управляющего выпучились, он судорожно сглотнул и, заикаясь, произнёс:
- Ничего, что можно было бы послать.. Ничего достойного, мой лорд… ничего.. Если бы я знал о твоём прибытии, я отправил бы людей в Кром…
- В Кром? - взревел Фэкс, грохнув тарелкой, которую он разглядывал, о стол с такой силой, что края её выгнулись. Управляющий вздрогнул так, словно ударили его.
- За хорошими продуктами, мой повелитель, - пролепетал он дрожащим голосом.
- В тот день, когда один из моих холдов не сможет прокормиться сам или достойным образом принять своего законного господина, я отрекусь от него!
Леди Гемма вздрогнула. И в ту же минуту снаружи взревели драконы. Ф'лар ощутил всплеск силы, пронизавший пространство подобно молнии из грозовой тучи. Почти инстинктивно он бросил взгляд на нижний стол, разыскивая Ф'нора. Тот еле заметно кивнул. Как и остальные всадники, он тоже уловил эту необъяснимую беззвучную вспышку ликования.
- Что случилось, всадник? - рявкнул Фэкс.
Ф'лар, изобразив недоумение, вытянул под столом ноги и небрежно развалился в кресле.
- Случилось?
- Драконы!
- А… ничего. Они часто ревут… на стаю пролетающих стражей, на закат солнца, или когда проголодаются, - Ф'лар одарил лорда Плоскогорья дружелюбной улыбкой. Возле него слабо пискнула Тела:
- Когда проголодаются? Их разве не кормили?
- Кормили. Пять дней назад.
- Пять… дней… назад? А когда они опять… опять проголодаются? - Её голос понизился до боязливого шёпота, глаза округлились.
- Только через несколько дней, - заверил её Ф'лар.
Напустив на себя выражение отрешённой задумчивости, он быстро осмотрел зал. Источник всплеска находился где-то рядом. Возможно, в зале или ближайших к нему помещениях. Ментальный разряд последовал сразу же за словами Фэкса; очевидно, они и явились причиной ликования. Ф'лар заметил, как Ф'нор и другие всадники исподлобья разглядывают каждого человека в зале. Солдат Фэкса и людей управляющего можно исключить - в незримом послании угадывался едва различимый женский почерк.
Одна из женщин Фэкса? Ф'лар с трудом мог в это поверить Мнемент достаточно долго находился рядом с ними, но ни одна из женщин не продемонстрировала признаков силы - и, за исключением леди Геммы, ума.
Может быть, какая-то из женщин в зале? Но он видел только жалких служанок да старух, которых управляющий держал в качестве экономок. Женщина управляющего? Надо разузнать, есть ли у него кто-нибудь. Может быть, одна из подружек стражников холда? Ф'лар подавил непроизвольное желание встать и немедленно приступить к поискам.
- Выставлена ли охрана? - небрежно спросил он Фэкса.
- В холде Руат - в двойном количестве! - прохрипел лорд. Голос его, резкий, напряжённый, походил на тревожный звук боевого горна.
- Тут? - Ф'лар, окинув взглядом жалкую обстановку зала, в насмешливом недоумении поднял брови.
- Именно тут! - рявкнул Фэкс и громко приказал: - Еду!
Пять служанок, пошатываясь под тяжестью блюд с жарким, появились в зале. Две из них были в таких засаленных, вымазанных сажей лохмотьях, что Ф'лар вздрогнул от отвращения; оставалось надеяться, что приготовление пищи обходится без их участия. Никто из обладающих силой не пал бы так низко, если только…
Когда подносы очутились на столах, ароматы, которые почувствовал Ф'лар, привели его в замешательство. Зал наполнила вонь горелых костей и мяса. Даже от кувшина с напитком кла, что внесла ещё одна служанка, исходил какой-то посторонний неприятный запах. Управляющий с усердием точил нож, видимо, намереваясь острым лезвием вырезать съедобные куски из наполовину обуглившейся, наполовину сырой туши.
Леди Гемма задержала дыхание, и Ф'лар заметил, как её пальцы судорожно сжали подлокотники кресла. Он с жалостью посмотрел на бледное лицо женщины. Даже испытанному бойцу было нелегко выдержать подобную трапезу.
Служанки появились вновь, нагруженные деревянными подносами с хлебом. Над ним заметно потрудились, кое-где соскребая, а местами даже срезая горелые корки. По мере появления прочих яств Ф'лар пытался разглядеть лица служанок. Одна из них поставила перед ними блюдо с бобами, плавающими в жирной подливе. Лицо служанки скрывали длинные спутанные волосы, падавшие на грудь. Ф'лар уныло поковырял бобы, надеясь выбрать что-нибудь подходящее для леди Геммы. Не скрывая отвращения, она покачала головой, на лбу её выступили капли пота. Ф'лар уже собирался обратиться к сидевшей слева леди Теле, чтобы обслужить её, когда заметил, что Гемма вновь конвульсивно вцепилась в подлокотники кресла. Внезапно он понял, что приступы вызваны не только видом и запахом отвратительной пищи - у женщины начинались предродовые схватки.
Ф'лар посмотрел на Фэкса. Властелин Плоскогорья мрачно наблюдал за попытками управляющего вырезать из костлявой туши кусок, достойный лорда.
Всадник слегка коснулся пальцами руки леди Геммы. Она повернула голову ровно настолько, чтобы видеть его краешком глаза, и попыталась улыбнуться с приличествующей хозяйке дома вежливостью. Уловив причину его беспокойства, она шепнула, почти не разжимая губ:
- Я не имею права уйти сейчас из-за стола, лорд Ф'лар. Тут, в Руате, он всегда нервничает и становится опасным… Может быть, схватки ложные… это бывает в моем возрасте.
«Сомнительно», - решил Ф'лар, увидев, как тело её вновь содрогнулось. Он поразился мужеству этой женщины и с сожалением подумал, что будь она моложе, его Поиск уже бы завершился.
Управляющий дрожащими руками поднёс Фэксу блюдо с кусками пережаренного мяса, среди которых, впрочем, попадались вполне съедобные.
Один яростный взмах тяжёлого кулака Фэкса - и тарелка, и мясо, и соус полетели в лицо чиновнику. Ф'лар с сожалением вздохнул - единственная часть туши, годная для еды, пропала.
- Ты называешь это пищей? И смеешь предлагать это своему господину?! - орал Фэкс. Его голос гулко отражался от каменных сводов и сотрясал тонкие нити паутины. Слышались звучные шлёпки - ползуны сыпались вниз.
Ф'лар быстро смахнул пару опасных тварей с платья леди Геммы. Она была совершенно беспомощна - очередные схватки оказались очень сильными.
- Мой господин, это все, что у нас есть. нас поздно уведомили. - визжал управляющий; соус пополам с кровью стекал по его щекам. Фэкс швырнул в него кубок, и соус смешался с вином. За кубком последовало дымящееся блюдо с кореньями и столовый прибор; управляющий визжал от боли, ошпаренный горячей подливкой.
- Господин, господин, если бы я только знал…
- Очевидно, Руат не может достойно принять своего правителя. Тебе, лорд, стоит отречься от такого холда, - услышал Ф'лар собственный голос.
Он был потрясён невольно слетевшими с его губ словами - потрясён не меньше, чем остальные люди, восседавшие за столами в главном зале Руата. Наступила тишина, которую нарушали только шлёпки падавших ползунов да звон капель жирного соуса, стекавшего с лица и плеч управляющего. Скрипнув сапогами, Фэкс всем телом медленно повернулся в кресле и посмотрел в лицо бронзового всадника. Ф'лар боролся с изумлением и одновременно безуспешно пытался найти выход из неприятного положения. Тем временем Фэкс неторопливо поднялся на ноги и положил ладонь на рукоятку кинжала.
- Верно ли я расслышал твои слова? - Лицо Фэкса окаменело.
Ф'лар, уже не пытаясь понять, как он рискнул бросить столь откровенный вызов, принял небрежную позу.
- Ты говорил, милорд, - вяло протянул он, - что отречёшься от холда, который не сможет прокормиться и достойно принять своего господина.
Фэкс уставился на всадника; потом губы его презрительно скривились и в глазах мелькнуло торжество. Ф'лар, с выражением нарочитого безразличия на лице, стремительно обдумывал ситуацию. Во имя Золотого Яйца, неужели он потерял всякое благоразумие?
С показным равнодушием он подцепил ножом какие-то овощи и медленно принялся их жевать. Взгляд его метнулся к нижнему столу, и он заметил, что Ф'нор внимательно осматривает зал, задерживаясь на каждом лице. Внезапно Ф'лар понял, что случилось. Он, бронзовый всадник, каким-то образом оказался подчинён той силе, которая витала здесь повсюду. Его умышленно толкали к поединку с Фэксом! Почему? Для чего? Чтобы заставить Фэкса отречься от Руата? Невероятно! Но если это так, то у случившегося могла существовать только одна причина. Ф'лар почувствовал, что его переполняет острое, как боль, ликование. Сейчас он должен сохранить выражение туповатого безразличия на лице, должен удержать Фэкса от схватки. Он здесь не для того, чтобы драться с лордом, - времени на такие забавы нет.
Леди Гемма глухо вскрикнула, нарушив зловещую тишину. Фэкс взглянул на неё и поднял кулак с явным намерением опустить его на голову женщины. Гемма прижала ладони к напряжённому, вздутому животу; должно быть, она испытывала ужасные муки. Ф'лар не рискнул смотреть в её сторону - ему оставалось только гадать, застонала ли она от нестерпимой боли или только затем, чтобы разрядить ситуацию.
Вдруг Фэкс расхохотался. Откинув назад голову, он разинул рот, показывая огромные гнилые зубы. Смех его походил на рёв дикого зверя. - Ладно, отрекаюсь! В пользу потомка… Если родится сын… и если он выживет! - проревел он, задыхаясь от смеха.
- Услышано и засвидетельствовано! - выкрикнул Ф'лар, вскочив на ноги и протягивал руку и своим людям.
Всадники тут же поднялись.
- Услышано и засвидетельствовано! - подтвердили они традиционной формулой клятвы.
Движение и звуки голосов разрядили атмосферу в огромном зале. Послышалось бормотание, шёпот, женщины поднялись со своих мест, засуетились вокруг стола, раздавая приказания слугам и обмениваясь соображениями по поводу грядущих событий. Наконец, подобно стайке согнанных с насеста клуш, они нерешительно приблизились и леди Гемме - как ни велико было сострадание к несчастной, страх перед Фэксом заставлял их держаться подальше от своего лорда и повелителя.
Фэкс понял это. Громко рассмеявшись, он пинком опрокинул кресло, перешагнул через него и направился к блюду с мясом. Продолжая хохотать, он принялся срезать ножом огромные куски и заталкивать их в рот, не обращая внимания на то, что соус обильно орошает его кожаную куртку.
Когда Ф'лар склонился над леди Геммой, чтобы помочь ей подняться с кресла, женщина с неожиданной силой сжала его руку. Их взгляды встретились, глаза её были затуманены пеленой боли. Она притянула Ф'лара ближе.
- Берегись, бронзовый всадник, он хочет убить тебя. Ему нравится убивать, - прошептала она - Всадника нелегко убить, моя храбрая леди. Но я благодарен тебе.
- Я не хочу, чтобы ты погиб, - мягко произнесла Гемма. - У Перна так мало осталось бронзовых всадников!
Ф'лар изумлённо посмотрел на неё. Эта женщина, супруга Фэкса, чтила древние законы? Кивком головы подозвав двух помощников управляющего, он велел отнести Гемму в верхние покои холда. Потом поймал за руку леди Телу, в возбуждении кинувшуюся вослед.
- Чем я могу помочь?
- О, о! - воскликнула она, заламывая в смятении руки. - Нужна вода, горячая, чистая. Тряпки И повитуха. О, да, нужна повитуха!
Ф'лар оглянулся, высматривая кого-нибудь из женщин холда. Взгляд его скользнул по жалкому существу, облачённому в рубище, которое ползало по полу, собирая остатки пищи. Он подал знаю управляющему и приказал немедленно послать за повитухой. Чиновник пнул скорчившуюся на полу служанку.
- Эй, ты… ты! Как тебя! Приведи ту старуху из поселения ремесленников! Ты должна её знать!
Грязное лицо, бесформенная одежда и свисающие на глаза космы не позволяли определить возраст служанки, но Ф'лар решил, что она далеко не молода. Однако, проворно отпрянув в сторону и увернувшись от второго пинка управляющего, женщина торопливо поднялась, пересекла зал и быстро скрылась за кухонной дверью.
Фэкс кромсал мясо и кидал куски в рот, временами разражаясь громким хохотом. Ф'лар нетерпеливо подошёл к туше и, не дожидаясь приглашения хозяина, тоже начал вырезать небольшие ломти. Кивком головы он предложил всадникам последовать его примеру. Люди Фэкса остались за столами, дожидаясь, пока насытится их предводитель.

Глава 6

Холда властитель, заботы твои
Три вещи могут измерить:
Толстые стены, чистые камни
И железные двери.

Из главного зала Лесса выбежала на дорогу, ведущую к посёлку ремесленников. Разочарование переполняло её. Цель была так близка! Так близка!
Почему, подойдя к цели почти вплотную, она потерпела неудачу? Фэкс должен был бросить вызов всаднику. А всадник, молодой и сильный, казался отличным бойцом. Он не стал бы медлить. И однако… Неужели на Перне, словно задушенное зарослями зеленой травы, погибло всякое представление о чести?
Почему, почему судьба распорядилась так, что именно в этот момент у леди Геммы начались роды? Если бы она не застонала, Фэкс наверняка бы сцепился со всадником.. И вся его хвалёная отвага, весь его опыт злобного забияки не спасли бы Фэкса от клинка всадника, которому она, Лесса, могла помочь. Холд должен принадлежать роду законных правителей! Фэкс не покинет живым Руат! Водоворот мыслей кружился в голове Лессы.
Вдруг над девушкой, на верхушке дозорной башни, громадный бронзовый дракон испустил странный, тихий и мелодичный звук, и его фасеточные глаза блеснули, как бы приветствуя надвигающиеся сумерки.
Почти инстинктивно Лесса успокоила и дракона, и стража порога. Тот не зарычал, не выполз из своего логова, когда она проходила мимо. Лесса знала, что драконы допрашивали его; она слышала, как бедняга в панике нёс какую-то чепуху. Эти драконы способны довести до кондрашки кого угодно…
Дорога к посёлку спускалась вниз, её плавный уклон словно подгонял проворные ноги Лессы. С разбегу она едва не проскочила мимо массивной двери в каменной стене жилища повитухи. Лесса забарабанила в дверь и услышала в ответ испуганное восклицание.
- Роды! Роды в холде! - закричала Лесса, продолжая стучать.
- Роды? - Приглушённый голос раздался одновременно со звяканьем запоров. - Кто?
- Леди из семьи Фэкса! Поторопись - ради собственной жизни… Если родится мальчик, он станет повелителем Руата.
Это заставит её пошевелиться, решила Лесса, и в тот же момент муж повитухи распахнул дверь. Она увидела, как женщина торопливо собирает необходимые вещи, увязывая их в платок. Весь путь наверх, к холду, Лесса тянула повитуху за руку, а в воротах, когда та, разглядев восседающего на башне дракона, попыталась повернуть назад, попросту вцепилась в неё. Лесса затащила старуху во двор и втолкнула в главный зал холда.
При виде собравшегося там общества, женщина в замешательстве остановилась, вцепившись в ручку двери. Фэкс, откинувшись в кресле и положив ноги на стол, обрезал ножом ногти и фыркал от смеха. Всадники, облачённые в короткие кожаные плащи, неторопливо ели за одним из нижних столов. Дождавшиеся своей очереди солдаты трудились над остатками туши.
Бронзовый всадник заметил застывшие в дверях фигуры. Повелительным жестом он указал в сторону внутренних покоев. Лесса тщетно тянула повитуху за руку, пытаясь заставить пересечь огромный зал. К её удивлению, всадник вдруг поднялся и подошёл н ним.
- Поторопись, старуха, леди Гемма вот-вот родит, - сказал он, озабоченно хмурясь, и снова властным жестом указал на лестницу, что вела во внутренние помещения. Увидев, что старуха стоит как вкопанная, он взял её за плечо и, невзирая на сопротивление, повёл к ступенькам. Лесса держала повитуху за другую руку.
Когда они достигли лестницы, всадник отпустил женщину и велел Лессе сопровождать её наверх. Лесса шагнула вперёд, таща упирающуюся старуху за собой. Оглянувшись, она заметила внимательный взгляд всадника, устремлённый на её пальцы, обхватившие рукав грубого одеяния женщины. Она осторожно опустила глаза и тоже посмотрела на свою руку - на удлинённую кисть совершённой формы, на тонкое изящное запястье и нежную кожу предплечья. Даже грязь, обломанные ногти и напряжение, с которым пальцы цеплялись за платье повитухи, не могли скрыть врождённого изящества этой руки. Лесса заставила её очертания расплыться.
Схватки у леди Геммы усиливались, и не все шло хорошо. Когда Лесса попыталась выскользнуть из комнаты, повитуха бросила на неё умоляющий взгляд, и ей пришлось остаться. Было ясно, что от женщин Фэкса толку немного. Они сгрудились возле высокой кровати, заламывали руки и без умолку галдели визгливыми голосами. Лессе и повитухе пришлось самим снять с леди Геммы одежду, уложить поудобнее и придерживать её руки во время особенно сильных схваток.
От былой красоты на лице роженицы почти ничего не осталось. Лесса видела закатившиеся глаза, губы, закушенные в попытке сдержать стон. Кожа женщины посерела, дыхание стало отрывистым и хриплым, с неё градом лился пот.
- Плохи дела, - вполголоса заметила повитуха - Эй, вы там, хватит причитать, - скомандовала она, обернувшись. Робость её исчезла: ситуация и знание дела давали ей власть даже над женщинами высшего круга. Она ткнула пальцем в ближайшую даму:
- Принеси мне горячей воды. А ты, госпожа, - её палец остановился на другой, - держи наготове чистые тряпки. Остальные - поищите что-нибудь тёплое для младенца, Если он выживет, его надо ещё уберечь от холода и сквозняка.
Властный тон повитухи подействовал: женщины прекратили невнятные причитания и бросились выполнять приказы.
Если он выживет… - слова эхом отдались в голове Лессы. Если он выживет, то станет лордом Руата… Один из рода Фэкса? Это не входило в её планы - во всяком случае, пока не входило.
Леди Гемма машинально стиснула пальцы Лессы, и та, полная невольного сочувствия, в ответ изо всех сил сжала руку роженицы.
- Она истекает кровью, - пробормотала повитуха. - Принесите ещё тряпок.
Женщины опять запричитали:
- Нельзя было заставлять её ехать так далеко…
- Они оба умрут… И она, и ребёнок…
- Кровь, слишком много крови!
«Слишком много крови, - подумала Лесса. - Мне не за что на неё сердиться. Ребёнок появится на свет слишком рано. Он не выживет… - Она взглянула на искажённое страданием лицо и окровавленную нижнюю губу роженицы. - Но сейчас она не кричит… Почему же она тогда застонала?» - Гнев охватил Лессу: леди Гемма, по непонятной причине, намеренно отвлекла Фэкса в самый важный момент. Она яростно стиснула запястья женщины, словно собиралась сломать ей руки.
Внезапная боль вырвала леди Гемму из очередного полузабытья, которое перемежали сотрясавшие её схватки, повторявшиеся все чаще и чаще. Моргая от пота, заливающего глаза, она с отчаянием взглянула в лицо Лессы.
- Что я тебе сделала? - задыхаясь, выговорила она.
- Сделала? Руат был почти в моих руках, когда ты вскрикнула - вскрикнула нарочно! - с холодной яростью прошептала Лесса, склонившись так низко, что даже повитуха в ногах постели не могла её слышать. Гнев туманил ей голову: казалось, она потеряла всякую осторожность. Но вряд ли это имело значение - роженица была уже на пороге смерти.
Глаза леди Геммы расширились.
- Но всадник… бронзовый всадник… Нельзя допустить… чтобы Фэкс убил его… Их так мало, бронзовых всадников. Они нужны нам. И старые истории… о Звезде… Звезда… - Гемма не смогла договорить, - сильнейшая схватка сотрясла её тело, тяжёлые кольца на её пальцах впились Лессе в ладони.
- О чем ты? - спросила Лесса хриплым шёпотом.
Но женщина испытывала такие страдания, что едва могла дышать. Глаза её, казалось, вылезали из орбит, тонкие искусанные губы кривились. Лесса почувствовала, как древний женский инстинкт оживает в ней самой; несмотря ни на что, она хотела облегчить муки несчастной, как-то смирить неимоверную боль. Но даже в этот миг слова Геммы продолжали звучать в её ушах. Значит, Гемма спасала не Фэкса, а всадника? Звезда… Она имела в виду Алую Звезду? И что за старые истории, о которых она упомянула?
Повитуха, прижав ладони к животу Геммы, давила на него и что-то кричала обезумевшей от боли роженице. Вдруг тело женщины конвульсивно содрогнулось. Лесса попыталась удержать Гемму, но в этот момент леди широко раскрыла глаза и улыбнулась с неожиданным облегчением. Потом рухнула на руки Лессы и затихла.
- Она умерла! - взвизгнула одна из женщин и выскочила из комнаты. Её голос долгим эхом прокатился по анфиладе каменных покоев:
- Умерла… ла… ла… лаа… - долетело до потрясённых женщин, столпившихся возле кровати.
Лесса опустила леди Гемму на постель, с удивлением глядя на странную торжествующую улыбку, застывшую на её лице. Девушка отступила в тень - печаль и сожаление терзали её сердце. Раньше она никогда не колебалась, стараясь ещё сильнее разорить Руат и нанести вред Фэксу, но теперь её мучило раскаяние. Жажда мести ослепила её, заставив забыть, что и другие достойные люди могли оказаться во власти ненавистного Фэкса. Одним из этих людей была леди Гемма - эта женщина перенесла жестоких обид и унижений гораздо больше, чем сама Лесса Но она, Лесса, не поняла этого: она выплеснула часть своего гнева на человека, который заслуживал уважения и жалости.
Чтобы рассеять переполнявшее её ощущение трагической безысходности, Лесса тряхнула головой. Сейчас, когда Фэкс в Руате, в её холде, надо действовать. Фэкс не должен уйти живым. Она прикончит его, отомстит не только за себя, но расквитается с ним и за зло, причинённое Гемме.
У неё есть теперь средство. Ребёнок… да, ребёнок! Она скажет, что младенец жив. Что родился мальчик. Всаднику придётся вступить в бой. Он слышал и засвидетельствовал клятву Фэкса.
Лесса торопливо шла по пустым коридорам, ведущим в главный зал, и на губах её змеилась улыбка, непохожая на ту, что застыла на лице мёртвой женщины, лежащей позади, в одном из верхних покоев. Лесса едва не ворвалась в главный зал, но вдруг осознала, что в предвкушении триумфа почти утратила контроль над собой. Она остановилась у входа и глубоко вдохнула тёплый, чуть влажный воздух. Потом ссутулила плечи, вновь превращаясь в неприметную служанку, и вошла в зал.
Вестница смерти всхлипывала, распростершись у ног Фэкса.
Лесса скрипнула зубами от внезапно накатившей на неё волны ненависти. Этот выродок добился своего - леди Гемма умерла, умерла, давая жизнь его семени. Он был доволен - и уже успел послать за своей новой пассией. Несомненно, чтобы объявить её госпожой.
- Ребёнок жив! - закричала Лесса искажённым от гнева к ненависти голосок - Он жив! Родился мальчик!
Фэкс вскочил, отпихнув ногой плачущую женщину, и злобно уставился на Лессу.
- Ребёнок жив. Это мальчик, - повторила она, успокаиваясь. Ярость, охватившая Фэкса, развеселила её. - У Руата новый повелитель!
Снаружи донёсся рёв драконов. Лицо Фэкса налилось кровью. Внезапно он с проклятьями бросился к лестнице, и прежде чем Лесса успела увернуться, тяжёлый кулак опустился на её голову. Она упала, скатилась по ступеням на каменный пол и замерла, словно пустая груда грязных лохмотьев. - Остановись, Фэкс! - Голос Ф'лара прорезал тишину в тот самый миг, когда лорд Плоскогорья занёс ногу, намереваясь ударить бесчувственное тело.
Фэкс обернулся, пальцы его инстинктивно сомкнулись на рукояти кинжала.
- Услышано и засвидетельствовано, Фэкс! - произнёс всадник, вытянув руку в предостерегающем жесте. - Засвидетельствовано людьми Вейра! Ты обязан выполнить клятву!
- Засвидетельствовано? Людьми Вейра? - вскричал Фэкс и с издёвкой рассмеялся. - Попрошайками Вейра, ты хочешь сказать? - Он усмехнулся, небрежно кивнув в сторону всадников. На мгновение его ошеломила скорость, с которой в руке бронзового всадника оказался клинок.
- Попрошайками? - переспросил Ф'лар угрожающе мягким голосом. Он двинулся на Фэкса; искривлённое лезвие его ножа сверкнуло в пламени светильников. - Попрошайки! Паразиты Перна! Ваша власть кончилась! Кончилась навсегда! - проревел Фэкс и, прыгнув навстречу всаднику, принял боевую стойку.
Противники не замечали поднявшейся вокруг суеты. Их люди, вскочив на ноги, оттащили в сторону часть столов, освобождая место для поединка. Ф'лар не рискнул оглянуться на тело служанки, но инстинкт и разум подсказывали ему, что именно она - источник той самой силы. Он почувствовал это сразу же, стоило ей появиться в зале. Рёв драконов подтвердил его предположение. Если она расшиблась насмерть.. Он шагнул к Фэксу и тут же отпрянул в сторону, уклоняясь от свистящего клинка. Ф'лар легко отразил первую атаку. Оценив, насколько далеко достаёт удар противника, он решил, что здесь у него есть некоторое преимущество. Но не слишком большое, справедливо отметил про себя всадник.
Фэкс имел гораздо больший опыт настоящих поединков - тех, что заканчиваются смертью противника, а не первой кровью тренировочных схваток. Ф'лар взял на заметку, что следует избегать ближнего боя. Противник слишком массивен и крепок, чтобы в поединке с ним полагаться на грубую силу. Главным оружием Ф'лара должны стать проворство и ловкость.
Фэкс, пугая противника, сделал ложный выпад - Ф'лар отклонился назад. Разделённые шестью футами пространства, оба замерли в боевой стойке, слегка согнув широко расставленные ноги, крепко сжимая оружие в одной руке и хватом согнув пальцы другой.
Фэкс возобновил атаку. Ф'лар позволил ему приблизиться на длину руки, скользнул в сторону и нанёс удар. Он почувствовал, как конец ножа прорезал одежду, и услышал злобный крик Фэкса. Однако лорд передвигался быстрее, чем можно было ожидать от человека такого сложения, и Ф'лару вновь пришлось ретироваться. Клинок Фэкса царапнул по куртке из толстой кожи.
В зловещей тишине враги кружили в центре зала, стараясь уловить момент для атаки. Фэкс первый ринулся вперёд, надеясь использовать своё преимущество в весе, и попытался загнать более лёгкого и быстрого всадника в угол между помостом и стеной. Ф'лар кинулся навстречу, нырнул под занесённый клинок и наискось ударил Фэкса в бок. Лорд вцепился в него и сильно рванул на себя: он провоцировал ближний бой. Ф'лар оказался прижатым и груди противника - левой рукой он отчаянно стискивал его запястье, удерживая нависший над ним клинок. Внезапно Ф'лар выбросил ногу вперёд, последовал удар коленом и от боли в паху Фэкс согнулся. С хрипом заглатывая воздух, Ф'лар отскочил в сторону. Всадник сделал это быстро, очень быстро - но, ощутив резкое жжение в левом плече, понял, что не ушёл невредимым.
Лицо Фэкса запылало яростью зверя, почуявшего кровь, - он хрипел от боли и злобы. Ф'лар не получил передышки - разъярённый лорд выпрямился и прыгнул вперёд, но всадник вовремя отскочил. Теперь их разделял заваленный грязной посудой и объедками стол. Ф'лар напряг мышцы, пытаясь определить серьёзность ранения - казалось, в плечо ему воткнули раскалённую головешку. Рана причиняла боль, но рука повиновалась ему как прежде.
С воплем ярости Фэкс схватил с подноса пригоршню обглоданных костей и швырнул их Ф'лару в лицо. Всадник пригнулся и на какой-то миг выпустил врага из вида. Когда он поднял голову, Фэкс уже стоял рядом, а его клинок сверкал в нескольких дюймах от груди Ф'лара. С быстротой, выработанной годами тренировок, Ф'лар отпрянул назад - неожиданный выпад, и его нож распорол руку Фэкса. Глаза всадника сверкнули - левая рука лорда Плоскогорья бессильно повисла вдоль тела.
Фэкс стоял, покачиваясь. Ф'лар метнулся вперёд, стремясь воспользоваться своей удачей. Однако он недооценил противника и, пытаясь увернуться от его клинка, получил сильнейший удар ногой в бок. Рухнув на пол и скорчившись от боли, он откатился к стене. Фэкс, шатаясь, шёл на него. Если ему удастся навалиться всем телом на более лёгкого противника и выбрать момент - тогда последний удар… Всадник тем временем вскочил на ноги, однако выпрямиться не успел, и это спасло его. Попытавшись достать клинком шею противника, Фэкс сильно наклонился вперёд и потерял равновесие. Ф'лар вскинул нож и изо всей силы ударил в незащищённую спину лорда. Лезвие вошло точно под лопатку.
Поверженный властитель Руата распростёрся на грязных каменных плитах. Ф'лар поднял голову - тихие причитания разорвали окутавшую его дымку боли. Как сквозь туман он увидел женщин, столпившихся у входа в холд. Одна осторожно держала на руках большой свёрток из белоснежного полотна. Ф'лар не сразу понял, что это значит. Он чувствовал, что ему нужно какое-то время, чтобы привести мысли в порядок. Взгляд его упал вниз, на мёртвое тело с торчащей из спины рукоятью. Он почувствовал, что убийство этого человека не доставило ему удовольствия - только облегчение от того, что Фэкс, а не он, Ф'лар, лежит на полу. Всадник вытер рукавом лоб и заставил себя выпрямиться. В боку пульсировала боль, левое плечо горело. Нетвёрдой походкой он подошёл и служанке, которая все ещё лежала у ступенек внутренней лестницы.
Он осторожно перевернул её лёгкое тело. В глаза бросился страшный, расплывшийся под грязной кожей кровоподтёк. Откуда-то сзади доносился властный голос Ф'нора - коричневый всадник командовал суетившимися в зале людьми.
Ф'лар положил ладонь на грудь женщины, пытаясь уловить биение сердца. Несмотря на все усилия сдержать дрожь, пальцы его тряслись Он почувствовал толчок… потом ещё: сердце билось - редко, но сильно. Глубокий вздох облегчения вырвался у него. Такой сильный удар и падение с лестницы могли оказаться гибельными для неё. Для Перна, возможно, тоже.
К облегчению, однако, примешивалась брезгливость. Из-за слоя грязи и пятен сажи на лице невозможно было определить возраст этого создания. Ф'лар поднял женщину на руки: несмотря на потерянные в схватке силы, её тело показалось всаднику совсем лёгким. Оставив Ф'нора наводить порядок в холде, он понёс служанку в отведённый ему Фэксом покой. Комната тонула в полумраке. Ф'лар положил женщину на высокую кровать, разворошил огонь в камине и зажёг стоявший в изголовье светильник. Одна мысль о том, что ему придётся коснуться грязных спутанных волос, вызвала отвращение. Тем не менее он осторожно откинул со лба женщины перепачканные золой пряди и поднёс светильник поближе. Черты её лица оказались правильными, тонкими. Левая рука, едва прикрытая лохмотьями, выше локтя была почти чистой. На нежной и гладкой, без морщин, коже проступали синяки и старые шрамы. Он взял её ладони в свои и внимательно осмотрел: изящные, прекрасной формы кисти, длинные пальцы, хотя и грязные…
На лице Ф'лара появилась улыбка. Да, она умело исказила очертания руки - так, что даже его, всадника, ввела в заблуждение. Но ни сажа, ни жир, ни грязь не могли теперь скрыть её возраста. Для целей Вейра вполне подходящего. Не верится, чтобы она всегда была такой неряхой… Этот внешний вид - вероятней всего только маскировка.
Он внимательно разглядывал девушку, соображая, что она, ж счастью, и не настолько юна, чтобы появиться на свет вследствие одной из бесчисленных связей Фэкса. Может быть, внебрачный отпрыск предыдущего лорда Руата? Нет, в ней не ощущалось примеси простой крови… Порода была чистой - какого из благородных родов Перна… хотя, скорее всего, девушка действительно продолжала руатскую линию… Единственная, кому чудом удалось уцелеть в резне десять Оборотов назад… затаившаяся в ожидании дня мести… Иначе зачем ей было заставлять Фэкса отрекаться от холда?
С радостным трепетом от неожиданной удачи Ф'лар протянул руку, чтобы сорвать с бесчувственного тела грязные лохмотья - но что-то удержало его. Девушка пришла в себя. Её большие, голодные глаза смотрели на него недоверчиво, но смело.
Вдруг лицо её дрогнуло и исказилось. С невольной усмешкой Ф'лар смотрел, как расплываются её черты, создавая иллюзорное впечатление уродства.
- Хочешь обмануть всадника, девушка? - рассмеялся он. Не пытаясь больше прикоснуться к ней, Ф'лар отодвинулся в ноги постели и прислонился к большой резной спинке. Он скрестил руки на груди, но боль в плече заставила его изменить позу.
- Назови своё имя и звание, девушка.
Она медленно приподнялась. Черты её лица больше не казались расплывшимися. Неторопливо отодвинувшись назад, она тоже опёрлась на спинку кровати, так что теперь они смотрели друг на друга через всю длину высокого ложа.
- Фэкс?
- Мёртв. Твоё имя?
На её лице промелькнуло выражение торжества. Она спустилась с кровати и гордо выпрямилась во весь рост.
- Тогда я заявляю свои права - я, последняя из рода руатских властителей. И я претендую на Руат, - провозгласила она звенящим голосом.
Некоторое время Ф'лар смотрел на неё, любуясь гордой осанкой. Затем откинул голову на спинку кровати и негромко рассмеялся:
- Что? Ты, куча отрепьев? - язвительно заметил он, подчёркивая несоответствие между её претензиями и внешним видом. - О, нет, нет! Кроме того, моя прекрасная леди, все всадники слышали и засвидетельствовали клятву Фэкса, который отрёкся от холда в пользу наследника. Или ты хочешь, чтобы я и младенцу бросил вызов? Может быть, задушить его пелёнками?
Её глаза сверкнули, губы раскрылись в грозной, торжествующей улыбке.
- Никакого наследника нет. Гемма умерла, ребёнок не успел родиться.
Я солгала.
- Солгала? - сердито переспросил Ф'лар.
- Да, - насмешливо подтвердила она и вздёрнула подбородок, - я солгала. Ребёнок не родился. Мне было нужно, чтобы ты бросил вызов Фэксу.
Резко наклонившись вперёд, Ф'лар схватил её запястье, уязвлённый тем, что дважды поддался её внушению.
- Ты подталкивала всадника к поединку? К убийству? Тогда, когда он находится в Поиске?
- Поиск? Какое мне дело до Поиска? Руат мой! Десять Оборотов я трудилась и терпела, страдала и унижалась ради этого! Что может значить для меня твой Поиск?
Ф'лару захотелось стереть с её лица это надменное выражение. Он жестоко дёрнул девушку за руку и бросил к своим ногам. Она рассмеялась ему в лицо и, как только Ф'лар ослабил хватку, метнулась в сторону, поднялась на ноги и выскочила из комнаты прежде, чем он сообразил, что произошло.
Всадник кинулся к двери. Изрыгая про себя проклятия, он нёсся по гулким каменным коридорам к главному залу - она непременно должна попасть туда, если собирается покинуть холд. Однако, когда он достиг зала, его взгляд не смог разыскать быструю фигурку девушки среди слонявшихся там людей.
- Это странное создание… женщина.. она появлялась здесь? - обратился он к Ф'нору, который стоял у двери, ведущей во двор. Коричневый всадник покачал головой, потом пристально посмотрел на брата:
- Значит, это она - источник силы?
- Да, - буркнул Ф'лар, ещё больше раздосадованный исчезновением беглянки. - Куда она могла подеваться? Кроме того, девушка - руатского рода!
- Ого! И что же, она собирается потребовать холд у младенца? - спросил Ф'нор, указывая на повитуху, устроившуюся на скамье возле пылающего камина.
Ф'лар, собравшийся уже было возобновить поиски в бесчисленных переходах холда, резко остановился и недоуменно уставился на коричневого всадника.
- Младенца? Какого младенца?
- Мальчика, которого родила леди Гемма, - с удивлением ответил Ф'нор.
- Он жив?
- Да. Повитуха говорит - крепкий малыш, хотя его и извлекли из чрева мёртвой матери, да ещё раньше срока.
Ф'лар откинул голову и разразился смехом. Итак, несмотря на все хитрости девушки, истина восторжествовала!
Внезапно снаружи раздался восторженный рёв Мнемента, поддержанный трубными голосами других драконов. - Мнемент поймал её! - вскричал Ф'лар, и лицо его озарилось. Широким шагом всадник прошёл мимо распростёртого на полу тела бывшего лорда Плоскогорья и спустился во двор.
Он увидел, что Мнемент покинул свой насест на башне. Оглядывая округу, Ф'лар позвал дракона. Затем он посмотрел вверх - описывая круги, дракон спускался во двор. В передних лапах он держал девушку. В сознании всадника проскочил ряд ярких, быстро сменяющихся картин - Мнемент сообщил, что, зная о намерениях Ф'лара, он схватил девушку, когда та пыталась покинуть холд через одно из верхних окон.
Бронзовый неуклюже уселся на задние лапы, взмахивая крыльями, чтобы сохранить равновесие, потом осторожно поставил Лессу на ноги, оградив её, словно прутьями клетки, частоколом своих гигантских когтей. Девушка стояла в этом кольце спокойно, не двигаясь, повернувшись лицом к раскачивающейся над ней голове дракона.
Страж порога, заходясь от злобы и ужаса, отчаянно рвался с цепи на помощь Лессе. Он едва не вцепился в ногу Ф'лара, когда тот проходил мимо.
- У тебя хватит мужества для полётов, девушка. - Всадник одобрительно кивнул и положил руку на морду Мнемента. Бронзовый дракон был очень доволен собой: он опустил голову, требуя, чтобы ему почесали надбровья.
- И ты, знаешь ли, вовсе не солгала, - продолжил Ф'лар, уступая соблазну подразнить девушку.
Она медленно повернулась к нему, лицо её оставалось непроницаемым. «Она действительно не боится драконов!» - Ф'лар был восхищён.
- Ребёнок жив. И это мальчик, - сказал он.
Теперь девушка не сумела скрыть смятения: на мгновение она сникла, но вновь гордо выпрямилась - Руат мой! - тихо, но твёрдо произнесла она.
- Да, так было бы - если бы ты, как только мы прибыли сюда, сразу же обратилась ко мне.
Её глаза заблестели:
- Что это значит?
- Всадник может взять под защиту любого человека, чья жалоба справедлива. К тому времени, когда мы прибыли в холд Руат, моя маленькая леди, я, даже несмотря на Поиск, был готов бросить вызов Фэксу. Мне недоставало только какой-нибудь разумной причины. - Ф'лар, конечно, преувеличивал, но ему хотелось доказать ей всю неразумность попыток оказывать воздействие на всадников. - Если бы ты внимательней слушала песни вашего арфиста, то лучше бы знала свои права. И, кроме того, - голос Ф'лара стал суровым, - леди Гемма, наверное, не лежала бы теперь мёртвой… Она, бесстрашная душа, пострадала от Фэкса не меньше, чем ты.
Поведение девушки подсказывало Ф'лару, что Лесса, несмотря ни на что, сожалеет о гибели Геммы.
- Какой толк тебе сейчас от Руата? - спросил он, широким взмахом руки обводя разорённый холд, двор и опустошённую долину. - Ты выполнила задуманное - враг мёртв, но приобретение бесполезно. - Помолчав, он с усмешкой продолжил: - Хорошая работа, не так ли? Все остальные холды будут возвращены, каждый - исконному роду, Один холд - один лорд, как велит древняя традиция. Но есть ещё сомневающиеся в этой заповеди - те, кто заразился безумной алчностью Фэкса. Тебе, возможно, придётся сражаться с ними… но сможешь ли ты защитить Руат от нападения - сейчас, когда холд в таком состоянии?
- Руат мой!
- Руат? Всего лишь Руат? - с иронией переспросил Ф'лар. - В то время, как ты могла бы стать Госпожой Вейра?
- Госпожой Вейра? - выдохнула она, в изумлении уставившись на всадника.
- Да, глупышка. Я же говорил, что нахожусь в Поиске. пора бы тебе отвлечься от своего Руата. Цель нашего Поиска - ты!
Лесса оглядела направленный на неё палец всадника так, словно в нем таилась смертельная опасность.
- Клянусь Золотым Яйцом, девушка, силы тебе не занимать… если ты можешь заставить ничего не подозревающего всадника выполнять твои желания. Но не пытайся проделывать это снова - теперь я настороже. Мнемент одобрительно заворчал, звуки перекатывались в его глотке, словно приглушённые расстоянием раскаты грома. Дракон выгнул шею и уставился на девушку своим светящимся в полумраке двора глазом. Ф'лар отметил, что Лесса не отшатнулась и не побледнела, когда сверкающий глаз дракона размером с человеческую голову приблизился к её лицу.
- Он любит, когда ему чешут надбровья, - примирительно сказал Ф'лар. Всадник решил сменить тактику и загладить резкость последних слов. - Я знаю, - кивнула девушка, протягивая руку к огромному мерцающему оку.
- Неморта отложила Золотое Яйцо, - продолжал Ф'лар доверительным тоном. - Скоро она умрёт, Вейру необходима сильная духом владычица. - Алая Звезда? - с ужасом спросила девушка.
Это удивило Ф'лара - до сих пор он считал, что она вообще ничего не боится.
- Ты видела Звезду? Ты понимаешь, что означает её появление?
- Смертельную опасность… - тихо прошептала она, бросив боязливый взгляд на восток.
Ф'лар не спрашивал, каким чудом она смогла понять всю глубину опасности, нависшей над Перном. Он готов был взять Лессу в Вейр даже силой, если это потребуется. Однако предпочёл бы, чтобы девушка последовала за ними добровольно. Госпожа Вейра, готовая взбунтоваться в любой момент, гораздо опасней, чем глупая простушка, занявшая это место. Девушку переполняли силы, кроме того, она с детства привыкла к уловкам и коварству. И было бы крайне опасно теперь неразумным обхождением вызвать её вражду.
- Опасность грозит всему Перну, а не только Руату, - снова заговорил Ф'лар, стараясь, чтобы в его голосе как бы случайно проскользнула нотка мольбы. - И ты нужна нам. Нужна в Вейре, а не в Руате. - Взмахом руки он словно отмёл в сторону холд, как нечто незначительное в сравнении со всем необъятным Перном. - Мы обречены на гибель без сильной владычицы. Без тебя.
- Гемма говорила, что понадобятся все бронзовые всадники… - задумчиво пробормотала девушка.
«О чем она? Слышала ли она хоть одно произнесённое мной слово? Вряд ли у меня найдутся более веские доводы», - Ф'лар нахмурился.
- Здесь ты победила. Пусть ребёнок… - он ощутил резкую боль, пронзившую её, но безжалостно продолжал: - …ребёнок Геммы возвысится в Руате. Ты, госпожа Вейра, будешь распоряжаться всеми холдами, а не только разорённым Руатом. Ты добилась смерти Фэкса… теперь оставь месть.
Теперь Лесса смотрела на Ф'лара изумлёнными глазами, казалось, она впитывает каждое его слово.
- Я никогда не думала о том, что произойдёт после смерти Фэкса, - медленно произнесла она. - Действительно, я даже не представляла, что будет потом.
Её смущение было таким детским, что сердце Ф'лара сжалось. Однако не было ни времени, ни желания, чтобы обдумать все поразительные и противоречивые черты характера девушки. Теперь Ф'лар понял, что определяло её поведение. Лессе было вряд ли больше десяти Оборотов, когда Фэкс уничтожил её семью. И все же, несмотря на столь юный возраст, она, поняв, кто её враг, в течение долгого, очень долгого для маленькой девочки времени, скрывая своё настоящее лицо, ждала часа отмщения. И дождалась! Какой Повелительницей Вейра она может стать! Должна стать!
Ф'лар глубоко вздохнул, любуясь своей находкой. В свете бледной луны Лесса казалась совсем юной, беззащитной и почти хорошенькой.
- Ты можешь быть Госпожой Вейра, - повторил он мягко, но настойчиво.
- Госпожой Вейра.. - повторила она, как будто осваиваясь с этой мыслью. Взгляд её блуждал по залитому серебристым лунным светом внутреннему двору. Ф'лару показалось, что она колеблется.
- Быть может, тебе больше по душе лохмотья? - спросил он, нарочито насмешливо и резко. - Нечёсаные волосы, грязные ноги, потрескавшиеся ладони? Спать в соломе и питаться объедками? Ты молода… вернее, я предполагаю, что ты молода… И что же, это - все, к чему ты стремишься? Как же назвать тебя, если здешний крохотный уголок громадного мира - все, что тебе нужно? - Он помолчал, потом с холодным презрением добавил: - Я вижу, кровь Руата стала водой. Ты боишься!
- Я - Лесса, дочь лорда Руата! - возразила оскорблённая девушка. Она выпрямилась, и глаза её сверкнули, как две звезды. - Я ничего не боюсь!
Ф'лар удовлетворённо улыбнулся. Вдруг Мнемент вскинул голову и во всю длину вытянул гибкую шею. Его могучий рык, подобно сигналу боевого горна, прокатился над долиной: бронзовый хотел передать Ф'лару свою уверенность в том, что Лесса примет вызов. Откликнулись другие драконы, но их голоса, казалось, все вместе не могут перекрыть громоподобного рёва Мнемента. Страж порога, свернувшийся у своего логова, тоже подал голос: он визжал нервно, пронзительно, до тех пор, пока во двор не высыпали перепуганные обитатели холда.
- Ф'нор, - произнёс бронзовый всадник, жестом подзывая помощника. - Оставь половину людей охранять холд. Кто-нибудь из соседних лордов может попытаться занять место Фэкса. Одного всадника пошли в Плоскогорье с доброй вестью. Да и сам отправляйся туда же - прямо в швейный цех. Переговори с Л'то… с Лайтолом. - Ф'лар усмехнулся. - Я думаю, он будет хорошим управляющим для Руата; пусть правит им пока от имени Вейра и законного наследника холда.
По мере того как Ф'лар излагал свои планы, лицо коричневого всадника прояснялось. Фэкс мёртв, и всадники, расправившись с тираном, обязаны взять Руат под свою защиту. Тогда холд будет в безопасности и, при умелом управлении, быстро поправит свои дела. Ф'нор был доволен.
- Значит, эта девушка - причина упадка Руата? - спросил он своего предводителя, с интересом разглядывая Лессу.
- С её умом и силой она могла бы довести до гибели даже Вейр, - снова усмехнулся Ф'лар. Его Поиск завершился более чем успешно, и теперь всадник мог позволить себе проявить великодушие. Однако, взглянув на сияющее лицо Ф'нора, он счёл необходимым посоветовать: - Попридержи-ка своё ликование, брат. Новая королева ещё должна пройти обряд Запечатления.
- Я постараюсь все устроить. Лайтол! Да, Лайтол - прекрасный выбор, - произнёс коричневый всадник, хотя знал, что Ф'лар не нуждается в его одобрении.
- Кто такой Лайтол? - резко спросила Лесса. Она отбросила со лба густые, тёмные, перепачканные золой волосы; при свете луны грязь на её лице была почти незаметна. Перехватив слишком откровенный взгляд, брошенный Ф'нором на девушку, Ф'лар властным жестом отправил коричневого всадника выполнять полученные приказы.
- Лайтол - человек Вейра, он потерял своего дракона. Он тоже не из числа друзей Фэкса. Лайтол сможет хорошо позаботиться о Руате; не сомневаюсь, что теперь холд будет процветать. - Ф'лар пристально посмотрел на Лессу и многозначительно добавил: - Не так ли?
В мрачном замешательстве девушка разглядывала всадника, пока его смех не нарушил тишину.
- Мы возвращаемся в Вейр, - решительно объявил он, предлагая ей руку, чтобы подсадить на шею Мнемента.
Бронзовый, тем временем, наклонился к стражу порога. Зверь хрипло дышал; за ним, извиваясь по земле, волочилась цепь.
- Ох, - вздохнула Лесса, опускаясь на колени возле лежащего в пыли громоздкого тела. Страж медленно поднял голову и жалобно застонал.
- Мнемент говорит, что он очень стар и скоро уснёт навсегда, - сказал Ф'лар.
Пальцы Лессы нежно погладили нелепую морду зверя, пробежали по выступающим надбровьям, почесали уши.
- Идём, Лесса Пернская, - поторопил Ф'лар. Ему не терпелось поскорее покинуть это место.
Девушка послушно поднялась.
- Он спас меня… Он знал, кто я…
- Он понимает, что поступил правильно, - заявил Ф'лар уверенным тоном, удивлённо взглянув на девушку. Ему казалось, что сентиментальность не свойственна её твёрдой натуре.
Ф'лар взял Лессу за руку и в то же мгновение был сбит с ног. Растянувшись на камнях, он попытался было встать, чтобы встретить неожиданного врага лицом к лицу, но чудовищная сила удара почти парализовала всадника. Беспомощный, он лежал на спине, с ужасом глядя на стремительно приближающееся чешуйчатое тело стража.
Почти одновременно Ф'лар услышал испуганное восклицание Лессы и трубный рёв Мнемента. Громадная голова бронзового поворачивалась, чтобы отбросить стража от хрупкой человеческой плоти. «Не успеет!» - пронеслось в голове Ф'лара, но в тот момент, когда страж взмыл в воздух, он услышал крик девушки:
- Нет! Не убивай! Не убивай его!
Страж порога, рычание которого перешло в тревожный мучительный всхлип, выгнул тело, пытаясь изменить направление полёта… и вдруг рухнул на камни двора у ног Ф'лара - всадник услышал, как хрустнул позвоночник зверя..
Раньше, чем Ф'лар смог подняться на ноги, Лесса, с перекошенным от горя лицом, обхватила руками безобразную голову стража.
Мнемент вытянул шею, осторожно прикоснулся и умирающему зверю и, словно прислушиваясь, замер на несколько секунд. Затем он передал Ф'лару, что зверь бросился спасать Лессу. Опасности истинные и мнимые перепутались в одряхлевшем сознании стража. Ему показалось, что Лессу силой заставляют покинуть Руат, холд её предков… Но, услышав приказ девушки, он ценой жизни исправил ошибку…
- Страж хотел защитить меня, - не оборачиваясь, прошептала Лесса. Голос её прерывался всхлипываниями. - Он… он был единственным, кому я доверяла. Моим единственным другом…
Ф'лар неловко похлопал её по плечу: какой же должна была быть жизнь девушки, если она называет своим единственным другом стража порога… Всадник болезненно поморщился - при падении рана в плече открылась и заныла.
- Настоящий друг, верный и бесстрашный, - произнёс он, глядя, как дымка смерти заволакивает золотисто-зеленые глаза зверя. Глаза постепенно тускнели, меркли, пока, наконец, не погасла в них последняя искра.
Внезапно драконы издали высокий, едва слышный звук, от которого у людей пробежал мороз по коже. Это был жуткий звук - звук тоски по умершему соплеменнику.
- Он был всего лишь сторожевым зверем, - прошептала потрясённая Лесса.
- Драконы оказывают почести, когда они считают нужным, - сухо заметил Ф'лар, подчёркивая свою непричастность и произошедшему.
Лесса ещё раз обвела долгим взглядом безобразную голову зверя, осторожно опустила её на камни, погладила подрезанные крылья. Потом торопливо отстегнула металлическую пряжку, крепившую на шее тяжёлый ошейник, и яростным движением отшвырнула ошейник прочь.
Она поднялась, плавно распрямила гибкое тело, решительно, не оглядываясь, шагнула к Мнементу и, поставив ногу на протянутую лапу дракона, легко вспрыгнула на громадную шею.
Ф'лар оглядел двор: там готовились к перелёту остальные всадники его Крыла. Обитатели холда уже удалились под безопасные своды главного зала. Когда с приготовлениями было покончено, Ф'лар тоже вскочил на шею Мнемента позади Лессы.
- Крепко держись за мои руки, - приказал он, схватившись за толстую складку на шее дракона. И отдал команду взлетать.
Пальцы девушки цепко сомкнулись вокруг его запястий. Бронзовый дракон, взмахивая огромными крыльями, набирал высоту. Мнемент предпочитал взлетать, ныряя в воздух со скалы или башни: драконы вообще не любили тратить силы зря.
Ф'лар оглянулся: его всадники уже образовали полётный клин, правда, заметно поредевший - часть Крыла осталась в Руате. Когда клин набрал достаточную высоту, Ф'лар скомандовал Мнементу войти в Промежуток.
Они повисли среди мертвенного нигде. У Лессы перехватило дыхание, но она не выдала своего изумления. Хотя Ф'лар давно привык к пронизывающему холоду и полному отсутствию звука и света, его почему-то охватило беспокойство. Весь путь в Промежутке до Вейра занимал времени не больше, чем требовалось для того, чтобы не торопясь сосчитать до трех. Когда они вынырнули из жуткого вневременного безмолвия, Мнемент одобрительно рявкнул - ему понравилось, что в отличие от других женщин, впервые попадавших в Промежуток, Лесса совладала со своим страхом. Ф'лар чувствовал, как в его руке, прижатой к боку девушки, отдаются частые удары её сердца.
В ярком свете дня, на расстоянии половины мира от ночного Руата, они парили над Вейром. Вскоре крылья Мнемента затрепетали и дракон начал плавно спускаться.
Лесса крепко сжала руки всадника, удивлённая и восхищённая величественным видом Вейра. Дракон описывал круг над огромной каменной чашей. Слегка отклонившись в сторону, Ф'лар заглянул в лицо девушки. Хотя они мчались с огромной скоростью над самым высоким хребтом Бендена, только восторг светился в её глазах Чуть позже, когда семь драконов дружно протрубили свой приветственный клич, по её губам скользнула еле заметная улыбка.
Крыло спускалось все ниже и ниже, планируя по широкой спирали. Строй рассыпался - каждый снижался к своему пещерному ярусу. Резко свистнув и погасив скорость почти вертикально повёрнутыми крыльями, Мнемент тоже завершил плавное скольжение и легко опустился на карниз. Он припал к камню, и Ф'лар помог девушке спуститься на неровную, покрытую царапинами от когтей скалу.
- Вот дорога в наше жилище, - сказал он Лессе, когда они вошли в широкий коридор с высокими сводами, под которыми мог свободно пройти громадный бронзовый дракон.
Они добрались до просторной пещеры, которая стала домом Ф'лара с тех пор, как Мнемент достиг зрелости. Всадник окинул жилище нетерпеливым взглядом, - вот и завершилась его первая длительная отлучка из Вейра. Огромная подземная полость была куда больше, чем главные залы холдов, которые ещё недавно показывал ему Фэкс. Те залы, впрочем, предназначались для людей, а не для драконов. Внезапно Ф'лар осознал, что его собственное жилище выглядит почти таким же запущенным, как Руат. Несомненно, Бенден - один из древнейших Вейров, так же, как и Руат, входящий в число самых древних холдов. Скольким драконам служила лежбищем эта пещера, пока твёрдый камень истирался в пыль огромными телами! На сколько футов опустился пол в коридоре к спальной комнате к примыкающей к ней купальне, где всегда струилась свежая вода (в скале находился тёплый источник)! Настенные драпировки уже выцвели и обтрепались, а на дверных косяках и на полу темнели жирные пятна. «Все это нетрудно привести в порядок», - подумал Ф'лар.
Остановившись на пороге спальной комнаты, Ф'лар взглянул на девушку и прочитал тревогу в её глазах.
- Я должен накормить Мнемента. Ты можешь купаться первой, - сказал он, роясь в сундуке в поисках какого-нибудь платья, оставленного прежними обитателями жилища и имеющего более приличный вид, нежели её лохмотья. Он аккуратно вынул и положил обратно в сундук белую шерстяную хламиду - традиционное одеяние для Запечатления. Она наденет её, когда наступит время. Всадник бросил к ногам девушки ворох одежд и мешочек с ароматным песком, указав на занавесь, прикрывавшую проход в купальню.
Покидая комнату, Ф'лар обернулся. Девушка неподвижно стояла возле кучи сваленных на пол одеяний, даже не пытаясь что-нибудь выбрать. Бронзовый передал ему, что Ф'нор кормит Канта, и что он, Мнемент, тоже голоден. «Она не доверяет Ф'лару, - продолжил Мнемент, - но драконов не опасается».
- С чего бы ей опасаться драконов? - спросил Ф'лар. - Ведь вы - дальняя родня стражу порога, который был её единственным другом. Мнемент высокомерно ответил всаднику, что он, бронзовый дракон в полном расцвете сил, не имеет никакого отношения к ничтожному, костлявому стражу с подрезанными крыльями, посаженному на цепь и выжившему из ума от старости.
- Тогда почему же вы оказали ему посмертные почести как дракону? - настаивал Ф'лар.
Мнемент ответил, что гибель существа столь преданного следовало отметить достойным образом. Даже голубой дракон не стал бы отрицать, что руатский страж порога сохранил вверенную ему тайну - хотя он, Мнемент, всячески пытался её выведать. Кроме того, зверь пожертвовал жизнью ради исправления ошибки, которая могла бы иметь самые страшные последствия, и, тем самым, возвысился до вершин мужества и самопожертвования, достойных дракона.
Ф'лар, довольный тем, что ему удалось подразнить бронзового, усмехнулся. Мнемент величественно описал круг и опустился на площадку для кормления.
Ф'лар спрыгнул, как только его бронзовый завис около Ф'нора. Резкий удар о землю вызвал боль в плече, и всадник подумал, что надо попросить девушку перевязать рану. Мнемент тем временем развернулся и налетел на ближайшего жирного самца из суетившейся на площадке стаи птиц.
- С часу на час может наступить Срок, - сказал Ф'нор, возбуждённо сверкая глазами и приветствуя брата улыбкой - узнавать новости и делиться ими было его слабостью.
Ф'лар молча кивнул. Они наблюдали, как коричневый Ф'нора хватает птицу. Кант стиснул сопротивляющуюся жертву когтистой лапой и, взлетев, уселся на свободный выступ скалы с намерением продолжить там свою трапезу.
Разделавшись с первой тушей, Мнемент промчался над стаей давно потерявших способность летать неповоротливых птиц. Выхватив очередную жертву, он устремился вверх. Ф'лар в восхищении следил за полётом дракона. Всадника приводили в восторг лёгкие взмахи громадных крыльев, игра солнечных бликов на бронзовом теле, сверкание блестящих когтей его друга. Ф'лар никогда не уставал любоваться Мнементом - грация и мощь дракона покоряли его.
- Лайтол был ошеломлён твоим предложением, - заметил Ф'нор, - и просил выразить тебе свою признательность и благодарность. Он превосходно справится с Руатом.
Появление двух голубых драконов привело стаю в неистовство. С испуганными криками птицы бросились врассыпную.
- Остальных отозвали, - продолжал Ф'нор, - Неморта уже охвачена оцепенением смерти… - Он резко махнул рукой и, наконец, выложил главную новость: - С'лел привёз двоих. Р'гул - пятерых! Говорят, смелые девушки - и хорошенькие!
Ф'лар не ответил. Для него это не было неожиданностью. Он знал, что С'лел и Р'гул привезут немало кандидаток. Пусть наберут хоть сотню, если им этого хочется. Но он, Ф'лар, бронзовый всадник, выбрал одну - ту, которая победит.
Обидевшись, что его новости не вызвали никакой реакции, Ф'нор встал:
- Нам надо было прихватить девушку из Крома… и ещё ту, хорошенькую…
- Хорошенькую? - передразнил его Ф'лар, - значит, хорошенькую? Такую, какой была когда-то Йора?
- К'нет и Т'бор везут претенденток с запада, а это кое-что значит, - не слушал брата, стоял на своём Ф'нор.
Их разговор был прерван оглушительным рёвом, - два возвращающихся Крыла снижались, образовав двойную спираль в яркой синеве неба. Мнемент резко поднял голову и издал мягкий мелодичный звук. Ф'лар позвал его, и бронзовый слетел вниз, не выразив недовольства тем, что его оторвали от еды - хотя съел он совсем немного. Это обрадовало Ф'лара. Дружески махнув рукой брату, он встал на вытянутую лапу Мнемента, и они поднялись на свой карниз.
Шагая по короткому коридору, Мнемент рассеянно высвистывал что-то. В пещере зверь растянулся в углублении каменного пола, служившем ему ложем, удобно положил на выступ свою длинную голову и замер. Ф'лар устроился рядом. Дракон поглядывал на своего друга огромным глазом, многочисленные фасеты которого мерцали и переливались. Ф'лар принялся ласково почёсывать надбровья Мнемента, и тот стал потихоньку засыпать. Взгляд дракона мог напугать кого угодно, но только не всадника. Для Ф'лара минуты, проведённые вдвоём с Мнементом, были самыми счастливыми за день. Двадцать Оборотов назад Мнемент, пробившись сквозь скорлупу, спотыкаясь, с трудом пересёк площадку рождений и, покачиваясь на слабых ногах, встал перед мальчиком Ф'ларом. В мире не существовало большей чести для человека, чем доверие и дружба этих крылатых чудовищ. И преданность, которую дракон дарил избраннику, единственному среди всех людей, была непоколебимой и полной с момента Запечатления. Сытый и довольный, Мнемент засыпал. Громадные глаза его постепенно закрылись веками, только кончик хвоста продолжал слегка подрагивать - верный признак того, что в случае тревоги дракон мгновенно пробудится.

Глава 7

Во имя Яйца Золотого Фарант
И пламени, жгущего Нити,
Рои многоцветные в недрах горы
С любовной заботой растите.
Из всадников юных растите мужей
Бесстрашных и верных законам -
Пусть сотнями в небо взмывают они
На сильных и ловких драконах.

Лесса оставалась на месте, пока не затих вдали звук шагов всадника. Убедившись, что рядом никого нет, она быстро пересекла большую пещеру. Её чуткое ухо уловило отдаленый скрежет когтей по камню и шелест могучих крыльев. Девушка выбежала по широкому короткому коридору на карниз и огляделась вокруг. Перед ней простирались каменные стены Вейра Бенден; они окружали лишённую растительности овальную площадку, на которую опускался бронзовый дракон. Конечно, как каждый из пернитов, Лесса много слышала о Вейрах; но одно дело - слышать, и совсем другое - находиться в одном из них. Она посмотрела вниз, потом - вверх и вокруг себя - со всех сторон, насколько хватало глаз, простирались каменные склоны; было ясно, что покинуть карниз можно только на крыльях дракона. Ниже и выше выступа скалы, на котором она стояла, зияли отверстия ближайших пещер. Итак, здесь она в полной изоляции.
«Ты станешь Госпожой Вейра», - сказал всадник. Его женщиной? В Вейре, которым владеет он? Не это ли Ф'лар имел в виду? Нет, от дракона Лесса получила совсем иное представление… неожиданно девушка подумала о том, насколько необычна ситуация, в которую она попала. Как странно… она понимала дракона… Разве обычные люди способны на это? Или, действительно, в её жилах течёт кровь всадников? Во всяком случае, Мнемент намекал на что-то значительное, какое-то особое звание. Она должна состоять при королеве драконов - той, что ещё не вылупилась на свет… Но почему именно она? Лесса смутно припоминала, что, отправляясь в Поиск, всадники высматривают особенных женщин. Да, особенных! И в таком случае она - одна из кандидаток. Но бронзовый всадник предложил ей это звание, словно она - и только она одна - имела на него право. «Он просто самонадеян, - решила Лесса, - хотя и не до такой степени, как Фэкс.»
Она видела, как бронзовый дракон ринулся вниз, видела, как он схватил свою жертву и, взмыв над метавшимися в ужасе птицами, уселся на дальнем выступе скалы для трапезы. Инстинктивно Лесса отпрянула назад, в темноту кажущегося безопасным коридора.
Вид дракона, терзающего жертву, разбудил в её памяти множество страшных историй. Историй, над которыми она раньше насмехалась… Но теперь… Правда ли, что прежде драконы охотились на людей? Прежде… Пожалуй, не стоит размышлять на эту тему. Род драконов не более жесток, чем человеческий. Если когда-нибудь так и было, то драконы, скорее всего, действовали из животной потребности, чем из зверской жадности.
В полной уверенности, что всадник вернётся не скоро, Лесса прошла через большую пешеру в спальную комнату, сгребла одежду и, подняв мешочек с песком, направилась в купальню. Каменный пол небольшим уступом врезался в неправильный круг бассейна. В неярком приглушённом свете можно было различить скамейку, рядом с ней - полку для сухого белья, у самого края - дно бассейна, песчаное, неглубокое, чтобы можно было стоять. Дальше дно понижалось, бассейн становился глубже, и у каменной противоположной стены вода была совсем тёмной.
Стать чистой! Стать совершенно чистой - и впредь оставаться такой! Торопливо сорвав и отбросив в сторону остатки лохмотьев, она набрала полную пригоршню душистого, мелкого, как пыль, песка и, наклонившись к воде, смочила его.
Сухая, невесомая пыль превратилась в мягкий ароматный ил. Потерев ладони и покрытое синяками лицо, она зачерпнула ещё, и принялась отмывать руки и ноги, плечи и грудь. Лесса скребла тело до тех пор, пока полузажившие порезы и ссадины не засочились кровью. Тогда она рывком вошла, почти прыгнула в бассейн. Вспенившийся в тёплой воде ил защипал раны. Лесса окунулась и принялась отмывать волосы. Она втирала в кожу головы ароматный ил и смывала его - до тех пор, пока, как много Оборотов назад, не вернулось ощущение чистоты. Длинные пряди, путаясь, плыли к краю бассейна, и исчезали в темноте под скалой. Девушка с радостью отметила, что вода - проточная, - на смену мутной и грязной все время поступает свежая. Лесса снова принялась за тело. Теперь нужно отскрести многолетнюю въевшуюся грязь. Это купание было сродни некоему ритуалу: она смывала не только грязь, покрывавшую тело. Стать чистой! Освободиться от грязи, десять Оборотов мучившей её!
Блаженство охватило Лессу… Она в третий раз вымазала волосы илом, сполоснула их и неохотно выбралась из бассейна.
Покопавшись в груде одежды и вытащив понравившийся плащ, девушка встряхнула его и приложила к плечам. Темно-зелёная ткань оказалась мягкой, ворс слегка цеплялся за огрубевшую кожу пальцев. Лесса через голову натянула это одеяние, оказавшееся слишком широким, так что пришлось перехватить его поясом. Прикосновение мягкой ткани к обнажённой коже было непривычным и приятным, Лесса даже ощутила дрожь от удовольствия, затем потянулась, выгибая спину, улыбнулась, взяла свежее полотенце и занялась волосами.
Неожиданно раздался какой-то приглушённый звук. Лесса замерла с поднятыми руками и прислушалась. Да, снаружи доносились шорох и негромкий свист. Должно быть, вернулся всадник со своим бронзовым зверем. "Как не вовремя! - Она с досадой поморщилась и принялась ещё сильнее тереть волосы полотенцем. Затем, погрузив пальцы в полусухую массу волос и безуспешно пытаясь разделить её на пряди, Лесса в раздражении повернулась к полкам. Порывшись там, она обнаружила металлический гребень с крупными зубьями и вновь накинулась на непокорные волосы. Безжалостно раздирая спутанные пряди, постанывая от боли и нетерпения, она, наконец, справилась со своей причёской. Высохнув, волосы словно обрели собственную жизнь. Они потрескивали под ладонями, прилипали к лицу, гребню, платью; было почти невозможно справиться с этой шелковистой массой, которая, к тому же оказалась гораздо длинней, чем могла предположить их обладательница. Теперь расчёсанные и чистые волосы спадали до талии.
Лесса снова замерла и прислушалась: тишина, ни одного звука. Девушка осторожно отодвинула занавес и заглянула в спальню. Пусто. Лесса сосредоточилась и уловила медленный, ленивый ток мыслей гигантского зверя. Что ж, лучше встретиться с этим человеком в присутствии дремлющего дракона, чем в спальной комнате. Она решительно двинулась вперёд и, проходя мимо полированного куска металла, висевшего на стене, уголком глаза заметила, как в нем мелькнула фигура какой-то совершенно незнакомой женщины.
Поражённая, Лесса остановилась и с недоверчивым изумлением оглядела отражающееся в металле лицо.
И лишь когда отражение повторило её жест - поднесённые к щекам дрожащие пальцы - девушке стало ясно, что она видит себя.
Лесса поняла, что она красивее, чем леди Тела или дочь портного! Правда, слишком худая… Её ладони непроизвольно опустились к шее, скользнули по выступающим ключицам к груди, пропорции которой не соответствовали её худощавому телу. «Платье слишком просторно», - отметила Лесса с внезапно возникшим незнакомым ей прежде самолюбованием. А волосы… настоящий ореол, лучистая корона… Нет, они не желают лежать послушно… Торопясь, она пригладила их, машинально перебросив вперёд несколько прядей - так, чтобы они закрывали лицо. Затем, опомнившись, раздражённо отбросила их на плечи - в Вейре ей не нужно маскироваться!
Слабые звуки - скрип сапог, шорох шагов - вернули её к реальности. Лесса замерла, ожидая появления всадника. Неожиданно в ней проснулась робость. Теперь, когда лицо её было открыто миру, волосы струились по плечам и спине, а линии точёной фигуры подчёркивались мягкой тканью платья, она как бы лишилась привычной защиты и, следовательно, стала более уязвимой.
Подавив желание убежать и спрятаться. Лесса ещё раз взглянула на своё отражение в зеркале, окончательно утвердилась в своей привлекательности и вскинула голову; от этого движения, потрескивая и шурша, её волосы взметнулись вверх. Она - Лесса Руатская, наследница старинного и благородного рода. Ей больше не надо скрываться, хитрить, контролировать каждый свой шаг.. Теперь она может смело смотреть в лицо миру.. и этому всаднику.
Девушка решительно пересекла комнату и отбросила занавес, закрывавший вход в большую пещеру.
Ф'лар сидел возле головы дракона и с трогательной нежностью почёсывал зверю надбровья. Эта картина совершенно не соответствовала её представлению о всадниках.
Лесса, конечно, знала о нерушимых узах, связывающих всадников с их драконами, но лишь теперь поняла, что в основе этой связи лежит любовь. Девушку поразило, что сдержанный, холодный человек, доставивший её сюда, способен на такое чувство. Там, во дворе Руата, возле старого стража всадник вёл себя весьма бесцеремонно. И неудивительно, что бедный зверь заподозрил в нем обидчика. «Драконы - и те проявили больше терпимости», - подумала она, невольно шмыгнув носом.
Словно не желая расставаться с бронзовым зверем, всадник медленно обернулся. Заметив девушку, он приподнялся. В глазах его мелькнуло удивление - по-видимому, перемена в её внешности поразила его. Быстрыми, лёгкими шагами он приблизился к Лессе, осторожно взял её под локоть и увёл в спальное помещение.
- Мнемент мало ел, для отдыха ему нужна тишина, - сказал Ф'лар приглушённым голосом, словно не существовало ничего важнее покоя дракона. Он поправил тяжёлый занавес, закрывавший проход в пещеру.
Затем всадник молча отодвинул девушку на расстояние вытянутой руки и бесцеремонно осмотрел её с головы до пят. На его лице отражалось удивление, смешанное с любопытством.
- Ты стала красавицей, да, почти красавицей, - признал он с таким изумлением и, одновременно, снисхождением, что Лесса, обиженная, резко отпрянула от него. Всадник негромко рассмеялся: - Кто бы мог догадаться, что за клад скрывается под грязью и сажей… десяти Оборотов, не так ли? Ты, несомненно, достаточно красива, чтобы успокоить на сей счёт Ф'нора.
Возмущённая такой дерзостью, она ледяным тоном осведомилась:
- А что, Ф'нора непременно нужно успокаивать?
Всадник улыбнулся, и Лесса, с трудом удерживаясь, чтобы не броситься на него с кулаками, в гневе сцепила руки. Наконец Ф'лар встал.
- Забудем о Ф'норе. Сначала надо поесть. Но перед этим мне потребуются от тебя кое-какие услуги - - Он шагнул к ней, - Лесса протестующе вскрикнула. Ф'лар резко обернулся, и лицо его исказилось от боли - слишком поспешное движение потревожило рану в плече. Всадник криво усмехнулся: - Почему бы тебе не промыть раны, честно заработанные в битве за твои интересы?
Отодвинув часть настенной драпировки, он крикнул в темнеющее отверстие:
- Еду на двоих!
Голос заметался в глубоком колодце, и Лесса услышала, как далеко внизу откликнулось эхо.
- Неморта коченеет, - продолжал он, доставая что-то с полок, спрятанных за драпировками, - и, значит, исполнения Срока не придётся долго ждать.
При упоминании о Сроке Лесса похолодела. Даже от самого мягкого описания этого эпизода в преданиях о драконах стыла кровь - девушка брала предметы сервировки, подаваемые ей всадником, уже в состоянии какого-то оцепенения…
- Что? Испугалась? - Ф'лар опустил драпировку и принялся стягивать изорванную, окровавленную рубаху.
Тряхнув головой, Лесса посмотрела на его спину. Мускулистый торс всадника и его широкие плечи были испещрены царапинами и шрамами.
Из раны на плече сочилась кровь: очевидно, Ф'лар неосторожно задел её, когда стаскивал одежду.
- Мне понадобится вода. - Лесса взяла подходящую неглубокую миску и отправилась к бассейну, не переставая удивляться, как это она согласилась уехать из Руата.
Пусть холд полностью разорён, но он все же - её родное гнездо, где знаком каждый уголок от главной башни до самого глубокого подвала. В тот момент, когда Фэкс умер и всадник хитро подкинул ей идею насчёт Вейра, она чувствовала себя способной на многое. А что она может сделать теперь? В лучшем случае не расплескать воду из миски, которая почему-то задрожала в руках.
Лесса попыталась сосредоточиться на ране - ужасном порезе, особенно глубоком в том месте, где острие вошло в тело. Во время схватки нож Фэкса скользнул вниз, и там порез был не так глубок. Промывая рану, девушка чувствовала под пальцами мускулистое тело всадника, и это ей даже нравилось. Удивительно, но запах его тела - запах пота, мускуса, кожи не внушал ей отвращения.
Когда Лесса удаляла сгустки запёкшейся крови, всадник, должно быть, испытывал сильную боль, но его лицо оставалось