. Ты дройд-советник.- Он вновь налил себе рому и уставился на стакан. - Вот и посоветуй, что мне сказать? Знаешь стихи, песни?
- Разумеется! В моих банках данных хранятся шедевры более чем пяти миллионов культур. Вот одно из моих любимых стихотворений, из Чууктаи:
Шах рупах шантенар Шах эрах патар Тулах энтарпа
Ута, эпаррах спар таке Аррата урр тур шапаррах Ута, Ута, сахварахххх Харахх сахварауул э тута Рее тарра хах дурррр…
Хэн внимательно выслушал мягкое переливчатое рычание.
- Звучит неплохо,- признал он.- И что это значит?
Трипио перевел как можно ближе к тексту:
Когда молния обрушивается на вечерние равнины,
Я возвращаюсь в мое холодное логово
С фульской крысой в зубах.
Я чую твой сладкий запах,
Оставленный на костях твоей пастью.
Потом, потом наросты на моей голове начинают трепетать,
А мой хвост величественно раскачивается, и мой брачный вой
Начинает наполнять пустоту ночи…
Движением руки Хэн остановил его:
- Хорошо, хорошо, с фульской крысой все ясно!
- Там есть строки гораздо выразительней, - заверил его Трипио. - Это поистине бесподобная эпическая поэма, прекрасны все пятьсот тысяч строк.
- Да-да, спасибо, - удрученно сказал Хэн.
Он прислушался к разговору четверки, только что севшей за соседний столик. Трипио понял это, разгрузил свои слуховые каналы и настроился на беседу сидящих за соседним столиком, чтобы выяснить, что так заинтересовало Хэна.
Первая женщина: - О, смотри, здесь генерал Соло!
Вторая женщина: - Однако он неважно выглядит. Посмотри, какие мешки под глазами.
Первый мужчина: - Довольно неряшлив, я бы сказал.
Вторая женщина: - Удивительно, и что Лея в нем нашла!
Первая женщина: - А хэйпанский принц - он так великолепен! Здесь, на Корускан те, уже продают открытки с его голоизображением.
Второй мужчина: - Да, я купил своей сестренке.
Первый мужчина: - Что до меня, я бы подцепил одну из его телохранительниц.
Первая женщина: - Как я им завидую! На убийство готова, только чтобы день и ночь охранять такое прекрасное тело!
Вторая женщина: - А я бы предпочла стать массажисткой принца. Представляешь - целый день массировать эту горячую плоть!
Хэн злобно прошипел:
- Трипио, присмотри за Леей! Если она спросит обо мне, скажи, я по ней очень скучаю. Ладно?
Трипио занес просьбу в память.
- Как вам будет угодно, сэр,- сказал он, собираясь уходить.
Чубакка зарычал, прощаясь с новоиспеченным шпионом.
Трипио вышел на улицу и по городским ущельям направился к одному из корускантских центральных компьютеров, имеющему репутацию собирателя сплетен. Такие компьютеры с радостью делились секретами с дройдами, но никогда не выдавали их биологическим формам жизни. Потому-то Хэну и понадобился советник-дройд. Прекрасная возможность для Трипио проявить себя! Прекрасная возможность!
Трекин Хорм выглядел великолепно - длинный темный жилет, белые брюки, редеющие волосы тщательно завиты - колечки вьются вокруг ушей. Лея заметила, когда старик стоит на ногах, то не кажется таким толстым. Трекин вышел на подиум.
- Как известно присутствующим, я созвал эту сессию Альтераанского Совета, чтобы обсудить приготовления к браку принцессы Леи с принцем Изольдером, чьюмедой Хэйпа.
Все разразились аплодисментами. Занавешенное плюшевыми шторами помещение Совета вмещало до двух тысяч человек. Самих членов Совета было всего сто. Остальные места занимали любопытствующие, а в задней части зала поблескивал лес антенн металлических дройдов-журналистов. Лея сидела в первом ряду, всего в двух шагах от Трекина, Хэн занял место в конце зала. Он был в белой рубашке и куртке, как год назад, при первой встрече с принцессой. Рядом сидел Чубакка.
Лея согласилась обсудить на Совете свои планы, но не ожидала такого внимания со стороны журналистов. В последние дни она часто видела себя на голоэкранах - недавнее покушение было полностью отснято с восьми разных точек и прокручивалось по всем каналам. Агенты безопасности Новой Республики осмотрели посольство в поисках подслушивающих и подсматривающих устройств и нашли микрофоны и мини-камеры, соединенные с пятнадцатью сетями. Казалось, что больше свадеб высокопоставленных особ публика любила лишь их убийства, и свора журналистов набросилась на то и другое. Единственное утешение Лея находила в том, что следующий злоумышленник будет вынужден стрелять сквозь толпу репортеров. Что ж, придется это перетерпеть.
- Трекин Хорм, уважаемые члены Совета! - сказала она, встав с кресла.Я благодарна, что вы сюда пришли, но не кажется ли вам, что Совет созван несколько преждевременно? Я согласна, предложение хэйпанцев представляется заманчивым, однако я еще не дала окончательного согласия на брак с принцем Изольдером.
Она села на место.
- О, Лея,- со снисходительной улыбкой проговорил Трекин. - Ваш ясный ум и осторожность не раз помогали вам, но в данном случае… - Он пожал плечами. - Я видел, как вы с принцем смотрите друг на друга, к тому же вы дали согласие на шестимесячную поездку по мирам Хэйпа. Думаю, это великолепная идея! У вас будет время узнать друг друга поближе, а у королевского семейства примерить корону на вашу прелестную головку! - При жесте Трекина толпа возбужденно захихикала.- Давайте спросим у Совета, разве Лея и Изольдер - не прекрасная пара?
Большинство профессиональных политиков сохраняли угрюмое молчание, но торговцы оживленно зашушукались, а журналисты и зеваки радостно захлопали. Все это походило не на заседание Совета, а скорее напоминало карнавал.
- Нельзя планировать мою свадьбу без меня! - удивленная бестактностью Трекина, воскликнула Лея. - Мы даже еще не помолвлены! Я собираюсь на Хэйп, просто чтобы…
И тут до нее дошло. Со стороны дело выглядит именно так, как сказал Трекин. Изольдер везет ее на Хэйп, чтобы местные правители смогли присмотреться к ней, примерить на нее корону. А она собирается туда, чтобы лучше познакомиться с Изольдером. Все именно так, как сказал Трекин. Как бы она это ни отрицала, вся галактика видит, что происходит.
Лея посмотрела на Хэна. У него был жалкий вид. Она села, изо всех сил стараясь не покраснеть, поскольку понимала, что этот факт тут же будет разнесен по миру десятками информационных сетей. Лея понимала, что нужно возразить Трекину, хотя бы чтобы сохранить лицо, но в голову ничего не приходило. Впервые в жизни она не находила слов.
- Да, в самом деле, мы готовимся к свадьбе, не спрося вас,- согласился с подиума Трекин.- И не стали бы этого делать, но рассчитываем, что в конечном итоге вы заключите брак с принцем Изольдером.
- Председатель Хорм? - разнесся по залу голос Трипио.
Лея обернулась и увидела в конце зала золотистого дройда, который, приподнявшись на цыпочки, оживленно жестикулировал. - О, председатель Хорм, можно мне обратиться к Совету?
- Что? - презрительно переспросил Трекин. - Разрешить дройду обратиться к Совету?
Лея мысленно улыбнулась. Защитники прав дройдов не пропустят подобного замечания. Для политической карьеры Хорма это может оказаться первым гвоздем в крышке гроба. Принцесса воспользовалась моментом:
- Может быть, это всего лишь дройд-советник, но, по-моему, мы должны его выслушать!
Собрание выразило неохотное согласие. Дройды-журналисты в конце зала одобрительно зашумели.
- Я… Я… не вижу в этом ничего предосудительного,- маша руками, пробормотал Хорм.- Слово предоставляется… предоставляется… дройду!
Трипио, озираясь по сторонам, взошел на подиум и обратился к толпе:
- Вот что. Предлагаю Совету готовиться к Леиной свадьбе, но к свадьбе с генералом Соло!
- Что? - воскликнул Хорм. - Что за нелепица! С какой стати? Генерал Соло даже не принадлежит к царственным фамилиям! Он просто… Он…
Должно быть, Хорм уже осознал, что лучше воздержаться от резких эпитетов, и лишь с отвращением пожал плечами. В толпе поднялся ропот. Лея подумала, что не стоило позволять бедному Трипио обращаться к Совету.
- Позвольте не согласиться! - возразил дройд.- Все утро я связывался через корускантскую сеть с различными компьютерами и обнаружил, что ото всех вас ускользнули важные факты - возможно, потому, что генерал Соло сам старался их тщательно скрыть,- а именно: хотя кореллианцы около трех веков назад провозгласили Республику, но по рождению генерал Соло - кореллианский король!
Зал взорвался ревом, дройды-корреспонденты вокруг Хэна защелкали вспышками. Сквозь гул слышался гнусавый голос Трекина Хорма:
- Что? Что? Что?
Лея, потрясенная, обернулась туда, куда глядели все присутствующие. Задние ряды поднимались ярусом, и она явственно увидела, как Хэн, весь красный, старается вжаться в кресло. По выражению его лица Лея поняла: тот действительно что-то скрывал. Однако запрограммированный как дройд-советник, Трипио не мог лгать. Прикрыв глаза рукой, Хэн уставился в пол.
"Почему он ничего мне не говорил?" - подумала Лея.
На борту битского корабля "Трфффтт" Люк с интересом смотрел голограмму, удивляясь, что даже на захолустной Тууле дела сестры и Изольдера вызывают такой интерес, что сюда через гиперпространство отправили весьма недешевые видеосообщения. Что ж, Лея будила фантазии каждой женщины - окрутила невероятно богатого и прекрасного принца. А интрига с покушением еще повышала цену всей этой истории, так что теперь Люк мог видеть свою сестру, как живую, через триста световых лет.
Битский корабль по расписанию должен был через несколько секунд совершить прыжок в гиперпространство, и Люк с интересом рассматривал видеозапись. Вот голокамеры сфокусировались на Хэне. Генерал Соло, прикрыв глаза рукой, вжался в кресло. Сидящий рядом Чубакка вытаращил глаза и, оскалив зубы, изумленно ревел.
Люк улыбнулся.
"Разумеется, Хэн - король, - подумал он. - Я должен был догадаться раньше. Но почему, он это скрывал?"
Несмотря на забавные новости. Люк чувствовал тревогу. Где-то вдалеке оживало нечто чуждое, темное. Слишком многие в галактике воспротивятся союзу Леи с Изольдером. Люк ощущал силу их злобы. Ему захотелось, чтобы битские техники поскорее завершили проверку оборудования и позволили кораблю прыгнуть в гиперпространство.
- В самом деле,- продолжал свою речь Трипио с голоэкрана,- Хэн Соло - законный наследник кореллианского трона! Записи о рождениии свидетельствуют, что по отцовской линии он происходит от Беретока'е Соло, подарившего Кореллиане демократию. Можно легко проследить дальнейшую генеалогию последующих шести поколений вплоть до короля Соло, деда генерала Хэна. Король Соло женился и около шестидесяти лет назад на Дюро стал отцом. Из-за Войны Клоннеров и беспорядков его первенец никогда не вернулся домой. Сына звали Далла Соло, но, чтобы скрыть свое происхождение, он изменил имя на Далла Суул. Старшего сына Даллы звали Хэн Суул, и он вернул себе первоначальную фамилию Соло. Хэн знал о своем королевском происхождении, но по неизвестным причинам он даже вступил в сговор с кореллианцами, пытаясь скрыть родословную!
Было слышно, как толпа взревела. Трекин Хорм призвал к порядку, и рев немного улегся. Хэн медленно поднялся и вышел из зала.
Лея, привстав, смотрела вслед Хэну, а толпа успокоилась настолько, что Трекин смог выкрикнуть:
- Далла Суул известен как черный Далла! Знаменитый убийца! Вот почему Хэн скрыл имя отца!
- Что ж, могу допустить, - согласился Трипио, - хотя летописи сообщают о нем лишь как о пирате и похитителе людей.
- Ничего себе родословная! - бушевал Трекин.- Далла Суул был одной из главных фигур преступного мира! Неужели уважающий себя народ поверит притязаниям Хэна на королевское происхождение!
- Конечно, я всего лишь невежественный дройд и признаю, что плохо понимаю, как деяния одного из предков повышают или умаляют достоинство человека, - извинился Трипио. - Эти понятия за пределами возможностей процессора модели АА-1 Вербобрэйн. Поскольку незаконнорожденная дочь Даллы Суула была вашей матерью, уважаемый Хорм, полагаю, вы бесконечно лучше меня понимаете логику таких аргументов.
Трекин Хорм побледнел и затрясся.
Голограмма закончилась. Дройд-диктор приступил к комментарию. Люк выключил аппарат и, сложив руки на животе, уселся в мягком кресле. Всего за два поколения родословная Хэна скатилась от королей до главаря преступного мира. Ничего удивительного, что он скрывал свое присхождение.
Бедный Хэн…

Глава 7

Лея с Изольдером уединились в корускантском ботаническом саду, где были собраны растения из сотен тысяч миров Новой Республики. Лея показывала Изольдеру альтераанские анчары. Изящные голые ветви деревьев поднимались на сотни футов в высоту. Каждый дюйм их коры покрывали переливающиеся всеми цветами радуги колонии лишайников. С ветки на ветку вспархивали белые птички кэйрака, а среди листвы по земле ходили крошечные ярко-красные олени с золотыми полосками. На Альтераане анчары росли всего на дюжине островков. Лея ездила туда лишь один раз в детстве. И все же при виде цветущего кусочка родины становилось легче на душе;
Изольдер шел рядом с девушкой, взяв ее за руку…
- Я по голосвязи разговаривал с матерью. Она рада, что ты приедешь. Пришлет свой личный экипаж.
- Экипаж? - Лея удивилась слову.- Ты имеешь в виду личный корабль?
- В данном случае больше подходит "экипаж",- сказал Изольдер.- Ему несколько тысяч лет, он довольно странной конструкции, но тебе должен понравиться.
В саду было тихо. Охрана Изольдера разбрелась, только Астарта шла следом.
Лея улыбнулась и остановилась понюхать фиолетовый цветок в форме раструба. Такие цветы с острым запахом росли когда-то на равнинах Альтераана.
- Это араллют, - сказала она. - По преданию, если новобрачная найдет у себя в саду такой цветок, то скоро у нее родится ребенок. Ночью невестины мать и сестры всегда после свадьбы сажают на лужайку молодоженам араллют. Считается дурным знаком, если это увидят.
Изольдер с улыбкой погладил цветок.
- Когда он засохнет, - говорила Лея, - лепестки загнутся внутрь, и семена окажутся в коробочке. Матери дают засохшие цветы детям как погремушки.
- Очаровательно,- сказал Изольдер и вздохнул.- Печально, что всего этого больше нет, что все уничтожена Кроме того, что осталось на Корусканте.
- Когда наши беженцы найдут новую родину, мы возьмем с собой эти образцы и вырастим в новом мире другой сад.
Засигналил комлинк. Лея неохотно включила его.
- Лея, говорит Трекин Хорм. У меня прекрасная новость: Новая Республика отменила твою поездку в Рош!
- Что? - ошеломленно переспросила Лея. Никогда еще ее не освобождали от поручений. - Что случилось?
- Кажется, отношения между верпаями и браблами портятся быстрее, чем мы ожидали, - ответил Трекин.- Мон Мотма повысила уровень вмешательства в надежде, что удастся предотвратить войну. Генерал Соло поведет в систему Роша флот разрушителей, для защиты верпаев. Тем временем Мон Мотма с группой самых доверенных советников будет лично заниматься урегулированием.
- Что за кризис?
- Сегодня утром верпаи за пределами Рошской системы захватили грузовой корабль браблов и нашли то, чего мы все боялись…
В животе у Леи все перевернулось при мысли о холодильниках, набитых расчлененными трупами верпаев. Как она ни пыталась преодолеть предубеждение, но чем больше общалась с плотоядными рептилиями-браблами, тем больше ожидала от них какой-нибудь мерзости.
"И все же, - решила про себя принцесса, - нельзя судить обо всем виде по поступкам нескольких представителей".
- И что Мон Мотма? Ей не понадобится моя помощь?
- Мы с ней думаем, что для вас… что у вас есть лучший способ послужить Новой Республике,- сказал Трекин.- Мон Мотма временно, на восемь стандартных месяцев, освободила вас от обязанностей посла. Верю, что вы не потратите время зря. - Было ясно, на что он намекает, но Трекин произнес вслух: - Вы сможете отбыть на Хэйп при первой же возможности.
Связь прервалась. Изольдер сжал Леину руку. Принцесса ненадолго задумалась. Нет смысла спорить с Хормом - верпаям в самом деле будет легче при поддержке республиканского флота. Лею и так все время тяготила эта миссия. Как дипломатический советник принцесса обладала большим опытом, но браблы не поддавались на эмоциональные речи и тщательно подобранные аргументы. Они происходили из стайных хищников, над которыми главенствовал вожак, и с уважением отнесутся к Мон Мотме, взявшей дело в свои руки. Сам факт, что переговоры возглавил "вожак" Новой Республики, заставит браблов заново оценить ситуацию.
Теперь Лея увидела, что, по сути дела, совсем не нужна Мон Мотме. Она так увлеклась своими попытками понять, почему верпаи потакают своей матке, что собиралась взяться за проблему не с того конца. А следовало с самого начала обратить внимание на браблов.
Возможно, единственное, что не имело большого смысла,- это посылать в систему Роша флот. Верпаи могли и сами защитить свои ульи. Их способность к общению посредством радиоволн, тот факт, что их колонии находились на поясе астероидов, где кораблевождение невозможно (по крайней мере, для пилотов-людей), их способ нападать роем, используя высокоскоростные бомбардировщики,- все это делало верпаев грозным противником.
Изольдер придвинулся поближе:
- Ты что нахмурилась, дружок?
- Просто задумалась.
- Нет, ты обеспокоена. Думаешь, Мон Мотма не возьмет ситуацию под контроль?
- Прекрасно возьмет,- ответила Лея, взглянув в штормовое море его серых глаз.
- Значит, ты не готова ехать со мной? Лея было пустилась в объяснения, но Изольдер перебил ее:
- Покинуть навсегда все это,- он обвел рукой анчаровую рощу, - будет для тебя трудным шагом. Тебе нужно время, чтобы разобраться в себе - и решиться.
Он взял ее за руки.
- Подумай несколько дней, - сказал Изольдер. - Попрощайся с теми, с кем сочтешь нужным. Я понимаю. И если тебе так лучше, просто повторяй то, что сказала Альтераанскому Совету: ты едешь на Хэйп в гости, не более того. Никаких обязательств, никаких обещаний.
Его слова струились, как теплые волны, поддерживая на плаву ее дух.
- О Изольдер! Спасибо тебе за понимание. Лея склонилась к принцу на грудь. Изольдер обнял ее. Лея чуть не сказала: "Я люблю тебя",- но она знала - такие слова говорить рано, они слишком много значат.
Однако Изольдер тихо шепнул ей в ухо:
- Я люблю тебя.
Хэн Соло сидел за пультом "Сокола", маневрируя среди хлама на орбитальной свалке вблизи самой маленькой из корускантских лун. Вообще-то было бы достаточно лишь следить за информацией компьютера, но Хэн давно решил, что только личный контроль может обеспечить безопасный полет.
Движение через свалку напоминало преодоление пояса астероидов, разве что, в отличие от прекрасных, мягких углеводородистых астероидов, свалка состояла почти сплошь из тяжелого металла. Прокладка пути через всякий хлам даже развлекала Хэна. "Сокол" нырнул под колышущийся стабилизатор тяжелого крейсера и оказался рядом с остатками корпуса старого, давно выпотрошенного разрушителя.
"Именно то, что нужно", - подумал Хэн.
"Сокол" имел несколько систем, которые невозможно было проверить в дружественном пространстве. Тем более в месте, куда Хэн направлялся, не ожидалось встретить ничего дружественного. Звездолет сбавил ход, чтобы подравняться с разрушителем, ткнулся носом в главную гондолу, где некогда располагался турбогенератор.
Хэн щелкнул модифицированным имперским транспондером - приемопередатчиком, выявляющим противника, - переключив его на четырнадцатый уровень. Радиоволны отражались от металлических плит реактора. Индикаторы сближения тревожно взвыли" предупреждая о приближении со всех направлений вражеских пассажирских кораблей Инком У4. На обзорном дисплее мерцало их металлическое изображение. В свое время Хан позаимствовал транспондерный код у военного транспорта, принадлежавшего военным силам Цзинджа. Транспорт вез отряд из двадцати Хищников - специального формирования, по началу предназначавшегося для обследования планетарных оборонительных систем с целью их уничтожения при проникновении на планеты. Но Хищники пользовались дурной репутацией как секретная полиция Цзинджа. В тысячах миров они, по сути дела, являлись правителями.
Зная, что сигнал транспондера принимает "Сокол" за корабль Цзинджа, Хэн включил генератор помех. На датчики хлынул такой поток посторонних сигналов, что призрачные корабли на обзорном экране поблекли. Хэн улыбнулся. И транспондер, и мощный генератор помех работали отлично. Они пригодятся во враждебном мире.
Проверив аппаратуру, Хэн включил досветовые двигатели и осторожно вывел "Сокол" из ржавеющего чрева старого разрушителя. Когда он вырулил с орбитальной свалки, раздался долгожданный вызов по радио.
- Генерал Соло, - говорила Лея, - я слышала, этой ночью вы ведете флот в систему Роша?
- Да, таков приказ.
- Жаль, что мы не увидимся. Я надеялась, у нас будет несколько часов до отправления.
"Флот? Она думает, что я поведу флот? Один разрушитель вряд ли можно назвать флотом".
Хэн знал, кто стоит за приказом, кто старается сунуть нож ему в спину. Трекин Хорм. Хэн недооценил толстяка, и теперь его отправляют подальше, чтобы Лея о нем забыла.
- Да,-откликнулся он,-это было бы неплохо. Но сейчас я занят, нужно спуститься на планету. Может быть, встретимся у тебя часа через три на "Мятежной Мечте"? Могли бы поболтать, выпить.
- Звучит заманчиво. Договорились!
Лея отключилась.
Хэн взглянул на хронометр у пульта. Времени в обрез.
Ровно через три часа Хэн распахнул дверь каюты Леи Органы. Торопливо обняв принцессу, он нервно осмотрел комнату. Лея отошла, чтобы лучше его разглядеть. Волосы Хэна были спутаны, глаза усталые. Вид он имел самый разнесчастный.
- Выпьешь? - спросила Лея. Хэн покачал головой:
- Нет.
Больше он ничего не говорил, а просто стоял, озирая стены и заглядывая в комнаты. В спальне на столике тихо мерцали галлинорские самоцветы. Два солнца над селабским деревом погасли, соблюдая дневной цикл.
- Тебе не нравится этот поход на Рош, да? - спросила Лея.
- Сказать по правде, я туда вовсе не собираюсь,- признался Хэн.
- Как это не собираешься?
- Я отказался.
- Когда?
Хэн пожал плечами:
- Пять минут назад.
Он прошел в спальню и уставился на груду хэйпанских сокровищ. Лея до сих пор изумлялась, видя их здесь. "Было бы разумнее запереть их",- говорила она себе.
- Что же ты собираешься делать? - спросила Лея.
- Поеду на Датомир,- ответил Хэн. Лея от удивления разинула рот.
- Это территория Цзинджа,- пробормотала она.- Это слишком опасно.
- Прежде чем отказаться от похода, я приказал "Неукротимому" пощекотать диктаторские блок-посты, расположенные вдали от планеты. Цзинджу придется укрепить посты. Таким образом его корабли будут оттянуты от Датомира, и я смогу незаметно туда проникнуть.
- Это нарушение инструкций! - громко сказала Лея.
Хэн отвернулся от самоцветов и, изобразив улыбку, глянул на принцессу:
- Знаю.
Лея нахмурилась. Когда Хэн впадал в такое упрямство, не имело смысла спорить. Соло вновь пожал плечами:
- Никто от этого не пострадает. Я приказал атаковать только беспилотные аппараты. Наши солдаты будут в безопасности… Знаешь, наверно, я слишком долго смотрел на эту планету по голоэкрану. Сегодня она мне снилась всю ночь: я бегал по берегу, мягкий ветер обдувал лицо, под ногами плескалась вода. Так хорошо! И, получив приказ, я сразу решил: еду туда.
- И что ты будешь там делать?
- Если понравится, может быть, останусь. Сколько времени я не ощущал под ногами песка! Вечность.
- Ты просто устал, - вздохнула Лея. - Не отказывайся от похода. Я дерну за нужные ниточки, тебе пойдут навстречу. Сможешь пару недель отдохнуть.
Хэн обернулся и взглянул принцессе прямо в лицо.
- Мы оба устали,- резко бросил Хэн.- Почему ты меня избегаешь, не приходишь ко мне?
- Не могу.
- Давай убежим. Через час меня на "Соколе" ждут Чуви и Трипио. Как знать, может быть, ты влюбишься в Датомир. Может быть, снова полюбишь меня?
Его голос звучал жалобно. Лея почувствовала себя виноватой. За последние дни она практически предала старого друга. Лея вспомнила день, когда Вейдер, заключив Хэна в карбонит, отправил его к Джаббе Хатту, вспомнила общую радость победы над Императором. Вот тогда она его сильно любила.
"Но это было давно", - сказала она себе.
- Слушай, Хэн, мы всегда были друзьями, - услышала она свой голос. - Я знаю, тебе тяжело.
- Значит, всего хорошего? - спросил Хэн. Он подошел к ночному столику и посмотрел на полированный металл Командного Ружья.
- Оно в самом деле работает? - спросил Хэн.
Лея, поняв, что он задумал, закричала:
- Не трогай!
Он щелкнул ружьем и повернулся так быстро, что Лея не успела опомниться. Хэн уже целился в нее.
- Ты не сделаешь этого! - закричала Лея, подняв руку, словно это могло ее защитить.
- Я думал, ты любишь бродяг, - проговорил Хэн.
Из ружья вырвался голубой искристый туман, принеся забвение и ночь.
- Ты уверен, что именно генерал Соло похитил принцессу? - спросила королева-мать.
Хотя она говорила по голосвязи и лицо ее скрывала вуаль, принц Изольдер не смел прямо смотреть на королеву.
- Да, Та'а Чьюм,- ответил он.- Подключенный к сети летающий глаз в прихожей заснял, как принцесса выходит из комнаты с генералом. Она шла точно во сне. У Соло в руках было Командное Ружье.
- Что ты намерен предпринять для розыска принцессы?
Изольдер ощутил на себе тяжесть королевского взгляда. Мать прощупывала его. На Хэйпе обладающие властью женщины любили говорить о "мужской бестолковости", неспособности мужчин хоть что-то сделать как следует.
- Новая Республика собрала тысячу лучших сыщиков, чтобы выследить Хэна Соло. Астарта каждый час докладывает мне о состоянии дел. Кроме того, мы объявили награду охотникам-добровольцам.
Та'а Чьюм тихо, но угрожающе проговорила:
- Посмотри мне в глаза!
Изольдер взглянул на нее, стараясь держать себя в руках. На голове матери был золотой ободок, с которого на лицо спадала желтая, тонкая вуаль. Огни за ее спиной так освещали золото, что казалось, вокруг королевы распространяется аура. Изольдер смотрел в сверлящие его темные глаза за вуалью.
- Генерал Соло - отчаянный человек,- сказала королева-мать. - Я знаю, о чем ты думаешь: ты хочешь сам спасти принцессу Лею из его лап. Но надо помнить о долге перед своим народом. Ты чьюмеда. Твои жена и дочь когда-нибудь будут царствовать. Подвергая себя опасности, ты предаешь свой народ. Генерала Соло ты должен оставить нашим ликвидаторам. Обещай!
Изольдер твердо посмотрел матери в лицо, стараясь скрыть свои намерения, но тщетно: мать слишком хорошо его знала. Она всех знала слишком хорошо.
- Я выслежу генерала Соло, - сказал Изольдер.- И верну свою невесту.
Он ожидал, что мать взорвется, что сейчас на него раскаленной лавой выплеснется весь ее гнев. Он чувствовал его в последовавшей тишине, но Та'а Чьюм была не из тех, кто внешне проявляет эмоции. Спокойно, с легким придыханием в голосе она промолвила:
- Ты, кажется, не слушаешь. В твоем стремлении к безрассудному геройству нет доблести. Я бы излечила тебя от этого, если бы смогла. - Она помолчала. Изольдер ждал, какое наказание ему уготовано.- Увы, ты слишком похож на своего отца. Генерал Соло, вероятно, будет искать убежища у какого-нибудь диктатора, который сможет противостоять Новой Республике. Я соберу ликвидаторов и пошлю флот к Корусканту. Если я разыщу Соло раньше тебя, я убью его.
Изольдер позволил себе опустить глаза. Он очень надеялся, что теперь, когда Лея похищена, мать откажется от своей затеи, останется в стороне. Но надежды были тщетны: Соло похитил ее преемницу. Долг чести требовал предпринять все возможное и разыскать принцессу.
- Я понимаю ваше недовольство,- проговорил он.- Когда я был ребенком, вы часто говорили: "Сила Хэйпа в силе его правительницы". Я часто вспоминал эти слова, и они запали мне в душу.
Экран связи погас. Изольдер задумался. Ему было даже жаль Хэна. Генерал Соло не представлял, какие средства привлечет королева-мать, чтобы с ним расправиться.
Капрал Ризен семь лет исполнял свои обязанности, оставаясь в тени, не вызывая похвал, не привлекая к себе внимания. Любое упоминание о собственной персоне - лишнее, так принято считать в военной разведке. Годы пресмыкаешься и раболепствуешь в надежде, что подвернется какая-нибудь ценная информация.
Вот почему он решил послать рапорт лично диктатору Цзинджу, подписанный только своим именем, через голову всех начальников. Это было справедливо, ведь он единственный, кто заметил - в течение девяти дней три вспышки активности на дальних постах. Несомненно, это - маневр, рассчитанный отвлечь флот Цзинджа. Очевидно, Новая Республика планирует наступление, и предполагается пробить в обороне брешь, достаточную для прорыва флота. Флота, а не одиночного корабля-шпиона. Кто-то тратит большие средства, обеспечивая большой безопасный коридор.
Ризен нутром чувствовал: близится что-то серьезное. Он рассчитал векторы, определил все возможные цели противника, затем сократил их список, расположив цели в порядке убывания вероятности. Пришлось охватить очень большую территорию. Датомир не попал в список, но инстинкт разведчика заставил капрала обратить внимание на эту планету.
Расположенный в глубине владений Цзинджа, Датомир хорошо прикрыт. Новая Республика не могла знать о деятельности диктатора там. Верфи? Может быть, Новая Республика планирует нападение на верфи? Нет, непохоже. Но что-то все-таки им нужно от планеты! Суровое, опасное место. Может быть, Новая Республика интересуется заключенными? Но как там узнали об исправительной колонии? Все равно, нужно быть безумцем, чтобы посадить корабль на Датомире. Ризен встречался с тамошними аборигенами, и само упоминание о посадке на Датомир вызывало у капрала дрожь. Однако планета словно подмигивала Ризену: "Здесь, здесь! Они идут сюда!"
Однажды, когда ему было чуть больше десяти, Ризен с отцом видел военный парад на Корусканте. Дарт Вейдер, Темный Владыка Сита, остановил колонну специально, чтобы взглянуть на Ризена, погладить его по голове. Ризен помнил, как его испуганное лицо отражалось в шлеме Темного Владыки, помнил холодный ужас от прикосновения к голове железной перчатки. Вейдер тихо проговорил: "Когда служишь Империи, доверяй своим чувствам".
И пошел дальше…
Поколебавшись, Ризен предложил послать к Датомиру подкрепления, хотя не верил в нападение Новой Республики. Затем набрал на клавиатуре компьютера кодовую последовательность, посылая предупреждающую шифровку Цзинджу.
Диктатор - человек основательный. Он примет меры.

Глава 8

Лея проснулась в темноте и долго лежала не шелохнувшись, глядя перед собой в темноту. Последними словами Хэна было: "Лежи спокойно, не двигайся",- и всеми силами она стремилась повиноваться. Она так сосредоточилась на том, чтобы не двигаться, что заболела голова и свело мышцы.
Наконец не выдержав, она крикнула:
"Хэн!" - и попыталась сесть, но, стукнувшись головой обо что-то твердое, снова упала на спину. Она ощутила под собой решетку и услышала знакомый приглушенный шум гиперблоков "Сокола". Прошло пять лет с тех пор, как она последний раз пряталась в тайнике "Сокола", но здесь стоял все тот же характерный запах.
"Я убью тебя, Хэн! - подумала Лея. - Нет, если разобраться, это для тебя будет счастьем - просто умереть".
Принцесса нащупала в темноте защелку и попыталась открыть люк. Нет, не получается. Она еще раз потрогала защелку и убедилась, что та сломана. Перемещаясь на четвереньках по тайнику, Лея нашла какую-то железяку и постучала в потолок.
- Хэн Соло, ты сейчас же меня выпустишь! - крикнула она и почувствовала, что предмет в руке вибрирует и издает шипящий звук.
Лея приложила железяку к уху. О, боже! Регенератор кислорода! По крайней мере, Хэн не собирался обречь ее на смерть от удушья. Лея потрясла прибор. Внутри него что-то отвалилось и загремело.
- Соло! Ты выпустишь меня! Так не обращаются с принцессой!
Она вновь и вновь стучала по потолку отсека. Никто не отвечал.
Становилось душно. Лея засомневалась, слышит ли ее Хэн. Может, шум двигателей заглушает ее стук? Тайник находился рядом с силовым сердечником - главным корабельным источником энергии, и каждые несколько секунд над головой Леи шипел трубопровод, подающий к сердечнику охладитель. Отсеки были небольшими, но занимали треть всего корабля - от входного трапа, над коридором к кокпиту и вокруг пассажирских коек. Лея закрыла глаза и задумалась. Обычно Хэн и Чуви спали в холле, над машинным отделением. Однако они могли спать и в кокпите, на добрых семь или восемь метров дальше. Если они дрыхнут в кокпите, то вряд ли ее услышат.
Становилось трудно дышать. Лея подобрала сломанный кислородный регенератор и принялась что есть силы колотить в потолок. Правда, кричать воздержалась, чтобы не расходовать много кислорода. Через несколько минут руки уже не слушались от усталости, и Лея решила отдохнуть. Хотелось плакать. Хэн знал, что она не доверяет этому металлическому недоразумению, собранному из всякого хлама, найденного на свалках и у старьевщиков. Конечно, "Сокол" был быстроходен и хорошо вооружен, но постоянно грозил развалиться. Хэн держал трех стационарных дройдов, следящих за всеми этими временными приспособлениями и усовершенствованиями, и Лея была уверена, что неприятности возникают не случайно. Хэн как-то говорил, что дройды ссорятся между собой, и каждый, видимо, стремился навредить чужим системам. Когда-нибудь один из них преуспеет в своем вредительстве, и весь корабль взорвется. Это лишь вопрос времени.
Лея снова заколотила в потолок.
Неожиданно люк со скрипом приоткрылся, и послышалось ворчание Чубакки.
- Думаешь, звук не мог идти отсюда? - спросил Трипио, скрываясь за крышкой люка. - Я ясно слышал, как здесь что-то стучало. Не пойму, почему ты не выскребешь этот старый бак от всякого космического хлама!
Люк приоткрылся пошире. Внутрь заглянули Чуви и Трипио. Чуви от удивления выпучил глаза, завыл, Трипио, отшатнувшись, поинтересовался:
- Принцесса Лея Органа, с какой целью вы здесь находитесь?
- С целью убить Хэна, - гневно ответила Лея,- и только так могла пробраться на корабль. Что я могу тут делать, турбинное ты чучело? Хэн похитил меня!
- Ох! - только и проскрипел Трипио. Он и Чуви помогли принцессе вылезти наружу.
Глаза Чубакки горели, шерсть на загривке встала дыбом. Он угрожающе зарычал, и Лее показалось, что вуки сейчас, как это у них заведено, оторвет Хэну руки. Чуви направился к кокпиту. Лея побежала за ним, повторяя:
- Подожди, подожди…
Хэн развалился в капитанском кресле, его пальцы порхали по управляющим панелям. Размытая звездная пена на обзорных экранах была ослепительно белой - признак того, что "Сокол" летел через гиперпространство на максимальной скорости. Чуви зарычал, но Хэн даже не обернулся.
- Ты выяснил, что это был за стук?
- Будь уверен, выяснил! - ответила вместо вуки Лея.
- Полагаю, вы незамедлительно вернете принцессу, - крикнул из-за ее спины Трипио. - Пока вас всех не посадили!
Сцепив руки за головой, Хэн не спеша повернул кресло.
- Боюсь, это невозможно. Мы не можем вернуться. Мы легли на курс к Датомиру, и автопилот не реагирует на другие приказы.
Чубакка бросился к месту второго пилота, набрал на клавиатуре какую-то последовательность и вопросительно зарычал, глядя на Лею. Трипио перевел:
- Чубакка спрашивает, не хотите ли вы, чтобы он побил Хэна?
Лея посмотрела на огромного вуки, понимая, чего ему стоил этот вопрос. Чубакка был обязан
Хэну жизнью и строго соблюдал свой кодекс чести, обязывающий защищать Соло. Но возможно, в чрезвычайных обстоятельствах он решил, что Хэна следует слегка проучить. Хэн поднял руку, предупреждая:
- Можешь поколотить меня, Чуви, если так хочешь, и сомневаюсь, что смогу тебя остановить. Но прежде чем ты меня нокаутируешь, я бы хотел, чтобы ты вспомнил вот о чем: чтобы вывести корабль из гиперпространства, нужны двое. Без меня ты не справишься.
Взглянув на Лею, Чуви развел руками.
- Считаешь себя очень умным, да? - сказала та, обращаясь к Хэну.Думаешь, знаешь на все ответы? Чуви, держи его там. Он принес на борт хэйпанское Командное Ружье, и я сейчас выстрелю.
Хэн вытащил оружие. Это было хэйпанское ружье - только Хэн заблаговременно выломал зарядный блок.
- Мне очень жаль, принцесса, но, похоже, оно не работает.
Он бросил ружье на пол.
- Хорошо, чего тебе от меня надо? - спросила Лея, поняв, что Хэн ее переиграл.
- Семь дней, - ответил он. - Я хочу, чтобы ты провела со мной неделю на Датомире. Я прошу только семь дней. А потом отвезу тебя прямо на Корускант.
Лея сложила руки на груди и нервно стукнула носком туфли по полу. Затем взглянула на Хэна:
- Смысл?
- Смысл в том, принцесса, что пять месяцев назад ты говорила, будто любишь меня. Ты сама в это верила и заставила поверить меня. Я думал, наша любовь - это что-то такое, за что можно с радостью умереть. Не собираюсь лишаться нашего общего счастья только потому, что рядом с тобой возник какой-то другой принц.
"Другой принц". Лея опять забарабанила ногой по полу.
- Значит, признаешь, что ты - кореллианский король?
- Я этого не говорил.
Лея посмотрела на Трипио, потом снова на Хэна.
- А что, если я больше тебя не люблю? Что, если в самом деле я тебя разлюбила?
- Все информационные сети уже сообщают, что я тебя похитил,- сказал Хэн.- Они начали передавать эту историю незадолго до того, как мы улизнули. Если ты меня вновь не полюбишь, я отвезу тебя обратно и отсижу свой срок в тюрьме. А если полюбишь…- Хэн помолчал.- Тогда поцелуешь на прощание Изольдера и выйдешь за меня замуж.- В подтверждение своих слов он большим пальцем ткнул себя в грудь.
Лея покачала головой:
- У тебя крепкие нервы. Хэн посмотрел ей в глаза:
- Мне нечего терять.
Он действительно пошел ва-банк, как не раз поступал ради нее и раньше. Несколько лет назад он показался ей нахальным и дерзким, возможно, даже безрассудным. Теперь она поняла - Хэн просто не думал о своей жизни, когда дело касалось ее капризов. То, что принималось за нечеловеческое мужество, на самом деле было лишь проявлением его бесконечной преданности. И сердце Леи забилось чаще от пугающей мысли, что кто-то мог так ее любить.
- Хорошо,- сказала Лея.- Я пойду на сделку…
- Принцесса Лея! - в ужасе вскричал Трипио.
- …Но надеюсь, тебе придется по вкусу корускантская тюремная похлебка.
Как только битский корабль вышел из гиперпространства около хоровода камней, окружавших систему Роша, Люк понял: что-то стряслось. Он не ощущал Леи нигде поблизости. Люк прошел в каюту и через местное космическое радио связался с послом Новой Республики у верпаев, безжалостно подняв старика с постели.
- Неужели такая срочность…- проворчал посол.
- Что случилось с принцессой Леей Органой? - резко спросил Люк.- Я предполагал встретить ее на Роше.
Посол нахмурился:
- Два дня назад ее похитил генерал Соло. По мере возможности я смотрю голопередачи, но я человек занятой! У меня нет времени на всякую ерунду. Если для вас важны подробности, свяжитесь с Корускантом…
Люк нахмурил брови. Хоть он и считался героем Войны, это не давало ему права часто пользоваться дорогостоящей голосвязью через гиперпространство. Кроме того, связь не приблизила бы его к Лее. Нужно лететь на Корускант и начинать оттуда.
- У вас есть какие-нибудь предположения, где их можно найти?
Посол зевнул и поскреб лысину.
- За кого вы меня принимаете? Я посол, а не шеф шпионской сети! Никто не знает, где они. Очевидцы утверждают, что видели Соло по меньшей мере в сотне миров. И неизменно это оказывается всего лишь слухами, или хватают кого-нибудь похожего на него. Уж извини, сынок, ничем не могу тебе помочь.
Посол выключил связь. Люк уселся озадаченный. Не часто с ним столь бесцеремонно обращались, тем более - высокопоставленные лица. Очевидно, оператор не сказал послу, кто его вызывает.
Люк закрыл глаза. Обычно, когда они находились в одной звездной системе, Люк чувствовал присутствие Леи. Сейчас ее поблизости не было. Он решил взять со склада свой истребитель и лететь на Корускант.
Хэн работал на камбузе "Сокола", старательно готовя свой четвертый за эти дни обед при свечах. Вокруг разносился запах пряного языка арика. Хэн был занят тем, что помешивал пудинг в скорлупках корры, когда посудина опрокинулась и пудинг вывалился на пол, замазав переборку, а заодно и штанину Хэна. Стоявший у иллюминатора Чубакка обернулся и рассмеялся.
- Смейся, смейся, косматая башка! - сказал Хэн.- Но позволь тебе кое-что сказать: к концу поездки Лея поймет, что любит меня. Если ты еще не заметил, прошло всего четыре дня, а она уже изменила свое отношение.
Чубакка прорычал что-то пренебрежительное…
- Ты прав, - удрученно проговорил Хэн. - Раньше Хат потеплеет, чем она. Наверное, в ваших краях брачные обряды куда как проще. Когда у вас кто-то любит женщину, то просто кусает ее за шею и волочит к себе на дерево. А у нас все не так. Мы готовим женщинам изысканные обеды, делаем комплименты, обращаемся как с госпожами.
Чуви насмешливо захохотал.
- Да, иногда приходится стрелять в них и одурманивать, и затаскивать в космические корабли, - признал Хэн. - Так что я, может быть, не намного культурнее вуки. Но я стараюсь. В самом деле стараюсь.
- Хэн, эй, Хэн! - позвала Лея с дивана.- Первое блюдо готово? Я проголодалась, а ты знаешь, какой несносной я становлюсь, когда голодна!
- Вот-вот будет готово, принцесса! - любезным тоном крикнул Хэн, открывая духовку.
Он попытался краем передника ухватить кастрюлю с пряным языком ариака, обжегся, но, вскрикнув и засунув палец в рот, все же успел достать из кастрюли шмат языка и вывалить на блюдо. Язык оказался почему-то более синим, чем должен был быть. Хэн засомневался, уж не передержал ли он язык в духовке или не был ли язык подпорчен. А может, он переборщил с порошком джу?
- Как там, готово? - снова поинтересовалась Лея.
- Несу! - крикнул Хэн.
Он постелил на голограммную доску красную скатерть. Канделябры уже горели. Лея выглядела импозантно - в ослепительно белом костюме, отделанном жемчугом. В ее темных глазах плясало пламя свечей. Со словами: "Кушать подано!" - Хэн поставил блюдо на стол.
Лея вопросительно посмотрела на него и кашлянула.
- Что? - спросил Хэн.- Что на этот раз?
- Разве язык арика надо есть целиком? Хэн посмотрел на лежащий рядом с блюдом Леи вибронож. Он видывал, как Лея тупым мачете прорубала себе путь в джунглях. Видел, как принцесса осколком стекла.перерезала веревки на руках. Он даже видел, как она разделывала какое-то болотное чудище заточенной палкой, не идущей в сравнение с острейшим виброножом…
- Конечно, сейчас нарежу,- покорно сказал Хэн.- С удовольствием.
Он взял нож и стал делить язык на порции, но, дойдя до половины, решил подстраховаться:
- Как кусочки, ничего? Может быть, ты любишь потолще или потоньше? Нарезанные вдоль или поперек?
- Кажется, хорошо,- сказала Лея, и Хэн, закончив резать, сел и взял салфетку. Лея опять кашлянула.
- Что еще, моя радость? - спросил Хэн.
- Ты собираешься сидеть за столом в этом грязном переднике? Это не очень аппетитное зрелище.
Хэн вспомнил поле боя на Миндаре, где они с Леей делили сухой паек, а вокруг валялись трупы гвардейцев.
- Ты права, - сказал он. - Сейчас сниму. Он встал, снял передник, повесил его на крючок и вернулся на место. Лея третий раз кашлянула.
- Да? - спросил Хэн.
- Ты забыл налить мне вино, - сказала она, глядя на свой бокал.
Посмотрев на ее тарелку, Хэн отметил, что Лея начала есть без него.
- Предпочитаешь белое, красное, зеленое или фиолетовое?
- Красное.
- Сухое или мокрое?
- Сухое!
- Температура?
- Тридцать восемь градусов.
- Ты не позволишь мне сегодня вечером с тобой поужинать?
- Нет, - твердо ответила Лея.
- Не понимаю, - сказал Хэн. - Прошло четыре дня, а кроме придирок и приказов я от тебя не слышал ни слова. Я знаю, ты злишься на меня. Имеешь право. Может быть, я расстроил всю твою жизнь и ты никогда не сможешь меня полюбить. А может быть, ты так привыкла иметь лакеев, что хочешь превратить меня в одного из них? Надеюсь, если у нас ничего не выйдет, может быть, мы хотя бы останемся Друзьями…
- А может быть, ты слишком многого просишь? - в тон Хэну ответила Лея.
- Я слишком много прошу? Я, кто готовил и прибирал, стелил тебе постель и управлял этим кораблем! Вот скажи. Только скажи честно: чего ты еще от меня хочешь? Ну чего?
Лея промолчала.
- Наверное, нужно просто развернуть корабль,- сказал Хэн.
- Может быть.
- Но ты согласилась на эту поездку.- Он пожал плечами.- Хотя и под принуждением, но согласилась. И я тебе ее устрою. Не свирепей! Если хочешь, отомсти мне… Вот он я - Хэн Соло во плоти! - Он подставил лицо. - Валяй, отвесь мне оплеуху! Или поцелуй!
- Ты в самом деле ничего не понял, - сказала Лея.
- Не понял чего? - спросил Хэн.- Подскажи!
- Хорошо! Я объясню: тебя, Хэна Соло, как обычного человека, я могу простить. Но, затащив меня на этот корабль, ты предал Новую Республику, которой мы служим. Ты не Хэн Соло - человек, ты Хэн Соло - герой Союза Повстанцев, Хэн Соло - генерал Новой Республики. И этого Хэна Соло я простить не могу, отказываюсь простить. Иногда то, что ты представляешь собой, так велико, что ты не можешь для себя снизить планку. Тебя стали воспринимать как икону. То, что ты есть, для народа не менее важно, чем то, кто ты есть.
- В этом не моя вина,- ответил Хэн.- Я не могу соответствовать заранее составленному образу.
- Прекрасно. Ты можешь говорить, что мир устроен именно так. Дескать, ты можешь быть свободным, убежать, снова стать пиратом или маленьким мальчиком. Но мир устроен иначе, чем ты себе представляешь, Хэн! И тебе придется с этим примириться.
- Прекрасно,- сказал Хэн, бросив салфетку на стол.- Я примирюсь. После обеда. Ты скажешь, чего от меня хочешь, что я должен сделать. И я изменюсь - навеки. Обещаю. Идет?
Лея посмотрела на него. Что-то в лице принцессы смягчилось.
- Идет.
Стоило "Соколу" выйти из гиперпространства над Датомиром, как индикаторы сближения тревожно завыли. Прибежавшая в кокпит Лея, перегнувшись через Хэна, взглянула на экран. Космос кишел кораблями. Шаттлы и баржи сплошной линией тянулись от маленькой красной луны до нагромождения металлических турбопроводов и опорных конструкций - десятикилометровой верфи, парящей в секторе L5.
Верфь напоминала гигантское насекомое с пришвартовавшимися тысячами судов, среди которых виднелся один супер-разрушитель, десятки устаревших фрегатов класса "Победа", тысячи похожих на коробки барж. Хэн ошеломленно уставился на открывшееся глазам зрелище и злобно выдохнул:
- Нарушители частных владений! Лея тяжко вздохнула.
- Да, Хэн, на этот раз ты в самом деле сорвал банк. На этой планете вражеских истребителей больше, чем у хатта блох.
Хэн посмотрел на Чуви. Вуки разворачивал астрокарты системы Оттега. На обзорном голодисплее было видно, как от разрушителя отделились два красных истребителя.
- Попридержи свой сарказм, принцесса, и поднимись к пушке. Скоро к нам пожалуют гости! - сказал Хэн.
Он оторвался от экрана и взглянул на летящие к "Соколу" перехватчики. Лея была достаточно сведущей в военных делах, чтобы не спрашивать, сможет ли Хэн с ними справиться. Не сможет.
- Серьезно, Лея, иди к орудию,- сказал Хэн. - Когда они приблизятся и поймут, что мы не Инком Y-4, то не замедлят открыть огонь.
Лея беспрекословно бросилась к трапу наверх.
По радио раздался голос инспектора.
-