его за шиворот, - ответила та. - Что тут непонятного?
Аурел скептически глянул на резидента - тот пульсировал, словно дышал. Сейчас он был похож на зерно чечевицы.
- Но какая аура! Такое впечатление, что это юзер в сети, а не просто программа! - продолжала говорить загадками Тири.
Аурел сконцентрировал внимание на энергопотоках. Внутреннее зрение включалось не сразу, а плавно, словно возникающее на белом листе фотобумаги изображение. Постепенно зеленоватые туманные «реки» густели и наливались интенсивной палитрой. Аурел окинул взглядом всю систему потоков, кровеносных сосудов любой компьютерной системы.
Вот рукав к процессорным полям, низковольтный, поэтому тоненький… вытекает (гм!) прямо из тела демонопобного резидента! Аурел отвесил бы челюсть, если бы ее имел здесь, в киберспейсе. Вот рукав к осциллятору… тоже растет из резидента! А форекс борды?
Тоже из резидента! Все компоненты борды брали энергию у этой чертовой чужой программы!
- Эй, Тири! - сказал Аурел изумленно. - Погляди энергопотоки! Только не падай потом, систему снесешь к едрене-матрене!
На изумрудные глаза спутницы мигом опустились затененные очки-звездочки, только без всякой оправы. Здесь им не нужно было на чем-нибудь держаться - могли просто висеть у глаз, потому что киберспейс не знает что такое гравитация.
Тири взглянула, но ответить не успела: мир стал медленно меркнуть, энергопотоки светлели, словно у резидента кончился заряд.
Аурел без раздумий вывалился в обычный мир - оказалось, он лежал на кровати, свесив ноги, обутые в старые кроссовки, с псевдодеревянной спинки. Левая нога затекла, под коленом саднило, видно Аурел ненароком ударился о твердый пластик. Тири сидела перед бордой, безвольно склонив голову на плечо. Впрочем, в следующий миг она вздрогнула и села нормально. Первым делом она взглянула на терминал - тот был мертвым, как и полагалось при отключенном питании.
- Дьявольщина! Ты видел? Эта программа сама подпитывала борду! - выдохнула Тири. Чувствовалось, что она под впечатлением.
- Видел… - глухо отозвался Аурел. - По-моему, это невозможно.
- По-моему, тоже. Впрочем, считается, что линковать человеческие мозги с сетью без мнемоюстов тоже невозможно. И тем не менее…
- Подожди, - Аурел рубанул ладонью воздух. - Ты хочешь сказать, что эта программа способна совершать некие осмысленные действия, что она разумна?
- Не обязательно. Она может быть обучающейся.
- Но тогда она не сможет подпитывать терминал, - отозвался Аурел.
- Почему? - не поняла Тири.
- Ядра обучающихся программ незамкнуты. Незамкнутое ядро не…
- Поняла, - оборвала его Тири. - Действительно.
Несколько секунд в комнате висела тишина, потому что даже сверхнапряженная работа мысли не рождает звуков.
- А у тебя есть идеи? - наконец спросила девушка.
- Нет, - ответил Аурел. - Впрочем, есть. Может, резидент служит просто ретранслятором?
- Ага. А борду подпитывает некий таинственный программер. Как там его? Бай, кажется.
Голос Тири был полон сарказма.
- Предложи что-нибудь получше, - огрызнулся Аурел. - Дай-ка лучше борду. Щаз я этого резидента ручками заломаю, по старинке…
Тири враз нахмурилась, вспомнив о проблемах реального мира.
- Некогда…
Аурел внимательно поглядел на нее.
- Что тебе сказал Камилл? И что тебя с ним связывает, кстати?
- У нас неприятности, - Тири встала. - Надо убираться отсюда.
- А подробнее?
Грустно взглянув в глаза Аурелу, она объяснила:
- Лощинин нанял киллера. Платонова. Знаешь кто это?
Аурел вздрогнул. Он знал.
И еще он знал, что у Платонова «Бас-Лоджик». А это значит, что за день Платонов проезжает вдвое больше, чем Аурел с Тири на «Квантумах».


~# root

~# root
~# stream 2/console 5
@comment: user Дмитрий Платонов
@comment: status civ
@net locate: Кипрово_4999117
Ветер врывался в полуоткрытое окно, шепча о чем-то своем, воздушном, но Платонову было глубоко наплевать - о чем там шепчет ветер. В окно он спроваживал окурки и изредка поглядывал. А песни его не задевали.
«Бас-Лоджик», прижатый антикрылом к почве, упруго рассекал плотные слои прогретого воздуха. Руль почти не двигался - автопилот сумрачно мигал фиолетовым глазком, следя за дорогой. Впрочем, следить особо было не за чем. Степь рвалась навстречу так рьяно, что рябило в глазах - машина шла, сжирая по триста пятьдесят километров в час. Человек нипочем бы не выдержал такой скорости, сидя за рулем, обязательно влетел бы в какую-нибудь микроскопическую неровность перегона и пошел бы кувыркаться в осатаневшем от скорости металлическом гробу, пока не рвануло бы горючее. И привет. А автопилот, тихое и практически никому не известное изобретение одного из клиентов Платонова (ныне, понятно, покойного) досталось в наследство и безотказно служило киллеру номер раз уже седьмой год. Осталось только не взвыть от скуки, бездельничая в роскошной кабине «Бас-Лоджика». Зато можно было не терять времени ночью - автопилоту совершенно параллельно время суток. Равно как и время года, что тоже немаловажно.
Вряд ли мотоциклисты делают хотя бы по сто километров в час. Мегаметр-полтора в сутки - их предел. Платонов легко делал восемь. На старте его от клиентов отделяло мегаметров тридцать. При самом неудачном раскладе он должен догнать сладкую парочку - ковбоя и его подружку - за семь-десять дней. Но эти семь-десять дней нужно высидеть в кабине, взирая на опостылевшую степь, что окружала путника на перегоне. Спать или хлебать кофе - на деле Платонов забывал об алкоголе. Слушать Кочеткова или Митяева. Смотреть футбол. Но лучше - спать.
Платонов дремал, откинувшись на спинку водительского кресла. Когда прозвучал вызов он лишь едва заметно шевельнул бровью. На вызов отвечать он никогда не спешил - пусть звонящий помается, понервничает. Глядишь, и стрясти с него больше удастся.
Наконец он лениво, словно бы даже раздумывая - стоит ли? - потянулся к панели справа от руля, хотя никто не мог его видеть. Вторую натуру не победить…
- Ты кто?
- Лощинин! - тотчас отозвался бластер знакомым голосом. Только после этого Платонов включил изображение, положив предварительно руку на руль, ибо не хотел, чтоб об автопилоте узнал кто-нибудь посторонний.
- Мы их засекли! - Лощинин частил. Платонов чувствовал, что разговаривать с ним Лощинин не любит и старается поскорее разделаться со всеми делами.
Напрашивался вопрос: «Где?», но Платонов, конечно же промолчал.
- Они добрались до перегона, наконец-то… Есть такой городишко - Мелекесс. Знаешь, где это?
Платонов фыркнул. На перегоне не так много городков - меньше тысячи. Тем не менее, он знал обо всех и держал в голове план каждого. Не зря же он считал себя профессионалом. Впрочем, что значит - считал? Платонов и был профессионалом, причем - лучшим.
- Я не понял, что у них там происходило, но минут пять терминал Слайдер-восемьдесят восьмого проработал. Кажется, у них был какой-то кривой коннект не пойми с кем. Во всяком случае, Злыдень с Энди не смогли отследить с кем коннектился Фриппи - логи оборваны. И еще, - Лощинин хихикнул, - кажется, к ним пробрался вирус. Короче, они с ним боролись, а Злыдень тем временем шастал около и держал свой компьютерный нос по ветру. Сейчас я тебе его дам, послушаешь сам…
Платонов кивнул. Изображение Лощинина в голокубе уменьшилось и уехало в левый верхний угол; в центре и справа раскрылись окошки терминалов Злыдня и Энди Трушина.
- Привет, - поздоровался Энди. Злыдень просто кивнул.
- В общем, я мало что понял, - честно признался Злыдень. - Иногда мне кажется, что я снова стал радостным и лопоухим чайником.
Платонов подозрительно поглядел на него. Если Злыдень, легендарный в сетях .41, говорит, что мало что понял, значит дело и впрямь нечисто.
- А поконкретнее? - уточнил Платонов невозмутимо.
- Ну, например: это был не диал-коннект через ближайший ретранслятор, если, конечно верить тем обрывкам логов, что я сумел наскрести. Но это не был и коннект посредством стандартной волоконки - волоконкой наши лучшие друзья вообще, кажется, не пользуются. Правильно - дураками их назвать никак нельзя… хотя некоторые их действия, мягко говоря, труднообъяснимы.
- Треки? - напрямую спросил Платонов.
- Треки в том числе, - подтвердил Злыдень.
Энди громко фыркнул. Платонов знал, что подумал Энди: тот всегда фыркал, когда кто-нибудь из хорошо знакомых ему людей вдруг принимался изъясняться не как обычно, а вдруг начинал напоминать господина президента во время телеобращения к гражданам. Злыдень сейчас вещал именно в такой манере.
- Ну, хорошо. А что вы сообщите полезного мне? - спросил Платонов, зевая. Натурально зевая, вовсе не наиграно.
Злыдень пожал плечами.
- Не знаю. Черт возьми, я практически ничего не знаю - только догадки. Мне кажется, что эти ребята используют какую-то нестандартную технику. Может быть, они и к военным влезли в карман?
- Тогда бы за ними шла бригада «Адаптеков» с полным боекомплектом и приказом стрелять на поражение, а не я на несчастном «Бас-Лоджике»… - проворчал Платонов.
- Ну, - в тон ему проворчал Энди, старательно копируя малейшие интонации, - не такой уж и несчастный твой «Бас-Лоджик»…
Машинально Платонов проверил - левая рука исправно лежала на руле. Он все еще «вел» машину - по крайней мере, остальным полагалось в это верить. Неужели Энди пронюхал? Ну и времена! Ничего от хакера не скроешь! Но как, как он догадался, толстяк и обломщик? Уму непостижимо!
- Короче, - Платонов собрался. - Они в Мелекессе. Это радует: я думал, они дальше. Держите меня в курсе. Адье, граждане свободного Сатриана. Я отключаюсь, если вам больше нечего сообщить.
Энди пристально поглядел Платонову в глаза.
- Плафонов, - сказал он раздельно и внятно. - Не вздумай лезть к ним через сеть. Это такой совет.
- Ладно, - согласился Платонов. - Не стану. Это такой ответ.
И прервал сессию резким хлопком раскрытой ладони. Борда сухо затрещала, складываясь, и втянулась в специальный паз на панели, а голокуб сжался до размеров точки и пропал.
- Плафонов, - повторил он с отвращением. - Лет пять меня никто так не называл. Надо же, еще помнят. Кто ж это придумал-то? Кажется, Вася-Секс. Когда расколотил у меня ритуальную Наташкину лампу. Сказал, мол, теперь ты Безплафонов: плафон твой я расколотил. А на бессвязные ругательства Вася ответил, разведя руками: «Ну, извини!» Платонов тогда даже не разозлился, потому что на охламона-Васю злиться было совершенно бессмысленно.
«Бас-Лоджик» упруго съедал расстояние.
«Ох, и сдеру же я с Лощинина разъездных», - подумал Платонов, расслабляясь. У него была в запасе по крайней мере неделя. Работа начнется только потом, но счетчик включен, и гонорар капает, с каждой секундой увеличиваясь. Специфика.
Он заснул минут через десять. Только автопилот продолжал незаметно корректировать путь стремительной, как тень, машины, которая презирала расстояния.

~# run console 4

~# run console 4
@comment: research net movie
Энди привычно устроился в любимом кресле и потянул борду с захламленного стола на колени. Потом медленно нацепил мнемоюсты, намеренно закрепив тонкий проводок внатяг, чтоб предательские таблетки психоусилителя слетали с висков при малейшем движении головы. Энди очень не хотелось разделить судьбу бедняги-Рюкзака, и он пытался принять меры. Тем более, что кажется он нащупал ниточку, ведущую в самый центр клубка. К тому, кто спаивал воедино много на первый взгляд не связанных друг с другом событий. Начиная от слитого у Лощинина файла и заканчивая сверхъестественной смертью Рюкзака.
Камиллом Энди заинтересовался после того, как выяснил: тот многое не договорил Лощинину, когда порекомендовал вызвать помощь из-за барьера. Во всяком случае, Камилл сумел надолго заморочить Лощинину голову и тот занимался стрельбой в молоко; а потом исчез из сити, причем как раз в тот момент, когда Лощинин заподозрил неладное. В самом деле, почему Камилл не сообщил, что знает кто именно стянул пресловутый файл с терминала в «Яузе»? И потом - странная история с хинтом для забарьерников. Слепому видно, что Камилл затеял и вел какую-то свою игру.
Энди переворошил гору массивов на многих серверах, он сидел перед голокубом часами, до отвращения к синим окошкам Миднайт коммандера, но сидел не зря, как выяснилось.
Случай с пропажей файла у Лощинина был не единственным за последние три года, а всего лишь самым крупным. Ко всем без исключения имел отношение Камилл - как консультант. Данные всегда пропадали бесследно и при расплывчатых обстоятельствах с уклоном в мистику. При этом можно было с уверенностью сказать: во-первых, украденные данные _НЕ_ сбрасывались на стандартный лазер-диск, если судить по времени доступа; во-вторых, они не сбрасывались и на PVT-область всеобщего диска, а также не сбрасывались на локальный диск удаленного терминала, ибо не выкачивались из системы наружу; и в-третьих, они не могли быть считаны в оперативную память целиком из-за слишком большого объема. Сначала Энди предположил, что файлы просто уничтожались, но статистика все же фиксировала иногда не удаление, а перемещение с ничтожно малым временем записи на новый носитель и обычным - удаления со старого.
Сначала Энди не придал этому значения, но когда сожгли Рюкзака вдруг задумался - а какая нужна энергия, чтоб сжечь живые нейроны? Попробовал подсчитать, и ужаснулся. Огромная, в сети это нереально. Потом подумал: а что ограничивает энергетическую мощь юзера в сети? Ответ был очевиден - психоусилители-мнемоюсты.
И вот тут Энди прошиб холодный пот. Достаточно подключиться к сети без мнемоюстов, напрямую мозг-порт и…
Это объясняло все. От скачивания данных с отключенного терминала (скачивания непосредственно в мозг - и время ничтожное, и логов не остается) до убийства Рюкзака. Во всех случаях, которые раскопал Энди, файлы воровали разные люди. Кстати, вскоре после этого эти люди исчезали из общедоступного киберспейса. Исчезал из виду и Камилл. До следующего случая…
Трудно было не сопоставить очевидные факты. Камилл явно выискивал по сетям людей-феноменов, а потом, видимо, использовал в каких-то неясных целях.
И Энди стал копать под Камилла. Отыскивал еле заметные следы его пребывания в сетях, потрошил статистику больших серверов. Постепенно картина начала вырисовываться. Найденные юзеры-кибертелепаты покидали сити, адреса их станций, если таковые были, исчезали из нодлистов, но кое-кого Энди все же периодически отслеживал. Все логи тянулись откуда-то из центра материка, с магистрала второй сотни. Энди нашел даже приватный флэш-линк на один из бекбонных узлов сити.
Мнемоюсты жгли ему виски. Энди с сожалением задавал себе вопрос: почему он не может подключаться к сети напрямую? Это сильно упростило бы дело, потому что не стесненный энергетически юзер способен защитить себя в киберспейсе от кого угодно. Страх не покидал Энди.
Повинуясь смутному наитию, Энди копал глубже и глубже, устанавливая имена и старые адреса людей, которыми интересовался Камилл, и никому ничего пока не рассказывал. Лощинин вряд ли бы заинтересовался подобной информацией, во всяком случае до поимки ловкача-Фриппи.
Копать было безумно интересно, Энди часами просиживала перед голокубом, готовый в любую секунду вывалиться из сети и тем самым сохранить себе жизнь.
Но опасность пришла не из киберспейса. В тот день с утра Жека с детьми ушла не то в парк, не то по магазинам, только Юрка прилип к борде, раскалывая очередную миссию в «Готорн крафт» и мало на что обращал внимание. Бластер его терминала грохотал и выл, как ошпаренный кот. Энди был поглощен работой и на короткий шум из коридора не обратил внимания, решив, что там бродит вечно голодная Ксюха. Он совсем забыл, что Черную Суку увела с собой Жека. Зашедший накануне Толик Хлыстов спал в зале после обильного, длившегося ночь напролет пивного марафона с Пустовойтовым. Пустовойтов уехал уже после рассвета, и Толик спал крепко и безмятежно.
Чувство, что за плечом кто-то стоит и внимательно глядит в мутный спейс голокуба, свалилось неожиданно, и захлестнуло мысли, будто первая штормовая волна сухой пирс. Энди рывком обернулся; мнемоюсты соскочили с висков и повисли на тонких черных проводках.
У кресла стояла стриженная под подростка девушка, рыжая и худенькая, в брючках в обтяжку и серебристой куртке поверх красной клетчатой рубашки. Она внимательно глядела на Энди сквозь затененные очки-звездочки. В руке ее чернел пистолет - если бы Энди разбирался в оружии, он узнал бы одиннадцатизарядный «Макселл».
Фраза застряла у Энди в горле. Девушка подняла пистолет и аспидно-черный зрачок пулевого канала пронзил сознание Энди холодной иглой.
«Все», - возникла одна-единственная мысль.
- Прости, - тихо сказала девушка. - Ничего личного. Ты слишком близко к нам подобрался.
И нажала на курок.

~# root

~# root
~# kill console 4
~# end Press Enter_
Звук выстрела утонул в стоне Юркиного бластера. Энди дернулся в кресле и замер, свесив набок курчавую голову. На полосатый халат попало немного крови. Девушка опустила «Макселл», взглянула на мертвого Энди и неслышно выскользнула из комнаты. Она увидела в зале безмятежно спящего Хлыстова, глянула в спину заигравшемуся Юрке, и вернулась в комнату Энди. Несколько мгновений постояла перед терминалом, закрыв глаза.
Все. Теперь терминал Энди Трушина был мертв. Так же, как и хозяин терминала.
Девушка ушла никем незамеченной - потому что Энди выпал из списка живых.
Его труп нашел Хлыстов - только под вечер.

~# system integrator - to user:

~# run console 2

~# system integrator - to user:
@comment: console 5 slide to console 4
~# new list: console 1 Dmitry Baikalov@ТП
console 2/stream 1 Stas Shimansky
console 2/stream 2 Mikel Zhmurov
console 3 Аурел Чогоряну
console 4/stream 1 Владимир Лощинин
console 4/stream 2 Дмитрий Платонов
~# have a nice cyberspace! ;-)
~# run console 2
@comment: run, sysop, run!
Из полудремы Жмура выдернул мощный аккорд входящего. Жмур встрепенулся и сел в кресле поровнее. Где-то в глубине дома тихо наигрывала мандолина, чему Жмур тихо изумился: неужели Злыдень музицирует? Потом выяснилось, что мандолина играла на улице, а звук доносился из открытого в одной из спален окна.
Злыдень благополучно спал на кушетке, и даже звук входящего не потревожил его богатырский сон. Протянув руку, Жмур коснулся борды. На экране ископаемого монитора сгустилось изображение Лощинина. Босс был бледен и взъерошен. Казалось, он на грани паники. Собственно, так оно и было.
- Энди убит, - без предисловий начал Лощинин. - Буди Злыдня и рвите на перегон…
Жмур молча пихнул спящего приятеля-хакера и подождал пока взгляд того приобретет осмысленность.
- Повтори, Володя… - попросил Жмур матовым, как стекло в бане, голосом.
- Энди убит, - покорно повторил Лощинин. - Сегодня утром.
- Как убит? - опешил Злыдень, вскакивая с кушетки.
- Из пистолета. Выстрел в голову. На эндятнике были еще Юрка и Толик Хлыстов. Их не тронули. Но они и не видели никого - Толик спал, Юрка игрался. Ни единого следа - профи постарался. Рабочий терминал Энди выжжен как… - Лощинин с трудом подобрал сравнение, - как мозги Рюкзака.
Жмуру стало холодно от такого сравнения.
- Охота? - глухо спросил Злыдень.
Лощинин пожал плечами:
- Не знаю. Но на вашем месте я бы убрался из Еланца и долго не совался бы в сеть…
Злыдень задумался. А Жмур вдруг остро почувствовал, каково из охотника превратиться в дичь. Убийца с заряженным «Вербатимом», три-М или TDK-шкой мог подстерегать за каждым углом, мог в любую минуту ворваться в уютный дом Злыдня и выпустить на свободу маленькую стремительную смерть, пахнущую порохом и оружейной смазкой. И от этой мысли начинали противно дрожать колени.
- И… никаких идей - кто бы это мог быть? - без особой надежды спросил Злыдень.
Жмур перевел взгляд на Лощинина. Тот немного поколебался, словно размышлял - говорить или нет. Все же решился и сказал:
- У дома Энди видели девушку приблизительно в то же время, когда эксперты определили смерть. Девушку, невероятно похожую на Тири.
У Жмура непроизвольно отвисла челюсть.
- То есть?
- Никто не говорит, что это Тири. Просто очень похожа - одета практически так, как Тири перед бегством из «Потерянного кластера». Очки-звездочки… Впрочем, это все ерунда. Тири со своим дружком сейчас на перегоне. И, между прочим, к Еланцу они сейчас ближе, чем к сити.
- Ерунда, говоришь? - хрипло выдавил Злыдень и мучительно закашлялся. - А я так не думаю. Это система, Володька. Группировка. Не зря они похожи, Тири и та девчонка. А за ниточки дергает, будь уверен, Камилл. Ты не нашел его тогда, но это не значит, что он исчез безвозвратно.
Лощинин недоверчиво поглядел на Злыдня.
- Почему Камилл?
- Сам подумай, - ответил Злыдень. - Заодно прикинь, что дало бы Камиллу единоличное владение украденным у тебя файлом.
Лощинин отмахнулся:
- Не пори ерунды! Зачем Камиллу мой файл?
- Не знаю, - Злыдень пожал плечами. - Я даже не знаю, что это за файл, а уж о том, зачем он Камиллу - и вовсе ни в жизнь не догадаюсь. Я вот что знаю: Энди последнее время копал под Камилла. И, кажется, что-то откопал. Доступно?
Лощинин все еще недоверчиво глядел на собеседника. А Злыдень поднялся с кушетки и обратился к Жмуру:
- Собирайся, Жмурилло. Я уверен, что пуля в голове не прибавит тебе радости.
Жмур с готовностью вскочил.
- Извини, - сказал Злыдень Лощинину. - Похоже, мы выбываем из игры. Будь добр, перечисли положенный гонорар нам на карточки. А то - сам знаешь, каково на перегоне без гроша… До встречи, я отключаю терминал.
Лощинин шумно вздохнул и печально покивал. В следующую секунду изображение на экране «Пойя» стало постепенно меркнуть, пока не исчезло вовсе. Зеленый глазок на мониторе погас, потому что Злыдень отключил питание всей системы. Теперь его дом был отрезан от остального информационного мира.
- Машина в гараже, - сказал Злыдень Жмуру. - Собирай спальники и прочее барахло. Я жратвы наберу. Да пошевеливайся, а то предчувствие у меня нехорошее…
Впрочем, Жмура не нужно было подгонять - по понятным причинам.
Желтый «Стингрей» Злыдня метнулся к южному шлюзу Еланца спустя двенадцать минут. Уходить решили не на перегон, а на юг, в сторону горного пояса. Туда мало кто забредал, а городков было еще меньше, чем в полярных районах.
А ближе к вечеру к дому Злыдня бесшумно приблизились две гибкие тени. Некоторое время они провели у низкой живой изгороди, молча разглядывая темные окна.
- Терминалы не включены, - сказала наконец одна из теней высоким девичьим голосом. Вторая тень повернула голову и взглянула в очки-звездочки.
- Кажется, мы опоздали.
Бесшумно перемахнув через изгородь, тени прошли вдоль бассейна и стали пробовать все окна по очереди. Третье по счету, окно Жмуровской спальни, распахнулось после легкого нажатия. Дом был обшарен в несколько минут, после чего тени собрались в берлоге Злыдня. Вряд ли бы хозяин остался доволен, узнай что стряслось в этот вечер с его техникой. Но Злыдень был уже далеко.
- Осторожные, гады, - сказала вторая тень, мужским голосом. - Удрали. Кто-то их предупредил, не иначе.
- Кто-то! - саркастически отозвался девичий голос. - Лощинин, конечно. Логи можно и глянуть, прежде чем пускать систему в даун…
- Какие логи? - мужчина пожал плечами. - Видела, что за диал на крыше торчит? «Темное зрение», не «Аварк» какой-нибудь вшивый. Суровый девайс. Они, поди, напрямую к магистралу в сити цеплялись.
- А что, магистралы с некоторых пор не отсылают эхо-статистику? А, Крюгер?
- Все-то ты знаешь, - проворчал мужчина. - Ладно, пошли. Надеюсь, ты все потерла?
Девушка не ответила. Две тени покинули пустой дом и растворились в полутьме ночногогорода.


~# run console 3

~# run console 3
@comment: usebrain
Они удирали из Мелекесса, словно за ними гнался сам дьявол. Аурел с немалым удивлением убедился, что Тири влечет его вовсе не к стоянке, где остались их «Квантумы», а куда-то в сторону, сквозь лабиринт респектабельных особняков, через какие-то сомнительные дыры в заборах и нежданные пустоши между имениями. В глухие ворота одного из особняков их впустил молчаливый негр. Ворота наглухо закупорили вход, едва Тири и Аурел оказались внутри, а урчание сервомоторов увязло в пышной зелени, клубящейся за воротами. Негр убрал руки с пульта у караулки и теперь весьма трудно было предположить, что посреди нерушимой стены устроен проход.
Аурел нерешительно топтался перед караулкой, пока Тири не дернула его за рукав.
- Не спи! Сейчас нас спасет только скорость.
- И поэтому мы положились на собственные ноги, а не на «Квантумы»? - едко заметил Аурел.
Тири резко остановилась, схватив Аурела за рубашку.
- Ты что, всерьез рассчитывал уйти от Платонова на мотоциклах?
Аурел задумался. От «Бас-Лоджика» в самом деле не спасли бы и «Квантумы»…
- Что у тебя за идея? - спросил он, догадавшись, что Тири что-то затеяла.
Давешний негр у ворот подогнал к караулке обтекаемый «Креатив» с номерами сити. Аурел присмотрелся, и вздрогнул - это был один из автомобилей лощининских торпед, оставшийся в Трое после побоища в гараже. Значит, «Креатив» перегнали в Мелекесс, словно знали, что он пригодится… Странное совпадение. Слишком многозначительное, чтобы быть случайным.
Негр, отворив дверцу, выскочил наружу, и за руль тут же скользнула Тири.
- Садись! - велела она Аурелу, и тот подчинился прежде, чем понял, что подчиняется.
«А сумка!» - хотел воспротивиться он, но Тири, послав «Креатив» во вновь возникшие посреди стены ворота, так резко утопила акселератор, что Аурел утонул в кресле, прижатый ускорением. Негр у пульта махнул им черной рукой - наверное, желал удачи.
- Спасибо, Моррис, - прошептала Тири едва слышно, умело ворочая рулем. Снова мелькнули за стеклами особняки и сомнительные заборы, и «Креатив» затормозил на стоянке у знакомых «Квантумов». Аурелу не нужно было объяснять зачем они здесь. Он мигом выскочил наружу, распахнул бардачки и перебросал сумки и пакеты в машину. Перегон шутников не любит…
Очень жаль было бросать мотоциклы в этом городке, но Аурел понимал, что «Креатив» все же пошустрее.
«Вот так и рушатся все надежды, - подумал он печально. - „Барракуды“ своей лишился, теперь и „Квантум“ отняли. Веселее некуда…»
Но у «Креатива» тоже был мотор, и он тоже бился в железном чреве машины, прислушиваясь к ритму живых сердец, и очень скоро Аурел стал жалеть только об одном - что за рулем сидит не он. Но, в сущности, какая разница - в такт чьему сердцу звучит мотор, если сидящая рядом так же близка тебе, как и покинутая в Трое «Барракуда»?
И Аурел отдался этому гипнотическому ритму, этой звенящей скорости, этой механической песне, подчиняющей всех, кто ее слышит. Ветер звучал за стеклами. Степь негромко выла, прокручиваясь под колесами. Расстояния меркли.
«Я живу», - Аурел сжал руку на подлокотнике. Схожие ощущения возникали у него только в сети, когда он сливался с какой-нибудь навороченной программой, с каким-нибудь хитрым ледорубом, и ломал то, что до сих пор не смог сломать никто. Он ощутил вкус жизни, вкус поиска, единственное, ради чего стоило жить.
Это приходило к нему всегда в самые неподходящие моменты. Наверное, в этом крылся некий загадочный смысл. Но именно в такие моменты Аурел переставал страшиться неизбежной смерти и упивался свободой - ведь жизнь того стоила.
«Креатив» вспарывал лето, убегая на восток. Они и вправду смогут идти быстрее, чем на мотоциклах: когда устанет Тири, за руль сядет Аурел; отныне можно не тратить время на стоянки и спать прямо на ходу, по очереди.
Если Платонов едет один, это уравнивает шансы. Если же не один… Что ж, тогда они столкнутся немного позже. Дальше от сити.
- У вас что, община? - спросил Аурел спутницу, неожиданно вернувшись к мыслям о целях своего спасения.
Тири вопросительно уставилась ему в лицо, надолго оторвав взгляд от перегона за лобовым стеклом, накатывавшегося со стремительностью горной лавины. Очки-звездочки скрывали зелень ее глаз.
- У кого - у нас? - спросила она потом.
- Ну, у вас, у кибертелепатов. У тех, кто ходит в сеть без мнемоюстов.
Тири насупилась.
- С чего ты взял, что нас много?
Аурел неопределенно пожал плечами.
- Ну… это же очевидно. Зачем я тебе? Зачем ты встряла в эту авантюру? Не из тяги же к путешествиям…
- Много ты знаешь о тяге к путешествиям! - скептически протянула Тири, вновь прикипев взглядом к перегону.
- Много, - сказал Аурел, не задумываясь.
Тири долго молчала.
- Скажи, как с вами связан Камилл? Почему он тебе звонил?
- Камилл у нас главный, - неохотно пояснила девушка. - Это он меня послал вытащить тебя из сити.
Аурел опешил.
- Как - главный? Он что, тоже кибер?
- Да. Самый сильный. Иногда я его боюсь…
Вот тут Аурел перестал что-либо понимать. Камилл был заказчиком того самого дела, из-за которого теперь приходилось мчаться по перегону с Платоновым на хвосте. Это для Камилла Аурел стащил файл из корневого массива лощининской станции. Если он кибер, зачем тогда нанимал Аурела? Хотел загрести жар чужими руками?
С другой стороны, если он собирает киберов - почему сразу не перетянул Аурела к себе? Без дурацкой гонки по перегону, без торпед Шамила и без Платонова? Без забарьерных ребят, по иронии теперь пытающихся его прикрыть?
Шарп-диск с лощининским файлом Аурел давным-давно отдал посыльному Камилла. Значит, дело не в файле.
Аурел тихо выругался. Снова он не мог уловить глубинную логику событий, и снова чувствовал, что ответ чрезвычайно прост, только сейчас придти к истине не удастся, сколько не плавь извилины.
Оцепенев в кресле и уставившись в мерцающую за лобовым стеклом даль, Аурел надолго ушел в размышления. Тири изредка косилась на него, но молчала. Впрочем, Аурел этого и не замечал.

~# run console 4

~# run console 4
@comment: medium step
Мелекесс Платонов прошел глубокой ночью. Автопилот негромко исполнил бравурный марш «Последний прыжок тореадора», сигнализируя, что машина перед городским шлюзом. Клиенты отсюда давно убрались, Платонов знал это. Знал и то, что двухколесные «Квантумы» они сменили на добрый «Креатив», а значит встреча откладывается еще недели на две.
Город мелькнул за стеклами чередой приглушенных ночных огней. Неоновая реклама прочертила на фоне ночи причудливый, медленно угасающий трек, и растаяла вместе с Мелекессом. Под горячие от нагрузки шины вновь лег простор перегона. Платонов вернул управление автопилоту и привычно расслабился.
Ночь сгустилась над скоростной машиной, как вода над брошенным камнем. Лишь одинокий фиолетовый глазок тускло мерцал посреди пульта - остальное растворилось во тьме.

~# run console 3

~# run console 3
@comment: crossroads
- Они где-то здесь неподалеку, - сказал Аурел уверенно, имея в виду пятерку забарьерников. - За Волицком, на перегоне.
- С чего ты взял? - не поверила Тири. Она только что проснулась и склонна была все подвергать сомнению.
Аурел пожал плечами.
- Посчитай. Если они едут так же быстро, как и мы, значит в Волицке мы и пересечемся.
- А зачем нам с ними пересекаться?
Аурел удивился.
- Они же помочь хотят!
Зевнув, Тири приподнялась на локтях, нехотя выглядывая в окно.
- Зачем тебе их помощь? Думаешь, спасут от Платонова?
- Ну, - протянул Аурел, пытаясь, чтобы слова звучали поубедительнее, - семь против одного это все-таки не двое против одного. Да еще если из двоих одна…
Он вдруг замолчал, сообразив, что сболтнул лишнего.
- Ну, договаривай, - Тири почему-то оживилась. - Потому что одна - девчонка, да?
- Да, - пересилил себя Аурел. Получилось достаточно уныло.
- Браво! - улыбнулась Тири. - И это говорит тот, кого я тащу на себе от самого побережья. Где б ты был без моей помощи, а, деляга?
- В горах Южного Пояса! - ожесточился Аурел. - Без киллера на хвосте и никого не убивая! Прекрасно и без тебя бы справился!
Он в сердцах рванул руль влево, объезжая пузатый шар перекати-поля. «Креатив» вильнул, Тири бросило сначала на спинку передних сидений, потом к дверце, в угол. Она больно ударилась головой о подлокотник-пепельницу.
- Потише ты! - прошипела она. - Герой.
Аурел решил не отвечать, только сердито сопел. Несколько минут молчание нарушалось лишь уверенным урчанием двигателя да еле доносящимся шорохом протекторов.
Потом Тири, добавив в голос миролюбивые нотки, осведомилась:
- Ты что, серьезно намеревался уйти от Лощинина на своей «Барракуде»?
Аурел только кивнул.
- Ты сумасшедший, - вздохнула Тири.
- Ушел бы, - упрямо сказал Аурел. - Есть опыт.
Тири усмехнулась и села, отбросив серебристый спальник, которым укрывалась, в сторону.
- Ладно, давай не будем об этом. Останови, пожалуйста.
Когда она вернулась в машину, Аурел уже остыл. Пусть себе, пусть тешит себя мыслями, что он сам ни на что не способен. Самоуверенная девчонка.
Но Тири нравилась ему даже такой.
- Устал? - спросила она, захлопывая дверцу. - Может, давай я поведу?
По сложившейся схеме, тот, кто просыпался, не садился за руль еще часа два. Только потом.
- Ладно, - проворчал Аурел. - Дотяну до Волицка, тут недолго.
И в этот момент что-то взорвалось у него в голове, отдаваясь тупой болью в висках. Аурел вцепился в руль и мягко осел, склоняясь к плечу Тири. Ступня его отпустила педаль акселератора и «Креатив» пошел тише, сворачивая с перегона в дикую степь. Не растерявшись, Тири перехватила руль, дотянулась ногой до сцепления, рванула рычаг коробки на нейтрал, мягко перебросила монтреевский ботинок на тормоз и дождалась, пока «Креатив» встанет.
- Что с тобой? - она потрясла Аурела за плечи, заглядывая в лицо. Глаза его были пусты, как глаза манекена.
- Черт! - Тири потянулась к бардачку, собираясь вытащить аптечку, и тут же заметила зеленый индикатор на машинном терминале. Терминал пахал вовсю, словно отрабатывал мультисессию с десятком разных серверов.
- Черт! - повторила Тири, на этот раз слегка растерянно. - Да он в сети!
И, не раздумывая, распахнула призрачную завесу, отделяющую реальный мир от киберспейса. Ухнула в этот такой чужой и такой странный океан неощутимых информационных полей. Через весь холд тянулся ясно видимый светящийся след. Тянулся к черному капилляру, похожему на хидден-врезку.
Став похожей на серебряную акулу, Тири пошла по следу. Ее спутник не мог уйти далеко - не успел бы.
Церберы ревниво рванулись к ней, чувствуя чужую, но она выбросила радужный мерцающий шлейф нокера и сразу стала невидимой.
«Никудышняя у Шамила защита, - подумала она, подбираясь к узкому капиллярному гейту. - Не удивительно, что он не многого добился…»
В капилляре было почему-то заметно теплее, чем на холде. Она скользила вдоль следа, и капилляр вскоре вывел к достаточно обширному линку на бекбонный сервер. Аурела тащили в сторону бекбона, именно тащили - в этом Тири не сомневалась ни секунды. Он, конечно, оболтус и авантюрист, но не до такой же степени! Его взяли, ясное дело, на поводок - уж не Камилл ли? Тири тоже не понимала многих действий вожака и не могла их объяснить. Но лишь в случае с Аурелом действия Камилла сначала вызвали в ней глухое раздражение, а затем и неосознанный протест. Потому что ее заставляли совершать нечто… неприятно пахнущее, скажем так. Да еще в отношении Ури - первого, кто был ей действительно небезразличен в этом мире.
А, может, это не Камилл, а оставшиеся лощининские хакеры-наймиты? Тогда им крышка. Возиться с ними нет времени - не так давно Тири их достаточно красноречиво предупредила. Не вняли - что же, каждый выбирает свой путь…
Она влилась в переделы сервера - гигантского куба, поделенного на этажи, кварталы и секторы. Куб искрился жизнью; мелькали светящиеся фонарики юзеров, по каналам роутинга сплошным потоком шли искрящиеся сообщения, кто-то пытался протянуть алую нить директа, сверху то и дело сваливалась тончайшая невесомая паутина селф-секьюрити-сканнинга, бесцельно бродили демоны-резиденты, невызванные в данный момент, какой-то псих ломал толстую стену рут-защиты и к нему незаметно, исподволь, чтоб не спугнуть раньше времени, сползались красноглазые церберы, похожие на решетчатые фермы сервоподъемников.
Скользнув взглядом по ломщику-самоубийце, Тири пронеслась мимо. Какой-то лопоухий юзер-новичок, горящий зелено-желтым, словно новогодний феер, на миг застыл, когда мимо него незримой тенью промчалась тускло-серебристая акула.
А в следующее мгновение Тири увидела Аурела. Это был именно он - никем другим не могло быть аспидно-черное пятно в углу чьего-то локального прайвет-диска. Аурел одиноко висел, изредка вздрагивая. Его никто, похоже, не трогал. Но себя Аурел не помнил, это несомненно.
Тири, стараясь не суетиться, обволокла его незримой пеленой свежего нокера, не такого, с помощью которого дурачила шамиловских церберов, а нового, специально сотканного только что. Аурел казался сонным - его «я» едва тлело где-то в непроглядной глубине, а к мозгу сбегалось несколько витых паутинок, запутанных, словно вытащенная из механизма часовая пружина. Тири попыталась отследить целиком хоть одну, но не успела. Паутинки вдруг дружно распались в светящуюся пыль, и осели на нижний уровень, постепенно теряя свечение и обращаясь в частички серверного полумрака. Аурел тотчас встрепенулся, собрался в игластый шар и Тири захлестнула мощная волна живой эманации - спутник проснулся. И теперь соображал где он и что с ним.
«Своя, - сигнализировала она понятным Аурелу кодом. - Уходим немедленно».
Аурел узнал и согласно высветил на черном боку среди игл «agree».
Новичок, торчащий неподалеку, и все пытающийся понять - что же происходит совсем рядом с ним - недоуменно отследил два стремительных, как болиды, ядра, что разом исчезли. Только что были здесь, на локале, а в следующий миг о них уже ничто не напоминало.
Точнее - ничто, кроме крохотного трек-файла, возникшего словно бы ниоткуда. Новичок не удержался и потянулся вьювером к нему.
Привет от Тири. Ваш CMOS покрыт инеем. Меня здесь не было. C_U_L8r!
Любопытный юзер так и не понял - чему стал невольным свидетелем. Даже когда снял мнемоюсты и уставился на недавно купленный терминал последней модели. Что делать со странным трек-файлом он не понял тоже.

~# run console 1

~# run console 1
@comment: IRQ conflict
- Я снова засек их! - сказал Байкалов азартно. - Совсем рядом, километров двести пятьдесят-двести тридцать. Под Волицком.
Сумасшедшая трехнедельная гонка по равнине выела остатки сил и бодрости. А ведь еще предстояло пересечь материк в обратном направлении, к зоне высадки, сопровождая невесть что натворившего клиента… Об этом не хотелось даже думать. Но сейчас ТП-шники ненадолго забыли о грядущем марше к восточному побережью, потому что именно под Волицком скрещивались все пути - путь Слайдер-восемьдесят восьмого, путь мрачного профи-одиночки по фамилии Платонов и путь пятерки из-за барьера. Что-то подсказывало Баю, что Платонов будет не единственным, кто попытается перехватить клиента. Не верилось, что большие люди ограничатся одиночкой, будь он хоть трижды профи. В общем, Бай уповал на лучшее, но и к худшему пытался подготовиться.
Спикер отозвался голосом Тигра:
- Давай, на газ дави, а не болтай!
Бай пропустил реплику Тигра мимо ушей, зато окликнул Синицына:
- Син, чисть плазмоган. В ближайшей перспективе - большая драка в городе. Прям, DOOM-семь. Ты рад?
- Пошел ты… - без энтузиазма пробурчал Син. Чувствовалось, что с гораздо большим удовольствием он испил бы портеру и откинулся в шезлонге где-нибудь на бережку, чем палил бы по живым мишеням, склонным к тому же отвечать огнем на огонь. Хотя, втайне Син надеялся обойтись без стрельбы. Подобрать этого трижды проклятого суматошного клиента, вихрем пронзить равнину, дойти до зоны высадки и со спокойной душой вернуться домой, в Москву, к жене и дочке, к портеру и креслу, которое ничуть не хуже шезлонга.
Бесконечный вояж в растянутом и сплюснутом, как необъятный блин, двумерном мире ему надоел до боли зубовной. Но на винтовку, лежащую поперек пассажирского сидения, Син все же покосился и лицо его немедленно расцвело гримасой, мучительной и недовольной.
- Сема! - позвал Бай почему-то другим голосом. Изменившимся. Настороженным и отрешенным.
- Чего? - тихо отозвался тот.
- Переберись-ка ко мне… Тут что-то странное.
Чен тут же затормозил и высадил Сему. Спустя минуту Сема уже сидел за рулем байкаловского джипа, а Бай, пристроив борду на коленях, слепо уставился в толщу бледного солнечным днем голокуба. Он провалился в сеть, и Сема знал - трогать его сейчас бессмысленно.
Бай осторожно скользил в нематериальной толще киберспейса. Его верные программы-резиденты, дремавшие до поры, честь по чести доложили о присутствии клиента в сети. Но, глянув отчет, Бай отметил сразу две странности. Первое - клиент входил в сеть используя чужой терминал, автомобильную деку некоего Шамила Сайхутдинова, недавно убитого в Трое. И второе - похоже, он входил в сеть не сам. Его ввели туда, как слепого пешехода в подъехавший автобус. И Бай насторожился, потому что нутром почувствовал неясный подвох.
В сети он был быстрым, быстрее не придумаешь. С тех пор, как зависимость от психоусилителей перестала его сдерживать, Бай научился мгновенно и не задумываясь проделывать то, на что раньше уходили минуты. След Аурела был яркий… и, похоже, по нему уже прошел кто-то недавно, потому что рыжие пятна отслеженного доступа попадались на каждом шагу. Причем, прошел только что, потому что служебные демоны контроля еще не успели свернуться и заснуть, а так и колыхались вдали, обратив к Баю куцые многоступенчатые массивы.
Бай разделился. Каждая из его частей стала независимой и принялась за свою часть работы.
Дальше по следу - готово, вон клиент… и спутница его рядом. Спутница поглощена сканированием, Бая она не видит. Клиент… клиент пассивен, такое впечатление, что он не контролирует себя.
В памяти тотчас всплыла встреча с дайвером-спасателем и коварным файлом-паразитом на сервере, куда Бай когда-то лазил за хелпами к компилятору. Но сейчас происходило что-то иное, потому что никакого вируса вблизи не наблюдалось, а уж вирус-то Бай распознал бы - у них всегда заметные тела, как это странно не звучит. Не всегда понятно, что перед тобой вирус, но видно, что перед тобой не пусто. Сейчас Бай не видел никого - в пределах чьего-то локала находились только Аурел, его подружка, похожая на серебристую акулу, частично - Бай, да рдел вдалеке удивленный чайник, наблюдая за происходящим. Видимо, случайно оказавшийся рядом.
Бай наскоро прослушал присутствующих - девчонка-акула пыталась понять, кто спеленал Аурела, чайник благоговел вдали и смутно мечтал о временах, когда сам станет крутым, Аурел вообще казался выключенным из сети, если бы не одно но…
Часть сознания Аурела выглядела в точности как локал-диск. Запароленный насмерть. И диск это был забит по самую завязку исполинским многослойным, как бутерброд, файлом.
Бай присмотрелся. Работа была ювелирная. Связи в психике Аурела были сшиты с величайшим тщанием, нейрон к нейрону, так, что он и сам, скорее всего, не догадывался, что часть его мозга используется как тривиальный носитель. Эдакий ходячий сейф.
«Дела!» - Бай присвистнул бы, если бы умел.
В тот же миг Аурел очнулся. То, что сдерживало его сознание, исчезло, отступило куда-то на высшие уровни, даже Бай не смог понять что это было и куда делось. Аурел шевельнулся, но залоченной области у себя в памяти он по-прежнему не видел.
«Неужели, хотели влезть ему в память? - подумал Бай. - Не получилось, наверное, помешала девчонка. Или я. Знать бы что там хранится…»
Едва клиент пришел в себя окончательно, девчонка обменялась с ним быстрыми сообщениями, и оба рванулись из сети, даже не утруждаясь придать своему присутствию в киберспейсе видимость обычного доступа. Чайник на своем наблюдательном посту даже позеленел от зависти.
Тем временем остальные части сознания Бая шныряли окрест, но толку от этого было чуть - сеть жила обычной жизнью, клиенты убрались восвояси, а от таинственного поводыря слепых в мире киберспейса не осталось ни малейшего следа.
Бай пошастал в локале и около еще некоторое время, и понял, что старается зря. Все, что можно было выжать из событий, Бай выжал. Теперь вернуться и осмыслить новую информацию. Вне сети это получится лучше.
И он вернулся в кабину джипа. Кончики пальцев заметно ныли, словно он колотил по борде не иначе как с остервенением.
Сема заметил, что Бай ожил и, не отрываясь от руля, покосился на него.
- Заведи себе дрессированного дятла, - посоветовал Сема, как всегда сохраняя самый серьезный вид. - Когда-нибудь ты сломаешь себе палец.
Бай отмахнулся от него и негромко позвал Сина.
- Эй, директор… Я узнал тут кое-что. Слушаешь?
Син, конечно же, слушал. И Чен слушал. И даже Тигр слушал.
- Знаете, кто Аурел на самом деле? Большой безмозглый диск. Ходячее хранилище информации. Ему в башку что-то записали, причем сам он об этом не догадывается. Каково, а?
После недолгой паузы Син предложил:
- Остановимся? Это надо бы обсудить…
Решили остановиться, несмотря на то, что время не ждало.
Вдалеке смутно виднелись окраинные строения Волицка.


~# root

~# console 1 |

~# root
~# rs
@comment: over console view Press Enter_
~# system integrator - to user
~# over console intro
~# console 1 |
Восточный шлюз приближался с каждой минутой. Бай еще не знал - в городе ли уже клиент и Тири, но был уверен: все решится сегодня и тут. Идти ли им вместе на восток или не идти. Отобьются ли они от погони. Вернутся ли они когда-нибудь в Москву или нет.
По правде сказать, в Москву Баю хотелось все меньше и меньше. Здесь он раскрылся. Здесь он обрел свободу. Здесь он стал сильным. Что ждет его в Москве? Вечное шатание экономики и надоевшая до чертиков работа? Серое небо, дождь, вечная осень и воспоминания о Крыме, как о чем-то несбыточном? И - как утешение - вечерняя почта, свалившаяся на домашний комп?
Мысли тоже были серыми, как бетонная стена под дождем.

~# console 2 |

~# console 2 |
Жмур мрачно втиснул пыльный желтый «Стингрей» на стоянку. Городишко был мал и грязен. А собственно - чего приходилось ждать от юга? Небоскребов? Ладно, что еще по следу никого не пустили. Злыдень как-то перехватил транзитное полицейское сообщение, где упоминался разгром в одном из домов Еланца. Сомнений - чей это дом ни у Жмура, ни у Злыдня не возникло, потому что монитора «Пойя» и диала «Темное зрение» в Еланце больше ни у кого не было.
- Закажи мне хрустиков с пивом, - попросил Злыдень подавленно. - Я выходить не стану.
Жмур молча кивнул и побрел ко входу в захудалый окраинный бар. Драная кожаная сумка уныло болталась в его руке совершенно не в такт шагам. Настроение было гадкое - уже который день.

~# console 3 |

~# console 3 |
- Не помню, - смущенно ответил Аурел. - Действительно не помню. Очнулся я на локале, когда ты мне знаки подавала.
Тири с сомнением покачала головой.
- Что-то тут нечисто. Я не знаю - кто это был. Камилл или кто другой. Только сдается мне, что с твоими хакерскими подвигами это связано мало. Если вообще связано. Или связано, но совсем иначе, чем мы можем вообразить.
- Скажи, - прервал вдруг ее Аурел. - А как тебя зовут по-настоящему?
Тири нахмурилась.
- Зачем тебе это?
- Хочу знать.
Некоторое время девушка молчала.
- Таня.
- А фамилия?
- Гусева.
- Татьяна, значит.
Тири тихо попросила:
- Не зови меня Татьяной, пожалуйста. Мне не нравится.
- Ладно, - согласился Аурел. - Гляди - вон Волицк виднеется. Все-таки правильно, что мы решили войти через северный шлюз, а не через западный. Жаль, второй раз такое уже не проделаешь…

~# console 4 |stream 1

~# console 4 |stream 1
- Что же ты мне расскажешь, Володенька?
Голос Фарида был, разумеется, сладок и радушен.
- Мне казалось, что уже пора бы появиться результатам.
Лощинин нервно кивнул:
- Да, Фарид. Как раз сейчас все и решается. Есть на перегоне такой городишко - Волицк. Наш общий друг будет там с минуты на минуту. И клиент в Волицке, я проверял статистику шлюзов. Он… они вошли через северный - думают, что сумели нас надуть. И еще не выходили.
- Славно! - Фарид хлопнул в ладоши. - Ты молодец. Позвонишь потом мне, ладно? Я на вилле, под Гнесиным…
Мелодичная трель входящего заставила Фарида умолкнуть. Он с интересом воззрился в исполинский бытовой голокуб «Даймонд графикс».
Лощинин взглянул на Улю так, словно пытался испепелить. Но секретарша сумела уверить его - звонок важный.
- Ответь, ответь, Володенька, - сказал Фарид. - Вдруг что-нибудь срочное?
Лощинин, не глядя, ткнул пальцем в клавишу на борде. Звонили ребята с восточного шлюза Волицка.
- Только что прошли четыре джипа. Точно как ты описал - «Гризли», «Эфа», «Строгино» и «Ленд». Внутри пятеро, в «Эфе» - негр.
- Спасибо, - механически отозвался Лощинин и отключился. Изображение диспетчера растаяло, уступив место ждущему лицу Фарида.
Лощинин открыл было рот, но Фарид поднял ладонь раньше.
- Не надо, я слышал. У меня есть пара людей в Волицке. Они помогут. Значит, мы договорились, ты позвонишь мне потом. В любое время.
- Конечно, Фарид, - Лощинину можно было и не напоминать. Впрочем, Фарид это знал.

|stream 2

|stream 2
«Бас-Лоджик», конечно, для этой глуши, столичная диковинка. Народ на шлюзе Волицка таращился на обтекаемую каплю, словно на пришельца из будущего. Платонов равнодушно созерцал улицы.
Только что ему позвонил Лощинин. Он сказал всего два слова: «Они здесь». Вернее, он хотел сказать больше, но Платонову хватило двух слов. Сделать дело - а потом болтать.
Он направил машину налево, по аллее, вдоль которой росли низенькие полутораметровые акации. Если верить указателю, эта дорога вела на площадь перед северным шлюзом. Как правило, в маленьких городках указатели не врали.


~# end intro

~# end intro
~# something else, master?
~# root
~# return to previous status… restored
~# united console 1, 3, 4
@comment: coda
Тири поставила «Креатив» в тени, у приземистого ангара, похожего на высохшего, и поэтому неподвижного жука. Две длинных антенны казались усами - наверное, неведомый архитектор действительно хотел придать своему детищу сходство с насекомым.
В отличие от Мелекесса, никто не поспешил им навстречу. Вообще, ни одного человека видно не было, только где-то внутри ангара мерно бухало железом по железу. Наверное, старался кто-нибудь из механиков.
- Пойдем, - сказала Тири. - Я пива хочу.
Аурел взял сумку.
- Как бы с забарьерниками пересечься?
- Да брось ты, - Тири поморщилась. - Они ведь были вызваны ловить тебя, а не защищать. Сами справимся.
- А я их перелечил, - ухмыльнулся Аурел довольно. - Теперь они спят, и думают - как бы меня защитить.
- А если их еще кто-нибудь перелечит? Или думаешь, что ты один такой умный?
Аурел пожал плечами. Дверца сухо хлопнула, опускаясь. Тири зачем-то заперла ее на ключ.
Они пошли по гравиевой дорожке к бару. Дорожка упиралась в неизменный рекламный плакат. Прежде чем войти, Тири обернулась и внимательно оглядела площадь между баром, мастерскими и короткой улицей к шлюзу. Глядела она поверх очков-звездочек. Площадь была пустынна.
Едва дверь бара за ними затворилась, из узкой боковой улочки на площадь медленно выполз «Бас-Лоджик». Зализанные очертания машины казались чужеродными в этом пыльном городишке, пронизанном летней жарой. Полировка отражала солнце. Тонированные стекла походили на осколки ночи.
Платонов без излишней суеты припарковался тут же, в тени, надел тонкие кожаные перчатки и вышел из машины. Зеркальные очки-консервы сверкали ярче, чем полироид на «Бас-Лоджике». Не глядя в сторону бара, Платонов взялся за рукоятку дверцы «Креатива» - дверца была заперта. Открыть ее труда и времени не составило. Платонов невозмутимо уселся за руль и осмотрелся. Заглянул в бардачок. Нашарил сумку и расстегнул молнию. Ничего, что привлекло бы его внимание, Платонов не отыскал, поэтому он выбрался из машины, закрыл дверцу отмычкой, и зашагал к бару.
Там царил обычный полумрак, замешанный на сигаретном дыме и запахах быстрой кухни. Платонов знал, что обычно в такое время в барах не бывает много народу, но здесь почему-то практически не оставалось свободных столиков, хотя перед баром он не заметил припаркованных машин или мотоциклов. Странно, неужели посетители приходят пешком в чисто дорожную забегаловку перед шлюзом? Впрочем, подумал Платонов, все это вздор. Чистейший вздор. Он повел головой, пытаясь угадать - кто из присутствующих тот самый ковбой?
И столкнулся взглядом с остриженной, как подросток, девушкой. Она глядела на Платонова в упор, словно пыталась поджечь. Но Платонов не горел, а она не хотела в это поверить, продолжая глядеть из-под затененных очков со стеклами в форме двух пятиконечных звездочек. Медленно истекали секунды, а они стояли в полумраке, глядя друг на друга.
Точнее - враг на врага. Потому что Тири сразу поняла - кто перед ней.
А на площадь перед баром, визжа протекторами по дасфальту, вырвались четыре разноцветных джипа.
- Вон! - сказал Чен, указывая на стоящие в тени ангара «Креатив» и «Бас-Лоджик».
- Там пусто, - холодно отозвался Тигр, сжимая в черной руке ружье.
- Значит, в баре, - подытожил Сема. - Пошли.
Со стороны шлюза наползал шум мотоциклетных моторов.
Когда Жига с приятелями подъехал к бару, у джипов уже никого не было.
- Гляди, те самые тачки, - сипло обратился к главарю Мосол.
- Вижу, - проворчал Жига, слезая с продавленного сидения «Квантум Мэверик». - Эй, толпа! За дело!
Три десятка крепких парней в кожаных куртках отрывались от гнутых рулей «Сигейтов», «Коннеров», «Вестернов», «Тиков», и у каждого в руках возникала или цепь, или обрезок трубы, или бейсбольная бита с надписью Escape, или просто зазубренный рокерский нож.
В баре хлопнул одинокий выстрел. Жига ощерился. Он хотел порадовать Спелла, велевшего приехать в этот бар. Говорили, Спелл работает на самого Фарида.
Мосол подал ему заряженный «Вербатим».
- Пусть кто-нибудь останется, - распорядился Жига. - На случай легавых…
Мотоциклисты быстро проскальзывали в бар.
Не прошло и минуты, как на площадь, урча перегретым двигателем, вырулил фургончик с рекламой «Chickony peripheria» на плоских бортах. Из кабины выбрались двое - водитель в синем комбинезоне и некто в спортивном костюме и кроссовках от Шильдера.
- Скажи, пусть готовятся, - сказал тот, что в спорткостюме.
- Хорошо, Камилл, - послушно отозвался водитель и спустя секунду открыл дверцу кунга. Фургончик был напичкан аппаратурой, словно рубка флагманского миноносца.
Камилл прошел мимо двух угрюмых мотоциклистов в коже и железе, словно их здесь вообще не было. Он направлялся в бар. Мотоциклисты, не шевелясь, глянули ему в спину.
Когда Тири встала, Аурел ощутил пустоту в груди. И в душе. Словно сломалась какая-то важная пружина, словно оборвалась цепь, что еще недавно сковывала его с реальностью. Он будто провалился в киберспейс, но другой киберспейс. Время растянулось, став вязким, как перегретый воск. Сигаретный дым лениво тек от столика к столику.
Платонов подошел вплотную и сел рядом.
- Привет, ковбой, - сказал он негромко. - Я пришел за тобой.
Аурел не ответил. Он глянул снизу вверх на все еще стоящую Тири.
Здоровый негр, неожиданно возникший у столика, ткнул Платонову в спину стволом ружья. В полутьме казалось, что большие, навыкате, глаза негра светятся.
- Значит, так, - теперь говорил так же неожиданно возникший у столика невысокий человечек лет тридцати с печальным лицом. - Ты сидишь здесь, пока мы не уедем.
- Вряд ли, - спокойно ответил Платонов и выстрелил. Аурел не успел понять каким образом в руке Платонова оказался пистолет. Человечек с печальным лицом выронил такое же, как у негра, ружье и сложился пополам, а потом упал набок.
Ружье в руках негра отозвалось громом, но Платонова на прежнем месте уже не было. Тигр попал в Тири, застывшую у стола рядом с Аурелом. Ее швырнуло на соседний столик, очки упали на пол и разбились, но на красной рубашке кровь рассмотреть было трудно.
Вторым выстрелом Платонов убил Тигра.
Аурел чужими глазами смотрел на это, и крик застрял у него в горле. Потом опомнился и метнулся к Тири. Она была еще жива, но глаза полнились болью и удивлением.
- Танюша, - прошептал Аурел, чувствуя, что мир рушится.
- Камилл… - едва двигая губами прошептала в ответ Тири. Смотрела она за спину Аурелу.
Аурел обернулся. Перед ним стоял рослый парень в спортивном костюме.
- Здравствуй, Фриппи, - спокойно поздоровался он, словно все происходило не баре, где только что убили двоих, а где-нибудь на званом обеде. - Наконец-то мы встретились.
Ощущение реальности окончательно покинуло Аурела. Это сон - просто страшный сон, который непременно скоро закончится.
Посетители бара либо попрятались под столики, когда началась пальба, либо пытались убраться отсюда подальше, но вязли в плотной толпе мотоциклистов, что собралась перед выходом. Удивительно, но было совсем тихо, никто не кричал, слышалось только шарканье ног.
Чен резко ударил Платонова ребром ладони, метя в шею, но того минутой раньше не смутили ружья… Где уж тут голыми руками… Дыхание вдруг пропало, под ребром взорвалось болью и Чен отключился.
Жига-мотоциклист пытался понять что происходит, но ничего не понимал. Его люди бестолково топтались в тесном спейсе бара.
- Бардак, - сказал Платонов, делая шаг к Аурелу. Краем глаза он видел еще двоих с ружьями - потного толстяка в круглых очках и невзрачного парнишку; ружья плясали у них в руках. Рядом, сжимая «Вербатим», таращилось на происходящее из-под зеркальных очков татуированное чудище с огромным железным крестом на груди.
- Погоди, - сказал Платонову безопасный на вид парень в спортивном костюме. Но Платонов понимал, что безопасность его кажущаяся. - Тебя прислал Лощинин, верно?
- Верно, - согласился Платонов, беря Аурела под локоть.
В тот же миг выстрелил Синицын. Пуля пробила стену - Платонов, неведомо как почуявший угрозу, убрал Аурела в сторону, а парень в спорткостюме в сторону убрался сам.
- Больно, - тихо сказала Тири. Аурел вырвал локоть из Платоновской руки, чувствуя, как в голове вспухает злость и отчаяние. А в следующий миг он понял, что кричит.
«Его не остановить, - подумал Бай о Платонове. - Сема, Тигр…»
Нужно было что-то делать, потому что Синицын нервничал, оружие жгло руки, а Аурела сейчас запросто могли убить раньше, чем кто-нибудь что-нибудь предпримет. Взгляд сам остановился на ряде терминалов у дальней стены. Бай закрыл глаза, и без напряжения ушел в сеть.
Он летел быстрее скорости, пронзая виртуальщину, а в голове билась единственная мысль: «Тебя прислал Лощинин, верно? - Верно…»
find user
Пальцы Бая шевелились на ружье, словно это была клавиатура, а не оружие.
enter name, please
Лощинин
wait… ready
go to
Владимир Лощинин/civ/Лески_2148840
Бай скользнул по указанному адресу. Входящие были начисто отсечены - войти в чужую систему через сеть было невозможно. Почти невозможно. Обычным методом.
Бай считал эхо последних коннектов, хотя оно было затерто del'ом. Реально затерт был только первый символ файла, а дисковое пространство, где хранилось все остальное тело, было объявлено свободным.
Он оживил изображение - вот ты какой, Лощинин. Так, теперь голос…
Конечно, Фарид…
Мозг Бая работал с лихорадочной быстротой, поток цифр - единиц и нулей - обрабатывался с чудовищной скоростью. Нейроны плавились бы, если бы могли. Есть ли предел возможностям человека? Бай надеялся, что нет.
Потом он зажег между столиков волицкого бара огромный голокуб. Поместил внутрь Лощинина - изображение, конечно. И анимировал его подвернувшейся под руку программой с грифом PRO. Теперь голос…
- Платонов! - бластеры воспроизводили звук, который синтезировал Бай. - Ты слышишь меня? Ты здесь, я знаю. Подай голос!
- Ну, подал, - отозвался Платонов несколько озадаченно. Рука в тонкой кожаной перчатке уверенно держала двенадцатизарядный, неоднократно проверенный в деле «SONY».
- Я отменяю заказ, - сказал Лощинин. - Ситуация изменилась. Просто возвращайся. Гонорар прежний.
- Хорошо, - сказал Платонов. - Понял.
Он повернулся к Аурелу.
- Тебе повезло, парень. Я должен был тебя убить. Со временем.
Аурел стоял на коленях над Тири, сняв ее с усеянного битым стеклом стола.
- На твоем месте я бы вызвал врача, - посоветовал Платонов.
Аурел не обращал на него внимания.
Бай, утирая со лба заслуженный пот, свернул голокуб и расслабился. Неужели удалось обмануть этого монстра?
- Браво! - послышались одинокие аплодисменты. Парень в спортивном костюме лениво бил ладонью о ладонь - Бай узнал его. Это был Камилл, тот, по чьей милости они оказались в этом мире с таким дурацким заданием. - Браво! Твоей фантазии можно позавидовать!
Бай посмотрел на него в упор.
Сквозь толпу проталкивалась хрупкая женщина в джинсах и рубашке навыпуск.
- Дайте пройти, - шептала она, - пустите, я врач!
Ей позволили пройти. Мельком глянув на Тигра и Сему, она приблизилась к Тири. Первым двум помощь уже не требовалась.
- Значит так, - сказал Камилл. - Сначала вы, - он обратился к Баю и Сину. - Считайте, что ваша работа сделана. Перед баром стоит фургончик с аппаратурой, вас отправят назад немедленно. Я позаботился, ваши двойники в Москве сейчас находятся у нас в центре. Спасибо.
Син свирепо глядел на Камилла; Бай, выжатый как лимон трюком с виртуальным Лощининым, устало кивнул.
- Ты, - он склонился к Аурелу. - Ты тоже пойдешь в фургончик.
- Зачем? - хрипло спросил Аурел. - Я же передал твоим людям диск с файлом. Еще тогда, в сити.
Камилл вежливо улыбнулся.
- Фриппи, диск мой человек, выйдя от тебя, выбросил в первый же мусорный ящик. То, что мне действительно нужно, сидит у тебя в башке. Понял теперь? Ты - мой живой диск.
Аурел тупо глядел на него. Тири слабо стонала под руками женщины-врача. Врач что-то ласково и успокаивающе шептала.
Камилл говорил тихо, никто кроме него и Аурела не расслышал произнесенных слов. Кроме Аурела… и еще Бая.
И, как выяснилось, - Платонова.
- А теперь меня послушайте, - сказал Платонов с ужасающим спокойствием. - Мне нужен вот этот парнишка, - он указал на Аурела. - А на то, что он нужен тебе, мне чихать. Он пойдет со мной. А потом - потрошите его мозги, если желаете.
Камилл вежливо улыбнулся.
- Платонов, - сказал он раздельно и не без угрозы. - Твое задание отменили. Твой хозяин велел возвращаться.
Шаги гулко прозвучали в закрытом пространстве. Теперь Платонов стоял прямо перед Камиллом.
- Запомни, дядя. У меня нет и никогда не было хозяина. И не будет. Я играю по своим правилам. Понятно?
- А зачем тебе Фриппи? - неожиданно заинтересовался Камилл.
- Съем на ужин, - сладко улыбнулся Платонов.
К этой минуте Аурел немного пришел в себя. Живой диск, надо же. Вели его по перегону, как беременную козу. Осторожненько, чтоб пузом по земле не скребла, чтоб не утомлялась…
Женщина-врач сказала, что Тири должна выжить. Если оказать помощь вовремя. Кажется, помощь оказана вовремя. Аурел с пустотой в груди глядел на побледневшее лицо недавней спутницы, непривычное без очков. Мечта, которая предает - что может быть грустнее? Он еще помнил тепло девичьего тела, ее живой запах, ее слова…
И все из-за информации в голове. Интересно, каково это - спать с дискетой?
- Идите к дьяволу, - сказал Аурел. - Все идите к дьяволу. Забирайте свое файло и катитесь к дьяволу. Где там ваша аппаратура?
- Платонов, - примирительным тоном сказал Камилл. - Это секундное дело. Я солью все, что принадлежит мне, и забирай его. Ладно?
Аурел вспомнил свои догадки. Тогда на перегоне. Как же, сообщество кибертелепатов, спасение себе подобных… Чушь розовая. Все проще. Обыденнее. И куда более жестоко.
Неожиданно в разговор вмешался косматый татуированный мотоциклист с пистолетом в руке.
- Эй, вы! А я так скажу - этот парень поедет с нами. Я на Спелла работаю, ясно?
Дружки-рокеры сгрудились вокруг главаря. Выглядели они достаточно устрашающе.
Бай и Син, склонившиеся над бесчувственным Ченом, с тревогой переглянулись. Кажется, возвращение могло отложиться.
Камилл озадаченно хмыкнул.
- Болван. Спелл - это я. Ты что, видеорежимом не пользуешься?
Жига-главарь смутился.
- А-а… Хм. Ну, и дальше-то что?
- Все, - повелительно повел ладонью Камилл. - Гуляйте. Сегодня в «Рессоре» бесплатная выпивка для тебя и твоих ребят.
Ребята тут же повеселели. Да и Жига отнюдь не возражал. Рокеры охотно покидали бар, чтобы тут же отправиться в «Рессору» к бесплатной выпивке. Галдеж выползал на площадь.
- У тебя пять минут, - сказал Платонов Камиллу и тоже пошел к выходу.
Камилл обернулся к Аурелу.
- Ну, приятель! Давай! Сейчас для тебя все кончится.
- Для меня все уже кончилось, - хмуро ответил Аурел и зашагал в указанном направлении. Бай с Сином, прихватив бесчувственного компаньона, последовали туда же.
Треск мотоциклетных моторов впитывался окрестными улицами. Площадь пустела. Остались только фургончик, четыре джипа, «Бас-Лоджик» и «Креатив».
Аурела ввели в фургончик.
«Ну, - подумал Бай, - была-не была».
Он помнил, что в трюке с Лощининым Камилл его раскусил. Значит, сейчас нужно все сделать чище.
Аурела усадили в кресло, по виду похожее на зубоврачебное, и нацепили на голову шлем с мощными многопотоковыми мнемоюстами. Аурел вяло подчинялся - ему все надоело, и он хотел только одного - чтоб все побыстрее закончилось.
Сложная комбинация сигналов возбуждения-торможения обрушилась ему на подкорку. Закольцованная область мозга проснулась и стала отдавать сохраненную информацию. Мегабайты оседали на переносном терминале Камилла с автономным диском повышенного объема.
А Бай, окутав Камилла непроницаемым облаком-нокером, ловил эхо, прессовал его и оставлял в собственном мозге, молясь, чтоб мозг выдержал.
Аурел вышел из фургончика через пять минут. Взгляд у него был скучный и равнодушный. Платонов, стоявший с своего стильного «Бас-Лоджика», поманил его пальцем, и Аурел послушно направился к нему.
Потом из фургончика показался Камилл.
- Ну-с, - потер он ладони друг о друга. - Теперь вы.
Чен к этому моменту уже очнулся и сидел прямо на дасфальте, массируя виски.
- Давай, Син, - Бай подтолкнул приятеля. В голове шумело, как с похмелья. - Давай, ты первый.
Син вздохнул, с ненавистью швырнул ружье под ноги, обнял Бая, сжал руку Чену, и поднялся в фургончик.
Двигатель платоновского «Бас-Лоджика» тихо заурчал и машина завтрашнего дня сорвалась с места.
- Куда он? - спросил Бай, думая вслух.
- К западному шлюзу, куда же еще, - Чен поморщился, вставая. - Насколько я понимаю, - обратился он к приятелю, - ты назад не собираешься.
Бай вздрогнул.
- Как ты догадался?
- А зачем ты копировал этот чертов файл себе в башку?
- Тише ты! - шикнул на него Бай. - Да, я не буду возвращаться. Мне здесь понравилось. И не надо меня переубеждать - в Москве тоже есть Бай. Извинишься перед ним за отсутствие впечатлений…
- Дело в том, - сказал Чен неожиданно спокойно, - что я тоже не хочу возвращаться в Москву.
Бай опешил.
- Почему?
- А что я там забыл? - Чен пожал плечами. - Надоело. Здесь даже дышится легче. Син - другое дело, у него жена, киндер… Да и вообще он консерватор.
- Тогда, - прервал его Бай, - поехали.
Спустя минуту два джипа сорвались с места и понеслись по улице вслед за «Бас-Лоджиком». Бай знал, что Платонова им не догнать, но что-то подсказывало ему: ехать нужно на запад. К сити.
Когда Камилл вывел из фургончика бородатого толстяка в круглых очках, недоуменно озирающегося, он увидел только машину скорой помощи у дверей бара да приближающихся полисов.
Из бара вынесли раненую Тири. На носилках, поверх белоснежной простыни, лежали раздавленные очки.
Камилл заглянул за фургончик, и заметил, что из четырех джипов на площади осталось только два.
- Вот так вот, значит, - озадаченно протянул он. - Интересные веники.
И платоновской машины не было, а у «Креатива» была поднята задняя дверца. Наверное, Аурел забрал свои вещи.
Полисы приближались.

~# root

~# root
~# shootdown
Скорость заставляла быстрее биться сердце. Аурел не мог нарадоваться мощной машине - платоновский «Бас-Лоджик» очаровал его с первой секунды за рулем. Эта приземистая, льнущая к земле капля была рождена для пожирания километров. Неудивительно, что Платонов так ею дорожил.
Аурел вспомнил недолгую поездку с киллером. Вспомнил невольный ужас, когда позвонил Лощинин и выяснилось, что никто никаких заказов не отменял, вспомнил изменившееся лицо Платонова, глядя на которое захотелось выпрыгнуть из машины на полном ходу и бежать, бежать, все равно куда, освобождая животные страхи. Вспомнил, как Платонов требовал научить его убивать через сеть. Аурел научил. Но при этом убил самого Платонова - в качестве наглядного примера, наверное. И ничего при этом не ощутил - ни укоров совести, ни легкого страха перед чужой смертью.
Дважды с ним пробовал связаться Бай, хотя Аурел сначала был уверен, что забарьерников вернули домой. Отвечать он не стал. Камилл не появлялся, чему Аурел только радовался. И еще постоянно пыталась пробиться на терминал «Бас-Лоджика» Тири. Наверное, она была еще слаба после рокового выстрела в баре Волицка, потому что примитивную защиту Аурела обойти не могла.
Аурел ехал на юг. К горам, где прошло его детство. С перегона он съехал почти сразу, едва похоронил у самой дороги Платонова. Хотелось забыться. И он забывался в скорости, в бешеной гонке по бесконечной равнине. Автопилотом Аурел научился пользоваться без труда, но включал его только когда слипались глаза и мозг затуманивался от долгого сидения за рулем. На терминал он старался не смотреть, и впервые не чувствовал постоянного желания уйти в киберспейс.
Он надеялся, что скорость и одиночество его вылечат. Ведь с мечтой расставаться трудно.
Тири прорвалась к нему спустя полтора месяца после Волицка. Аурел даже не понял - как. Не то обошла защиту, не то еще как-нибудь. Голокуб сам собой материализовал ее лицо. На ней снова были обычные очки-звездочки.
- Здравствуй, Ури, - сказала Тири едва слышно. - Почему ты не отвечаешь мне?
- А зачем? - тихо отозвался Аурел. - У меня в голове больше ничего нет - Камилл все скачал.
Тири устало провела рукой по щеке.
- Я ничего не знала, Ури. Я думала, что спасаю тебя.
Аурел только скептически улыбнулся. Но улыбка вышла на редкость печальной.
- Это легко проверить, - торопясь, сказал Тири. - Иди ко мне. Я рядом. Войди в мои мысли.
И Аурел бросился в сеть, хотя еще минуту назад полнился решимостью не соваться туда.
Тири действительно находилась рядом. Это было не просто сетевое присутствие, нет. Нечто большее. Аурел даже растерялся. Их мысли и чувства переплелись и объединились в полумраке киберспейса, продолжаясь друг в друге. Аурел почувствовал, что задыхается. И забыл о времени.
Когда он вывалился, руки его дрожали на руле. «Бас-Лоджик» несся по равнине быстрее, чем когда-либо.
- Я еду к тебе, - сказала Тири. - У меня снова «Квантум».
Аурел кивнул. Он не