ГГ. Потом она увидела
сторожевой автомат и вспомнила, что грифа "допущен в трюм" на ее пропуске
нет. Рассеянно постукивая башмаками, она побрела по обширной пустой
площади улитки. Вдруг металлический охранник заскреб лапами, выдвинулся из
люка, и на улитку спрыгнул Светлоглазый. Ник его узнала. Он выглядел очень
веселым, свойским парнем и взглянул на монтажницу с приветливой улыбкой.
Присел, улыбнулся еще очаровательнее...
- Вы госпожа Ник, подруга господина Глора. Не говорите, не говорите
мне, что я ошибся!
- Не имею чести, - на всякий случай чопорно ответила Ник.
- О, я случайный знакомый господина Глора! Джерф, обычно меня зовут
Светлоглазым... Господин монтажник не упоминал обо мне?
- Боюсь, что у меня неважная память, господин инженер-физик.
Джерф весело отмахнулся.
- Пустяки, пустяки! Монтажники - занятые люди, не в пример нам,
бездельникам... А правда, у меня очень светлые глаза?
- Очень, - сказала Ник. Она видела, что робот-охранник поднял средний
телескоп и тоже норовит заглянуть в примечательные глаза инженера. - Да,
очень светлые. Знаете, я заплуталась в готовом корабле. Мы только сегодня
прилетели.
- Вот как повезло! - восхитился Джерф - Мне, мне повезло! Я ведь
отыскивал вас, госпожа Ник.
- Как интересно, - сказала Ник. - А зачем?
- Господин Глор не мог взять сам и просил, чтобы взяли вы, - шепнул
Джерф и передвинул на грудь сумочку для воспроизводящего аппарата. -
Извольте...
Ник любопытно придвинулась к нему. И остолбенела.
Светлоглазый вынул из сумки предмет. Незнакомый, непонятный и
отвратительно знакомый. "Вот оно что", - подумала Ник.
Малый корабль Десантников, жужжание путевого двигателя, крошечный
трюм, зажимы с десантными "посредниками". И она сама - курсант Космической
академии. Ник дежурит по кораблю. Она - мыслящий в крошечном многоногом
металлическом теле - вскрывает "посредники", выдвигает их из керамических
чехлов и осматривает. Постукивают ее щупальца. Красные тени лежат в
воронке "посредника", в гнездах для Мыслящих - пустых, старательно
вычищенных. И нелепая на вид, как тысячи утрамбованных, полураздавленных
пауков, схема "посредника" вокруг гнезд.
Джерф держал в руке десантный "посредник" без чехла. Воронка
излучателя была направлена на монтажницу, в пустых гнездах лежали тени.
Одно было занято. Пять - свободно.
- Приглашаю почтительнейше, госпожа Ник! - издевательски проговорил
Светлоглазый и потянул за нитку приема.
И наступила бесконечная пустота.
В "посреднике", ослепительно блеснув, выкристаллизовался второй
Мыслящий. Машка не могла его видеть - это было ее сознание. Туда ушло все,
что она помнила о Земле, и то, что она любила на Земле и здесь. Загорелое
лицо Севки, шум ночных сосен и твердые удары мячей на корте. Все ушло.
Машки больше не было. Ник, свернувшись клубком, лежала на генераторе.
Джерф отнюдь не был чхагом-дилетантом. Пересадочную инструкцию он
знал на память еще в те дни, когда Глор и Ник учились в школе.
Общая часть, параграф 17: "Если из тела балога изъят Мыслящий, мозг
балога прекращает функционирование. Указанное тело сохраняет жизнь не
более чем 1/18 часа. Посему следует немедля подсадить в него заранее
приготовленного сменного Мыслящего". И часть III, параграф 6: "Посредники"
ЛЛ оборудованы запоминающим устройством. По сигналу "передача"
автоматически излучается Мыслящий, помещенный в хранилище раньше прочих
Мыслящих, наличествующих в указанном хранилище".
Помня это, Джерф бросил нить приема, живо схватил нить передачи и
наклонился к телу монтажницы, чтобы выпустить припасенного Мыслящего. И
вдруг с возгласом изумления прикоснулся к ее перчатке.
Перчатки остались целы. Даже не треснули, хотя должны были
рассыпаться лохмотьями, как только мозг перестал работать. Неисправен
"посредник"?
Джерф поспешно заглянул в хранилище - _д_в_а_ мыслящих. Посредник
сработал. Значит... значит, параграф 3: "Посредниками" ЛЛ, в том числе
десантными, при максимальном усилении приема, извлекаются Мыслящие
инопланетных существ. При отсутствии таковых, либо во вторую очередь -
Мыслящие балогов".
Для лучшего дальнодействия Джерф ставил "посредник" как раз на
максимальное усиление приема... Но откуда, во имя Пути, здесь оказался
инопланетный Мыслящий?
Он так растерялся, что застыл, наклонившись к монтажнице. И упустил
время. Ник зашевелилась, оттолкнула его, встала. Она совершенно ничего не
помнила, это было видно по ее лицу. Однако она сейчас же заметила
"посредник" в руках незнакомца и инстинктивно, как зверь, длинными
прыжками кинулась на край улитки. Еще два прыжка, и она уйдет за край, а
там работают наладчики... Джерф сунул "посредник" в сумку и поднял пустые
руки:
- Стойте! Госпожа Ник!
- Оставьте меня, - сказала Ник.
Светлоглазый подбежал к ней:
- Слушайте и молчите! Вы "теряли себя" - поняли? Я вас освободил, я
вас не выдам, это ваш дружок, это Глор - он виноват!
- Неправда! - прошептала Ник.
- Проверьте, проверьте... Идите немедленно в каюту, он прячет
"посредник" - убедитесь... Я вас освободил, понимаете? Ищите! Найдите! Я
заберу у вас "посредник" и все, все скрою! ИДИТЕ ЖЕ!
Ник обморочно посмотрела на него. Прыгнула к краю генератора и упала
- покатилась по улитке. Джерф сообразил, что монтажница не знает, в каком
корабле находится. Думает, что в Монтировочной, где нет тяготения!
Инопланетный Мыслящий захватил ее не в доке, а еще на планете... Она же не
знает, куда идти, а-ха-ха, удача, удача! - мысленно взревел Светлоглазый и
метнулся вдогонку.
- Стойте! Слушайте! Вы не в Монтировочной, в Главном доке... С этими
господами не здоровайтесь! Вы сию минуту с ними говорили. Наш выход -
кормовой. Прошу... Молчок, молчок! Да-да, я знаю вашу каюту, идемте...
Т_е_п_е_р_ь_ он посчитается с Глором! Чья подруга "теряла себя"?
Инопланетный! Мыслящий! В Главном доке! Ах-ха, удача... Вместо рискованной
подмены Мыслящего в госпоже Ник, получилась _т_а_к_а_я_ ш_т_у_к_а_! Ник
отдаст ему "посредник" с Железным Рогом, сама Ник, а не подменыш...
- Вот ваша каюта. Ищите. Ждите меня. И - молчок! Иначе вы пропали.
Он толкнул Ник в дверь каюты и помчался обратно в корабль, чтобы
положить на место десантный "посредник".


Отведем душу


Командор Пути обожал летать на ракетах-малютках. Он находился в
должности уже восемь поколений, то есть сменил семь тел, и каждое новое
ему подбирали из бывших пилотов. В его официальной биографии сообщалось,
что первым Джалом в династии был настоящий пилот, выдвинувшийся в
командоры Пути благодаря уму, энергии и незаурядным математическим
способностям. Может быть. Во всяком случае, Джал VIII пользовался любым
случаем для вылазки в Космос на двухместной ракете и сам сидел за
рукоятками. Личного пилота командор не держал.
Выход к ракете обставлялся с помпой. Порученец сообщил Расчетчику
пункт назначения и время вылета. Затем явился начальник Охраны, застыл в
великолепной стойке - нижние колени прямые, верхние согнуты - и получил
приказ сопровождать к ракете. Почему-то начальнику Охраны приходилось за
распоряжениями являться пред лицом Джала - словно радиофон еще не
выдумали. Однако Сулверш делал все с удовольствием. Доверительно сказал:
"Слушш!", молодецки сиганул в приемную и там взорвался: "Смир-р-рн-о! Его
предусмотрительность командор Пути!" И замер, неправдоподобно выкатив
глаза. Было слышно, как поскрипывали, поднимаясь из-за столов,
чиновники-питы. Командор Пути снизошел по трапу в приемную - мимо двух
офицеров на площадке. Едва он шагнул с последней ступеньки, Сулверш
ринулся расчищать дорогу. Клагг в ту же секунду пристроился к Глору и
пошел рядом с ним, в двух шагах за спиной командора Пути, а начальник
Охраны уже дико вопил в коридоре: "Смир-рно!" Вопль услышали и подхватили
офицеры, занимавшие посты по пути к причалу, и несколько секунд коридор
грохотал: "Ир-р-ра!" Конечно, все это было ни к чему. Расчетчик уже зажег
оранжевые панели на потолках. Каждый, имеющий глаза, знал, что командор
Пути сейчас пройдет по таким-то и таким-то переходам. Но обычай,
сложившийся в начале Пути, был сильнее разума. Обычаи создаются быстро, а
разрушаются тысячелетиями. Ритуал появления Великого был создан на планете
Тойот, которой управляли три вождя: Муж Совета, Муж Войны и Сын Бури -
главный адмирал. И вот, спустя пятьсот лет, воспроизводилась церемония
выхода Сына Бури. Сулверш ревел, как атакующий сумун, Сын Бури - командор
- вышагивал с видом небрежным и величественным одновременно. Клагг и Глор
шли вытянувшись, будто проглотили по монтажной линейке, а еще два офицера
маршировали по сторонам процессии с лучеметами наизготовку. Совершенная
нелепость! Постоянные участники церемонии чувствовали себя не очень ловко.
Один лишь порученец наслаждался и втайне был этим смущен.
На Севку всегда сильно действовали парады, разводы караула и другая
военная обрядность.
Наконец Сулверш в последний раз гаркнул: "Его предусмотрительность!",
инженеры в ракетной шлюзовой изобразили почтительную стойку, и церемония
приняла деловой характер, нисколько не потеряв торжественности.
Сначала из грузового лифта вынырнули контейнеры с вакуум-скафандрами
Великого и его порученца. Одеяние командора Пути принял Сулверш. Принял,
поднес Джалу, тот собственноручно вскрыл контейнер, и два офицера вдели
его предусмотрительность в скафандр. Глор, торопясь, оделся сам.
Затем Сулверш нырнул в ракету, чтобы осмотреть ее изнутри. А Глор,
топая, пробежал к шлюзу и вышел в пустоту - осмотреть ракету снаружи. Это
было совершенной проформой. За две минуты в такой сложной машине ничего не
углядишь, хоть сто бомб в нее подсуньте...
Потом старший инженер-ракетчик передал начальнику Охраны ключ и
сертификат к ракете, а начальник Охраны попросил старшего инженера
изготовить ракету к пуску. Последовала серия команд, начинающихся словами:
"Ракета его предусмотрительности".
"Ракету его предусмотрительности к продувке! - Шипение сжатого
воздуха, грохот заслонок. - Ракету его предусмотрит-ти... Продувай! -
Шипение становится оглушительным. - Ракетьегопредут-ти... На контроль!" И
так далее.
Сулверш отрапортовал:
- Ваша предусмотрительность изволит занять место.
Командор с облегчением нырнул в люк. Глор, согнувшись, пролез за ним
- в кресло второго пилота. И Джал вдруг обратился к нему как к ровне:
- Отведем душу, а? Не летал давно? Ну, молись Пути... - Он лихо
всадил ключ в гнездо опознавателя. - На причале! К старту готов!
На сигнальной панели выстроились зеленые прямоугольники - полная
готовность. Запрыгали уменьшающиеся цифры: 49, 48, 47. Командор воровато
оглянулся, ухватил оранжевую аварийную рукоятку, рванул ее и ногой нажал
стартер.
Скафандр жалобно пискнул, стравливая воздух. Кресло надавило на
спину, как ступня великана. Экраны пошли белыми спиралями. Спирали стали
звездами. Розовый ромб выплыл на середину кодового экрана. Это значило,
что корма ракеты направлена точно на Главный маяк. "Ай да командор Пути, -
подумал Глор, - ведь он ведет вручную!" Джал пилотировал, стремительно
перебрасывая руки, как при игре в "капустку". Заквакал динамик: "Молния
ноль-один", "Молния ноль-один", здесь Главный маяк, отвечайте! Командор
хохотнул и ответил: "Молния ноль-один" слушает". Главный маяк попросил
сообщить, почему "Молния" идет на аварийном управлении, нужна ли
спасательная. Командор ответил маяку точь-в-точь как бывший кург Нурра,
затем повернул к порученцу счастливую харю и подмигнул. Он ждал изъявлений
восторга.
- Лихо, лихо, ваша предусмотрительность! - нерешительно сказал Глор.
В наушниках второго пилота транслировалась обстановка, и он слышал,
как Главный маяк разгоняет всех по трассе "Молнии ноль-один". Двухместная
ракета на ручном управлении могла натворить бездну неприятностей...
"Аварийное судне на меридиане Главного маяка таком-то, - говорил
торопливый голос. - Скорость... Ускорение..." Кто-то возмущенно щелкнул и
спросил: "Почему он не ложится в дрейф?" Третий голос сказал: "Молчи,
дурень! Это _с_а_м_!"
То ли командор понял, что ему не выполнить поворот в узком секторе
между Титановым и трассами грузовых ракет, то ли ему просто надоело. Он
задвинул на место аварийную рукоятку, автомат выключил двигатели, и
Главный маяк принялся за работу. Курс был выправлен, поворот прошел с
точностью до восемьдесят первой доли угловой секунды, и под центр экрана
подплыл бублик Большого Сверкающего. Командор Пути сидел нахохлившись.
Лицо его снова стало скучным. Глаза были полузакрыты. По радужному пузырю
его гермошлема ползли белые кружки звезд - отражения от экранов. Ракета
шла по орбите свободного падения. Глор расправил ноги, потянулся в
невесомости. Внезапно командор проговорил: "Смотри, что я покажу,
паренек..." На боковом экране загорелась красная точка указки, побежала в
правый нижний сектор и остановилась.
- Смотри... Цель Пути сегодня. Звездная система Чирагу-3734, третья
планета. Ты мой порученец, тебе надлежит знать.
Глор обомлел. Третья планета системы с паучьим именем - Земля?
Наверно, его тело рванулось вперед - фиксаторы сжали грудь. Чирагу-3734!
Он явственно помнил, что сдавал эту систему на экзамене по планетологии.
Именно третью планету он выделил как обитаемую и получил похвалу.
И он - _о_н _с_а_м_ - три дня назад жил на этой планете!
Ему стало нехорошо, как в первые минуты, тогда, в МПМ. Командор Пути
схватил его за край шлема, тряхнул:
- Что ты слышал? Говори!
- Ни... ничего, вашусмотрительность... Тайны Пути. Польщен доверием.
Командор выпустил его и фыркнул:
- Привыкай. М-да. Там что-то не в порядке... А теперь поработай.
Выходи на связь с Холодным.
Глор послушно включил передатчик. Голос дрожал. Пришлось хлебнуть из
термоса. Голос все равно дрожал и похрипывал. Неизвестно отчего - от горя
или от радости. "А, непорядки? Отменно... То ли еще будет..."
- "Молния ноль-один" вызывает причал Холодного, - захрипел Глор. -
Причал Холодного, отвечайте "Молнии ноль-один"!
"Эге, вот он куда топает!" - отметил смешливый голос, тот, что
обругал возмущенного. Еще кто-то пропищал: "Пусть его топает, весь сектор
давно готов..." Перебивая их, вступил официальный голос:
- Спутник Холодный слушает "Молнию ноль-один".
Глор сказал:
- "Молния ноль-один" просит посадку.
- Включаем поле в створе маяк - Большой Сверкающий, - ответил
Холодный. Это было пустой болтовней - подходами к Холодному заведовали
автоматы.
Прислушиваясь к уставному бормотанию, Глор косился на экран. Указка
погасла, Земля давно ушла за рамку. Начался разгон для перехода на
тормозную орбиту, и чехол с "посредником", спрятанным в кармане
вакуум-скафандра, давил на грудь. А командор Пути сидел рядом, плечом к
плечу. "Прав был Светлоглазый, - думал Глор. - Вот сейчас и взять его
предусмотрительность командора... Самое время. Ракетный ключ - в левую
руку, правую - сунуть в карман и нажать на клавиш "посредника" и сразу
выдернуть из гнезда командорский ключ и вложить свой. Джал не успеет даже
отпустить "педаль присутствия". Господин Светлоглазый превосходно
рассчитал акцию. Браво! Ловкач Светлоглазый. Господин Джерф, вы настоящий
ловкач. Обдумано до тонкости. Перехватить у вас Джала я не могу - перчатки
приготовлены для вашего Железного Рога, а не для моего Нурры... Интересно,
в каком месте кабины они спрятаны. Что же вы, ловкач? Забыли предупредить,
где они? О нет, вы ничего не забываете. Вы предвидели все, даже нашу
ссору. Возможно, вы успели убрать перчатки. Лишняя улика... А без них
командору Путине выйти из ракеты. Возьмут за капюшон, хоть он и Великий.
Так что его предусмотрительность мы изловим в другом месте и другим
"посредником". Если удастся. Должно удаться. Мы должны получить схему
перчаток, и мы ее получим".
Он вздрогнул. Заговорил автомат: "Молния ноль-один". Здесь причал
Холодного. Вам дается посадка". Спутник занимал половину кодового экрана:
полированный шар бешено сверкал отражениями двух Солнц. Из огненного
марева уходила длиннющая полоса причала. К середине полосы прилепился
черно-белый шарик. Похоже на ветку с одним большим яблоком и одним
крошечным. К тому же у большого яблока висели, как листья, два танкера с
жидкими газами и еще малютка двухместная на конце причала.
"Молния ноль-один", вы взяты в поле". Раскрылись серповидные
швартовые захваты. На ракету нацелился излучатель гравитора. Здесь
лихачество не допускалось. По медленной, очень плавной раскачке ракеты
чувствовалась огромная мощь тормозного поля. В почтительном отдалении от
Холодного скорость "Молнии" точнейше уравнялась со скоростью спутника.
Медленно-медленно, то и дело останавливаясь, они притянулись к причалу,
мягко легли в захваты, и автомат известил: "Посадка выполнена. Продуваю
шлюзовую".
Ходовой экран погас. В последнюю секунду Глор успел разглядеть на
дальнем конце причала башенку с ребристым, далеко торчащим стволом
стационарного распылителя. Всхлипнул и отвалился люк. Неживой голос
автомата доложил: "Выход разрешен". Глядя перед собой из-под шлемного
забрала, командор Пути преследовал на причал. Глор шел за ним в двух
шагах.


Командоры


В стеклянной трубе причала гремел Сулверш. "Смир-р-рна-а!" -
заливался он, как певец, исполняющий на бис свою лучшую арию. Вот кому
принадлежала двухместная ракета, пришвартованная рядом... Джал равнодушно
покосился на офицера - видимо, привык к подобным номерам. Сам же он и
позволил себя обогнать, балуясь с ручным управлением. Из-за спины Сулверша
выступил начальник Холодного, представительный господин в ранге Полного
командора. Остальные господа выстроились вдоль причала. Монтажник Глор в
жизни не видел столько травянисто-синих комбинезонов, блестящих застежек и
двухзарядных "посредников". Спутник Холодный обслуживали только командоры.
Здесь даже инженеры-физики носили командорские шлемы.
Командоры - самая уважаемая каста после Десантников. Они живут в
Ближнем Космосе. На твердой земле им нечего делать, потому что их работа -
готовить экспедиции. Другие касты строят корабли, башни и заводы,
Диспетчеры всем этим распоряжаются, даже Расчетчиками, хотя многие
заблуждаются, полагая, что Расчетчики командуют Диспетчерами. Но в Космосе
распоряжаются командоры. И все они похожи друг на друга Глору казалось,
что вокруг него много Джалов. При стальные, подвижные глаза. Пятна
космического загара, от которого не защищает ни один шлем. Твердо сжатые
челюсти.
Они стояли посреди Космоса. Под ногами был неширокий титановый
мостик, протянутый в узкой прозрачной трубе. Сквозь стекло жарили оба
Солнца, и в трубе причудливо перемешивались двухцветные тени и отблески.
Но черноту Космоса они не могли скрыть, не могли смягчить или сделать
менее заметной. Ниточка стекла и металла, протянутая в черной пустоте.
Церемония встречи кончилась. Послышалась команда: "Господа, вольно!",
и гуськом, щелкая присосками, вразнобой - в ногу ходить нельзя, - синяя
процессия потянулась по мостику. Глор включил охлаждение скафандра.
Косматое Солнце палило сквозь трубу, жгло кожу. Командоры шли неторопливо
- привыкли Миновали ответвление, ведущее к малому жилому шару. Вблизи он
оказался не маленьким - с шестиэтажный дом - и на порядочную часть пути
прикрыл от солнечного пламени. Зато впереди вспыхнули третье и четвертое
Солнца - отражения в алюминиевом зеркале большого шара. Этот зеркальный
блеск старательно поддерживали, чтобы Солнца не нагревали драгоценное
содержимое хранилища. До огромному его боку, казавшемуся от величины почти
не круглым, и сейчас ползали роботы-полировщики.
Перед входом в шлюзовую камеру дежурил механический охранник. Луч или
заряд распылителя могли повредить стенку хранилища, а большой робот и
безоружный справится с балогом. В шлюзовой камере Сулверш и Глор также
оставили свои лучеметы.
В хранилище вошли вчетвером: Джал, главный физик, Сулверш и Глор.
Остальные задержались, надевая скафандры. Было ясно, что "неожиданная
ревизия" - такая же чепуха, как уставные разговоры в полете. Всем известен
номер ракеты командора Пути. Радиошумиха из-за ручного управления
послужила предупреждением - ждите, лечу к вам... Главный физик имел
достаточно времени, чтобы надеть скафандр, посмотреть, все ли сверкает в
хранилище, и с невинным видом встретить Джала у ракеты...
Глор посмотрел на главного физика. Тот невозмутимо спросил, не забыл
ли господин монтажник включить обогрев скафандра?
Совет был кстати. Лютый холод уже начал пробирать господина
монтажника. А холода здесь было хоть отбавляй. Внутри тонкого алюминиевого
экрана помещалось настоящее хранилище, сваренное из толстых синих
титановых листов. Они глухо гремели под башмаками. Под броней хранился
жидкий кислород. Между броней и экраном оставалось достаточно пространства
для прыжков-полетов, но летать здесь запрещалось. Можно было лазать,
цепляясь за сетку из тросов. Кроме того, хранилище опоясывали
крест-накрест железные полосы для ходьбы на магнитах. Командор Пути важно
затопал по полосе. Лампы он приказал выключить, отставших не ждать.
Шли при слабом свете скафандров. Глор шагал последним, то и дело
налетая на могучую спину Сулверша. Вдруг командор рявкнул:
- Ага-га! Дырка!
- Где?! Ваша предусмотрительность, где? - застонал главный физик.
Спрашивать было ни к чему. Тончайшая игла света проткнула "потолок" и
упиралась в "пол". На титане сияли два кружочка; голубой - побольше, и
розовый - поменьше. Изображения Большого и Малого Солнца.
Вспыхнул свет. Командор Пути рычал:
- Р-разжалую! В курги сошлю!
- Так ваша предусмотрительность! Я...
- Что ты?! Ты чурбан!
- Сегодня обследовал всю сферу, лично, ваша предусмотрительность!
Буквально перед вами прошило!
В наушниках было слышно, как Джал отдувается под шлемом.
- Обследовал... Ты не робот, а главный физик, - устало пропыхтел он.
- Где твоя защита, индикаторы? Где роботы? Они что - за жвачкой побежали?
Глор повел лучом. Правда, не видно роботов... Кажется, он
догадывался, в чем дело. Всех ремонтников спешно послали полировать экран
- к прибытию командора Пути, а тем временем и прошило.
Примчался, цокая ножками по полосе, робот-ремонтник. Всадил в
отверстие щупальце и звонко щелкнул - подозвал ремонтника снаружи. Тот
заварит дырку, отполирует, и все будет в порядке.
- Ладно... Пыли у тебя много. Луч виден, - проворчал Джал.
- Никак нет, в норме, вашусмотрительность! Вот индикатор,
вашусмотрительность!..
- У меня свой. - Джал вынул из кармана индикатор и удовлетворенно
фыркнул: - Правильно, в норме... Ну как, паренек, входишь в курс? -
милостиво спросил он у порученца.
- В-вхожу, в-ваша п-предусмотрительность...
Глор начал безумно мерзнуть. Подкладка скафандра была, наверно,
горячая, но вот беда, тело этого не чувствовало. Мерзло. Здесь стоял
ужасающий, мертвенный холод, какого не бывает вблизи планет. Вакуум не
имеет температуры, потому что пустота есть пустота. У нее нет веса,
плотности, цвета и температуры тоже. Есть ничто, пожирающее тепло.
Вакуум-скафандры были с обогревом, но слаб оказался этот обогрев... На
обычных работах в припланетном Космосе один бок постоянно обогревается
Солнцем. Корпуса спутников и ракет, поверхность планеты выделяют тепло.
Здесь же солнечные лучи отражались зеркальным экраном, а под ногами было
целое море жидкого кислорода с температурой минус сто восемьдесят три
градуса. Наверно, даже холодней. Хранилище-то было с секретом. Оно
состояло из четырех шаров, собранных как игрушечные "матрешки". Первая -
экран. Под ним - пустота, лучшая тепловая изоляция, как в термосе, а потом
второй шар, наполненный жидким кислородом. В кислороде плавал третий шар,
залитый жидким водородом. И наконец, в нем помещался четвертый, с главным
содержимым хранилища, жидким гелием. Самое холодное вещество во Вселенной,
с температурой кипения -271 градус. Одна жидкость последовательно остужала
другую. Кислород наверняка был переохлажден до двухсот градусов.
Глор довернул до отказа регулятор обогрева. Плелся за Сулвершем,
спотыкался коченеющими ногами. А Джал бодро громыхал впереди. Остальные
командоры догнали их где-то на вершине хранилища и теперь шли длинной
вереницей. Ледяной свет слепил глаза. Командор Пути орал что-то
начальственное. Наконец они добрались до шлюзовой и, топая ногами, стали
отогреваться. Блаженство! Глор нежился в скафандре, как в горячей ванне, и
не отключал обогрев, пока мозги не начали плавиться. Ах, прекрасная вещь -
тепло! Он с почтением смотрел на командоров, закаленных космических
волков, которые, казалось, не заметили холода в хранилище, жары в туннеле
и сейчас не замечали ничего, кроме показаний приборов.
Вся компания собралась в рубке Холодного. Джал придирался. Командоры
почтительно отбивались. "Кислород перегрет? Никак нет, ваша
предусмотрительность, извольте взглянуть на таблицу поправок к
термометрам... Слишком много гелия в водороде? Текут швы? Никак нет,
вашусмотрительность! Швы текут всегда, поскольку гелий сверхтекуч, но
сейчас содержание его в водороде обычное".
Джал прицепился еще к метеорной защите, состоянию орбитальных
двигателей, к охранникам у распылителя - почему сняли каски... Глор слушал
и все увереннее понимал, что разговор похож на земную игру "барыня
прислала сто рублей". Роль командора Пути заключалась в придирках -
заведомо пустых. Он "водил". А здешние должны были отыскивать разумные
возражения против придирок. Обеим сторонам запрещалось "покупать черное и
белое". Джал, например, не спрашивал, за каким дьяволом здесь
бездельничает дюжина командоров, хотя все делают роботы, для надзора за
которыми хватило бы одного инженера. Нельзя, "черное"... А командоры не
спросили Великого, что он здесь, собственно, потерял? Зачем прилетел,
устроил шум, будто без него не понятно, что кислород должен быть холодным,
а метеорная защита - исправной? Такой вопрос, наверно, считался "белым".
Глор очень увлекся этими мыслями, совершенно новыми и для него
самого, и тем более для Севки. Он понимал, что командор Пути примчался
сюда не зря. Что-то готовится. Скорее всего, выпуск корабля на ходовые
испытания, перед которыми проводится зарядка гравиторов жидкими газами.
Действительно, Джал заперся в рубке с начальником Холодного. Через минуту
командор Пути вышел, сунул порученцу диктофон и приказал:
- Давай в ракету.
Снова через экраны потянулись фермы причала. Потом Хранилище, такое
блестящее на фоне Космоса. "Вот оно, ваше сердце, - думал Севка. - Вы не
можете летать без антигравитации. Гравиторы не работают без жидкого гелия.
Ну, берегитесь..." А командор Пути пристальным, "командорским" взглядом
уперся в левый экран. Там, рядом с синей Геру - Вегой, желтело пятнышко
звезды Чирагу. Желтого карлика, Солнца.


Госпожа Ник


В кабинете командора Пути гудели и пищали сигналы вызовов. Ураган уже
охватил все полушарие. Это убавило работы в Космосе - остановились
пассажирские ракеты, порожние грузовые задерживались на спутниках, потому
что их пустые коробки сбивало с вертикали при посадке. Глор видел, как
разворачивались события - оранжевые палочки ракет облепили изображения
спутников на большом экране. Лицо Великого Диспетчера, регулярно
выходившего на связь, мрачнело с каждым часом. Зато Джал становился все
бодрей. Вызвал к экранам нескольких командоров-пилотов. Попросил их
"научить этих ползунов полировать когти". Пилоты бодро рявкнули: "Слушш!"
- сели за рукоятки грузовых ракет. "Ползунам", то есть планетным
специалистам, был показан класс. Восемнадцать пустых большегрузных ракет
приземлились в самый разгар бури, что мало помогло планете, но поддержало
честь космического персонала. Получив доклад о подвиге восемнадцати
командоров-пилотов, Джал отправился на отдых сам и отпустил Глора.
"Ну, был денек!" - мог воскликнуть Севка словами Лермонтова. Он
плелся домой, предвкушая кислый душ и заслуженный отдых. Всего три часа,
но при таком слабом тяготении больше и не требуется.
Он открыл дверную диафрагму, вошел в каюту - Ник не было внизу. У
лифта стоял пустой контейнер, по всему полу разбросаны вещи. Он подумал,
что Ник приходила за лучевым щупом - она любила работать своими
инструментами - и в спешке раскидала содержимое контейнера. Но в груде он
заметил ее рабочий шлем и рабочие перчатки. Чудно! Она и здесь и на Земле
терпеть не могла неряшества. Почему-то все коробки раскрыла - даже с
парадной формой...
Ник лежала в верхнем этаже, навзничь. Комбинезон ее был
полурасстегнут. Несчастье, понял Глор. Он еще ни разу не видел ее одетой
кое-как.
- Вот я и пришел! Плавного Пути! - бодро сказал он, помня, что каждое
слово кем-то подслушивается.
Ответа не было. От волнения стало сводить плечи. Ник лежала на полу и
смотрела чужими глазами. Очень черными на снежно-белом лице. Это была Ник,
то есть Машка, и все-таки она казалась чужой. И Севка внезапно ощутил
чужим _с_е_б_я_. На этой планете, и в этом теле, и в этой ромбовидной
комнате без мебели, с мягким полом, на котором лежало непонятное
четырехпалое существо.
Он попятился и спрыгнул вниз. Впервые в жизни он бежал, как последний
трус. Бежал от того, что ему предстояло узнать. Это было нелепо. Он
безрассудно терял время. В конце концов, еще ничего не произошло. Ник
устала. Она должна была устать. Смена в Монтировочной, дорога на
космодром, полет и чудом миновавшая проверка в Расчетчике. Ник устала.
Машка устала.
- Она просто утомлена, - проговорил он вслух, чтобы заглушить
назойливую мольбу: все что угодно, пусть все, только не это. Во имя Пути,
пусть этого не будет...
...Он собрался с духом, спросил:
- Ты устала?
- Нет...
- Может быть, пойдем прогуляться? Здесь так интересно... Наденем
скафандры?
Ник сейчас же зашевелилась, спрыгнула. Застегнула застежки, помогла
Глору натянуть скафандр. "Посредник" лежал в кармане. Глор машинально
потрогал чехол. Беда сгущалась в нем, как ураганная туча. Они прошли
бесконечными коридорами, поднялись в кормовую часть корабля, заглянули в
щель между трубами ракетного выхлопа. В корме было пусто и черно. Они
ползком протиснулись на срез кормы, в швартовочную нишу буксировщика,
закрытую снаружи стеклянным колпаком. Десятиметровый колпак висел над
Космосом, как балкон. Под ногами, и впереди, и вверху, ничем не закрытые,
светили звезды. Каждые восемнадцать секунд в вишу проникал свет Главного
маяка, и тогда Глор видел лицо Ник.
- Ник! Что ты искала в каюте?
Она пошевелилась - поправила шлем. Маяк вспыхнул раз, второй, третий.
Ник безразлично проговорила:
- Искала "посредник". Прости.
"Ты же знаешь - он в моем скафандре!" Севка не произнес этих слов. Он
оцепенел. Если бы он мог пробить стекло и разом покончить с этим ужасом,
он бы так и сделал. Но крошечная надежда еще теплилась в нем Севка
спросил:
- Почему вдруг ты искала "посредник"?
- Мне сказали, что ты украл меня. Я очнулась в доне. Помню только
Башню. Когда мы посещали Мыслящих, за сутки до урагана. Мне сказали, ты
украл мое тело, я не поверила. Мне сказали, "посредник", которым ты
вооружен, в каюте. Я стала искать. Он солгал.
- Кто он?!
- Инженер-физик высшего класса. Со светлыми глазами. Я впервые его
видела...
Джерф украл Машку. Надежды больше не было. Искала "посредник" не
Машка, а Ник, потерявшая память обо всем, что было между Башней и той
проклятой секундой, когда чхаг включил "посредник". Второй параграф Общего
раздела: "Разум, подчиненный Мыслящему высшего ранга, прекращает прием
информации, равно как и ее накопление".
...Док еле заметно вздрогнул. Прямо под ногами беззвучно
проскользнуло рыбообразное тело ракеты. "Надо спешить", - с отчаянной
тоской подумал Севка. Джерф мог уйти на этой ракете. И надо кончить этот
проклятый допрос.
- Ник! Он требовал, чтобы ты нашла "посредник"?
- Он искал сам, когда я устала. Потом ушел.
- Когда?
- Не знаю. Два часа. Три...
- Идем! - вскрикнул Севка. - Скорей!
- Я думаю, пойдем прямо в Охрану? - ровным голосом спросила Ник.
- Я сам с ним займусь. Иди же!
- Но я "теряла себя", - с тихим упорством сказала Ник. - Ты обязан
донести об этом Охране.
На мгновение он забыл про Машку. Отвращение и жалость к этому
послушному, тихому существу - больше ничего. Вот как все получилось! Он
любил ее, пока она была Машкой, а сейчас почти ненавидел. Ник позволила
Светлоглазому навести на Машку "посредник".
- Я не стану выдавать тебя. Я не разрешаю тебе сдаваться Охране. С
чхагом я расправлюсь.
- Ты благороден и велик...
Голос ее был так тих, смиренен, что Севка чуть не врезал ей башмаком
скафандра. Он врезал бы самому себе - щенок, щенок, не сумел договориться
с Джерфом...
Он твердо знал, что без Машки не вернется на Землю.
Ник спросила:
- Кто это, Глор?
Он оглянулся. За кормой плыло светлое ядро Галактики - Млечный Путь.
На его фоне обрисовывался черный силуэт балога - в командорском шлеме, без
скафандра. Он стоял боком Ногой в большом башмаке упирался в стекло и,
судя по положению шлема, смотрел на звезды.


Я остаюсь здесь


Глор прикрыл Ник спиной и толкнул из ниши, одновременно направив на
незнакомца лучемет и шлемный фонарь. Включил фонарь. Учитель! Соломенную
шляпу Глор принял было за командорский шлем, а усы - за верхнюю челюсть...
Ник топталась сзади и ничего не могла видеть, спина Глора перекрывала
узкий лаз.
- Не бойся. Иди в каюту, - сказал Глор.
- Хорошо, господин...
Когда ее башмаки простучали по кормовому трапу, Учитель проговорил:
- Здравствуй, Сева. Прости, но я сниму изображение.
Ниша опустела - круг света от фонаря провалился в пустоту. Из нее
послышался голос:
- Как случилось несчастье?
Глор опустил лучемет.
- Слышали наш разговор? Здесь, в нише? Тогда вы знаете все. Вы
говорили, что чхаги для нас не опасны?
- Похитители обыкновенно не располагают "десантными посредниками".
Всего не предусмотришь, мальчик... Планетные "посредники" не берут ваших
Мыслящих. На это мы и рассчитывали.
- Не берут, не берут... А куда исчез он, вы знаете? Нет?! Что же вы
знаете тогда? - выкрикнул Севка в пустоту.
- Известно, что Мыслящий невредим.
- Машкин?
- Да.
- Где она? - страстно спросил Севка. - Где?
- Пока неизвестно, - гулко ответил Млечный Путь. - Попробую получить
координаты. Это требует времени.
- Я должен идти, - сказал Севка. - Я должен ее отыскать.
- Тебе страшно? - спросил голос.
- Да. Прощайте.
- Вы можете вернуться, сейчас. Оба, - сказал Голос. - На Землю. В
понедельник на прошедшей неделе.
Севка лез между дюзами, машинально надвинув на голову прозрачный шар
шлема. Но голос застиг его. Вернуться сейчас... Обоим! Он остановился.
- ...Вы вернетесь в момент отправления. Сюда пойдет другая пара.
Земное время не будет потеряно.
- О! Вы всегда можете вернуть?
- Практически всегда.
- Что значит практически?! А если Джерф уничтожит Машку, пока мы тут
растолковываем?
- Сомнительно, - сказал голос. - Джерф рассматривает ее как
заложника. В твоих руках - Номдал Девятый по кличке "Железный Рог".
Командор Пути, свергнутый Джалом.
- Клянусь антиполем! - сказал Глор. - Железный Рог!
Это меняло дело. Свергнутый властитель, как часто бывало в истории,
претендовал на прежнее место. Не авантюру - переворот затевал
Светлоглазый. Личность Номдала, естественно, была для заговорщиков
огромной ценностью.
- Значит, можете вернуть, - сказал Севка. - В исходную точку времени
на Земле... Здешнее время, насколько я понимаю, будет потеряно?
- Да. Придется начинать сначала, - эхом откликнулся голос.
"А корабль пока уйдет. А я поклялся не выпустить его. Это глупо, я
понимаю. Для Пути это комариный укус... Но я поклялся. И уже задумал нечто
большее, чем авария одного корабля..."
"Но Машка! Машка в опасности, - сказал Севка. - Тебе этого не понять,
Глор".
"Я все понимаю, - сказал Глор. - Даже то, что меня ждет. А ты
струсил".
"Ну, струсил. Только не за себя, а за Машку. И ты боишься, Глор...
Если я сейчас уйду, ты останешься наедине с ужасом, как осталась твоя
подруга. И никого не будет рядом, чтобы тебя поддержать".
"Вот и не уходи", - сказал Глор.
...Синяя Вега уже скрылась за крутой дутой горизонта. Под кормой, на
планете мигала двигателями Монтировочная первого потока. Ураган дул
свирепо - Башня отчаянно плевалась огнями. Севка сказал:
- Я остаюсь. Чем конкретно вы можете помочь?
- Немногим. Чаще появляйся в местах, подобных этому, - в невесомости
и вне корабельной брони. Здесь ты доступен для связи. Совет:
переместившись в тело командора Пути, не пытайся вредить Пути. Ваша цель -
только детектор-распознаватель. Переместившись, освойся с новой
информацией, она покажет, как надо действовать. У тебя есть ручной экран?
Положи его на стекло.
Глор вынул из кармана экранчик видеосвязи для Ближнего Космоса -
тонкую металлическую пластинку.
На ее оборотной стороне эмалевыми несветящимися красками были
отпечатаны смешные изображения курга и неска. Маленький синий неск угощал
огромного курга жвачкой и прохладительным питьем. Толстый кург, развалясь
на полу, ухмылялся с очень наглым видом. Одна щека у него была оттопырена
- напихал, наверно, про запас жвачки... Рисунок был по-настоящему смешной
и очень естественный. Даже сейчас Глору стало полегче, когда он увидел
раздутую морду курга. Такие карикатуры помещали на экранах скафандров
нарочно - для развлечения. Чтобы предупредить панику, если балог
затеряется в Космосе либо прервется связь. На жаргоне Ближнего Космоса
ручные экраны назывались поздравительными пластинками.
Он опустил пластинку на край ниши. Под стеклянным колпаком заклубился
туман - свернулся белой спиралью. Скафандр на груди Глора затрещал
искрами. Туман исчез.
- Возьми экран! - приказал голос. Он осторожно взял пластинку. -
Держи обеими руками. Пробуем.
По экрану побежали полосы. Севка задохнулся. Это были стволы сосен.
Желтые, закатные, чешуйчатые. С сосны на сосну метнулась белка. И экран
погас. Голос проговорил:
- Это односторонняя связь, от меня на тебя. Она действует везде.
Заглядывай чаще, но осторожно. Последнее: перчатки по форме номер один
парадные вне контроля, без детекторов. Удачи тебе! Конец.
- Ищите Машку! - крикнул он в пустоту и полез в корабль.


Две девятых часа


Ему казалось, что он ходит, как краб. Бочком, бочком, угрожающе
выставив клешни. Двое суток на планете я еще сутки здесь - всего три дня и
три ночи. Он устал от них, как от целой жизни. Он будто лез на башню, а
она росла над головой. И над всем этим, как черное небо Космоса, висело
несчастье.
Боком, не глядя на встречных, он прошел к себе и взял пару парадных
перчаток - спрятал за горло комбинезона. Ник была наверху. Он заставил
себя вспрыгнуть к ней. Ник опять лежала и смотрела вверх. Правда, она
сменила комбинезон и сняла рабочие ботинки. "Маш, Машета!" - про себя
позвал Севка. Он жалел их обеих. Машку он выручит, и у нее все будет
хорошо, а эта бедняга лежит и не смеет хоть взглядом попросить сочувствия.
А еще - он так привык относиться к ней, как к Машке. Бедняга! Не понимает,
что с нею было. Даже ни чуть-чуть не понимает. Думает, что ее тело занимал
кто-то другой - не заодно с нею, а вместо нее. Вот почему она так
потрясена. Не может понять, почему Глор не заметил подмены.
Он пробормотал что-то успокоительное: не беспокойся, мол, я заставлю
инженера молчать. И боком, боком заспешил дальше.
Командор Пути еще отдыхал. Прошло всего полтора часа из трех,
назначенных для отдыха. Глор поднялся в кабинет - инженеру для поручений
разрешено находиться там в отсутствие шефа, так же как старшим офицерам
Охраны. Клагг был там - Глор едва не споткнулся об его ноги.
- Совмещаю приятное с полезным, - затрещал офицер, поднимаясь с пола.
- Приятен отдых, когда совесть чиста, не так ли, господин монтажник Глор?
А еще говорят: отдыхая, держи одну руку про запас. Вы спешите, торопитесь,
не считаетесь с личным временем, чтобы точнее исполнять приказания его
предусмотрительности? Понимаю, не смею мешать, удаляюсь...
- Да полно, господин офицер, - с усилием отвечал "господин
монтажник". - Полно! Вы нисколько не помешаете мне. Наоборот, я сумею
пользоваться вашими советами, чрезвычайно для меня ценными.
Клаггу не хотелось целых полтора часа стоять столбом в приемной. Си
покланялся-покланялся и остался.
- Итак, побеседуем, господин монтажник Глор, - начал он, располагаясь
с удобствами у люка. - О, куда же вы?
Глор помахал ему и вошел в свою загородку. Ноги подгибались, но
голова работала ясно. Он сел за пулы, вложил свой пропуск в опознаватель,
включил экран видеосвязи. Нажал кнопку "секретно". Отключил записывающее
устройство. В длинном ряду клавишей прямого вызова нашел клавиш Диспетчера
при Расчетчике Главного маяка. По экрану пробежали буквы: "ГИП ЕПКП ДПМ",
что значило: "Господин инженер для поручений его предусмотрительности
командора Пути вызывает дежурного по маяку", На экране показался дежурный
младший командор.
- Готов к услугам, приятно познакомиться...
- Я рад. Мне также очень приятно. Прошу вас, срочно.
Лицо дежурного выразило досаду. Он только прицелился поболтать с
новым порученцем, и опять эти проклятые дела!
- Рад служить, - сказал младший командор. По касте они были равны, но
по должности адъютант Великого был старше.
- Установите, пожалуйста, местонахождение инженера-физика Джерфа.
Три-четыре часа назад он был здесь, в главном хозяйстве. Вот его личный
номер.
Дежурный опустил глаза - вызвал Расчетчика.
- Номер еще раз, прошу... Сейчас все на местах - движения нет,
ураган! Вот, пожалуйста... - Он приподнялся, удивленно щелкнул челюстями.
- Отважный парень! Час тому назад отбыл на планету. Пассажиром в грузовой
ракете с легким грузом...
- Так... Куда именно?
- Место назначения - Космодром-три.
- Кто отпустил его на планету?
- Не зафиксировано. Постоянный пропуск.
Уже понимая, что он опоздал, Глор вызвал космодром. С экрана раздался
восторженный вопль - дежурным был инженер, который вчера сопровождал их на
посадку. О великие небеса, как давно это было! Заикаясь от удовольствия
видеть господина монтажника в такой важной роли, инженер навел справки.
Джерф покинул космодром две девятых часа тому назад. Куда уехал -
неизвестно. Гравилетные линии не работают из-за урагана, а пересадки на
частный транспорт не фиксируются космодромом...
Удрал! Две девятых часа! Как раз то время, которое он потратил на
парадные перчатки и Ник... Да, теперь уж некогда было колебаться и
раздумывать. Светлоглазый, сам того не подозревая, определил Севкино
дальнейшее поведение.
Третий клавиш слева - "Космическая Охрана". Сурово глядя в лицо
дежурному офицеру, Глор распорядился договориться с планетной Охраной о
задержании такого-то, убывшего тогда-то с Космодрома-три. Приказ его
предусмотрительности. Срочно.
Выключив аппарат, он откинулся на спинку кресла. Решительный шаг
сделан. Отступления нет. Теперь он вынужден действовать быстро и
решительно - он отдал приказ от имени Великого, совершив тягчайший
служебный проступок. Командор Пути не должен об этом знать. Решено. Через
два часа Севка должен быть в теле Джала. В этом качестве он и произведет
обмен заложниками.
"Заложник"... Даже мысленно Севка не мог назвать кристалл Машкиным
именем. Пусть будет так, что она уехала. В гости, например. А он
разыскивает кристалл Мыслящего. И найдет. Она как раз вернется к тому
времени. Конечно же, чхага поймают. Игра шла не на равных. Он развернул
против Светлоглазого чудовищную сеть Охраны - гравилеты, устройства
подслушивания я радиоперехвата, субмарины, спутники-шпионы и Расчетчики...
Глор боялся только одного. Чтобы Джерф с перепугу не уничтожил Мыслящего,
махнув рукой на Железного Рога. Джерф и представить себе не может, что он
натворил. Разве ему придет в голову, что Севка не отдал бы Машку за
миллион бывших командоров Пути, да еще и теперешнего в придачу? Пираты,
пираты... Они ценят друг друга по полкопейки за штуку...
...Клагг приблизился к стеклянной загородке и жестами вызывал его
наружу. Пришлось пригласить войти. Офицер зашел с таинственным и довольным
видом:
- Э-э, собственно говоря... мне сюда не положено...
- Ну что за церемонии!.. Вам, заместителю начальника Охраны?
- Начальнику - да, мне - нет, - затрещал Клагг. - Право же,
познакомившись с вами, я начинаю думать о планетных куда лучше, нежели
прежде, господин монтажник. Так о чем я, бишь? А! С вашего разрешения, я
отлучусь на пару девятых. Надо же, знаете, менять перчатки, то да ее... Вы
при оружии? Так я рассчитываю на вас... Я чувствую, мы подружимся.
Позвольте дать вам один совет...
Глор пробормотал что-то соответствующее важности минуты. Что за слух,
во имя Пути... "А ведь Клагг - удобнейший человек в определенных
ситуациях, - подумал он. - Мы это учтем".
- ...Я понимаю, вы торопитесь ознакомиться со всеми тонкостями новой
службы, одной из самых - я уверен, что не ошибаюсь, - одной из самых
почетных на всех орбитах! - Клагг изящно вытаращил глаза и присел. - Все
мы поражены вашим рвением и работоспособностью. Но... но, господин Глор!
Все-таки не забывайте снимать вакуум-скафандр, право же! Замечания
начальства, знаете, всегда нежелательны...
И верно. Глор вперся в кабинет командора Пути, не сняв скафандра, что
было серьезным нарушением этикета... Он поспешил поблагодарить Клагга и,
подняв глаза, уловил его взгляд - злобный, самодовольный и бесконечно
глупый. Будто вся глупость Вселенной, вся беспощадная тупость неразумной
материи сосредоточилась в одной холеной роже. Он усмехнулся. Считай, ты
уже сделал карьеру, душка-охранник... Только учти: она очень быстро
кончится...
Он вызвал контейнер, сложил скафандр. "Посредник" вынул из кармана,
спрятал в ящик пульта и принялся шагать по кабинету, как по клетке. Пойти
к себе и отдохнуть он не мог. Опять смотреть на Ник, терзаться из-за Машки
и лгать... Нет, нет. Перестань об этом думать. Хватит. Горем делу не
поможешь, как сказал бы Клагг, - офицер как раз вернулся в кабинет.
Впрочем, одну разумную мысль он выболтал - должность Глора действительно
из почетных. И занимать ее полагается младшему командору, если не
командору просто. Почему Джал выбрал планетного монтажника, а не кого-то
из своих? Неужели Светлоглазый подстроил все с начала до конца? Он
вспомнил маленькую, очень складную фигуру Джерфа. И слова Ник: "Мне это
вот настолько не нравится". Светлоглазый - ловкач, но убедить Джала не
мог. Это сделал другой. Кому выгодно свалить Джала Восьмого? Кто помогал
Джерфу? Сейчас это ключ. Найти главного пособника Светлоглазого - значит,
найти его самого.
Так он сидел, думал и ждал своего часа. Иногда поглядывал наружу, и
каждый раз ему улыбался очаровательный господин Клагг.


Забавы начинаются


Планеты совершают свой ход, невзирая на людские горести. Это старая
истина. Если уж они вращаются вокруг своей оси (а делают это далеко не все
планеты), то абсолютно независимо от нашего желания.
В браслете девять раз прозвучал голос, отмеряющий время. Планета
повернулась на одну восемнадцатую полного оборота. Невесомая махина
Главного дока прошла вокруг нее одну девятую своего пути - минул час.
Известий от Охраны не было. Заурчали компрессоры охладительной системы -
док вышел на дневную сторону планеты.
Заговорила внутренняя связь: "Господин Глор! Здесь Сулверш. Его
предусмотрительность направляются в кабинет. Господин Клагг, ко мне!"
Глор вздохнул. Пробормотал: "Пусть направляется..." Когда офицер
спрыгнул в приемную, Глор полез в ящик пульта: Достал "посредник", вскрыл,
извлек Мыслящего, заложенного Джерфом. Кристалл спрятал за отворот
перчатки, примерился рукой - чтобы не спутать окошко приема с окошком
передачи. Вышел на середину помещения и уложил дьявольскую машинку под
толстый ковер. Мысленно очертил полукруг радиусом в четыре шага вокруг
места командора Пути. На таком расстоянии "посредник" работает надежно.
Ему была нужна полная надежность.
За время отдыха его предусмотрительности уборщик успел вылизать
помещение. Все оно было чистое, матовое, как внутренность вакуумной
камеры. Казалось, даже со слепых поверхностей обзорных экранов исчезли
воображаемые следы миллионов звезд и тысяч планет, прочертивших стекла во
всех направлениях. От пульта командора Пути исходил слабый запах
амортизационной жидкости - кресло было настоящее пилотское.
Донесся отдаленный рев: "Смирно!" Глор еще раз взглянул на ковер и
пошел. В приемной офицеры под командой Клагга сверкали козырьками касок и
свежими перчатками. Питы за перегородкой равнодушно стояли навытяжку.
Командор Пути, сопровождаемый Сулвершем и Глором, поднялся к себе.
Начальник Охраны попытался выполнить обряд осмотра помещения, но был, как
всегда, изгнан. А напрасно вы, господин Джал, пренебрегаете уставом
Охраны...
Командор Пути опустился в кресло, робот закрыл люк за Сулвершем. Джал
по-пилотски уперся ногами в пулы и уставился на большой экран с
расположением техники по всему космическому хозяйству. Инженер для
поручений тихо стоял за спиной начальства. Он бы с удовольствием лег. Ему
ничего не хотелось делать, только лечь и послать, как на Земле, как дома.
Но действие началось, и продолжение было неотвратимо, как полет планеты по
орбите.
Он попятился к краю ковра, присел, нащупал под пластиком "посредник".
Командор энергично пощелкал челюстями. Покрутил пальцем над
клавиатурой - прицеливался к кнопке включения связи.
- Ваша предусмотрительность!
- Отстань! - рявкнул командор, но палец все же повис в воздухе, и
"посредник" проныл свою тихую, короткую песню.
"Посредник" стал тяжелей. Упала поднятая рука. На мощной шее Джала,
сзади, натянулся капюшон. Глор прикрыл пальцем синюю пластину "посредника"
и еще раз надавил гашетку. Затем сел в кресло для посетителей, стал
выколупывать из "посредника" Мыслящего и ждать, что будет с Нуррой.
Рука с отставленным пальцем поднялась и неуверенно крутанулась. Это
уж как обычно. Тело заканчивало прерванное движение. Вот ослабла материя
на капюшоне, и голова несколько раз подергалась в разные стороны. И вдруг
тело в синем комбинезоне извергло поток брани, рванулось из кресла, но
потеряло равновесие и рухнуло обратно, раскачав все сооружение. Глор тихо
позвал: "Нурра!" Бывший командор Пути подскочил, но опять не смог
подняться и зыкнул с настоящей начальственной интонацией:
- Да помогите, разрази вас белая молния!
Глор вынул Нурру из непокорного кресла. Физиономия бывшего командора
уморительно гримасничала, выражая то удивление, то восторг, то мстительную
радость. Узнав Глора, он завыл:
- Благодетель! Ну, разодолжил, господин монтажник! Командора обратал,
ух ты!
- Т-с-с... командора Пути...
Лицо командора, то есть Нурры, приобрело плаксивое выражение, и он
шепотом забасил:
- Предусмотрительность?! Благодетель, до конца Пути лижу ручки, так
поймают же! Глядите, глядите! И квалификация не та у меня, благодетель!
Он поднял руки - перчатки лопнули и висели клочьями.
- Слушайте меня! - Глор потащил его к ящику с командорскими
перчатками, инструктируя на коду: - Сейчас я вызову начальника Охраны. Да
слушайте же, перестаньте скулить! Вам надо молчать и смотреть достойно. Я
все прикажу от вашего имени. Мы идем в корабль. Будете рассматривать
десантный "посредник". Инструкцию не забыли? Великолепно! Когда останемся
втроем с офицером, вознесете его в Мыслящие. Поняли? Надевайте! - Он
достал пару парадных, по форме один, перчаток. - Не рвутся? То-то... У
входа в грузовой трюм скажете мне только два слова: "Господин порученец!"
И все. Запомнили?
- Вы мой порученец? - Нурра заржал, как целый взвод офицеров. -
Разрази меня тремя антеннами по уху и под ребра! А спросят что-нибудь, как
тогда?
- Обругайте. Это вы умеете. Офицера зовут Сулвершем.
Он запихнул "посредник" в контейнер, запер крышку и вызвал начальника
Охраны. Отчаянный Нурра хихикал, сидя в кресле, и поочередно осматривал
свои пальцы, обтянутые парадными командорскими перчатками. Больше всего он
походил на мальчишку, обряженного в мундир знакомого адмирала. С Севкой
подобный случай был совсем недавно.
Смешно. Честное слово, Нурре было весело!


"Щелк-щелк"


- Смир-рна! - грохнул снизу голос Сулверша. - Его прредусмотриссь!
Командорррр! Пути!
Нурра крякнул. Глор щелкнул на него челюстями. Сменил повседневные
перчатки на парадные. Если бы командор Пути один шел в парадных перчатках,
это привлекло бы внимание. Но раз и порученец их надел - значит, таков
приказ, нечто официальное, не ошибка.
- Идите... Не отставайте от начальника Охраны. В приемной на секунду
задержитесь. Ну, марш...
Пошли. Его предусмотрительность выглядел еще предусмотрительнее
обычного. Разве что шел чересчур быстро - Сулверш с испугом оглядывался и
наддавал. Сулвершу не хватало дыхания для криков "смирно" - так поспешно
его предусмотрительность направлялся к кораблю. К процессии пристраивалось
местное начальство. Комендант жилой сигары преследовал до центрального
вестибюля, а там дожидались первый кодовой Диспетчер и Полный командор -
начальники наладчиков. Посыпались еще Диспетчеры, Полные командоры,
откуда-то вынырнул пит, представлявший особу Великого Десантника... Нурра
выкатывал глаза и нажимал. В ангаре летающих блюдец он был уже похож на
робота - глаза его, казалось, торчали из лица на стебельках. Глор
опасался, что Нурра за давностью лет не сможет узнать вход в трюм, и
приготовился окликнуть его - почтительно, разумеется. Ему очень уж не
хотелось нарушать этикет. В ангар набилось человек десять, не считая
Охраны... Однако старый Десантник узнал место. Он повел своими гляделками
и с важностью промолвил:
- Га-аспадин порученец!..
- Слушш! - восторженно отозвался Глор. - Господин начальник Охраны,
его предусмотрительность желают...
- Смир-рррн-а! - раскатился Сулверш. - Его предусмотрительность
командор Пути!.. - и замер. Смотрел си только на "командора".
- ...Желают осмотреть трюм одни, без церемониала.
- Без церемониа-ала! - пропел начальник Охраны. - Без церемониала!!
Два офицера встали у люка, по сторонам невозмутимого робота.
Казалось, робот с Нуррой состязаются, тараща глаза друг на друга. Играют в
"гляделки", так сказать.
Сулверш предъявил роботу пропуск, браслет, перчатку и скрылся в
трюме. Настала очередь Нурры. Глор незаметно сжал в руке лучемет, хотя чем
здесь мог способствовать лучемет? "Третий Великий изволит пройти!" -
звякнул робот. Уф! Не заметил парадных перчаток по форме один. Возможно,
он заметил, но в его программе тоже было заложено почтение к Великим.
Нурра шагнул в трюм. Молодец, старина, соображает... Он вперевалочку
поплыл по проходу, оглядывался с большою важностью, дожидаясь порученца.
Глор предъявил свою перчатку - законную, форма два. Робот со звоном
пристроился на место, поперек входа. Глор догнал Нурру, выразительно
подтолкнул его и сказал:
- Ваша предусмотрительность желают...
- А иди ты... - отозвался Великий командор.
Сулверш подпрыгнул. В луче фонаря мелькнула разинутая солдатская
пасть. Ай да Нурра! Ему было сказано - в случае чего, обругать, вот он и
лается, как кург... Приходилось действовать напролом:
- Мои глаза увлажнены почтением, вашусмотрительность... Разрешите
напомнить, вы желали осмотреть десантные "посредники". Господин Сулверш, я
неважно ориентируюсь. Где поворот к мастерской?
Нурра доброжелательно крякнул. Сулверш, все еще с открытым от
удивления ртом, повернулся и полез в туннель. "Веди, веди, солдафон, -
думал Глор. - Веди, ходячая глотка... Проспал ты своего командора, хоть и
верный раб. Теперь и спохватишься - будет поздно".
Они лезли молча. Сначала по силе тяжести - "вниз", потом "по
ровному", потом "вверх". Под ногами поскрипывали жгуты проводов. В одном
месте Нурра остановился и довольно долго рассматривал робота-черепаху,
который уже нашел неисправность в проводке и приступил к ремонту.
Насмотревшись, Нурра толкнул черепаху каблуком и сделал знак - вперед.
Сулверш проворно двинулся дальше. Похоже, он стал задумываться и что-то
заподозрил. Он вытянулся у входа в мастерскую и ел глазами начальство.
Слишком усердно ел... И впервые взялся за лучемет. Оружие казалось
крошечным в его лапищах. "Поздно, поздно", - думал Глор, вползая в
мастерскую.
Это была тесная пещерка, выгороженная среди трюма. Сулвершу пришлось
попятиться и выдвинуть ноги в проход, чтобы остальные двое смогли
разместиться. Глор прислонился спиной к универсальному станку, занимавшему
половину камеры. Прочий объем загромождали сменные инструменты для
роботов, ящички с запасными аппаратами десантного корабля, такие же
миниатюрные, как сам корабль. Полом служили ящики с двигателями для малых
"блюдец".
"Посредники" висели над головами. Шесть штук без чехлов и три - в
чехлах. "Командор" протянул руку и сноровисто вытащил один - расчехленный.
Глор поспешил направить свою лампу на "посредник". Гнезда для Мыслящих
были пустые, кроме одного, как и полагается. Сулверш весь подобрался.
Вибратор лучемета угрожающе отсвечивал синим при каждом его движении. Из
рук не выпускает оружия, мер-рзавец...
"Командор" заглянул в воронку, подул в нее. Почему-то взял другой
"посредник". Мыслящий засверкал под фонарем переливчато, как живой. И тут
случилось непредвиденное - Глор не выдержал. Он покачнулся, зацепился
поясом за что-то, повис. Ноги не держали его. Он беззвучно орал: "Не хочу,
не хочу, не хочу! Это мое тело, мое!" Он рвался прочь, он хотел шить, и
Севка замер от жалости, и не мог с ним совпадать. Наравне с его глазами
проплыли черные треугольники - глаза Сулверша. Весь обмякнув, Севка
смотрел, как Нурра бессмысленно вертит в руке "посредник", а Сулверш,
загородив выход, отстегивает от портупеи лучемет.
"Командор" крякнул. Пробормотал:
- Живучая штучка... Триста лет без изменений...
Севка с мучительным усилием тянулся к своему лучемету. Тело не
слушалось его приказов - висело на кожухе станка и слабо подергивалось.
Катастрофа... Нурра забыл, как включается "посредник"! Вместо того чтобы
брать Сулверша, он крутил в руке "посредник" и говорил с фальшивым
оживлением:
- Ну, господа? Кто мне скажет об этой штуковине? - Он прикоснулся
когтем к Мыслящему. - Для чего она здесь лежит? Ну, господин офицер?
"Забыл, как его зовут, - с ужасающей отчетливостью подумал Севка. -
Все забыл. Конец..."
Рыкающим шепотом заговорил Сулверш:
- Вашусмотрительность... Извольте, ну, сменить перчатки. Пр-рошу!
Левая рука его направляла лучемет как раз в щель между Нуррой и
Севкой. Правая опустилась к поясу, сделала резкое движение - из плоского
чехла, подвешенного к поясу, выдернулась пара повседневных командорских
перчаток номер ТВ-003.
- А, перчатки?.. - удивился "командор Пути". - Сейчас? Что же, давай.
Додержи штуковину... Держи...
Севка беспомощно смотрел, как Нурра передавал "посредник" Сулвершу,
как взял перчатки. И вдруг Нурра щелкнул челюстями - щелк-щелк! А
начальник Охраны сложился втрое, как складной нож - ткнулся каской в
колени...
В "посреднике" весело сверкал второй Мыслящий. По еще веселей играли
глаза Нурры, когда он повернулся к Севке и прорычал:
- Как мы его, ар-роу! Командуй живо, благодетель! Он протухнет через
одну восемнадцатую.


Пересадка с "болваном"


Севка обомлел от радостного облегчения. Ай да Нурра! Бывший Десантник
не потерял сноровки.
Глор замолчал - смирился. Их общее тело по-прежнему болталось,
зацепленное поясом за станину.
- Щелк-щелк, а? - веселился Нурра. - Это тело мне? - Он показал на
Сулверша.
- Вам мое тело. Мне ваше. Вы будете моим порученцем, и я вас
прикрою... Черные небеса, помогите мне отцепиться! (Нурра с готовностью
освободил его портупею.) Нурра, я полагаюсь на вас. Третьего раздела
инструкции не знаю.
- Пустяки, пересадка с "болваном", - деловито буркнул Джал-Нурра. -
Типовая схема два-три-два... Это нам как два когтя обкусить. Не знаешь
третьего раздела, благодетель? Он без надобности... Вот... - Он потащил с
шеи командорский "посредник" планетного класса, которым можно пользоваться
по второму разделу ПИ. - Держи, господин! Пересаживай меня в гвардию...
Потом я тебя - в командора. Потом ты меня - в господина монтажника. И
гуляй смело! - Он радостно защелкал командорскими челюстями. - В два
"посредника" мы разом - щелк-щелк!
"Черные небеса, вот как оно делается! - подумал Глор. - Даже типовая
схема придумана на этот случай..." Он уже схватил суть и мысленно проверил
очередность пересадок.
Первая: Сулверша в "посредник" - сделано...
Вторая: Нурру из тела командора - в "посредник".
Третья: Нурру из "посредника" - в Сулверша"болвана".
Четвертая: Севку из тела Глора - в десантный "посредник".
Пятая: самого Глора - в "посредник".
Шестая: командора Пути из "посредника" - в собственное тело.
Седьмая: Севку из десантного "посредника" - в тело командора Пути,
"поверх" командора.
Восьмая: Нурру из "болвана" - в "посредник".
Девятая: Нурру из "посредника" - в тело Глора.
Десятая: Сулверша из "посредника" в его собственное тело. Все.
...Все-то все, но выходило не так, как говорил Нурра. Схема
два-три-два должна содержать лишь восемь пересадок, это Глор, при всей
своей неопытности в пересадках, понимал. Получалось же десять.
"Черные небеса, Нурра ничего не знает обо мне, инопланетном? - понял
Севка. - Как раз на две пересадки и выходит разница. Сначала мне в
"посредник", потом - в тело Великого... Их Нурра и не учел при выборе
схемы. И как раз эти две пересадки должен произвести Нурра. С четвертой по
седьмую работает он... Он-то думает - я обыкновенный монтажник.
Чхаг-авантюрист... Что раздумывать? Нурра мне всем обязан. Не выдаст".
"Такие и выдают, - буркнул Глор. - Каторжник..."
Но Севка уже говорил:
- Нурра! Прошу вас, не удивляйтесь. Я - инопланетный. Я не балог.
Понимаете? Я не принадлежу к Пути.
- Ка'а, - как-то даже каркнул "командор". - И-но-пла-нет-ный?! Это вы
брешете. Не принадлежите? А монтажник где? К-как?! - Он злобно отпихнул
тело Сулверша, рухнувшее ему на ноги. - Понимаю, понимаю.
На его лице вспыхнуло яростное восхищение. Он понял, что Глор
подчинен "инопланетному" и что Мыслящий этого, второго, более высокого
ранга, чем Мыслящий Глора.
- Белыми молниями клянусь, дождался я! Приятель, вы - комонс? Не
знаете?! Так что же вы знаете, рулем вас по башке? - Он поспешно заглянул
в лицо Сулверша. - Живо пересаживайте меня, он кончается... Берите мой
"посредник"!
"Посредник" прожужжал у самого черепа "командора Пути". Через секунду
Нурра был пересажен в тело Сулверша и зарокотал его голосом:
- Ух, пробирает... Как перегрузочка дерет. Ну, приятель, говорите: вы
комонс или нет? Время, время!
- По-видимому, комонс.
- Дождался!.. - еще раз блаженно сказал Нурра. - Р-разговоры
отставить! Вас двое в одном теле, значит... значит - типовая схема
три-три-три плюс один. - Он подхватил десантный "посредник". Подмигнул: -
И бывшие Десантники могут пригодиться! Где у вас Мыслящий командора?
Давайте живей!
Он аккуратно и быстро перезарядил "посредники". Севка лишь теперь
понял, как ему повезло, что Нурра был Десантником - ходячей Пересадочной
инструкцией. Мыслящие раскладывались по "посредникам" в строгом порядке.
Сулверш отправился в командорский; Джал, которого Севка вынул из перчатки,
- в десантный. Затем Нурра поставил десантный "посредник" на максимальное
усиление и рявкнул:
- Комонс, приготовились! Беру!
И Севка отделился от Глора и умер. Смерть была мгновенной, но
тоскливой. Казалось, тут же последовала вторая, еще более острая вспышка
тоски, - он очнулся. Он был в теле командора Пути и с сознанием командора
Пути, бунтующим и стонущим под его сознанием, как только что стонал Глор.
Чья-то рука похлопывала его по капюшону. Сулверш. Тело Глора висело рядом,
вновь зацепленное за станок. Руки бессильно покачивались, глаза ушли под
лоб...
Сулверш гудел:
- Очнись, благодетель! Время, время! - и совал в руки планетный
"посредник". - Экий ты нежный...
"Понимаю, - бессвязно думал Севка. - Я командор. Сулверш говорит
"благодетель", значит, он Нурра. Конечно... Я же его пересадил. Теперь его
надо пересадить в тело Глора. Пересадка с "болваном"... Поразительно, как
я додумался взять с собою Сула. Нет, это Глор. Он додумался. Бедняга..."
Он механически принял "посредник", повторяя про себя "Нурру из тела
Сулверша в тело Глора". Пересадка из тела в тело - самая простая операция.
Придавливается пальцем пластина и нажимается спуск. Это Севка сделал.
Сулверш опять сложился втрое и сполз на пол. Но следующую операцию Севка
забыл. Помнил, что пластину отпускать не надо, и стоял, прижав ее изо всех
сил. Слева от него висело тело Глора, у его ног лежал Сулверш. Командор
Пути злобно прошипел в его мозгу: "Что ты стоишь, мбира! Действуй! Нас
всех распылят, мбира! Погубитель!"
От мыслей Джала несло как от перестоявшегося помойного ведра.
Неверными руками Севка направил "посредник" на Глора и нажал спуск. И с
облегчением услыхал характерный вопль Нурры:
- Ар-роу, мой дорогой! Теперь последняя операция, и мы дома.
Сделанного не вернешь. Севка стал Великим командором, Нурра -
монтажником, а несчастный Глор остался лежать кристаллом в десантном
"посреднике".


"Замкнутые"


Командор Пути умел выигрывать и не щадил проигравшего. Зато, потерпев
поражение, он не просил пощады, не впадал в панику, и Севке было легче
управляться с ним, чем с Глором. Надо было лишь приноровиться к новому
телу - приземистому, широкому, рыхлому. Изменились расстояния. Потолок
отодвинулся вверх. Нурра-Глор возвышался над Севкой, как башня. Сулверш,
казавшийся раньше балогом среднего роста, сейчас был огромным, хоть и
валялся на полу. Рядом с ним валялись повседневные перчатки с крупным,
тисненым золотом номером ТВ-003. Севка поднял их, прислушиваясь к мыслям
командора Пути. "Проклятый мбира Нуль, - думал Джал. - Головоногая
козявка, завистник! Я погиб, но с тобою я успею расправиться, чурбан,
ленивое болотное отродье! Измена в десанте - это не сойдет тебе с рук..."
"Вот оно что", - подумал Севка и сделал