он фелинкс, которая крутилась у него под ногами, - мы еще увидим его.
Именно по этой причине он наложил запрет на все приказы о повторной бомбардировке Дюнного моря В уме инженера сложилось четкое мнение, что это бессмысленное и дорогостоящее занятие. Если Боба Фетт собирался быть уничтоженным, то, несомненно, стоило выбрать менее грубый и более надежный способ обеспечить его смерть.
- Мр-р? - усомнилась тварюшка.
- Его очень долго придется убивать, - пояснил любимице инженер. - Пройдет много времени, прежде чем он будет окончательно и действительно мертв.
Хотя стоит предположить, что время и деньги потрачены не совсем уж напрасно. Может быть, удалось задержать охотника за головами хотя бы ненадолго… и появилось время кое-что поменять в расстановке фигур и игровой ситуации. Или хотя бы обдумать положение на доске и разработать новую стратегию.
Фелинкс ждала довольно долго и теперь громко проинформировала хозяина о том, что лично ее терпение только что лопнуло.
- Уже скоро, - Куат с Куата поднял зверюшку на руки, покачал, почесал за ушами, там, где малышке нравилось больше всего. - Хотя немного времени все же потребуется. Но не очень много.
Когда имеешь дело с Бобой - Феттом, ждать всегда приходится очень недолго. Совсем как раньше, на другом уровне игры, когда пешками были хитроумный сборщик Куд'ар Муб'ат и члены охотничьей Гильдии. Та игра была сыграна, по сведениям Куата с Куата, с фантастической скоростью.
- Совсем скоро, - пробормотал инженер. - Совсем-совсем скоро…

ТОГДА…

Назревает крупное дельце, - ухмылка у Босска была уродливая; сплошные зубы. Как всегда, впрочем. - На самом деле крупное. Боба Фетт прислонился к стене возле каменной скамьи. Ничто из того, что говорил трандошан, пока что не приводило его в состояние крайнего изумления. Рептилияпереросток вымахала до гигантских размеров, но до сих пор не разумела границ дозволенного. Может быть, перед смертью, наконец, осенит? Фетт обстоятельно обдумал вопрос. Вслух же он произнес: - Продолжай.
Иногда полезно притвориться, будто понятия ни о чем не имеешь. Дает нужный результат. Охотник сделал над собой усилие и выдавил на два слова больше, чем было необходимо: - Расскажи подробнее.
- Уж больно ты прыткий, охолони-ка, - Босск покрутил чешуйчатой головой, разглядывая убогую обстановку временного обиталища Бобы Фетта в центральном Жилом комплексе Гильдии.
Обитая металлом, деревянная дверь уже была наглухо закрыта толчком тяжелой когтистой лапы.
- Совершенно незачем, - прорычал трандошан, понизив голос, - чтобы об этом узнал каждый встречный и поперечный.
Очевидно, то, что увидели его узкие глаза с вертикальным зрачком, Босска удовлетворило. Собственно, искал он "жучков" в щелях между заплесневелыми камнями. Чудак, мог бы просто спросить…
- По крайней мере, пока незачем.
- Любишь секретность, - равнодушно обронил Боба Фетт. - Похвально.
Эту конуру можно было напичкать тысячью подслушивающих и подсматривающих устройств, и никто бы об этом не догадался без специального оборудования.
- Обстоятельства вынуждают, - Босск грузно уселся на скамью, поерзал, придвинулся поближе. - Особенно в таком деле.
- В каком?
Коридоры охотничьей Гильдии вдруг показались паутиной, они окутывали маленькую комнатенку, свивались в клубок, пересекались, уводили в никуда, как и работа умов обитающих в них существ. И с тех пор как Боба Фетт прибыл сюда, в этих умах произошли значительные перемены. Они все стали еще хитрее и лживее. Фетт ощущал их неискренность, он задыхался от паранойи и лжи. Приходилось смиряться, потому что такое положение работало на него, на планы, составленные Куд'аром Муб'атом. Охотники за головами путались в паутине собственной лжи, блуждали в выстроенном ими самими лабиринте. Кое-кто в нем и останется навеки.
Фетт размышлял, что для него лично история окончится иначе. Путаница коридоров обширного комплекса его не волновала. Он не стал составлять карту и даже еще не придумал самого быстрого выхода из ловушки. Когда придет время, он вырвется из окружающих его стен с такой легкостью, будто они сделаны не из камня, а из тонкого флимсипласта. И ждать осталось недолго…
- Крупное дельце, - повторил Босск, пребывая в частливом неведении о размышлениях собеседника.
Когти ящера рефлекторно сжимались, словно стискивали шею добычи или деньги, выплаченные за нее.
- Как раз из тех, какие ты любишь.
Боба Фетт ответил - без капли эмоций. Слова были густы, как и визор мандалорского шлема.
- Насколько крупное?
Босск сунул морду почти вплотную, хрипло зашептал в самый аудиорецептор шлема. Он даже прищелкнул от удовольствия языком, перечисляя награду.
- Ясно.
Размер заказа Фетта тоже не поразил, потому что он его знал. У него были собственные источники информации, намного сообразительнее, чем те, что обслуживали членов Гильдии.
- Соблазнительная сумма.
А еще Фетт не удивился, что Босск уменьшил награду и четверть миллиона кредиток. Как и большинство жотников за головами, трандошан имел гибкое мнение о честном дележе добычи.
- Очень соблазнительная.
- Ты тоже так думаешь, правда? - Босска даже рясло, он алчно облизнулся. - Я так и знал, что ты захочешь поучаствовать!
- Кто добыча? В точности.
Он уже и сам знал, но обязан был спросить по условиям игры. Маскарад есть маскарад. Пусть Босск считает, что делится новостями, а не подтверждает их.
- Кого-то здорово разобрало, - задумчиво произнес хэба Фетт. - Деньги не маленькие.
- Можешь еще раз повторить, - Босск поднял один; оготь. - Вот тебе зацепка. Похоже, некий деляга-льюнеси по имени Оф Нар Диннид ухитрился наработать себе настоящий комплекс на почве эротики, - зубастая ухмылка превратилась в оскал. - Ты же знаешь, как это у них происходит. Старая добрая история…
Фетт знал. Льюнеси проживали на Риооне на задворках Внешних территорий. На протяжении нескольких тысячелетий вулканы не прекращали там свою активную деятельность, и условия жизни были гораздо ниже среднего, чтобы не сказать отвратительные, и требовали борьбы за жизнь в буквальном смысле. Тем более что льюнеси обитали там не одни, а в компании еще шести разумных рас, которые давным-давно уничтожили бы хрупких соседей, если бы льюнеси не выработали умение общаться. Не просто переводить слова одного языка на другой, путаясь в значениях и теряя смысл. Окруженные со всех сторон врагами, когда каждый новый день зависел от правильно произнесенного слова и верно сделанного жеста, льюнеси покупали себе жизнь ценой услуг, которым завидовали роботы-секретари всех моделей и годов выпуска. На Риооне это значило, что они обеспечивали текущие и весьма переменчивые переговоры между остальными обитателями планеты, в бешеном темпе создающими и распускающими союзы, объявляющими войны и столь же поспешно заключающими перемирия между разумными существами, у которых даже обмен веществ был разный, что уж говорить о языке. В Галактике за пределами Риооне льюнеси неизменно обнаруживались в любом узле связи, они сортировали и регулировали переписку между различными секторами Империи.
Хотя у дара просчитывать и угадывать чужие намерения и секреты была неприятная изнанка. Время от времени какой-нибудь льюнеси обязательно оказывался жертвой собственной проницательности. Их вечно сжигала на редкость пламенная страсть - одна на весь их род. Хуже того, практически всегда объект их устремлений отвечал им взаимностью. В отличие от фаллиенов чьи завоевания на любовном фронте происходили с примечательными холодностью, невозмутимостью и отсутствием чувств, льюнеси со своим гиперэротизмом довольно быстро обнаруживали, что находятся в ситуации, когда разум теряется безвозвратно. Учитывая высокие дипломатические посты, где обосновывались эти любители наслаждений, последствия, как правило, оказывались катастрофическими.
И фатальными.
- Я слышал эту историю, - обронил Боба Фетт. Как в общем, так и в частностях. У осведомителей длинные языки и желание пообщаться.
- Лучше бы эта женщина связалась с принцем Кси-зором, - продолжил он после паузы. - Получила бы удовольствие, сохранила бы репутацию, может быть, была бы жива. Если бы думала головой.
Фетт предположил, что когда в деле замешан один из его клиентов с Фаллиена (нечастых, ибо Ксизор был скуп), есть смысл говорить о галантности.
- Льюнеси не хватает мозгов, чтобы быть бессердечными, - подвел он итог. - В этом их проблема.
- Точно сказано! Этот парень Диннид ухитрился вляпаться в огромную кучу дерьма нерфов, - ощерился Босск, который сроду не отличался сентиментальностью. - Он работал на один из самых крупных кланов в системе Наррант, только не могу сказать, на который…
- Не надо. Они все одинаковые.
Что верно, то верно. Боба Фетт мог прочитать трандошану краткий курс по истории и ритуалам кланов Нарранта, но не стал. Собственно, "кланы" - не совсем точное название; это были свободные образования генетически связанных друг с другом рас со сложными, запутанными линиями подчинения и родства. Клятвы верности на крови не спасали от недоразумений. Если бы не дипломатыльюнеси, члены кланов поубивали бы дpуг дДруга на месте. Неплохое местечко для аборигена заштатной планетки с постоянной сеисмоактивностью… пока кто-нибудь не допустит промашку. Никто не безупречен.
- Дай угадаю, - произнес охотник в мандалорских доспехах. - Наниматели Диннида обнаружили его в компрометирующей позиции с женой или дочерью одного из верхушки.
- Очко в твою пользу, - у Босска блестели и глаза, и зубы; радость трандошанов от неприятностей прочих обитателей Галактики всегда заходила гораздо дальше вопроса получения прибыли или выгоды. - От начала и до конца. Парень растревожил семейку самого большого главаря. Смешные эти льюнеси, честное слово, никогда не знают, когда дать обратный ход. Да еще и вытаскивают все наружу… сами, только представь! Вообрази, там у них какая-то церемония, пара тысяч мелких сошек со свитой набились в центральный зал, шум, гам, приносят эти свои клятвы на крови, и тут кто-то случайно дергает портьеру, та падает, а за ней Оф Нар Диннид и старшая наложница вождя клана! Вся Галактика чуть не лопнула с хохоту! Говорю тебе, никакого чувства опасности.
Описание событий совпадало с тем, что передали Бобе Фетту его информаторы.
- И он ушел живым? - удивился охотник.
- Ладно, беру свои слова назад. Кое-какие мозги у них в головенках всетаки сыщешь, - Босск пожал плечами. - Недостаточно, чтобы не влезать в неприятности, но хватает, чтобы заранее приготовить пути отхода. В общем, в вентиляционных системах вдруг оказывается некоторое количество свежего поодоо. Ну, ты представляешь, какие там крики, ахи, охи, все зажимают носы, а Диннид под шумок мчится к гравициклу, тот уже ждет, и горючего под завязку. Даже координаты уже введены.
- Ну, и куда ему лететь? Туда, где безопасно? - Усмехнулся Боба Фетт; ответ он уже знал, но продолжал изображать полное непонимание. - У сеньоров с Нар-Мандалорский доспех ранта и их вассалов такое чувство чести, что обид они не забывают. Их ничто не остановит. Их публично унизили, они все отдадут, но вернут обидчика.
- Верно, - Босск быстро кивнул. - Вот поэтому некий сеньор специально оговорил, что награда назначена именно за голову. Тело можно к нему не тащить, правда, удобно? Сам заказчик не может просто так взять и собрать войско, выследить маленького придурка, приволочь назад в центральный зал и получить удовлетворение, выделывая из шкуры Диннида накидку на трон. Ну, и не дать истории расползтись дальше. Естественно, наш добрый сеньор хочет, чтобы грязную работу за него выполнили мы, охотники.
В деле охоты всегда предпочиталось молчание. Боба Фетт специализировался в выполнении быстрой, результативной - и тихой - работы.
- Такая награда, - недовольно пробурчал он. - Вся Гильдия ринется выслеживать Оф Нар Диннида.
- Э, не так все просто, - сказал Босск. - Во-первых, никого не надо выслеживать. Наша добыча придумала не только, как улизнуть, но еще и куда. Убежище лучше некуда. Он у панцирников.
И это Боба Фетт уже слышал. Из всех семейств хаттов панцирники были не самым многочисленным, зато самым сплоченным. Они даже не были похожи на своих родственников, разве что размерами и физиологией; те же грузные туши, та же жадность и преобладающее над всеми остальными желаниями стремление контролировать все и вся, на что только падает взгляд. В этом они от своих сородичей не отличались.
Толстую складчатую кожу хаттов бластером не прошибить (Фетт знал наверняка, он уже как-то раз пробовал), а жизненно важные органы запрятаны так глубоко, что даже виброножом не достанешь. Интересно было бы попробовать провести вскрытие лазерным мечом, но по нынешним временам он - штука редкая, кроме того, Боба Фетт питал отвращение не только к самим храмовникам, но и к их вооружению, еще в детстве постановив что даже пальцем к нему не притронется. Так что оставалась в запасе лишь направленная радиация… Нет, еще можно было отравить, но сколько же килограммов яда пришлось бы впихнуть в их огромные рты? Идеальное сложение для преступной жизни.
Но одно из семейств не удовлетворилось тем, чем их наградила природа. Они пошли дальше. Где-то в тумане прошедших тысячелетий они обеспечили себя тем, чем генетика не сумела: защитной броней из тяжелого дюрастила, оснащенной встроенными генераторами антигравитационных полей. Даже передние конечности они спрятали внутрь панциря. Вместо слабых ручек у них были могучие механические захваты. И на зависть соперникам-родичам эти манипуляторы загребали гораздо больше нечестным образом нажитого добра.
- А панцирникам какой прок от переводчика в бегах? - Боба Фетт не раз. и не два имел дело с этим семейством и знал, что без большой кучи денег они даже с места не сдвинутся. Одним словом: хатты. - Услуги они могли просто купить. Переводчиков много. И не за всех назначена награда.
- Оф Нар Диннид расстарался, - в хриплом рычании трандошана появился намек на неохотное восхищение. - У него в подкорке - импланты, а в имплантах - информация обо всех сделках и деловых интересах в системе Наррант, он ведь был переводчиком у сеньора, помнишь? Да и просто так в голове полно знаний, которые панцирники нашли любопытными и заслуживающими внимания.
- И что? На ворованных данных долго не проживешь. Панцирники выжмут его досуха, а останки выкинут на помойку.
Босск разве что не облизывал мандалорский шлем;из пасти ящера воняло кровью и сырым мясом. Не спасали даже фильтры.
- Диннид, может, и набитый информацией дурак, но не на сто процентов. Импланты в его башке свеженькие, последняя разработка, их так просто не выпотрошишь, они выдают данные в час по чайной ложке. Да, забыл сказать, там еще и блок самоуничтожения предусмотрен, так что все тип-топ, в лучшем виде. Как только панцирники попытаются вскрыть ему черепушку, даже подметать не придется, так там будет чисто. И это еще не самое смешное. Нельзя сказать, сколько вообще информации в голове у Диннида. Короче, этот барв имеет для панцирников ценность только на длительный период. По моим прикидкам, на несколько десятков стандартных лет.
- Умно, - опять пришлось притвориться, что слышишь историю в первый раз. - Но это значит, что столько же времени панцирники будут с ним нянчиться.
- В самый центр мишени, - согласился Босск и постучал когтем по кирасе собеседника, - Не слишком-то просто выманить добычу из норы. Вот поэтому никакой одиночной охоты не предвидится. На дело пойдет команда.
Ничего неожиданного.
- Делаешь предложение?
- Может быть, - Босск отодвинулся, вновь озираясь по сторонам; на этот раз пристальному вниманию подверглась деревянная дверь. - Будем честными: с тех пор как ты заявился к нам, народ не может спокойно уснуть.
В темном узком визоре шлема вновь отразилась острозубая ухмылка наследника Гильдии.
- От старых развалин вроде моего папаши и его советников до зеленых охотничков, все только и делают, что без умолку болтают языками.
- О чем?
- - Не валяй дурака! - - рыкнул Босск. - Сейчас ты для меня ценность, но станешь смеяться надо, и я сожру твои мозги, сварю прямо в шлеме вместо котелка. Если я и делаю тебе некое предложение, то дело не в охоте на Оф Нар Диннида, хотя этой причины доем точно, чтобы ты заинтересовался. Мы сейчас говорим о будущем нашей Гильдии. Грядут перемены, народ выбирает сторонников, все решают, с кем им веселее и выгодннее. Если честно, я предпочел бы видеть тебя рядом с собой, а не наоборот. Но на какую сторону ты ни встанешь я намерен выиграть. И с тобой мне будет много легче чем против тебя. А еще было бы здорово, чтобы мы с тобой и еще парочкой ловких барвов отловили этого любвеобильного переводчика. Награда за голову купит нам много друзей. Но, что важнее, она покажет некоторым лежебокам, что такое - отловить такую добычу. Тому, кто сумеет успешно вернуться с охоты, и следует управлять Гильдией.
- Я подумаю, - Боба Фетт говорил спокойно и ровно. - Впечатляет.
- Прекрати льстить, - острый кончик когтя прочертил на матовой поверхности кирасы царапину. - Я хочу знать одно: ты со мной или нет?
Оказывается, у трандошанов не такие уж и узкие глаза. Во всяком случае, у Босска они стали совсем круглыми, когда Боба Фетт перехватил его запястье и сжал с такой силой, что под чешуйчатой кожей захрустели кости. Фетт медленно и лениво отвел лапу ящера подальше от себя, словно своеобразный и непривлекательный предмет.
- Ладно, - он разжал пальцы. - Я с тобой. Босск, надувшись, потирал онемевшую лапу.
- Хорошо, - буркнул он, помолчав. - Поговорю с остальными. Надо собрать команду… я знаю кое-кого.
Боба Фетт смотрел вслед транлошану: как тот поднимается, рывком распахивает дверь, как захлопывает ее за собой. Затем прислушался к удаляющимся шагам. Ему было почти грустно. Бедолага Босск даже не подозревал, какой маховик запустил.
Но он выяснит… очень скоро.

х х х

- Ваш потомок только что завершил визит, - управляющий поклонился так низко, что подобострастная улыбка была потрачена зря; ее никто не заметил. - И беседа его с неприятной личностью, известной под именем Боба Фетт, проистекала именно так, как вы и предсказывали с присущей вам мудростью и прозорливостью.
Крадосск разглядывал раскачивающуюся перед ним заплывшую жиром фигуру. Сколько ни кланяйся, а жадность, светящуюся в глазах, не скрыть. Лоснящиеся головные хвосты-лекку напоминали одновременно ниреллиан-ских земляных червяков и невареные колбасы. У Кра-досска от таких аналогий немедленно засосало под ложечкой. Захотелось жрать… Правда, на старого трандо-шана так действовало практически все во вселенной.
- Еще бы!
Окруженный со всех сторон роскошью, ящер с удовольствием носил заскорузлую, привычную и очень прочную рабочую одежку, а пышные многослойные балахоны были убраны в специальный шкаф с вакуумной прослойкой и контролем влажности.
- Все идет, как задумано, - Крадосск шевельнул плечами, проверяя, плотно ли подогнана кожаная сбруя. - И вовсе не из-за мудрости, которой я, может, и обладаю, а потому что у всех остальных не хватает ума.
- Ваше великолепие всех затмит своей скромностью…
Об Фортуна кружил вокруг главы Гильдии, бледные и липкие ладони тви'лекка порхали, точно жирные бабочки, пока управляющий вносил последние поправки в облачение своего господина, - Разве я умею предвидеть будущее? - ворковал Об Фортуна. - Или ваши прославленные советники и старшины? Едва ли…
- А все потому, что и ты, и они - дураки.
Эта мысль опечалила трандошана. Получалось так что на его плечах безраздельно лежал груз ответственности, и не было у него помощников, чтобы повести охотничью Гильдию сквозь опасные отмели, на которых так и рыскали, словно стаи голодных морских убийц, заговорщики и враги. Даже собственный сын… Мое собственное отродье! Крадосск помрачнел. Вот показатель, что истинная алчность и здравый смысл получаешь с опытом, а не с генами. Не следовало так баловать Босска, когда он был маленьким ящеренквм…
- Кое-кто хочет видеть вас, - управляющий закончил оправлять одеяние трандошана. - Вы звали его? Следует ли мне допустить его под светлые очи вашей милости?
Светлые очи загорелись оранжевым огнем.
- Да - на оба вопроса, - буркнул Крадосск. Раболепие тви'лекка начинало действовать ему на нервы.
- И это частное дело, - добавил Крадосск. - Так что твое присутствие тут не требуется.
Управляющий впустил внутрь охотника Зукусса, затем исчез за одной из боковых дверей, которую не поленился плотно закрыть за собой.
Из всех юных, еще необученных охотников, которые смогли получить членство в Гильдии, Зукусс всегда создавал впечатление, что меньше всего пригоден для выбранной профессии. Крадосск рассматривал стоящую перед ним фигуру в якобы свирепой дыхательной маске и экзоскелете и размышлял, зачем вообще разумному, рассудительному существу подвергать себя такой опасности. Ганд был похож на ребенка, играющего во взрослые рисковые игры, где на кон часто ставилась собственная жизнь, а плата измерялась болью и смертью. Крадосск подсунул Зукусса - со всеми его нелепо болтающимися трубками дыхательного аппарата, неуклюжими движениями и невзрачным видом - в напарники Босску по элементарной причине. Босск всегда охотно жертвовал своими напарниками, так пусть это будет наименее ценный член братства. Погибнет этот - всегда отыщется новый Зукусс; в дверь Гильдии вечно ломятся неумехи и недоучки с распаленным самомнением, вообразившие невесть что о своем мастерстве и крутизне. Хотя конкретную ситуацию пришлось изменить. Крадосск придумал молодому ганду новое применение.
- Я пришел, как только смог, - юнец заметно и громко нервничал, дыхательные трубки пульсировали от прогоняемого воздуха. - Надеюсь, я ничего не…
- Успокойся, - Крадосск опустился в складное походное кресло, сделанное из берцовых костей, усиленных дюрастиловыми прутьями. - Поверь мне, если бы ты влип в неприятности, то уже знал бы об этом.
Не было похоже, чтобы Зукусс поверил в собственную безопасность. Ганд оглянулся через плечо, как будто двери покоев были оборудованы механизмом, захлопывающим дверцу ловушки.
- Да все в порядке.
Желтоватые подлокотники кресла были отполированы до блеска ладонями хозяина.
- Почти на все твои действия я взираю с одобрением.
- Правда? - Зукусс опять повернулся к правителю Гильдии.
- Конечно, - без усилий соврал трандошан. - Мне докладывали о тебе. Мой сын Босск не слишком легко впадает в восторг, на него сложно произвести впечатление. Если речь идет не о нем самом, разумеется… Но о тебе он отзывался с большой похвалой. То дело со счетоводом… как же его там звали?
- Посондум, - застенчиво подсказал ганд. - Нил Посондум. Жаль, что ничего не получилось. Мы почти схватили его.
Когтистая лапа описала широкий круг.
- Каждый старается в меру своих способностей, - Крадосск пожал плечами. - Не каждая охота происходит так, как нам хочется.
На подобные речи всегда уходило много сил; все-таки актерский талант ему был почти неподвластен.
- Каждому может не повезти.
Глубоко в душе у Крадосска жило желание бить сына и Зукусса головами друг о друга за то, что не справились с элементарным заданием. Боба Фетт выставил обоих охотников круглыми дураками, а потом повторил унижение, проскользнув под самым носом у парочки на подлете к охотничьей Гильдии.
- Не волнуйся. Выпадет и тебе удача. Всегда найдется какая-нибудь другая добыча.
- Я… я рад… что вы так думаете.
- Тебе еще многому следует научиться, - ту же самую лекцию он уже прочитал Босску много лет назад; от сына он в ответ получил лишь злобную ухмылку. - Что-то теряещь, что-то находишь, фокус в том, чтобы найти больше, чем потерять.
- Наверное, это правда, - беспокойство Зукусса не стихало. - Только вот.. . Боба Фетт. Почему он всегда только находит?
- Ошибаешься, и он не без изъяна, - лапа Крадосска опять сделала всеобъемлющий жест. - Ты этого не знаешь, но мы с ним давно знакомы. Так вот, было время, когда и он возвращался с охоты пустым. Не позволяй репутации неуязвимости ослепить себя.
- Н-ну… сложно поверить. То, что о нем говорят… Крадосск наклонился, ткнул когтем Зукусса в грудь. - Я давно варюсь в этом супе, мальчишка, и я говорю тебе: ты - такой же крутой барв, как и великий Боба Фетт.
- Правда?
- Разумеется…
Разве что в глазах гаморреанцев, добавил Крадосск про себя. А вслух с пафосом продолжал: - Это я тебе говорю. Прирожденного охотника за головами узнаешь с первого взгляда. Я таких нутром чувствую. Поэтому и возглавляю нашу Гильдию. Умею, знаешь ли, точно определять, кто стоит передо мной.
Он поскреб когтями живот.
- И моя интуиция подсказывает мне, что ты обладаешь всеми необходимыми талантами.
- Н-ну… - Зукусс медленно и изумленно покачал уролдивой головой. - Я… я польщен…
Что-то больно легко получается, обеспокоился Крадосск. Скажи то, что от тебя хотят услышать, и тебе преподнесут сердце на блюдечке. Таков самый быстрый и надежный способ воткнуть в него нож. Защита рушится, как отключенный дефлекторный щит.
- Не стоит.
Зукусс сам промаршировал в нужное место и даже услужливо занес одну ногу над капканом. Оставалось захлопнуть ловушку.
- Мне кое-что от тебя нужно. Кое-что весьма важное.
- Все, что угодно, - поспешно сказал Зукусс. - Такая честь…
- Вот и славно, - Крадосск приподнял лапу, останавливая излияния ганда. - Я понимаю. Верность, она так важна в нашем деле, и я распознаю ее в твоем сердце.
Ящер продемонстрировал кривоватую ухмылку.
- Но объект своей верности нужно выбирать осмотрительно, не так ли?
- Неуверен, что понимаю…
- Пару раз ты ходил за добычей с моим сыном Босском. Ты же предан ему, верно?
Ганд даже не задумался перед ответом.
- Конечно же. С головой.
- Что ж, пора сменить установку, - щербатая улыбка исчезла, Крадосск поудобнее устроился в кресле, расслабился.
- Ты предан мне. И по очень простой причине. Надвигаются трудные времена… собственно, они уже наступили. И многие их не переживут, но Гильдия устоит, хотя и станет не столь многочисленной. А ты хочешь быть среди выживших, потому что альтернативой будет смерть.
Он не отводил взгляда от низкорослого охотничка и видел собственное размноженное отражение в фасетках глаз.
- Я ясно выразился?
Зукусс торопливо кивнул; закачались трубки дыхательной маски.
- Да-да… очень даже…
- Хорошо, - произнес трандошан. - Ты мне нравишься, поэтому я хочу сделать тебе одно предложение.
По правде говоря, для трандошанов характерно презрительное отношение к прочим жизненным формам. Вот и Крадосск не делал ни для кого исключения.
- Держись меня и выживешь. Я говорю даже не о физическом выживании, я толкую о продвижении вверх по лестнице. Верность и преданность, если выбираешь правильный объект, всегда вознаграждаются.
- Что… что я должен для вас сделать?
- Во-первых, молчать о том, о чем сейчас пойдет речь. Никому ни слова. Держи вокодер выключенным, понял? Хранить верность - значит уметь хранить тайны. Охотник за головами, который не держит рот на замке, не долго живет в этой Галактике. По крайней мере, в той организации, которой управляю я.
Очередной быстрый кивок, очередное раскачивание трубок.
- Я умею молчать.
- Это я уже выяснил, - Крадосск позволил улыбке опять вернуться на морду. - Все мы здесь проходимцы, но некоторые из нас проходимее прочих.
На этот раз трандошан наклонился ниже, так чтобы выдувать из ноздрей воздух прямо Зукуссу в глаза.
- Итак, сделка. Ты слышал об Оф Нар Динниде?
- Конечно. В Гильдии только о нем и говорят.
- Включая моего отпрыска Босска, как я понимаю. Зукусс утвердительно кивнул.
- От него я и услышал.
- Я знал, что он уцепится за это дело и когтями, и клыками, - Крадосск удовлетворенно и сыто погладил себя по животу, зашуршала старая чешуя; всетаки сыну хватало амбиций, хотя, к сожалению, не хватало мозгов. - Ему нравится, когда за хорошую работу хорошо платят. А охота за Диннидом как раз из таких. У моего парня, ручаюсь, уже слюни текут. Он говорил что-нибудь; о сборе команды?
- Не со мной.
- Еще заговорит, - заверил охотничка Крадосск. - Я лично об этом позабочусь. Поначалу мой потомок упрется и начнет возражать против твоего участия, но я знаю, как заставить его поменять мнение. Кое-какое оборудование, к которому у меня доступ есть, а у него нет, некоторые внутренние источники информации, всякое такое, ну, ты понимаешь. И этого добра столько, что и мой сын, и остальные просто встанут перед тобой на колени и будут умолять лететь с ними.
- Вы… вы так добры, - от переполнявших его подозрений ганд готов был взорваться. - Но зачем вам все это?
Может, и для этого существа где-нибудь завалялось немного надежды? Всетаки не законченный идиот…
- Все очень просто, - плотоядно оскалился трандошан. - Я делаю кое-что для тебя, - он щелкнул по дыхательной маске Зукусса, - а ты делаешь кое-что для меня.
Кончик когтя царапнул чешую на груди.
- Видишь, как все просто?
На этот раз ганд кивнул медленно, как будто раскачивающийся перед ним коготь его гипнотизировал. - Так что же… мне… сделать для вас?
- И это просто, - Крадосск опустил лапы на костяные подлокотники кресла. - Ты отправишься с командой, которую соберет мой сын Босск, на охоту за добычей по имени Оф Нар Диннид. Разница между тобой и Босском заключается в том, что ты с охоты вернешься.
Потребовалось какое-то время, но в конце концов Зукусса все-таки посетило озарение.
- О-о… - кивок был совсем уж сомнамбулический. - Ясно…
- Рад за тебя, - Крадосск указал ганду на дверь. - Мы еще поговорим об этом. Попозже.
Когда охотничек освободил от себя помещение, глава Гильдии позволил себе несколько минут провести в благостных размышлениях. Накопилось множество дел, столько ниточек нужно было подергать, столько слов нашептать в нужные уши. Но сейчас, наедине сам с собой, трандошан признавал, что эта козявка Зукусс ему даже понравилась. До некоторой степени, разумеется. Умен в той мере, чтобы быть полезным, но глуп в той мере, чтобы не сообразить, что его просто используют. Наверное, когда придет время избавиться от Зукусса, Крадосск даже ощутит нечто похожее на сожаление.
Но в этом, насколько ему было известно, и состоят тяготы предводительства.
Пришлось попотеть и воспользоваться многочисленными импровизированными инструментами - в основном куском толстой, заостренной с обоих концов проволоки. Но тви'лекки рождаются и с молоком матери впитывают определенные умения и привычки. А результатом почти годового труда в качестве управляющего стало крошечное, почти незаметное отверстие под потолком личных покоев хозяина. Спросите кого угодно, и каждый ответит, что такое примитивное устройство гораздо лучше, чем электронные новомодные "жучки". Те всегда можно обнаружить при элементарном сканировании.
Вслушиваясь в слова, которые произносились в соседней комнате, Об Фортуна еще раз поздравил себя за ум и смекалку.. Когда живешь бок о бок с кровожадными хищниками, поневоле становишься умным.
Между массивными камнями хватало щелей, чтобы упереться ногами, а на стене висело достаточно гобеленов, за которые можно было ухватиться. Управляющий ловко спустился со своего наблюдательного поста, как только услышал, что Крадосск отпускает Зукусса с обещанием продолжить тайное собеседование. Управляющий должен уметь до секунды высчитывать, сколько времени требуется, чтобы повернуться и пройти несколько метров, разделяющие походное кресло, в котором всегда сидит глава Гильдии и двери. Еще не было случая, чтобы тви'лекк не успел спуститься и отряхнуть с себя пыль и паутину. Когда дверь открылась, он встретил охотника подобострастной улыбкой честного, верного и ничего не умышляющего слуги.
- Надеюсь, беседа была приятной и плодотворной, - Об Фортуна сопроводил Зукусса к следующим дверям, ведущим из приемной в коридоры комплекса Гильдии. - И вы уходите вдохновленным на подвиги и счастливым.
Ганд был рассеян и ответил не сразу.
- Да… - он машинально кивнул. - Да, очень… очень вдохновлен. Какое верное слово.
Идиот, горько вздохнул про себя управляющий. Он слышал каждую фразу, каждое слово, каждый слог, произнесенный Крадосском. Нравилось трандошану или нет, но тайн тут не существовало.
- Как хорошо! - лезвия зубов вновь блеснули в улыбке.
Тви'лекк распахнул внешнюю дверь, рукой придержал головные хвосты во время поклона; те так и норовили свеситься через плечо.
- Надеюсь, мы еще будем иметь удовольствие видеть вас.
- Чего? - Зукусс оглянулся, словно простые слова поставили его в тупик. - А… да, конечно. Думаю, да.
Ганд побрел прочь, согнувшись под невидимым грузом новой ответственности.
Управляющий смотрел ему вслед. Он не был чужд красноречия, умел произносить речи и видеть мысли, маскируемые словами. Под поверхностью всегда что-то скрывалось. Бедолага-охотничек и понятия не имел, в какую ловушку он только что добровольно попал.
Зато Об Фортуна знал. Тви'лекк оглянулся, чтобы удостовериться, что внутренняя дверь плотно закрыта. Затем торопливо зашагал по коридору в противоположную сторону - к тем, кого могло заинтересовать содержание разговора. Пальцы, прячущиеся в длинных рукавах, непроизвольно шевелились, уже высчитывая, сколько выручки ему принесет новая информация.
- И чего же мы ждем? - рыкнул сквозь оскаленные клыки Босск; он был в ярости. - Нам уже давно пора в путь!
- Терпение, - посоветовал ему Боба Фетт. - В нашем случае не стоит спешить. Если хочешь выполнить работу и выжить, чтобы рассказать об этом.
Он наблюдал, как трандошан, бормоча и кляня весь белый свет, меряет нетерпеливыми шагами посадочную площадку (одну из многих, принадлежащих Гильдии, и самую удаленную от центра). Фетту вдруг пришла в голову забавная мысль. Босска даже не понадобится убивать, ящер сам взорвется от распирающей его ярости. Или злоба заставит его оступиться. Собственное выживание Боба Фетт строил на равновесии между насилием и холодным, лишенным эмоций расчетом своих действий. Без остуженной головы ни один план, ни одна затея в Галактике не стоят и сотой доли кредитки. Это понимала Империя - от мелких чиновников, через Дарта Вейдера до самого Императора Палпатина. А твари, подобные Босску, и не подозревали, что насилие, пусть даже необходимое, - это бомба, которую носишь в собственном. сердце. И когда-нибудь она взорвется.
Низкорослый Зукусс нервно поглядывал то на Босска, то на Фетта и не находил себе места.
- Может быть, - неуверенно произнес он, - выслать вперед авангард, а остальные подтянутся позже, когда будут готовы к работе?
- Не дури, - Фетт качнул головой. - Только хаттов всполошим. Или неожиданность, или садись за комлинк и стучи весточку панцирникам: мы идем.
- Но корабли готовы к взлету! - Босск крутанулся на пятках. - Если мы подождем еще немного, за дело возьмутся другие и захапают наши денежки! Нас обойдут!
Боба Фетт решил, что для сохранения душевного равновесия ему лучше смотреть на экран персональной деки, продолжая проверять список вооружения.
- И что? - между делом полюбопытствовал он. - Шанса на успех у них никакого, наша добыча останется ждать нас. Просто придется кое-что изменить в плане, невелика потеря. Хатты все равно узнают разницу между нами и гипотетическими другими.
- Ты еще не устал твердить о своих грандиозных планах? - Босск вперил пылающий злобой взгляд в мандалорский доспех. - Когда же ты соберешься поведать нам, в чем они заключаются?
Боба Фетт поднял голову. Трудно сказать, каким был его взгляд за темным пластиком визора.
- Терпение, - повторил он. - Учись терпению. Босск разбурчался еще громче.
Здесь же, в доке, присутствовал дроид ИГ-88, единственный из неорганических созданий, кому удалось стать одним из самых уважаемых членов Гильдии, и именно его Фетт считал достойным противником. Дроид развернул видеосенсоры в сторону спорщиков.
- Есть-терпение, - заявил он. - И-есть-нерешительность. Второепроистекает-из-страха-и-колебаний. Мы-решили-что-на-этой-охоте-старшим-будешьты-потому-что-эти-два-свойства-тебе-не-присуши. Наше-разочарование-будет-велико -если-мы-обнаружим-что-это-не-так.
- Думаешь, справитесь без меня? - равнодушно откликнулся Фетт. - Вперед.
ИГ-88 не двинулся с места. Он несколько раз проска-нировал фигуру в древних доспехах, потом кивнул металлической головой. В исполнении роботов человеческие жесты всегда выглядели забавно и немного нелепо.
- Ты-остаешься-старшим, - признал ИГ-88. - Но-я-тебя-предупреждаю-неиспытывай-нашего-терпения.
- Мое уже лопнуло! - из Босска разве что дым не шел из ноздрей.
Умей трандошан испепелять взглядом, от невысокой фигуры в серо-зеленых доспехах осталась бы жалкая кучка пепла. Босск таким умением не обладал, поэтому положил лапу на рукоять бластера. Похоже, больше всего ящера злило, что Фетту было на него наплевать.
- Я передумал! Вообще не стоило со всеми вами связываться! Тоже мне, команда! Дурацкая была идея!
- Э-э… Босск… - заговорил Зукусс. - Это же ты придумал…
- Я это затеял, я и положу конец! - трандошан обвел взглядом трех охотников. - Можете делать, что хотите, а я выхожу из команды. Отправляюсь за Диннидом без вас!
- Едва ли, - Боба Фетт сунул деку в карман комбинезона.
На фоне истошных воплей Босска голос невысокого охотника за головами звучал даже ленивее и ровнее обычного.
- Тебе слишком много известно. Взялся за работу, придется остаться, пока мы ее не закончим. Только так.
- Да ну? - прищурился трандошан. - Это как это?
ИГ-88 остался стоять, как стоял, холодно разглядывая коллег фоторецепторами. Зукусс попятился, приготовившись спрятаться за фюзеляжем любого из кораблей в доке, как только Боба Фетт протянет руку к оружию. С точки зрения самого Фетта, намерения ганда были довольно глупы, так как для того, чтобы выстрелить, ему не нужно было никуда тянуться.
- Давай, - весело предложил Фетт. - Пройди мимо нас. Увидишь.
Атмосфера накалялась. Босск топтался на месте. Давай, мысленно попросил его Боба Фетт. Сэкономишь мне время. Ну, давай же! Пожалуйста,..
- Кто-то летит! - воскликнул Зукусс; его пронзительный голос прозвучал слишком громко и резко в затянувшейся тишине.
Ганд указывал на створ дока, где на фоне звездного неба нарисовалась огненная полоса.
- Еще один корабль…
Босск пару секунд не отводил взгляда от соперника, потом все-таки оглянулся через плечо. Приближающийся огонек стал ярче: маневровые двигатели играли плазменным выхлопом. Трандошан вновь повернул голову к Фетту.
- Мы его ждали?
- Должно быть, - за этот короткий миг ладонь Бобы Фетта легла на изогнутую рукоять бластера и пока что не собиралась ее покидать.
- Тебе повезло, - буркнул Босск.
- Верно, - согласился охотник. - Я бы тебя убил, пришлось бы искать замену. Не люблю менять персонал. Так хуже.
Зукусс вылез из укрытия и, запрокинув голову, уставился в небо.
- Не узнаю тип, - озабоченно пробормотал он.
Уже можно было разобрать очертания корабля: гладкий овоид без каких-либо приметных деталей, едва ли крупнее ДИ-истребителя.
- Как он только получил разрешение?
- Я попросил за него, - Фетт направился к решетчатой платформе, на которую собирался опуститься новый гость. - Но если бы мне отказали, он бы все равно сел.
- Ты что хочешь сказать? - Зукусс потрусил следом.
- Этот барв ходит там, где хочет. Поверь мне.
Между тем странный овоид проскользнул в док, вырубил двигатели, активировав репульсор. Мягко покачиваясь в антигравитационной сетке, корабль лег на платформу. Внешняя броня несла многочисленные отметины, включая одну весьма значительную, металл даже оплавился.
- Только гляньте! - восхитился Зукусс, осторожно подкрадываясь к овоиду. - Похоже, побывал во всех битвах, начиная с восстания темных джедаев…
Он потрогал изъеденную коррозией потрепанную броню.
- Осторожно, - сказал Боба Фетт. Предупреждение запоздало.
Под аккомпанемент шипения воздуха в шлюзе металлическое яйцо раскололось на две половины. Мгновение все было спокойно, а потом…
Изнутри выдвинулась тяжелая лазерная пушка. Тонко заныли сервомоторы, ствол орудия шевельнулся и остановился в метре от груди оцепеневшего ганда. Еще одна серия щелчков и гудения, и индикаторы накопителя заряда мигнули красным: заряжено и готово стрелять. Зукусс боялся икнуть с перепугу. Если у стрелка не выдержат нервы, над обугленными башмаками будут плавать лишь сводные атомы, когда-то составлявшие ганда.
- Назад, - услышал он негромкий сипловатый голос искаженный вокодером мандалорского шлема. - Медленно, и останешься цел.
- Цел?.. - Босск зачарованно разглядывал расширенными глазами тускло отблескивающий ствол. - Да его сейчас испарят!
Зукусс тоже не мог отвести взгляда от смертоносного орудия, но все-таки ухитрился сделать один осторожный шажок. Потом второй. И все это время следящие системы не давали прицелу сбиться.
Еще несколько шагов, и ганд спрятался за спины охотников.
- Стой здесь, - приказал ему Боба Фетт.
- Не беспокойся… я отсюда… да я с места не сдвинусь…
От маленького Зукусса разило ужасом.
Фетт не соизволил кивнуть в знак того, что услышал. Он без видимого опасения, но не делая резких движений, пересек посадочную площадку. Лазерная пушка поймала его в прицел.
- Давно не виделись, - Фетт вроде бы обращался к оружию, словно черное отверстие дула было лицом, просто закрытым маской, как и его собственное, а система наведения была всевидящими глазами. - Очень давно.
Красный глазок индикатора остыл до темно-оранжевого, потом загорелся ровным желтым светом. Оптические и наводящие модули расфокусировались, словно расслабилась рука, сжимающая гашетку.
Лазерная пушка медленно поднялась; наверное, где-то внутри яйцеобразного корабля находился подъемник. Ее окутали клубы пара, заслонив на мгновение, а потом никто из присутствующих, за исключением Фетта, не поверил собственным глазам. Пушка шагнула из корабля на посадочную платформу. У нее был вполне человеческий торс, непомерно широкие, крепкие плечи. Грудь неведомого существа закрывала броня, по могучим рукам, вокруг бицепсов, змеились толстые кабели - некоторые поблескивали металлом, другие были одеты в изоляцию. Они соединяли механизм пушки с цилиндрами, притороченными к спине. Те стали видны, когда живое орудие выбралось из корабля. Из щелей между сочленениями вырывался пар; похоже, система охлаждения была установлена жидкостная, со времен ранних дней Республики, примитивная, устаревшая, но действенная. Лазерная пушка развернулась на сто восемьдесят градусов; кажется, сенсоры системы наведения действительно служили глазами.
Еще у существа обнаружились две короткие крепкие ноги, обутые в грубые башмаки, кисти рук, затянутые в черные перчатки, и хвост - металлический, сегментированный, покачивающийся из стороны в сторону.
Теперь корабль и вправду казался огромным яйцом, из которого только что вылупилось диковинное кошмарное существо.
Живая пушка свернула хвост в кольцо и уселась на него. Одной рукой она отцепила от пояса небольшую деку, толстыми пальцами второй проворно пробежала по клавишам. Затем вдавила "ввод".
- ОЧЕНЬ… ДАВНО, - скрипнул синтезированный голос, странно сочетающийся с шипением пара. - ТЫ КАК БУДТО… НЕ ВЗРОСЛЕЕШЬ… БОБА ФЕТТ.
- А надо? - искренне удивился охотник. - Повзрослею, когда умру. Времени будет достаточно.
Сенсоры мандалорского шлема отфильтровали из общего бурчания позади голос Босска: "Не нравится мне этот… эта… это…" Гость опять трансформировался: индикаторы полыхнули красным, дуло пушки, ведомое наводящей системой, смотрело теперь мимо плеча Бобы Фетта, хвост затвердел, превратившись в идеальный упор.
Боба Фетт оглянулся и увидел, что Босск, по-видимому, инстинктивно уронил лапу на рукоять бластера. Насколько помнил охотник, трандошан всегда поступал так, когда терзался сомнениями.
- Дурак, - сказал ему Боба Фетт. - Обычно Д'хар-хан сначала убивает, а после даже не думает задавать вопросы.
Босск торопливо убрал когти с бластера. - Правильно, - Фетт посмотрел на Зукусса и ИГ-88. -. Команда в сборе.
- Мы с Д'харханом давно знакомы, - руки Фетта быстро и легко двигались над приборной панелью "Раба-1"; охотник вводил координаты точки выхода. - Дольше, чем ты можешь представить.
- А как так получилось, что я никогда не слышал о нем?
Рубка была слишком мала, кресло второго пилота отсутствовало, хотя место для него имелось, поэтому если кого-то посещало желание перекинуться с Феттом парочкой слов, то сидеть приходилось на комингсе за спиной у хозяина корабля.
- Он выглядит… так впечатляюще…
У ганда был выбор; он мог лететь вместе с Босском и ИГ-88 на "Гончей", но у трандошана вконец испоганился характер, поэтому Зукусс был вынужден перебраться на "Раб-1". Ганд решил: пусть Босск общается с дроидом; роботы ничего не принимают на свой личный счет.
Лучше бы он остался на "Гончей", потому что с первых же минут полета выяснилось, что путешествие к искусственному планетоиду Циркумторе, обиталищу пан-цирников, на борту "Раба-1" еще хуже действует на нервы. Странное существо Д'хархан - то ли друг, то ли наемный спутник, то ли… чем он там мог быть для Бобы Фетта в таинственном прошлом обоих, - отыскало себе самый укромный уголок на нижней палубе, уселось там на решетчатые cтлани спиной к переборке. Потом обняло бронированными руками колени, частично перенеся на них вес лазерной пушки. Когда разбираемый любопытством Зукусс едва ли не на цыпочках прокрался в трюм, из темного угла послышалось сердитое шипение. Следящие системы зафиксировали чужое присутствие, сервомоторы развернули орудие на цель. Примерзший к палубе ганд облился холодным потом и только через несколько секунд заметил, что индикатор горит желтым светом.
А еще некоторое время спустя он сообразил, что это невозможное и абсолютно чуждое существо сейчас лишь частично находится в сознании. Под накатником была прикреплена небольшая, по форме напоминающая кирасу панель со светодиодами и рядами разъемов и гнезд вводов. Совершенно очевидно, что это и было хранилище всех мозговых функций Д'хархана. Туда, словно в пустой контейнер из-под пайка, запихали мозг, когда опустошили череп, а с позвоночником и специально укрепленными ключицами срастили основание пушки. Подробностей операции Зукусс разузнал у Бобы Фетта; тот сжато перечислил детали, но и этого хватило, чтобы по толстой коже ганда еще целый стандартный час ползали ледяные мурашки. Одно дело - оснащать себя оружием и следящими системами (Зукусс искренне завидовал арсеналу и потрясающему набору сенсоров, находящихся в распоряжении Бобы Фетта), но совсем другое - целые секции анатомии заменять на дюрастил и генераторы, в буквальном смысле превращаясь в оружие из того, кто им владеет…
Зукусс тайком подобрался поближе к спящему Д'хархану; маленького ганда тошнило. Вот чем все кончится, сумрачно размышлял он. Если отважишься пройти путь до конца…
Сегментированный металлический хвост, третья опора орудийной треноги, сейчас был обернут вокруг Д'хархана словно защитный барьер, предохраняющий его от контакта с миром живых.
Любопытство победило: Зукусс осторожно шагнул ближе. Он знал, что сон Д'хархана по сути нельзя назвать таковым. Живое орудие заглушило лишь часть своих систем, сохраняя энергию для вечно бодрствующей пушки, венчающей его торс. Помаргивающие огоньки индикаторов в темноте напоминали созвездия. При приближении ганда включилась аварийная цепь; одна массивная рука в черной перчатке шевельнулась, повернула к назойливому, хотя и напуганному посетителю освещенный экран голосовой деки. Вокодер молчал, но на экране горели слова:
НЕ ТРЕВОЖЬ МЕНЯ. ОСТАВЬ В ПОКОЕ.
Зукусс почему-то подумал о крайт-драконе, спящем в пещере; огненное разрушительное дыхание сейчас - лишь горячий пар…
Безмолвного предупреждения оказалось достаточно, Зукусс был только счастлив подняться по простой металлической лесенке трапа в рубку "Раба-1". Темная дремлющая и все равно смертоносная фигура существа, превратившего себя в оружие, пробуждала в ганде какой-то совсем древний ужас. Однажды, до того как он решил податься в охотники, ему "повезло" мельком увидеть Дарта Вейдера. Темный повелитель ситхов командовал карательной экспедицией на столицу планеты, которая не слишком поспешно выказала преклонение далекому Императору. Тогда Зукусса поразила одна мысль, вернувшаяся сейчас. О путях, ведущих к неслыханному могуществу, о каком можно только мечтать, но на этих путях теряешь кусочки себя, словно твоя плоть, твоя сущность переплавляется в броню, в холодный бесчувственный металл.
Наверное, стоило эту мысль обмозговать поконкретнее, но Зукусс боялся. Не сейчас, когда он напросился в союзники к Бобе Фетту и Д'хархану. Может быть, позже. Ганд тряхнул головой, карабкаясь вверх по трапу. Если. это "позже" наступит.
- Не понимаю, почему он таскает с собой этот дурацкий голосовой ящик, - он кивнул вниз, в сторону трюма. - Жуткая штука. По-моему, устройство, которое оставляет свободными руки, было бы сподручнее.
- Д'хархан не любит много болтать, - откликнулся Боба Фетт с одобрением. - Раньше, когда подобных ему было много, они координировали свои действия. Встроенный комлинк, целая сеть, очень удобно.
- Были и другие? Такие, как он?
Незавидная перспектива. Одного Д'хархана в Галактике - и то много.
- А что с ними случилось?
Фетт не ответил.
Зукусс помолчал и попробовал зайти с другой стороны.
- А на что он был похож раньше?
Ганд никак не мог заставить себя произнести имя мыслящей пушки.
- До того, как стал… таким вот, как теперь?
- Не твое дело, - отрезал Боба Фетт, не отводя взгляда от приборов. - Он есть он уже очень давно. Ты не слышал о Д'хархане раньше, потому что он занимался своими делами. Он живет там, куда такие, как ты, не летают.
Фетт оглянулся через плечо.
- И скажи спасибо.
Обсуждение последнего члена команды было окончено; Зукусс знал, когда следует обуздать любознательность. Но спасибо решил сказать, когда окончится охота. В Гильдии дела все ухудшались, становилось трудно дышать от постоянных заговоров и шепотков по углам. Каждый день, если не каждый час создавались и распадались союзы, возникали новые партнерства и вражда. По сравнению с варкой в том котле охота за Оф Нар Динни-АОМ казалась просто конфеткой. Но даже здесь, в беззвездной - пустоте гиперпространства, Зукусс знал, что по-прежнему барахтается в паутине. Как только Босск или Боба Фетт выяснят, что он работает по заданию главы Гильдии, то он вылетит из мусоросборника либо "Раба-1", либо "Гончей" прямиком в вакуум ботинками вперед.
Соглашение с Крадосском начинало терять свою заманчивую прелесть, чем дальше Зукусс заходил за черту, за которой рассчитывать было не на что, лишь на собственную смекалку и жажду уцелеть.
- Прекрати мельтешить, - попросил Боба Фетт, не оглядываясь. - Держись крепче, мы выходим из прыжка.
Зукусс уже ознакомился с маленькой особенностью "Раба-1". С рабочей машины Фетта были ободраны все компенсаторы и буфера, потому что, по мнению хозяина, они ухудшали скорость, маневренность и боевую готовность. Поэтому, переключаясь с одного ходового режима на другой, корабль трясся так, что внутренности выворачивались наизнанку. Ганд покрепче сжал поручни трапа и отвернулся от иллюминатора, чтобы не видеть, как светлые размазанные полосы превращаются в звездный свет.
- Босск здесь.
Зукусс все-таки открыл глаза и оглянулся. "Гончая" болталась прямо по курсу с отключенными маршевыми двигателями. Мигнули сигнальные огни, Боба Фетт протянул руку к комлинку.
- Я здесь. С диспетчерской Циркумторы связался?
- Ответ положительный, - раздался из динамика бесстрастный механический голос ИГ-88. - В разрешении на сближение и посадку отказано… повторяю: отказано.
- Еще бы, - сухо сказал Боба Фетт. - Нас обычно не ждут с распростертыми объятиями.
- Панцирники дали понять, что пришлют посредника для переговоров, - продолжал робот.
- Какого уровня?
В ровное, неторопливое течение беседы ворвался хриплый и раздраженный рык трандошана: - Эти жирные слизняки что-то лопотали про Аурек-точка-ноль. Что это еще за белиберда?
Пальцы Фетта остались лежать на клавиатуре.
- Высший уровень власти у панцирников, - пояснил охотник. - Выше у них не бывает. И значит это: нам не придется возиться с мелкими подчиненными и наш прилет воспринят серьезно.
- Ну явится сюда этот посредник, что делать-то будем?
Босск оголодал по действию, как будто путешествие затянулось на вечность, в которую он ничего не делал.
- Убьем его?
Как похоже на него, подумал Зукусс, медленно качая головой. У ганда хватало опыта общения с трандошаном, чтобы знать: у Босска на все случаи жизни есть только план номер один. И, как правило, ничего запасного. фетт опять посмотрел через плечо на Зукусса.
- Не трясись.
Потом отвернулся и вновь вжал в пульт клавишу коммуникационной системы.
- Сыграем менее грубо. Ты и ИГ-88 перейдете на "Раб-1" до прилета посредника, И запомни - говорить буду я.
То есть тяжеловооруженная "Гончая" останется на автопилоте в режиме ожидания, а охранные системы никого не впустят в шлюз до возвращения хозяина. Зукусс знал о паранойе Босска, а также о невероятном количестве мин-ловушек, которыми был нашпигован его корабль специально для незваных гостей. Собственно, еще и по этой причине Зукусс решил лететь с Феттом; он содрогался, вспоминая последнее пребывание на борту "Гончей". Тогда практически все время уходило на то, чтобы не вляпаться в очередной неприятный сюрприз. Пусть лучше рискует робот.
Ганд спустился в трюм, чтобы открыть переходник. Один угол заполняла неподвижная туша частично отключенного Д'хархана; сенсоры, как и прежде, отметили присутствие чужака, лазерная пушка едва заметно дернулась в сторону Зукусса, когда тот спрыгнул с трапа на настил нижней палубы.
Сквозь небольшой иллюминатор возле шлюза-переходника было видно, как "Гончая" выполняет маневр сближения, выходя на позицию. После стыковки Зукусс выждал положенное время и набрал команду. Зашипел воздух, выровнялось давление в шлюзе. Затем люк открылся, и внутрь вошли Босск и ИГ-88. Трандошан все еще возился с небольшим пультом дистанционного управления у себя на поясе. Люк захлопнулся, воздух зашипел опять, "Гончая" отстыковалась и вышла на параллельную орбиту над Циркумторой.
- Где Фетт? - Босск озирался по сторонам. Трюм был самым просторным из помещений на "Рабе-1", но трем охотникам в нем все равно было тесно. Не считая Д'хархана. Вот уж верно, комфортной яхтой корабль Фетта не назовешь. "Раб-1" предназначался для скоростных полетов и разрушения. Зукусс указал на трап в рубку.
- Все еще наверху. Наверное, готовится к прибытию посредника от хаттовпанцирников.
Догадка подтвердилась, когда интерком засипел голосом хозяина корабля:
- Нужно место. Они послали одного из своих, наемникам не доверяют. Придется втащить сюда эту тушу.
- Не понимаю, каким… - ганд повернулся, посмотрел по сторонам. - Тут клетки, они все место занимают.
- И что? - хмыкнул Фетт. - В чем проблема?
Босск яростно оскалился, словно собрался перекусить металлические прутья, за которыми пойманная добыча дожидалась, когда хозяин корабля получит деньги за ее голову.
- Я туда не полезу, - прорычал трандошан.
- Ты из нас самый крупный, - с надеждой заметил Зукусс. - Кроме, разве что…
Он указал на могучего Д'хархана.
Мандалорский доспех -… него.
Троица разом оглянулась.
- Ну, не знаю, - Босск смутился; даже ему становилось не по себе в присутствии заряженной, готовой к бою и весьма раздражительной разумной пушки. - Может, лучше его не будить?
ПОЗДНО.
Одна из рук Д'хархана пробежалась пальцами по клавишам деки-вокодера, а потом развернула к присутствующим светящийся экран.
Я СЛЫШАЛ… ВСЕ, ЧТО ВЫ… ГОВОРИЛИ.
Зукусс попятился. Охотнику негоже демонстрировать свою слабость коллегам, но коллеги - даже ИГ-88 - тоже вжались в переборки, когда Д'хархан неторопливо поднялся с места, развернув сегменты металлического хвоста. Лазерная пушка вознеслась даже над головой долговязого Босска. Следящее устройство некоторое время изучало трясущуюся троицу.
- Берегись! - не выдержал Зукусс, заметив, как индикатор на консоли налился красным цветом, и шлепнулся животом на палубу, прикрывая голову лапами.
Босск и ИГ-88 метнулись в разные стороны.
Зукусс услышал басовитый гул выстрела, потом еще одного. От ослепительного сияния зарябило в глазах. Затем наступила тишина, едко запахло горячим металлом и озоном.
Неохотно приподняв голову, ганд первым делом взглянул на консоль живой пушки. Индикаторы горели безопасным желтым светом. Из разных углов трюма Босск и ИГ-88 тоже сначала посмотрели на Д'хархана и лишь потом друг на друга. И уж только в третью очередь - на мишень. Прицел и мощность выстрела были рассчитаны с жутковатой точностью. По полу разметало остывающие обломки дюрастила, ранее бывшие прутьями центральной клетки.
- ВОТ.
Ради разнообразия Д'хархан включил звук. Явно хотел, чтобы Фетт тоже услышал.
- ТЕПЕРЬ… НИ У КОГО… НЕ БУДЕТ… ВОЗРАЖЕНИЙ.
- Ценное-замечание, - ИГ-88 встал и перешагнул через выбитую дверь клетки.
Босск все еще мерил взглядом Д'хархана, в щелочках его глаз светилась зависть. Затем он тоже вошел в бывшую клетку, которую теперь уже никто не сможет запереть.
Долго придется чинить… Зукусс отлепился от палубы. Учитывая чувства, которые естественным образом Боба Фетт питал к своей собственности, ганд испытывал огромное облегчение от того, что беспорядок устроил Д'хархан, а никто иной. Конечно, монстр был прав, но возражающие все же отыщутся. Особенно когда хозяин "Раба-1" примчится выяснять, что за стрельба происходит без его ведома у него на борту.
Боба Фетт не заставил себя долго ждать. Все, кроме Д'хархана и ИГ-88, затаили дыхание. Узкий визор мандалорского шлема повернулся сначала к покореженной клетке, потом - к выбитой дверце, лежащей на полу. Зукусс приготовился вновь орать: "Берегись".
- Выплатишь из своей доли, - равнодушно произнес Боба Фетт.
Затянутая в черную перчатку рука пошевелила пальцами.
- НЕТ… НЕ БУДУ.
Они стояли друг перед другом, лицо одного было закрыто глухим шлемом, у второго лица вовсе не было, только ствол лазерной пушки. В конце концов Боба Фетт неторопливо кивнул.
- Еще поговорим.
- К нам подходит корабль, - торопливо сказал Зукусс, пока Фетт когонибудь не убил. - Наверное, парламентер от панцирников.
Он смотрел через небольшой иллюминатор на сферический кораблик, идущий на сближение с "Рабом-1"; простой челнок-планетолет с символом панцирников на боку и дипломатическим значком, который свидетельствовал об отсутствии вооружения. Челнок уже выдвинул переходник, готовый к стыковке с кораблем гостей.
Спустя несколько минут Зукусса снова отправили к контрольной панели открывать шлюз, а еще через какое-то время перед охотниками за головами уже плавала широкая плоская физиономия с расщелиной безгубого рта. Следом за мордой в трюм вдвинулся длинный металлический цилиндр; встроенные репульсационные проекторы позволяли ему не соприкасаться с палубой. Зукусс подождал, когда хатт закончит вплывать, и загерметизировал шлюз. Вот теперь в трюме стало по-настоящему тесно.
- Ах, Боба Фетт!
На остальных панцирник даже не посмотрел и прямиком направился к фигуре возле трапа, формируя кошмарную ухмылку. Из-под хромированного воротника, врезавшегося в толстые складки серой морщинистой кожи, свисали крохотные механические ручки. Клешни, почти такие же, как у морских крабов, негромко пощелкивали, постукивали друг о друга.
- Как приятно вновь видеть тебя.
Ответ Бобы Фетта был сух и лишен эмоций: - Мои чувства, Жиета, с тех пор не поменялись. В клетке завозился Босск.
- Ты что, знаком с этой тварью?
- У нас… были кое-какие дела, - Фетт и головы не повернул к трандошану. - Некоторое время назад.
- И весьма прибыльные, между прочим, - гигантский цилиндр покачнулся в воздухе, развернулся, насколько это было возможно, к клеткам. - Не для всех, разумеется… но для кое-кого - уж точно.
Улыбка хатта стала отдавать кислятиной.
- Надеюсь, - обратился Жиета к хозяину корабля, - что ты не ожидаешь, что на Циркумторе к тебе будут относиться с прежней степенью доверия?
Он щелкнул металлическими клешнями с такой силой, что высек искры.
- После того, что ты устроил у нас в прошлый раз, Фетт, никто не станет встречать тебя с гостеприимно распахнутыми объятиями.
- Больно нужно, - охотник шагнул к хатту, оказавшись с ним лицом к лицу. - Ты - существо деловое, Жиета. Я тоже. Сантименты к делам не относятся. Если ты готов заняться делами, тогда нам есть о чем говорить. Если не готов, разговаривать не о чем.
- Все тот же прежний Боба Фетт, - панцирник, втиснутый в цилиндр, ухитрился пожать плечами. - Как греет знание, что что-то в нашей вселенной никогда не меняется. Так какое же дело ты прибыл обсудить на Циркумтору?
- Ты знаешь, по-моему.
Тяжелые веки опустились, придав плоской серой физиономии хитрое выражение.
- А это твое дело, случайно, не связано неким образом с Оф Нар Диннидом?
- Хватит сотрясать воздух! - рявкнул Босск. - Только время тратишь! Тебе отлично известно, зачем мы здесь!
Жиета с любопытством скосил глаза на клешни.
- Твой подручный такой прямолинейный, - вздохнул хатт, вновь поднимая взгляд на Бобу Фетта.
Тот кивнул.
- И не только. Есть и другие достоинства.
- Пусть держит их под контролем, - посоветовал Жиета; одна из искусственных металлических ручек поскребла складчатый подбородок. - Но, разумеется, ты сознаешь, что объект нашей беседы, этот Оф Нар Дин-нид, гость Циркумторы. И ты знаешь, что гостеприимство хаттов известно по всей Галактике. Счастье гостя для нашей расы священно.
Пожалейте меня! взмолился Зукусс, прислушивавшийся к беседе. Если чем-то хатты и знамениты в Галактике, так это подлым характером и ни с чем не сравнимой зловредностью, которые они не уставали демонстрировать всем, кто оказывался в их жилище. Зукусс слышал о том, как обращался с так называемыми гостями и даже собственными слугами прославленный Джабба Хатт. Рассказывали такое, что по коже начинали ползать мурашки величиной с палец. Ганд вдруг подумал, что между существами, подобными Жиете, и владельцем мандалорских доспехов есть огромная разница. Боба Фетт причинял кому-нибудь боль или даже убивал (что было, то было), не испытывая злости или иных эмоций, в то время как хатты наслаждались страданиями окружающих.
- Нашелся кое-кто, - говорил тем временем Фетт, - и он хочет осчастливить Диннида в той же степени, что и ты.
- Ах да! - массивная голова, высовывающаяся из покачивающегося на антигравитационной подушке цилиндра, изобразила кивок. - Бывшие работодатели льюнеси. Я так понимаю, что ты здесь по их поручению. Ну скажи, ты же действуешь в их интересах?
- Я действую в собственных интересах. Только.
- Ну конечно, - ухмылка Жиеты уже была такой широкой, что стал виден толстый влажный язык. - Ничего другого я не ожидал. Альтруизмом ты не страдаешь. Подозреваю, что и о твоих друзьях можно с уверенностью сказать то же самое.
Одна из крабьих лапок поднялась и обвела круговым жестом трюм.
- Какая грозная команда, что скажешь, Фетт? Мое сердце внутри этого цилиндра трепещет от одного лишь взгляда на них - Жиета всмотрелся. - Ну-ка, ну-ка… никак сын Крадосска?
Глаза трандошана были двумя узкими разрезами бритвы, а голос - низким рыком.
- Тебе-то что с того?
- Воистину, ты его потомок! - Жиета в притворном испуге всплеснул лапками, расширив глаза. - Передай старому ящеру мои наилучшие пожелания, как увидишь его. А встретишься ты с ним очень скоро, - панпирник вернул внимание Фетту. - Потому что если ты, Фетт, думаешь, что я пропущу столь очевидных бандитов на Цир-кумтору, то должно быть, у тебя там, внутри шлема, замкнуло пару контактов.
Откровенно оскорбительное замечание на объект издевки воздействия не возымело. По крайней мере, видимого.
- Этот вопрос мы сейчас обсуждать не будем, - бесстрастно произнес охотник. - У меня правило: о делах говорить, только когда добыча лежит на столе. Говори.
- Вынужден предупредить тебя, - металлические клешни негромко и даже мелодично пощелкивали, аккомпанируя словам, - что мы ведем речь об очень ценной добыче.
- Тем выгоднее. Поэтому мы здесь. Фетт указал на остальных.
- Ну, в этом я даже не сомневаюсь, - Жиета почесал складки кожи на шее. - Я просто теряюсь в догадках, не поменялось ли что-то в нашей Галактике, мой дорогой Фетт, судя по тому, как идет охота за ценной добычей. Естественно, я слышал о том, что ты присоединился к охотничьей Гильдии, и должен признать, что эта новость потрясла весь мой клан на Циркумторе. Стареешь, Фетт, или просто устал?
- Не устал, - лениво качнул шлемом охотник. - Поумнел.
- Вот и это опять-таки без сомнения! В отношении тебя, разумеется, - хатт послал остальной группе хитрую, вкрадчивую улыбку. - Только на языке вертится вопрос… А что твои новообретенные друзья получают от этой сделки, а?
Зукусс сообразил, что зачарованно смотрит прямо в огромные желтые глаза хатта; металлический громоздкий цилиндр с удивительным изяществом (для такихто размеров!) маневрировал в тесном трюме. Ощущения были не из приятных, словно кто-то оценивал расстояние до мишени и угол наклона. Зрачки хатта казались бойницами в мир алчности, медленного и постоянного насыщения непомерного аппетита. Если сравнивать - быстрая смерть от бластера была милосердием.
А затем ганду в голову пришло новое сравнение - не окно, а зеркало. Он смотрел на своеобразное отражение себя самого и слышал в мыслях насмешливый голос Жиеты. Маленькая тварюшка, говорил хатт. Я. - все то, чем ты хочешь быть. Только пасть, желудок и голод. В этой холодной Галактике превалировал простой принцип: "Жри или будешь сожран", все подчинялись ему - от Палпатина до вомпы-песчанки, роющейся в песках Татуина.
Сердце сжалось. Где-то были другие, кто жил и сражался по другим правилам, ведь когда-то даже он, Зукусс, с восторгом слушал сказки о рыцарях, охраняющих мир, спокойствие и равновесие. Но от них остались только истории, напомнил себе маленький ганд. Дни, когда существовали те отважные воины, никогда не вернутся. Остались только несчастные жалкие дураки, обреченные на поражение, потому что решили схлестнуться с Империей. Их кости, рассыпанные по полям сражений, отмоют от лохмотьев плоти дожди и высушит добела солнце. А победа всегда достается голодным, кто знает лишь жадность и вожделение…
Бессловесные унылые размышления оборвались, как только хатт понимающе улыбнулся и отвернулся. Соберись, приказал себе Зукусс. Ты заключил с Галактикой сделку, ты теперь охотник за головами и заслужил свое место, пусть скромное, но свое, среди самых крутых и известных представителей этой профессии. Если сейчас продемонстрировать слабость, то уже не придется бояться ни Императора Палпатина или панцирников; его разорвут на части его же собственные коллеги. А хищники вроде Босска еще и сожрут в прямом и переносном смыслах этого слова. Зукусс неожиданно приободрился. Нет, все-таки хорошо, что он согласился на уговоры старого главы Гильдии. Уж лучше тебя, чем меня, думал ганд, поглядывая на трандошана.
- За нас не беспокойся, - рыкнул тот, обращаясь к Жиете. - Проживем какнибудь. И позаботимся о себе.
- Ничуть не сомневаюсь, - панцирник не устал улыбаться. - Кроме того… вы же учитесь у настоящего мастера, верно? Боба Фетт себя никогда не обидит. Тут ему равных нет.
- Я могу продемонстрировать еще больше талантов, - сказал Фетт, - если мы не ограничимся темой дискуссии. А именно - Оф Нар Диннидом.
- Но добыча не лежит на столе, не так ли? - в крупных глазах Жиеты запрыгали злые искры. - И там она не окажется. По крайней мере, не с нашей планеты. Хочешь обсудить участь нашего гостя, придется спуститься на Циркумтору, тут ты прав. Я прислан лишь объяснить состояние дел. Я пересказываю условия, а не препятствую сделке.
- Что-то я не понимаю, - вдруг произнес Зукусс. - Не понимаю. Клан не послал бы вас, не будь у вас полномочий говорить от их имени. Если бы они хотели просто послать весточку, сгодился бы и комлинк или представитель любой другой расы, тви'лекк, например. Так о чем же ты тут лопочешь? Хочешь поговорить о Динниде, так почему бы не здесь?
Улыбка на широком, заплывшем жиром лице превратилась в оскал.
- Твой друг Боба Фетт не задал бы столь очевидно глупого вопроса. Вопроса, на который есть равноценный ответ. Мы сейчас находимся на борту "Раба-1", не так ли? А владелец "Раба-1" - Боба Фетт, и он управляет своим кораблем. И пока мы находимся здесь, он управляет течением разговора. Я помню времена, когда спор с Бобой феттом заходил… в некоторый неприятный тупик. Начинается все мирно и очень по-дружески, а потом просто… некоторым образом меняется.
Жиета сам задумался над собственным заявлением.
- Вероятно, потому, что договаривающиеся стороны не сходились во мнениях о стоимости обсуждаемой добычи, - панцирник оглянулся на охотника в мандалорских доспехах. - Тебе всегда нравилось получать результат по дешевке, не так ли?
Боба Фетт не ответил.
- Дешево и легко, - продолжал Жиета, - пока дело касается денег. Когда же речь заходит о насилии… что ж, совсем другая история, верно? - летающий цилиндр опять развернулся; в поле зрения Зукусса вновь замаячила расплывшаяся физиономия. - Тут твой коллега не признает никаких правил. Особенно когда речь идет и шкурах других. И крови… Знаешь, малыш, когда где-то рядом находится Боба Фетт, довольно сложно сохранить голову на плечах.
Очередной разворот, и хатт ухитрился заглянуть в глаза каждому из охотников и даже полюбоваться на свое отражение в визоре мандалорского шлема.
- Так что если вы думаете, что я собираюсь оставаться здесь, в самом центре бродячего цирка, которым командует Фетт, да еще в окружении его приятелей… ладно, хорошо, не приятелей, так, значит, существ, с которыми он заключил определенные деловые соглашения… и обсуждать гипотетическую добычу, я уж не говорю о том, чтобы доставить объект сюда…
Складки тройного подбородка заколыхались.
- … значит, с ума сошел не один Боба Фетт. У вас у всех рассинхронизировалась связь с реальностью, если вы всерьез думаете, что возможен такой поворот дел.
Из клетки с выбитой дверью раздалось приглушенное рычание.
- Все сказал? - Босск сложил лапы на груди.
- Собственно, да.
- И собираешься уходить?
- Как ни очаровательна ваша компания, но я не вижу причин тратить время и дальше. Ни ваше, ни свое.
- А что заставляет тебя думать, будто мы тебя вот так просто отпустим?
Хатт-панцирник с горестным тяжким вздохом закатил к потолку глаза.
- От твоих компаньонов, Фетт, я ожидал большего. Ну, так ты сам ему хочешь сказать или мне?
- Он уйдет, когда захочет, - спокойно произнес Боба Фетт, поворачивая голову к клеткам. - Первое: наша добыча все еще на Циркумторе. Сделаем из парламентера филе - сами себе осложним задачу. Когда окажемся на поверхности, тогда и…
Босск немедленно положил лапу на бластер.
- А может, будем об этом тревожиться, когда окажемся там? Не вижу большой разницы, кого выковыривать из банки, одного хатта или десяток!
- В банке может оказаться не только хатт, - возразил Боба Фетт.