подбрасывать толпе подчиненных. Здесь действует
такое правило: чем меньше человек имеет, тем меньше ему надо, и, чтобы его
удовлетворить, бывает достаточно и перспективы лучшей жизни.
Есть и другие способы, но в конце концов они сводятся к предыдущим.
Более надежный путь к власти, как утверждают историки, - это
обладание вещами, которых люди желают более всего. В древние времена это
была пища или вода. Удачно проложенная дорога может решить ту же задачу.
Так же работал во все времена и секс, создавая соответствующие условия.
Что же касается ценного имущества, то его приходится содержать в
безопасном месте и охранять от всевозможных пришельцев.
У Вечного Императора был АМ-2 - абсолютное топливо и краеугольный
камень безграничной Империи. Достаточно только манипулировать краником,
чтобы осуществлять полный контроль. Его политика поддерживалась
крупнейшими вооруженными силами всех времен. Император хранил АМ-2 в
надежном месте.
Более шести лет прошло после гибели властителя, а его убийцы так и не
смогли найти это место. Им грозила потеря той власти, которую они получили
путем цареубийства.
Но даже если бы они получили ключ к хранилищу АМ-2, вероятно, и тогда
Тайный Совет привел бы Империю к катастрофе.
В результате Таанских войн - крупнейшего и самого дорогостоящего
конфликта в истории - Империя оказалась на грани экономического краха.
Казна Вечного Императора была почти пуста. Дефицит, вызванный чудовищными
военными расходами, был так велик, что даже при самых благоприятных
условиях властителю понадобилось бы не меньше столетия, чтобы заметно
снизить его.
Когда Император был еще жив, Танз Сулламора и другие члены Совета
предложили свое решение: заморозить заработную плату на уровне ниже
довоенного, создать искусственный дефицит товаров и резко повысить цены на
них.
А еще обильный налог на АМ-2.
Путем этих и других мер государственный долг будет быстро выплачен, и
здоровье системе гарантировано на века.
Император отклонил эти предложения. А то, что отверг Император,
обжалованию не подлежало. Послевоенные планы Его Величества
предусматривали прямо противоположный подход.
Покойный, так никем и не оплаканный Танз Сулламора беспристрастно и в
подробностях доложил взгляды Императора своим товарищам-заговорщикам:
заработная плата должна расти своим естественным путем. Война сделала
рабочую силу, а в особенности квалифицированную, дорогой. Это вызвано
резким повышением вкладов в бизнес.
Цены же, с другой стороны, должны быть заморожены, делая товары
доступными новым процветающим поколениям.
Конечно, война нанесла запасам Империи чудовищный урон. Чтобы
смягчить его. Император намеревался временно снизить цены на АМ-2, причем
немедленно - чтобы удешевить перевозку товаров. Через некоторое время,
полагал он, стабильность будет достигнута.
Магнаты промышленности уже представляли свое будущее как ряд
продолжительных успехов - и вдруг перед ними возникла перспектива
длительного затягивания ремней и экономного расходования своих средств.
Дармовые барыши и большущие прибыли должны были остаться в прошлом.
Следовало форсировать производство, чтобы выдержать конкуренцию и получить
в длительной перспективе хоть какую-то выгоду.
Для членов Тайного Совета это было неприемлемо. Они проголосовали
"против" - с помощью оружия.
Однако это решение не было единодушным. Волмер, молодой заправила
средств массовой информации, ужаснулся, узнав про план заговора. Он не
хотел принимать в нем участия, несмотря на то, что с Императором, как и
остальные члены Совета, согласен не был. Сам не имея никаких способностей,
Волмер был горячим сторонником искусства убеждения. Но у него постоянно
происходили целые баталии с репортерами, политическими экспертами и
специалистами по общественным связям в его империи информации. Все это
было получено Волмером по наследству, так что способности здесь не при
чем.
Как и большинство богатых наследников, Волмер считал себя гением.
Роковая слабость! Даже такой тупица, как Волмер, был в состоянии оценить
опасность разрыва отношений со своими соратниками. На беду, яркий свет
воображаемого таланта затмил этот факт. В результате Волмер оказался
первой жертвой тщательно подготовленного заговора. Архитектором заговора
стал любимчик властителя Танз Сулламора.
Большую часть своей профессиональной жизни Сулламора лизал пятки
Вечному Императору. На протяжении десятилетий он видел в своем правителе
человека без недостатков. Конечно, он не считал Императора святым и не
испытывал к нему сентиментальных чувств. Он считал властителя холодным и
расчетливым тираном, способным достигать своих целей любыми средствами. И
тут Сулламора был абсолютно прав.
Ошибался он только, когда ударялся в крайности. Религией Сулламоры
был бизнес, а верховным жрецом этой религии был Император. Сулламора
верил, что Император непогрешим, что он мгновенно подсчитывает шансы и
действует без колебаний. И результат всегда был безошибочен. Он также
полагал, что у Императора те же цели, что и у него самого и у каждого
капиталиста в Империи.
К их великому сожалению, многие другие считали так же. Но Бессмертный
Император вел свою собственную игру. Со своими правилами. Со своей
победой. В одиночку.
Что же касается непогрешимости, то даже сам Император так не думал.
На самом деле, когда он составлял планы, он предусматривал и ошибки - как
свои собственные, так и чужие. Вот почему дела в основном решались в его
пользу. Вечный Император был мастером длительных прогнозов.
- Ты тоже так сумеешь, - говорил он как-то в шутку Махони, - лет
через тысячу.
Таанская война была одной из величайших ошибок Императора. Он знал
это, как никто другой. Но конфликт был таким жестоким, что Императору
пришлось быть искренним и с Сулламорой, и с другими. Он начал размышлять
вслух, отыскивая логику при своих преданных советниках. Как еще он мог
узнать их мнение?
Вот так властитель обнаружил неуверенность в себе и признал свои
многочисленные ошибки.
Это был страшный удар для Сулламоры. Оказалось, что его герой -
колосс на глиняных ногах. Ореол святости померк. Сулламора утратил веру.
Убийство бывшего кумира было его реваншем. Чтобы обезопасить себя,
промышленник держал детали заговора в строжайшем секрете. Свои фланги он
прикрыл, потребовав, чтобы ответственность за это друзья-заговорщики несли
в равной степени. Они все поставили подписи в документе, где признавали
свою вину. Каждый получил копию этого документа, так что предательство
было немыслимо. Детали убийства Волмера, вербовки Чаппеля и последующей
смерти Императора оставались неизвестными другим заговорщикам.
Члены Тайного Совета, как и большая часть Империи, наблюдали за
развернувшимися в космопорту событиями по экранам видеофонов. И не было
более заинтересованных зрителей, чем они. Они видели, как королевский
кортеж свернул к линии встречающих в Соуарде. Они приветствовали
Сулламору, своего тайного героя. Они находились в предвкушении рокового
выстрела. Напряжение стояло невероятное.
Наконец, Император был мертв. Операция завершена!
Последовавший взрыв удивил их так же, как и всех остальных. Бомба -
прекрасный завершающий штрих, но совершенно невероятно, что Сулламора
пошел на самоубийство. Члены Совета предположили, что этот сумасшедший,
Чаппель, устроил взрыв просто для надежности покушения. Да, бедный, бедный
Сулламора. Несчастный случай.
Хотя для них теперь это означало увеличение доли при дележе,
заговорщики чистосердечно скорбели. Как глава всего транспорта и наиболее
важного кораблестроения, Танз Сулламора был незаменим. Им теперь очень не
хватало его опыта хитроумных уловок, так же как и его знаний имперской
политики. Смерть Сулламоры означала, что все это придется изучать им
самим. А учиться не очень-то хотелось.
Император хранил АМ-2 в гигантских хранилищах, искусно разбросанных
по Империи. Из хранилищ заправлялись большие танкеры, которые сновали туда
и сюда в зависимости от потребностей и приказов Императора. Он один
контролировал количество и регулярность поставок топлива.
Восстань кто-либо против него, и Император мгновенно разорил бы
бунтовщика. Подчинись ему, и поставка будет своевременной и по умеренной
цене.
Члены Тайного Совета быстро увидели недостаток этой системы, как
только дело коснулось их собственного выживания. Ни один из них не верил
другим настолько, чтобы отказаться от полного контроля. Так как они
поделили АМ-2 в равных долях, это гарантировало, что промышленность,
контролируемая каждым из них, получит дешевое топливо. Оно также
использовалось, чтобы карать врагов и награждать или подкупать союзников.
Другими словами, власть разделилась на четыре части.
Временами все члены Совета соглашались, что это явная угроза их
будущему. Вначале они бесшабашно кутили и веселились. Имея свободное
топливо, они значительно увеличили свое богатство, строя новые заводы,
подминая под себя своих конкурентов или подкармливая корпорации, которые
были им полезны.
Император устанавливал цены на АМ-2 по трем группам. Самое дешевое
топливо подавалось в развивающиеся системы. Следующая группа - топливо для
общественного пользования, чтобы правительства могли обеспечивать основные
нужды своих народов. Третья, самая высокая цена устанавливалась на топливо
для чисто коммерческих целей.
Тайный Совет назначил одну высокую цену для всех, кроме себя и своих
ближайших друзей. Результатом явились прибыли, которые превзошли самые
смелые их мечты.
Но им не давала покоя одна неприятная мысль. Долгое время они
старались об этом не думать. Хранилища должны были пополняться. Но кем?
Или чем?
В прошлом космические корабли-роботы, связанные в поезда
невообразимой длины, появлялись на складах, до краев наполненные АМ-2.
Много сотен лет никто не интересовался, откуда они появлялись. Вместо
вопросов были предположения. Кому надо - должно быть, знают. Знают важные
люди. А важные люди - это те, кто выполняет приказы Императора.
Когда погиб Император, корабли-роботы приходить перестали.
В тот момент АМ-2 был единственным сокровищем, которым обладали члены
Тайного Совета. И оно не прибавлялось.
Прошло много времени, пока они задумались об этом. Тайный Совет был
так занят текущими делами, что считал ситуацию временной.
Они послали своих подчиненных к чиновникам топливной службы. Бедные
чиновники находились в полной растерянности.
- Вы - и не знаете? - спрашивали они.
Какое-то время Тайный Совет и себе боялся признаться: нет, не знают.
Были допрошены сотни служащих. Каждый документ, каждая закорючка,
нацарапанная Императором, изучались и проверялись.
Ничего.
Положение дел стало тревожным. Члены Совета слегка запаниковали.
Они и сами - скрытные существа, рассуждали члены Тайного Совета. Это
- своеобразный вид искусства, в котором каждый из них достиг мастерства на
пути к успеху. Следовательно, Император должен быть самым скрытным из них.
Доказательством тому служит долгое царствование властителя и моментальный
крах при попытке разобраться в его системе.
Предпринималось множество других попыток, каждая более серьезная и
отчаянная, чем предыдущие. Начала зарождаться настоящая паника.
Наконец, был создан "Комитет по изучению проблемы" из наиболее
способных исполнителей. Задача ставилась двойная. Во-первых, найти АМ-2.
Во-вторых, оценить наличные запасы антиматерии и дать рекомендации по ее
рациональному использованию, пока не будет решена первая задача.
К сожалению, вторая задача затмила первую более чем на год. Если бы
Император был жив, он покатился бы со смеху от такой глупости.
- А сколько у вас, господа, нефти? - спросил бы он. - Только не лгите
мне. Это против интересов Империи.
Совет и понятия бы не имел, какого черта ему понадобилось бы знать о
такой бесполезной и пустяковой вещи, как нефть. Но, наверное, они бы
все-таки уловили, к чему он клонит.
На любой вопрос Члены Совета всегда лгали - темнили, как выражались в
старину. Сразу же после вопроса они важно надувались, преисполненные
значимостью своей власти.
А что же тогда говорить об остальной части Империи? Какой правды
можно было ждать от Совета, если вся Империя жила в нищете и скудости?
На самом же деле каждый встречный запросто бы дал ответ. Запасы
лихорадочно таяли. Антиматерии было в наличии меньше, чем когда-либо
раньше.
Кроме этого, у Совета хватало других проблем. Во время Таанских войн
Императору приходилось иметь дело с ненадежными союзниками или с теми, кто
упорно занимал выжидательную позицию. Когда ход событий менялся, все они
клялись в вечной преданности Императору. Это, однако, не мешало им
по-прежнему быть несогласными. Население многих систем и раньше-то никогда
не испытывало трепета перед имперской государственностью, а во время войны
в особенности.
И мир не внес автоматически ясность в разногласия. Перед своей
гибелью Вечный Император уже обратил внимание на это. Но проблема была
чрезвычайно сложной, чтобы разрешить ее в сложившихся обстоятельствах.
Для его самозваных преемников это было еще более сложно. Если уж
временные союзники не верили, что Вечный Император принимает близко к
сердцу их интересы, то кто, черт побери, для них эти новые парни? Тайный
Совет правил по указу Парламента, а большинство обитателей Империи весьма
цинично относилось к Парламенту. Они считали, что он нужен только чтобы
ставить печати на императорских приказах. Да и сам Вечный Император не
препятствовал такому мнению.
Здесь крылась одна из причин его таинственной силы. Он был
исследователем и поклонником древних царских политических систем. Цари
были одними из последних на Земле правителей, чья власть осуществлялась с
помощью Бога. С миллионами крестьян обращались как со скотиной. Дворяне
были посредниками между царем и крестьянами. Именно они держали в руках
плетку и распределяли еду, чтобы только плебс не умер от голода.
Крестьяне не всегда были покорными. В истории полно примеров их
яростных восстаний. Но крестьяне неизменно обвиняли в своих бедах
помещиков. И именно их вешали они на столбах, а не царей.
Царь же был отцом родным. Примером благородного человека, который
только и думает о своих подданных. Это все дворяне, пользуясь добротой
Императора, скрывают от него свои дурные дела!.. И как только царь узнает,
как ужасны страдания народа, он немедленно их прекратит.
В этом не было ни капельки правды, и тем не менее это действовало.
Кроме последнего царя, который был откровенно презираем своим
народом.
- Поэтому он и был последним, - сказал как-то Император Яну Махони.
Один из тех маленьких уроков истории, которых не получили члены
Тайного Совета.
Хотя, если бы они и узнали об этом, вряд ли бы все поняли. Очень
немногие бизнесмены разбирались в политике - вот почему они оказывались
ужасными правителями.
Еще одна огромная и мучительная проблема стояла перед ними - что
делать с Таанскими Мирами.
Для Кайса, близнецов Краа и других все было просто. Таан побежден,
победители получают трофеи - и так далее.
Дело закончилось разорением. Заводы были разграблены и пущены на
слом, запасы истощены, многие народы ввергнуты в рабство. Большую часть
доверия, которого и так-то было немного. Совет растерял, введя войска на
территории бывших врагов. Разграбление таанских планет давало постоянную
прибыль. Но, так и не поздравив друг друга с процветанием, Тайный Совет
обнаружил, что все эти доходы уходят на ветер.
Вечный Император сказал бы им на это, что тирания никогда не
приносила прибыли.
Экономическое чудо - вот к чему стремился Император. По крайней мере,
так он себе это представлял. Конечно, он не исключал и репрессий.
Надлежало провести широкомасштабную чистку. Не должно остаться и следов от
культуры, которая стремилась к войне.
Но эту культуру чем-то надо было заменить. Стремление сражаться
следовало свести к стремлению _с_о_р_е_в_н_о_в_а_т_ь_с_я_ друг с другом.
Далее требовалось оказать помощь, не менее широкомасштабную, чем чистка.
По мнению Императора, обитатели Таанских миров благодаря присущей им
целеустремленности должны завоевать такой авторитет, что очень скоро Таан
станет одним из наиболее важных капиталистических центров его Империи.
Именно Таану надлежало стать одним из крупнейших потребителей АМ-2.
Но тут замыкался логический круг проблем Тайного Совета. Где же АМ-2?



5

Кайс получил штормовое предупреждение, прежде чем корабль приземлился
в Соуарде.
Главный космопорт Империи был почти пуст. Задний его пятикилометровый
угол был загроможден буксирами, и из-за пятен и полос ржавчины на их
массивных боках казалось, что они бездействовали многие месяцы.
Несколько лайнеров, как он заметил, были изъедены болезненной
окалиной, которая атакует все космические корабли, если оставить их без
должного присмотра. Кайс не увидел рядом никого из рабочего персонала.
Когда-то - живое, пульсирующее сердце Империи; сейчас - древняя старуха,
давно растерявшая смутные воспоминания о былых любовниках.
Его ожидала сияющая фаланга военных кораблей, резко контрастировавших
с упадком, поразившим Соуард. Высокий седой тип с красной отметиной на
голове - знаком отличия рода г'орби - сердито тряхнул своей гладкой
головой и скользнул на сиденье служебного гравикара. Он знаком приказал
женщине-водителю трогаться.
Гравикар и его эскорт прожужжали к въездным воротам и приблизились к
зияющему чернотой огороженному кратеру, образованному взрывом бомбы,
которая унесла жизнь Императора. Существовал серьезный план построить на
этом месте мемориал властителю. Кайс и сам настаивал на этом - отдать дань
памяти человеку, на котором базировалась его собственная власть и власть
его коллег. Средства были немедленно выделены, нашли и скульптора. Все это
произошло во время его последнего визита сюда, более чем год назад. И до
сих пор работа ни на йоту не продвинулась.
Еще больше грязи встретилось Кайсу, как только они миновали ворота.
Пустые склады. Закрытые магазины с окнами, завешенными от посторонних глаз
шторами, где когда-то сияющие товары привлекали поток посетителей. Когда
он проезжал, на него глазели нищие и толпы бездельников. Неуклюжая
толстуха в лохмотьях тупо разглядывала флажки, развевающиеся над
транспортом Кайса. Она взглянула ему прямо в глаза, затем сплюнула на
разбитую мостовую.
Кайс наклонился к водителю.
- Что случилось? - Он кивнул на запустение вокруг них.
Ей не требовалось лишних пояснений.
- Не беспокойтесь, мистер Кайс, - проворчала она. - Это все
бездельники. Работы кругом полно, а работать не хотят. Им бы только лишь
сосать наши титьки. Только ноют и стонут, когда с ними разговаривают
порядочные трудолюбивые люди: "Нет работы, нет денег!" Был бы жив Вечный
Император, царство ему небесное, он бы давно вправил им мозги!
Женщина вдруг запнулась, сообразив, что Кайс может понять ее
высказывание как критику в адрес Тайного Совета. Затем она снова взяла
себя в руки. Льстивая улыбка расплылась на широком лице.
- Вы только не думайте!.. Вы делаете все, что можете! Ужасные
времена, сэр! Ужасные. На вашем месте я не верила бы ни одному их слову! Я
и муженьку своему говорю...
Кайс оборвал водителя. Он не возражал против ее слов, его раздражал
ее язык. Как раз это стало причиной ее увольнения близнецами Краа. Были
вещи, которые выводили из себя даже их.
Причиной, по которой Кайс возвратился в метрополию после такого
долгого отсутствия, стал вызов на экстренное заседание Тайного Совета. Шеф
комиссии по проблеме АМ-2 собирался доложить подробные детали изучения его
комиссией топливной ситуации. По сути дела, он должен был в точности
доложить, когда будут завершены поиски запрятанных Императором источников.
Кайс надеялся, что на этот раз услышит лучшие новости, чем наводящий
тоску доклад, с которым он ознакомился незадолго перед тем, как покинуть
метрополию.
Решающая задача была провалена.
То, что при этом Империя понесла потери, Кайса не волновало. Важное
доверенное лицо Вечного Императора, некто адмирал Стэн, и его бессменный
адъютант Алекс Килгур ускользнули из наброшенной на них сети.
Идея устроить охоту на всех, кто был близок к Императору,
принадлежала не Кайсу. Возможно, это предложили близнецы Краа. Но не в том
дело. Кайс немедленно заметил, что это кратчайший путь и к решению его
собственной проблемы. Окружить их всех, просканировать мозги, и - вуаля!
Все секреты Императора выйдут наружу!
Однако чтобы запустить идею в действие, понадобились многие и многие
месяцы. И сделал это Кайс. Его положение было тяжелее, чем у других. Его и
до сих пор изумляло, какую же инерцию понадобилось преодолеть, имея дело с
правящим советом из пяти человек. Он и его коллеги привыкли всем
заправлять сами, без компромиссов и консультаций.
Отряды "Богомолов" вернулись без добычи. Результат нулевой. Зеро. Ни
одного следа или намека на источник АМ-2. Вообще ничего.
Кайс анализировал длинный список подозреваемых и не уставал
восхищаться, насколько скрытным все же был Император. Стало очевидно, что
помочь им могут очень и очень немногие. Ни одного из этих немногих не было
среди добычи "Богомолов". И не хватало двоих самых главных.
Маршал в отставке Ян Махони. Официально он числился погибшим, но у
Кайса имелись основания сомневаться в этом. Таких причин было несколько.
Наиболее важным было мужество и сила воли этого человека.
Из архива корпуса "Меркурий", подчиненного Махони, выяснилось, что
это исключительно хитрый тип, для которого не составляло труда изобразить
свою собственную смерть и затем оставаться вне паля зрения сколь угодно
долю. Единственной зацепкой, которую сумел обнаружить Кайс, была его
непоколебимая преданность Императору. Это делало Махони потенциально
опасным - если, конечно, он жив. Считая, что его смерть - лишь прикрытие,
можно было предположить только один мотив действий Махони: адмирал
подозревал Тайный Совет в убийстве своего бывшего хозяина.
Вторым из наиболее важных подозреваемых был адмирал Стэн, человек,
вначале командовавший личной охраной Императора, гуркскими стрелками,
которые, как ни странно, все ушли в отставку немедленно после гибели
Императора и вернулись на свою родину в Непал на Земле. Во времена
таанского конфликта Стэн был важной фигурой и весьма темной лошадкой.
Кайс так же досконально изучил досье Стэна. Там были чудовищные
пробелы! Очень странно. Тем более странно потому, что эти пробелы казались
сделанными по личному приказу Императора. А разве не подозрительно, что
этот человек внезапно стал неслыханно богатым - как и его компаньон
Килгур, хотя и в меньшей степени? Откуда взялись такие деньги?
Вознаграждение? Может быть, от самого Императора? Но за что?
Все сходилось одно к одному: Стэн был одним из очень немногих, кому
Император доверял свои секреты. Когда адмирал находился в своем отдаленном
изгнании, Кайс потребовал, чтобы для его пленения была направлена отборная
группа захвата. Он получил гарантии, что будут посланы лучшие из лучших.
Похоже, ему навешали лапшу на уши. В конце концов, что же за отборные
бойцы? Уничтожены одним человеком? Чушь!..
Кайс затаил злобу. Кое-кого придется сурово наказать.
Выехав на улицу, он заметил трех босоногих существ в грязных
оранжевых робах. Они держали свой путь сквозь пеструю толпу, раздавая
какие-то листки и за что-то агитируя. Через звукопоглощающие окна
автомобиля Кайс не мог слышать, о чем они говорят, но это ему и не нужно
было. Он знал, кто они: члены секты Вечного Императора.
По всей Империи нашлось бессчетное число личностей, которые твердо
верили, что Император не умер.
Одни, очень немногие, считали, что это был заговор его врагов:
Император, мол, похищен и содержится под строгой охраной. Другие заявляли,
что это хитрая уловка самого Императора: он намеренно инсценировал свою
гибель и спрятался до тех пор, пока его подданные не поймут, насколько
тяжело им без него. Тогда, наконец, он вернется, чтобы восстановить
порядок.
Сектанты придерживались абсолютно противоположного мнения. Они
верили, что Император и в самом деле бессмертен, что он священный эмиссар
Высших Сфер, который облачен в человеческое тело лишь для удобства
транспортировки его пылкой души. Его смерть, утверждали они, была лишь
добровольным мученичеством, жертвоприношением Всевышнему за все грехи
смертных подданных. Они также твердо верили в его воскресение. Вечный
Император, проповедовали они, скоро возвратится к своему доброму
царствованию, и все опять будет хорошо.
Кайс был близок по духу к сектантам. Ведь он тоже верил, что
Император жив и должен возвратиться.
Кайс был бизнесменом и презирал все мнения, основанные на желаниях, а
не на трезвом рассудке. Но здесь... Если Император в самом деле мертв, то
Кайсу конец. Поэтому он и верил. Если думать иначе, можно свихнуться.
У этой веры были древние истоки, касавшиеся вопроса бессмертия, или,
по крайней мере, долгой жизни. Например, часть легенды о Мафусаиле,
основанная на особенностях его рода.
Кайс, так же, как и весь род г'орби, был результатом слияния двух
различных форм жизни. Первые имели тело, такое же, как у Кайса, - высокие,
статные, серебристые существа, чьим главным качеством было крепкое, почти
сверхъестественное здоровье и способность к приспособлению и поглощению
любых видов энергии. Увы, тупые, как растения. Вторые представляли из себя
такое же красное пятно, которое пульсировало на его голове. Вначале они
были не чем иным, как простейшими стойкими формами жизни; в лучшем случае
их можно было сравнить с вирусами Впрочем, назвать их вирусами не совсем
точно. Их силой была исключительная агрессивность, способность пронзать
защитные протеины любой встретившейся клетки и вводить потенциал для
развития интеллекта. Основной их слабостью были генетические часы, которые
просто останавливались в среднем при возрасте в сто двадцать пять лет.
Вскоре Кайсу предстояло "умереть": его мозг превратится в небольшой
потемневший шар из протухших клеток, а тело - стройный костяк, который
осуществляет все свои естественные функции - может продолжать
существование еще столетие или около того, но оно будет уже не чем иным,
как тараторящей и несущей околесицу оболочкой.
Когда Кайс разделил свой жребий с другими членами Тайного Совета, он
стремился не к власти - к спасению. Богатство его тоже не привлекало. Он
хотел лишь жизни. Разумной жизни.
АМ-2 его не волновал, хотя он ни разу не намекнул об этом своим
коллегам. Разоблачить себя означало подписать свой смертный приговор.
Когда был умерщвлен Император и началась охота за теми, кто хоть
что-то знает о неиссякаемых источниках топлива, Кайс с таким же рвением
искал нечто другое: что сделало Вечного Императора бессмертным?
Вначале он надеялся найти ответ на этот вопрос в архивах Императора,
так же, как другие надеялись найти там тайну АМ-2. Но ни того, ни другого
там не оказалось.
Когда было совершено убийство, Кайсу исполнилось сто двадцать лет.
Это означало, что жить ему оставалось всего пять лет. Теперь прошло
немногим более шести лет - а Кайс был все еще жив!
В годы интервенции он был близок к истерике, думая о своих умственных
способностях, постоянно помня о часах, завод которых кончался. Даже
малейшая погрешность памяти ввергала его в панику. Каждая забытая мелочь
наводила черную тоску, которую трудно было спрятать от своих коллег. Вот
главная причина того, что он так много времени проводил вдали от
метрополии.
Он имел не больше понятия о том, почему он еще жив, чем о величайшем
секрете Императора. Еще ни одно существо его вида не протянуло дольше
естественной границы. Впрочем, не совсем так. Один был - согласно тому
мифу о Мафусаиле г'орби.
Легенда возникла в древние времена, когда зарождалась эта
переплетенная форма жизни. В эту давнюю, темную эру мир являлся сплошным
хаосом, гласит история. И тогда появилось существо, которое совершенно
отличалось от других. Имя его утеряно. Это поставило реальность его
существования под большое сомнение, но сделало легенду еще более
захватывающей.
Согласно мифу, существо заявило о своем бессмертии еще будучи
подростком. А через сто или более лет тот г'орби прославился как
удивительный мыслитель и философ, затмивший величайшие умы своего времени.
В год, когда должна была окончиться его жизнь, все королевство прильнуло к
часам, ожидая с минуты на минуту вестника, объявляющего о кончине
знаменитости.
Прошел год. Затем еще один. И еще. До тех пор, пока его бессмертие не
стало признанным фактом.
Первый - и единственный - долгоживущий г'орби стал правителем
королевства. Наступила великая эпоха возрождения, продолжавшаяся много
столетий, может быть, тысячу лет. С того времени будущее расы было
обеспечено - по крайней мере, так утверждают сказители легенд.
Но больше всего Кайса интересовала финальная часть легенды -
предсказание, что однажды родится новый Мафусаил и что этот бессмертный
г'орби приведет своих подданных к еще большим успехам.
В последнее время Кайс задумывался, не он ли этот избранник. Правда,
такое случалось только в моменты самых истерических его фантазий. Более
вероятно, что дополнительное время, доставшееся ему, - не что иное, как
небольшое генетическое отклонение, и в действительности в любой момент
надо ждать смерти.
Если же ему все-таки суждено иметь будущее, надлежит взять его в свои
руки. Необходимо овладеть секретом и стать новым спасителем своего рода.
Кайс выглянул в окно. Гравикар двигался через рабочие кварталы из
высоких однообразных домов, выходящих на широкую улицу. На улице были в
основном пешеходы. Перебои с АМ-2 привели к отмене движения общественного
транспорта, много меньше стало и маленьких коробков-автомобильчиков, сталь
любимых представителями среднего класса.
Кайс обратил внимание на длинную очередь, змеившуюся из соевого
магазина. Потрепанная табличка вверху указывала цену в десять кредиток за
унцию. Состояние таблички делало смешным даже эту грабительскую цену. Двое
вооруженных полицейских охраняли вход в магазин. Кайс заметил женщину,
выходящую со свертком под мышкой. Толпа тут же загудела на нее, вцепившись
в сверток. Здоровенный полицейский торопливо зашагал вперед.
Машина Кайса проехала мимо, прежде чем он успел заметить, чем
кончилось дело.
- Ну прям как в те голодные бунты, - послышался голос водителя. -
Ясное дело, безопасность стоит дорого, вот цены и кусаются, так ведь? А им
этого не объяснишь никак. Вот я и муженьку своему...
- Что еще за бунты? - прервал ее Кайс.
- Не слыхали? - Женщина покрутила головой, разинув рот от изумления,
что член Тайного Совета может что-то не знать.
- Мне докладывали о волнениях, - сказал Кайс, - но не о бунтах.
- Ну да, волнениях. Хрен редьки не слаще. Вот, значит, как это
называется - волнения. Собралось двадцать, нет, тридцать тысяч ленивых
грязных типов и начали это... волноваться. Ну, копы быстренько подъехали,
с полсотни прибили. Потом, ясное дело, еще три-четыре тыщи расстреляли...
Взбешенный Кайс пропустил все остальное мимо ушей. У него были
совершенно четкие взгляды относительно своих коллег по Тайному Совету. С
метрополии и всех ее обитателей им следовало пылинки сдувать! В сердце
Империи нехватки чего бы то ни было должны обнаруживаться в последнюю
очередь. Когда же он услышал о "волнениях", мнение Кайса стало еще яснее.
Но ведь близнецы Краа и другие уверяли его, что все хорошо. Было,
мол, несколько небольших сбоев в системе снабжения, вот и все. Снабжение и
порядок восстановлены.
Ну ладно!.. Не столько ложь возмутила Кайса, он и сам был мастер
приврать, но это было намеренное искажение фактов. Бели уж Тайный Совет не
в силах контролировать ситуацию в нескольких километрах от своего дома, то
что уж тоща говорить об успешном правлении во всей широко раскинувшейся
Империи? А если они провалятся, Кайс будет обречен на нечто значительно
худшее, чем любой ад, который они могут только себе представить.
И еще один безмерно раздражающий фактор: если положение действительно
так ужасно, что запасы пищи во всей Империи подошли к концу, то почему
члены Тайного Совета продолжают похваляться своим собственным богатством?
Он тихо выругался, увидев прямо перед собой остроконечные шпили,
украшавшие высокие здания финансового района. Это была недавно построенная
штаб-квартира Тайного Совета.
- Офигенно, да? - вновь раздался голос водителя. Она по ошибке
приняла его ругательство за возглас восхищения. - Вы, парни, должны
гордиться этим домом. Ничего подобного в Метрополии больше нету. Особенно
после того, как императорский старый замок взорвали. Я знаю, вы еще не
видели его... А внутри-то там каково! Фонтаны! С настоящей цветной водой!
А прям посередке посадили обалденное дерево! Рубигиноза, что ли,
называется. Есть, правда, нельзя.
- Чья идея? - спросил Кайс сухо и неопределенно.
- Не знаю... Дизайнера, наверно. Как же его звали-то? Это... Звито,
что ли? Ну, парень рукастый! Одно дерево чего стоит, метров
пятнадцать-двадцать высотой. Выписали откуда-то с Земли. Испугались
сначала, что оно высохнет тут и осыплется. Так специально его
приспосабливать стали. На трех или четырех разных планетах. Кучу денег
угрохали. И ничего, принялось. Я слыхала, за последние два-три месяца еще
на два метра вымахало. Это дерево - прямо гордость и радость метрополии,
точно вам говорю. Кого угодно спросите.
Как только гравикар замедлил ход, Кайс увидел ринувшуюся к нему толпу
нищих. Клин полицейских, вооруженных дубинками, оттеснял их назад.
"Конечно, - подумал он. - Кого угодно спросите..."


Доклад секретаря комиссии по АМ-2 начался. На столе перед ним была
тридцатисантиметровая стопа документов, результат многомесячной работы.
Он медленно читал по слогам противным голосом. Секретаря звали
Лаггут, но по взглядам, которые бросали на него члены Тайного Совета,
можно было догадаться, какими эпитетами они его награждают. Кайс и другие
в нетерпении столпились у стопа. Вероятно, это была самая важная лекция в
их жизни. Поэтому никто из них не возражал, когда помощники подносили
Лаггуту все новые и новые кипы бумаг. И никто не удивился, что
вступительная часть заняла целый час.
Это случилось во второй час - второй час пристального внимания тех,
кто обыкновенно требовал от своих подчиненных, чтобы вся информация была
спрессована в три предложения или еще меньше. Бели эти три предложения их
устраивали, подчиненные могли продолжать. Если же нет, то не исключалась и
стрельба.
После первого часа доклада секретарь комиссии стрельбы избежал. Члены
Совета обдумывали сказанное. У Кайса настроение изменилось к худшему.
Но он уловил в докладе несколько иное, чем другие. Сквозь всю эту
болтовню проглядывала реальная опасность.
Кайс уловил ее, заметив дрожь в голосе и нервное подергивание
Лаггута. Он перестал вдумываться в суть и стал обращать внимание на слова.
Они были бессмысленными. Предумышленная бюрократическая чепуха для
отвлечения внимания.
Близнецы первыми прервали докладчика. Толстая прочистила горло, издав
звук вроде отдаленного грома, подала свои массивные телеса вперед и
выставила огромный подбородок размером с кулак здоровенного мужика.
- Ну ты, ублюдок! - прорычала она, и это были единственные приличные
слова в ее выступлении. Далее последовал поток такой изощренной ругани,
что кроме возгласа "Пошел ты в жопу!" бедный докладчик ничего не понял.
Лаггут побледнел. Он понимал, что неприятности будут. Но чтобы такие!
- Иди к чертовой матери! - перевел на обычный язык Ловетт. - Где
топливо?
Лаггут глубоко и безнадежно вздохнул. Потом он изобразил на лице
широкую улыбку.
- Прошу прощения, милостивые господа. Но ученые... Я... В будущем я
попытаюсь...
Теперь заверещала тонкая Краа. У нее был визгливый и неприятный голос
с хищными нотками.
- Тринадцать месяцев, - выпалил Лаггут. - И это крайний срок.
- Значит, ты утверждаешь, что, хотя твоей комиссии не удалось найти
АМ-2, теперь ты знаешь, когда вы его найдете? Правильно? - Ловетт был
гением в подведении итогов.
- Да, сэр, - промолвил секретарь. - Ошибки здесь быть не может. За
тринадцать месяцев мы добьемся успеха. - Он похлопал по толстой кипе
бумаг.
- Звучит многообещающе, если это правда, - вступила в разговор
Мэлприн. Движением руки она остановила инстинктивный порыв Лаггута
защитить свою работу.
Мэлприн правила чудовищно громоздким конгломератом. Нельзя сказать,
что правила она хорошо, но у нее было более чем достаточно оружия, чтобы
оставаться на своем месте сколь угодно долго.
- А каково ваше мнение, сэр Кайс?
Мэлприн страстно любила развертывать дискуссии, держа при себе свое
собственное мнение так долго, как только возможно. Кайс недавно
предположил, что у нее и вовсе нет своего мнения и она тянет время, чтобы
выяснить, откуда ветер дует.
- Во-первых, я хотел бы задать сэру Лаггуту вопрос, - сказал Кайс. -
Очень важный, как я полагаю.
Секретарь жестом показал, что он готов к вопросу.
- Сколько АМ-2 имеется у нас в настоящее время на руках?
Лаггут быстро и невнятно забормотал, затем начал долгую абстрактную
дискуссию. Кайс прервал его.
- Позвольте мне перефразировать вопрос. Учитывая сегодняшнее
потребление, как долго еще будет в запасе АМ-2?
- Два года, - ответил Лаггут. - Не больше.
Ответ потряс собравшихся. Не потому, что был неожиданным. Но его
можно было сравнить со смертным приговором, с точным знанием, в какой
именно момент приговор приведут в исполнение. Только Кайс остался
невозмутим. Такая ситуация не была для него в диковинку.
- Тогда, если ты врешь насчет тринадцати месяцев... - снова начала
Мэлприн.
- Тоща, подруга, АМ-2 кончится менее чем через год после этого, -
вставила тощая Краа.
Лаггуту ничего не оставалось, как кивнуть головой. Только Кайс знал,
почему этот человек так напуган. А было это потому, что он лгал.
Лгал не о двухлетнем запасе АМ-2. Этой оценке как раз можно было
верить. А вот тринадцать месяцев... Дерьмо! Лаггут и его комиссия знали о
том, где Император держал АМ-2, не больше, чем шесть лет назад, когда
комиссия приступила к работе. А почему он лгал? Да чтобы сохранить свою
дурацкую голову на плечах. Достаточная причина?
- Успокойтесь, - обратился Кайс к тощей Краа. - Бессмысленно пытаться
выпрыгнуть из пропасти, когда вы уже достигли дна.
Обе Краа уставились на него. Несмотря на их жестокий характер,
взгляды эти не были злыми. Они надеялись получить от него помощь. Они и
понятия не имели о его личных проблемах.
- Сэр Лаггут надеется за тринадцать месяцев обнаружить источник АМ-2,
- сказал Кайс. - Может быть, это так, а может быть, и нет. Но я знаю, что
делать, чтобы получить уверенность.
- Да? Как это? - спросил Ловетт.
- У меня есть новый план действий. Мои ученые работали над проектом
несколько лет. Это новый инструмент для архивистов.
- Даже так? - спросила толстая Краа, более тупая из двух, если
"более" вообще возможно.
- Мы собирались послать его правительству. С помощью новшества можно
уменьшить время поиска документов на сорок процентов.
В комнате послышался приглушенный шум голосов. Члены Совета уловили
мысль Кайса. Тем более, все, что он говорил, показалось им правдой. Если
ложь и была, то только в его действительных намерениях.
- Я предполагаю, что мы с сэром Лаггутом объединим усилия, -
продолжал Кайс, - и выполним поставленную задачу. Что вы скажете? Я готов
к иным предложениям.
Иных предложений не поступило. Дело было сделано. А что касается
других дел - проваленной миссии по захвату адмирала, ужасной жизни,
свидетелем которой стал Кайс на улицах метрополии, - они были оставлены
без рассмотрения. Кайс добился, чего хотел.
Был поднят еще только один вопрос, и то чисто случайно.
- А об этом чертовом двухлетнем запасе? - спросила тощая Краа.
- Да, что?
- Может, подумать, как растянуть его?
- Еще урезать нормы? - спросил Ловетт. - Я считаю, мы и так уже...
- Нет! Не пори чепухи! Урезать не будем.
- Что тогда?
- Мы его достанем.
- Где достанем? У кого? - Кайса заинтересовала захватывающая
дискуссия.
- У кого? - переспросила толстая Краа. - Да у того, черт побери, у
кого целая куча, вот у кого!
- Ты хочешь сказать, украсть, что ли? - поинтересовалась Мэлприн,
также заинтригованная.
- А почему бы и нет? - сказала тощая Краа.
Вот так. Они все согласились. А почему бы и нет, действительно?



6

Первой задачей Стэна, когда они вырвались с планеты Мостик, было
скрыться.
Махони предлагал свой план спасения, но Стэн его отклонил,
предпочитая свое собственное тайное укрытие, где, как он надеялся, будет
ждать Алекс, если его вовремя предупредили. Именно в том потайном месте
Стэн впервые заметил результат истощения АМ-2 и некомпетентности Тайного
Совета.
Фарвестерн был и до известной степени до сих пор оставался
транспортным узлом вблизи центра галактики. Раньше клиент-отправитель
грузов мог получить здесь любые услуги и воспользоваться чем угодно - от
корабельных верфей до мелочных лавок, от игорных домов до складов, от
отелей до служб безопасности. Все это шумело и крутилось в громадном
скоплении апартаментов. Впрочем, "апартаменты" - не слишком точное
описание того, что предлагалось из жилых помещений. Торговые агенты,
которые всегда толпились вокруг Фарвестерна, принимали своих клиентов где
угодно - от небольших астероидов до списанных и разоруженных военных
кораблей. На Фарвестерне и вокруг него совершались почти все легальные и
абсолютно все нелегальные сделки, включая и анонимные.
Несколько лет тому назад Стэн и Алекс с одной из миссий "Богомолов"
проездом были на Фарвестерне. Им пришлась по душе его веселая анархия. А
особенно они полюбили маленькую планетку по имени Поппаджо. Планеткой
сообща владели двое мошенников: Моретти и Манетти. Почти безуспешно
попытав счастья в разных местах, они обследовали Фарвестерн и решили, что
тот вполне им подходит. Теперь возникал вопрос: какие услуги они могли бы
здесь предоставить? Ответ нашелся: роскошь при анонимности. Они
справедливо рассудили, что всегда найдутся существа, которые, будучи здесь
проездом, хотели бы получить хорошее обслуживание и при этом предпочитали,
чтобы их присутствие не афишировалось. Это могло относиться и к
преступникам, и к исполнителям дел, которые лучше держать в строгом
секрете, пока операция не завершена.
Моретти и Манетти тихо богатели. В минувшую войну они удвоили свои
состояния.
Теперь дела пошли немного хуже: не настолько плохо, чтобы бросить их,
но неустойчиво. Друзья удержались на плаву только благодаря
благосклонности многих существ - от магнатов до космических странников.
Еще находились клиенты, которым нужно было оставаться в тени.
Моретти и Манетти помогали им. Все комнаты имели отдельные входы.
Гости могли обедать в общей столовой, а могли и оставаться в своих
комнатах. Секретность была гарантирована. Их кормили самой лучшей пищей,
которую только можно было найти, от земного бифштекса до экзотического
желированного гипоорнина. Все подавалось в атмосфере и при силе тяжести,
привычной гостям.
Когда Стэн и Килгур проезжали через Поппаджо, они договорились между
собой, что в случае каких-либо непредвиденных обстоятельств, если дела
пойдут из рук вон плохо, здесь будет их секретное место встречи.
Когда корабль Стэна вошел в систему Фарвестерна, ни он, ни Махони
нисколько не были похожи на военных. По сути дела, они вообще ни на кого
не были похожи.
У того человека, кто по какой-то причине считает, что его трудно
узнать, часто бывает слишком много неприятностей. Все, что необходимо
(если, к сожалению, Бог не наградил вас лицом эстрадного идола или
уродливым телом), - это, во-первых, оказаться непохожим на самого себя и,
во-вторых, оказаться похожим на кого-то другого. Одежда должна быть не
бедной, не богатой. Еда - обычная, которую едят все. Путешествия - не в
первом классе, не в четвертом. Попытайтесь стать тем мифическим существом,
которое называют "средним гражданином".
В корпусе "Меркурий" такую тактику неизвестно почему называют
"Великий Лоренцо".
Стэн и Махони сейчас были бизнесменами, достаточно удачливыми, чтобы
их корпорация предоставила им корабль и топливо, но не настолько, чтобы
иметь собственного пилота, а корабль у них был старенький и немного
побитый. Три дня работы в специальной подпольной мастерской, и белоснежная
яхта Стэна превратилась в совершенно другое судно, коммерческого класса.
Если, конечно не заглядывать в двигательный отсек или в компьютерную каюту
или не обратить внимание, что некоторые из отсеков гораздо уже, чем надо,
а за переборками скрывается столько оружия, что хватит на оснащение
небольшой армии.
Махони волновался, что корабль можно будет проследить по его номерам.
Стэн был просто счастлив обнаружить, что его бывший шеф все-таки не знает
всего. И корабль, и все персональные номера на нем были трижды чистыми -
еще один результат профессиональной бдительности Стэна, которая теперь
начала приносить плоды.
Так они достигли планетки Поппаджо и были приняты господами Моретти и
Манетти как долгожданные и долго отсутствовавшие родственники,
законченные, но уважаемые авантюристы.
Поппаджо еще мог выжить, но Фарвестерн - нет. Коммерческий поток
превратился в тоненький ручеек. Из-за перебоев с топливом и сокращением
армии даже имперские корабли стали здесь большой редкостью. Большое
количество орбитальных станций поставили на прикол, а их персонал был
отправлен на одну из планет Фарвестерна или еще дальше.
- Мы выкарабкаемся, - оптимистично заявлял Моретти. - Мы похожи на
старый шахтерский городок, где запасы угля подходят к концу. Приезжает
группа эмигрантов и обнаруживается, что рубать уголек никто не хочет. Все
желают заниматься лишь обслуживанием. В конце концов уголь заканчивается,
а шахтеры уезжают на новое месторождение. Но владельцы прачечных остаются
- и все становятся миллионерами, обстирывая друг друга.
Ему это казалось ужасно смешным. А Стэну было не до смеха. Все, что
он услышал и увидел с тех пор, когда они с Махони бежали с Мостика,
свидетельствовало о медленном разрушении Империи. Еще в своей изоляции на
Мостике он чувствовал, что оно началось, но лично стать всему свидетелем -
совсем другое дело. Жители Империи присмирели - или были усмирены.
Уменьшение энтропии как закон термодинамики хорошо и приемлемо, но
как социальное явление это чертовски страшно.
Махони обрисовал ему положение вещей настолько подробно, как только
мог. Миры, планетные системы, звездные скопления, даже некоторые галактики
впадали в спячку, отказавшись от контактов. По собственному желанию,
отклоняя бездарное руководство Тайного Совета? Из-за войны? Или, что едва
ли возможно, пораженные какой-то болезнью?
Стэн прекрасно понимал, что АМ-2 служил тем цементом, который
скреплял Империю. Без могучих запасов энергии практически невозможно
осуществлять звездные путешествия. И, конечно, поскольку АМ-2 был очень
недорог - цены устанавливались Императором - и вполне доступен, что
опять-таки устанавливалось Императором, каждый мог без особых затруднений
заниматься абсолютно всем, чем ему вздумается - межзвездные
коммуникации... вооружение... заводы... производство... Список можно
продолжать и продолжать.
Когда же Император погиб, поставки АМ-2 прекратились.
Стэн с трудом поверил этому, в первый раз услышав новость от Махони.
Да и до сих пор у него сохранились сомнения. Он предполагал, что Тайный
Совет - в целях личного обогащения и из-за некомпетентности - просто
перекрыл кран подачи АМ-2.
- Неправда! - втолковывал Махони. - Они и представления не имеют, где
топливо. Вот почему Совет стремится тебя поймать, так же как и всех
остальных, кто был близок к Императору, а потом будет нежно выдергивать
вам ногти, пока вы не откроете Великий Секрет.
- Да они идиоты чертовы!
- А кто спорит? Смотри-ка, парень. Вся Вселенная свихнулась. Кроме
меня и тебя. Хе... хе... хе... И я тоже медленно свихнусь, если ты не
сбегаешь за бутылочкой и не откупоришь ее.
Стэн выполнил приказ. Только как следует отпил сам, прежде чем
передать бутылку Яну.
- Сгоняй-ка еще за одной. И смотри, если эти привычки уже записались
тебе в ДНК, твои дела плохи!
Стэн снова подчинился приказу.
- Порядок, Махони. Мы нализались, - сообщил он через некоторое время.
Махони фыркнул.
- Ни в одном глазу, мой мальчик! Но все еще впереди.
Раздался стук в дверь.
- Ваш приказ выполнен, сэр!
Махони вскочил на ноги, выхватив из рукава пистолет, и двинулся к
двери.
- Спокойно, маршал, - сухо проговорил Стэн. - Открыто!
Пауза, затем дверь распахнулась, и на пороге показался Алекс Килгур с
подносом выпивки в руках. Он казался расстроенным.
- Я думал, может, вы захотите повторить, - сказал он с надеждой.


Стэн и Алекс взглянули друг на друга.
- Как близко они к тебе подобрались? - спросил Стэн.
Килгур рассказал ему о засаде и битве на обледенелых улицах.
- Я решил, что раз предупреждение было послано общим кодом, как мы
договаривались, то, значит, послал мне его ты.
- Я, - сказал Махони.
- О такой возможности я тоже думал, сэр.
- Быстро думаешь, мистер Килгур. Ладно, ребята. Мой рассказ - и план
- займут не много времени. Какова наша цель, вернее, цели, вы поймете,
когда я все объясню.
Махони начал с того, что с ним случилось, с того дня, когда погиб
Император. Он тогда увидел Большую Пятерку стоящими у свежего холма,
могилы Императора, и понял, что видит перед собой пятерку убийц.
После некоторых сомнений Махони все-таки решил поделиться очень
важной деталью. После убийства Императора он прошел в кабинет властителя,
откупорил бутылку с бурдой, которую Император величал "виски", и собрался
произнести тихую, глубоко личную поминальную речь. К донышку бутылки была
прикреплена написанная рукой Императора записка: "НЕ ПРОПАДАЙ ИЗ ВИДУ, ЯН.
Я СКОРО ВЕРНУСЬ".
Махони остановился, ожидая полного недоверия. Он и дождался его.
Правда, недоверие на лицах обоих мужчин было замаскировано выражением
яркой заинтересованности.
- Очень интересно, маршал. Сэр, а как вы себе это представляете? Вы
хотите сказать, что человек, которого убили, был двойником Императора?
- Нет. Убили самого Императора.
- Так он все-таки выжил? После того, как в него всадили дюжину пуль
или около того, а потом еще и взорвали!
- Ни черта подобного, Стэн. Он был мертв.
- Так, значит, он вылез из могилки, чтобы оставить вам любовную
записочку, да? - спросил-Алекс.
- И опять не так. Он, конечно, мог оставить инструкции одному из
охранников. Или дворцовых слуг. Но я спрашивал - никто ничего не знает.
- Ладно, Ян, давайте на минутку про записку забудем. Вы сами-то
понимаете, что сейчас говорите? Либо вы спятили, либо вступили в ту секту,
которая бродит кругом и твердит, что Вечный Император бессмертен. И не
забывайте, что шесть лет с гаком - достаточный срок, чтобы одуматься.
- Может, и так. Вы намерены слушать дальше?
Килгур осушил стаканчик спиртного, но продолжал смотреть на Яна
настороженно.
- В тот день у меня возник свой собственный план: подняться против
Тайного Совета.
- А вы думаете, они не сообразили, что у вас на них зуб? - спросил
Стэн.
- Думаю, сообразили. И предпринял все возможные меры защиты.
Махони рано подал в отставку. Тайный Совет в своем сумасшедшем
стремлении избавиться от раздувшейся за время войны и чрезвычайно дорогой
армии был более чем рад отпустить любого, не задавая лишних вопросов.
Стэн кивнул - точно так же и их с Алексом выбросили в отставку и
предали забвению.
Совет был тем более счастлив отпустить маршала Махони - любимца
Императора, архитектора победы, а вдобавок еще и главу корпуса "Меркурий"
- Имперской разведки - в течение многих и многих лет.
- Но мне не хотелось, чтобы они втайне опасались от меня
какого-нибудь неприятного сюрприза. И я придумал себе прикрытие.
Прикрытием Махони, громко разрекламированным, стала идея выпустить
полную биографию Вечного Императора, величайшего из людей, когда-либо
живших на свете. Этот план вполне был на руку Совету.
- Черт его знает, зачем мне это понадобилось, но я должен был это
сделать.
Махони углубился в архивы, собираясь посвятить один год исследованию
Древних Времен. Между тем он заметил, что Совет уже потерял к нему интерес
и можно перейти к своей подлинной цели.
Немного стесняясь, Махони признался Стэну и Алексу, что ему всегда
нравились научные исследования и корпения за документами. Возможно, если
бы все сложилось иначе и он не был бы из военной семьи, Махони так бы и
копался всю жизнь в архивах, создавая какую-нибудь очередную "Полнейшую
историю".
Он был не первым, не сотым и не тысячным, кто создавал биографию
Императора. Однако ему удалось открыть нечто интересное. Все биографии
врали.
- Ну и что с того? - равнодушно спросил Стэн. - Если бы вы были
приближенным Бога, вам разве не хотелось бы, чтобы все говорили о вас одно
хорошее?
- Да я не об этом, - махнул рукой Махони. - Биографов
п_о_д_т_а_л_к_и_в_а_л_и_ написать об Императоре. Среди них была масса
неаккуратных и ленивых историков, но почему-то их работа поощрялась. Они
заключали выгодные контракты. По этим работам снимали фильмы. И так далее
и тому подобное... Я вот что вам скажу, парни: ни одному из них ни разу не
дали даже посмотреть на архивные материалы.
- Так чего было скрывать нашему покойному шефу?
- Да почти все, черт возьми! Начиная с того, откуда он взялся, и
кончая тем, куда он делся. Можно провести всю жизнь, пытаясь разобраться в
семнадцати или восемнадцати тысячах версий одних и тех же событий, причем
каждая из них явно была одобрена Императором. Упомяну два самых темных
пятна, не считая того, где находится этот чертов АМ-2. Первое -
практическая бессмертность нашего любимого прохвоста; во всяком случае,
бессмертность до гибели. А второе - что его уже убивали раньше.
- Но вы же только что сказали...
- Я сам знаю, что сказал. И все же повторяю: он уже умирал раньше.
Погибал. Разными способами. Несколько несчастных случаев. По крайней мере,
два покушения.
- А вы говорили, не было двойников!
- Я и сейчас говорю. Вот что происходило, по крайней мере, в тех
случаях, которым я нашел документальное подтверждение. Во-первых.
Император погибал. Во-вторых, немедленно после этого всегда происходил
дьявольской силы взрыв, который разрушал и тело Императора, и все вокруг.
Точно так же, как та бомба, которая взорвалась после выстрелов Чаппеля.
- И так каждый раз?
- В каждом случае из тех, что мне известны. А затем прекращалась
подача АМ-2. Так же, как теперь. А потом Император возвращался. И
возвращал АМ-2. И все опять шло своим чередом.
- Ян, - после паузы сказал Стэн. - Допустим на минутку, что вы правы.
Надолго он обычно пропадал? Только не подумайте, что я поверил хоть одному
слову из того, что вы тут наговорили.
Махони выглядел взволнованным.
- После несчастного случая - примерно на три-четыре месяца. После
убийства - на год или на два. Видимо, этого времени было достаточно, чтобы
люди поняли, насколько он им необходим.
- Но теперь-то уже шесть лет прошло, - заметил Алекс.
- Я знаю, спасибо.
- Так вы, значит, верите, что Император собирается возникнуть однажды
на розовом облачке или из какой-нибудь дурацкой морской раковины и мир
снова станет веселым и счастливым? - съехидничал Стэн.
- Ты мне не веришь, - произнес Махони, потягивая пиво. - Может быть,
тебе стоит взглянуть на документы? Я их спрятал неподалеку.
- Нет. Не могу я вам поверить. Ну ладно. Что у вас есть еще?
- Ты помнишь свою подругу Хейнз?
Стэн помнил. Она была полицейским, и они вместе расследовали странное
покушение на убийство, с которого, собственно, и начались Таанские войны.
А еще они были любовниками.
- Она до сих пор служит в полиции. И до сих пор в Метрополии. Только
теперь она уже шеф полиции, - сообщил Махони.
Он попы к ней за разрешением получить досье на Чаппеля, убийцу
Императора. У него было стопроцентное прикрытие - вышедший первый том
биографии Императора имел грандиозный успех.
- Полная брехня, конечно, - заверил он Стэна и Килгура. - Но во
всяком случае твоя Хейнз такая же принципиальная, как и раньше. Я задал ей
несколько вопросов, и она поняла, что бывший шеф разведки еще не впал в
старческий маразм, удовлетворяя личное любопытство. Между прочим, Хейнз
сказала, что единственная причина, по которой она пойдет на это, - твои
добрые слова обо мне. А ты не помнишь молодого человека по имени Волмер?
Стэн помнил и его. Волмер был владельцем конгломерата средств
массовой информации, точнее, "наследником престола" империи прессы и
членом Тайного Совета. Однажды ночью его убили у дверей сомнительного
придорожного бара в портовом городе Соуарде.
Официальная версия - он был замешан в коррупции, связанной с военными
делами. Более циничная и популярная - что Волмер испытывал странное
пристрастие к лицам своего пола и любого другого, кроме женского, и был
зарезан обманутым сутенером.
Хейнз располагала иными материалами. Она выследила наемного
убийцу-профессионала. Ей было наплевать на этого исполнителя, но она
хотела разузнать, кто его нанял. Хейнз получила от исполнителя достаточно
фактов, чтобы возбудить дело. Молодой человек согласился сотрудничать с
полицией.
Лайза горела энтузиазмом. Ее мало волновало, когда ежедневно
десятками резали друг друга существа из недоразвитых миров. Но когда они
оставляли трупы на улицах метрополии и пугали мирных горожан, топча уже
надо было принимать меры.
Молодой человек сознался, что именно он убил Волмера. Правда, имя
жертвы держалось в секрете; киллер только позже узнал, на кого он поднял
руку. Хейнз хотела узнать, кто ему заплатил. Убийца назвал имя человека из
малоразвитого мира, теперь уже покойного. Хейнз отправила киллера в
камеру, попросив припомнить дополнительные факты и попытаться понять, что
все это означает. Этой же ночью в тюремной камере убийца "покончил с
собой".
- Это все, что стало известно полиции?
- Да, все. Так кто же прикончил Волмера? Может, его коллеги по
Тайному Совету? Может, Волмер не согласился с какими-то их планами? Пока
не знаю. Но это была первая жертва из членов Тайного Совета. Потом погиб
Сулламора - при взрыве после убийства Императора. Одна забавная вещь об
этом Чаппеле. Он из Службы управления космопорта. Я кое-что разузнал:
видимо, ему казалось, что Император преследует лично его.
- Да. Я тоже видел документы. Клинический случай.
- Так-то оно так. Но Чаппеля _з_а_с_т_а_в_и_л_и_ стать таким. Кто-то
сыграл с его судьбой. До сих пор никому не известно, почему он внезапно
лишился работы и стал на путь бродяжничества.
- Служба управления, порты, перевозки - это были владения Сулламоры,
он отвечал за транспорт в Тайном Совете. А теперь и он тоже мертв. - Стэн
приготовился выпить еще, но передумал и подошел к видеопанели. - Да,
Махони, любопытные вы добыли факты... А может, и у вас тот же тяжелый
случай, что и у этого Чаппеля? Может, это просто преступные разборки? О
чем говорят последние операции "Богомолов"? Давайте-ка заполним пробелы.
Что произошло потом? И подумаем, что происходит теперь.
Махони продолжал.
Примерно в то же время, когда он поговорил с Хейнз, он начал
чувствовать какую-то опасность. Совет, как понял отставной маршал, так и
не раскрыл секрет источника АМ-2. Махони считал, что теперь лишь вопрос
времени, когда они начнут собирать всех подозреваемых и искать этот секрет
в их мозгах.
- Сканирование мозгов - очень неприятная процедура. Бывает, что и
смертельная. Вот я и умер. Инсценировал кражу всего состояния, заплатил
вору десять процентов денег, которые он украл, и умер. Утонул. Дурацкий
несчастный случай. Ходили слухи, что это произошло как раз потому, что я
разорился.
Мертвый и невидимый. Махони начал работать. Частью его работы был
поиск своих старых сослуживцев, всех, кто хоть что-нибудь мог знать об
Императоре.
- Многие из них до сих пор на службе. И большинство считает, что мы
движемся к абсолютному хаосу. Единственный выход - сместить Тайный Совет.
Стэн и Килгур обменялись взглядами.
- Да! Тогда мы получим доступ ко всему, что оставил Император в
Метрополии. Я знаю... знал этого человека. Он должен был где-то спрятать
свой секрет. Вот наш единственный шанс, - заключил Махони. - Не исключаю,
что вы правы. Может, я и свихнулся, веря, что Император вернется, что он
вечен. Но простите мне мое старческое чудачество. Если ничего не делать,
через несколько поколений Империя исчезнет.
Стэн в упор смотрел на Махони не слишком теплым взглядом.
- Не будет большого вреда, если вы дадите сказать Килгуру, - раздался
голос Алекса. - Все, что вы хотите от нас, так это отправить на тот свет
пять существ, которым довелось править известной вам Империей?
Махони предпочел не заметить сарказма.
- Точно так. Не импичмент. Не суд. Не массовые волнения. Вот зачем вы
мне сейчас потребовались, ребята. Это только прелюдия к большой операции,
и вам надлежит сыграть ее. Чисто ли, не чисто, но с пятью трупами в
финале.
Стэн и Алекс сидели, не говоря ни слова. Потом сказали Махони, что им
необходимо переговорить, и выставили его за дверь. Но разговоров было не
много. Они хлопнули еще по стаканчику и заказали кофе.
Стэн приводил свои мысли в порядок. Можно ли как-нибудь добраться до
Тайного Совета? Да, твердила его заносчивость "Богомола". Что ж, допустим.
Но его беспокоили слова "не чисто". Он всегда вспоминал своего первого
сержанта, который говорил, что ему нужны солдаты, которые могли бы "помочь
солдатам противника умереть за свою родину".
Тайный Совет пытался убить его и, вероятно, украл уже все его
состояние, довел до нищеты. Так? Но в конце концов, деньги - это не важно.
Их можно заработать, а можно и потерять. Так же и убийство. Раз уж
стрельба прекратилась, Стэн, который гордился своим профессионализмом,
зачастую мог выпить пивка за здоровье бывших врагов. Настолько ли плохи
члены Тайного Совета, чтобы оправдать их убийство?
Определим, что такое плохо, думал он. Плохо - это то, что не
работает. Итак, идем дальше. Был ли Тайный Совет некомпетентным?
Безусловно. Особенно если поверить тому, что поведал Махони. Но миры, где
бывал Стэн, от Вулкана до подразделений имперской армии, более чем часто
управлялись лицами некомпетентными.
Империя катилась в пропасть. В третий раз.
Стэн, ветеран сотен битв за тысячи миров, так и не мог себе
представить аморфное понятие "Империя". Все, что знал Стэн, так же, как и
его отец, и отец его отца - Вечный Император. Представляя себе Империю,
Стэн всегда на самом деле думал о нем.
Он давал присягу. Даже дважды. "...Защищать Вечного Императора и
Империю, не щадя своей жизни, подчиняясь законным приказам, следуя
традициям Гвардии, как того требует родина". Первый раз он присягал, когда
его принял на службу Махони, целую вечность тому назад, на Вулкане. Но он
давал клятву и еще раз, когда его официально утвердили в должности
начальника личной охраны властителя.
И Стэн помнил об этом. Если члены Тайного Совета пытались убить
Императора, и неудачно, обязан ли он выследить их и, если необходимо,
убить? Конечно. А уверен ли он, что Тайный Совет убил Императора? Да,
безусловно.
Он вспомнил старую таанскую пословицу: "Служба тяжелее свинца, смерть
легче пуха". Не помогло.
Его клятва оставалась в силе, это его долг.
Стэн чувствовал себя в затруднительном положении. Он искоса взглянул
на Килгура и откашлялся. О таких вещах громко не говорят.
Алекс тоже избегал смотреть Стэну в глаза.
- Конечно, есть выбор, - пробормотал он. - Можно наплевать на все с
высокой колокольни и забыть. Позволить Вселенной вертеться, как она
вертелась. Но не хотел бы я провести остаток дней, пугливо озираясь... Ты,
парень, растерял уверенность. Мы сможем это сделать! Нет проблем. А
сделаем, так моей матушке не надо будет страшиться ходить на базар.
Так-то? Ведь Империя идет коту под хвост, а, Стэн?
Стэн в ответ ухмыльнулся. Так лучше. Пусть настоящие причины
останутся при нем.
Он протянул руку.
- Ну вот, можно и выпить со спокойной совестью, - вздохнул Килгур и
нашарил бутылку. - Уж и не знаю почему, но житуха такая мне по душе. Вот,
приняли смелое решение, прямо в номере отеля. Толстяк, одетый, как
бродячий коммерсант, и худой парень, похожий на сутенера. Теперь нас
связала клятва, сверкающие доспехи и редеющие знамена.
Он выпил.
- Да, между прочим... а каким образом мы свернем башку этим
мерзавцам?
Так Стэн и Килгур заключили союз с экс-маршалом, который, как они оба
считали, маленько спятил.



7

Человек уставился на экран. Его руки по-прежнему лежали на коленях.
- Вы не начали тест, - произнес голос, похоже, с некоторой укоризной.
- А что произойдет, если я не подчинюсь?
- Не получите информацию. Начинайте тест.
- Не буду.
- У вас есть причины?
- Да. Я уже проходил его. Три... нет, четыре периода сна тому назад.
- Все правильно. Тест завершен.
Экран погас.
- Все тесты усвоены. Параметры субъекта приемлемы, - сказал голос.
Очень странно. Впервые он обращался словно не к нему, а к кому-то
другому.
- Вы готовы к следующей ступени.
- У меня есть несколько вопросов.
- Задавайте. Ответов, правда, может и не быть.
- Я на корабле. Есть ли еще кто-нибудь на борту?
- Нет.
- Ваш голос синтезирован?
- Естественно.
- Вы только что сказали, что у меня... приемлемые параметры. А что
было бы в противном случае?
- В ваших же интересах ответа не получите.
- Попытаюсь сформулировать иначе. Какие ограничения установил вам ваш
программист?
- В ваших же интересах ответа не получите.
- Спасибо. Тем не менее вы ответили. Еще вопрос: кто вас
запрограммировал?
Тишина, только привычный гул корабля.
- Ответ очень скоро возникнет сам собой, - произнес наконец голос. -
Довольно вопросов. - Запертая до этого панель в стене открылась.