и никому не нужное тело Оф Нар Диннида.
- Какая жалость, - сказал Нуллада с искренним, хотя и немного хищным сожалением. - Вот что получается, когда не сдерживаешь эмоций. А ведь если бы мы тщательно и с интересом изучили содержимое его головы, получили бы много больше.
Боба Фетт не слушал древнего панцирника. Под пристальными взглядами Зукусса и ИГ-88 - хотя оружие парни держали дулами вниз - он осторожно уложил Д'хархана на пол. Лазерная пушка вздрогнула, царапнула пол и замерла. Ладонь в черной перчатке нашарила голосовую деку. Грудь, пробитая в нескольких местах, поднималась и опускалась короткими неравномерными толчками, пока Д'хархан одним пальцем набирал слова. Боба Фетт опустился возле киборга на колено и взглянул на экран.
НЕ СЛЕДОВАЛО… ДОВЕРЯТЬ ТЕБЕ…
- Верно, - согласился охотник. - В этом была ошибка.
ТЫ НЕ ПРАВ…
Палец двигался мучительно медленно. К потускневшему металлу пушки прилип обожженный лепесток.
ЭТО БЫЛО… МОЕ РЕШЕНИЕ…
Фетт промолчал. Рядом с Д'харханом ему всегда хорошо молчалось. Он стал ждать завершения непроизнесенной фразы.
ТЕПЕРЬ Я… МОГУ ОТДОХНУТЬ… НО ТЕБЕ…
Обтянутый черной кожей палец перебирался от буквы к букве.
ТЕБЕ ПО-ПРЕЖНЕМУ… ПРИДЕТСЯ… ЖИТЬ ДАЛЬШЕ…
Рука упала, ударившись о мозаичный пол. Ни дыхания, ни пульса; спустя несколько мгновений Боба Фетт протянул руку и отключил последний из контроллеров лазерной пушки. Красный огонек индикатора погас.
Охотник поднялся с колен, повернулся к остальным.
- Здесь мы закончили, - произнес Боба Фетт мертвым голосом. - Теперь можем идти.
Зукусс посмотрел в глаза старому ящеру - узкие щелочки зрачков. И произнес: - Все случилось именно так, как вы и хотели.
- Хорошо, - Крадосск неторопливо кивнул, отворачиваясь. - Я так и думал.
Могу спорить… подумал ганд. Ему не нравилось находиться в личных покоях главы охотничьей Гильдии, просто мурашки бегали по коже. Именно здесь Крадосск втянул Зукусса в свой маленький заговор. Именно здесь ганду не в первый раз в голову пришла мысль, что трандошаны с полным на то основанием могли считаться толстокожими. В прямом смысле этого слова. А под этой броней неистовый аппетит - основа их неистового темперамента.
И сейчас все свидетельства были налицо. Сейчас, когда Зукусс в деталях пересказал старому ящеру все, что произошло на Циркумторе.
- Ты видел? - потребовал Крадосск подтверждения. - Ты видел, как его подстрелили?
- Прямо в грудь, - отозвался Зукусс. - И он не поднялся.
В его собственных жилах стыла кровь от улыбки на морде Крадосска.
- И ты сразу пришел сюда? - глава Гильдии не повернул головы, продолжал бездумно перебирать причудливые сувениры из кумирни. - Как только приземлились?
Сувениры были желтовато-белые, тонкие и изогнутые. У Зукусса болезненно заныли свои ребра, как только ганд сообразил, чем эти штуки были раньше.
- Ты ни с кем другим не разговаривал?
Трубки дыхательного аппарата качнулись из стороны в сторону.
- Ни с кем. Таков был ваш приказ. Когда… ну, вы знаете… когда поручили мне это задание.
И Зукусс до сих пор жалел, что согласился. Несмотря на то что вернулся с Циркумторы с относительно целой шкурой, отделался лишь синяками и шишками. Он заключил соглашение с тем, кто послал практически на смерть лучших охотников Гильдии, лишь бы избавиться от собственного сына, и теперь чувствовал себя несколько неловко. Может быть, Боба Фетт прав? грустно размышлял ганд. Может быть, я не гожусь в охотники за головами?
- Я рад, что ты выполняешь приказы, - Крадосск поднес одну из костей к слабеющим глазам; на отполированной поверхности ребра было выцарапано имя давно почившего в бозе соперника. - Я даже потрясен твоей… преданностью. И умом. Эти два качества непременно помогут тебе пережить грядущие трудные времена.
Ящер тяжко вздохнул, опуская кость - напоминание о минувшей славе, - и уставился вдаль.
- Как бы мне хотелось, чтобы мой сын обладал этими качествами. Или скажем иначе… - он повернул голову и скосил желтовато-мутный глаз на молодого охотника. - Если бы такой, как ты, был моим отпрыском.
Вот утешил, подумал Зукусс, воздерживаясь от демонстрации каких-либо эмоций. И очутиться в гробу, как только на тебя накатит новый приступ паранойи? Нет у ж, спасибочки…
- Помяни мои слова, - изогнутые когти Крадосска сжали кость, словно палицу, пригодную, чтобы крушить головы вероотступников; низкий рокочущий голос, на тон ниже, чем обычно, хорошо соответствовал мрачному оскалу на морде трандошана. - Если бы прочие охотники твоего поколения были такими же умными, как и ты. И так же, как ты, уважали мудрость старших. Сколько неприятностей и бед можно было бы избежать… Но у них всех… у них свои понятия, - последнее слово ящер прорычал, как ругательство. - В точности как у моего сына. Поэтому так важно было его уничтожить, понимаешь? И таким способом, чтобы никто не заподозрил моего участия. Таким способом… подальше от дома, среди умных и жадных тварей, как хатты-панцирники… чтобы его гибель казалась результатом его собственной глупости и некомпетентности… И новых идей, - Крадосск ощерился. - Старые способы всегда лучше и надежнее. Особенно когда речь идет об убийстве.
- Это точно, - поддакнул Зукусс едва слышно.
- Ты что-то сказал? - Крадосск посмотрел на него. Ганд покачал головой.
- Воздушный пузырек, - пояснил он, указывая на трубки, болтающиеся, словно усы, по обеим сторонам его морды. - Иногда бывает.
- А, вот оно что… - трандошан вновь вернулся к созерцанию кости давно умершего врага, погружаясь в вялые бессвязные размышления. - Нужно помнить о таких вещах. Чтобы быть мудрым… или, что гораздо важнее, - быть хитрым. Потому что… - он неторопливо кивнул своим мыслям, -… прежде чем все наладится, придется убивать и убивать.
- Что вы хотите сказать?
Собственно, ответ Зукусс уже знал и спросил лишь для проформы. Старый хищный хрыч хотел побеседовать, так пусть говорит. Элементарная вежливость, к тому же ни кредитки не стоящая. Кроме того, назревало событие, о котором Крадосск не подозревал. Из тех, к которым требуется некоторая подготовка.
Он услышал легкий шум у дверей. Оглянувшись через плечо, ганд увидел управляющего. Тви'лекк вечно шнырял по всей Гильдии по своим и чужим сугубо секретным делам. Об Фортуна перехватил взгляд Зукусса и приложил длинный палец к губам, призывая к молчанию. Ганд украдкой покосился на трандошана. Старик был по-прежнему погружен в размышления и ничего не замечал вокруг. Зукусс с тви'лекком опять обменялись торопливыми кивками, и управляющий заторопился прочь, в путаницу темных коридоров жилого комплекса.
- Не время для глупых игр…
Желтоватая хрупкая кость раскололась на две половинки, по одной на каждый кулак Крадосска. Трандошан сердито и удивленно уставился на дело собственных лап, затем отшвырнул обломки. Поглядел на Зукусса.
- Не пытайся уверить меня, будто глуп и не понимаешь, что творится вокруг.
- Н-ну…
- Босск был первым из тех, кого следовало убрать.
В трещинах чешуи застрял мелкий осколок кости. Трандошан вынул его и принялся ковырять им в зубах, кивая в такт собственным мыслям.
- Будут и остальные, список я уже составил.
Вот уж не сомневаюсь, мысленно согласился Зукусс.
- И не все они молоды и безрассудны, - Крадосск с интересом изучил извлеченный кусочек мяса на конце импровизированной зубочистки затем вдумчиво продолжил процесс. - Кое-кто из самых почтенных и доверенных лиц… охотники за головами, которые не один год пьют нашу кровь… как говорится.
Выражение его морды было жестоким.
- Следовало, конечно, предвидеть… но как я мог? Я любил этих убийц.
- Что предвидеть?
И на этот вопрос был известен ответ, но если спросить, дряхлый ящер поговорит чуть подольше. По подсчетам Зукусса, тви'лекк-управляющий еще не закончил обход.
- Предатели… только и ждут, только и думают, как бы воткнуть нож в спину… - утробный рык как будто рождался в самом низу живота. - Вот что получаешь взамен, когда хочешь быть к кому-то добрым. Подбираешь их сопливыми кутенками, которые даже не знают, с какой стороны вцепиться в добычу, если не поднести им ее перевязанной ленточкой с бантиком… пестуешь их… учишь… Я обучил большинство членов Гильдии всему, что они знают и умеют теперь.
- Много же пришлось потрудиться.
- И не говори! - гневно отозвался Крадосск. - И что же я получаю взамен? Но если весь этот сброд считает, будто может избавиться от меня…
Он смял в зубах костяной обломок, растерев его в пыль.
- … им лучше передумать.
- Вы говорите о каком-то конкретном сброде? - уточнил ганд.
Упоминание о списке подлежащих уничтожению несколько беспокоило. Должно быть, старик по дряхлости лет забыл, с кем разговаривает. Повезет, если в списке обнаружится и его, Зукусса, имя.
- Они-то знают, о ком я говорю! И я знаю. Хотя, может быть… может быть. .. - Крадосск вновь кивнул. - Может, не рисковать, а попросту взять и убить? Устроить в Гильдии основательную чистку. И начать все сначала.
Здорово. Умней ничего не придумал? Зукусс приуныл. А ведь по дороге назад с Циркумторы Боба Фетт его об этом предупредил. Вскользь, но вполне недвусмысленно. Они сидели в рубке "Раба-1", и Фетт вкратце и доходчиво разъяснил манеру Крадосска вести дела. Трандошан всегда был параноиком, задолго до того как взобрался на вершину лестницы в Гильдии. Собственно, именно это качество и поспособствовало ему на пути к власти. Только с помощниками всегда выходили сложности.
- Но сначала, - произнес Крадоск, - мы избавимся от очевидных мишеней. Тех, которые возвестили свои намерения, которые либо хотят взять верх в Гильдии, либо отколоться от нее и создать собственную организацию. Как будто я позволю такому случиться…
Возвращаясь с Циркумторы, Зукусс вместе с остальными услышал об этом брожении умов по комлинку. Группа отщепенцев была готова принять к себе всех охотников, кто только пожелает к ним присоединиться. Особенно приглашался великий Боба Фетт и любой, кто с ним работал. Уже одно то, что они слетали вместе за Оф Нар Диннидом, означало, что и Зукусса, и ИГ-88 обхаживали все кому не лень. Как правило, те, кто хотел вырваться из-под лапы Крадосска. Всегда приятно знать, что ты нужен… до тех пор пока глава Гильдии и его последователи не сообразят, что объект привязанности поменялся.
- Всех их? Поголовно?
Уж лучше пусть старик говорит, решил Зукусс. О тех, кто находится не здесь, не в этой комнате.
- То есть… ну, как это вы сказали? Многие из них давно в Гильдии. С самого ее начала… по меньшей мере, с тех пор как вы взяли власть в свои…
- О, от этих я избавлюсь с большим наслаждением, - перебил Крадосск; по морде трандошана блуждала уродливая ухмылка. - Молодых извиняет глупость. У них нет нужного опыта. Но ветераны… они-то могли бы предугадать, как я отреагирую на предательство, на покушение на святость нашего братства!
Зукусс не удержался и глаза все-таки выпучил. Хорошо, что Крадосск не заметил. Ганд не считал, что между хищниками (а в частности, трандошанами) могут существовать хоть какие-то теплые отношения.
- Грядут крупные перемены, - сообщил Крадосск. - Все, кто твердил о них, был прав. Охотничья Гильдия никогда не станет такой, как раньше. Ныне Галактика 282 283 принадлежит Императору Палпатину, придется смириться с этим. Если бы отщепенцы просто чуть-чуть подождали бы и сохранили верность Гильдии, вероятно, они получили бы все, что хотели.
- Кроме, разве что, того, - указал Зукусс, - что не избавились бы от вас.
В глазах трандошана вспыхнуло бешенство. Ганд попятился.
- Это верно, - признал Крадосск, плотоядно ухмыляясь. - Вот этого не произойдет. Можешь на это рассчитывать. Охотничья Гильдия станет поменьше, нужно избавиться от балласта. Признаю, что опомнился поздновато, раньше следовало заняться. У многих старейшин затупились клыки. Либо они совершат какую-нибудь ошибку, либо присоединятся к отступникам… Как бы то ни было, но им придется исчезнуть, потому что для меня они бесполезны. Так, сухие и старые кости… В организации будет полно свободных мест, сам понимаешь, что это значит. Откроется множество путей наверх. Для таких… как ты.
Он протянул лапу и постучал когтем Зукусса по груди, под свисающими толстыми трубками дыхательного аппарата.
- Умный молодой охотник за головами, такой как ты, сможет быстро подняться к вершинам власти. Если правильно разыграет сданные ему карты.
- Я… я сделаю все, что в моих силах… попытаюсь…
- Ах, да не мельтеши ты понапрасну! - трандошан поскреб чешуйчатый подбородок. - По большей части тебе просто придется хорошенько пораскинуть мозгами и выяснить, с кем ты пойдешь и кто пойдет с тобой. В нашем деле самое важное - верно выбрать напарника. Ты уже очень неплохо начал. Не подведи сам себя, решив, что сумеешь подружиться… с другими.
- С кем?
Некоторое время старый ящер молчал, глядя в сторону.
- Знаешь, - произнес он, наконец, - по размышлению я предположил, что наш раскол полезен лишь одной личности. Если бы ему не захотелось, охотничья Гильдия продолжала бы существовать, как и прежде, есть Император на свете или нет Императора.
Зукусс как-то не сомневался, о ком идет речь, но на всякий случай уточнил: - Вы говорите о Бобе Фетте?
- О ком же еще? - фыркнул Крадосск, одновременно позволив себе кивнуть как будто в восхищении. - Все из-за него. Все, что произошло и произойдет. Все перемены, все смерти… Ну, по большей части. Фетт - неучтенный фактор. Вот поэтому я все время задаю сам себе один и тот же вопрос… а на самом-то деле зачем он сюда пришел?
- Но он же сказал, - забеспокоился Зукусс. - Когда появился, в самый первый раз. Перемены, Империя, все такое…
- А ты и поверил? - Крадосск качнул головой. - Настало время для следующего урока, дитя мое. Никому нельзя доверять, а уж тем более тому, чья профессия - убивать. Можешь верить Фетту, если хочешь, но обещаю тебе: придет день, и ты горько раскаешься в этом.
У Зукусса по спине пробежал холодок. С одной стороны, он не сомневался, что старый трандошан говорит правду, с другой - надеялся, что предсказанный день еще очень далек.
- Ну… пойду я… - Зукусс дернулся в сторону двери. - У меня еще столько дел.
Он был более чем уверен, что у управляющего было достаточно времени, чтобы связаться со всеми, кто мог понадобится.
- Ну, знаете… с тех пор, как мы вернулись…
- Разумеется, - Крадосск нагнулся и поднял обломки реберной кости. - Мне пора научиться контролировать собственный норов, - сжимая в когтистой лапе белые осколки, он улыбнулся Зукуссу. - Или уже слишком поздно, как ты считаешь? Зукусс пятился к двери.
- Если честно… - он пошарил за спиной и ухватился лапкой за дверной косяк. - Уже слишком поздно.
- Полагаю, ты прав.
Сейчас Крадосск выглядел много старше собственных лет, как будто груз ответственности на его плечах был слишком тяжел. Зажав в лапе сломанный напополам трофей дней молодости, трандошан, шаркая, направился ко входу в хранилище своих драгоценных воспоминаний.
- Как правило, всегда слишком поздно. Скрипнула дверь личных покоев. Зукусс потянул ее на себя, но не сделал даже шага в коридор. Он остался на месте, поэтому смог понаблюдать то, что, как он знал, рано или поздно должно было произойти.
И произошло - за считанные секунды. Крадосск обнаружил, что выход блокирован его собственным отпрыском. Босск стоял, широко расставив задние лапы, а передние сложив на груди. Он ухмыльнулся, заметив испуг в глазах родителя.
- Но… - выдохнул глава Гильдии. - Ты же… предполагалось, что ты сейчас мертв.
- Я знаю, - почти ласково откликнулся Босск. - И знаю, что так задумывалось. Но я внес в план кое-какие изменения.
Крадосск бешено развернулся.
- Ты солгал!
- Не совсем, - Зукусс пожал плечами. - Только когда сказал, что он не поднялся после выстрела.
Кончиком когтя Босск указал на стерильную повязку, идущую наискосок через грудь от правого плеча и через подмышку левой лапы.
- Было больно, - сообщил молодой трандошан, все еще улыбаясь. - Но выстрел меня не убил. Уж тебе-то, папа, должно быть известно, как сложно избавиться от наших сородичей. А если не удается убить сразу, ты-то знаешь, как мы после сердимся.
В желтых глазах Крадосска была паника, старый ящер попятился от нависшей над ним фигуры.
- Погоди-ка… - он выронил обломок кости, умоляюще приподняв лапы. - Помоему, ты немного спешишь с выводами.
Босск стремительно и цепко ухватил родителя за горло.
- А вот я так не думаю. Он больше не улыбался.
Зукусс, прижавшись к стене, заметил, как в глазах трандошанов вспыхнули красные огоньки.
- А знаешь, о чем именно я думаю? Я давно уже обмозговываю эту мысль, я на нее набрел еще до вылета на Циркумтору. Знаешь, о чем она? Что в охотничьей Гильдии нам двоим места мало.
- Я… я не понимаю, о чем ты говоришь… - Крадосск вцепился в запястья сына в тщетной попытке разжать его хватку и сделать вдох. - Гильдия… она же для всех нас…
- Я говорю о том же, о чем ты только что болтал. Я все слышал, - второй лапой Босск указал на кумирню. - Я там достаточно времени провел, чтобы насладиться. И я слышал все, что вы оба тут наговорили. О необходимости чистки, о недовольных. И знаешь, что, папочка? - Босск сильнее сжал пальцы; Крадосск хрипя привстал на цыпочки. - Я с тобой абсолютно согласен. Ты во всем прав. Гильдия скоро станет не такой многочисленной. Очень скоро.
- Не." не глупи… Ты не сможешь… убить меня и уйти… В храбрости старому ящеру отказать было трудно. Его когти вонзились Босску в лапы, по чешуе потекла кровь.
- Я вызвал… друзей… - Его голос слабел - ему сдавливали горло.
- Всех… старейшин…
- Этих разваливающихся маразматиков? - расхохотался молодой трандошан. - Боюсь, что ты запоздал.
- Тут у нас кое-что произошло, а ты и не знал. Может, если бы ты не тратил так много времени впустую, не бормотал, словно выживший из ума идиот, и не пускал слюни, играя с безделушками, то не прохлопал бы Гильдию.
Босск повернулся и изо всех сил толкнул отца на стол возле двери. Удар был настолько силен, что у Крадосска, похоже, помутилось в голове.
- Кое-кто из твоих старых добрых друзей, твоих возлюбленных старейшин, уже увидели свет, они перешли на мою сторону. Собственно, они уже какое-то время поддерживали меня, просто ждали удобного времени, чтобы… как это получше сказать?., усилить впечатление от твоей отставки.
Речь Босска сейчас мало напоминала его обычные взрыкивания и ворчание.
- Разумеется, не все старейшины оказались сообразительны, папа. Некоторые стояли на своем до самого конца. До очень скорого и неприятного.
- Что?.. - просипел Крадосск, с трудом проталкивая воздух сквозь сдавленные трахеи. - Что ты…
- Ой, не надо! А по-твоему, что именно я хочу сказать, а? - на морде молодого трандошана обозначилось отвращение. - Давай сформулируем так: в моей кумирне ожидаются новые поступления. Черепа некоторых твоих старых друзей будут неплохо смотреться на полке…
- Берегись! - крикнул Зукусс.
Крадосск не собирался сдаваться. Сипя и хрипя, он шарил по столу лапой, пока когти не сомкнулись вокруг рукояти богато инкрустированного церемониального кинжала. В драгоценных камнях отразилось пламя факелов, когда старый ящер взмахнул лапой, целя сыну в горло.
Избежать удара возможности не было; если бы Босск отшатнулся, клинок просто догнал бы его. Поэтому вместо этого Босск просто наклонил голову, подставляя под кинжал широкий и прочный лоб. Лезвие скользнуло по кости и вылетело из лапы Крадосска.
Молодой ящер вытер кровь, льющуюся из пореза.
- А вот это, - сказал он, - больно не было.
Он мотнул башкой, капли крови разбрызгались по морде, словно печать на смертном приговоре.
- Но обещаю, тебе еще будет.
Со своего места Зукусс хорошо слышал звуки близкой перестрелки и крики. Чистка в Гильдии началась. Ганд не удивился. Наоборот, с тех пор как тви'леккуправляющий удалился, чтобы предупредить нужный народ, он ждал их.
Зукусс повернул голову и стал смотреть, что происходит в личных покоях Крадосска. Он наблюдал ровно столько времени, сколько сумел выдержать. Затем тихонько выскользнул в коридор.
В одном Босск был безусловно прав, ничего не поделаешь. Чтобы убить трандошана, нужно хорошо попотеть.

x x x

Стрельбу и шум погрома в охотничьей Гильдии услышали даже те, кто находился от нее на приличном расстоянии.
Не буквально, конечно. Но новости до Куд'ара Муб'ата долетели стремительно.
- Ах! - воскликнул сборщик, услышав их. - Какой изумительный день!
Идентификатор пересказал ему все детали, как только вести поступили придаткам-слухачам, сидящим на внешней поверхности гнезда.
- Как это, мило. Разве не приятно, - риторически спросил арахноид, - когда все идет так, как задумано?
Он даже похлопал сам себе несколькими парами суставчатых мохнатых лап.
- Обожаю строить планы и интриги, - признался Куд'ар Муб'ат. - Великолепно! Отменно!
Многочисленные глаза сборщика сумели осмотреть тесное пространство центральной комнаты так, что хозяину паутины не пришлось поворачивать голову. Арахноиду нравилось наблюдать, как его удовольствие и восторг концентрическими кругами разбегались по паутине, добираясь до каждого придатка, сообщающегося с хозяином через отростки нервной ткани. Даже самые развитые и независимые из них, как, например, Бланкавизо, пребывали сейчас в состоянии возбуждения, сучили лапками и пощелкивали клешнями и челюстями.
Наверное, чересчур возбуждены, по мнению Куд'ара Муб'ата. Время от времени он замечал в поведении Бланкавизо какую-то фальшь, особенно когда дело касалось проявления энтузиазма. Многовато для простенького счетовода. Арахноид взял на заметку - из тех мыслей, которые он тщательнейшим образом прятал от своих помощников. Надо будет переварить слишком самодеятельного придатка и начать выращивать нового. Да, как только будет закончено дело с Феттом и охотничьей Гильдией…
А ждать этого события оставалось совсем недолго, если судить по тому, что Идентификатор только что рассказал арахноиду. Игнорируя снующих вокруг нахлебников, сборщик подложил под мягкое колыхающееся брюхо еще пару подушек и поудобнее устроился в центре гнезда, чтобы еще раз обдумать известия в спокойствии и умиротворении. Какой толк восторженно взмахивать лапами, услышав то, что он и так уже знал? Могут создаваться и рушиться в пыль империи, они поступали так уже не один раз. Сама Галактика может свернуться в черный непроницаемый шар. Но до тех пор Куд'ар Муб'ат (или некое существо, весьма похожее на него) будет получать выгоду, играя на чувствах разумных существ. Такова его природа, и таково естество тех, кто сам лезет в капкан.
- Иногда, - размышлял вслух арахноид, - жертвы сами не понимают, что происходит, а потом уже слишком поздно. А порой они вообще ничего так и не понимают.
- Что именно? - после первоначального взрыва эмоций Бланкавизо уже гораздо спокойнее завис на паутине в непосредственной близости жвал хозяина и создателя. - Что вы хотели сказать?
Любознательность у придатков - явный признак самостоятельности. Разговор не касается цифр и смет, тем не менее Бланкавизо задал вопрос. Куд'ар Муб'ат почувствовал некоторую эмоцию, которую, наверное, следовало назвать отцовской гордостью за потомка. Какая жалость, что придется оторвать придатку одну за другой конечности, а потом расколоть панцирь, чтобы высосать полезный и питательный протеин и мозговую ткань.
Арахноид протянул черную лапу и погладил отпрыска по маленькой голове.
- Вот мы с тобой разговариваем, - сказал он, - а кто-то умирает.
С помощью двигателей, много лет назад содранных с транспортника и установленных на гнездо, Куд'ар Муб'ат развернул свое дрейфующее жилище для связи с охотничьей Гильдией. Он хотел быть поближе к центру событий, чтобы без проволочек получить пущенное по узконаправленному лучу сообщение от своего связника.
- Разумеется, - продолжал арахноид, - потом тоже будут случаться различные смерти. Таков замысел.
Одна ловушка ведет к другой, вселенная - спутанный комок паутины, гигантская версия гнезда Куд'ара Муб'ата. Сборщик понимал ее и говорил о событиях в ней без симпатии и сожаления.
- Кто-то, может, и думает, что он на моей стороне, кто-то думает, что свободен, - рассуждал арахноид. - Но скоро и они поймут истину. Никто не может вечно убегать от судьбы.
Бланкавизо сложил на круглом крохотном брюшке миниатюрные лапки.
- Даже Боба Фетт? - спросил он.
Вопрос удивил Куд'ара Муб'ата. Не то чтобы ему был не известен ответ, но кто бы спрашивал?! Даже столь развитому придатку не положено думать самостоятельно. Арахноид не ожидал подобного поворота.
- Даже Боба Фетт, - медленно произнес он, продолжая следить за придатком четырьмя парами глаз.
Бланкавизо раскачивался на паутинке и напоминал сборщику себя самого в давней молодости.
- Разве возможно иное, малыш? Как же у него получится? Чтобы спасти свою шкуру, он должен быть умнее меня.
Сборщик взглянул на придаток в упор.
- Неужели ты веришь, что такое возможно? Глазки Бланкавизо были похожи на россыпь черных бусинок, они ярко блестели, но глубины в них не чувствовалось.
- Разумеется, нет, - пискнул нахлебник.
И тут же хором залопотали остальные придатки, высунувшись из паутины, перебирая лапками, эхом повторяя заявление счетовода.
- Нет никого мудрее тебя, - пели тоненькие детские голоса. - Даже сам Император не сравнится с тобой.
- Верно, - согласился Куд'ар Муб'ат.
Он хотел было напомнить своим многочисленным отпрыскам, что Палпатин играет с гораздо большим размахом, но потом все списал на мегаломанию. Поскольку если Император думает, что контролирует всю Галактику, что может холодной рукой взять за глотку каждое разумное существо на всех обитаемых планетах, то он - безумец, обычный безумец. И даже, по подсчетам Куд'ара Муб'ата, даже хуже: элементарный дурак. Когда играешь в масштабе вселенной, всегда есть риск проглядеть детали, и тогда разрушается план. Под носом у Императора шли своим чередом события, о которых Палпатин понятия не имел. Нет, о безумных повстанцах и их сторонниках арахноид даже не думал. Он мыслил о связях столь тонких и неуловимых, что даже он, мудрый Куд'ар Муб'ат, не мог отследить. Осколки и куски головоломок, истории о давно ушедших рыцарях и собственные рассуждения - вот на чем приходилось базироваться. Надо будет заняться Татуином и несколькими людьми, которые жили там, ни в чем не повинными и не подозревающими, насколько важны они для общей картины мира. Или все-таки они знали об этом? Наверное, один из них знает - старик, который живет на бескрайних просторах пустынного Дюнного моря. Куд'ар Муб'ат о нем слышал…
Мысли сборщика окрасились мрачными тонами, как только арахноид напомнил себе, сколько вообще всего находится за пределами паутины. Так пусть же, философски решил арахноид, об этом болит голова у Палпатина, а не у меня. Истинная мудрость основана на знании своих границ.
- Воистину так, - пропищал Бланкавизо, который выудил мысль родителя из сплетения нервной ткани, которая соединяла их в единое целое. - Вот почему ты так мудр. Разве Императору Палпатину приходила подобная мысль?
Сначала Куд'ар Муб'ат почувствовал раздражение. Маленький придаток научился подслушивать мысли. Арахноид даже решил придумать, как подавить соответствующие нейроны, чтобы предотвратить утечку. Затем сборщик смягчился.
- Так ты у нас тоже мудрец! - воскликнул Куд'ар Муб'ат и вновь протянул колючую черную лапу, позволив счетоводу залезть на нее. - Я буду очень печален в тот день, когда мне придется…
Он благоразумно не договорил.
- Что придется? - ползая по конечности родителя, нахлебник смотрел на Куд'ара Муб'ата крупинками черных глазок.
- Ничего. Не волнуйся. Позволь мне поразмыслить.
- Ну конечно, - сказал Бланкавизо, - разве в моих полномочиях препятствовать тебе? Я спросил о Бобе Фетте по одной-единственной причине…
- Да?
- Я спросил, - продолжал кроха-нахлебник, - потому что может возникнуть проблема с оплатой его услуг. Гильдии больше нет, она катастрофически развалилась, и цена за работу немыслимо возрастет. Мне нужно сделать рассчеты, составить смету, учитывая новые факторы. Если, конечно… - Бланкавизо заговорил лукаво. -… мы не придумаем, как распорядиться будущим Бобы Фетта.
В его словах была крупица здравого смысла. Арахноид подумал, что должен был сам высказать эту мысль. Вот почему полезно иметь хорошо развитых, почти независимых придатков вроде Бланкавизо. Если что-то и ускользнет от внимания арахноида, то обязательно будет подхвачено счетоводом.
- Благодарю тебя, - сказал Куд'ар Муб'ат крохотному существу, которое попрежнему весело ползало по его лапе. - Я поразмыслю над твоими словами.
- Собственно, - решился придаток, - у меня есть несколько предложений.
В самом центре паутины, которую арахноид сплел вокруг себя, плывя по холодному жесткому вакууму между звезд, сборщик совершил невероятную вещь. Он стал слушать - так, будто прислушивался к далекому шепоту непонятно откуда.

х х х

С того места, где стоял его корабль, на самом краю посадочной полосы, Боба Фетт слышал и выстрелы, и крики, но поскольку его это не касалось - в том смысле, что в его сторону не стреляли, - Фетт продолжал работать, настраивая и калибруя орудийные системы.
После того как он вместе с командой вернулся на орбиту Циркумторы для встречи с автоматическим кораблем, у него не было времени проверить, все ли функционирует как положено. Он слишком торопился вернуть Босска в Гильдию, чтобы тот мог возглавить мятеж.
Трудясь над болтами, скрепляющими распорки лазерных пушек, Фетт предположил, что старый Крадосск уже мертв. Тем более что Босск, сообразив, каким образом отец подставил его, тут же поклялся, что позаботится о том, чтобы почтенный трандошан никогда больше с ним так не поступал. Несколько кодированных сообщений с борта "Раба-1", и разборка в благородном семействе началась.
Снова выстрелы, на этот раз - ближе. Вооружение "Раба-1" не было предназначено для быстрого демонтажа; многие блоки вообще невозможно было удалить. Вернуть это хозяйство в былой (и рабочий) вид - еще тот труд. Не из легких. И не из быстрых. От корабельных орудий жизнь охотника зависела не меньше, чем от того, что было частью его доспехов. И меньше всего Фетту хотелось, чтобы его сейчас отвлекали внутренние распри Гильдии.
Кроме того, свою часть работы он уже выполнил. Он потыкал щупом в соединения, удовлетворенно просмотрел показания и загерметизировал провода. Ну, по крайней мере, большую часть работы, поправил Фетт сам себя. Ремонт скоро закончится, но нужно будет еще кое-что сделать. Одного небольшого разлада между стариками у власти и рвущимся наверх подрастающим поколением недостаточно. Фетт прикинул: силы противоборствующих групп примерно равны, и если удалить связующее звено - Крадосска… Некоторые из стариков, недовольные руководством старого трандошана, поставят на молодых и горячих: некоторые из молодых, не сошедшиеся во взглядах с Босском, предпочтут поддержать ветеранов. Но на обеих сторонах у Фетта будут звонари и доносчики, они будут обеспечивать его информацией и помогут разжечь подозрения и конфликт интересов. Сейчас Гильдия расколота надвое; вскоре осколков станет гораздо больше. И тогда, подумал. Боба Фетт, как обычно, несколько отстранение из-за усеченных эмоций, тогда каждый охотник будет сам за себя.
Ему это нравилось.
Он закрыл панель и поднял голову, разглядывая корабль. Дула лазерных пушек, обновленный и точный инструмент разрушения, более мощный, чем когдалибо был Д'хархан, хищно смотрели в звездное небо. Д'хархан мертв, стерт еще один кусок прошлого, как будто никогда ничего не происходило; со временем все листы прошлого будут чисты.
Это ему тоже нравилось.
Боба Фетт подошел к следующей панели, набрал код, отодвинул панель и вновь принялся за работу. Перестрелка вдали продолжалась.
Когда-нибудь крах Гильдии окажется лишь воспоминанием. Но не его - чужим; он не видел пользы в воспоминаниях…
Или проще - он не хотел помнить.

СЕЙЧАС…

Она наблюдала, как он работает. Или готовит себя к работе. К своей работе, подумала Ниелах. Что означало скрупулезную подготовку оружия, всевозможных инструментов для превращения обитателей Галактики в кровоточащие (или обугленные) куски плоти. Боба Фетт вернулся из страны мертвых, из серого преддверья, в котором так долго спал, и вновь был готов наполнить свои руки смертью.
- Это вот что такое? - Ниелах указала на жутковатый и одновременно идеально законченный предмет у охотника на коленях; тусклый темный металл отблескивал на ярком солнце. - Что эта штука делает?
- Ракетомет, - Боба Фетт не повернул головы, не оторвался от кропотливого занятия.
Инструментом, в котором Ниелах с изумлением признала часть системы для переливания крови, несомненно, позаимствованной у дроидов, охотник прочищал оружие от песка и засохшей слизи.
- Но что он делает?
- Убивает, - Фетт был, как прежде, краток и малоразговорчив. - Многих за один раз, если правильно с ним обращаться. На большом расстоянии.
- Спасибо, - Ниелах почувствовала, как кривятся ее губы, придавая липу выражение гадливости; хорошо, что на нее никто не смотрит. - Об этом я как-то и сама догадалась. Не думай, опекать меня не требуется. Просто я стараюсь убить время за приятной беседой. Но, полагаю, умение общаться не входит в перечень твоих талантов.
Фетт не стал отвечать. В узком темном визоре мандалорского шлема отражались неторопливые движения руки и зажатый в ней инструмент.
Ниелах вдруг подумала, что уже видела ракетомет раньше: узкая боеголовка поднималась над плечом охотника. Сейчас, когда оружие лежало на коленях хозяина, казалось, оно было нацелено на останец, высовывающийся из песков Дюнного моря. Деспотически жестокие солнца-близнецы заливали окрестности сухим мерцающим жаром. Когда Ниелах закрывала глаза, то продолжала видеть плавающие цветные пятна. Даже в тени пещерки - входа в убежище - жесткое излучение заставляло трескаться и без того пересохшие губы и при каждом вдохе поджаривало легкие.
- Вам необходимо пить больше жидкости, - возле Ниелах остановилась высокая дроидесса, - чтобы восполнить ту, что постоянно выделяет ваше тело.
Она протягивала контейнер с водой из запасов, сделанных Феттом во время короткого контракта с Джаб-бой Хаттом.
- Результаты, выражаясь в физиологическом смысле, будут строго противоположны.
Ниелах одним долгим глотком осушила контейнер, по шее и груди потекли тонкие струйки. Она вытерла рот тыльной стороной ладони и поставила банку рядом с собой. Вторая такая же емкость медленно испарялась у ног Бобы Фетта. Охотник не прикоснулся к воде с тех пор, как дроидесса принесла ему контейнер. Доспехи - запасной набор, хранившийся под кодовым замком, оснащенным детонатором (на тот случай, если кого-нибудь одолеет жадность), - превратили охотника из инвалида во впечатляющего специалиста по всем видам смерти, которым Боба Фетт был до встречи с сарлакком. Как только он защелкнул на горле застежку восстановленного шлема, превращение завершилось. Ниелах сообразила: охотник не нуждался в воде, потому что вновь стал самодостаточной единицей, не подверженной слабостям смертных. Или, по меньшей мере, таково было впечатление, которое он внушал.
Ниелах прислонилась к скале; нагретый камень пек спину. День был мертвой зоной, томительным ожиданием, когда из Мое Айсли вернется Денгар. А когда старый кореллианин придет обратно - если он придет, напомнила себе Ниелах, неожиданно и непрошенно вспомнив репутацию космопорта, в извилистых пыльных проулках и глухих тупиках которого могло произойти что угодно, - тогда они и обсудят дальнейшие планы. Конечно, все зависит от того, сумеет ли Денгар переговорить со своими многочисленными связниками.
Боба Фетт, по крайней мере, придумал, чем занять себя, пока двойные солнца неторопливо путешествовали по небу, а двойные тени с той же скоростью ползли по песку. После того как беглецы ушли из разрушенного жилища Денгара, одну ночь они провели в пустыне, тесно прижавшись друг к другу, чтобы не замерзнуть. Даже если бы у них был хотя бы один способ разжечь огонь, никто из них не осмелился бы развести костер из опасения привлечь внимание какой-нибудь тускенской ватаги, вздумавшей подышать свежим воздухом. Когда все-таки пришло утро, очертив оранжевым контуром далекие фиолетовые горы, Боба Фетт оказался из всех самым сильным, как будто в темноте впитал чужую энергию. Он вел их, сначала пошатываясь и спотыкаясь, опираясь на плечо Ниелах, но все с большей уверенностью, то и дело сверялся с какими-то одному ему известными знаками.
Как и все прочие наемники, работавшие на покойного Джаббу (вернее, тот, кто был достаточно сообразителен, чтобы не доверять коварному хатту), Боба Фетт устроил в пустоши за дворцом небольшой склад наиболее необходимых припасов. Во дворце все только тем и занимались, что, поощряемые хозяином, затевали интриги, поэтому всегда существовала огромная вероятность, что рано или поздно придется спасаться бегством от бывших соратников и коллег. Все, что хранилось в пещерке. - оружие, запасные доспехи, продовольствие, средства связи, - гарантировало, что свою жизнь Боба Фетт купит ценой смерти возможных преследователей.
Ниелах, которая сидела у входа в пещеру и наблюдала, как Боба Фетт деталь за деталью свинчивает и собирает себя, отметила бережливость охотника за головами, граничащую со скаредностью. Ни одна из единиц вооружения или компонентов боевого доспеха, поврежденного в пищеварительном тракте сарлакка, не были списаны в утиль, пока Фетт не проверил их и не постановил, что они не подлежат восстановлению. Охотник уже выбросил большую часть личного вооружения, которое видела на нем Ниелах во дворце Джаббы Хатта, - от небольшого бластера, превратившегося в желудке сарлакка в оплавленную безделушку, до сменных зарядов к неизвестному оружию. И заменил точными дубликатами из запечатанных контейнеров, которые выволок из глубин тайника.
Все равно, что подсматривать за дроидом… Ниелах уже не раз возвращалась к этой мысли. Или - за сконструированной в имперских лабораториях боевой машиной со способностью к регенерации и саморемонту. Девица обхватила колени ладонями и продолжала наблюдать, как человек укрывается за слоем, доспехов и вооружения. Твердый металл сменял раненую, уязвимую плоть. Зеленовато-серый, видавший лучшие времена, но по-прежнему надежный шлем с узким визором спрятал человеческие черты. Фетт, кажется, даже не потрудился стереть кровь с лица.
- Он пересек все мыслимые границы, - пожаловалась дроидесса. - Его невозможно лечить. Мы с 1е-КсЕ пытались переговорить с ним, убедить, предупредить о необходимости отдохнуть и набраться сил. В противном случае велика возможность рецидива, который угрожает его жизненным функциям.
Ниелах нехотя покосилась на собеседницу.
- Да ну?
Манипуляторы роботессы лязгнули друг о друга, имитируя нервную реакцию живых существ.
- Ты поэтому так перегрелась?
- Разумеется, - ОНУ1-Б воззрилась на девушку фоторецепторами. - Мы так запрограммированы. Если бы отыскался способ инициировать изменения в базовой контрукции, даже прибегнуть к полной промывке памяти, можете быть уверены, что мы с напарником немедленно подчинимся, невзирая на дезориентацию, которую вызвал бы подобный процесс. Надстройка и ремонт предположительно разумных существ, которые постоянно стремятся поместить самих себя в опасные и грозящие их жизни ситуации, утомительное и нескончаемое занятие.
- Вечность, - звякнул коротышка-фармацевт, подкатываясь поближе. - Истощение.
- Весьма точно подмечено, - кивнула ОНУ1-Б. - Я подозреваю, что мы обречены накладывать стерильные повязки и назначать антибиотики, пока не сотрутся зубцы шестеренок.
- Смирись, - посоветовала Ниелах. - А что до нашего молчаливого приятеля…
Она дернула подбородком в сторону охотника, который все еще любовно вылизывал ракетомет.
- … то о нем бы я не стала беспокоиться. В свое время вы за ним хорошо ухаживали. Но теперь… - в ее голосе прозвучало неохотное, но искреннее восхищение. - Сейчас плевать он хотел на медицину.
- Согласиться с вашим диагнозом чрезвычайно затруднительно, - высокомерно отрезала дроидесса. - Обсуждаемый индивидуум сделан из плоти, костей и крови, как и прочие…
- Неужели?
Разумеется, факт не новый, но, глядя на Бобу Фетта, Ниелах не могла поверить в утверждение ОНУ1-Б.
- Без сомнений, - раздраженно проскрежетала дроидесса. - А раз факт его биологического происхождения сомнению не подлежит, то существуют пределы его выносливости и неуязвимости.
- Вот тут ты крупно ошибаешься, - Ниелах откинула голову; горячий камень стал приятно греть затылок.
Она надеялась на скорое возвращение Денгара по многим причинам. Если авторы и инициаторы бомбового налета решат, что поработали спустя рукава, и вернутся, чтобы довершить начатое, то Боба Фетт, несомненно, переживет бомбежку. В собственных шансах на выживание Ниелах уверена не была. Фетт, конечно, выразил пожелание вытащить ее и Денгара (ну, и себя самого, разумеется) с Татуина в межзвездное пространство, где они окажутся в безопасности - хотя бы на короткое время. На достаточно долгое, чтобы определиться с дальнейшими намерениями. Единственным препятствием на пути оказались неведомые детали к передатчику, которые позарез понадобились Бобе Фетту. Сам он не мог пойти в Мое Айсли, чтобы купить их или украсть, потому что перевозбудил бы своим появлением весь город и убедительно доказал бы, что слухи о его безвременной кончине несколько скоропалительны. Так что вместо него в космопорт был отправлен Денгар. Но если старик облажается, что тогда? Ниелах озабоченно почесала облупленный нос. Они с Феттом застрянут в пустыне и дождутся уже не Денгара, а тех, кто придет их уничтожить.
- Как я могу ошибаться? - назойливо жужжала над ухом врачиха. - У меня обширнейший набор программ по природе гуманоидной физиологии…
- Значит, программист был плохой, - Ниелах закрыла глаза. - Когда имеешь дело с такими, как Боба Фетт, отличия выходят за рамки физиологической статистики. Все дело совсем в другом.
Дроидесса на этот раз промолчала. Возможно, из милосердия. Либо поняла, что проспорила, либо сочла дальнейшие прения бессмысленными.
Свуп был оставлен в сухих холмах за окраиной городка. Денгар пешком преодолел оставшиеся километры. Он давно уже выяснил, что таким образом привлекает к себе значительно меньше внимания. А сейчас это было для него особенно важно.
В Мое Айсли охотник попал по протоптанной в дюнах тропинке, выводящей в проулок. Но предварительно Денгар отыскал несколько засохших кустов и торопливо закамуфлировал свуп. Машинка принадлежала, собственно говоря, не ему, а Большому Гиззу, главарю самой крупной и самой гнилой банды на Татуине. На ней он и разбился. Мерзопакостности в голове и силы в мускулах Гиззу хватило, чтобы обратить на себя внимание Джаббы Хатта, но от увечий не уберегло. В этом он ничем не отличался практически от всех остальных работников Джаббы, они все грешили тем же. Если не сгорали на работе, то их приканчивал собственный буйный норов. Денгар всегда считал, что хатты слишком мало платят за риск. Большой Гизз оказался еще удачливее остальных, от него хоть что-то осталось. Сейчас он довинчивал последние гайки и искал себе новое средство передвижения.
Денгар спускался по засыпанному кое-где мелким гравием последнему из холмов, а сквозь марево медленно проступали приземистые округлые строения космопорта. Пешком получалось не на много медленнее, чем на свупе. Машину можно было смело списывать в металлолом, когда Денгар отыскал ее несколько лет назад. Погнутые и искореженные детали свидетельствовали, каким именно образом Большой Гизз закончил последний заезд. Наверное, стоило бросить свуп на радость йавам, но в Денгаре взыграла страсть молодости. Он свинтил машину заново, даже купил ей новый блок для репульсационного двигателя вместо прежнего, который чересчур обгорел. Жизнь охотника за головами такова, что доступный транспорт, пусть даже медленный, старый, зато исправно работающий, помогает почувствовать разницу между получением денег за доставленную добычу и превращением в мертвые кости, которые сушит ветер и растаскивают стервятники Дюнного моря.
Двойные солнца Татуина окрасили небо в красно-оранжевый предзакатный цвет, когда Денгар вошел в город. На то, чтобы выкопать свуп из песка и камней, оставшихся на месте убежища, ушло больше времени, чем рассчитывал кореллианин. Машину погребло под слоем песка толщиной почти в два метра, отыскать ее удалось только с помощью маячка. Денгар даже похвалил сам себя за предусмотрительность. Повезло, кисло подумал он, выволакивая в конце концов свуп на поверхность и заводя двигатель. Передние стабилизаторы были согнуты чуть ли не пополам, любая попытка набрать скорость выше чем "ползком" посылала машину в такую спираль, что, несмотря на весь свой опыт обращения с гоночными машинами, Денгар очутился бы на земле с переломанными ногами, если бы не отключил двигатель. В результате поврежденный свуп перевез его через Дюнное море в похоронном темпе. При случае можно было удрать от тускенов, но едва ли - избежать выстрела из их древнего, но весьма эффективного оружия.
- Ищешь что-то… особенное? - поинтересовалась закутанная в плащ с капюшоном фигура с характерным хоботком в форме полумесяца, как только кореллианин миновал первое здание. - В этом районе есть существа… которые могут удовлетворить… любые запросы.
- Это уж точно, - Денгар не остановился, даже шага не замедлил. - Слушай, пойди погуляй, а? Я знаю, куда мне.
- Мои извинения…
Подол сшитого из грубой ткани балахона поднял пыль, когда существо поклонилось.
- Я ошибочно принял… тебя за новичка…
Денгар поспешил дальше. Встреча была крайне некстати; вообще-то охотник надеялся, что доберется до кантины в центре Мое Айсли без приключений и случайных знакомств. В космопорте и шага нельзя ступить, чтобы не наткнуться на стукача или информатора, которые зарабатывают себе на жизнь продажей информации либо силам безопасности Империи, либо местному заправиле преступного мира, которые никогда еще не скрывали своего интереса к тому, кто прилетает на планету или покидает ее. По крайней мере в Мое Айсли дела обстояли именно так, как и на любом другом заштатном мирке, где процветает охота за головами. В центре города, как справедливо полагал Денгар, вообще не скроешься. Стоит кому-то шепнуть пару слов в нужное ухо или ушное отверстие, и ты становишься добычей.
А Денгар сейчас не хотел быть найденным. Хотя, насколько ему было известно, его никто не искал, невелика персона. Но скоро такое положение может и измениться - как только просочится известие, кто именно его напарник. Союз с первым номером среди охотников за головами тащит за собой не столь интересный груз: умыслы и недовольство окружающих. Тех, кто спит и видит, как бы извести всех союзников Бобы Фетта. А недавний налет доказал, что враги у Фетта серьезные, решительные и привыкшие действовать с размахом. Если эти ребята выяснят, что некий малоизвестный охотник сделался полезным для объекта их ненависти, они не задумываясь сотрут его в порошок. Просто на всякий случай.
Вот такие малоприятные мысли роились в мозгу Денгара, пока кореллианин шагал по наиболее опасным - и наименее посещаемым - закоулкам Мое Айсли. При его приближении с кучи гниющего мусора разбежалась стая остроносых тощих вомп, которые сначала попрятались в норы, а потом гневным писком высказали в спину Денгара свое недовольство. Они хоть не побегут никому докладывать, как правило, они предпочитают не вмешиваться в дела существ крупнее размерами.
Охотник остановился, заглянул за угол. Отсюда открывался великолепный вид на центральную площадь Мое Айсли. Ничего оригинальнее и грознее двух имперских штурмовиков, совершающих обычный патрульный обход, он не увидел. Солдаты развлекались, вороша мусор в тележке только что отловленного йавы. В результате тележка перевернулась, из нее высыпались останки расчлененных дроидов - отдельные конечности, головы; у некоторых все еще мигали фоторецепторы, а из вокодеров изливались стоны и жалобы. Разгневанный йава, высунув из широкого рукава кулачок и потрясая им в воздухе, вопил оскорбления в адрес фигур в белых доспехах. Штурмовики не обижались.
Никто не рискнул пересечь площадь и поглазеть на происшествие, кроме пары рососпинников, топтавшихся неподалеку; звери были взнузданы и оседланы, но без седоков. Когда раздались первые вопли, рососпинники шарахнулись в сторону и отошли на безопасное расстояние.
Штурмовиков Денгар не боялся, гораздо больше его тревожили те, кто пребывал по другую сторону закона, - многочисленные голодранцы и попрошайки, кото-рые уже слышали о недавних событиях и спешили извлечь из них выгоду.
Денгар опять спрятался за угол. Между паранойей обыкновенной и паранойей чрезмерной есть огромная разница. Чуть-чуть меньше, и ты медлителен; чуть-чуть больше, и ты просто туп. Денгар решил, что лучше идти в обход. Держась в тени высушенной солнцем и ветрами, выщербленной стены, охотник добрался до черного хода в кантину. Торопливый взгляд по сторонам, и кореллианин скользнул в знакомую тьму и стал прокладывать себе дорогу между пьяными посетителями. Несколько глаз и прочих органов зрения обратились к нему, затем их обладатели вновь вернулись к прежним занятиям..
Денгар уперся ладонями в стойку бара.
- Я ищу Кодека Сантхананана. Он не забегал?
Все тот же уродливый бармен, знакомый по прошлым визитам, отрицательно покачал головой.
- Да его пришили пару месяцев назад. Вот тут на пороге. Мои роботы целых два стандартных часа отчищали сажу и грязь, да все без толку.
Почему-то этот бармен всегда напоминал кореллианину утопленника, слишком долгое время проведшего в воде. Шрамы на белесом, отекшем лице пришли в движение, когда бармен прищурил один глаз.
- Он задолжал тебе денег?
Денгар сделал паузу, присосавшись к стакану. Во время поездки на хромающем свупе через Дюнное море он потерял слишком много жидкости, самое время восполнить.
- Возможно.
- Ну а мне-то этот барв еще как задолжал, - буркнул бармен. - А мне не нравится, когда мои клиенты дают себя пристрелить у меня же в заведении, и объясняться с властями приходится мне, а не им. И денег не платят.
Он яростно плюнул в стакан и начал полировать полотенцем.
- Неплохо было бы думать не только о себе, для разнообразия.
Слушать жалобы бармена было занятно, но бесполезно. Денгар осушил стакан до конца и оттолкнул его.
- Запиши на мой счет.
Он протолкался в наполненный тенями центр кантины, поглядывая по сторонам, но избегая смотреть кому-нибудь прямо в глаза. Некоторые из наиболее вспыльчивых завсегдатаев были известны как раз тем, что считали пристальный взгляд оскорблением; даже если свалка закончится в пользу кореллианина, и он не останется отдыхать на полу, подобная реклама сегодня не в его интересах.
- Прошу прощения за прискорбную невежливость… - в рукав Денгара вцепилась лапка с раздвоенными когтями, -… но я не мог не подслушать…
Охотник обнаружил, что смотрит прямо в черные пуговицы глаз ку'ницианского аэроптерикса. Пуговицы были разного размера, потому что вторым набором когтей их владелец держал перед собой увеличивающую линзу на украшенной драгоценными камнями ручке. Денгар рассчитывал на нечто подобное. Если в кантине заговорить о деле чуть громче, чем шепотом на ухо, вопрос в считанные секунды перестает быть частным.
- Пойдем-ка за столик, - вздохнул кореллианин, который не собирался ни о чем толковать посреди зала; вот уж не место для приватных бесед. - Шевели ножками.
Ку'ницианец зашлепал широкими короткими крыльями, нормального полета они ему обеспечить не могли, а так вот - пожалуйста. Существо с трудом взгромоздилось на стул, где и нахохлилось.
- Я слышал, как ты упоминал имя бедняжки Сантхананана, - из серого комка перьев и пуха высунулась костлявая лапа и почесала спину инкрустированной рукояткой. - Боюсь, его кончина была печальна.
- Ну да, трагедия из трагедий, - Денгар сложил руки на столе и наклонился вперед; надо было завершить дела, пока бармен не завел разговоров об оплате счетов. - Хотелось бы знать, неужели никто не перенял у него дел?
Линза переместилась ко второму глазу.
- У покойного Сантхананана было множество занятий, - прокудахтал ку'ницианец. - Он был существом разнообразных интересов, многие даже законные, можешь представить? Какое из них ты имеешь в виду?
- Не пыли. Ты знаешь, о чем я говорю, - Денгар оглянулся по сторонам, потом вновь посмотрел на собеседника. - Он когда-то занимался отправкой частных сообщений. Вот это-то мне и интересно.
- Ага… - ку'ницианец пощелкал рудиментарным клювом. - А ты у нас баловень судьбы, знаешь ли. Так уж случилось, что в этой сфере теперь заправляю я.
Добрая старушка удача… все бы ей шутки шутить. Любопытно все-таки, каким образом Сантхананана настигла та самая печальная кончина и насколько ей поспособствовал ку'ницианец. Но старого охотника эти дела не касались.
- Какой бы вид связи тебе ни понадобился, - продолжал тем временем аэроптерикс, - я могу помочь.
- Кто бы спорил… - Денгар пристально посмотрел прямо в увеличивающую линзу; в черных разноразмерных пуговицах глаз собеседника горел огонек наживы.
- Дело такое: мне нужно послать капсулу с сообщением через гиперпространство..
- Да ну?! - ку'ницианец выкатил глаза в искреннем изумлении. - Денежное ты выбрал себе развлечение. Не говорю, что оно недосягаемо. Просто… видишь ли, я не вел с тобой дел раньше. Поэтому деньги на стол.
Денгар пошарил в кармане, вынул небольшой мешочек из мягкой кожи и высыпал его содержимое на столешницу.
- Этого хватит?
Даже без увеличительной линзы глаза аэроптерикса укрупнились в размерах.
- Думаю… - к кучке звонких кредиток протянулись раздвоенные когти. - Можно и о деле поговорить.
- Не так быстро, - охотник перехватил тощую кожистую лапку. - Половину получишь сейчас, половину, когда я услышу, что послание добралось до адресата.
- Годится, - ку'ницианец наблюдал, как Денгар делит деньги на две кучки; когда кореллианин ссыпал одну в мешочек, черные глаза погрустнели, а уж провожал аэроптерикс кошель, исчезающий в кармане охотника, с безутешной печалью. - К моему великому сожалению, таков стандартный уговор. Но я переживу.
Он сгреб остальные кредитки и рассовал их по неведомым местам под перьями.
- Итак, какое сообщение ты хочешь отослать? Денгар помедлил. Границы доверия к Кодеку Сантхананану были прочерчены и известны. Ку'ницианец - неизвестная величина. Но если подумать… какие у него есть альтернативы? И если аэроптерикс хочет заполучить вторую половину - а его прямо трясет от жадности, - то и на двойную игру наложены некоторые ограничения.
- Ладно, - охотник перегнулся через стол и увидел собственное отражение в черных пуговицах блестящих глаз. - Всего три слова.
- Каких?
- Боба Фетт, - сказал Денгар, - жив.
У ку'ницианца каждое перо встало дыбом.
- Это и есть сообщение? Вот так вот, да? - короткие крылья приподнялись в имитации человеческого жеста. - Мне кажется… что ты тратишь кредитки на добрый старый обман.
Аэроптерикс навел на охотника лорнет.
- Все равно никто не поверит. Все же знают… что Фетта сожрал сарлакк. Некоторые из бывших работни-ков Джаббы… видели… они прибежали прямиком сюда… и все рассказали.
- Рад за них. Надеюсь, ты поставил им выпивку?
- Похоже, ты серьезный барв… Платишь серьезные деньги, - одна из черных пуговиц моргнула. - И ты утверждаешь, что… прославленный Боба Фетт еще жив?
- Не твое дело, - отрезал Денгар. - Я плачу тебе за то, чтобы ты передал послание.
- Как пожелаешь, - отозвался ку'ницианец. - А кто адресат?
- Планета Куат. Я хочу, чтобы сообщение получил Куат с Куата.
- Так-так… - аэроптерикс поерзал, зашуршали серые перья. - Как все интересно! А что заставляет тебя думать, будто такое высокопоставленное и серьезное существо, как главный администратор верфей Куата… заинтересуется.. . этой новостью? Истинна она или нет.
- Я тебе уже сказал, - процедил сквозь зубы кореллианин, который уже был готов лишить собеседника монокля при помощи собственного кулака. - Не суй клюв не в свое дело.
- Ага. Но я думаю… оно мое, - ку'ницианец сумел изобразить на птичьей физиономии то, что можно было с натяжкой посчитать первым приближением к улыбке. - Мы сейчас с тобой… вроде как партнеры. Если Боба Фетт жив… найдутся и другие желающие узнать… сей интригующий факт.
Денгар зло сверкнул глазами.
- Когда Сантхананан вел дела, он знал, что его клиенты покупают не только средство связи. Они покупают наглухо закрытый рот.
- Но сейчас ты… имеешь дело не с ним, - аэроптерикс не дрогнул. - Ты договариваешься со мной. И с моими напарниками. Сантхананан был независимым поставщиком услуг, я же - нет… Но возможно, поэтому он и мертв, я же - нет. Скажем так… у меня есть дополнительные траты… мне нужно прикрытие, - кончиком рукояти лорнета пернатый аферист указал на Денгара. - Ты еще поблагодаришь меня.
- Уже благодарен, не бойся, - охотник с отвращением сплюнул на грязный пол.
Со сделками в Мое Айсли всегда одна и та же проблема. Вечно надо когонибудь подмазать, кого-нибудь подкупить, дать взятку деньгами или информацией. А несмотря на то что в кармане еще звенела половина обещанной за передачу платы, денег у кореллианина, считай, не было. Оставалось торговать иным товаром.
- Хочешь знать, почему заинтересуется Куат? Я скажу тебе. Потому что он из шкуры вон лезет, чтобы удостовериться, что Фетт погиб. Здесь что, еще никто не слышал о бомбежке в Дюнном море?
- Разумеется, слышали, - нахохлился ку'нициа-неп. - Думали… землетрясения. По всему городу… трещины в стенах. Имперский флот развлекается бомбометанием, думаешь, никто не заметит?
- Имперский флот невинен как дитя. Частная операция.
- Даже так. А доказательства есть?
Денгар вновь порылся в кармане и достал предмет покрупнее и потяжелее мешочка с деньгами. Он выкопал это, вытаскивая из песка свуп. И когда он смел с предмета пыль, обнаружилась круглая матовая сфера, наполнившая ладонь тяжестью и мощью. А затем он прочитал буквенные обозначения и серийный номер на металлической оболочке. Прочел, осознал и в один миг поменял все свои планы. Вот поэтому и сидел в здешней кантине, обсуждая условия сделки. Боба Фетт дал ему совсем другое поручение. Сейчас Денгар действовал на собственный страх и риск.
Кореллианин протянул сферу ку'ницианцу.
- Сам взгляни.
Аэроптерикс баюкал смертоносный шарик в когтистой лапе, пока не сообразил, что это такое, а потом чуть было не отшвырнул, но вовремя передумал, взял поосторожнее, чтобы не ударить о столешницу. Затем с обидой и негодованием крякнул и протянул игрушку обратно.
- В чем дело? - полюбопытствовал с жесткой ухмылкой кореллианин, наслаждаясь дискомфортом собеседника. - Испугался чего-то?
- Ты с ума сошел? - ку'ницианец захлопал разнокалиберными глазами. - Ты хоть знаешь, что приволок?
- Разумеется, - с готовностью отозвался Денгар. - Атмосферный детонатор для имперской бомбы М-12. Если он точно такой, как все остальные, на которые я набрел не так давно, он взрывает заряд при достижении разницы в двадцать миллибар.
Ухмылка на загорелом лице стала шире.
- Хорошую штуку к подобной игрушке не прицепят, верно?
- Ты идиот! - металлический шарик в когтистой лапке задрожал. - В этой малышке хватит взрывчатки, чтобы снести половину Мое Айсли!
- Расслабься, - Денгар отобрал у собеседника детонатор. - Он холодный. Абсолютно инертный. Смотри…
Он повернул шарик, чтобы были видны показания индикаторов.
- Светодиоды видишь? Красным что-нибудь светится? Аэроптерикс помотал головой.
- Нет, - он поднял лорнет и вгляделся пристальнее. - Нет, я не вижу никаких огоньков.
- Точно, - Денгар положил детонатор на стол. - Эта малышка - браковка. Почти десять процентов не срабатывают. Вот почему имперский флот их не использует, они улучшили разработку. Сам должен был догадаться, что не Империя практиковалась в точности бомбометания.
- Х-мм… - ку'ницианец взъерошил перья. - Похоже, ты обладаешь… значительными познаниями в этой области.
- Я не всегда был охотником.
- Восхищен твоей многосторонностью, - чирикну/ аэроптерикс. - Весьма полезное свойство для разумны, существ.
Он осторожно поскреб металлический шарик кончиками когтей.
- Поверю тебе на слово… что это не имперский подарочек. Но я пока не уловил связи между ним и Куатом с Куата.
- Ты невнимательно смотрел, - Денгар взял детонатор и сунул собеседнику прямо под клюв. - Серийный номер. Все детонаторы выпускались одной и той же фабрикой, у которой контракт с верфями Куата. Детонаторы нумеровались последовательно, как ты можешь понять. Счет дошел до четверти миллиона. Все, что меньше двенадцатимиллионной отметки, были сохранены для использования на верфях, чтобы тестировать броню и арсенальные отсеки тяжелых крейсеров и "разрушителей" для Империи.
Кореллианин постучал пальцем по крохотным цифрам, - Сам видишь, что здесь написано. Эта игрушка из той самой партии. Очевидно, верфи решили проверять на прочность не только обшивку кораблей. Куат сделал запас после того, как закончил тесты для имперцев. Если бы наша малышка взорвалась, как ей было положено, никто бы не узнал, кто бомбил Дюнное море.
- Любопытно, - ку'ницианец перевел взгляд круглых глаз с шарика на лицо охотника. - Возможно, существует причина, по которой Куат с Куата желает смерти Бобе Фетту, если тот действительно еще жив. Но множество других вопросов осталось без ответов.
- Так не задавай их какое-то время, - предло»кил Денгар, наклоняясь, чтобы запихать увесистую металлическую сферу обратно в карман. - Мне некогда давать тебе подробный отчет по всем событиям от момента первого пришествия ситхов. Некоторые слова тебе придется принять на веру.
- Веру? - серые перья с шуршанием всколыхнулись. - Это… понятие переменчивое, друг мой. Как и многое другое. И имеет свою цену.
- Которую я уже заплатил, - заметил Денгар. - И впереди тебе светят еще большие деньги. Если, конечно, все пойдет, как задумано. А потом можешь сам утолить свое любопытство, если не будешь занят более приятным делом. Например, пересчитыванием кредиток.
- Пересчитывание кредиток, - мечтательным эхом отозвался ку'ницианец, - это мое самое любимое занятие. Но один вопрос я все-таки обязан задать. Ты желаешь проинформировать богатого и могущественного Куата с Куата о том, что, несмотря на все усилия обеспечить обратное, Боба Фетт продолжает свое существование. Когда Куат явится и отыщет тебя, а он, несомненно, так поступит, и я предполагаю, что именно таково твое намерение… дальше-то что?
Денгар продолжал молчать. Хороший вопрос. По пути через Дюнное море он как раз над ним размышлял. Опасный вопрос, если учесть, что действует кореллианин теперь за спиной одного из самых смертоносных обитателей Галактики. Если Боба Фетт выяснит, что его обманывают, а сообщение, посланное на верфи Куата, можно считать доказательством предательства, то жизнь Денгара не будет стоить даже самой мелкой монетки. Ладно, решился кореллианин. Пока что я могу о себе позаботиться. Если не ради себя, так ради Манароо. Он никак не ожидал, что решение отослать невесту в безопасное место разбудит в нем целую гамму неведомых ранее чувств. Во-первых, он страшно скучал по ней, ощущение было такое, словно без анестезии по живому полоснули мясницким тесаком, отхватив большой кусок плоти.
Рана заживать не хотела. Но вылечиться придется, раз уж он связал свою судьбу с Бобой Феттом. Это опасно и само по себе, и дважды - если испытываешь его доверие на прочность. Фетт сам предложил партнерство, и это обстоятельство мучило Денгара невероятно. Сейчас последствия пребывания в брюхе сарлакка почти не были заметны, и прежняя сила, и прежние таланты вернулись к Фетту практически в полной мере. Так сколько еще времени ему будет нужен напарник? Фетт всегда действовал в одиночку и, как подозревал Денгар, не собирался изменять привычкам. И мог запросто одурачить кореллианина, с другими он поступал именно так. Жизнь многих продлилась ровно столько, чтобы они сумели испытать сожаление, что доверились этому барву, после чего стали называться добычей. Или кучкой пепла, в худшем случае.
Себе подобной судьбы Денгар не желал. Значит, вопрос стоит так: кто кого продаст раньше. Вот он и решил стать первым и выбрал богатого, влиятельного и весьма могущественного покупателя. Не только из-за суммы, которую тот заплатит, но и ради защиты. Бомбовый удар не обратил Бобу Фетта в пыль и атомы лишь по чистой случайности. Следующая попытка Куата может оказаться успешной. И тогда незачем будет бояться, Фетт ничего не сможет сделать Денгару. Потому что будет мертв.
Похоже, пуговки блестящих глаз собеседника заглянули ему прямо в душу.
- Ты затеял опасную игру, - негромко сообщил аэроптерикс.
- Знаю, - охотник неторопливо кивнул. - Других не держим.
Оставалось еще несколько деталей, которые они с ку'ницианцем тут же и обсудили. Денгар знал, что Боба Фетт планирует убраться с Татуина; значит, Куату с Куата будет сложно (если вообще возможно) связаться с отправителем важной весточки. Поэтому ку'ницианцу придется послужить связником, то есть с ним придется поделиться деньгами, полученными за предательство.
- Так когда ты вышлешь капсулу? - Денгар трудился над застежками и ремнями своего снаряжения.
В кантине не предполагалось окон, но охотник и без них знал, что над Мое Айсли нависла ночь, а ему предстояло долгое и холодное путешествие туда, где он оставил своих спутников.
- Чем скорее, тем лучше, - сказал он.
- Не беспокойся, - посоветовал ку'ницианец, переплетая когти, предварительно положив на стол свой драгоценный лорнет. - Капсула будет на пути к Куату, как к планете, так и человеку, через несколько часов.
- Ладно, - проворчал кореллианин, выбираясь из-за стола. - Но я буду проверять. На всякий случай.
Он остановился под той же самой аркой, через которую попал в кантину. Народа прибавилось; потребовались усилия, чтобы протолкаться к выходу, по возможности избегая ответных тычков и ударов разнообразнейшими конечностями. На небольшой эстраде уже разогревался джизз-оркестрик, настраивая инструменты по ходу дела. Завывания, постукивание и звяканье наложили еще один слой на общий звуковой фон. К нестройной музыке мало кто прислушивался, зато она предоставляла отличную заглушку, если клиенты хотели переговорить о частных делах без помех.
Денгар стоял на короткой лесенке, которая вела на улицу. С порога были видны головы посетителей, а также - кабинка, где он только что наслаждался общением с аэроптериксом. Даже если бы охотник не стоял в глубокой тени, слабое зрение ку'ницианца не позволило бы тому разобрать кого-то в толпе. Прошло несколько минут, а Денгар не заметил, чтобы аэроптерикс встал из-за стола, да и никто другой к нему не подсаживался. Денгар посчитал это обстоятельство добрым знаком; если бы ку'ницианец собирался воткнуть ему нож в спину, передав информацию другому заинтересованному лицу, пернатое существо действовало бы, не теряя времени даром. И тогда компания до зубов вооруженных парней перехватит кореллианина еще до того, как у него появится шанс уйти из Мое Айсли. А затем, применив весьма болезненные методы, из Денгара выбили бы местонахождение его внезапно воскресшего компаньона.
Несколько раз охотника толкали проходящие мимо страждущие посетители, пока Денгар не решил, что ку'ницианец не собирается его закладывать и играет относительно честно. Ну, в той мере, какую можно ожидать от обитателя темных проулков космопорта. Кореллиа-нин повернулся и преодолел оставшиеся ступени. А еще через пару секунд он торопливо шагал по улице. Прежде чем возвращаться в холмы на окраине города, где спрятан старый свуп, надо было выполнить еще одно поручение - то самое, с которым его прислал сюда Фетт.
Чего Денгар так и не увидел, так это того, как по металлической ножке стола сползло крохотное существо, а затем хитроумным зигзагом отправилось в долгий п по грязному полу кантины. В диаметре круглая животина была не больше семи сантиметров, и в человеческий волос толщиной - это когда выбралось изпод перьев ку'ницианца. К тому времени, как разговор был окончен, организм так напитался информацией, что раздулся, словно подушка. Время от времени живая мембрана сыто срыгивала и отдувалась.
От многочисленных ног инфожорка уворачивалась вполне уверенно, примитивные органы чувств помогали ей узнавать разницу между светом и тенью, хотя ориентировалась скорее по памяти.
Одна из сестер Тонника (ее алчное и тонко вычерченное лицо было обрамлено бесчисленными косичками с вплетенными в них иглами-зенжи) рассмеялась над грубоватой шуткой своей идентичной спутницы.
Девушки искали связь между брачными играми вуки и вечно кислыми, страдальческими физиономиями имперских адмиралов. Серый дымный след, поднимавшийся от курительного жезла, зажатого в тонких изящных пальцах Сенни Тонники, смешивался с чадом, наполнявшим кантину. Девушка сделала шаг назад - слишком быстро, чтобы ползущая мимо живая мембрана сумела среагировать и увернуться от острого каблука, который зацепил ее аморфное тело и сжал его достаточно сильно, чтобы существо пропищало последнюю фразу подслушанного разговора.
- Слышала что-нибудь? - Сенни перестала смеяться и недоуменно огляделась по сторонам.
- Я много чего слышала, - улыбнулась ее сестра Бреа и наклонилась, разогнав дым, который только что выдохнула Сенни. - Постоянно…
- Нет, - близняшка нахмурилась, глянула себе под ноги, на пол, блестящий и скользкий от пролитой выпивки и усыпанный мелким мусором и занесенным с улицы песком. - Только что и оттуда.
Она кивнула, указывая, откуда именно.
- Я отчетливо слышала голос, который произнес: "… буду проверять на всякий случай"…
- Померещилось.
Инфожорка уже уползла прочь, изо всех торопясь к своей цели - столику в самом дальнем и темном углу заведения. Там ей не пришлось взбираться вверх по ножке стола, темная рука с черной грязью под ногтями подобрала посланницу с пола.
- Какая толстушка, а?
Воль Хамаме когда-то входил в банду Большого Гизза, но с некоторых пор их пути разошлись, и расстались они совсем не друзьями. Хамаме не пропал, отыскав себе другого хозяина с той же стороны закона, что и прежний. Но на этот раз платили ему гораздо больше и чаще. По многим параметрам жизнь наладилась с тех пор, как Хамаме убрался подальше от Костыля, помощника Гизза с еще больше несносным характером, чем сам Гизз.
- Похоже, ку'ницианец перекормил тебя информацией, детка…
- Чем же еще? - напарник Хамаме на вид был не лучше; с каждым вдохом покрытые слизью складки его носоглотки влажно хлюпали. - Для этого эта штука и предназначается.
Крохотные ножки зверюшки беспомощно подергивались и извивались, когда Федруа перевернул существо на блестящую спинку.
- Ну-ка, что ты нам принесла?
Только одна из лун в системе Ку'нициан обладала атмосферой, и именно на ней в глубоких расщелинах гор, которые постоянно жевали друг друга под влиянием приливных сил,