Чернеда
Тысяча имен для странника

Вселенная Торгового договора - 1


Библиотека Старого Чародея, Сканирование - Natalie; вычитка и оформление - Алекс Быков
«Чернеда Дж. Тысяча имен для странника: Фантастический роман»: М.: Эксмо, СПб.: Домино; 2004
ISBN 5-699-07022-2
Оригинал: Julie E. Czerneda, “A Thousand Words for Stranger”, 1997
Перевод: И. Тетерина

Аннотация

Одна, без имени и прошлого, она оказывается на незнакомой планете и едва не становится жертвой наемных убийц. Преследуемая, она по крупицам восстанавливает собственное прошлое и обнаруживает, что является лишь пешкой в чужой игре, готовой обернуться гибелью всей ее расы. Кто стоит за этой жестокой игрой? Под силу ли ей, одиночке, расстроить чужие планы и обрести свободу? И какова будет цена этой свободы?
Лоис Макмастер Буджолд назвала Джулию Чернеда самым перспективным современным фантастом Америки, а ее «Тысячу имен для странника» - лучшим НФ-романом, созданным за последние годы.

Джулия ЧЕРНЕДА
ТЫСЯЧА ИМЕН ДЛЯ СТРАННИКА

Джой Стэринк

Вот, мама, что бывает, когда в ответ на жалобу, что очередная книга уже прочитана, даешь ребенку стопку чистой бумаги и выразительно приподнимаешь бровь. Жаль только, что вас со Стэном уже нет со мной и вы не сможете прочесть эту книгу. Вам обоим - с горячей благодарностью и искренней любовью.

ВЫРАЖАЮ БЛАГОДАРНОСТЬ

Ох, боюсь, это будет мне не под силу. В рождении моей первой книги помощь мне оказывали столь многие, что упомянуть здесь всех просто не получится. Я искренне надеюсь, что все вы знаете - речь именно о вас, и я страшно признательна вам за поддержку, будь то критическое замечание или бутылка вина.
Вот перечень тех, чьи имена мне все же удалось вместить сюда. Линда Хайер, первая, кто прочел эту книгу и поверил в меня. Труди Райзинг, заставившая меня извлечь рукопись из ящика, где она благополучно продолжала бы покоиться до сих пор. Благодарю также Роксанну Хаббард и Джонатана Бокнека за поддержку и превосходное редактирование. Благодарю Джен и Стива Стерлингов, не просто потрясающих друзей, но еще и наставников. И отдельное спасибо Жозефе Шерман за то, что брала меня под крылышко всякий раз, когда мне начинало казаться, что вот-вот начнется светопреставление!
Благодарю Совет по гуманитарным наукам города Онтарио за теплоту и поддержку, оказанную мне на первых шагах моего начинания.
Спасибо Шейле Гилберт за вдумчивые замечания, которые помогли мне сложить последние кусочки головоломки в единое целое. (Да, и за возможность оставить в романе столько страниц, сколько мне хотелось, тоже!)
Спасибо вам, Дженнифер и Скотт, за ваше терпение и ободрение. Ну, дети, теперь-то вы поняли, чем мама занимается после ужина? Надеюсь, вам понравится.
И, наконец, спасибо тебе, Роджер. Эта книга стала возможной только благодаря тебе. Возможно, именно потому, что мне никогда не нужно было далеко ходить за примером героя.

ПРЕЛЮДИЯ

Криво висевшая вывеска была вся в грязных дождевых потеках. П'тр вит 'Викс, проходя мимо, окинул ее мимолетным взглядом и хмыкнул себе под нос. «Знаменитый Посольский ряд. Ежедневные экскурсии». Да уж, ничего не скажешь. Потом подумал: ну а что тут такого? В конце концов, на что еще смотреть на этом Ауорде, если не на Посольский ряд?
Для совместного управления требовалось, чтобы в каждом из миров-участников Торгового пакта присутствовали представители всех видов, сколь бы мелкими ни были эти виды - да и мир тоже. В целях удобства посольства сгрудились в непосредственной близости друг от друга. Так и возник Посольский ряд - улица, застроенная разномастными зданиями - от неправдоподобных, словно парящих в воздухе пустотелых башен Шенкрана до покрытых пластиком брикетов из импортируемого ила, столь любезного сердцам послов Рета-VП.
Однако этой ночью экскурсионные кабинки пустовали, впрочем, как и сама улица. Начавшиеся раньше обычного первые дожди сезона вразнобой вызванивали веселенький мотивчик на бубенцах, которые ауордиане развешивали на каждом столбе и у каждой двери - с разрешения властей или без оного. Вместе с дождями в город ворвался и пронизывающий до костей ветер, и почти никто не соблазнился бросить вызов промозглой слякоти, дабы других посмотреть и себя показать.
«А зря», - подумал 'Викс. Его самого вид бесконтрольно текущей воды раздражал, но он полагал, что какие-нибудь другие существа вполне могли бы оценить это явление по достоинству. Здания, выступая из темноты, переливались отраженными огоньками. Уличные фонари отбрасывали круги яркого света, колыхавшиеся на влажной мостовой и превращавшие ее поверхность в драгоценную мозаику.
Поэтическим размышлениям 'Викса положило конец вырвавшееся у него приглушенное, но смачное ругательство на родном языке - его трехпалая нога угодила в одну из усеянных россыпями дрожащих огоньков лужиц.
И надо же было этому дождю непременно пойти в его дежурство, а не в смену напарника! Теперь 'Викс тащился под противной моросью, чувствуя, как липнут к голове намокшие перья гребня, а ледяные капли затекают под поднятый форменный воротник, пропитывая перья на спине.
Мышцы безумно сводило, и 'Викс невольно передернулся, изо всех сил пытаясь не стряхнуть с себя влагу. Он уже знал по опыту, что его роскошный гребень начнет смешно топорщиться в разные стороны, как у молодого петушка, пока дождь снова не прибьёт перья к голове.
Теперь единственным способом привести себя в порядок была основательная сушка под феном и, возможно, капля масла бертви из его драгоценных запасов. В общем, ему было что сказать об этом дежурстве.
'Викс скосил один глаз на ручной хронометр, добросовестно не спуская другого с парочки, следом за которой шел. Его зрение даже в такую пору было достаточно острым, чтобы позволить ему держаться в полутора кварталах позади этих двоих - почему, собственно, сегодняшнюю ночную слежку и поручили ему, а не его напарнику-человеку, Расселу Терку.
Фонари были расположены так, что между ними плескались достаточно широкие озера темноты, позволяющие парочке то исчезать, то вновь появляться в поле его зрения. 'Викс взглянул на объект своего наблюдения двумя глазами и разглядел его во всех подробностях.
Отраженный свет скользнул по разукрашенному драгоценными камнями головному убору женщины - этот элемент ее туалета был столь же красив, сколь и практичен, решил 'Викс. Он прикрывал не только волосы, но и большую часть лица женщины. Ее спутник-мужчина, как и сам 'Викс, был с непокрытой головой. Его волосы были не то черными, не то просто потемнели от дождя. Богато одетая парочка вполне могла бы сойти за людей, не знай 'Викс наверняка, что они принадлежат к Клану.
Вообще-то именно поэтому он и следовал сейчас за ними на достаточном расстоянии. Клановцы не входили в число членов Торгового пакта, поскольку никакие альянсы их не интересовали. Среди множества огней вокруг не сверкали окна посольства Клана, и неудивительно, поскольку у клановцев не было мира, который можно было бы представлять. Немногочисленные обитавшие в границах действия Торгового пакта клановцы держались обособленно и замкнуто, жили в уединении своих поместий в мирах людей и предпочитали при этом развитые внутренние системы, где можно было тратить свои состояния без излишней огласки. По самым последним оценкам, без сомнения столь же неточным, сколь и секретным, их численность не превышала одной тысячи особей.
Поэтому присутствие клановца в провинциальном мирке вроде Ауорда было делом в высшей степени необычным. Присутствие же сразу двоих не могло не встревожить любого блюстителя Торгового пакта, знакомого с ними! Начальница 'Викса знала клановцев как никто иной. Именно поэтому кандидатам в ее подразделение сразу же предлагали на выбор: либо согласиться на вживление пока еще экспериментального имплантата экранирования мыслей, либо искать себе работу где-нибудь в другом месте. 'Викс не мог не признать, что хирург отнесся к его перьям с исключительной деликатностью. Оставалось только выяснить, сможет ли хваленый прибор защитить его от клановцев.
Истинных телепатов среди людей почти не было, так же редко они встречались среди представителей еще трех видов Торгового пакта, утверждавших, будто обладают этой способностью, а среди всех остальных отсутствовали полностью. Клановцы же, как говорили, обладали удивительной способностью к телепатии. Поговаривали еще, будто клановцы брезгуют ментальным контактом с представителями всех других видов. 'Викс от всей души надеялся, что это действительно так. Но источник этого слуха, как и всех слухов вообще, не вызывал особого доверия.
В слежке на расстоянии были и свои отрицательные стороны. Когда из переулка им наперерез вдруг выскочило несколько фигур, 'Викс находился слишком далеко, чтобы успеть что-либо большее, чем на бегу пробормотать краткое сообщение в микрофон. Почти так же резко, как ранее пустился бегом, он сбавил скорость, а затем перешел на шаг. Данный ему приказ был вполне определенным: наблюдать за клановцами, но ни в коем случае ни во что не вмешиваться.
Хотя оставаться безучастным зрителем было нелегко.
'Викс различил шестерых нападавших; окруживших пару его подопечных, которые теперь остановились под одним из фонарей. Нападавшие казались безоружными, но ему с трудом в это верилось. Скорее всего, у каждого из них как минимум одна импульсная дубинка - незаметное, но грозное оружие, весьма популярное среди преступного мира Ауорда.
'Викс увидел, как клановец быстро загородил собой спутницу, выхватив из-за пояса силовой нож. Медленно и явно со знанием дела он взметнул вверх его блеснувшее в свете фонаря острие. На миг все замерло в безмолвии, только капли дождя дробно выстукивали по мостовой да с шипением испарялись с добела раскаленного лезвия ножа.
Избранный клановцем способ защиты восхитил 'Викса. Учитывая общеизвестную нелюбовь этого народа к любой технике, клинок был неплохим выходом из ситуации. А большинство известных 'Виксу преступников безоговорочно предпочли бы головную боль от удара шокером потере каких-либо частей тела. Тем не менее силовые ножи были не слишком распространенным видом оружия - их применение требовало сноровки, не говоря уж о том, что в большинстве миров они были просто-напросто запрещены.
Крик из темноты прервал немую сцену и послужил толчком к нападению. Четверо нападавших двинулись на клановца, а двое других попытались проскользнуть мимо него к женщине, которую он защищал. Отдающиеся эхом крики перемежались с разрядами дубинок.
Из-за угла с воем сирен выехала машина. Портовая администрация, мгновенно понял 'Викс. Чужие. Коммандер Боумен будет недовольна вмешательством местных, 'Викс щелкнул клювом, с тоской подумав о горячем масле, расставил для устойчивости руки в стороны и пустился бегом.
Схватку, между тем, вряд ли можно было назвать неравной. Четыре тела уже распластались на мостовой. Растекающаяся кровь, мешаясь с дождем, окрашивала лужи. Клановец стоял лицом к лицу с оставшимися двумя, вызывающе занеся нож.
Что-то взлетело вверх, на миг зависло в воздухе и обрушилось на клановца. 'Викс предостерегающе завопил, ничком рухнув на землю. Волна опаляющего жара, сопровождаемая оглушительным грохотом, означала, что кто-то бросил импульсную гранату.
'Викс осторожно опробовал все суставы. Машина портовой администрации плавно затормозила рядом с ним. Сидевшие внутри заметили его и закричали, приказывая оставаться на месте, но ему они были не указ. Мечущиеся лучи их фонарей раздражающе бликовали на его защитных глазных линзах.
'Викс мотнул головой, чувствуя, как высушенные взрывом перья поднялись и обрели подобающий им величественный вид. Какая досада, что дождь еще не прекратился! Убедившись, что эмблема зажата в руке, он поспешил к груде обугленных и неестественно изломанных тел. Никакая местная администрация не станет вмешиваться в дела блюстителей Пакта, по крайней мере, теоретически. Торговый пакт и его блюстители защищали права всех подписавших его разумных видов. Но портовая администрация Ауорда славилась своей обидчивостью.
Взрыв был локальным и сравнительно небольшой мощности, что имело смысл лишь если нападавшие намеревались взять клановцев в плен, а не убить их. Однако он погубил тех двоих, которым удалось избежать ножа клановца. Сам же клановец, на вид совершенно невредимый, лежал, придавленный одним из тел нападавших.
Все они были уроженцами Ауорда, безо всякого удивления отметил 'Викс. А чему тут удивляться, если на Ауорде на моральных принципах далеко не уедешь. Он тихонько втянул носом воздух. У толиан, откровенно признаться, обоняние было никудышным, если не считать превосходного чутья на мертвечину, будь она свежей или подгнившей - талант, который они благоразумно держали при себе, если находились не на своей планете.
Он стремительно вскинул голову, уловив где-то в отдалении затихающие шаги двоих - тот, кто бросил гранату, вместе со своим приспешником сматывал удочки.
'Викс мгновенно подавил побуждение броситься в погоню. Он знал, что скажет ему Боумен, оставь он клановцев на милость портовой администрации.
Толианин осторожно опустился на корточки, чтобы подобрать что-то блеснувшее в свете фонарей. Это оказался тот самый украшенный драгоценными камнями головной убор, что был на женщине. Но ее самой нигде не было видно.
Стоп. Его взгляд напряженно устремился вдаль… А вот и она, почти в самом конце улицы - крошечная фигурка, едва различимая сквозь пелену дождя. Должно быть, ей как-то удалось избежать воздействия взрыва. Толианин глядел на нее до тех пор, пока она не свернула в какой-то переулок. Он снова включил микрофон.
К нему спешили два полицейских с поднятыми капюшонами.
- Мы позаботимся о них, блюститель.
'Викс не стал ничего отвечать, пока не закончил передавать сообщение.
- Это юрисдикция Торгового пакта, - сказал он затем, и устройство, вживленное в его горло под перьями, тут же автоматически перевело его курлыканье на общий диалект.
Представители портовой администрации переглянулись, а затем снова устремили взгляды на толианина. Одна из них - коренастая ауордианка - положила руку на шокер, прикрепленный к поясу.
- На наш взгляд, это дело местных властей, - заявила она непререкаемым тоном. - Если тебе известно что-то такое, чего не знаем мы, предлагаю поделиться этими сведениями. В противном случае можешь уматывать обратно в космопорт, где тебе самое место, птичка.
'Викс слегка качнулся назад на мощных ногах, готовый ринуться в бой. Его когтистые ступни твердо стояли по бокам уже начавшего стонать клановца, хотя ради этого и пришлось вступить в растекающуюся лужицу тепловатой красной жижи.
- Это дело Торгового пакта, - твердо повторил он.
- Докажи.
- Он не обязан этого делать, офицер, - раздался откуда-то сверху металлический голос. 'Викс даже не поднял головы, как обычно, слегка раздраженный склонностью его партнера-человека к театральности. В том, что Рассел Терк подоспел в самый подходящий момент, не было ничего удивительного - он обожал эффектные выходы. Это было частью того, что Боумен именовала выдающейся способностью Терка вызывать недовольство местных властей. Толианин должен был своим хладнокровным и методичным подходом уравновешивать порывистый характер напарника. За пять лет совместной работы он не столько преуспел в этом, сколько научился мириться с человеческими слабостями.
Аэрокар, более обтекаемое и не в пример более грозное средство передвижения, чем те, что были дозволены портовой администрацией, виртуозно приземлился на тротуар. Прежде чем высадиться, Терк хорошенько разбрызгал все лужи поблизости, заставив полицейских прикрыть глаза ладонями.
Их поражение стало полным, когда высоченный Терк помахал у них перед носом куском пластика.
- Вот разрешение взять этих существ под охрану, - возвестил он. - Я непременно упомяну о ваших заслугах в докладе начальству.
Как только раздосадованная парочка полицейских на своей машине убралась восвояси, Рассел двинулся к напарнику. Вблизи он уже не казался таким великаном. На ладонь ниже худощавого толианина, массивный Терк обладал настолько широкой грудью и плечами, что форму ему приходилось шить на заказ. Но даже при этом умудрялся выглядеть так, будто она ему жмет.
- Простое наблюдение, как же, - с отвращением проговорил человек. - Ну и месиво! Всех уцелевших велено доставить в тюрьму. Тут вообще хоть кто-нибудь живой остался?
'Викс уже начал определять, кто ранен, а кто мертв. Он нацепил на клановца и на одного из нападавших медицинские маячки и проследил, чтобы стабилизирующее поле окутало раненых своим фиолетовым сиянием.
- Эти двое. Остальных - к патологоанатомам.
Терк кивнул, вызывая через переговорник на запястье медтранспорт и патанатомическую группу.
- Ну у тебя и видок! Не хочешь заняться собой? С этими я и сам вполне справлюсь.
'Викс по очереди ткнулся клювом сначала в одно, потом в другое плечо, что соответствовало покачиванию головой у людей.
- Нет. Я обсушусь после того, как отдам рапорт. - Он сфокусировал взгляд на лице клановца, лежавшего без сознания. - Я встревожен, напарник Терк. Думаю, коммандер могла ошибиться относительно этого субъекта.
- Я бы на твоем месте не стал закладывать голову, - заметил тот. - Они очень похожи на людей, но внешность - еще не все.
- Если он клановец, то почему тогда не воспользовался Даром, чтобы предотвратить нападение или бежать? - не сдавался 'Викс.
- Наверное, он заметил тебя: они не любят зрителей, - ухмыльнулся Рассел. - В любом случае, мы не можем рисковать. Представь только, как наш приятель-клановец мог бы подправить память этих портовых медуз, когда очнулся бы. Готов поспорить на что угодно, они даже не вспомнили бы, что видели его!
'Викс попытался неодобрительно сложить гребень, но тот был примят дождем.
- Ты, как всегда, проявляешь прискорбный недостаток уважения к прочим блюстителям закона, напарник Терк. Тебе не следует называть их медузами.
Рассел усмехнулся, вертя в мощных пальцах кусок пластика.
- А как их еще называть, если они даже дорожную карту от удостоверения отличить не в состоянии?
Толианин щелкнул клювом, отнюдь не разделяя веселости своего напарника. Когда-нибудь наглость Терка навлечет на них обоих серьезные неприятности - неприятности, которых он лично ничем не заслужил. Но он прекрасно понимал, что без толку спорить с тем, чей гребень торжествующе вздернут - хотя, конечно, у Рассела был никакой не гребень, а вечно липнущая к голове бесцветная масса волос.
- Клановец меня не заметил, - сказал он вместо того. - Следовательно, я не вижу никаких причин, которые помешали бы ему применить свой Дар, чтобы защитить себя и свою спутницу. Кстати, к ней это тоже относится. Учитывая все это, - терпеливо продолжил 'Викс несмотря на то, что мысли Терка явно блуждали где-то в заоблачных далях, - я вынужден заключить…
Рассел приложил палец к губам. Его напарник не был уверен, хочет ли он просто закончить их спор - что случалось весьма нередко - или же дело в чем-то другом. Хм, и вправду дело было не в том. Толианин услышал шум нескольких приближавшихся к ним аэрокаров.
Пожалуй, пора было переходить к менее секретным вопросам.
- Не знаешь, в кабинете Боумен есть фен? - поинтересовался он, скорбно чирикнув.

ГЛАВА 1

Я тупо блуждала взглядом по руке, прижатой к стене рядом с моей щекой. На руке было пять пальцев с небольшими расширявшимися к краю ногтями, один из них сломанный. На ее тыльной стороне и на ладони темнели грязные пятна; чистая кожа казалась более светлой - кроме того места, где расползалась краснота, обозначавшая края пореза. Я решила, что рука эта принадлежит мне, хотя то, как туго я соображала, меня сильно озадачило.
Поежившись, я поковыляла прочь от сырой стены. Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение. Часть прикрывавшей соседнее окно ставни отвалилась, выставив на обозрение улицы полоску грязного стекла и кусок шторы. Кто-то смотрел на меня оттуда. Я осторожно приподняла голову, чтобы разглядеть, что это такое, и тут же втянула ее обратно в плечи - призрак в стекле сделал то же самое.
Моя нога угодила в небольшой ручей, в который превратилась сточная канава, и в тот же миг я сообразила, что испугалась собственного отражения. Я опасливо двинулась обратно к окну. Неужели я так вымокла? Или это струи воды, сбегавшие по стеклу, делали меня похожей на ныряльщицу, а лицо и волосы превращали в сплошное неразличимое темное пятно? Собственное лицо показалось мне белым диском с двумя светящимися на нем глазами, усталыми и недоумевающими. Может быть, это оконное стекло сыграло со мной злую шутку? Я ведь все-таки не старуха.
Тогда, выходит, ребенок? Вряд ли. Но кто тогда? Заблудившаяся и промокшая до нитки. Гуманоид. Все это установить было нетрудно. Мужчина или женщина? Эту занимательную подробность отражение утаивало. Мне определенно не хотелось раздеваться под дождем, чтобы удовлетворить свое любопытство. Я принялась хлопать руками по всему телу и обнаружила в карманах и складках своей одежды только воду. Продолжив свое исследование, я пришла к не слишком-то утешительному выводу: ничто не указывало на то, что я мужчина, хотя ничего такого особенно женского в своем теле я тоже найти не смогла.
Раздался крик. Лишь слабый отзвук, наверное, откуда-то с соседней улицы, но этого хватило, чтобы привести меня в себя и заставить мои ноги передвигаться. Когда я покинула свое укрытие под нависшим карнизом, дождь полил с удвоенной силой. Я заколебалась; вкус дождевой воды во рту вызывал у меня отвращение.
Мой мозг вдруг вывернулся наизнанку, заполнился мыслями, которые - я совершенно точно это знала - мне не принадлежали, стремлениями и импульсами, гнавшими меня непонятно куда, прокатывавшимися по моему сознанию болезненными волнами.
«Найди звездолеты. Звездолет, - мелькнул вдруг уточняющий обрывок мысли, - „его“ звездолет».
Онемевшая под натиском навязанных мне побуждений, я могла лишь беспомощно оглядывать узкую улочку, совершенно пустую, если не считать двух припаркованных машин. Что еще за звездолет?
Новые мысли хлынули в мой мозг, одна за одной, и каждая тянула за собой приступ страха, как будто они были привязаны друг к другу.
«Опасность. Покинь эту планету. Скрывайся, держись в тени».
Я тихонько хмыкнула, потом огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никто меня не слышал.
Вихрь насильственных побуждений постепенно улегся, оставив эхо, долбившее мой мозг.
«Найди звездолет, покинь эту планету, скрывайся».
Словно очнувшись, я вдруг поняла, что мои ноги передвигаются, уводя меня куда-то. Я приказала себе остановиться.
Впервые за все это время я осмотрелась вокруг более внимательно. По обеим сторонам улицы теснились какие-то причудливые здания, большинство из которых имело не менее трех этажей. Их крыши клонились друг к другу, точно совещались о чем-то. Там, куда не проникал свет фонарей, окраска стен сливалась в тускло-серую. Дождевая вода, сбегая по водосточным трубам, говорливыми водопадами устремлялась в канавы. Висевшие повсюду металлические бубенчики, как будто без них было недостаточно шумно, превращали звон капель в настоящий оркестр.
«Отлично», - сказала я себе, не отрывая глаз от зданий, внутри которых, конечно же, было сухо. Если мне предстоит искать корабль, то вряд ли можно выбрать для этого менее подходящее место. Судя по всему, я находилась где-то в квартале Всех мыслящих форм, лабиринте петляющих улочек и переулков между туземным участком Порт-Сити и космопортом Ауорда. Ну и ладно, зато скрываться здесь можно хоть до скончания века. Правда, и дорогу в космопорт искать столько же.
Какая-то жизненно важная информация все время ускользала от меня, хотя я отчаянно пыталась уловить ее. Насквозь промокшая одежда неприятно хлестала по ногам. Я снова зашагала вперед - двигаясь, я хотя бы не бездействовала, пусть даже и не имея понятия, куда, собственно, направляюсь.
Переулок, куда я свернула, изгибался так, что его конца не было видно. Мостовую, и так всю в пятнах, усеивали еще и какие-то комья, которые дождь силился смыть, но лишь расплющил по краям. Я сморщила нос, почуяв запах испорченной пищи. Возможно, это дождь мешал сервомусорщикам взяться за работу, но скорее всего, кто-то из здешних обитателей просто не заплатил налоги. Эта мысль изумила меня. Похоже, мои мысли на миг объединили усилия и родили в конце концов хоть какую-то крупицу полезной информации.
Созерцание последствий уклонения от уплаты налогов вряд ли могло чем-то помочь мне в нынешней ситуации. Я зашагала по свалке и в конце концов оказалась зажатой между грудами мусора, которые доходили мне до плеч, лишь изредка расступаясь для того, чтобы обозначить проходы к запертым на все замки задним дверям. Пожалуй, в этом квартале избавлялись от отходов методом «раз-два - взяли!», заключила я, представив себе еженощную процедуру открывания дверей и выбрасывания мешков с мусором.
Вонь уже начинала подступать мне к горлу, как будто сырой воздух делал ее более липкой. Я остановилась, вглядываясь во мрак. Одна из куч вдруг пошевельнулась.
Послышался какой-то звук - на этот раз это было целое слово. Из кучи искореженного пластика и гниющих фруктов на меня уставилось неимоверно грязное лицо. Еще несколько слов, Завершенных плевком в мою сторону. Этот язык я никогда не слышала раньше. Нет, не так. Он был мучительно знакомым. В голове у, меня снова что-то сместилось. Предложение перестроилось. И я поняла.
- … здесь мое место, шалава. Проваливай…
- Уже проваливаю, - отозвалась я вежливо, приятно пораженная беглостью своего общего диалекта.
Я приблизилась к существу, чтобы получше разглядеть его - несмотря на слова, я не ощущала особой угрозы.
«Скрывайся, держись в тени», - прошелестело что-то глубоко в моем мозгу, но оказалось, что мне вполне под силу отогнать эти мысли.
Ага! Голубую растительность на подбородке существа коркой покрывала несброшенная кожа. Неблоканин. Как замечательно, когда знаешь название хоть чего-то. Я пощупала собственный подбородок. Он был гладким.
- Я не из ваших, - разочарованно призналась я.
- Безмозглый человечишка. Катись отсюда и оставь меня в покое. - Существо выкатило глаза, что у его народа было жестом в высшей степени грубым, а потом повернулось ко мне спиной и поудобнее устроило свою тушу среди мешков с мусором.
Я сморгнула с ресниц дождевые капли. Неблоканин почти исчез под грудой мусора. Я не могла разобрать его бормотание, но он, похоже, разговаривал сам с собой, к тому же далеко не любезным тоном. Я снова наморщила нос, пытаясь решить, что же пахло хуже: отбросы или это рыбообразное существо. Может, мне удастся убедить его снова заговорить со мной? Может быть, ему хоть что-нибудь известно обо мне?
Послышался новый звук, на этот раз с той стороны, откуда я только что пришла; через несколько мгновений он перерос в пронзительный вой. Я поморщилась от внезапной боли в ушах. Неблоканин с неожиданной прытью выбрался из своей кучи и прошмыгнул мимо меня, осыпав градом осклизлых ошметков. Я обернулась на звук, сочтя его достаточно безобидным. Однако неблоканин уже спешил в противоположном направлении со всей скоростью, которую были в состоянии развить его коротенькие ножки, поскальзываясь в лужах и издавая нечленораздельные звуки.
Возможно, мне следовало поступить точно так же?
Шум утих так же внезапно, как и возник, потом послышался снова, но только на этот раз оттуда, куда мчалось рыбообразное существо. Я сжалась в комочек, спасаясь от света, который взялся словно из ниоткуда и пригвоздил неблоканина к земле. Он застыл, обреченно опустив плечи.
- Проверка платежеспособности, - пророкотал один из тех, кто широкими шагами приближался по переулку. Он держал фонарь, а у его спутника в руках был конус, служивший, вероятно, источником звука. Я встала на четвереньки на осклизлой мостовой и осторожно заползла во мрак норы неблоканина в куче мусора. Потом выглянула наружу.
- С моей платежеспособностью все в порядке, - попытался уверить их неблоканин, но прозвучало это не слишком убедительно. Усы над его верхней губой тряслись, а широкоротое лицо испуганно сморщилось. На выступающих бровях собирались дождевые капли, сбегавшие по щекам, точно слезы.
- Не возражаешь, если мы не станем принимать твои слова на веру? - Голос того, кто это произнес, был скучающим. - Вы, чужие, считаете, что здесь все такое же бесплатное, как воздух.
- Если хочешь здесь жить, изволь платить. А чем можешь заплатить ты? - осведомился второй голос. Я поежилась и вжалась в отбросы, уловив в нем приятное предвкушение.
Неблоканин протянул к ним пустые руки.
- Я сегодня же сяду на корабль…
- Это уж как пить дать. - Конус снова взвыл, но на этот раз почти сразу же захлебнулся, поскольку его основание было прижато к голове неблоканина. Рыбообразный бедолага мешком рухнул на землю, почти ничем не отличаясь от груд мусора, всего миг назад служивших ему убежищем.
- Несмотря на этот мерзкий дождь, ночка выдалась удачной, Инекс.
Это произнес тот, что нес фонарь, ставя его на ящик. Теперь я могла ясно разглядеть обоих - мужчин-ауордиан. У одного в волосы были вплетены голубые бусины, на удачу, а у другого - желтые. Если не считать бусин, эти двое были похожи друг на друга как близнецы, на щекастых лицах обоих застыло одинаковое сытое, самодовольное выражение. Они наклонились к упавшему неблоканину, а когда разогнулись, тело того поднялось вместе с ними, поддерживаемое гравипоясом.
- Здесь всегда есть чем поживиться, - отозвался Инекс, тот, что с голубыми бусинами. - Лучшее место в секторе, чтобы подобрать опытного работника. У опустившихся чужих никогда не бывает денег.
- И никому нет до них дела, кроме нас.
Оба расхохотались. Звук их шагов стал удаляться.
Вербовщики. Я смотрела им вслед и впервые за все время жалела, что понимаю. Ведь это меня они могли увести, выслать из этого мира, и я провела бы остаток жизни, вкалывая в какой-нибудь отдаленной колонии или на космической станции, где не хватает ресурсов, чтобы содержать механизмы. Меня продали бы и забыли.
Именно такая участь ожидала несчастного неблоканина. Я выбралась из мусорной кучи, решительно подавив жалость к себе. У меня хотя бы была цель. Найти свой звездолет, а до тех пор скрываться. Если бы неблоканин скрывался, то с ним ничего бы не случилось. Я недоумевала, почему же он не прислушался к своему внутреннему голосу.
Неужели у бедолаги его не было?
Я зашагала в направлении, противоположном тому, куда удалились вербовщики, и скоро уперлась в завал из коробок и пластиковых ящиков. Перелезть через него было, на первый взгляд, довольно сложно. Однако я обнаружила, что вполне могу взобраться по одной его стороне, если с осторожностью выбирать опору для ноги и цепляться за все, что достаточно устойчиво держится. На вершине я остановилась передохнуть и подумать, как лучше спуститься.
Мое внимание вдруг привлек кусок серой, как дождь, материи, и я ухватилась за него и начала разрывать обломки скользкого пластика и ржавого металла. Ткань неохотно поддалась. Зажав находку в руке, я скатилась по другой стороне мусорной баррикады в спасительную темноту.
Расправив ткань, я подставила ее дождю, чтобы размочить засохшую корку грязи. Тряпье пахло так, как будто в нем гнездилось несколько поколений грызунов, но зато в нем хотя бы не было дыр. Я быстро разделась, смяла свою одежду во влажный ком и запихала его в ближайшую мусорную кучу. Через миг следом отправились и туфли.
Я дрожала под дождем, от которого вся кожа мгновенно пошла мурашками. Что-то темное потекло по руке. Я провела по следу пальцем и дошла до плеча. Темная жидкость каплями сочилась из раны на плече. Прикоснувшись к ней, я ощутила боль и тут же отдернула пальцы. По крайней мере, теперь я знала, почему у меня болит рука.
Там должны были быть еще застежки. Пока я находилась в замешательстве, мои пальцы забегали сами по себе, расстегивая только что найденное облачение спереди, чтобы можно было засунуть в нее ноги. Внутри костюм был восхитительно сухим, хотя пальцы одной ноги наткнулись на какую-то слипшуюся колючую массу, которую я, не глядя, выпихнула. Я очень надеялась, что если в этой штуковине имелись обитатели, то сейчас никого из них нет дома. Кое-как натянув одеяние на раненое плечо, я хмуро окинула себя взглядом. Места в этом наряде вполне хватило бы на еще одну такую же, как я.
Через миг, облаченная в то, что некогда было голубым комбинезоном, с нелепо торчащими с боков узлами, в которые я увязала излишки материала, я прошествовала из озера темноты с высоко поднятой головой. Разумеется, подобная поза помогала держать нос как можно дальше от моего нового наряда, но смысл заключался не в этом. Я выглядела и чувствовала себя как настоящий звездоплаватель, представитель элиты, которая надменно отстаивала свое право свободно прибывать на захолустные миры вроде Ауорда и так же свободно покидать их. Я собираюсь разыскать свой корабль. И не позволю никому встать у меня на пути.
Что за странные мысли? Я потрясла головой и подождала, когда завихрения в моих мозгах улягутся. Не я ли только что собиралась скрываться? К тому же вербовщики могли все еще околачиваться где-нибудь поблизости.
Вот тебе и звездоплаватель. Снова втянув голову в плечи, я убралась обратно в промозглый мрак.
Я шагала уже, как мне чудилось, многие часы. Похоже, моя обувка оказалась не столь уж и удачной обновой. Хотя моим ногам было божественно тепло и сухо, внутри чересчур больших ботинок ступни постоянно соскальзывали в сторону, вынуждая меня каждый раз ставить ногу с большим тщанием. Пожалуй, стоило, не выбрасывать мышиное гнездо, а использовать его в качестве стелек.
Каждый раз, оказываясь на перекрестке, я останавливалась, после чего выбирала переулок или улицу, казавшуюся наименее исхоженной или наиболее темной. Таким образом я пыталась разрешить то обстоятельство, что у меня не было ни малейшего понятия, куда идти. Будь я хоть сколько-нибудь в состоянии задуматься, то, пожалуй, серьезно усомнилась бы в собственном рассудке. На неосвещенной улице вполне можно было бы нос к носу столкнуться с чем-нибудь опасным, а у меня не было никакого оружия. В голове вдруг промелькнула еще одна обрывочная мысль - ведь не всегда же я была беззащитной?
В какой-то миг я обнаружила, что могу заставить свои ноги прекратить передвигаться. Остановившись в самом темном месте улицы, я блаженно привалилась к стене. Дождь прекратился, хотя с крыш продолжали срываться капли, попадавшие преимущественно мне на голову. Бубенчики тихонечко позвякивали сами по себе. Восходящее солнце постепенно растапливало грозовые облака, обливая высокие шпили бледным золотом. Кстати, о шпилях. Их неправильные, чересчур узкие силуэты на миг привели меня в недоумение. Они ну никак не могли принадлежать зданиям. Прошло несколько мгновений, прежде чем я позволила себе поверить в то, что это верхушки звездолетов. Теперь я знала, в каком направлении находится космопорт. Оставалось выяснить, какой же лабиринт переулков следовало выбрать, чтобы добраться до него.
Учитывая, что мой разум весьма походил на чистый лист, я испытала почти что прилив благодарности, когда чьи-то чужие мысли попытались выдать себя за мои.
«Скрываться.
Найти свой звездолет.
Покинуть Ауорд».
Возможно, я сама и приняла эти решения, но никак не могла воспроизвести ход собственных мыслей. Эти побуждения поставили передо мной цель, которую я безо всяких возражений принимала - до сих пор. Но с каждой секундой меня все больше и больше занимал вопрос, чего же недоставало в моих воспоминаниях. Ведь вселенная, да и я сама в этой вселенной, не могли возникнуть прошлой ночью.
Но чем больше я пыталась сосредоточиться и подумать о себе, тем более туманными и расплывчатыми становились мои мысли. Умственное усилие быстро утомило меня; это походило на попытку вытащить из сиропа попавший туда волос. Лучше я сейчас позабочусь о своем выживании, а о том, чтобы вернуть себе место во вселенной, поразмыслю после. Мой желудок согласно заурчал, и я поняла, что пора двигаться дальше. Вот только куда?
Вдруг, точно кто-то дернул за нитку, моя голова сама по себе повернулась; щеку оцарапало о холодный мокрый камень. Заморгав, я никак не могла понять, что же привлекло мое внимание.
Я смотрела на еще один из многочисленных узких и извилистых переулков квартала Всех мыслящих форм. Я была одна. С одной стороны квартала вереницей тянулись двери - над некоторыми красовались зазывно-яркие и непонятные - мне - вывески на местном языке, другие же были накрепко заперты и неприступны. Там, где я стояла, словно прикованная к месту каким-то непонятным мне самой предчувствием, царил глубокий, ничем не нарушаемый мрак. Закрытые ставнями окна жилых кварталов начинались на верхних этажах. Внезапно дверь прямо напротив меня с треском распахнулась.
- Ночуй на своем корабле, мразь инопланетная!
Этот рык на ломаном общем диалекте послужил мне достаточным предупреждением, так что я не слишком удивилась, когда с лестницы кого-то спустили. Треск, с которым это существо рухнуло на землю, врезавшись в кучу отбросов, заставил меня поморщиться. Дверь захлопнулась. Я уже двинулась, чтобы оказать помощь незадачливому клиенту - и вдруг замерла, услышав лязг ставен наверху.
«Скрывайся», - напомнила я себе.
Из распахнувшегося окна замахали две пары рук - одна поблескивала золотистым узором, другая была раскрашена зелеными полосами. Руки были женскими, тонкими и украшенными браслетами. Мужчина - а он уже успел кое-как подняться, так что теперь я могла отчетливо разглядеть его - метнул на захлопнувшуюся дверь злобный взгляд, прежде чем галантно поклониться обладательницам изящных ручек.
И поковылял, шатаясь, прочь. При этом он опрометчиво шагнул с кучи, на которую только что приземлился, и тут же полетел кувырком. Из окна донесся звонкий смех, но я отшатнулась, пораженная. Обернувшись, этот мнимый пьяница окинул окрестности цепким взглядом ярко-синих глаз - глаз, которые безошибочно засекли меня и которые можно было назвать какими угодно, но только не затуманенными наркотиками или алкоголем. Потом этот поразительный человек - для любого стороннего взгляда пропойца, возвращающийся с веселой пирушки, - побрел прочь, покачиваясь, но при этом уверенно направляясь в сторону космопорта.
Нитка снова дернулась - на этот раз сильнее. Пожав плечами и тут же охнув от боли в руке, я двинулась следом за ним, не в силах противиться призыву и жалея, что не в состоянии этого сделать.
Мужчина был, как и я, одет в костюм звездоплавателя, а его комбинезон выглядел немногим лучше моего. Но значительно чище, вынуждена была я признаться себе самой.
«У него есть корабль!» - возликовал кто-то внутри меня.
Прекрасно. Но как я узнаю, тот ли это корабль, который я должна найти? Живописный выход этого человека из гостиницы вполне мог быть искусно срежиссирован, например, если ему необходимо было ввести в заблуждение тех, кто мог наблюдать за ним. Не исключено, что он был контрабандистом - или даже пиратом, из тех, что зарабатывают себе на хлеб, грабя грузовые корабли в захолустных мирах вроде Ауорда. Любой нормальный человек обошел бы такого типа стороной.
Но корабль - это корабль. А мечущиеся в моей голове обрывки мыслей позволяли прийти к выводу, что меня едва ли можно назвать нормальной, хотя я и надеялась на то, что нахожусь, по крайней мере, в здравом рассудке. Если загадочный незнакомец впереди меня, чьи с виду нетвердые ноги раз за разом точно по волшебству обходили усеивавшие мостовую кучи вонючих отбросов, мог привести меня к звездолету и увезти с Ауорда, то мне, возможно, удалось бы заглушить чужие мысли, терзавшие мое сознание достаточно долго, чтобы превратиться в мои собственные. Я до предела напрягала внимание, стараясь не упускать бравого звездоплавателя из виду.
И вдруг он исчез! Я ахнула, мгновенно и немотивированно погрузившись в отчаяние. Бросившись вперед, я слишком резко завернула за угол и угодила прямо в чьи-то довольно грубые руки. И принялась отбиваться и извиваться, яростно и молчаливо.
- Прекрати немедленно! - прошипели прямо мне в ухо, после того как хорошенько тряхнули за плечи. - Что ты затеяла, обворовать меня собралась? Или всадить мне нож в спину? - И тут же, точно тому, кто меня держал, пришла в голову новая, куда более неприятная мысль, он зловещим тоном произнес: - Может быть, тебя послали следить за мной?
- Я не воришка. Пусти меня, - сказала я, раздосадованная до глубины души. Сильная рука втащила меня в полумрак у соседней двери и отпустила.
Я потерла саднящие руки и с опаской принялась разглядывать звездоплавателя. На его загорелом бесстрастном лице отразилось точно такое же подозрение. Ясные, поразительно синие глаза были холодными и суровыми.
- Если ты не воруешь, тогда, быть может, еще хуже? На побегушках у воров?
Изумление, отразившееся на моем лице, когда я услышала щебечущий свист, изданный его сжатыми губами, должно быть, оказалось достаточно красноречивым. Мнимый пьяница нахмурился, озадаченно приподняв темную бровь.
- Не надо смотреть на меня с таким отчаянием, малыш. Я не сделаю тебе ничего плохого. Но тебе придется рассказать, кто послал тебя следить за мной.
Он произнес эти слова таким тоном, словно у него были какие-то неизвестные мне способы выжать из меня эти сведения. Я подавила желание расхохотаться.
- Я шла за тобой потому, что мне нужно на корабль, - ответила я честно, хотя сомневалась, поверил ли звездоплаватель моим словам. - Я слышала, как там, ну, в гостинице, сказали, что у тебя есть корабль.
Похоже, впервые за это время он заметил космический костюм, в который я была облачена, так похожий на свой собственный, - ну, если не принимать во внимание его нынешнего изгвазданного состояния. Его нос сморщился.
- Из какого ты рода? - поинтересовался звездоплаватель. С внезапно охватившей меня надеждой я поняла, что он встревожен.
Рода? Возможно, когда-то это слово что-то для меня и значило. Но сейчас оно не несло в себе совершенно никакого смысла.
- У тебя есть корабль или нет? Мне нужно улететь с Ауорда, - сказала я, уклоняясь от ответа.
- Я не нуждаюсь в команде, - отрезал мой собеседник с таким выражением, что мне немедленно стало ясно - он тоже гораздо охотнее очутился бы где-нибудь в другом месте. Но все же чувствовалось, что он заколебался.
- Мы ведь оба звездоплаватели, - умоляющим тоном заметила я. - Ты же не сможешь бросить меня здесь в беде?
Он немного помолчал, прикрыв свои невероятно синие глаза. До меня доносились чьи-то далекие, неразличимые голоса. Мое сердце колотилось все оглушительнее, отсчитывая каждую секунду двумя ударами.
- Прости, малыш, - выдавил он наконец, и в голосе его послышалось искреннее сожаление. - Этот рейс у меня уже весь расписан. Должно быть, у твоего рода дела из рук вон плохи. Звездоплаватели должны держаться со своими. В особенности на этой занюханной планетенке. - Он умолк и пожал плечами, точно собрался сделать что-то наперекор всем своим жизненным принципам. - Вот. - Одна рука порылась в кармане и извлекла оттуда пригоршню того, что, похоже, было местной валютой. Он вжал смятый ком в мои безвольные пальцы. - На соседней улице можно поймать машину. Езжай к северным воротам и спроси в транспортной инспекции Тэль Масим. Понятно?
- Тэль Масим, у северных ворот, - тупо повторила я.
- Скажешь, что тебя послал Морган с «Лиса». Тэль вечно возится со всеми подряд. Это самое большее, что я могу для тебя сделать.
Я вздернула подбородок.
- Я не нуждаюсь в ее помощи. Мне нужно улететь с этой планеты. Во что бы то ни стало. Пожалуйста… - И тут мой голос, хотя я всячески старалась избежать этого, сорвался. В глазах у меня потемнело от изнеможения и боли. Я прислонилась спиной к двери.
Морган напустил на себя тот рассеянный вид, который означал, что он уже занят другими мыслями.
- Мне и самому несколько раз приходилось сидеть на мели, малыш. С кем не бывает, - проговорил он нарочито бодро. - Только приведи себя в божеский вид, а не то тебя не возьмут ни на один корабль. Вымойся и поешь как следует… Вот увидишь, тебе сразу же станет лучше.
Внезапно я увидела его спину. Этот человек уходил.
А мне не оставалось ничего иного, как идти следом за ним, хотела я того или нет. Даже если бы мне пришлось ползти.
Я попыталась окликнуть его, но голос застрял где-то в горле. Звездоплаватель завернул за угол и пропал из виду. Я задрожала и равнодушно уронила зажатые в кулаке деньги на землю. Единственное, что я не могла сделать ни при каких условиях - это упустить его.
Побуждение следовать за ним было столь сильным, что заставило меня оторваться от спасительной двери, хотя самостоятельно сделать это мне было бы не под силу. Мне непременно нужно было попасть на мой корабль. Я должна была следовать за Морганом.
Я успела сделать лишь пару нетвердых шагов, когда откуда-то из пелены дождя что-то знакомо взвыло, взорвав мой череп на куски, и, точно тяжелый камень, уволокло меня в кромешную тьму.

ИНТЕРЛЮДИЯ

- Приходит в себя.
Барэк садд Сарк, первый разведчик, специалист Клана третьего уровня и обладатель тела, которое на данный момент представляло собой один сплошной сгусток боли, позволил себе тихонько простонать, прежде чем сделал попытку разлепить заплывшие глаза. Незнакомый голос прозвучал как предупреждение. Садд Сарк вгляделся в две облаченные в униформу фигуры, склонившиеся над ним, и попытался ничем не выдать своего смятения.
- А-а… Блюстители. Это вам я обязан своим спасением, - проговорил он хрипло. Он мог бы назвать уйму мест, где предпочел бы находиться в данный момент. Да собственно, где угодно, только не здесь.
Послышались торопливые шаги, и любопытные офицеры попятились, уступая место коренастой женщине. Форму свою она носила небрежно, а рукава с офицерскими шевронами были закатаны, обнажая загорелые мускулистые руки. Однако выражение ее острых глаз никто бы не осмелился назвать легкомысленным.
- Я уже видела остальных, хом Барэк садд Сарк, - проговорила она быстро. - Вернее, то, что от них осталось. Вы помните, я думаю, что силовые ножи на Ауорде вне закона?
Остро ощутив свое бедственное положение, Барэк пустил в ход самую обаятельную улыбку из своего арсенала, но лицо слишком саднило, чтобы удержать ее. Что же произошло после того, как нападавшие прибегли к запрещенной тактике и швырнули импульсную гранату? И что он делает здесь, распластанный на спине и прижатый к койке одеялом, которое вполне можно счесть смирительной рубашкой? Садд Сарк собрался с духом.
- Надеюсь, - осведомился он, - нападения на ничего не подозревающих путешественников на Ауорде тоже вне закона, коммандер…?
- Боумен. Коммандер Лайдис Боумен, - с готовностью представилась женщина. Ее голос был обманчиво дружелюбным. - Главный следователь Бюро по делам межвидовой торговли - Торгового пакта - в этом квадранте, хом садд Сарк. А это офицеры моего штаба, констебли Терк и 'Викс. - Барэк осторожно попытался прощупать разум блюстительницы, потом разум сопровождавших ее, но ощутил лишь безликую пустоту. Понятно, экранирование. Достаточно эффективное решение, если целью ставилась защита против тех людей, что владеют каким-то слабеньким подобием телепатии.
Сада, Сарк открыл свой разум, позволив мыслям проникнуть в м'хир. Некоторые ученые Клана утверждали, что м'хир представляет собой сущность, за многие поколения образованную мыслями клановцев. Другие с не меньшим пылом доказывали, будто м'хир есть не что иное, как другое измерение, в которое способные на это клановцы проскальзывали, словно иглы сквозь ткань, минуя обычное пространство.
Большинство же клановцев, как и сам Барэк, не примыкали ни к одному лагерю. Единственным, что действительно имело значение, была способность входить в м'хир, присущая лишь членам Клана. М'хир придавал мыслям клановцев возможность преодолевать границы пространства, переносить материю, прикасаться к мыслям других - например, людей, - которые считались недосягаемыми.
Барэк вспомнил, как крепла его связь с м'хиром с каждым разом, когда он входил в него, связь, начавшаяся с детских снов о тьме, пронизанной потоками силы. Развитая им к моменту зрелости способность взаимодействовать с м'хиром, может быть, и не была столь блестящей, как у некоторых членов Клана, но для тех, перед чьей фамилией было определение садд, считалась вполне приличной. Барэк не сомневался, что сможет обойти защиту Боумен, сосредоточив свои силы на м'хире.
А это что такое? Чутье клановца наткнулось на что-то металлическое, безжизненное, преграждавшее путь через м'хир потоку силы от двух людей и от толианина. Невероятно! Ни один другой вид даже не подозревал о существовании м'хира. Как они могли найти способ влиять на него?
Должно быть, этот мыслеглушительный прибор Боумен - какая-нибудь новинка. Клановцы регулярно фабриковали ложные слухи, всеми силами старались саботировать исследования в данном направлении. И все же сейчас перед ним было доказательство настойчивости людей. Их слишком много, чтобы можно было всех контролировать.
«Значит, люди все-таки добились большего, чем следовало бы», - подумал Барэк с тревогой. Он вернул свои мысли в обычное пространство. Оставалось лишь надеяться, что эти трое ни о чем не догадались.
- Нам удалось сохранить жизнь одной из тех, кто напал на вас, хом садд Сарк, - продолжала как ни в чем не бывало Боумен, очевидно оставшаяся в неведении относительно попытки клановца, вернее, ее провала. - Ей еще предстоит ответить на наши вопросы. - То, что это было неизбежным, не произносилось вслух, но явно подразумевалось.
Садд Сарк поморгал, лихорадочно приводя в порядок свои мысли.
- Что нового может сообщить вам преступница? Ничего такого, что было бы вам неизвестно, - заметил он. - Эти мерзавцы воспользовались преимуществом и застигли меня врасплох. - Сообразив, что его слова прозвучали слишком уж грубо, он снова попытался смягчить их улыбкой. Обычно на людей она действовала безотказно. - Я искренне признателен вам за спасение, коммандер. Уверен, что они намеревались убить меня.
- Ну разумеется, именно так все и обстояло, - с подозрительной готовностью согласилась Брумен, взмахнув рукой. Один из облаченных в униформу офицеров принес ей банкетку. Барэку теперь пришлось выворачивать шею, чтобы удержать ее в поле зрения. - Но вы оказались крепким орешком, - продолжала блюстительница. - Ну-ка, подсчитаем. Пятеро убитых, одна едва живая. А скольким удалось уйти, 'Викс?
- После взрыва скрылись по меньшей мере двое, коммандер. Скорее всего, именно они его и устроили, - быстро доложил толианин. Малиновые с золотом перья чуть подрагивали в такт словам на общем диалекте, лившимся из крошечного динамика у него в горле. Барэк не слишком жаловал толиан вообще, а уж об этом конкретном и говорить не стоило. Зануды, каких свет не видывал. - Кроме того, я заметил, как спутница хом садд Сарка побежала в другом направлении, - добавил констебль. - Мои обязанности вынуждали меня остаться с ранеными. - В его бесстрастном голосе прозвучала легкая нотка сожаления, которую не смог заглушить динамик.
- Крайне вам признателен, - вполне искренне сказал клановец и почувствовал, как слегка расслабились напряженные мышцы. Значит, Сийре все-таки удалось убежать. В кои-то веки и эти лизоблюды Торгового пакта на что-то сгодились. Обычно они были незначительной помехой, которую по мере необходимости нейтрализовали агенты низших уровней, вроде него самого. Он на миг сосредоточился, оценивая нанесенные его телу повреждения. Треснувшие ребра, ожоги, синяки. В общем, ничего страшного.
Коммандер Боумен не обладала способностями телепата, но чутье ее не подвело.
- Вам очень повезло, хом садд Сарк. Наши медики обещают, что очень скоро вы будете как новенький. Но сначала я хотела бы задать вам пару вопросов.
- Ваша забота мне льстит, коммандер, - ответил Барэк. - Но ведь это дело местных властей. Какой интерес оно может представлять для блюстителей Пакта?
Боумен склонилась вперед, сузив глаза.
- Когда местные убийцы пускают в ход засекреченную Пактом аппаратуру, это именно наше дело, хом садд Сарк. - И она показала Барэку три тускло-коричневых диска, два из которых, меньшего размера, соединялись с большим тонкими проводками. - Мы извлекли это у каждого из тех, кто на вас напал.
Она сделала паузу.
- Это приспособление для экранирования мыслей, если вы не поняли. Довольно действенное, не так ли?
Боумен приподняла волосы на затылке, повернувшись к клановцу спиной, чтобы тот мог разглядеть небольшой выбритый полукруг у сочленения ее шеи с черепом - запоздалое подтверждение тому, о чем он и так уже догадался.
Барэк счел за лучшее промолчать. Блюстительница какое-то время задумчиво разглядывала его, тщательно подбирая следующие слова.
- Вы не сказали мне всей правды, хом садд Сарк. Зачем нападавшим понадобилось экранирование? К чему красть у нас аппаратуру, столь серьезно рисковать? Кроме того, очевидно, эта защита показалась им не вполне достаточной, потому что напавшие на вас подверглись хирургической имплантации - а это, должна вам признаться, весьма и весьма непростая операция. Что заставляет меня задуматься, действительно ли все эти меры предосторожности были необходимы, чтобы защититься - от вас.
Садд Сарк хладнокровно приподнял бровь и тут же поморщился - движение потревожило ссадины, обезображивавшие одну сторону его красивого худощавого лица. На диски он старался не смотреть. По крайней мере, в открытую.
- Не понимаю, на что вы намекаете, коммандер, - произнес он. - Ведь это на меня напали, вы не забыли?
Боумен явно приняла какое-то решение.
- Оставьте нас, - приказала она подчиненным. Как только дверь за ними закрылась, она продолжила: - Я ни на что не намекаю, хом садд Сарк… из Клана.
- Все мои данные внесены в документы, коммандер, - парировал Барэк. - Уверен, что вы также проверили мое разрешение на въезд.
«Что ей известно? - лихорадочно гадал он. - Какая удача, что блюстительница отослала своих людей», промелькнула более мрачная мысль.
- Ваши - да. Но давайте поговорим о вашей спутнице. Ее документы, скажем так, ничем нам не помогли. Если верить сведениям портовой администрации, вчера ночью вы гуляли, можно сказать, в одиночестве, клановец.
- Мы миримся с вашей одержимостью по каждому пустяку иметь какой-нибудь документ, только когда это не слишком нас задевает, - отрезал садд Сарк. - Клан…
- … не подчиняется положениям Пакта. Верно. Это я тоже помню. - Боумен улыбнулась, - Ладно, довольно. Хотите увидеть свою спутницу?
- Не пытайся пробовать на мне свои штучки, человек. - Барэк с трудом заставил себя держаться в рамках приличий. - Она ушла своей дорогой - как делают все члены Клана. Один из Клана здесь, - он обвел вокруг себя мрачным взглядом, - уже больше, чем вы, все вместе взятые, заслуживаете.
- Вместе взятые? Я вам не враг, клановец. По сути, мои люди были настороже на случай именно такого происшествия. - Учтивая улыбка словно застыла на губах блюстительницы. - Видите ли, я регулярно общаюсь со спикером Совета скопления Камос, Джаредом ди Сарком. Уверена, это имя вам знакомо, поскольку он по совместительству и ваш дядя.
Барэк ощутил знакомый приступ яростной досады. До чего же в стиле Совета! Посвятить ее - человека! - во все хитросплетения своей стратегии, при этом оставив в неведении тех, кто действительно рискует своей шкурой!
- Мы не находимся у вас в подчинении, а я пока не просил вашей помощи! - рявкнул он, забыв про все свои отговорки. То, что Джаред имел неосторожность довериться человеку, стало последней каплей, окончательно выведшей его из себя.
- Да, но экранирующие приборы были похищены из этого здания до того, как вы прибыли на Ауорд. Кто-то ожидал вас, хом садд Сарк. Кто-то, обладающий должным почтением к вашим… э-э… способностям.
- Ваши бредни - это ваша проблема, коммандер Боумен, - сварливо оборвал ее Барэк. - Мне не нравятся ваши настойчивые намеки на то, что Клан якобы обладает какой-то необычной ментальной силой. Вечно вы разносите всякие слухи! Именно поэтому мы и отказываемся присоединиться к вашему Пакту.
В улыбке блюстительницы стала заметна натянутость.
- Вы можете считать как вам угодно, клановец садд Сарк. Видите ли, также я хотела бы побеседовать с вами кое о чем, не имеющем - по крайней мере, насколько мне известно, - отношения к вчерашнему ночному происшествию. - Боумен поднялась и тяжело шагнула к изножью постели Барэка с таким видом, будто планетное притяжение казалось ей крайне досадным неудобством. В руках у нее был миниатюрный проекционный куб.
- Что вам об этом известно, хом садд Сарк? - спросила она, включив прибор.
Чтобы разглядеть возникшее в воздухе изображение, Барэку пришлось вытягивать шею. Интерьер стандартной каюты, из тех, что бывают на межпланетниках. На полу, съежившись, лежало одетое в голубое и желтое истерзанное существо. Садд Сарк внезапно услышал в ушах грохочущие толчки пульса - отдаленный рокот, означавший способность тела реагировать на боль еще прежде, чем разум отваживается осознать правду.
Он послал испытующую мысль в м'хир, нащупывая знакомый туннель сквозь его небытие, до дна вычерпывая последние резервы собственной энергии, не думая ни о чем, кроме того контакта, который он искал. Но ответа, этого якоря, который притянул бы его к спасительной силе другого разума, не было. Не было вообще ничего.
Напустив на себя как можно более равнодушный вид, клановец пожал плечами и откинулся на подушки.
- А почему вы считаете, что мне должно быть что-то об этом известно? Я никогда прежде не видел этого мужчину.
Боумен нажала на другую кнопку. Изображение мгновенно изменилось, вращаясь и увеличиваясь при этом в размерах, пока в центре не оказались рука мертвого мужчины и часть палубы.
- Я рассчитываю кое-что узнать об этом от вас, хом садд Сарк, - сказала она, ни на миг не Отрывая глаз от его лица. Ковровое покрытие под мертвой рукой было прожжено до тускло поблескивающего металла. По его поверхности ползли крошечные, неровные, но вполне различимые буквы. - Это ведь ваше имя, не правда ли? - добавила блюстительница безо всякой необходимости в ту секунду, когда дверь в комнату открылась.
Барэк сделал вид, что не заметил слишком уж своевременного возвращения двух констеблей, и твердо выдержал ее взгляд.
- Я не обязан отвечать на ваши вопросы, человек, - сказал он. - Или вы намереваетесь задержать меня здесь?
- В этом нет необходимости, клановец садд Сарк. - В голосе Боумен прозвучала еле уловимая нотка самодовольства. - На этот раз, скажем так, наши интересы могут совпасть. Мне необходимо раскрыть убийство, совершенное на торговом судне Пакта. Остается только догадываться, каким образом этот мужчина сумел написать ваше имя - сойдемся на том, что это Один из секретов Клана. Но я намерена выяснить, как он погиб - и какое отношение к его гибели имеете вы. - Она умолкла, а лицо ее приняло суровое выражение.
- Каюта была заперта изнутри, - продолжила через некоторое время коммандер Боумен. - Наши люди подвергли команду сканированию памяти, однако все ее члены были признаны невиновными. Моя готовность оказать любезность спикеру Совета Клана или всему Клану в целом не распространяется на неизвестное смертельное оружие - равно как и на столкновения членов Клана в моем секторе.
- Керр. - Произнесенное вслух, имя превратилось в реальность. Его сила искала, во что бы излиться, но ничего не находилось. Пока что.
- Как вы сказали? - ровным тоном переспросила блюстительница.
- Какое бы имя ни было указано в декларации пассажиров, погибшего зовут… звали Керр ди Сарк. И, чтобы предупредить ваш вопрос, отвечу: да, он был моим братом, коммандер Боумен. - Барэк садд Сарк запнулся, пытаясь взять себя в руки. - Все, что я могу вам сказать, вы, вероятно, уже предположили. Керр оставил мое имя для того, чтобы со мной связались. Должно быть, его загнали в угол, если он был вынужден доверить передачу своего сообщения людям. - Повисла гнетущая тишина. - Когда это произошло?
Боумен изобразила на лице выражение сочувствия, которому явно не хватало правдоподобия, но клановцы никогда и не питали особого доверия к выражениям лиц людей.
- У меня нет возможности…
- Когда? Где? - Барэку почти удалось скрыть свои эмоции под холодной отрешенностью. Не зря он все-таки обладал выучкой разведчика.
- Три дня назад. В последний раз его видели живым на подлете к системе Экренем. Тело обнаружили на следующий день, когда лайнер уже был на пути к Летису-VI. - Она помолчала. - Корабль вместе со всеми находившимися на борту сейчас содержится на подведомственной Пакту территории на Летисе. Хотите забрать тело?
Садд Сарк не ответил на этот вопрос, заданный очень по-людски. Для клановцев то, что оставалось после смерти, представляло собой лишь пустую оболочку, выпавшую из м'хира и не имеющую никакого значения для живых.
- Кто убил его? Или - что?
Глаза блюстительницы сверкнули, сочувственное выражение куда-то исчезло.
- Этого мы не знаем. Именно поэтому вы останетесь и расскажете мне все, что вам известно, Барэк садд Сарк, клановец и средоточие всех неприятностей. Я больше не потерплю ваших клановских делишек, после которых на территории действия Пакта появляются трупы. Мне нужны ответы!
Барэк медленно кивнул.
- Я понимаю. И в отплату за то, что передали мне предсмертное сообщение Керра, искренне хотел бы помочь вам. Но сейчас у меня нет времени, чтобы расследовать убийство брата. - Его выразительное лицо казалось высеченным изо льда, а синяки выглядели темными камнями, застывшими под поверхностью. - Мне нужно отыскать кое-кого еще. - И не успела Лайдис Боумен открыть рот, чтобы возразить, как тело клановца замерцало и исчезло.
- Проклятье! - выругалась Боумен, обращаясь к опустевшей кровати.
Как это она спугнула его? Потом утешила себя: кто мог бы вообразить, что раненый окажется способен на нечто подобное? Дернув бровью, она активировала имплантированное в тело переговорное устройство.
- Вызываю медотдел. Ваши приборы не засекли только что чего-либо необычного?
- Ваш гость покинул комнату, коммандер. В коридоре сканеров у нас нет. Вы это хотели узнать?
Боумен вздохнула. Не повезло. Но все же попытаться стоило.
- Что-нибудь новое о нашей заключенной есть?
Шепот в ее ухе стал извиняющимся.
- Только то, что вам уже известно, коммандер. - Говоривший помолчал. - Похоже, нам не удастся долго поддерживать ее жизнь.
Блюстительница щелкнула по брови толстым пальцем. Новый имплантат, как ее убеждали, был настолько чувствительным, что им можно было управлять легким сокращением мышцы, но она предпочитала быть уверенной в том, что эта штуковина выключена. Она задумчиво поджала губы, бросив одобрительный взгляд на парочку, терпеливо ожидавшую ее приказаний. Те имели достаточный опыт, и на их невозмутимых лицах не отразилось никакой реакции на поразительное исчезновение садд Сарка.
Пернатый толианин П'тр вит 'Викс и его суровый на вид напарник, Рассел Терк были одними из самых доверенных сотрудников Боумен. Они проработали вместе достаточно долго, чтобы понимать, когда стоит промолчать, а когда говорить. Ну… скажем так, они почти никогда не ошибались в вопросах такого рода.
Терк нахмурился.
- Значит, мы забудем и это тоже? Дипломатия! - Это слово прозвучало в его устах как ругательство.
Губы Лайдис Боумен изогнулись - но не в улыбке.
- Я ничего не забываю. А вот ты, Терк, постоянно забываешь, что мы не законники - и не дипломаты. Я понимаю твои чувства, - сказала она, уже более мягко. - Наша работа действительно неблагодарная. - Ее тон снова стал более резким. - Но мы - блюстители и не имеем никакого отношения к правосудию. Привыкайте к этому, мальчики. Мы следим за соблюдением договорных прав участников Пакта. Клан не присоединился к Пакту - пока что. Но коль скоро они живут в мирах Пакта, мы будем приглядывать и за ними.
- Что толку за ними приглядывать? - не сдавался Терк. На его лице с резкими чертами глубокие морщины сбегали от носа к губам, а от взгляда холодных глаз иногда становилось не по себе даже его немногочисленным друзьям. В спокойном состоянии голос констебля напоминал низкий рык. Сейчас же он и вовсе не уступал раскатам грома.
- Пока стычки клановцев касаются только их самих, нам нет до этого никакого дела, - ощутив внезапно навалившуюся усталость, произнесла блюстительница. - Видит бог, нам есть чем заняться и без того, чтобы беспокоить тех, кто хочет мира. Мне просто необходимо знать, не собирается ли Клан начать наступление на Пакт.
- А что, если и так?
- Вам не хуже меня известно, что именно. Мы ответим. Чтобы остановить этот маятник. А потом предоставим их самим себе. - Проблема требовала решения, причем немедленного, и коммандер Боумен больше не колебалась. - Мы начнем с того, что знаем к настоящему моменту, - заключила она.
Терк покачал головой.
- Наши знания на данный момент напоминают дырку от бублика.
П'тр вит 'Викс встопорщил перья в знак несогласия. К несчастью, это не произвело должного эффекта, поскольку большая часть его перьев была скрыта под формой. Тогда он для пущей выразительности поднял хрупкую четырехпалую руку.
- Прямо после взрыва я заметил, что спутница Сарка направилась на запад по Центральной западной улице, прямоугольные координаты 140-5Б, - твердо сказал пернатый толианин. - На ней была одежда, сходная с той, какую обычно носят клановцы - это подтвердила и наша испытывающая проблемы со здоровьем пленница. Таким образом, нам известны время, место и ее описание. Ты всегда слишком поспешно делаешь выводы о невозможности чего-либо, напарник Терк.
Тот пробурчал себе под нос что-то нелестное в адрес тех, у кого перья не только на голове, но и в мозгах тоже.
Боумен поднялась, сделала несколько шагов, потом обернулась к ним.
- Клан что-то затевает, - сказала она веско. - Что-то опасное. Думаю, разгадка в загадочной спутнице садд Сарка.
- Он отправился на ее поиски, - пророкотал Рассел Терк, нимало не убежденный оптимизмом напарника. - Возможно, телепортировался прямо к ней.
Блюстительница покачала головой. Глаза ее блеснули.
- Я их знаю, Терк. Я знаю образ их мыслей. Ради этой женщины Барэк пренебрег убийством родного брата. Почему она имеет для него такое значение? Кто-то подстроил нападение, которое при любых обстоятельствах не должно было закончиться неудачей. Кто был его целью - Сарк или именно она? У нас нет доказательств, что все они могут телепортироваться, но Барэк определенно этой способностью владеет. Почему же он не пустил ее в ход, когда на него напали? Может быть, как раз из-за женщины? - Она задумчиво нахмурила брови.
- Нет, - продолжила Боумен. - Думаю, что наш клановец, не знаю уж, на каком основании, беспокоится, что не сможет разыскать ее. В этом наше преимущество.
- Что мы должны делать, коммандер? - осведомился 'Викс.
- Что делать? - Улыбка блюстительницы стала хищной. - Вы должны найти ее первыми.

ГЛАВА 2

В чувство меня привели голоса - встревоженные, спорящие жарким шепотом так близко, что от одного из тех, кто говорил, на меня пахнуло резким запахом аммиака.
- … засекут. Дурацкая была идея.
- Вечно ты по любому поводу трясешься!
- А ты - жадный остолоп. Я же говорил, чтобы ты усыплял их, прежде чем грузить на корабль. И что ты теперь будешь с ним делать? Как думаешь, что случится, когда обо всем узнает Смегард?
- Да ничего он не узнает. Это отребье в каждом рейсе дохнет во сне. Идем, у нас почти не осталось времени.
Я безвольно повисла в грубых руках, небрежно меня подхвативших. Глаз открыть я не осмеливалась. Голоса казались знакомыми. Да это же вербовщики из переулка! Почему-то я сомневалась, чтобы они поверили мне, начни я возражать, что совершенно ничего не умею и никто меня не купит. Да их это, судя по всему, и не особенно волновало.
Меня сбросили на какую-то плоскую платформу, и я закусила губу, чтобы не вскрикнуть. Поверх накинули что-то тяжелое и пыльное. Я лежала тихонько, совсем чуточку приоткрыв один глаз. Единственное, что удавалось разглядеть, - это кромешную темноту. Платформа подо мной медленно пришла в движение. Ритмично гудело какое-то оборудование. Я принялась осторожно шарить рукой вокруг себя. Интересно, где сейчас находились ауордиане?
И где был тот звездоплаватель, Морган? Неужели он видел, как меня, точно какую-то вещь, подбирают с улицы, и никак не помешал вербовщикам, защищенный своим оружием и деньгами? Я попыталась разжечь в себе искорку злости, но страх заполонял все закоулки моей души, не оставляя для нее места. По крайней мере, страх, похоже, слегка поколебал власть повелительного шепота в моей голове: «Найди звездолет, покинь Ауорд, держись в тени». Он стал еле слышным, превратившись в разочарованный шелест.
Тишину нарушали только монотонный гул механизмов да биение моего пульса. Время тянулось невыносимо медленно. В какой-то момент я поняла, что больше не выдержу, и решилась самую малость приподнять угол покрывала. В открывшуюся щелку повеяло прохладным воздухом, слегка остудившим мое пылающее лицо.
Внезапно последовавшие один за другим несколько ощутимых толчков отбросили меня обратно на что-то теплое и податливое. Протянув руку, я коснулась чего-то холодного и тут же в ужасе отдернула пальцы - они ощутили обнаженную кожу. Потребовалось довольно много времени, чтобы я набралась мужества и сначала осторожно, а потом более решительно потрясла то, что на ощупь казалось рукой, в надежде на какую-то реакцию. Тщетно. Я сжала ладонь, потом медленно отвела пальцы, понимая, что больше сделать ничего не могу.
Все было тихо. Я закусила губу, подтягивая под себя ноги, миллиметр за миллиметром, пока мне не начало казаться, что я вот-вот переломлюсь пополам. Потом, не давая себе времени передумать, я оттолкнулась от движущейся платформы и покатилась так быстро, как только могла, потащив за собой покрывало.
Маневр вышел далеко не столь молниеносным и грациозным, как я надеялась. Совершенно запутавшись в покрывале, я тяжело - и довольно болезненно - шлепнулась на твердый пол. И немедленно забилась, пытаясь высвободиться, чтобы тут же подавить ошеломленный вскрик - кто-то отвесил мне в спину сильнейший пинок. Я благоразумно решила больше не двигаться.
- Опять з-ззабыл ус-ссыпить с-ссвою шшваль, Инекс-сс? - с ленивым присвистом произнес еще один, новый голос, от которого у меня по спине забегали мурашки. - Разве С-ссмегард не предупреждал, что в с-сследующщий раз с-ссам вылетишшь прочь с-сс планеты?
- Доза была рассчитана верно, хом капитан, - отчаянно заголосил тот, кого назвали Инексом. - Я не по-нима…
Внезапный глухой удар прервал его причитания. Затаившись под толстым покрывалом, я ждала, настороженно вслушиваясь в вязкую зловещую тишину.
«Теперь моя очередь», - пронеслось в голове. Секунды тянулись целую вечность. В носу у меня защекотало от пыли, и я чихнула.
В тот же миг глаза обожгло резким светом - укрытие с меня