и которые теперь охраняли растущее число заключенных.
– Эд, – обратился по коммуникатору к молодому капралу Клетус. – Эд, посмотри вправо.
Джарнки быстро взглянул вправо и испуганно вздрогнул, увидев Клетуса так близко. Клетус поманил его к себе. Осторожно, все еще пригнувшись, чтобы спрятаться за краем берега, Джарнки побежал к тому месту, где на летательном аппарате парил в нескольких футах над землей Клетус.
Когда капрал подошел, Клетус посадил свое транспортное средство, и, скрытый от глаз партизан густым кустарником, с трудом слез с сиденья, с удовольствием потянувшись.
– Сэр? – в голосе Джарнки слышался вопрос.
– Я хочу, чтобы ты это слышал, – сказал Клетус. Он снова повернулся к аппарату и переключил свое переговорное устройство на волну лейтенанта Атье.
– Лейтенант, – позвал он. – Говорит подполковник Грим.
Последовала короткая пауза, затем послышался ответ, который с хрипом прозвучал не только в наушниках, но и по маленькому, встроенному в транспорт, динамику, который Клетус только что включил.
– Подполковник? – откликнулся Атье. – В чем дело?
– Оказалось, что ньюлендские партизаны все-таки попытались переправиться через брод на Голубой реке, – поведал ему Клетус. – Нам повезло, и мы сумели захватить около половины из них...
– Партизаны? Захвачены? Половина... – и в наушниках, и по динамику было слышно, как дрожал голос Атье.
– Но я связался с вами, не поэтому, – продолжал Клетус. – Вторая половина от нас ушла. Они направляются назад к ущелью, чтобы вернуться в Ньюленд. Но вы ближе к проходу, чем они. Если вы отправитесь туда хотя бы с половиной своих людей, вы можете окружить остальных без особых хлопот.
– Хлопот? Послушайте... я... откуда я знаю, что все именно так, как вы говорите? Я...
– Лейтенант, – Клетус впервые произнес это слово с некоторым нажимом, – я просто информирую вас. Мы задержали половину их отряда здесь, на верхнем броде, на Голубой.
– Ну... да... подполковник. Я это понимаю. Но...
– Тогда в путь, лейтенант, – оборвал его Клетус. – Если вы не поторопитесь, вы можете упустить их.
– Да, сэр. Конечно. Я вскоре свяжусь с вами снова, подполковник... Может быть, вам лучше подержать задержанных там, пока их не подберут транспортные корабли... Некоторые из них могут убежать, если вы, имея только шесть человек, попытаетесь провести их через джунгли.
Его голос стал увереннее – Атье уже взял себя в руки, – но в нем звучали горькие нотки. Очевидно, смысл того, что погрязший в бумагах теоретик задержал большой вражеский отряд в то время, как сам Атье был единственным полевым офицером, командовавшим группой захвата, стал доходить до него. Маловероятно, что генерал Трейнор не заметит такого промаха с его стороны.
Когда он вновь заговорил, голос его звучал мрачно.
– Нужен ли вам врач? – осведомился он. – Я могу дать вам одного из двух, имеющихся здесь. Отправлю его сейчас же с одним из транспортных кораблей. Теперь уже нечего прятаться, ньюлендцы все равно знают, что мы здесь.
– Спасибо, лейтенант. Да, для него найдется работа, – сказал Клетус.
– Удачи вам с остальными!
– Спасибо, – холодно ответил Атье. – Конец связи.
– Конец связи, – повторил Клетус.
Он выключил переговорное устройство, отошел от летательного аппарата, с трудом опустился на землю и сел, прислонившись спиной к ближайшему валуну.
– Сэр! – обратился к нему Джарнки. – Зачем нам врач? Никто из нас не пострадал. Вы ведь не хотите сказать, что вы, сэр?..
– Да, – кивнул Клетус.
Он вытянул левую ногу, потянулся к ножнам, вытащил боевой нож и разрезал им левую штанину от колена до ботинка. Обнажившееся колено оказалось сильно распухшим и представляло собой ужасное зрелище. Клетус протянул руку к аптечке, закрепленной на поясе, и достал из нее обезболивающее средство. Прижав тупой носик аэрозоля себе к запястью, он нажал на кнопку. Ощущение прохладной жидкости, проникающей сквозь кожу прямо в кровь, было похоже на прикосновение мягкой руки.
– Господи Иисусе, сэр, – пробормотал побледневший Джарнки, уставившись на его ногу.
Клетус, расслабившись, откинулся назад и позволил теплым волнам наркотика унести себя в небытие.

Глава 9

Лежа на спине в госпитальной кровати, Клетус задумчиво разглядывал свою негнущуюся, освещенную солнцем левую ногу, подвешенную над кроватью.
– Итак, – проговорил с дружеским смешком дежурный военный врач, живой круглолицый майор, лет сорока, когда Клетуса привезли в госпиталь, – вы относитесь к типу людей, которые ненавидят тратить время на то, чтобы дать своему телу возможность подлечиться, не так ли, подполковник?
Следующее, что понял Клетус, – это то, что он находится в кровати, а его нога в гипсе и подвешена к крюку в потолке...
– Прошло уже три дня, – сказал Клетус Арвиду, который только что приехал и привез, по его просьбе, местный журнал, – а он пообещал, что на третий день отпустит меня. Выйди в коридор и посмотри, может, он в какой-нибудь другой палате.
Арвид подчинился. Через несколько минут он вернулся.
– Врача нигде нет, – сообщил он. – Но сюда едет генерал Трейнор, сэр. Дежурная медсестра сказала, что звонили из его конторы и спрашивали, здесь ли вы.
– О, – произнес Клетус. – Хорошо. Конечно, он приедет. – Он протянул руку и нажал на кнопку, переводившую кровать в сидячее положение. – Знаешь что, Арв. Пройдись по другим палатам и посмотри, может, ты сможешь выпросить для меня несколько конвертов космической почты.
– Конверты космической почты? – удивился Арвид. – Хорошо. Я вернусь через минуту.
Он вышел. Когда он вернулся, в руках у него было пять желтых конвертов из тонкой бумаги, в которых обычно отправляли почту, перевозимую на космических кораблях. На каждом из них чернел квадрат почтовой марки Земли. Клетус сложил их в стопочку и положил лицом вниз на столик у кровати. Арвид наблюдал за ним.
– Сэр, вы нашли в журнале то, что искали? – спросил он.
– Да, – ответил Клетус и, увидев, что Арвид смотрит на него с любопытством, добавил. – Сегодня молодая луна.
– О-о! – недоуменно протянул Арвид.
– Да. Теперь вот что, Арв, когда приедет генерал, оставайся в коридоре и будь начеку. Я не хочу, чтобы доктор проскользнул мимо только потому, что со мной разговаривает генерал, и оставил меня в этом госпитале еще на один день. В котором часу моя встреча с офицером из управления безопасности?
– В одиннадцать.
– А уже девять тридцать, – покачал головой Клетус, глядя на часы. – Арв, если ты войдешь в ванную комнату, то через окно тебе должен открыться вид на центральный подъезд к госпиталю. Если генерал прибудет по земле, ты должен будешь его заметить. Пойди посмотри.
Арвид послушно исчез в маленькой ванной комнате, примыкавшей к палате Клетуса.
– Никаких признаков, – раздался его голос.
– Продолжай наблюдение, – распорядился Клетус.
Он расслабился, опершись спиной о сложившуюся кровать и полузакрыв глаза. Он ждал генерала. Очевидно, Трейнор будет последним в длинной цепочке посетителей. Его уже навестили Мондар, Ичан Хан, Мелисса, Вефер Линет и даже Эд Джарнки. Долговязый парень пришел показать Клетусу новые сержантские нашивки на рукаве и поблагодарить его за то, что они там появились.
– Лейтенант Атье в своем рапорте попытался приписать все заслуги главным образом себе, – сообщил Джарнки. – Мы услышали это от одного служащего. Но мы все, кто входил в нашу группу, рассказали, как было дело. Может быть, там наверху, в офицерском клубе и не знают всей правды, но ее знают в казармах.
– Спасибо, – рассмеялся Клетус.
– Черт... – выругался Джарнки и замолчал, явно не зная, как выразить свои чувства. Затем он решил сменить тему разговора. – А вы не могли бы найти у себя работу для меня, подполковник? Я не учился в школе штабных служащих, но я имею в виду... я могу быть водителем или кем-нибудь в этом роде.
– Я бы хотел взять тебя к себе, Эд, – улыбнулся Клетус. – Но не думаю, чтобы тебя отпустили. В конце концов, ты боевой солдат.
– Значит, нет, – огорчился Джарнки.
Он ушел, но перед этим вытянул из Клетуса обещание взять его к себе на службу, если это когда-нибудь станет возможным.
Однако Джарнки ошибался, полагая, что в офицерских кругах отчет Атье был принят за чистую монету. Несомненно, сослуживцы лейтенанта знали, что он представляет из себя как полевой командир, и понимали, что Трейнор не случайно выбрал именно его для того, чтобы проверить пророчество Клетуса относительно проникновения партизан на их территорию. После вечеринки в доме Мондара Арвид сообщил подполковнику, что ходят слухи, будто Бэт Трейнор собирается поставить Клетуса в глупое положение. Сама по себе эта информация значила главным образом то, что лучше избегать этого человека.
Но теперь, после того, как у Голубой реки он «вытащил каштан из огня» и при этом даже не обжег пальцы, только ближайшие к Трейнору офицеры не испытывали симпатии к Клетусу. Ичан Хан позволил себе сдержанно намекнуть на это. Вефер Линет, представлявший одно из руководящих звеньев Военно-Морских Сил, тоже вскользь коснулся этой темы. Едва ли Трейнор не знал о такой реакции офицеров и солдат, которыми он командовал. Кроме того, он считал необходимым скрупулезное соблюдать все формальности и обычаи по отношению к подчиненным. Удивительно, что он до сих пор не навестил Клетуса в госпитале.
Клетус расслабился, прогоняя напряжение, которое уже начинало овладевать его телом и которое являлось следствием нетерпения и желания поскорее выбраться из этой палаты и вернуться к делам. А их было еще так много! Но чему быть, тому не миновать...
Звук открывающейся двери заставил его очнуться. Он поднял голову и увидел, что в палату входит Бэт Трейнор. От Арвида, все еще находившегося в ванной, предупреждения не последовало. Клетус надеялся, что теперь у молодого офицера хватит ума оставаться на своем месте, так как возможности покинуть палату незаметно для генерала у него не было.
Трейнор подошел к краю кровати и, нахмурив свои выразительные брови, уставился на Клетуса.
– Ну, подполковник, – заговорил он, подтягивая к кровати ближайший стул и устраиваясь на нем прямо перед лицом Клетуса. Затем улыбнулся, сдержанно, но приветливо. – Вижу, вы все еще на привязи.
– Надеюсь, сегодня меня отвяжут, – ответил Клетус. – Спасибо, что зашли ко мне, сэр.
– Я всегда захожу к моим офицерам, попавшим в госпиталь, – поставил его в известность Трейнор. – В вашем случае нет ничего необычного. Хотя, надо признать, вы с шестью солдатами хорошо поработали там, на Голубой реке.
– Партизаны не особенно стремились завязывать бой, сэр, – поскромничал Клетус. – И к тому же мне повезло: я заставил их поступать так, как мне было нужно. Вы ведь знаете, генерал, что в полевых условиях редко все выходит именно так, как было запланировано.
– Знаю. Поверьте мне, знаю, – кивнул генерал. – Его взгляд, направленный на Клетуса из-под тяжелых бровей, был настороженным и холодным. – Но это не меняет того факта, что вы оказались правы в своем предположении относительно места их проникновения и их действий после появления по эту сторону гор.
– Да, и я счастлив, что так получилось, – улыбнулся Клетус. – Как я уже упоминал, еще на Земле перед отлетом я поставил свою репутацию на карту, утверждая, что так оно и будет.
Он словно невзначай взглянул на стопку на столике. Глаза Трейнора последовали за взглядом Клетуса и слегка прищурились при виде желтых конвертов.
– Получаете поздравления, не так ли? – спросил он.
– Да так, пару раз похлопали по спине, – схитрил Клетус. Он не стал добавлять, что эти похлопывания исходили только от его местных знакомых. – Конечно, операция проведена не слишком успешно. Я слышал, остальным партизанам удалось вернуться назад в ущелье, прежде, чем лейтенант Атье смог их задержать.
Брови Трейнора сердито сдвинулись в одну сплошную черную линию.
– Не поддевайте меня, подполковник, – проворчал он. – В отчете Атье сообщил, что вы слишком поздно связались с ним и у него не было времени снимать людей с места и перебрасывать их к входу в ущелье.
– Вот как! – усмехнулся Клетус. – Ну что ж, в таком случае, думаю, это моя ошибка. В конце концов Атье – опытный полевой офицер, а я всего лишь кабинетный теоретик. Я уверен: все понимают, что только благодаря везению контакт моей группы с отрядом партизан привел к успеху и только случайность помешала лейтенанту добиться победы.
На мгновение их взгляды встретились.
– Конечно, – мрачно подтвердил генерал. – И если все этого не понимают, это понимаю я. А именно последнее и имеет значение, не так ли подполковник?
– Конечно, сэр, – согласился Клетус.
Трейнор откинулся на спинку стула, и его брови расслабились.
– В любом случае, – продолжал он, – я приехал сюда не только для того, чтобы вас поздравить. До меня дошла информация о вашем предложении о создании службы, которая будет регулярно, каждую неделю, давать прогнозы относительно активности врага. Вы обратились с просьбой разрешить вам подобрать кадры и выделить помещение, чтобы облегчить работу над подобными прогнозами... Извините, подполковник, но что касается меня, могу сказать: вы по-прежнему нужны мне, как большой струнный оркестр. Но ваш успех с партизанами принес нам в штабе Альянса неплохую славу, и я не думаю, что вы нанесете местному контингенту наших войск какой-нибудь вред, создав эту свою службу прогнозов. Итак, я собираюсь одобрить вашу идею.
Он помолчал, затем выстрелил в Клетуса вопросом:
– Это сделает вас счастливым?
– Да, сэр, – ответил тот. – Спасибо, генерал.
– Не за что, – сухо произнес Трейнор. – Что же касается Атье, у него была возможность отличиться, но он упал лицом в грязь. Он предстанет перед следственной комиссией, которая даст ответ, может ли он продолжать носить звание офицера Альянса. Вы хотите еще чего-нибудь?
– Нет, – ответил Клетус.
Трейнор стремительно поднялся.
– Хорошо, – проговорил он. – Я не люблю, когда мне выкручивают руки. Предпочитаю раздавать милости прежде, чем о них просят. А еще мне по-прежнему нужны те танки, а вы по-прежнему готовьтесь к возвращению на Землю при первой же возможности, подполковник. Внесите этот факт в свои предсказания и не забудьте о нем.
Он повернулся на каблуках и пошел к двери.
– Генерал, – позвал его Клетус, – вы можете оказать мне одну милость...
Трейнор остановился и резко обернулся. Его лицо потемнело.
– После всего? – спросил он холодно. – О чем же вы просите, подполковник?
– Здесь в Бахалле есть хорошая библиотека Экзотики и она содержит богатейший фонд военной литературы.
– Ну и что?
– Если генерал мне простит... – нерешительно продолжил Клетус. – Главная беда лейтенанта Атье заключается в его слабом знакомстве с военной теорией. Если бы он мог уйти из действующей армии и послужить некоторое время, скажем, в качестве офицера службы информации Экспедиционных Сил, работая в этой библиотеке, – это могло бы оказаться очень полезным впоследствии.
Трейнор уставился на Клетуса.
– Но почему, – поинтересовался он, – вы считаете, что Атье заслужил подобную участь вместо следственной комиссии?
– Обидно, когда пропадают ценные кадры, – ответил Клетус.
Генерал хмыкнул, повернулся на каблуках и вышел, не сказав больше ни слова.
Из ванной со сконфуженным видом появился Арвид.
– Извините, сэр, – сказал он Клетусу. – Должно быть, генерал прибыл по воздуху и сел на крышу.
– Забудь об этом, Арв, – счастливо улыбаясь, ответил Клетус. – Ступай в коридор и найди мне этого врача. Мне нужно выбраться отсюда.
Через двадцать минут Арвид наконец обнаружил и привел военного врача.
С Клетуса сняли гипс, и он отправился в помещение, которое подыскал для его конторы Арвид. Оно представляло собой один из номеров, состоявших, в свою очередь, из трех комнат и ванной, и первоначально предназначалось для размещения гостей. Два остальных номера были не заняты, так что, по существу, все здание принадлежало им – момент, который Клетус оговорил, еще когда посылал Арвида на поиски. Оказавшись в конторе, Клетус увидел, что единственной мебелью там служили несколько походных стульев и временный полевой столик. Худощавый майор лет сорока с белым шрамом на подбородке с пренебрежением осматривал эту мебель.
– Майор Вильсон? – обратился к нему Клетус, когда офицер повернулся в его сторону. – Я подполковник Грим.
Они пожали друг другу руки.
– Меня прислали из управления безопасности, – пояснил Вильсон. – Вы упоминали, что у вас может возникнуть какая-то особенная проблема.
– Это действительно так, – ответил Клетус. – Мы здесь собираемся прорабатывать огромное количество материала особой секретности. Я буду готовить для генерала Трейнора еженедельные прогнозы активности врага. Рано или поздно ньюлендцы об этом узнают и начнут проявлять интерес к этому учреждению. Я хотел бы превратить его в ловушку для каждого, кого они могут подослать сюда.
– Ловушку, сэр? – переспросил озадаченный Вильсон.
– Именно так, – весело подтвердил Клетус. – Я хочу устроить здесь все так, чтобы они могли проникнуть внутрь, но не имели возможности выбраться назад на улицу.
Он повернулся и показал на окружавшие их стены.
– Например, – начал объяснять он, – тяжелая стальная решетка с внутренней стороны окон, но закрепленная таким образом, что ее нельзя сдвинуть или перепилить обычным инструментом. Обычный замок на внешней двери, который можно легко открыть, но который надежно запирает дверь, когда ее открыли, а затем захлопнули. Металлическая дверь, чтобы невозможно было выбраться наружу, когда сработает скрытый замок... Возможно, система проводов, чтобы провести слабый электрический ток к окнам, дверям и вентилятору, чтобы пресечь какие бы то ни было попытки выбраться на свободу.
Вильсон с сомнением покачал головой.
– Все это потребует дополнительных затрат времени и материалов, – сказал он. – Полагаю, у вас есть на это разрешение, подполковник?
– Оно на подходе, – заверил его Клетус. – Но ваши люди должны приступить к этой работе немедленно. Меньше часа назад генерал в разговоре со мною в госпитале высказал пожелание поскорее подготовить это помещение.
– О, генерал! – Вильсон оживился. – Конечно, сэр.
– Значит, этот вопрос мы уладили.
Обсудив некоторые детали и произведя измерения, офицер безопасности ушел. Клетус поручил Арвиду связаться по полевому телефону с Ичаном Ханом.
Дорсайского полковника наконец обнаружили на полигоне, созданном для подготовки его наемных войск.
– Вы не будете возражать, если я приду?
– Конечно, нет. – На маленьком экране полевого видеотелефона лицо Ичана казалось слегка удивленным. – Всегда рад вас видеть, подполковник. Приходите.
– Отлично. Буду у вас через полчаса.
Он отключил телефон. Поручив Арвиду позаботиться о мебели и оборудовании, Клетус вышел на улицу, сел в штабную машину, в которой привез его лейтенант, и отправился на полигон дорсайцев.
Ичан Хан стоял у края поля, в центре которого возвышалась десятиметровая металлическая башня, откуда несколько загорелых профессиональных солдат с Дорсая прыгали, отрабатывая приземление с помощью гравитационного пояса. Цепочка ожидающих своей очереди вытянулась далеко за башню, с вершины которой один за другим бросались вниз наемные солдаты. Моторчики поясов издавали короткий ревущий звук и вздымали при падении на землю облако беловато-коричневой пыли. Подходя к Ичану Хану, Клетус с удовлетворением отметил преобладание мягких приземлений, чего трудно было ожидать от солдат, которых не готовят специально для десантных войск.
– А, вот и вы, – приветливо кивнул Ичан Хан, когда Клетус приблизился к нему сзади. Дорсаец стоял, широко расставив ноги и заложив руки за спину, и наблюдал за своими солдатами. – Что вы думаете о нашем уровне подготовки, теперь, когда видите все собственными глазами?
– Это производит впечатление, – признал Клетус. – А что вы думаете о движении партизан на реке Бахалла?
– Оно довольно значительно. Так и должно быть: ведь река протекает прямо через город и впадает в бухту. – Ичан Хан с любопытством посмотрел на Клетуса. – А что?
– Сегодня молодая луна, – объяснил Клетус.
– Ну и?.. – Ичан смотрел на него непонимающе.
– Согласно местным таблицам приливов, – продолжал объяснение Клетус, – ожидается необычно мощный прилив – уровень воды во всех притоках и каналах на двадцать миль в глубь суши поднимется выше, чем обычно. Подходящее время для того, чтобы перебросить большое количество боеприпасов или тяжелое снаряжение.
– Гм... – Ичан погладил кончик правого уса. – Вы не против выслушать мой совет?
– Говорите, конечно.
– Не думаю, чтобы вы смогли что-либо предпринять в этом плане, – предупредил Ичан. – Безопасность реки обеспечивается шестью армейскими амфибиями с полудюжиной солдат и легким оружием на каждого из них. Этого мало для того, чтобы от защиты был какой-то толк, и каждый это знает. Но ваш генерал Трейнор отдает предпочтение наземной военной технике. Около шести месяцев назад он получил пять бронированных автомобилей для перевозки личного состава, поклявшись в штабе Альянса, что реки надежно защищены и что вместо двух патрульных лодок ему необходимо получить эти автомобили. Так что, если вы собираетесь сообщить генералу Трейнору о возможных проблемах на реке, знайте, что эта новость не очень-то осчастливит его. Я бы посоветовал не обращать внимания на какие бы то ни было действия ньюлендцев.
– Возможно, вы и правы, – вздохнул Клетус. – Как на счет ленча?
Они покинули полигон и поехали в офицерский клуб на ленч, где после звонка Ичана Хана (сделанного по предложению Клетуса) к ним присоединилась Мелисса. Она держалась сдержанно и старалась не встречаться взглядом с Клетусом. Вместе с отцом она навестила его в госпитале, но во время краткого визита стояла за спиной Ичана Хана и молчала, хотя и поглядывала время от времени на Клетуса, когда тот увлекался беседой с полковником.
Клетус же не обращал внимания на ее реакцию и поддерживал живой, веселый разговор.
– Вефер Линет предлагал мне, – сказал ей Клетус, когда они принялись за кофе и десерт, – совершить с ним прогулку под водой на одном из подводных бульдозеров «Марк-5». Не хотите ли присоединиться к нам сегодня вечером? Потом мы сможем вернуться в Бахаллу на поздний ужин.
Мелисса колебалась, но Ичан как-то излишне поспешно вмешался.
– Хорошая идея, девочка моя, – сказал он. – Почему бы тебе не поехать для разнообразия?
Тон, с которым Ичан проговорил эти слова, превратил их почти в приказ. Но за резкостью слов можно было угадать чуть ли не мольбу.
Мелисса сдалась.
– Спасибо. – Она подняла глаза и встретилась взглядом с Клетусом. – Это звучит заманчиво.

Глава 10

На небе Бахаллы уже стали появляться звезды, когда Клетус и Мелисса подъехали к воротам порта и увидели лейтенанта из штата Вефера Линета.
Лейтенант проводил их к причалу, где над тронутой золотом водой бухты возвышался массивный черный, в два этажа высотой, корпус «Марк-5».
Простившись с Ичаном и Мелиссой, Клетус немедленно позвонил Веферу и договорился об этой вечерней экскурсии.
Вефер был полон энтузиазма. Он весело сообщил ему, что устав Военно-Морских Сил категорически запрещает гражданскому лицу, каковым является Мелисса, находиться на борту действующего военно-морского транспорта типа «Марк-5», но что лично ему на это наплевать. В отчете он укажет, что, когда Клетус позвонил, он разобрал слова «Дорсай» и «Хан» – а к кому же еще, кроме знакомого ему наемного полковника, которого уж никак нельзя назвать гражданским лицом, они могли относиться? Так что он ждет подполковника Грима и полковника Хана на борту «Марк-5» в семь часов вечера.
Они прибыли вовремя. Подчиненные Линета с удовольствием восприняли это маленькое нарушение правил флота и охотно приняли участие в шуточном представлении. Лейтенант, встречавший гостей у ворот порта, с серьезным видом назвал Мелиссу «полковником», и не успели они взобраться на борт «Марк-5», как трое матросов, улыбаясь во весь рот, повторили это обращение.
Эта непритязательная шутка однако же, оказалась той самой последней каплей, которая растопила напряженность Мелиссы. Когда ее назвали «полковником» в четвертый раз, она громко рассмеялась и с этого момента стала проявлять живой интерес к путешествию.
– Вы хотели бы увидеть какое-нибудь конкретное место? – спросил Вефер, когда «Марк-5» пришел в движение и с грохотом стал медленно спускаться с причала в залив.
– Да. Вверх по реке, – ответил Клетус.
– Направляйтесь туда, лейтенант.
– Есть, сэр, – ответил лейтенант, встретивший их у ворот.
Он стоял у пульта управления, слева от Вефера, Клетуса и Мелиссы, расположившихся перед большим полусферическим экраном, который из мутной воды, окружавшей их со всех сторон, вычленял очертания подводных частей судов и другие твердые предметы, находящиеся в бухте ниже уровня воды.
Со всех сторон доносилось слабое шипение и негромкое погрохотывание.
Вибрация и звук движения тяжелых гусениц по причалу неожиданно исчезли.
Линия воды на экране устремилась вверх. Огромная машина избавилась от балласта, заменяя там, где необходимо, воду сжатым воздухом и наоборот, и подводный бульдозер, весящий на земле сотни тонн, приведенный в состояние равновесия при помощи перемещения объемов воды, опустился плавно, словно падающий с дерева листок, на шестьдесят футов вниз, на илистое дно бухты.
– Полный вперед, под углом в тридцать градусов направо горизонтально, – приказал лейтенант, и их подводное путешествие вверх по реке началось.
– Вы заметили, – произнес Вефер так, как говорил любящий отец о способностях своего первенца, – что здесь наши гусеницы не касаются дна? Между нами и твердым дном, по которому мог бы ехать «Марк-5», почти десять футов ила и грязи. Конечно, если бы мы захотели, то могли бы плюхнуться во все это и ехать вперед. Но к чему эти хлопоты? Мы и сейчас, находясь на плаву в воде, чувствуем себя как дома, и к тому же более подвижны и плывем при помощи гусениц... А теперь посмотрите сюда...
Он показал на экран, на котором ярдах в двухстах впереди них дно резко уходило вниз из поля зрения и поднималось снова примерно еще ярдов на пятьдесят дальше.
– Это главный канал – основной путь, по которому вода отходит в море во время отливов, – объяснил Вефер. – Мы чистим его каждый день. Не потому, что у нас есть суда с такой низкой осадкой, а потому что течение в канале препятствует заиливанию бухты. Успех нашей работы зависит от правильного определения и использования существующих направлений движения воды. Сохраняя глубину пролива, мы вдвое сокращаем работу по удалению ила. У нас, военных моряков, принято делать все как можно рациональнее.
– Вы хотите сказать, что у вас достаточно бульдозеров и людей, чтобы прочищать бухту, даже если бы не было этого канала? – удивился Клетус.
– Достаточно... – повторил он с улыбкой. – Вы не знаете, на что способны эти «Марк-5». Да, я могу поддержать чистоту в бухте без этого канала, при помощи одной этой машины! Сейчас я вам кое-что покажу.
Он устроил Клетусу и Мелиссе экскурсию по «Марк-5», начиная с камеры водителя, расположенной внизу между массивными гусеницами и кончая орудийной башней наверху машины, которая открывалась, выпуская два тяжелых энергетических орудия или подводный лазер.
– Теперь вы понимаете, почему Трейнор хотел использовать эти машины в джунглях, – заключил Вефер, когда они вернулись в отсек управления к полусферическому экрану. – Конечно, они не обладают огневой мощью армейских танков, но во всех других отношениях, кроме скорости передвижения по земле, настолько их превосходят, что ни о каком сравнении и говорить не стоит...
– Сэр, – перебил его лейтенант, – по проливу движется судно с глубокой осадкой. Нам надо опуститься и перейти на гусеничный ход.
– Хорошо. Так и поступайте, лейтенант, – ответил Вефер.
Он повернулся к экрану и указал на изображение предмета, разрезающего линию поверхности реки ярдах в двухстах от них.
– Клетус, вы видите? Мелисса? Это лодка с осадкой в девять или десять футов. Пролив здесь менее пятидесяти футов глубиной, и нам придется опуститься прямо на дно, чтобы быть уверенными, что она пройдет над нами с хорошим запасом.
Он скосил глаза на увеличивавшееся на экране судно и неожиданно засмеялся:
– Я так и думал! – сообщил он. – Клетус, это одна из ваших речных патрульных лодок. Хотите посмотреть на нее надводную часть?
– С помощью поплавкового датчика? – спокойно уточнил Клетус.
Челюсть Вефера отвисла.
– Откуда вы о нем знаете? – вытаращив глаза от удивления, спросил он.
– В военно-морском журнале года два назад прочитал статью о нем, – ответил Клетус. – Меня тогда поразило то, что такое устройство используется на транспортном средстве типа подводного бульдозера.
Вефер смотрел на него чуть ли не обиженно.
– Что еще вы знаете о «Марк-5» такого, что и я не знаю?
– Я знаю, что если вам немного повезет, то, вероятно, сегодня вечером вы сможете задержать лодку с ньюлендскими диверсантами и грузом, направляющуюся в Бахаллу. Конечно, если вы захотите попытаться это сделать. У вас есть карта реки?
– Карта? – оживился Вефер.
Он наклонился вперед и нажал кнопку под экраном. Река исчезла, и вместо нее показалась карта, изображавшая главный канал с притоками, начиная с устья, где была расположена Бахалла и кончая районом милях в тридцати вверх по реке.
Вдоль главного канала ползло красное пятно, напоминавшее очертаниями «Марк-5». На нее накладывалось изображение надводного судна.
– Какие партизаны? Где?
– Примерно в шести километрах отсюда, вверх по течению, – ответил Клетус.
Он протянул руку и показал на место перед движущимся красным изображением, где в реку впадал приток, почти такой же широкий, как сама река. Выше точки слияния приток распадался на множество мелких ручейков, переходящих в болото.
– Как вы знаете, сегодня необычно высокий прилив, – сказал Клетус. Поэтому, начиная с этого места, глубина воды в главном канале будет футов на восемь больше обычной. Этого вполне достаточно для того, чтобы маленькая речная моторная лодка могла пройти до бухты Бахаллы, таща за собою под водой контейнер с грузом, а может быть, и с людьми. Это, конечно, всего лишь мое предположение, но едва ли партизаны упустят такой шанс и не попытаются перебросить своим людям в городе оружие и подмогу.
Вефер впился глазами в карту, затем с восторгом посмотрел на Клетуса и хлопнул себе по ноге.
– Вы правы! – воскликнул он. – Лейтенант, мы направляемся к месту, которое только что показал подполковник Грим. Всем быть наготове и открыть орудийную башню наверху.
– Есть, сэр, – отозвался лейтенант.
Они добрались до слияния притока и основной реки, на которое указывал Клетус. «Марк-5» выполз из канала в относительно мелкие воды недалеко от берега напротив устья притока и остановился. Его верхние орудийные башни находились менее чем в пяти футах ниже уровня воды. Вефер нажал кнопку на пульте управления, и поплавковый датчик выскочил на поверхность маленький плавающий квадратик с тонким металлическим усиком, торчащим на метр вверх, связанный с приборами «Марк-5» тончайшей проволокой. Датчик обозревал окрестности при имеющемся освещении, но его разрешающая способность была удивительной. Изображение, передаваемое им на полусферический экран в отсеке управления, было четким и ясным, словно снаружи стояла не темная ночь с тоненьким серпом луны на небе, а яркий солнечный день.
– Не видно ни одного судна, – пробормотал Вефер, настраивая экран так, чтобы получить полную, в сто восемьдесят градусов, панораму, передаваемую датчиком. – Думаю, нам остается сидеть и ждать их.
– А тем временем вы могли бы принять кое-какие меры предосторожности, – предложил Клетус.
Вефер взглянул в его сторону.
– Какие меры предосторожности?
– Чтобы они не удрали вниз по реке, если вдруг им случайно удастся проскользнуть мимо вас, – пояснил Клетус. – Можно ли как-нибудь остановить движение грунта вниз по реке, чтобы, если лодки вдруг появятся, они сели на мель прямо перед нами?
Вефер посмотрел на него с изумлением, перешедшим в восхищение.
– Конечно! – воскликнул он. – Лейтенант! Двигайтесь вниз по течению!
«Марк-5» сдвинулся ярдов на сто, и, опустив свое огромное лезвие, начал нагребать песок и ил с краев канала в его русло. Через пятнадцать минут канал был заполнен, и его дно сравнялось с уровнем дна реки. Вефер хотел на этом остановиться, но Клетус предложил продолжать работу и создать преграду в виде плавно поднимающегося холма с вершиной, достигавшей глубины в два метра от поверхности воды. Затем, также по предложению Клетуса, «Марк-5» вернулся назад, но не на прежнее место, а поднялся по притоку ярдов на пятьдесят вверх от точки его слияния с рекой.
Здесь было так мелко, что орудийная башня «Марк-5» выступала из воды.
Но через несколько минут работы бульдозер сделал небольшое углубление в грунте, так что оказался полностью под водой, после чего замер.
Ожидание длилось долго, почти три часа. Было около полуночи, когда датчик на поплавке, невидимый на фоне листвы, растущих на берегу деревьев и кустов, передал изображение моторной лодки, медленно скользивший вниз по притоку. Ее мотор вращался со скоростью, едва достаточной для того, чтобы удержать под водой контейнер, который она тащила за собой.
Они ждали, затаив дыхание, пока суденышко и контейнер проплывали мимо их. Затем Вефер бросился к микрофону, у которого несколько часов назад сидел лейтенант.
– Подождите, – остановил его Клетус.
Вефер с недоумением посмотрел на подполковника.
– Подождать? – переспросил он. – Зачем?
– Вы же знаете, что лодка не сможет преодолеть созданный вами барьер, – ответил Клетус. – Так почему не посидеть здесь еще немного и не посмотреть, не появится ли вторая?
Вефер поколебался немного и отошел от микрофона.
– Вы действительно думаете, что может появиться еще одна? – спросил он задумчиво.
– Меня бы это не удивило, – весело ответил Клетус.
Слова едва слетели с его губ, как датчик передал изображение второй моторки с контейнерами на буксире. Эта лодка тоже прошла мимо них и двинулась вниз по реке, а через некоторое время появилась третья. Вефер стоял, напряженно вглядываясь в экран, а в тридцати ярдах от притаившегося бульдозера шли и шли лодки. Он насчитал двадцать штук.
Через несколько минут после того, как прошла последняя лодка, Клетус сказал, что пожалуй, уже пора проверить, что происходит на реке. Вефер привел бульдозер в движение. «Марк-5» выполз из своего убежища и снова нырнул под воду – в русло главного канала притока. Они повернули вниз по реке. Их подводные ультрафиолетовые прожекторы, а также датчик, плававший на поверхности воды над ними, давали картину дикой неразберихи. Из двадцати прошедших мимо них моторок половина прочно сидела на мели, натолкнувшись на холм, нарытый подводным бульдозером. Остальные были на плаву – контейнеры беспомощно покачивались за ними на поверхности воды – и отчаянно пытались сдвинуть с места застрявшие суденышки.
Вефер остановил «Марк-5» и вновь в смятении взглянул на экран.
– Что же теперь? – пробормотал он, обращаясь к Клетусу. – Если я нападу на них здесь, то свободные лодки развернутся, рванут вверх по реке и уйдут. Конечно, у меня в башне есть орудия. Но все равно многим удастся ускользнуть.
– В качестве предложения, – сказал Клетус. – Как этот ваш «Марк-5» создает волну?
Вефер вытаращил глаза.
– Волну? – повторил он, затем радостно закричал:
– Волну!
Он рявкнул команду в микрофон, «Марк-5» отошел ярдов на сто назад вдоль главного канала и остановился. Два крыла его лезвия, которые были прижаты к бокам, чтобы уменьшить сопротивление во время движения, снова развернулись влево и вправо и образовали единое лезвие шириной в двадцать ярдов и высотой в десять. Вефер осторожно поднял переднюю часть «Марк-5» вверх так, что половина лезвия выступила над поверхностью, а гусеницы свободно плавали в воде. Затем запустили моторы на полную мощность.
Вода вокруг заревела, забурлила, бульдозер быстро двинулся вперед, остановился и опустился на дно канала в пятидесяти ярдах от болтавшихся на воде моторок. На какое-то мгновение стена воды заслонила собой все впереди. Затем она стремительно прошла вниз по реке, оставив позади себя полный хаос.
Палубы тех лодок, которые сидели на мели, накрыла волна, вызванная бульдозером. Некоторые легли на бок, а некоторые даже перевернулись вверх дном. Но самыми тяжелыми были последствия для тех лодок, которые держались на воде и пытались помочь севшим на мель.
Все они без исключения тоже застряли в песке и иле. Во многих случаях их буквально вдавило в мягкий грунт речного дна. Одна лодка стояла вертикально, зарывшись носом в песок футов на шесть.
– Думаю, теперь они готовы. Можем приступать, – сказал Клетус Веферу.
Появление черного корпуса «Марк-5», с ревом поднявшегося из речных глубин с двумя тяжелыми, угрожающе раскачивающимися из стороны в сторону, энергетическими орудиями, было именно тем фактором, который завершил деморализацию партизан. Почти все, кто сумел удержаться на борту своих поверженных лодок, при виде бульдозера попрыгали в воду и, отчаянно размахивая руками, поплыли к берегу.
– На башне... – начал было взволнованный Вефер.
Но Клетус закрыл микрофон ладонью.
– Пусть матросы уходят, – предложил он. – Те, кто нас интересует, останутся взаперти в контейнерах. Давайте подумаем о том, как их выловить, прежде чем они начнут проявлять беспокойство и попытаются вырваться на свободу.
Совет был хорош. Терпение сидевших в контейнерах ньюлендцев достигло предела после трепки волной, которую вызвал «Марк-5». На верхней части беспомощно подпрыгивавших на воде, все еще привязанных к сидевшим на мели лодкам, контейнеров стали появляться отверстия. Находившиеся внутри партизаны открывали аварийные выходы. Вефер повел свой бульдозер в центр суматохи и направил лейтенанта с тремя матросами наверх с оружием, чтобы охранять вылезавших из контейнеров ньюлендцев, которыми показывали плыть к «Марк-5», где их обыскивали, связывали руки, спускали вниз и запирали в переднем отсеке бульдозера.
«Марк-5» вернулся на базу в военный порт Бахаллы с передним отсеком, набитым пленными и грузом, который буксировали лодки. Сдав пленников и трофеи, Клетус, Мелисса и Вефер наконец отправились, как и планировали, в город на поздний ужин, а точнее сказать ранний завтрак. Был уже пятый час, когда Клетус отвез уставшую, но довольную Мелиссу к дому ее отца. Однако по мере того, как они приближались к нему, Мелисса становилась все более серьезной и молчаливой, а когда они затормозили перед парадным входом в дом, который экзотийцы отдали в распоряжение Мелиссы и Ичана, она не стала сразу же выходить из машины.
– Знаете, – произнесла она, поворачиваясь к Клетусу, – а вы необыкновенный человек. Сначала партизаны на пути в Бахаллу, затем те, кого вы поймали у ущелья Эттера. И наконец сегодня...
– Спасибо, – поклонился Клетус. – Но я всего лишь предугадал самые значительные действия де Кастриса, и устроил все так, чтобы оказаться в нужном месте, когда они были предприняты.
– Почему вы продолжаете говорить о Доу так, словно он ведет с вами что-то вроде личной дуэли?
– Он так и делает, – ответил Клетус.
– Секретарь Коалиции по Внешним Мирам против какого-то неизвестного подполковника Экспедиционных Сил Альянса? Вы видите в этом хоть малейший смысл?
– А почему нет? – спросил Клетус. – Он может потерять больше, чем какой-нибудь подполковник Экспедиционных Сил Альянса.
– Вы все это просто вообразили!
– Нет, – возразил Клетус. – Помните, в кают-компании корабля я подтолкнул его к совершению ошибок в поисках кусочка сахара? Секретарь Коалиции по Внешним Мирам не может позволить, чтобы из него делал дурака какой-нибудь неизвестный подполковник. Правда, никто, кроме вас, не знает, – а вы узнали это от меня самого, – что он тогда действительно допустил ошибку...
– Вы для этого сказали мне тогда о том, что вы сделали? – быстро прервала его Мелисса, – только для того, чтобы я рассказала Доу?
– Частично, – ответил Клетус. В темноте было слышно, как она сделала резкий вдох. – Потому что на самом деле не имеет значения, сказали вы ему об этом, или нет. Он понимал и так, что оказался слабее меня в тактике, и теперь уязвленное самолюбие не дает ему покоя. Его мучает мысль о моем превосходстве, и он хочет отбить у меня желание его демонстрировать.
– О!! – голос Мелиссы, едва сдерживающей свой гнев, задрожал. – Вы все это выдумываете. Нет никаких доказательств, ни намека на доказательство хоть что-нибудь в этом роде.
– Они есть, – запротестовал Клетус. – Вы помните партизан, на дороге в Бахаллу атаковавших почему-то не автобус, который, как отметил ваш отец, был бы для них гораздо более значительной целью, а штабную машину, в которой ехал я? И это после того, как Петер Тэн чуть не оборвал телефон на корабле, прежде чем мы покинули его.
– Это совпадение, – только и всего, – горячо воскликнула Мелисса.
– Нет, – спокойно возразил Клетус. – Не более чем проникновение ньюлендцев через ущелье Эттера, которое, хотя и имело целью захватить какой-нибудь городок на побережье, но главное – способствовало бы дискредитации меня как специалиста по тактике еще до того, как мне бы представилась возможность освоиться и познакомиться со здешней военной ситуацией.
– Я не верю этому, – резко оборвала его Мелисса. – Это все ваши домыслы.
– Поведение де Кастриса говорит об обратном, – ответил Клетус. – Когда я ускользнул из первой ловушки, на него это произвело достаточно сильное впечатление, и он предложил мне работать на него – ясно, что эта работа поставила бы меня в подчиненное по отношению к нему положение...
Это произошло на вечеринке у Мондара, когда вы отошли, чтобы поговорить с Ичаном, а де Кастрис и я провели вместе несколько минут.
Она пристально смотрела на него, словно пытаясь в тусклом свете лампы, расположенной над входом в дом, и бледного предрассветного неба над аэрокаром разглядеть выражение его лица.
– Вы ему отказали? – спросила она после долгой паузы.
– Конечно. После сражения с партизанами на дороге и возле ущелья Эттера он понял, что я не сдамся и буду ждать следующих действий со стороны ньюлендцев, которые, безусловно, должны были воспользоваться высоким приливом на реке, чтобы перебросить в Бахаллу диверсантов и груз. Если бы я ничего не предпринял и позволил этому осуществиться, он воспринял бы это как мое решение стать его человеком.
Она снова пристально посмотрела на него.
– Но вы... – она замолчала. – Что вы надеетесь извлечь из всей этой... этой... цепочки событий?
– Только то, о чем я вам говорил на корабле, – ответил Клетус. – Вовлечь де Кастриса в фехтовальный поединок один на один со мной с тем, чтобы постепенно втягивать его во все более и более значительные конфликты – до тех пор, пока он не скомпрометирует себя окончательно в последней нашей схватке, во время которой я смогу воспользоваться всеми совершенными им ошибками и уничтожить его.
Она медленно покачала головой.
– Вы, должно быть, сумасшедший, – сказал она.
– Или более здравомыслящий, чем большинство других, – ответил Клетус. – Кто знает?
– Но... – она заколебалась, словно пыталась отыскать аргумент, который бы подействовал на него. – В любом случае, что бы здесь ни случилось, Доу собирается покинуть планету. Как же тогда все ваши связанные с ним планы? Он может просто вернуться на Землю и забыть о вас я уверена, он так и сделает.
– Не раньше, чем я поймаю его на ошибке, слишком явной для всех, так что он не сможет улизнуть или спрятаться, – сказал Клетус. – Это и будет моим следующим шагом.
– Опять! А что если я расскажу ему о ваших намерениях? – спросила она. – Предположим, что вся эта дичь – правда и что я отправлюсь сегодня в столицу Ньюленда и расскажу ему о том, что вы планируете? Разве это не разрушит все ваши планы?
– Не обязательно, – улыбнулся Клетус. – Кроме того, я не думаю, что вы так поступите.
– Почему? – В ее голосе звучал вызов. – Я ведь призналась вам на корабле, в ту первую ночь, в своем желании получить помощь Доу для себя и для отца. Почему бы мне не оказать ему услугу?
– Потому что вы больше дочь своего отца, чем вы думаете, – улыбнулся Клетус. – Кроме того, ваше признание де Кастрису было бы пустой тратой сил. Я не допущу, чтобы вы загубили свою жизнь, связав ее с де Кастрисом и разбив сердце своего отца.
Мгновение она во все глаза смотрела на него, молча и не дыша. Затем ее прорвало.
– Вы не допустите?! – вспыхнула она. – Вы собираетесь распоряжаться моей жизнью и жизнью моего отца? Откуда у вас такая самоуверенность, почему вы думаете, что вы вправе обо всем судить и всеми командовать? Кто вас сделал... королем всего и всех?..
Она яростно дергала дверцу машины, а гневные слова так и сыпались из нее. Когда ее пальцы отыскали кнопку, дверь распахнулась, Мелисса выскочила и повернулась, чтобы захлопнуть за собой дверь.
– Возвращайтесь в свое общежитие или куда вы там собираетесь! – прокричала она ему через открытое окно. – Я знала, что мне не нужно было ехать сегодня с вами, но отец меня просил... Мне не следовало его слушать. Спокойной ночи!
Она повернулась и побежала вверх по ступенькам к дому. Дверь захлопнулась. Клетусу остались тишина и разгоравшийся свет бледного рассветного неба, такого далекого и недостижимого.

Глава 11

– Ну, подполковник, – мрачно произнес генерал Трейнор. – Что мне с вами делать?
– Генерал мог бы использовать меня!
Они стояли лицом друг к другу в конторе Трейнора. Генерал отступил назад, чтобы еще раз взглянуть на Клетуса.
– Сначала вы устраиваете грандиозное представление возле ущелья Эттера, и собираете в пять раз больше пленных, чем у вас было людей. Потом отправляетесь на полночный пикник с военными моряками и возвращаетесь, загруженный партизанами и снаряжением для Бахаллы. Мало того, вы еще прихватили с собой в снаряжение гражданское лицо!
– Гражданское лицо, сэр? – невинно переспросил Клетус.
– Представьте себе, я в курсе и этого вашего спектакля. Но поскольку это дело Военно-Морского Флота, я не хочу вмешиваться, хотя и знаю, кто был с вами на «Марк-5», подполковник! Точно так же, как знаю и то, что этому молодому чурбану Линету не могла прийти в голову идея захватить моторные лодки, набитые партизанами. Эту операцию устроили вы, подполковник, точно так же, как и ту, около ущелья Эттера... И я повторяю свой вопрос: что мне с вами делать?
– Я отвечаю вам со всей серьезностью, генерал, – сказал Клетус тоном, соответствующим его словам. – Думаю, что вы должны использовать меня.
– Как? – рявкнул Трейнор.
– В качестве того, кем я являюсь, – тактика, – ответил Клетус. Он твердо встретил взгляд генерала из-под насупленных бровей и продолжал спокойно и рассудительно:
– Сейчас как раз тот момент, когда я мог бы быть особенно полезен, учитывая сложившиеся обстоятельства.
– Какие обстоятельства?
– Ну, обстоятельства которые сложились более или менее благоприятно для того, чтобы дискредитировать военного секретаря Коалиции здесь, на Культисе, – пояснил Клетус. – Полагаю, можно с уверенностью предположить, что Доу де Кастрис планировал отбыть с этой планеты в течение следующих дня – двух.
– Правда? – иронично осведомился Трейнор. – А почему вы так уверены, что знаете о планах такого высокопоставленного лица Коалиции как де Кастрис – при каких бы то ни было обстоятельствах?
– Ситуацию можно легко просчитать, – объяснил Клетус. – Партизаны Ньюленда находятся в еще худшем положении, чем силы Альянса, когда речь идет о поставках с Земли. Сэр, вам нужны танки, которые никак не отправят со складов Земли. Я наверняка выиграю, если поспорю, что у партизан Ньюленда есть еще больше нужд, которые Коалиция не торопиться удовлетворять.
– Почему вы так думаете? – фыркнул Трейнор.
– Я вывел это заключение из того очевидного факта, что Коалиция ведет здесь, на Культисе, более дешевую войну, чем мы, – сказал Клетус рассудительно. – Это и в прошлом веке было типично для противостояния Альянс – Коалиция. Мы стремимся дать нашим союзникам настоящие военные силы и вооружение, чтобы их поддержать. Коалиция же стремится минимально вооружить силы оппозиции и помочь им советами. Это полностью соответствует их конечной цели, которая заключается не в том, чтобы победить во всех этих мини-конфликтах, а в том, чтобы обескровить нации Альянса на Земле.
Так что постепенно Коалиция может взять верх там, где, по их мнению, и находится действительно имеющее значение недвижимое имущество.
Клетус замолчал. Трейнор смотрел на него во все глаза. Через секунду генерал покачал головой, как человек, который только что проснулся.
– Надо проверить, что у меня с головой, – сказал он. – Почему я стою здесь и слушаю все это?
– Потому что вы разумный человек, сэр, – ответил Клетус. – И потому что вы не можете не видеть, что в моих словах есть смысл.
– Да, иногда есть... – пробормотал Трейнор. Взгляд его скользнул в сторону, затем стал сосредоточенным и снова впился в лицо Клетуса. – Ладно, ньюлендцам требуется оружие с Земли которое Коалиция не хочет им давать. И вы утверждаете, что именно поэтому де Кастрис приехал сюда.
– Конечно, – подтвердил Клетус. – Вы сами знаете, что Коалиция часто так поступает. Они отказывают в материальной помощи своему марионеточному союзнику, но потом, чтобы подсластить горечь отказа, они посылают кого-нибудь из высокопоставленных сановников навестить этих марионеток.
Такой визит создает суматоху как в их стране, так и в других местах. У марионеток создается впечатление, что Коалиция очень беспокоится об их благополучии, в то время как ей это почти ничего не стоит. Только в последнем случае их политика привела к несколько непредвиденным последствиям.
– Непредвиденным последствиям?
– Два новых выступления партизан, которые, как предполагалось, должны были ознаменовать визит де Кастриса, – события возле ущелья Эттера и неудачная попытка забросить большое количество людей и оружия в Бахаллу прошлой ночью – не удались. Конечно, официально Доу не имеет никакого отношения ни к одной из этих акций. Хотя мы понимаем, что он, вне всякого сомнения, был в курсе, а может быть, и приложил руку к их организации. Но как я уже говорил, официально тут нет никакой связи, и по сути он мог бы покинуть планету, как было запланировано, ни разу не оглянувшись назад. Только я не думаю, что он это сделает.
– Почему нет?
– Потому, генерал, – сказал Клетус, – что целью его приезда сюда было дать ньюлендцам моральный толчок, сделать укол в руку. А вместо этого его визит совпал с парой их, хоть и небольших, но все же поражений. Если он улетит сейчас, его визит окажется напрасным. Человек, подобный де Кастрису, обязан откладывать отъезд до тех пор, пока не сможет покинуть планету на волне успеха. Это создает ситуацию, которую мы можем использовать в своих интересах.
– Ах использовать в своих интересах? – саркастически усмехнулся Трейнор. – Новые игры и представления, подполковник?
– Сэр, – ответил Клетус, – вынужден напомнить вам, что я оказался прав относительно попытки проникновения партизан через ущелье Эттера и их намерения перебросить людей и оружие вниз по реке в город прошлой ночью...
– Ладно! – раздраженно рявкнул Трейнор. – Если бы я этого не учитывал, я не стал бы вас сейчас слушать. Продолжайте. Что еще вы хотели сообщить мне?
– Я бы предпочел показать вам, – ответил Клетус. – Если вы не против того, чтобы слетать к ущелью Эттера...
– Ущелье Эттера? Снова? – спросил Трейнор. – Но зачем? Скажите мне, какая карта вам нужна, и покажите все здесь.
– Полет займет немного времени, – спокойно сказал Клетус. – Объяснение будет иметь гораздо большое смысла, если под нами будет настоящий район боевых действий.
Генерал хмыкнул. Он подошел к столу и набрал вызов на своем телефонном коммутаторе.
– Пришлите ко мне на крышу разведывательный самолет. Мы сейчас поднимаемся.
Через пять минут Клетус и Трейнор летели к району ущелья Эттера.
Разведывательный самолет генерала был маленьким, но быстрым, с антигравитационными турбинами, расположенными под его средней частью, и плазменным двигателем сзади. Арвид, во время беседы Клетуса с генералом ждавший его в приемной, сидел впереди, в кресле второго пилота вместе с еще одним членом экипажа. Двадцатью футами ниже уединились Клетус и Трейнор. Разведчик приблизился к району ущелья и по просьбе Клетуса его опустили на высоту всего в пятьсот футов. Он принялся медленно кружить над районом, включавшим ущелье Эттера, городок Двух Рек и две речные долины, сходившиеся в одну ниже города.
Трейнор мрачно смотрел на ущелье и город под ними, уютно расположившийся в развалине, которую образовывали две сливавшиеся реки.
– Ну, подполковник, – изрек наконец он, – я потратил час своего времени на это путешествие. То, что вы хотите мне сказать, должно стоить этого.
– Думаю, что стоит, – ответил Клетус. Он показал на ущелье Эттера и махнул рукой в сторону городка. – Если вы посмотрите сюда внимательно, сэр, то увидите, что город Двух Рек – идеальный плацдарм для проведения нашими силами атаки, которая могла бы послужить первым шагом в захвате Ньюленда.
Трейнор резко вскинул голову и уставился на Клетуса.
– Захватить Ньюленд?.. – спохватившись, он замолчал, ибо головы всех трех мужчин, сидевших наверху, повернулись к ним при его словах. – Вы что, совсем спятили, Грим? Вы полагаете, что я когда-либо могу задуматься над подобной нелепостью? Решение о вторжении в Ньюленд принимает даже не Генеральный Штаб на Земле. Это решают политики в Женеве!
– Конечно, – невозмутимо согласился Клетус. – Но ясно, что вторжение, начатое из города Двух Рек вполне вероятно, может стать успешным. Если только генерал позволит мне объяснить...
– Нет! – завопил Трейнор, стараясь приглушить голос. – Я сказал вам, что даже не хочу слышать об этом. Если вы притащили меня сюда только для того, чтобы предложить...
– Я пока ничего не предлагаю, – попытался успокоить его Клетус. – Я только показываю вам преимущества данного места. Нет необходимости вторгаться в Ньюленд. Но хорошо бы заставить ньюлендцев и де Кастриса понять, что такое вторжение, если бы оно было предпринято, оказалось бы успешным. Осознав возможность вторжения, они будут пребывать в чрезвычайном напряжении, и срочно принимать меры для предотвращения нападения. Если после этого мы дадим им понять, что никогда не собирались вторгаться в Ньюленд, Доу де Кастрис окажется причастным к совершению такой ошибки, от которой не сможет отвертеться, а следовательно, уйти от ответственности. Кроме того, чтобы не уронить себя, Коалиции ничего не останется, как свалить всю вину на ньюлендцев и наказать их. Подобное наказание может иметь единственную форму, а именно: ослабление помощи Ньюленду со стороны Коалиции... Естественно, любое сокращение помощи ньюлендцам сделает вклад Альянса в дело Экзотики гораздо более существенным.
Клетус замолчал. Трейнор долго сидел, глядя на него с необычным выражением на лице – оно было подобно благоговейному страху.
– О Господи! – выдохнул он наконец. – Вы, Грим, мыслите какими-то необыкновенными категориями.
– Сложность скорее видимая, чем реальная, – ответил Клетус. – Каждый человек в большей или меньшей степени является пленником ситуации. Научитесь управлять ситуацией – и у окружающих вас людей не останется другого выхода, как позволить управлять собой тоже.
Трейнор медленно покачал головой.
– Хорошо, – сказал он. – А как вы планируете дать знать ньюлендцам об этой ложной попытке вторжения?
– Общепринятым способом, – ответил Клетус. – Перебросив пару батальонов в район ниже ущелья...
– Я вам уже однажды объяснил, что у меня нет лишних батальонов, которые только того и ждут, когда с ними поиграют. Кроме того, если я прикажу войскам произвести какие бы то ни было маневры, как я потом докажу, что не имел намерения спровоцировать Ньюленд на действия в этом районе?
– Я понимаю, что у вас нет лишних войск, генерал, – сказал Клетус. – Я, конечно, не имею в виду использовать регулярные войска. И отдавать приказ перебросить их сюда вам тоже не придется. Однако я хочу вам напомнить, что отряд дорсайцев под командованием Ичана Хана сейчас занимается отработкой прыжков с вышки. Вы могли бы согласиться с предложением полковника Хана, которое он мог бы сделать экзотийцам и которое те, конечно же, обсудят с вами, о том, что он отправится со своими наемниками сюда на недельку, чтобы отработать прыжки в идеальных условиях. То есть в местности, где есть и речные долины, и джунгли, и горы.
Трейнор открыл было рот, словно хотел что-то возразить, но промолчал.
Его брови задумчиво сдвинулись.
– Гм... – помычал он. – Дорсайцы...
– Дорсайцы, – напомнил ему Клетус, – финансируются не из вашего бюджета. Их финансирует Экзотика.
Трейнор кивнул.
– Два полных батальона в этом районе, – продолжал Клетус, – слишком много людей, чтобы де Кастрис и ньюлендцы могли их проигнорировать. – Тот факт, что это не ваши собственные войска, а дорсайцы, скорее заставит их подумать, что вы пытаетесь выглядеть невинным, хотя в голове вынашиваете план нападения на Ньюленд. Добавьте еще один крошечный фактор, и вы превратите подозрение о нападении в уверенность. По крайней мере, для де Кастриса. Он знает, что я был связан с двумя последними инцидентами, когда замыслы сорвались. Назначьте меня командующим этими двумя батальонами, и разрешите мне маневрировать ими по всему усмотрению, и ни у кого по ту сторону гор не останется ни малейших сомнений, что отработка прыжков всего лишь маскировка готовящейся атаки на Ньюленд.
Генерал подозрительно посмотрел на Клетуса. Тот ответил ему простодушным взглядом человека, которому нечего скрывать.
– Но вы не станете перебрасывать наемников никуда, кроме этого района, не так ли подполковник? – вкрадчиво уточнил генерал.
– Даю вам слово, сэр, – ответил Клетус. – Они никуда больше не двинутся.
Трейнор долго еще смотрел на Клетуса тяжелым взглядом, затем медленно кивнул.
Они вернулись в контору генерала в Бахалле. Когда Клетус уже уходил и как раз направлялся к своей машине, стоявшей на парковочной площадке, на одно из посадочных мест сел флайер. Из него вышел Мондар, за которым следовал маленький, похожий на осу, Петер Тэн.
– А вот и он, – сказал Петер Тэн скрипучим голосом, увидев Клетуса. – Прошу вас, посланник, зайдите в здание штаба, а я задержусь на минутку с подполковником Гримом. Доу просил меня поздравить подполковника с успехом на прошлой неделе. И вчерашним тоже.
Мондар немного поколебался, затем улыбнулся.
– Как вам будет угодно, – сказал он и пошел к зданию штаба.
Петер Тэн подошел к Клетусу.
– Поздравить меня? – переспросил тот.
– Военный секретарь, – произнес Петер Тэн почти со злостью, – очень честный человек...
Внезапно он оборвал фразу на середине. Казалось, таинственная сила стерла с его лица какое бы то ни было выражение. Через несколько секунд на нем появилось совсем новое выражение – как у талантливого актера, пожелавшего воплотить характер и манеры Доу де Кастриса. И только глаза Петера Тэна оставались пустыми и неподвижными, словно он находился под действием гипноза.
Когда он снова заговорил, его слова были похожи на странное эхо, повторяющее обычную речь Доу.
– Очевидно, – произнес мягкий, шелковистый голос, – вы все еще пытаетесь повысить ставки, Грим. Послушайтесь моего совета. Я вас предупреждал, это очень опасное занятие.
Неестественное сходство с Доу исчезло с лица похожего на осу человечка также неожиданно, как и появилось, и взгляд его, устремленный на Клетуса, снова приобрел нормальное выражение.
– ...Очень честный, – повторил Петер. – Вы его недооцениваете. Даю вам слово, вы его недооцениваете... – коротышка промолчал. – Что вы на меня так смотрите? – фыркнул он ехидно. – Вы мне не верите?
– Я вам верю, – печально покачал головой Клетус. – Я вижу, что действительно недооценил его. Похоже, он имеет дело не только с умами других людей. Он покупает их души тоже.
Клетус повернулся и пошел к своей машине, а Петер Тэн так и остался стоять, глядя ему вслед с выражением ярости на лице, с которой этот неистовый человек воспринимал почти все во Вселенной.

Глава 12

Они встретились в конторе Ичана Хана неделю спустя – Клетус, Ичан и четыре других офицера, занимавших высокие посты в армии дорсайцев. Среди них был заместитель Ичана подполковник Маркус Доддс, высокий спокойный, тонкокостный человек; майор по имени Свахили с бритой головой и бесстрастным, крупным круглым черно-синим лицом; майор Дэвид Ап Морган, худой, с заячьими зубами и неестественно бледной кожей; и наконец капитан Эсте Хотай, невысокий, тучный, но красивый человек, с раскосыми глазами на монголоидном лице. Они сидели вокруг длинного стола в просторном кабинете Ичана. Хозяин восседал во главе, Клетус устроился справа от него.
– Итак, джентльмены, – сказал Ичан Хан, – нам прислали нового офицера из Сил Альянса. Пусть подполковник Грим расскажет все сам.
Ичан встал со стула, уступая место Клетусу, но тот не стал садиться.
Вместо этого он повернулся к большой карте района ущелья Эттера и городка Двух Рек, спроецированной на стену за его спиной. Клетус посмотрел на нее и почувствовал что-то необычное. Детали карты словно выступали из стены, и перед ним, вместо спроецированного изображения, возникли настоящие джунгли, реки и горы. Он медленно сделал глубокий вдох, и ему показалось, что тишина, воцарившаяся в комнате за его спиной, зазвенела у него в ушах.
Он повернулся и взглянул на дорсайских офицеров. Они напряглись под его взглядом, словно почувствовали, что сейчас услышат нечто необыкновенное. Даже Ичан смотрел на Клетуса так, будто видел его впервые.
– Вы все – профессиональные солдаты, – начал Клетус. Его голос был абсолютно бесстрастным, но он зазвенел в комнате с уверенностью, которая не оставляла места сомнениям или возражениям. – Ваше будущее зависит от того, что вы будете делать в течение двух следующих недель. Поэтому я собираюсь вам сказать то, чего не знает еще ни один человек на этой планете. Я доверю вам эту информацию, храните ее глубоко внутри себя.
Он замолчал. Они сидели и смотрели на него, как люди, находящиеся в трансе.
– Вы будете участвовать в сражении. Наша цель заключается не в том, чтобы уничтожить врага, а в том, чтобы заставить сдаться большое количество солдат противника. В то время как мы должны одержать победу с минимальными потерями, а лучше вообще без потерь... Я этого не гарантирую. Я только говорю, что так должно быть. Но в любом случае, вам придется участвовать в сражении.
Он секунду помолчал, переводя взгляд с одного лица на другое.
– За моей спиной, – продолжал он, – вы видите гористый район, куда вы отправитесь в конце недели для дальнейшей отработки прыжков. Эта подготовка должна быть не только времяпровождением. Чем лучшей формы достигнут ваши люди, чем лучше они будут знать район, тем больше шансов будет у них уцелеть во время сражения. Полковник Хан даст вам индивидуальные приказы. Это все, что я хотел сообщить на данный момент.
Как я уже говорил, я не имею права объявлять официально никому, даже тем людям, которые находятся под вашим командованием, что их ждут настоящие военные действия. Но если вы настоящие офицеры, вы сможете и без слов дать понять своим солдатам, что они должны быть готовы к серьезному делу. Вот и все.
Он опустился на стул и повернулся к Ичану.
– Вам слово, полковник, – сказал он.
Ичан сидел, не двигаясь, и еще какую-то долю секунды смотрел на него.
Затем встал и начал объяснять, как и какое подразделение будет продвигаться от Бахаллы к городу Двух Рек.
Через четыре дня транспортные самолеты, типа того, что доставил Клетуса и лейтенанта Атье с его отрядом к ущелью Эттера, начали перевозить наемных солдат к городу Двух Рек. Клетус с Ичаном Ханом отправились одним из первых рейсов и облетели район. Больше всего Клетуса беспокоил город, или деревня – скорее, это была все таки деревня Двух Рек.
Последние представляло собой небольшую группу близко расположенных друг от друга частных домов, окружавших магазины и деловую часть и занимавших треугольный кусочек равнины в месте, где сходились русла Голубой и Бледной рек. Равнина с несколькими разбросанными улицами протянулась вверх по долине каждой из рек примерно на четверть мили: дальше берега рек становились слишком высокими и крутыми и уже не годились для застройки. Город жил главным образом так называемым «диким фермерством». Большая часть его жителей занималась выращиванием в окружающих джунглях местных или выведенных деревьев и растений, собирая богатый урожай. «Дикий» фермер не имел собственной земли. Ему принадлежали несколько деревьев или растений, за которыми он ухаживал и с которыми регулярно собирал плоды. В районе Двух Рек на продажу шли какой-то сорт местной дикой вишни и сок мутировавших каучуковых растений, завезенных с Экзотики четыре года назад.
Местное население встретило появление дорсайцев дружелюбно. В свободное время наемники вели себя куда спокойнее и приличнее, чем солдаты регулярных войск. Кроме того, ясно было, что они станут тратить в городе деньги. Жители городка, в общем-то обратили мало внимания на Клетуса, который вместе с Ичаном Ханом намечал на берегу двух рек сразу за городом, чуть ниже его, позиции для мощных, вкапываемых в землю, орудий. Затем они разместили одна внутри другой две V-образные линии укрепленных точек, прикрывших подходы со стороны гор и место слияния рек.
– А теперь, – сказал Клетус Ичану, когда они закончили эту работу, – идемте взглянем, что делается за ущельем.
Они сели в один из кораблей, которыми только что высадил дорсайских солдат и собирался в Бахаллу за новой группой. На нем они отправились вверх по реке, и над ущельем Эттера на небольшой высоте облетели миль десять горного района, раскинувшегося за проходом до того места, где горы снова переходили в джунгли, но уже ньюлендские.
– Думаю, скоро появятся ньюлендцы, чтобы посмотреть, что мы делаем, – предположил Клетус, – как только их люди в Бахалле сообщат, что дорсайцы прибыли сюда для подготовки. Я хочу, чтобы за этой стороной гор наблюдали наши разведчики, которых нельзя будет обнаружить. Полагаю, у вас найдутся такие?
– Конечно! – воскликнул Ичан. – Я выставлю караул на все двадцать шесть часов в сутки. Когда это надо сделать?
– Немедленно, – ответил Клетус.
– Они займут свои места через полчаса, – заверил его Ичан. – Что-нибудь еще?
– Да. Я хочу, чтобы оборонительные укрепленные точки окопали, создав изнутри земляную стену и завалив мешками с песком снаружи так, чтобы у основания толщина была по крайней мере футов шесть, а высота семь футов над уровнем земли.
Ичан слегка нахмурился. Но ответ его был кратким:
– Да, подполковник.
– Тогда все, – сказал Клетус. – Я отправлюсь назад в Бахаллу. Но сначала корабль отвезет вас в город Двух Рек. Вы собираетесь вернуться в Бахаллу?
– Сегодня вечером, – ответил дорсаец. – Как только все мои люди прибудут сюда и разместятся. Думаю, что я буду то там, то здесь. Здесь днем, в Бахалле – ночью.
– Значит, увидимся в городе, – сказал Клетус. Он повернулся к пилотам корабля. – Отвезите нас назад в город Двух Рек.
Он высадил Ичана и вернулся в Бахаллу. Там он обнаружил, что его ждут две горы папок, ибо, приняв на себя роль заместителя генерала по командованию дорсайцами, он, по сути, получил еще одну должность. В штабе дорсайцев работало предельно мало людей, как и во всех районах, где не велись настоящие боевые действия. В поле каждый солдат мог выполнять обязанности повара, прачки, посудомойки и осуществлял всю необходимую работу с документами. Вне поля, так сказать, в казармах, люди из регулярных боевых единиц за небольшую добавку к жалованию работали клерками, поварами, шоферами и тому подобное.
Те дорсайцы, которые при обычных условиях разделили бы с Клетусом груз бумажной работы, находились теперь на боевых учениях у городка Двух Рек. У Клетуса, конечно, были в распоряжении подобранные Арвидом для составления прогнозов активности врага люди. Но они, включая самого Арвида, были очень заняты. Клетус использовал их в качестве научно-исследовательской группы. Они собирали информацию о колонии Ньюленд и о колонии Экзотики, плюс все физические данные о Культисе: о здешних климате, флоре и фауне и многом другом. Эта информация накапливалась и передавалась Клетусу. На ознакомление с нею у него уходило немало времени.
Так что первые пять дней с небольшим перерывом после переброски дорсайцев к городу Двух Рек Клетус проводил в своей конторе – с семи утра до полуночи. На пятый вечер, около семи часов после того, как все остальные уже ушли, неожиданно появился Вефер Линет.
– Пойдемте поймаем еще немного ньюлендских партизан, – пошутил он.
Клетус засмеялся, откинулся на спинку стула и устало потянулся.
– Я не знаю, где таковые в данный момент находятся, – признался он.
– Тогда идемте пообедаем и обсудим положение, – хитро прищурился Вефер. – Может, вдвоем мы и придумаем, как нам их отыскать.
Клетус снова засмеялся и принялся было качать головой в знак отказа, но в конце концов дал себя уговорить. После обеда он, однако, настоял на том, чтобы вернуться к себе в контору. Вефер проводил его и с неохотой оставил, когда Клетус стал доказывать, что он должен немедленно вернуться к своей работе.
– Но не забудьте, – сказал Вефер на прощание, – если что-нибудь подвернется, вы позовете меня. У меня пять «Марк-5», и четыре из них будут в вашем распоряжении, если вы предупредите меня за полчаса. Тут дело не только во мне, но и в моих людях. Все те, кто был с нами в ту ночь, рассказывали эту историю до тех пор, пока у меня в подчинении не осталось ни одного человека, не желавшего бы отправиться с вами, если подвернется еще одна такая возможность... Вы найдете нам какое-нибудь дело?
– Обещаю, – сказал Клетус. – Очень скоро я вам кое-что подброшу.
Наконец Вефер ушел, а Клетус вернулся к столу. К одиннадцати часам он закончил пространные и подробные инструкции на случай возможных случайностей следующих двух дней. Он взял пакет приказов, которые надо было передать Ичану Хану для выполнения наемными войсками, вышел на улицу, сел в машину и направился к зданию штаба, расположенного в дорсайском районе.
Он притормозил перед входом. Здесь стояла в ожидании еще две машины.
Единственное окно в конторе Ичана, выходившее на эту сторону, светилось.
Остальная часть этого временного строения из местных пород дерева, выкрашенного в бледно-зеленый цвет, казавшийся почти белым в тусклом свете молодого месяца, была темной, как и все соседние здания. У Клетуса возникло чувство, что он находится в призрачном городе, где живет один-единственный человек.
Он вышел из машины и стал подниматься по ступенькам в центральный холл здания. Пройдя через дверь, днем отделявшую посетителей от служащих внешней конторы, он прошел по коридору, находившемуся за ней, к полуоткрытой двери кабинета Ичана, которую он нашел благодаря