хорошенько поработать над этим.
– Да, и выяснить наконец-то, куда протянулись ниточки Гарри Смита, – добавил Ивен, поставив свою кружку на стол и собираясь уходить. – Нам еще предстоит доказать Лукреции, что те двое, которых мы захватили вчера, – из одной банды.
На пороге кафетерия Джосс кивнул на коммуникатор.
– Похоже, сегодняшняя ночь была неправдоподобно плодотворной, – сказал он. – При такой скорости работы мы, пожалуй, выкроим себе небольшой отпуск, тем более, что наш законный давно пропал.
Ивен искоса посмотрел на него.
– Что за человек! Всегда находит силы подумать о чем-то веселом, – удивился он. – Даже после такой ночной переделки. Мне просто повезло с напарником. Нужно беречь его.

В Томстоун они отправились в приподнятом настроении. Ивен лихорадочно просматривал свои списки, а Джосс вел корабль.
– Опять какие-то проблемы? – спросил Джосс.
– Проблемы в том, – сказал Ивен, – что ни одного из этих людей не зовут Смитом.
– А ты до сих пор думаешь, что этот Смит существует?
Ивен тихо рассмеялся.
– Думаю, что нет. Но, дружок, ты представляешь, сколько времени нам понадобится, чтобы переловить всех этих людей? Нравится нам это или нет, а без МПУ нам не обойтись.
– Это не понравится не только нам, но и им, – сказал Джосс. – Прошлой ночью эти парни меня достали. А полиция все бездействует. Ведь эта ситуация касается только Патруля.
– Да, это очень подозрительно, – заметил Ивен. Неприятные мысли давно вертелись у него в голове. Создавалось впечатление, что банда Смита хозяйничала на этой части планеты. Тот же Данстон не зря сказал, что полиция оставила их в покое. Почему? Сколько полицейских они купили? Или лучше – скольких полицейских они убили, так что остальные, трясясь над собственной шкурой, оставили их в покое.
– Дьявол! – крикнул Джосс.
– Что такое?
– Взгляни туда, – Джосс указал на экран.
Они уже приближались к Томстоуну, делая круг над посадочной площадкой, вернее, над тем, что от нее осталось.
Под ними чернел кратер метра в три глубиной. Яркие солнечные лучи освещали обломки металлических конструкций и дымящиеся каменные развалины.
Ивен посмотрел в сторону Томстоуна. Большинство зданий было взорвано. Кажется, среди них были дом Вирендры и департамент шерифа. Группы людей блуждали по улице и толпились возле посадочной площадки среди разбитых скиммеров.
– Черт! – выдохнул Ивен. – Что же здесь произошло?
Лицо Джосса покрылось холодным потом.
– На этот счет у меня есть кое-какие мысли.
Они приземлились немного в стороне, выскочили из крейсера и побежали к центру городка. Увидев Джосса и Ивена, люди демонстративно отходили в сторону. Потом стало еще хуже: когда они проходили мимо, жители собирались в кучки и умоляюще следовали за ними.
Ивен замедлил шаг перед развалинами полицейского департамента. Купол был разворочен взрывом, он почернел от копоти, перегородка шлюза, изрешеченная пулями, валялась рядом.
Кто-то вышел из развалин с пачкой порванных и покрытых копотью бумаг в руке. Оказалось, что это Штек. Увидев Ивена, она нагнулась, аккуратно положила документы на землю и направилась к нему.
– Где вы, черт побери, были, Мистер Богом Проклятый Полицейский? – закричала она.
Ивен пораженно замер на месте и не мог вымолвить ни одного слова. Он заметил, как забрало ее шлема то и дело покрывается дымкой тумана при крике.
– Где же вас носило прошлой ночью, когда банда Смита ворвалась сюда и разрушила абсолютно все? Конечно, вы совершали вечернюю прогулку в Белее, не так ли? Аппетитно поели? Осмотрели достопримечательности?
– Кое-кто из людей Смита пытался расправиться с Сакарьяном в «Розовом коттедже», – быстро ответил Джосс. – Мы смогли предотвратить убийство.
Это немного сбило с нее спесь. Но очень уж не намного.
– Что же – это хорошо, – сказала она. – Но вы ведь не сообщили нам об этом. Вы же могли связаться со мной и сказать: «Вот здорово, Гельвеция, мы только что обезвредили парочку негодяев из банды Смита, и они, скорее всего, думают, что это ты напустила нас на них, поэтому будь так добра, переправь женщин и детей куда-нибудь в более безопасное место». Но нет же! Вы просто улетели – и все.
– Гельвеция? – удивился Джосс.
– А вы лучше заткнитесь, О'Баннион! – выкрикнула Штек, повернувшись к нему так резко, что он должен был отступить на шаг назад.
– Что я могу поделать, если мои предки поженились в Швейцарии? Я хочу знать, что сдержало ваши толстые задницы оттого, чтобы сообщить нам, что вы собираетесь делать! Приплыли в своем модном крейсере, со своими модными коммуникаторами, в своем неуязвимом снаряжении и только суете свой нос по всем углам и ничего не делаете, а на следующее утро весь город взлетает на воздух. Около двух десятков жителей тяжело ранены и отправлены в госпиталь, трое погибли, а Кэтти Вирендра с отцом эти ублюдки забрали с собой как заложников. Вы понимаете, что вы наделали своим молчанием? И после всего этого вы приезжаете сюда снова!
Ее крик сорвался на хрип. Она уже почти задыхалась, но у Ивена было ощущение, что передохнет она быстро.
– Где Элен Мэри Камерон? – спросил Джосс, нарушив неожиданно возникшую тишину.
Штек взглянула на него, глотнула воздух для новой порции брани и заорала снова.
– Я ничего не знаю! Она забрала свой скиммер и куда-то отправилась вчера днем. Скорее всего, на поиски своего отца.
– Она не сказала, когда она собирается возвратиться?
Штек окинула взглядом толпу. Одним из стоящих рядом был бармен. Он посмотрел мимо Джосса и проговорил:
– Она сказала, что вернется ночью. Но никто ее не видел.
Штек обернулась к Джоссу.
– Надеюсь, она далеко отсюда, – крикнула она. – Поскольку это место уже нельзя назвать поселением. Во многом благодаря вам.
Гельвеция отвернулась и пошла прочь, к остаткам полицейского управления.
Ивен посмотрел на толпу жителей. Они стояли вокруг него с молчаливой враждебностью, но пока не двигались и ничего не говорили.
– Мы сделаем все, что сможем, чтобы помочь вам, – тихо произнес Джосс.
– Обойдемся как-нибудь и без вашей помощи! – проворчал бармен.
Ивен посмотрел на напарника. Джосс слабо качнул головой.
– Как хотите, – спокойно сказал Ивен и пошел к крейсеру.
Он старался не обращать внимания на злобные выкрики, сыпавшиеся со всех сторон, пока они пробирались через толпу. Он даже не прореагировал на брошенный в него булыжник. Рядом с ним шагал Джосс с каменным выражением лица. Когда их уже не могли расслышать, Джосс тихо сказал:
– Кажется, наша популярность дала изрядную течь.
Ивен усмехнулся:
– Эти ублюдки… – тихо прорычал он.
– Они не ублюдки, – ответил Джосс. – Они в отчаянии.
– Я имею ввиду тех ублюдков, которые это натворили, – откликнулся Ивен. – Нам надо срочно добраться до них.
– Скорее всего, их очень много, – заметил Джосс. – Надо брать с собой изрядное количество боеприпасов.
– Нам нужна вооруженная поддержка, – кивнул Ивен. – Может быть, я и не прав, но мне кажется, что местная полиция не слишком-то жаждет помочь нам.
– С этим мы уже сталкивались неоднократно, – ответил Джосс. – Придется разбираться самим.
– Сумеем ли? – покачал головой Ивен.
– Лично я в этом не сомневаюсь. Слушай, Глиндоуэр, что ты опять унываешь?
Ивен открыл рот и хотел было выругаться, но вдруг понял, что его плохое настроение действительно никому не поможет в ближайшие пару часов.
– Ты, как всегда, прав, – сказал он и снял шлем. – Я просто слишком зол. Мне очень хочется собрать всю эту шайку вместе и…
– Я догадываюсь, – ответил Джосс.
Они постояли немного у остатков дома Скотта Вирендры. Он был разрушен не так сильно, как другие строения: была взорвана только одна из стен вместе с воздушным шлюзом.
Джосс заглянул внутрь, потом пробрался через пролом в стене. Ивен протиснулся за ним. Некоторое время они стояли на месте и молча смотрели по сторонам. Стеллажи были перевернуты, запчасти, пища и другие товары – разбросаны в страшном беспорядке.
Ивен покачал головой и подошел к столу для учета. Стол был испещрен отверстиями от пуль. Рядом алела лужица крови с влипшей в нее прядью черных волос.
– Господи, – да кто это сделал с ней? – подумал про себя Ивен: волосы были длинными, и сомнений в том, что это были волосы Кэтти, не оставалось.
Джосс прошел мимо стола в глубь помещения.
Ивен проводил его взглядом и перевернул несколько бумаг на столе. Он не видел ничего кроме разбросанных кип документов и спецодежды. Джосс перебегал по складу, нагибался, подбирал разные предметы, разглядывал, а потом снова бросал их.
– Есть что-нибудь?
– Ничего, – ответил Джосс.
Он выронил кусок бумаги, взглянул на перевернутый стол, на выпавшие из него ящики с бухгалтерскими книгами и какими-то документами. Нагнувшись, поднял один листок, присмотрелся и насмешливо присвистнул.
– Политические листовки! – провозгласил он и бросил листок на пол.
– Что еще за листовки? – поинтересовался Ивен.
– Ты достал меня, приятель, – устало ответил Джосс, протягивая ему через стол листок. – И мимеографировал. Когда ты в последний раз видел мимеограф?
– Что-что? – непонимающе спросил Ивен.
Он пробежал глазами по тексту листовки. Такие политические воззвания он встречал раньше довольно-таки часто. В них всегда писалось об угнетенных массах и собственнических классах. В юности, когда еще оставались фанатики, способные без устали повторять эти бессмысленные фразы, у него хватало с этими молодчиками проблем. Правда, его собственный опыт говорил ему о том, что такое понятие, как угнетение, предполагает наличие двух сторон – угнетенных и угнетателей, и что обе стороны должны приложить кое-какие усилия для достижения" взаимного согласия. «Наступит час, и угнетенные массы поднимутся, руководимые бесстрашными Сынами Красного Рассвета, и угнетатели будут растоптаны в прах…» – давняя цитата из подобной листовки прочно засела у него в голове.
То есть… Подожди… Всего несколько лет назад он слышал это имя… действительно, кажется, это было в последнее пребывание на Марсе.
Тогда он не придал им никакого значения: еще одна компания пустословов, не более. Но уже тогда эти идейные вожди пустили в ход оружие. Кто их финансирует, было неясно. Главный штаб организации тогда так и не раскрыли.
Мысли прыгали у него в голове.
– Джосс, – позвал Ивен напарника. – Помоги-ка мне собрать этот материал.
– Что именно?
– Все эти бумаги. Найди какую-нибудь коробку. И поторопись.
Джосс непонимающе посмотрел на товарища, повернулся и пошел искать коробку. Через пару минут он притащил два небольших ящичка.
– Годится?
Они стали собирать листовки и складывать их в коробки.
– Что это такое? – спросил Джосс.
Ивен протянул ему листок, который только что прочитал сам. Джосс пробежал текст, и лицо его вытянулось от изумления.
– Красный Рассвет? – переспросил он и посмотрел на Ивена.
– Очень древний и очень низкопробный фильм. А танки там заменяли обычные картонные макеты.
Ивен покачал головой.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, дружок. Наверное, опять о своих видеофильмах. Послушай теперь меня. Красный Рассвет был политической организацией несколько лет назад. Радикальной организацией. И не очень приятной. Если ты помнишь, в правительстве в те годы было неспокойно, оно чуть ли не каждый день переформировывалось. Вот тогда-то эти молодчики и объявили себя настоящим правительством Марса. Каждого, кто не признавал это, они считали врагом. Они называли тогдашнее временное правительство, – он вздохнул и припомнил поточнее, – «тайной буржуазной хунтой», натравленной на свободных жителей Марса военно-промышленной кликой Земли, Луны и колоний 1-5.
Джосс с деланным благоговением посмотрел на Ивена.
– Хороший предмет для полемики, – сказал он. – Но согласись, теперь этой пропагандой никто не занимается.
– Ты ошибаешься, – возразил Ивен, – эта пропаганда – вокруг нас. Ничего не пропускай. Чего они хотели, так это любыми возможными средствами добиться падения временного правительства Марса и построить социал-демократическое общество, управляемое марсианами без всякого вмешательства иностранных держав. Не пропусти вон те бумаги, Джосс.
– Хорошо, – сказал тот, опуская очередную порцию бумаг в картонную коробку. – Кажется, эти люди не слишком заботились о соблюдении Актов Федерации.
Ивен громко рассмеялся:
– Да уж, пожалуй. Мы все собрали? Хорошо. Пора выбираться отсюда и смотреть весь материал.
– Кажется, все собрали, – подтвердил Джосс, еще раз заглянув внутрь стола.
Они вышли из развалин и направились к своему крейсеру. Джосс набрал код, и воздушный шлюз корабля открылся.
Пока Ивен относил в кубрик коробки, Джосс снял с себя ЗСЖ и, усевшись в кресло пилота, стал готовить корабль к отправлению. Заодно он подключил свой коммуникатор к бортовому компьютеру и передал его содержимое.
– Ну-ка, прежде, чем будем взлетать, посмотрим-ка вот это, – сказал он.
Ивен сел рядом с ним и посмотрел на экран. Тот светился множеством ярких точек, сгущающихся вокруг тусклого пятна посередине.
– Это Томстоун, – сказал Джосс, – а точками обозначены помеченные мной скиммеры.
– Ну-у, здесь их целая куча! – проговорил Ивен, проводя пальцем по месту, где должна была находиться разрушенная посадочная площадка.
– Да, но это не те, которые меня интересуют. – Джосс щелкнул клавишей, и все светящиеся точки, за исключением двух, исчезли.
Одна из них неподвижно горела у самого края посадочной площадки. Судя по всему, этот скиммер был разрушен, как и все остальное.
Другая точка находилась очень далеко от Томстоуна, на самом краю экрана. Она постоянно двигалась.
– Вот они, голубчики, – сказал Джосс. – Это один из помеченных мною скиммеров Смита. Это будет около… – он посмотрел на координатную сетку и быстро подсчитал, – двухсот километров отсюда. Мы можем схватить их где-то через полчаса. Или просто проследить за ними.
Ивен усмехнулся. Правда, усмешка у него вышла не слишком веселой.
– Проследим, проследим, – проговорил он, – и посмотрим, куда они нас приведут. Что зря торопиться?
– Ты абсолютно прав, – ответил Джосс. Он поднял корабль и задал нужный ему курс.
Ивен сел и перевел дыхание. Одна мысль давно уже не давала ему покоя.
– Дьявол! – произнес Джосс.
Ивен взглянул на него. Джосс беспомощно оглянулся.
– Дьявол! – повторил он. – При всем при том у меня есть еще один повод для тревоги. Куда, черт побери, полетела Элен Мэри?
– Не волнуйся. Мы отыщем ее, – мягко и уверенно произнес Ивен. Он хорошо знал: когда Джосс впадал в плохое настроение, с ним уже ничего нельзя было сделать.
Джосс вздохнул и снова занялся компьютером.
– А, – проговорил Ивен, вспомнив. – Ты, кажется, просил напомнить о Лексане.
Джосс оторвался от компьютера. Он выглядел чрезвычайно встревоженным.
– Господи, у меня совсем вылетело все это из головы. У нас большие неприятности, офицер.
Ивен был озадачен.
– Ты извини меня, конечно. Но только что мы видели, как взорвали целое поселение. Мы собрали данные о группировке вымогателей и контрабандистов, которая, кажется, действует на половине планеты. А теперь ты утверждаешь, что у нас большие неприятности?
Джосс утвердительно кивнул.
– Что это за состав? – быстро спросил Ивен. – Взрывчатка? Что?
– Нет, это совсем другое, – ответил Джосс. – Помнишь, мы говорили о рельсовых пушках?
– Да, а что?
– Тебе известно, как они действуют?
– Ну да, примерно… Там есть электромагниты, камера… – начал Ивен.
– Боже мой, – сказал Джосс и слегка улыбнулся. – Оказывается, существует-таки оружие, о котором я знаю, а ты – нет. Так вот. Есть камера, как ты говоришь, по внутренней поверхности которой проложены специальные рельсы. По ним пропускают электрический ток огромных напряжений. Внутри имеются узкие каналы. Вы берете пулю или снаряд из какого-либо высокопрочного и высокоплотного пластика, например, такого, как Лексан, который к тому же еще и теплостоек. Затем надеваете алюминиевый рукав. Потом применяете газовый взрыватель или какое-либо другое средство и выстреливаете эту пулю через ствол рельсовой пушки. Алюминий бьет по рельсам и испаряется, превращаясь в проводящую плазму. Та, приобретая ускорение вдоль канала ствола, с огромной силой проталкивает перед собой заряд. Вдоль ствола установлено еще пять или шесть источников энергии. Каждый из них отключается после прохождения заряда и ускоряет плазму, а вместе с ней и заряд, пока тот не покидает ствол оружия.
– Каковы размеры пули? – поинтересовался Ивен.
– Сначала выпускались пули весом в два с половиной грамма, – сказал Джосс. – Это было тогда, когда рельсовые пушки только-только стали появляться. Но нет причин, чтобы не создать заряды большего размера.
– И чему же это поможет? – спросил Ивен.
– Знаешь, – ответил Джосс, – если мы учтем, что штука, вылетающая из ствола рельсовой пушки, делает восемь с половиной кликов в секунду, а при увеличении массы снаряда и размеров ствола к тому же намного возрастет ударная мощь… я подозреваю, что кое-кому это сильно пригодится.
Ивен вспомнил об идеально-круглом отверстии в двигателе патрульного крейсера.
– Ты думаешь о том же, о чем и я, – сказал Джосс.
– Так ты нашел следы лексана во взорванном пакгаузе?
– Вот-вот, кстати, никакого «нормального» промышленного использования у этого материала нет. Он предназначен только для изготовления снарядов.
– Боже мой! – вздохнул Ивен.
– Это все, что я хотел тебе сказать.
Ивен задумался. Предположим, что это так: такая пушка пригодна только для стрельбы прямой наводкой. Траектория выстрела у нее идеально ровная. А атмосферное давление практически не является помехой, если материал, из которого изготовлен заряд, достаточно теплостоек. При быстром полете через слой атмосферы он почти не теряет в массе. Так, но с какой же скоростью будет лететь этот заряд? Ивен быстро подсчитал. А лететь он будет со скоростью около шестидесяти семи тысяч миль в час. И всему, на что он натолкнется при движении, будет очень туго.
К тому же, если крейсер Солнечного Патруля был сбит из такой пушки, прицеливание и стрельба велись с исключительной точностью. Да, пожалуй что. Сбить корабль в пределах атмосферы им большого труда не доставит. А сбить корабль на орбите будет еще легче. К тому же, если у вас не одна, а несколько рельсовых пушек, и все они нацелены на один корабль…
– Ты знаешь, – сказал Ивен, – если бы я замышлял переворот, революцию или что-то в этом роде и мне предстояла встреча с Космическими Силами или местной полицией, несколько десятков таких пушек мне очень пригодились бы.
Джосс открыл было рот, чтобы что-то ответить, но в этот миг отключилась система слежения. Он закрыл рот, уставился на пульт и проговорил:
– А это еще что такое?
– Сбой? – спросил Ивен.
– Мне-то откуда знать, – пробормотал Джосс. – Кажется, мой трассер перестал работать. Но этого не может быть! Я просто не понимаю…
– Может быть, датчик отвалился?
– Он не может этого сделать! – Джосс нажал на несколько клавиш и посмотрел на экран, потом снова на пульт, потом, к великому изумлению Ивена, стукнул по нему кулаком и прикрикнул:
– Давай же, работай, проклятая железяка!
– Ты зафиксировал последнее местоположение этого скиммера? – спросил Ивен, внимательно рассматривая картинку на экране.
– Да вот, здесь, – показал Джосс и уточнил: – Он только что был здесь. А трассер не отвечает на запрос системы.
Ивен покачал головой и, отойдя в сторону, решил заняться чем-нибудь таким, в чем он был безусловно компетентен. Скажем, он мог просмотреть бумаги, с которыми они вернулись из Томстоуна.
– Этого не может быть! Он не мог заклинить! – бормотал Джосс. – Он никак не мог заклинить! Даже если бы скиммер к черту разбился вдребезги, все равно бы кристалл не пострадал. И на крейсере система тоже в порядке.
– Будь я на твоем месте, – сказал Ивен, – я бы съездил туда, где мы в последний раз видели скиммер, и хорошенечко осмотрел местность.
– Гм… – а ты, кажется, прав, – ответил Джосс, изменяя курс.
– Через какое время мы доберемся туда? – спросил Ивен.
– Где-то через две четверти часа.
– Неплохо. Тогда помоги мне просмотреть эти бумаги.

Эти сорок пять минут прошли довольно-таки спокойно. Правда, после просмотра документов на душе у Ивена поднялась муть. Жесткая и бессмысленная риторика Сынов Красного Рассвета ничуть не изменилась с тех пор, как Ивен побывал здесь в последний раз. «Жить свободным или умереть», «убивать или быть порабощенным», «любой ценой изгнать захватчиков со священной марсианской земли» – такой кипы документальной мерзости Вен не встречал, кажется, со времен Ирландского кризиса. Он никогда не думал, что ему еще когда-нибудь придется столкнуться с этим.
– Ты подумай, а ведь правильно они говорят: посади растение в одном месте, и на следующий год везде найдешь его семена, – произнес Ивен.
Правда, он не мог себе представить, какое семя вообще могло прорасти в этом засушливом и бесплодном грунте. И в переносном, и в прямом смысле Марс был слишком неустроенным и поэтому слишком практичным местечком для такой романтической и бесплодной ненависти.
Кто-то из семьи Вирендры, кажется, симпатизировал Красному Рассвету, а может быть, даже был его участником. Но тогда кто? Скотт Вирендра вроде бы был чересчур флегматичен и чересчур практичен, чтобы дать вовлечь себя в эту опасную игру. Если кто-то и мог клюнуть на эту удочку, так только его дочь. Он до сих пор вспоминал Кэтти стоящей у стола, скрестив руки, и ругающей полицейских с выражением неприкрытого удовольствия на лице.
«Так и быть, я приму ваши слова как комплимент, а не как оскорбление», – процитировал про себя ее слова Ивен. Да она просто наслаждалась его стеснительностью! «Здесь вам не покои Хилтона, любые мелочи, происходящие здесь, вызывают больше волнений, чем в городе!»
Ивен раскрыл рот от неожиданности.
– Люди, которые написали это, – Джосс кивнул на пачку бумаг, – очень больные. На этой планете есть психиатрические лечебницы?
– Кажется, я что-то упустил, Джосс, – заволновался Ивен. – Это не дает мне покоя. Ты помнишь первый день, когда я зашел навестить Скотта Вирендру? Знаешь, что тогда сказала мне Кэтти?
– Насколько я помню, здорово нагрубила.
– Она сказала мне: здесь не покои Хилтона. Откуда же она знала, что мы только что вернулись оттуда?
Джосс пристально посмотрел на напарника.
– Она могла просто-напросто так выразиться.
– Так уж и просто? В Велесе еще шесть гостиниц. А она выбрала именно эту.
– Но ведь она сама большая!
Ивен с сомнением покачал головой.
– Не думаю. Понимаешь, она сама испугалась того, что сказала. Получается, что Кэтти Вирендра очень хорошо знала, где мы побывали.
Джосс изумился.
– Не может быть! Скорее всего, это марсианские сплетни.
– Я тоже подумал так сначала. Но теперь мне так не кажется.
– Короче говоря, ты ее подозреваешь?
– Назови это так, если тебе нравится… Да, подозреваю.
С пульта управления донесся предупреждающий сигнал. Джосс поднялся и пошел проверять, в чем дело, потом захлопал в ладоши, как ребенок, так громко, что Ивен подпрыгнул в кресле от неожиданности.
– Наконец-то они здесь!
– Кто? – спросил Ивен.
– Фотографии спутника с декодером. Ти передает их на мой коммуникатор.
Ивен развел руками с искренним удивлением.
– Только три дня опоздания! – сказал он. – Слава Героям Космических Сил!
– Лучше поздно, чем никогда, – возразил Джосс, пододвигая к себе экран.
– Их только за неприятностями посылать, – сказал Ивен, припоминая присказки своей матери. – Слишком уж долго возились и раздумывали.
– Тише, – сказал Джосс, включая пульт. – Давай-ка лучше посмотрим, что нам прислали. Господи Боже мой, сколько же здесь всякой всячины – он прокрутил текст. Начало гласило:

ПО МНЕНИЮ ЦЕНТРА ВАМ НЕОБХОДИМА ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОДДЕРЖКА ПОЭТОМУ ЗДЕСЬ ПРИЛАГАЮТСЯ СНИМКИ ВСЕГО РАЙОНА СИРТИС – ПЛАНТАЦИЯ – МОНС – МЕЗЕНТИС.

Ого-го! Да это потянет на четыре месяца непрерывной работы, – удивленно произнес Ивен. – Так что же она сделала, чтобы достать такую кучу информации у этих скупых ублюдков?
– Неважно, – сказал Джосс. – Главное то, что я получил необходимую мне информацию. – Он торопливо набирал что-то на клавиатуре. – Сейчас попробую заставить этот ящик отыскать то, что меня интересует.
– Отлично. А сколько нам осталось лететь до места, где мы потеряли скиммер?
Джосс проверил хронометр.
– Теперь уже около пятнадцати минут.
Ивен оставил напарника у пульта управления и вернулся к воззваниям Красного Рассвета. Нет, эта явная и ничем не прикрытая ненависть не могла просуществовать столь долгое время без какой-то подпитки. Ивен не был уверен в этом и перечитывал каждую строчку. Кроме того, он наткнулся на имена людей, вовлеченных в деятельность организации. Но в этой кипе бумаг не было никаких имен.
– Мне следовало поразмышлять об этом раньше, – подумал он. – Если Кэтти или ее отец были участниками заговора, вряд ли они оставили бы документальные свидетельства у себя дома.
Прозвенел еще один сигнал оповещения. Ивен вопросительно посмотрел на Джосса.
– Ну, а теперь что?
– Мне это тоже начинает действовать на нервы, – пожаловался Джосс. Он отложил в сторону снимки и посмотрел на экран.
Лицо его было растерянным.
– В чем дело? – еще раз спросил Ивен.
Джосс пододвинул ему пульт.
– Почитай.
Ивен пробежал глазами предложения на экране. За обычным маршрутным кодом следовал шифр штаб-квартиры Солнечной Полиции в Титисе, возле Сатурна, а потом уже шел текст сообщения:

ПО СОВЕТУ Л.ЭСТЕРГАЗИ С БАЗЫ СП НА ЛУНЕ К ВАМ ОБРАЩАЮТСЯ С ПРОСЬБОЙ О СОДЕЙСТВИИ. ПОЖАЛУЙСТА СООБЩИТЕ В ТЕТИС КАК МОЖНО СКОРЕЕ. ЗА ПОСЛЕДНИЕ ТРИ ДНЯ СОВЕРШЕНЫ МНОГОЧИСЛЕННЫЕ НАПАДЕНИЯ И УБИЙСТВА. ОСТРО НУЖДАЕМСЯ В ПОМОЩИ.
М.ЛАДИСЛАС. КОМАНДОР БАЗЫ ТЕТИС.

Они переглянулись.
– Ну и как же нам быть? – задумчиво произнес Ивен.
Джосс рявкнул:
– А никак! Взять да и послать их всех к черту.
– Да нет, что ты!
– Ты что смеешься? Мы, конечно же, отказываемся. Отказываемся. Отказываемся! – воскликнул Джосс.
Он повнимательнее изучил текст сообщения. Нет, это был не приказ, это была просьба. За время службы в Солнечной Полиции он давно научился различать разницу. Действительно, они могли отказаться. Но если дело, над которым они в настоящий момент работали, не даст быстрых результатов, по возвращении на Луну они окажутся перед лицом крупных неприятностей.
Опять прозвенел предупреждающий сигнал. Джосс обернулся и буркнул:
– Ну что там еще? – но тут же замолчал. – Мы у того места, где прекратил работу мой датчик слежения, – сказал он. – Послушай, давай откажемся. Нам сейчас не до них, – просительно проговорил он, возвращаясь к тексту сообщения.
– Ладно, – сказал Ивен, – я составлю ответ. А ты занимайся своим делом.
– Замечательно. Я пока поработаю с компьютером. У нас в запасе есть еще несколько минут.
Ивен взял свой собственный коммуникатор. На его экране тоже светился текст послания с Сатурна. Он тщательно продумал текст ответа, сослался на неспокойную обстановку, постоянное преследование преступников и тому подобное и сообщил, что все это делает невозможным принятие данного приглашения.
– Это одно из самых сладкоречивых посланий, которые я когда-либо составлял, – подумал он с оттенком отвращения.
Отправив сообщение по каналу связи, Ивен решил посмотреть, чем занимается Джосс. Тот сидел в командирском кресле и производил компьютерный анализ картографических планов.
– Взгляни-ка сюда, – сказал он Ивену. – В этом районе пропал наш сигнал с датчика. А теперь посмотри на экран моего коммуникатора.
Это тот же участок местности, отсканированный за последние три месяца. Нажми вот эту клавишу и смотри внимательно.
Ивен сделал все, что сказал Джосс. Несколько секунд картинка на экране не менялась: все тот же безликий скалистый марсианский пейзаж.
Потом Ивен стал замечать следы инверсии летательных аппаратов – большие и маленькие, довольно густой сетью покрывающие этот район. Они шли пучками, расходились и сходились снова. Большая часть следов была оставлена ночью.
– Это, – пояснил Джосс, – тепловые следы довольно больших кораблей. Скажите, пожалуйста, а что они здесь делают?
– Я надеялся, что ты скажешь мне об этом.
– Не имею ни малейшего понятия. Но намереваюсь получить немного…
Джосс не договорил.
Вам! Крейсер содрогнулся от сильного удара, наклонился на бок и начал терять высоту.
Джосс подпрыгнул в кресле. Ивен, потеряв равновесие, ухватился за перекосившуюся рядом переборку, повис на ней, потом стал пробираться к собственному креслу, прихватив шлем Джосса с собой.
– Спасибо, – поблагодарил его напарник. – Все-таки пристегнись.
Он отчаянно манипулировал одной рукой с рычагами управления, а другой нажимал на клавиши консоли. Результатов не было.
– Что произошло? – спросил Ивен, сколько возможно, стараясь сохранить спокойствие. Скажем прямо, падать с такой высоты с такой скоростью он еще не привык.
– Спроси что-нибудь полегче, – тяжело дыша, ответил Джосс. – Ясно одно: полетели стабилизаторы. Подержи, пожалуйста, – попросил он, указывая на рычаг управления, быстро надел шлем и загерметизировал его. – Благодарю. Нижняя тяга пока работает. Сейчас мы попробуем…
Бам! Последовал еще один толчок.
– Слишком поздно, – как-то слишком бодро сказал Джосс.
Ивен, вцепившийся в кресло, сразу понял, что повод для веселья у них был основательный…
Еще один мощный удар потряс крейсер.
Джосса вдавило в кресло, он вскрикнул от боли, но тут же затих, видимо, потеряв сознание. Ивен не пострадал: амортизаторы и стабилизаторы его энергокостюма сделали свое дело.
– Кажется, приземлились… Бедный «Ноузи», – подумал он вслух, отстегивая ремни безопасности.
Он поднялся, глянул в передний иллюминатор, и внутри у него похолодело.
…По виду это напоминало танк. К тому же, это был «танк» на воздушной подушке. Чудовище плавно скользило, как огромная капля ртути, на высоте не менее фута от самых крупных каменных валунов. Причудливого вида пушка была нацелена прямо в них. Ее ствол составлял в диаметре не менее тридцати сантиметров.
– Черт… – проговорил Ивен, и тревожная мысль мелькнула у него в голове. Он распутал напарника, вместе с коммуникатором подхватил его под мышку и направился к выходу.
Воздушный шлюз открылся. Ивен выпрыгнул на поверхность и, пригнувшись, затаился за корпусом крейсера. Это было как раз кстати: снаряд, ударившись в корпус, пробил его насквозь и раздробил большой кусок скалы.
– Неплохо, – подумал Ивен и пригнулся к земле. – Пирофорическая детонация. Ладно. По крайней мере, ящик с вином им не достанется.
Через пару секунд Ивен распрямился и стал подпрыгивать. Подпрыгивание – самый первый элемент, которому начинают обучать в энергодивизионе. Проблема заключалась в том, что кто бы впервые ни надевал энергокостюм, сразу решал, что он-то уж умеет отлично подпрыгивать. Что ж, приобретаемый с течением лет опыт учит каждое человеческое существо, как правильно управлять системами обратной связи внутри своего тела, как анализировать ощущения, как держать равновесие. Но энергокостюм, в отличие от тела лишенный инстинктов, был способен выполнить лишь то, что ему говорили. Это повиновение приводило к комическим, а то и к фатальным результатам. За годы службы в энергодивизионе Ивен успел стать экспертом. Побывавший в самых разных переделках, он умел держать равновесие в условиях высокой гравитации, низкой гравитации, ну левой гравитации, короче говоря, Бог знает где. Он изучил все виды поверхностей, умел уйти от прицельной стрельбы, от стрельбы из нескольких точек, и еще ни разу не дал в себя попасть. Но ему никогда раньше не доводилось встречаться с таким оружием. В паре футов от него разрыв снаряда разнес на куски булыжник, обдав его душем из осколков.
– Эта чертова штука слишком быстро поворачивается, – подумал Ивен. – Легкий ствол, легкий снаряд. Все правильно. Почему бы и не повернуться за считанные секунды? Остается надеяться, что это чудовище не движется так быстро, как я.
Он прыгнул в сторону, потом вверх, потом вниз, двигаясь по направлению к горизонту на максимальной скорости. Если то, что говорил Джосс, верно, значит, когда ты достигаешь горизонта, рельсовое ружье становится бессильным, и вылетающие снаряды просто выходят из атмосферного слоя наружу. Короче, между пушкой и самим собой нужно было держать линию горизонта. Как долго он сможет выполнять это?
Джосс тихо застонал у него за плечом.
– Извини, – сказал Ивен. – Джосс, держись крепче.
– Ох, – проговорил напарник, еле сдерживая боль. Ивен торопливо осмотрел его. Внешне с Джоссом все было в порядке. – Извини, пожалуйста, – хмыкнул он, – но дорога сегодня довольно-таки ухабистая. У нас на хвосте одна компания, которая очень хочет видеть нас мертвыми.
– Куда, черт возьми, мы направляемся? – с трудом поговорил Джосс, видя, как Ивен метнулся сначала в одну, потом – в другую сторону, а потом уже продолжил движение.
Ивен заморгал:
– Как куда? Подальше от этой пушки. Кажется, нам необходимо помощь.
– Можно… вызвать полицию, – предложил Джосс.
Ивен почувствовал себя лучше. Если с чувством юмора у напарника все в порядке, то и тело можно будет заштопать.
– Боюсь, что в этом мы не нуждаемся, – ответил Ивен. – Чем они смогут нам помочь?
Он торопливо пригнулся: просвистел еще один снаряд, и Ивен прикрыл Джосса от разлетевшейся шрапнели.
– Не знаю… А сколько времени… ты продержишься?
Ивен изучил уровни в энергопакетах по визуальным отчетным устройствам, встроенным в шлеме. – Это зависит от того, буду ли я стрелять, – ответил он. – Пока я думаю, что лучше всего будет взлететь. Если так, продержимся еще час.
Джосс, еле сдерживая боль, посмотрел на него сквозь забрало.
– Меня может стошнить… до того, как закончится эта погоня.
Ивен усмехнулся:
– Не волнуйся, дружок. Чего только не случалось в этой поездке с моим бедным энергокостюмом.
Джосс засмеялся, и его смех при подпрыгивании как бы разрезало на кусочки.
– Я еще хотел узнать о расстоянии. Сколько километров мы сможем так проделать? Ивен еще раз посмотрел на приборы.
– У нас скорость пять кликов в минуту. Думаю, напрыгаем около трех сотен кликов, прежде чем у меня на экране появятся красные полосы.
Очередной снаряд взметнул в воздух пламя, облако пыли и кучу гравия. Ивен поспешил увернуться от разрыва.
– Их машина делает приблизительно четыре с половиной – пять кликов. Мы не можем даже…
Ивен почувствовал, как камень ударил его по ноге, и, не раздумывая, подпрыгнул вверх. Камни, лежащие на том месте, где он только что стоял, озарились вспышками, и куски гравия, поднятые разрывом вверх, задели подошвы его ботинок. Ивен почему-то был уверен в себе. Ему вспомнился один из эпизодов Второй Глобальной Войны, когда «Бисмарк» вел огонь по атакующей его эскадре крейсеров типа Рыба-Меч. Они были устаревшими моделями, более пригодными для Первой Войны, чем для Второй, но это было единственное, что в тот момент могли применить бритты для самозащиты. А вот приборы управления огнем линкора «Бисмарк» были рассчитаны на быстрые, движущиеся цели, в результате чего устаревшие и медлительные меч-рыбы умудрились устоять и расправились с «Бисмарком».
– Приборы наведения этой машины едва ли запрограммированы для стрельбы по людям, – сказал Ивен, – по кораблям – да. Но корабли не столь маневренны, как я.
Фактически, это была его единственная надежда. И он старался не думать об этом… пока не выберется отсюда живым.
– Куда несемся? – спросил Джосс.
Ивен засмеялся:
– Подальше от этого!
– А нельзя ли более определенно? Что за зверь нас преследует?
Ивен покачал головой и отпрыгнул в сторону, мимо просвистел еще один снаряд.
– Понятия не имею. Можешь что-нибудь предложить?
– Телефонную будку, – проговорил Джосс.
Ивену пришлось еще раз рассмеяться.
– Ну и кого бы ты позвал к телефону?
– Кого-нибудь из штурмового отряда в Сайденхеме.
Ивен удивился простоте и логичности этой мысли. Плохо было одно: вызвать их через пульт коммуникатора было невозможно – их услышат преследователи. Но наземная связь…
– Ты бредишь, наверное? – спросил Ивен. – Здесь на пятьсот кликов вокруг нет ни одной телефонной будки.
– Есть, – упрямо ответил Джосс. Он взялся за пульт, свешивающийся у Ивена с плеча, неуклюже набирая что-то на клавиатуре.
– Послушай, – наклонился к нему Ивен, – может быть, мне лучше нести тебя лицом вперед? Я просто слишком спешил, когда схватил тебя.
– Да, если нетрудно.
Ивен включил тормоза и, балансируя на одном месте, аккуратно переложил Джосса, затем запустил серводвигатели и опять устремился к горизонту, заметив, что совсем рядом просвистел еще один смертоносный снаряд.
– Слава Богу, что эта штука не скорострельная. По крайней мере, – пока. Кто знает, что еще есть у этих людей? Деньги – это уж наверняка.
Ивен мысленно спросил себя, сколько финансистов на Марсе было вовлечено в движение, поскольку у него не оставалось сомнений, что это – Красный Рассвет, и сколько компании считало, что им будет лучше с «независимым» правительством, чем под эгидой Федеральных Планет?
Джосс работал со своим коммуникатором, неистово барабаня по клавиатуре. Через некоторое время он остановился.
– Прекрасно, – сказал он. – Я обнаружил одно поселение. Кажется, оно оснащено связью. Отсюда до него, – он снова забарабанил по клавиатуре, – около тридцати километров. Ты сможешь оторваться от этой штуки настолько, чтобы нас с ней разделял горизонт, и желательно, чтобы мы находились хотя бы в пяти километрах по ту сторону от него?
– Попробую, – ответил Ивен. – Для этого, я думаю, понадобится минут шесть.
– Давай! – сказал Джосс и пристегнул пульт к фиксатору.
Такой гонки, как эта, у Ивена не было никогда. Даже во время тренировок на Луне, когда им приходилось преодолевать опасные каменные ущелья, взбираться на кратеры, то снижая, то увеличивая скорость и все это время стараясь удержать равновесие. Это была совсем другая обстановка. Без подбадривающих голосов наставников, без радостного чувства соревнования. Энергетические уровни подходили к критической отметке, на руках был контуженный Джосс, по пятам следовала смерть.
Разрывы снарядов становились все тише. В танке пока еще могли видеть Ивена, но точность наводки резко падала с увеличением расстояния между ними. И он продолжал свой сумасшедший марафон.
Наконец наступил момент, когда очередной вражеский снаряд просвистел высоко над головой и разорвался далеко впереди.
– Вперед! Вперед! – весело крикнул Джосс, как болельщик, подбадривающий бегуна во время гонки. Ивен бежал. Он уже освоился с местностью. Вообще-то каждый участок планеты имел свои особенности и требовал времени на приспособление. Вся поверхность была усеяна средних размеров валунами и мелкой галькой, и Ивен, предварительно оценивая высоту камней, выискивал глазами свободные участки и перескакивал с одного на другой, стараясь не отклоняться от выбранного направления. Совсем так же ребенок, переходящий ручей, прыгает по выступающим камням.
Ивен старался извлечь выгоду из низкой гравитации и заставлял сервомеханизмы энергокостюма работать с высшей эффективностью, экономя энергию и не подпрыгивая выше, чем требовалось. Скорость, только скорость решала все…
– Хорошо, – проговорил Джосс, похлопывая его по плечу. – О'кей. Теперь повернись на девяносто градусов. Наше поселение находится в шести километрах прямо по курсу.
Ивен повернулся, пригнулся немного и помчался, как кенгуру.
– Слушай, а что это за местечко? – спросил он у Джосса.
Джосс прыснул, издав нечленораздельный звук.
– Ты не поверишь, но оно называется Красный Скиталец.
– Ну и ну. Добавь еще: из Красного Рассвета.
Джосс снова рассмеялся:
– Давай, давай вперед.
Через полторы минуты они увидели поселение. Это был обычный для Марса купол, наполовину скрытый под землей, удивительно большой для такой пустынной местности.
– Кто здесь живет? – спросил Ивен.
– Надпись утверждает: К.Даунинг.
Они замедлили движение, остановились перед куполом, и Ивен опустил Джосса на землю. Оба они с трудом отдышались.
– Я, должно быть, совсем не в форме, – с раздражением подумал Ивен. – Но иначе я не смог бы продержаться в этой гонке…
Кодовый замок воздушного шлюза не работал. Джосс забарабанил по двери кулаком.
Ответа не последовало.
– Ну, давай же, давай! – бормотал он.
Изнутри послышались шипение и скрип. Потом шипящий звук возобновился. Кажется, открывали внешнюю перегородку шлюза.
На пороге они увидели женщину. Она успела надеть лишь половину ЗСЖ. Впрочем, на короткий промежуток времени это было достаточно безопасно. Внизу просматривались полы скромного ситцевого платья, а на ногах пушились мягкие спальные тапочки.
– Входите! – пригласила их радушная хозяйка.
Они поспешили внутрь.
– Мэм, – обратился к ней Джосс, – мы из Солнечной Полиции. Вы разрешите воспользоваться вашим телефоном?
Внешний шлюз закрылся, открылся внутренний, и леди жестом пригласила их внутрь помещения.
– Конечно, мальчики, входите и пользуйтесь. Я могу что-нибудь сделать для вас, пока вы пробудете здесь?
– Неплохо было бы вызвать вооруженный дивизион, – проговорил Ивен, – но Джосс торопливо прервал его.
– Нам нужен только телефон, мэм… а потом нам нужно срочно покинуть вас. Нас преследуют люди, которые не остановятся перед убийством и разрушением жилищ.
Леди сняла с себя ЗСЖ. Ее лицо, испещренное морщинами, как у кукол, которых продавали туристам в Велесе, светилось каким-то озорным взглядом, а на голове мерцала пышная копна серебристых волос.
– Сюда, сынок, – сказала она Джоссу, указывая на стол позади кушетки.
Ивена удивило необычное убранство помещения. Купол постройки был сделан из полупрозрачного материала устаревшего геодезического типа. Отовсюду свисали растения, зеленые, цветущие. Здесь была даже виноградная лоза, а плющ, густой и тяжелый, поднимался вверх по стенам. Пол устилали восточные ковры, а на небольшом диванчике в углу лениво потягивалась кошка с изумрудными глазами. Она сонно посмотрела на Ивена и мяукнула, потом, играючи, перевернулась на спинку и шевельнула хвостом.
Джосс склонился над аппаратом связи и стал набирать код доступа.
– Какой номер? – спросил он у Ивена.
– 440302886.
– Понял.
Ивен воспользовался паузой, осторожно протянул руку и погладил кошку, потом подошел к Джоссу. Тот вручил ему трубку. Связь устанавливалась.
Ивен заметил, с каким удивлением Джосс осматривается вокруг, и увидел, что кошка трется о его ноги.
– Она думает, что ей дадут что-нибудь съестное, – сказала хозяйка. – Она всегда так делает, когда у нас гости. Это единственный способ удержать ее от того, чтобы она не залезла в вашу тарелку. Лили! Прекрати и не будь такой бесстыдницей!
Но Лили продолжала. Послышался щелчок в приемной трубке.
– Сайденхем на связи, – произнес женский голос.
– Говорит офицер солнечного патруля Глиндоуэр Э.Г. Au secours! Au secours! Требуется незамедлительная вооруженная поддержка. Наши координаты… – Джосс пододвинул ему экран, на котором светились необходимые цифры. – ХДЗ 40558 ЛКИ 4401 9. В западном направлении ищите пассивный трекер! Нас преследует неизвестное передвижное средство, оснащенное плазменным оружием огромной мощности. Имеются доказательства, что оно сбило два патрульных крейсера, разрушило частные постройки и угрожает местным жителям. Вызываю командора Крис Хантли! Подтвердите!
– Подтверждаю. Координаты ХДЗ 40558, ЛКИ 4401 9, курс на запад к пассивному тренеру… – произнес очень удивленный голос.
– Остановитесь для фиксации расчетного времени прибытия.
– Не можем, – отрезал Ивен. – В данный момент находимся на частной территории и вынуждены покинуть ее, чтобы предотвратить разрушения. Конец связи!
– Конец связи, – произнес женский голос, и Ивен положил трубку.
– Все. Пошли.
– Вы уверены, что не хотите сэндвич? – спросила хозяйка.
– Миссис Даунинг, – ответил Джосс, – мы, конечно, очень хотим сэндвич, но не можем позволить себе и секунды промедления. Может быть, как-нибудь в другой раз?
– Молодежь всегда так спешит! – вздохнула миссис Даунинг. – Хорошо, хорошо, идите. Увидимся позже.
Теперь Лили ласкалась уже к Ивену. Он погладил ее и поспешил к выходу.
– А вы будете там в безопасности? – спросила миссис Даунинг.
– Не знаю, мадам, – ответил Ивен, – но рассчитываю на это. – И они с Джоссом исчезли в воздушном шлюзе.
Опустившись снаружи, Ивен вновь сгреб Джосса обеими руками.
– Так, а куда ведет выбранный нами курс? Ты случайно не проверил?
– Подальше от нашего друга и поближе к Полосе. Скорее всего, у нас там будет неплохая компания. А в компании все же меньше вероятности быть убитыми.
– Ты думаешь? – усмехнулся Ивен, подпрыгивая и набирая скорость. Он весь покрылся потом, который уже начинал просачиваться в нервопласт энергокостюма. «Ведь только вчера поменял его!» – с горечью подумал он, но отбросил неприятную мысль и сконцентрировался на том, чтобы побыстрее удалиться от жилища миссис Даунинг. – Так ты думаешь, что наши «разработчики мхов» окажутся там?
– Скорее всего. В любом случае, стоит попробовать двигаться в том направлении. Как ты думаешь, сколько времени займет дорога из Сайденхейма?
Ивен не успел задуматься, потому что пришлось прыгнуть в сторону: слева красной огненной вспышкой разорвался снаряд.
– Дьявол! Они снова окружили нас! – воскликнул Джосс.
– Главное то, что они не заинтересовались жилищем миссис Даунинг.
– Я тоже надеюсь на это. Так как насчет расчетного времени прибытия?
– Штаб-квартира штурмового отряда примерно в трехстах километрах отсюда. Если они поторопятся, то, может быть, минут через двадцать будут здесь. Скажем, через полчаса.
– Как долго! – уныло протянул Джосс, – а что там с твоим уровнем энергии?
Ивен бросил взгляд на встроенный в шлем дисплей. Энергии осталось немного, правда, предупреждающие красные полосы еще не появились, но этот момент был близок.
– Должен успеть.
Джосс немного занервничал при звуке его голоса.
– А жизнеобеспечение?
– О, дышать-то я смогу, не волнуйся, а вот бежать – нет.
Джосс ничего не ответил.
– Ты и миссис Даунинг, – проговорил Ивен, – меня просто поразили. Сэндвичи! Я думал, ты ответишь ей, что тебя скоро стошнит.
– Несомненно… Но попозже. Черт!
Ивена качнуло взрывной волной, но он сумел устоять на ногах. Лицо Джосса побелело: снаряд, который, казалось, летел прямо в него, ударил в скалу всего в нескольких метрах над головой.
– Этим ребятам полегчало, что ли? – спросил он.
– Будем надеяться, что это случайность, – озабоченно ответил Ивен и начал уделять больше внимания маневрированию при движении.
Он снова побежал, петляя среди валунов. Ивен был смущен, расстроен и испуган одновременно. Смущен, потому что ему пришлось просить о помощи, расстроен, потому что его использовали как мишень для стрельбы, испуган за Джосса еще в большей степени, чем за себя.
– Нет, это просто не мой день сегодня, – огорчился он.
Но времени даже на такие грустные раздумья не было. Лучше сконцентрироваться на дороге, на снарядах, на удержании равновесия…
Цвет поверхности начал меняться на темно-красный.
– Хорошо, – заметил Джосс, – выходим на Полосу. Продолжай двигаться вперед. Шанс всегда есть, – он помолчал немного, потом добавил: – Кстати, а что это был за всплеск французской речи там, в помещении?
– Французской?
– Au secorus…
– Ах, это! Это старинный позывной. По-французски означает просто «на помощь», а в среде военных «помогите, я застрял»!
– Понятно, секретный пароль.
Ивен отступил влево и, кажется, сделал это вовремя, потому что секундой позже сквозь то место, где он только что стоял, просвистел очередной снаряд и, встретив на пути валун величиной с двухэтажный дом, расколол его на части.
– Как бы то ни было, это – идентификатор, – продолжал Ивен. – Будем надеяться, что исключительная важность нашего послания поторопит их. Хей! – На большой скорости он запрыгал вперед.
– Что-нибудь увидел?
– Похоже, прямо по курсу – буровая установка. Свидетели, которые нам так требовались. За ней, по крайней мере, можно будет укрыться.
Ивен недовольно проворчал. Он не был уверен, что от рельсовой пушки можно было где-то укрыться. Но, ничего не сказав, тяжело вздохнул.
Свист пролетающих снарядов стал раздаваться все чаще.
– Расстояние сокращается, – с тревогой думал Ивен. – Они специально берегли энергию для решающего броска. О, дьявол! – его собственный энергокостюм все терял и терял энергию. Ситуация не из приятных.
Он подключил систему усиления просмотра и глянул на буровой комбайн впереди. Недалеко был еще один. Оба они двигались. Ивен усмехнулся:
– Увидел что-то забавное? – поинтересовался Джосс, – так поделись со мной! – он не договорил и насторожился.
– Да, даже слишком забавное, – сказал Ивен и уже не мог сдержать приступ смеха. – Эти твои приятели, которых ты отпустил… они снова раскапывают Полосу!
– Что? – вскричал Джосс в ярости. – После всех моих предупреждений, после того, как я поделился с ними кое-какими секретами…
– Вероятно, твои инструкции были чересчур запутанны?
– Почему же, я…
– Ты им слишком сочувствовал, – заметил Ивен и снова посмотрел на машины. Одна из них – та, которая была без экипажа и работала в подчиненном режиме, находилась ближе к ним. Можно было попытаться на некоторое время укрыться за ней.
– Держись крепче, – сказал он Джоссу, – здесь мне надо немного прибавить. Уровень жидкости для прыжков снижается.
– Хорошо, я готов, – ответил Джосс.
Ивен устремился к ближнему буровому комбайну. Удивительно, какими маленькими выглядели эти машины с высоты, – а на поверхности они казались просто огромными. Скажем, этот комбайн нельзя было бы пригнать в Томстоун. Он бы полностью накрыл собой городок, за исключением, может быть, незначительного участка. За ним действительно можно будет укрыться, хотя бы на несколько минут.
«О, Крис, Крис, давай же, прилетай скорей»! – подумал он и бросился в тень бурового комбайна. Машина прикрыла их с Джоссом своей десятиэтажной громадой, медленно продвигаясь в запрограммированном направлении. Ивен осторожно продвинулся вместе с ней, думая о том, когда же она, наконец, закроет их от преследователей.
Очередной снаряд ударил в корпус бурового комбайна, и он загорелся.
Ненадолго, конечно. В отличие от земных условий, кислорода для поддержания горения явно не хватало. Место, куда ударил снаряд, тут же оплавилось, и образовалась большая пробоина. Кажется, еще была повреждена и система навигации: комбайн, как бы раздумывая, застыл на минуту на месте, а потом стал поворачиваться.
Ивен отпрыгнул в сторону. Еще один снаряд, а за ним и другой, попали в корпус бурового комбайна. У Ивена не осталось выхода. Если он выскочит на открытое пространство, огонь «танка» направится на другой комбайн, на тот, в котором находятся их «друзья» во главе с де Куиперсом. Оставаться на месте тоже было нельзя: подбитая и лишенная управления машина могла смять его…
Он поставил Джосса на землю.
– Беги!
– Бежать? Здесь? Ты спятил! Но куда?
– Просто беги!
Джосс посмотрел на Ивена, как на умалишенного, и, вздохнув, вытащил из кобуры ремингтон.
Ивен знал, что значит общаться с человеком, у которого с головой не в порядке.
– Кажется, я тоже начинаю терять рассудок. Как я мог сказать такое? – он снова подхватил Джосса, на этот раз под мышку, как сверток, и помчался в сторону, удаляясь от обоих буровых комбайнов. Выбора не было, оставалось только бежать.
– Но долго мы так не продержимся!
Снаряд ударил совсем рядом с Ивеном, и большой кусок от разорвавшегося валуна с полтонны весом стукнулся о его левую ногу. Раздался скрип, потом запищал сигнал перегрузки, и сервомеханизмы левой ноги энергокостюма вышли из строя. Ивен, раскинув руки, упал прямо на Джосса, но в последний момент сумел опереться локтем о землю, чтобы не повредить напарника. Сам он не пострадал – сервомеханизмы все-таки спасли его от травмы, хотя сами были безвозвратно потеряны. Он попытался уцепиться за что-нибудь, чтобы подняться, но никак не мог.
И вот тогда он увидел это: странный изогнутый облик, выступающий из-за горизонта.
«Купол постройки»? – подумал он, но потом заметил, что оно движется. Движется быстро, поднимаясь из-за линии горизонта: огромная округлая форма, сверкающая серебром, похожая на невероятных размеров яйцо с причудливыми наростами и выступами. На одном из выступов внизу блеснул свет, настолько яркий, что даже сквозь поляризованный шлем было трудно смотреть. Что-то маленькое и темное отделилось от громады.
Яркий свет залил всю поверхность.
Ивен боролся со своими ногами. Левая нога так и не действовала, и он пытался балансировать на правой.
Джосс поднялся с земли и тоже посмотрел на небо, вглядываясь в очертания громадного летательного аппарата, двигающегося в их направлении. Его размеры просто потрясали.
– Нравится? – тихо спросил Ивен.
– Нравится? Да я бы женился на ней! – выдохнул Джосс. И засмеялся: – Если бы королева всех пасхальных яиц собралась на войну, она выглядела бы примерно так.
– Смотри только, чтобы Крис не услышала об этом, – сказал Ивен. – Этот линкор называется «Арнхем».
Они стояли на месте и ждали, любуясь зрелищем. В нижней части крейсера открылся отсек, откуда мягко выскользнул небольшой шаттл и приземлился рядом с ними.
Джосс выглядел обеспокоенным, и Ивен, взглянув на его лицо, понял почему.
– Эта малютка, – воскликнул Джосс, – имеет больше пушек, чем «Ноузи».
– И это, конечно, тебя задевает, – хмыкнул Ивен.
Дверь шаттла открылась, и в Шлюзе показалась фигура в таком же энергокостюме, как у Ивена, только гораздо более новом и мощном.
– Это вы, ребята, вызывали Трипл-А?
– Так точно! – весело сказал Ивен.
Джосс помог ему доковылять до шаттла и пролезть через люк внутрь. Увидев леди в энергокостюме, Джосс галантно заявил:
– Я хочу, чтобы вы знали, что я беру обратно все плохое, что я когда-либо высказал в адрес Космических Сил.
– Спасибо, а то про нас такое сочиняют, что прямо уши вянут! – ответила Крис Хантли. – Ну что же, мальчики, устраивайтесь поудобнее и давайте проведем небольшой военный совет.

8

Джосс услышал привычный перезвон сигналов оповещения, когда «Арнхем» входил в зону слепой посадки Томстоуна, и распрямился в кресле.
– Командор Хантли, – сказал он, – прежде, чем мы сядем, я хотел бы попросить вас совершить облет и осмотр местности. Низко и медленно.
– Нет ничего проще, – ответила она, сказала несколько слов в персональное переговорное устройство, а затем посмотрела на Джосса.
– Терри желает знать: насколько низко, насколько медленно и сколько проходов?
– Пятьдесят метров, двести узлов максимум и четыре прохода.
Ивен стоял рядом. Он был в футболке и шортах. Энергокостюм у него забрали и передали для ремонта офицеру по обслуживанию вооружений. Ивен кивнул Джоссу. Кажется, тот думал о том же:
– Хочешь попробовать термическое прощупывание? – спросил он.
– Термический и инфракрасный поиск, датчики перемещения, – все, что есть. Мне нужно знать, кто находится в своем жилище, а кто нет, – с этими словами Джосс сделал оборот в кресле, повернул несколько рычагов на панели сканирования и стал наблюдать за появляющейся информацией.
Комплект датчиков, которыми был оснащен штурмовой линкор «Арнхем», не был таким современным и изящным, как на «Ноузи», но нехватка изящества с лихвой окупалась мощностью. Система была спроектирована так, чтобы можно было локализовать противника сразу же после того, как тот предпринял первый шаг, и избежать при этом обнаружения. Обычный жилой район, такой как Томстоун, вообще не представлял никаких трудностей. Джосс закончил с градуировкой и передал координаты в память компьютера.
– Проблема состоит в том, – сказал он, что двадцать невинных людей ранены и попали в госпиталь, трое находятся в морге, и один Будда знает, сколько семей собрали пожитки и ушли отсюда. После приземления нам с тобой надо будет сходить в офис шерифа. У Штек, наверное, найдутся списки городских жителей, а я хочу пробежаться по ним, чтобы знать, кто и где находится.
– А сколько виновных людей, по твоему мнению, вылетело отсюда за последние двадцать четыре часа?
– По моим подсчетам – двенадцать человек. – Джосс взглянул вниз, на инфракрасный сканер. – Если бы на Марсе было потеплее, жилища не остывали бы так быстро. А в нашей ситуации кривая распада дает позитивный отсчет, может быть, на восемнадцать часов или даже меньше, но все равно это является свидетельством чьего-то присутствия в помещении. И я не стал бы отбрасывать даже самые слабые уровни инфракрасного излучения.
– Понятно. Кстати, мне нужно переговорить с Лукрецией.
– Ты… сам?
– Боюсь, что да. Нам понадобится тяжелая огневая поддержка, когда мы обнаружим, где скрываются наши друзья из Красного Рассвета. И хотя Крис и остальные тоже хотят…
– Чисто из эгоистических соображений, Глиндоуэр, ты же знаешь! – засмеялась Хантли. – Вы, сопы, единственные парни, которые в эти дни занимались настоящим делом. А я не прочь присоединиться.
– Командор Кристина Хантли – леди до мозга костей, – сказал Ивен. – Ей бы еще только красивые командорские усы!
– Он поспешно отскочил в сторону, когда она легонько стукнула его своей облаченной в металл рукой, но улыбаться не перестал. Ивен опять повернулся к Джоссу.
– Теперь ты понимаешь, что мне нужно поговорить с Центром, чтобы уладить этот вопрос?
– Угу, – согласился Джосс. Сейчас он согласился бы на что угодно, потому что сосредоточил внимание на сканере и отключился от всего, что происходило вокруг. Его пальцы плясали по клавиатуре, и он был вполне доволен тем, что снова с головой ушел в работу. Еще задача значительно осложнилась бы, если бы датчики сканирующей системы «Арнхема» были настроены на противопехотное оружие. Тогда им предстоял бы еще один веселый денек, каких у них с Ивеном на Марсе уже было немало.
Он сообразил правильно. Не обращая внимания на разрушенные здания, в которых уже никого не было, он исследовал несколько уцелевших и недавно покинутых построек. Термальный и инфракрасный анализы элементарно обнаруживали разницу между домами, которые только что покинули владельцы, и теми, которые пустовали уже давно. Если хозяин выходил, например, в бар, чтобы утопить там свои горести, или еще куда-то, то он или она обязательно оставляли работающим контролер окружающей среды, так что купола, несмотря на их теплоизоляционную оболочку, излучали излишки различимого тепла. Многие жилища были холодными: их излучение не оставляло никаких следов на экране. Если бы в домах, излучение которых было слабым, находился человек в ЗСЖ, пусть даже мертвый, его очертания могли быть различимы. Но ничего подобного им обнаружить не удалось.
– Господи! – воскликнула Крис Хантли. – Когда вы сказали мне, что это местечко немножко потрепали, то не сообщили и половины всей правды. Это выглядит так, – она поколебалась минуту, словно чего-то стесняясь, – как будто все сделано хорошо обученным военным персоналом.
– Должно быть, Крис, – отозвался Ивен. Он уже насмотрелся на эти разрушения день назад, когда они с Джоссом прилетели из Велеса, – Сыны Красного Рассвета играют в грубую игру, и неизвестно, как им удается выжить.
– Если окажется, что среди них есть бывшие члены Трипл-А, – добавила Хантли, – они будут иметь дело со мной.
Джосс почувствовал, как у него дернулась кожа на затылке от холодного и беспристрастного тона ее голоса. Впасть в ярость было бы легче, но, кажется, персонал Штурмовых Бронедивизионов Космических Сил, был хорошо натренирован и сдерживать свои эмоции, и правильно строить речь. Ведь лишние слова тоже приносили вред, иногда даже непоправимый.
– Хорошо, Командор, – сказал, наконец, Джосс. Я, в принципе, получил ту информацию, которая мне была нужна. Мы можем садиться.
– Отлично, – ответила Крис.
Подошел офицер связи и сказал:
– Мэм, Чарли сообщил, что энергокостюм офицера Глиндоуэра проведет не менее недели в отделе технической реабилитации. Сервомеханизмы в плохом состоянии и требуют замены, а у нас в данный момент нет в наличии необходимых электронных и гидравлических запчастей.
Крис недовольно подняла брови:
– Что ж, в таком случае мы дадим тебе ЗСЖ-комбинезон, – сказала она, обращаясь к Ивену. – Не думаю, что стоит ждать целых полторы недели, пока твой энергокостюм переправят на Луну, а оттуда пришлют новый, – она усмехнулась: – А может быть, нам удастся где-нибудь поблизости раздобыть энергокостюмчик, который будет тебе впору…
Джосс наблюдал за лицом Ивена. Оно излучало странную смесь нерешительности и рвения.
– Вот как, – сказал напарник, – что ж, хорошо.
Крис отвернулась и стала наблюдать за посадкой.
Джосс на секунду представил себе потрясенных жителей Томстоуна, увидевших посадку огромного линкора на остатки своего посадочного комплекса. Даже огромный кратер посередине площадки, оставшийся от взрыва, не мог послужить помехой для приземления: огромный корабль просто не мог почувствовать его. Кроме тех, кто уже покинул поселение, Красный Рассвет, скорее всего, оставил в Томстоуне, по крайней мере, одного из своих шпионов, и если бы тот в панике попытался сбежать, с помощью приборов инфракрасного видения можно было бы без труда обнаружить это.
– Кстати, нужно сделать еще кое-что, – сказал Джосс. – Не могли бы вы одеть парочку ваших людей в энергокостюмы и выставить их в качестве охранников на парковочной площадке, пока мы будем осматривать город?
– О, можете не беспокоиться, под пушками «Арнхема» не стоит ничего опасаться. Я вас заверяю в этом.
– Меня не это беспокоит, Командор. Я хотел бы, чтобы жители этого городка знали, что мы не собираемся шутить с теми, кто разрушил их дома. Может быть, этим шагом мы спровоцируем и реакцию того марсианина, который все еще прячется здесь и наблюдает за нашими действиями. Он и его коллеги, – Джосс насмешливо улыбнулся, – возможно, рассчитывали, что сюда прибудет большое число полицейских, во всяком случае после того, как они расстреляли город и сбили наш «Ноузи». Я на их месте подумал бы об этом. А они увидят нас не только живыми, но на этот раз еще и с большой вооруженной поддержкой. Нам нужно побольше людей. И желательно – в энергокостюмах.
– Мне нравится твой напарник, – бросила Хантли Ивену. – У него пытливый ум.
– Поэтому я и взял его в напарники, ведь я слишком честен, прямолинеен и открыт, – засмеялся тот.
– Да, это именно так. Что касается вас, офицер О'Баннион, обращайтесь ко мне просто Крис, без «Командор». Я думаю, вы сообразите, в какой ситуации ко мне нужно обращаться по званию, но сейчас – просто Крис. О'кей?
– О'кей, Крис. Записано и внесено в вахтенный журнал, – улыбнулся Джосс. – Теперь о другом. Вы не могли бы оставить кого-нибудь на пульте связи, вдруг обнаружатся люди, следящие за нами?
– Нет ничего проще. Майк, я думаю, уже справился со своей работой и вполне может этим заняться. Хорошо, Майк?
Офицер связи за переборкой приподнялся со своего места и поднял большой палец.
– Только не сейчас. А что от меня требуется?
– Фиксировать на мониторе все, что увидишь, и записывать.
– Понял. Если хотите, могу провести трассировку всех доступных спутников связи.
– Отлично, – сказала Крис.
Ивен угрюмо усмехнулся:
– Ты представляешь, Крис, эти ублюдки стреляли в нас во время обеда в Сихуане. Помнишь этот ресторанчик?
Крис Хантли явно оскорбило услышанное.
– После! Ну, это я могла бы простить. Но во время обеда – это просто отсутствие воспитанности и хороших манер.
– Об этом я как-то не подумал. А здесь они попытались нас взорвать, сбили корабль, а главное – сумели вконец расстроить наш отпуск. И я хочу, как можно скорей разъяснить кое-кому, как я этим раздражен, и если ты и остальные из Трипл-А получат разрешение от моего босса, я думаю, никто не откажется поучаствовать в этом.
– Он надел ЗСЖ-комбинезон и последовал за Джоссом к воздушному шлюзу.

Гельвеция Штек зло посмотрела на них, когда они вошли в здание полицейского управления, а точнее, в его развалины. Здесь было уже чуть-чуть прибрано. По крайней мере, обугленный хлам, который раньше был разбросан по всему полу, был собран в одну бесформенную кучу.
– Вы опять здесь! – сказала она. Сейчас в ее голосе было чуть меньше злости, но скорее это было результатом усталости, а не внезапного приступа доброты. – Что теперь?
– Офицер, – обратился к ней Джосс, сохраняя официальный тон, – нам нужны самые свежие копии переписи местного населения, а так же список всех убитых, раненых, оставшихся без крова во время последнего налета преступников.
Штек долго смотрела ему в лицо, как будто хотела что-то на нем прочитать. Ее собственное лицо сохраняло все то же изможденно-жесткое выражение, но Джосс надеялся, что на этот раз она воздержится от грубых замечаний. Ивен уже оправился от приступа депрессии, а Джосс – пока нет, и острое чувство тоски только усиливалось, когда он видел опустошения, принесенные Красным Рассветом.
Когда Штек, покопавшись в спасенных от пожара и бессистемно сваленных в картонный ящик документах вернулась, у нее в руках была тонкая, со слегка опаленными краями пачка бумаг и еще один написанный от руки листок, на котором были видны очень свежие следы перечеркиваний и правок.
– Еще двое умерли, – сказала она. – Один – прошлой ночью, другой – сегодняшним утром. Желаю приятно провести день.
С тех пор, как они покинули «Арнхем», Ивен не промолвил ни слова. Было ясно, что его состояние не изменится до их возвращения на линкор. К счастью, офицер Штек не испытывала больше желания поболтать с кем-то из патрульных, а тем более с бойцом энергодивизиона, лишенным своего впечатляющего костюма. Кроме того, ее нисколько не интересовало, для чего это вдруг Ивену и Джоссу понадобились списки населения.
Тишина, сгустившаяся вокруг, хотя и действовала Джоссу на нервы, все же была безопасна. Они с Ивеном давно чувствовали ответственность за возможные просчеты и договорились действовать как можно более осторожно по отношению к представителям Межпланетного Полицейского Управления. Одно дело – легкое беспокойство по поводу взяток, даваемых контрабандистам полицейским, совсем другое – когда в преступный бизнес вовлечена крупная корпорация, осуществляющая закупки суперсовременного вооружения, занесенного в секретные списки.
Организация с такими деньгами и ее идеология фальшивого патриотизма, которую она пыталась посеять среди людей, делало Красный Рассвет гораздо более опасным, чем очередная шайка гангстеров. Для них было достаточно просто привлечь на свою сторону людей. Людей, которые еще никогда не брали взяток и не просили подаяния, людей, недовольных своей жизнью из-за каких-то сложных обстоятельств или попросту завидующих тем, кому, по их мнению, выпало больше милостей.
Любого полицейского из МПУ, который косо смотрел на представителей Солнечного Патруля, уже можно было подозревать, а Джосс с Ивеном на каждом шагу встречали таких во время этого расследования. Представление о Марсе – планете тех, кто трудился, проливая пот, чтобы сделать принявший их мир годным для нормальной жизни, была сладкой и недостижимой мечтой. Эта планета завлекла слишком большое количество мрази, для которой идеализм был только средством управления другими людьми.
Жестокость была тут постоянным явлением. Она превращала в изгоев тех, кто родился вне Марса. «Немарсиан» заставляли носить значки их родной планеты для того, чтобы их можно было легко отличить от коренных жителей.
Джосс поежился от холода и включил нагреватель своего ЗСЖ-комбинезона.

Когда они вернулись на линкор, Майк помахал им рукой:
– Послание для вас обоих, – сказал он без особой радости, а потом добавил: – Не думаю, что это хорошие новости.
Ивен заволновался:
– Это от Лукреции, – сказал он. – Она, вероятно, уже узнала, во сколько обойдется ремонт «Ноузи».
– Вряд ли. Я еще не составлял оценочный отчет. Пошли, а то простоим тут весь день. Хуже, чем было до этого, уже не будет.
– Ты так думаешь? – усомнился Ивен.
Коммуникатор «Арнхема» был сопряжен с СП-декодером «Ноузи», и твердая копия послания уже лежала на входе печатающего устройства. Ивен взял ее в руки, посмотрел, потом очень осторожно положил на то же самое место, как будто хотел быть первым, прикоснувшимся к ней пальцами.
– Это отзыв. Лукреция передает наше дело под юрисдикцию МПУ.
– Что? – Джосс схватил лист и впился в него глазами. – Но она не может так поступить! – даже произнося эти слова вслух, он понимал всю их бесполезность. Лукреция могла сделать это и после того, как он пробежал глазами немногословное сообщение, он понял, что она не только могла, она на самом деле сделала это. Послание гласило:

Я РАССМОТРЕЛА ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ НА МАРСЕ. В ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ РАЗОЧАРОВАНА ОТСУТСТВИЕМ ПРОГРЕССА В ЭТОМ ДЕЛЕ. НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕДАЙТЕ ТЕКУЩИЙ МАТЕРИАЛ В ШТАБ-КВАРТИРУ МПУ В ВЕЛЕСЕ. ВЫ ОБА ОТСТРАНЕНЫ ОТ ДАННОГО ДЕЛА И ВЫЗЫВАЕТЕСЬ НА ЛУНУ СРАЗУ ПО ПОЛУЧЕНИИ ДАННОГО ПОСЛАНИЯ.
Л.ЭСТЕРГАЗИ. КОМИССАР ЗОНЫ. СП ЛУНА.

– Вот так, значит, – тихо проговорил Джосс, испытав благоговейный страх перед тоном послания. – Игра окончена. Она, должно быть, просто в ярости.
Ивен посмотрел на напарника и не стал его разубеждать. Он сам был шокирован полученным отзывом.
– У меня было чувство, что мы должны были раньше сообщить ей о Сынах Красного Рассвета, – хмуро сказал он, – но разве я что-нибудь предпринял? Нет… «Отложи это, пока не раздобудем что-нибудь поконкретнее, Глиндоуэр. Этим ты сразу впечатлишь босса, – говорил я себе. – Ну – отложил».
– Надо сейчас же связаться с Луной, – предложил Джосс. – Сделай это ты. Признай все ошибки, а потом объясни, почему мы не можем этого бросить.
Джосс понимал всю бесполезность таких действии. Лукреция подписалась не просто как «Комиссар», а как «Комиссар зоны». Это означало, что не будут приниматься во внимание никакие извинения, никакие аргументы, никакие самые веские причины; это означало, что надо сделать так, как приказано, или распрощаться со своей карьерой. Если они хотели оспорить какие-то детали, то могли сделать это только на Луне, по другую сторону ее кабинетного стола. Попытка осуществить это с большего расстояния грозила только новыми неприятностями.
– Джосс, ты же знаешь, что я не могу этого сделать, – печально улыбнулся Ивен. – Не можешь и ты тоже, поэтому не смотри на меня так.
– Гм… Я просто предложил, – Джосс напряженно пытался найти хоть какую-то лазейку, глаза его слепо смотрели в темноту холодного экрана. Потом Джосс снова ожил и, что-то придумав, щелкнул пальцем. – Но вот что мы можем сделать, даже должны сделать, так это выслать сообщение о том, что произошло с «Ноузи», и как бы случайно включить туда все, что обнаружили в данный момент. А затем мы сходим в отдел техреабилитации и попросим ребят работать очень медленно, так что у нее появится уйма времени для того, чтобы передумать.
Ивен помолчал несколько секунд и рассмеялся:
– Крис права, – выдавил он сквозь смех. – У тебя действительно очень пытливый ум.
– Я с ним в хороших отношениях, – ответил Джосс.
Текст послания взялся составлять Ивен. Все его жалобы на то, что ему смертельно надоело сочинять эту льстивую чушь, сразу полетели