понадобится много молодых мужчин для обряда Запечатления. Осмотрите южные холды - Исту, Нерат, Форт и Южный Болл - у жителей этих мест зрелость наступает раньше. Вы можете поговорить с мальчиками под предлогом проверки работ по очистке холдов от растительности. Возьмите с собой огненного камня и сделайте пару заходов над теми возвышенностями, что не были очищены вовремя. Огнедышащие звери производят впечатление на мальчишек.
Ф'лар бросил взгляд на Р'гула, пытаясь уловить реакцию бывшего Предводителя. Р'гул был категорически против поисков кандидатов во всадники за пределами Вейра. Он утверждал, что вполне достаточно восемнадцати мальчиков, подрастающих в Нижних Пещерах. Правда, некоторые были ещё слишком юны для Запечатления, но Р'гул не допускал мысли, что Рамота отложит больше дюжины яиц - кладка Неморты никогда не превышала дюжину. И потом Р'гул всегда стремился избегать любых действий, способных вызвать раздражение лордов. Но сейчас он ничего не ответил, и Ф'лар продолжил:
- К'нет, лети к карьерам. Я хочу, чтобы ты проверил каждый склад огненного камня и выяснил размеры наших запасов. Р'гул, ты продолжай обучать молодёжь ориентированию. Все должны чётко усвоить, где находятся контрольные пункты. Если им выпадет быть посыльными или поставщиками припасов, придётся действовать быстро и уверенно - времени на вопросы не будет.
- Ф'нор, Т'сам, - повернулся Ф'лар к своим коричневым всадникам, - сегодня вам придётся иметь дело с грязью. - Увидев их смятение, он усмехнулся. - Проведайте Вейр Иста. Расчистите пещеру молодняка и несколько пригодных для жилья вейров, чтобы там можно было разместить при надобности два Крыла. Ф'нор, не пропускай ни одной летописи. Их нужно сохранить.
- Все, всадники. - Ф'лар поднялся и широкими шагами покинул комнату Совета.
Рамота ещё спала, её шкура сияла, отливая то ярким золотом, то тёмной бронзой. Верный признак того, что она ждёт потомство. Когда всадник проходил мимо, кончик длинного хвоста королевы слегка шевельнулся.
Все драконы в такое время испытывают беспокойство, припомнил Ф'лар. Но когда он однажды попробовал расспросить об этом Мнемента, бронзовый не смог объяснить причины: он вдруг просыпается, потом снова засыпает… вот и все. Ф'лар не стал больше проявлять любопытство. Ему пришлось удовольствоваться тем неясным соображением, что тревога зверей - реакция инстинктивная, а потому трудно объяснимая. Лессы в спальне не было. В комнате с бассейном также царила тишина. Ф'лар прислушался, не раздастся ли плеск воды, и насмешливо фыркнул. Эта девушка моется так часто, словно хочет смыть свою кожу. Конечно, в Руате, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, ей приходилось жить в грязи. Но здесь… Купаться дважды в день! «Может быть эта подчёркнутая страсть к чистоте - некий обидный намёк, адресованный лично мне, - неожиданно подумалось Ф'лару, - тайное оскорбление - вполне в стиле Лессы.»
Всадник вздохнул. Лесса… Когда же сердце девушки обратится к нему? Сможет ли он коснуться его невидимых скрытых струн? Она теплее относится к его брату Ф'нору и К'нету, самому молодому из бронзовых всадников… она улыбается им чаще, чем Ф'лару, с которым разделяла постель. Он раздражённо оглядел комнату. Куда же запропастилась Лесса, причём, именно в тот момент, когда он, отправив все Крылья на патрулирование, собрался учить её полётам в Промежутке?
Рамота скоро отяжелеет для таких дел. Но он пообещал Лессе научить её и собирался выполнить своё обещание. Последнее время она стала носить кожаную одежду всадника… наверняка, чтобы напомнить ему об обещании. По некоторым её замечаниям Ф'лар понял, что девушка не станет долго ждать его помощи. Ему совсем не хотелось, чтобы она самостоятельно ринулась в Промежуток без всякой подготовки. Предводитель снова пересёк королевский вейр и заглянул в коридор, ведущий в зал, где хранились летописи. Лессу довольно часто можно было застать там, склонившуюся над заплесневелыми пергаментами. Листы древних записей были ветхими, строчки неразборчивыми и вообще - пришла пора подумать о том, чтобы как-то восстановить их… Но что любопытно - ранние летописи находились в лучшем состоянии, нежели поздние… ещё одно забытое искусство древности.
Однако, где же она? Ф'лар характерным жестом, выдававшим его раздражение или озабоченность, отбросил со лба густую прядь волос. В коридоре было темно - значит, в зале летописей никого нет.
«Мнемент, - беззвучно позвал он бронзового, который наслаждался теплом солнечных лучей на карнизе королевского вейра, - чем занята девушка?»
«Лесса, - передал дракон с подчёркнутой учтивостью выделяя имя Госпожи Вейра, - сказала, что отправилась побеседовать с Манорой. - И добавил после небольшой паузы: - Была одета для полёта.»
Ф'лар столь же преувеличенно учтиво поблагодарил дракона и торопливо двинулся по коридорам в Нижние Пещеры. За последним поворотом он налетел на Лессу и чуть не сбил её с ног. «Ты же не спрашивал, где она», - жалобно излучил Мнемент в ответ на чертыхания Ф'лара Не давая всаднику опомниться, Лесса недовольно сжала губы и сердито сверкнула глазами.
- Почему мне не дали взглянуть на Алую Звезду сквозь Глаз-камень? Ф'лар поправил волосы. Столкнуться с Лессой, когда она так раздражена… это завершало список утренних испытаний.
- Слишком многие хотели посмотреть… всем не разместиться на скале, - пробормотал Предводитель, решив, что сегодня ей не удастся вывести его из равновесия. - А ты… ты и так все знаешь.
- И все же, мне хотелось бы взглянуть, - сухо сказала она и обошла Ф'лара, направляясь в сторону вейра, - конечно, если я имею на это право - как Госпожа Вейра и его летописец.
Всадник схватил девушку за руку и почувствовал, как напряглось её тело. Стиснув зубы, Ф'лар в сотый раз после брачного полёта Рамоты пожалел, что Лесса до встречи с ним была девственницей. Тогда ему и в голову не пришло сдержать свой темперамент, подогретый брачными играми драконов, и первый женский опыт Лессы оказался пугающе бурным… Откровенно говоря, не будь все произошедшее связано с Рамотой и Мнементом, он назвал бы это просто насилием. Ф'лара удивило, что он оказался первым - ведь всю свою юность Лесса прислуживала похотливым управляющим и воякам Фэкса. Видимо, никто не смог проникнуть под завесу лохмотьев и слой грязи, за которыми она так ловко маскировалась.
С тех пор Ф'лар стал гораздо предупредительнее, внимательнее к ней. Он знал, что однажды, так или иначе, его старания будут вознаграждены. Он не был новичком в искусстве любви - и это вселяло в его сердце надежду на ответное чувство.
Глубоко вздохнув, Ф'лар подавил гнев и отпустил её руку.
- Как удачно, что ты надела костюм для полётов, - сказал он. - Когда Крылья отправятся на патрулирование и проснётся Рамота, я собирался научить тебя полётам в Промежутке.
Наградой Ф'лару было восхищённое сияние её глаз, заметное даже в полутьме коридора. Он услышал взволнованное дыхание девушки.
- Больше откладывать нельзя - скоро Рамота окажется не способной к полёту, - дружелюбно продолжил Ф'лар.
- Ты серьёзно? - в тихом голосе Лессы не было обычных язвительных ноток. - Ты начнёшь учить меня прямо сегодня?
Ему захотелось увидеть её лицо, увидеть сейчас же. Ф'лар знал, что Лесса может быть ласковой и нежной. Он многим пожертвовал бы, чтобы эти её чувства были обращены к нему. «Однако, - усмехнулся он про себя, - надо радоваться и тому, что её нежность направлена пока только на Рамоту, а не на другого мужчину.»
- Да, дорогая моя Госпожа, я говорю серьёзно. Сегодня я научу тебя летать в Промежутке. Хотя бы затем, - бронзовый всадник церемонно поклонился, - чтобы ты не попыталась научиться самостоятельно.
Услышав её негромкий смешок, Ф'лар облегчённо вздохнул - шутка не вызвала раздражения.
- Но сейчас, - сказал он, жестом приглашая её первой проследовать в вейр, - я бы немного поел. Мы встали раньше, чем женщины на кухне. Однако, когда они вошли в хорошо освещённую пещеру Рамоты, Ф'лар поймал взгляд девушки, искоса брошенный на него, и понял, что так легко она не простит ему утреннюю оплошность. Даже полет в Промежутке не искупит этой вины. «Как тут все изменилось, - подумал Ф'лар, оглядывая комнату, в то время как Лесса, открыв дверцу шахты, приказывала подать еду. - Когда Йора была Госпожой Вейра, спальню заполнял разный хлам, грязная одежда, немытая посуда. В том, что Вейр пришёл в упадок, она виновата не меньше Р'гула. Косвенно Йора поощряла праздность, обжорство и лень.»
Если бы он, Ф'лар, в то время, когда погиб Ф'лон, его отец, был хоть на несколько лет старше… Йора казалась ему омерзительной, но когда драконы поднимаются в брачном полёте, привлекательность партнёра почти не имеет значения… Лесса вытащила из шахты подъёмника поднос с хлебом, сыром и кружками кла. Проворно двигаясь вокруг стола, она ухаживала за гостем.
- Ты тоже не ела? - спросил Ф'лар.
Лесса энергично замотала головой - тяжёлая коса, в которую она заплела свои густые волосы, метнулась по плечам. Девушка как будто специально выбрала такую, слишком строгую причёску, чтобы скрыть свою женственность. В который уже раз Ф'лар изумился, как могло это хрупкое, нежное создание заключать в себе столько силы… А сколько ума и решительности! Да и коварства! «Да, коварства - вот верное слово! В отличие от других, я хотя бы знаю, на что она способна», - подумал Ф'лар.
- Манора позвала меня, чтобы засвидетельствовать рождение ребёнка Килары.
Ф'лар сохранял выражение вежливого интереса. Всадник прекрасно знал о подозрениях Лессы, считавшей его отцом ребёнка, И хотя вероятность этого была невелика, так действительно могло случиться. Килара попала в Вейр три Оборота тому назад, одновременно с Лессой. Как и многие прошедшие обряд Запечатления, Килара решила, что некоторые стороны жизни Вейра весьма соответствуют её темпераменту. Она переходила из вейра в вейр, от одного всадника к другому. Она соблазнила даже Ф'лара - хотя, если говорить начистоту, он не слишком сопротивлялся. Но став Предводителем Вейра, Ф'лар счёл благоразумным не продолжать эту связь. Наконец, она попала к Т'бору, который держал её у себя, пока заметная беременность Килары не заставила его отправить женщину в Нижние Пещеры. Помимо любвеобильности - не меньшей, чем у зеленого дракона - Килара была сообразительна и честолюбива. Из неё вышла бы хорошая Госпожа Вейра, и Ф'лар просил Лессу и Манору заронить эту мысль в голову женщины. В качестве Госпожи Вейра… другого Вейра… она могла бы использовать свой ум и силы на благо Перна. Килара заметно побаивалась Лессу и, как подозревал Ф'лар, не без повода со стороны последней. Но в данном случае её вмешательство было полезным.
- Чудесный мальчик, - заметила Лесса.
Ф'лар продолжал спокойно потягивать кла. Ей не удастся навязать ему ответственность за это дитя.
После долгой паузы Лесса добавила:
- Она назвала его Т'кил.
Ф'лар сдержал улыбку. На этот раз уколы Лессы не достигали цели.
- Очень благоразумно с её стороны.
- Неужели?
- Да, - вежливо подтвердил Ф'лар.
Имя Т'лар могло бы внести изрядную путаницу. Килара поступила согласно традиции, взяв вторую половину из своего имени. К тому же, имя Т'кил в равной степени указывало и на предполагаемого отца.
- Пока шёл Совет, - сказала Лесса, - мы с Манорой проверили запасы провизии. Убогое зрелище. Но караваны с десятиной, которую лорды так любезно нам выслали, - голос её стал резким, - появятся уже через неделю. Скоро у нас будет хлеб, пригодный для еды, - добавила она, положив ломтик сыра на кусок сухого серого хлеба.
- Превосходно, - согласился Ф'лар.
Лесса немного помолчала.
- Алая Звезда появилась в положенный срок? И там, где предсказывают летописи?
Ф'лар кивнул.
- Значит, сомнения Р'гула растаяли под её сиянием?
- Отнюдь, - улыбнулся Ф'лар, не обращая внимания на её сарказм. - Отнюдь. Но теперь его возражения не будут такими громогласными.
Лесса с трудом прожевала хлеб и покачала головой.
- Тебе следовало бы полностью пресечь их, - безжалостно заявила она и вспорола ножом воздух. - Он никогда добровольно не признает твою власть.
- Нам нужен каждый бронзовый всадник… ведь их только семь, ты же знаешь, - напомнил Ф'лар. - Кроме того, Р'гул хороший командир Крыла.
Когда начнут падать Нити, он угомонится. Они рассеют его сомнения. - А Алая Звезда в отверстии Глаз-камня - разве не доказательство? - Глаза Лессы расширились.
Втайне Ф'лар был согласен с ней: разумнее отстранить сварливого упрямца от всех дел, касающихся обороны. Но жертвовать командиром Крыла он не мог: в неясном и страстном будущем каждый всадник и каждый дракон могли оказаться незаменимыми.
- Я не доверяю ему, - мрачно произнесла Лесса. Она отхлебнула тёплого кла, её серые глаза слегка затуманились.
«А мне ты доверяешь?» - подумал Ф'лар.
Да, она и ему верила только до определённого предела, Она ясно давала это понять и, говоря откровенно, Ф'лар не мог её винить. Она признавала, что все его усилия направлены на безопасность и сохранение драконов и людей Вейра, а, следовательно, на безопасность и сохранение всего Перна. Но чтобы действовать эффективно, он нуждался в её поддержке - полной, безоговорочной. Да, она научилась подавлять своё раздражение. На Советах, где обсуждались дела Вейра, она поддерживала Ф'лара искренне и убедительно. Однако он сам всегда искал скрытый смысл в её словах и видел затаившуюся в глазах подозрительность. Пока дела обстояли именно так. Она проявляет терпимость, не более, - а он хотел бы добиться от неё искреннего сопереживания.
- Скажи мне, - после долгой паузы произнесла Лесса, - солнце коснулось Каменного Пальца до того, как Алая Звезда появилась в отверстии Глаз-камня, или после?
- По правде говоря, я не знаю. я сам не видел… Совмещение длится лишь несколько мгновений.. Но хроники сообщают, что оба события должны происходить одновременно.
Лесса нахмурилась.
- Чем же ты занимался в это время? Р'гулом? - Она явно рассердилась. Ф'лар тяжело вздохнул. Поистине, эта женщина несносна.
- Я - Предводитель Вейра, - сухо напомнил он.
Лесса удостоила его долгим тяжёлым взглядом и, вернувшись к трапезе, склонилась над тарелкой. Ела она очень мало, аккуратно и быстро. Того, чем она довольствовалась в течение дня, вряд ли бы хватило на обед больному ребёнку. Если сравнить с Йорой… Но просто невозможно сравнивать Лессу с Йорой.
Ф'лар закончил завтрак и рассеянно поставил кружку на пустой поднос. Лесса молча поднялась и убрала со стола.
- Как только Крылья покинут Вейр, мы приступим и обучению, - сказал Ф'лар.
- Да, ты уже говорил. - Она кивнула в сторону спящей королевы, чьё золотистое тело виднелось под аркой сводчатого прохода. - Но нам все равно нужно подождать, пока проснётся Рамота.
- Ждать осталось недолго. Она уже целый час шевелит хвостом.
- Да… как обычно в это время.
Перегнувшись через стол и задумчиво сдвинув брови, Ф'лар наблюдал, как золотистый кончик хвоста королевы дёргается из стороны в сторону. - Мнемент просыпается так же. Беспокоится под утро, словно начало дня связано для него с чем-то неприятным…
- С восходом Алой Звезды, - вскользь бросила Лесса.
Что-то изменилось в тоне девушки, и Ф'лар быстро поднял взгляд. Теперь на лице её нельзя было заметить и следа раздражения из-за пропущенного утром зрелища. Глаза Лессы уставились куда-то в пустоту, лоб прорезали морщинки тревоги, губы плотно сжались.
- На рассвете… да, на рассвете сны предостерегают нас… - пробормотала она.
- О чем ты? - спросил Ф'лар удивлённо.
- Это случилось утром… за несколько дней до того, как ты и Фэкс нагрянули в Руат… Что-то разбудило меня… что-то очень тревожное… оно создавало ощущение близкой беды.. - Лесса помолчала. - Алая Звезда только что взошла на северо-востоке. - Она прижала руки к груди; внезапно тело её передёрнулось. Девушка подняла взгляд на Ф'лара. - Вы с Фэксом тоже пришли с северо-востока, из Крома, - резко сказала она. - Да, все так и было. - Он улыбнулся ей, живо представляя то утро. - Разве я оказал тебе плохую услугу? - добавил он и, как бы подчёркивая свои слова, широким жестом обвёл огромную пещеру. - Но ты, кажется, вспоминаешь об этом без особой радости?
Лесса смерила всадника холодным непроницаемым взглядом.
- Опасность приходит под разными масками.
- Согласен, - дружелюбно ответил Ф'лар, полный решимости не поддаваться и сохранять самообладание. - У тебя бывали ещё такие внезапные пробуждения? - небрежно спросил он.
Мёртвая тишина воцарилась в комнате. Удивлённый, он взглянул на Лессу. Лицо её было мертвенно-бледным.
- В тот день, когда Фэкс напал на холд Руат… - прошептала она едва слышно. Глаза девушки были широко открыты и неподвижны, пальцы с побелевшими костяшками вцепились в край стола. Она молчала так долго, что Ф'лар уже начал беспокоиться.
- Расскажи, - мягко попросил он.
Она заговорила - невыразительным, бесстрастным голосом, словно читала одну из обязательных баллад или рассказывала историю, произошедшую совсем с другим человеком.
- Я была ребёнком… мне было одиннадцать… всего одиннадцать Оборотов… Я проснулась на рассвете…
Голос её затих. Глаза по-прежнему смотрели куда-то в пространство, словно где-то там повторялись давным-давно случившиеся события. Страстное желание утешить Лессу охватило Ф'лара. Внезапно он понял, какой неизбывный ужас носит она в своём сердце. Его поразило, что он раньше не подумал об этом.
Мнемент сообщил ему, что Лесса очень обеспокоена. «Не хватает только, чтобы её душевные страдания пробудили Рамоту», - укоризненно добавил бронзовый. Потом тон его послания изменился. Он передал, что Р'гул вместе со своими юными учениками наконец-то вылетел, - но в таком настроении, что Хат, его дракон, совершенно сбит с толку… «Неужели тебе так необходимо будоражить всех и каждого в этом Вейре?» - Помолчи, - тихо бросил Ф'лар.
- Что? - спросила Лесса. Голос её был уже нормальным.
- Я не тебе, дорогая моя Госпожа, - заверил он, ласково улыбаясь и стараясь показать, что не заметил её странного оцепенения. - Последнее время Мнемент слишком часто лезет с советами.
- Каков всадник, таков и дракон, - съязвила она.
Рамота гулко зевнула. Лесса вскочила и бросилась к ней. Стройная, изящная фигурка девушки застыла перед громадной головой зверя. И пока Лесса смотрела в сияющие, переливчатые глаза Рамоты, лицо её понемногу прояснялось. Ф'лар скрипнул зубами. Он завидовал… Он готов был поклясться Золотым Яйцом, что завидовал дракону, которому доставалась вся эта любовь!
В его сознании возник прерывистый гул: Мнемент смеялся.
- Она голодна, - сообщила Лесса Ф'лару. Мягкая линия рта и сияние серых глаз ещё хранили отголосок нежности, вызванной пробуждением её королевы.
- Она всегда голодна, - заметил Ф'лар и поплёлся за ними к выходу из вейра.
Мнемент галантно парил над самым карнизом, ожидая, когда взлетит Рамота. Она скользнула вниз в огромную чашу Бендена, промчалась над окутанным туманом озером и приземлилась у площадки для кормления на противоположном конце вытянутого овала, образующего дно Вейра. В испещрённых бороздами стенах темнели отверстия туннелей, ведущих в вейры. Карнизы перед ними были пусты. Прежде, в это время дня, на них всегда сидело несколько драконов, гревшихся в лучах зимнего солнца. Ф'лар оседлал гладкую бронзовую шею Мнемента и, любуясь полётом королевы, с надеждой подумал о потомстве, зреющем в её чреве. Он верил, что первая же кладка Рамоты затмит воспоминания о жалкой дюжине яиц, которые обычно откладывала Неморта.
Бронзовый самодовольно поддакнул ему, и они оба одновременно посмотрели на молодую королеву. Она была вдвое больше Неморты, с крыльями раза в полтора длиннее, чем у Мнемента - самого крупного из семи бронзовых самцов. Ф'лар рассчитывал на потомство Рамоты, надеясь заселить пять пустующих Вейров. И вообще Ф'лар верил, что вместе с Лессой они смогут восстановить гордость и славу Племени Дракона, а значит, и всего Перна. Лишь бы хватило времени. Алая Звезда сверкнула в отверстии Глаз-камня. Скоро начнут падать Нити… Когда именно, Ф'лар не знал. Может быть, в летописях одного из заброшенных Вейров он найдёт ответ. Мнемент приземлился. Ф'лар спрыгнул с бронзового и встал рядом с Лессой. Все трое смотрели, как Рамота, ухватив передними лапами пару крупных птиц, поднималась к ближайшему карнизу.
- Неужели она всегда будет столько есть? - спросила Лесса с тревогой и нежностью в голосе. Раньше Рамота ела, чтобы расти. Теперь же, достигнув полной зрелости, она продолжала есть ради своего потомства и занималась этим весьма добросовестно.
Ф'лар рассмеялся и присел на корточки. Подобрав несколько драконьих чешуй, он стал швырять их вдоль гладкой поверхности площадки, по-мальчишески считая клубы взбиваемой пыли.
- Придёт время, когда она перестанет есть все, что попадается на глаза, - заверил он Лессу. - Но она ещё слишком молода…
- И должна набираться сил, - закончила Лесса, подражая менторскому тону Р'гула.
Ф'лар взглянул на неё снизу вверх, щурясь от лучей зимнего солнца, повисшего над краем чаши.
- Она уже выросла и выглядит превосходно. Особенно в сравнении с Немортой. Впрочем, какое тут может быть сравнение. - Он презрительно фыркнул. - Однако перейдём к делу. Смотри-ка сюда.
Ф'лар показал пальцем на полосу разглаженного песка, и Лесса увидела, что его игра с чешуйками не была праздным занятием. Перед ней возник план, который всадник быстро дополнил несколькими линиями и камешками.
- Чтобы дракон мог лететь в Промежутке, он должен знать, куда ему лететь. И ты, кстати, тоже. - Ф'лар усмехнулся, заметив, как сердито блеснули её глаза. - Да, последствия прыжка наобум могут оказаться трагическими. Если всадник плохо представляет себе опорные точки, то может застрять в Промежутке вместе с драконом. Эти точки - или ориентиры - изучают все юноши. Посмотри, - он показал на свой чертёж, затем в сторону пика Бенден, - вот первая точка - Звёздная Скала и рядом с ней - Каменный Палец. Когда мы взлетим, ты поднимешься к Звёздной Скале - так, чтобы увидеть отверстие в Глаз-камне. Пусть эта картина навсегда сохранится в твоей памяти. Передай её Рамоте - и она всегда приведёт тебя домой.
- Понятно, - кивнула девушка. - Но как я получу представление о местах, которые никогда не видела?
Ф'лар улыбнулся.
- Будем тебя учить. Сначала твой учитель, - он улыбнулся и ткнул себя пальцем в грудь, - а затем ты посетишь все точки, причём их мысленные образы Рамота получит от своего учителя. - Ф'лар указал на Мнемента. Бронзовый опустил длинную голову - так, что один его огромный глаз засиял прямо перед лицами людей - и издал негромкое довольное рычание.
При виде сверкающего глаза, повисшего перед ней, словно инкрустированное драгоценными камнями круглое зеркало, Лесса рассмеялась и с неожиданной нежностью погладила мягкий нос зверя. Удивлённый, Ф'лар поперхнулся. Он знал, что Мнемент питает исключительную привязанность к молодой Госпоже Вейра, но никак не ожидал, что она отвечает бронзовому взаимностью. Почему-то его это огорчило.
- Итак, - произнёс он, и сам удивился тому, насколько неестественно звучит его голос, - мы заставляем молодых всадников совершать путешествия ко всем основным опорным точкам - ко всем холдам и Вейрам по всему Перну, чтобы они отпечатались в их памяти. Когда всадник запоминает главные ориентиры, ему сообщают ряд дополнительных точек. Чтобы отправиться в Промежуток, нужно лишь чётко представлять образ места, куда ты хочешь попасть. Кроме того, всегда нужно появляться над опорной точкой сверху, в открытом небе.
Лесса задумчиво нахмурилась.
- Лучше завершить прыжок в воздушном пространстве, - всадник взмахнул рукой над головой, - чем под землёй. - Ф'лар хлопнул ладонью по своему чертежу, подняв облачко пыли.
- Но в тот день, когда лорды попытались атаковать Бенден, Крылья отправлялись в Промежуток прямо из Вейра, - напомнила Лесса.
«Да, ей не откажешь в сообразительности», - подумал Ф'лар.
Пристально посмотрев на девушку, он пояснил:
- Иногда приходится поступать и так… но на этот риск идут только самые опытные всадники. - Он помолчал. - Однажды мы наткнулись на дракона и всадника, погребённых в скалах. Они оба… были очень молоды. - Глаза его помрачнели.
- Мне все понятно, - торжественно заверила Лесса. Она посмотрела вверх и кивнула в сторону Рамоты, которая тащила очередную жертву на залитый кровью карниз. - Это уже пятая!
- Сегодня ей придётся сбросить лишний вес, - заметил Ф'лар. Он встал и, отряхивая пыль, хлопнул перчатками по коленям. - Выясни, в каком она настроении.
Лесса послала безмолвный вопрос: «Наелась?» - и сурово сжала губы, когда Рамота с негодованием отвергла её предположение. Королева ринулась вниз, схватила ещё одну птицу и взмыла в вихре серых, коричневых и белых перьев. - Она не так голодна, как хочет показать, - усмехнулся Ф'лар. Он заметил, что Лесса пришла к такому же выводу. В глазах девушки сверкнуло нетерпение.
- Если ты быстро покончишь с птицей, Рамота, у нас, может быть, останется время поучиться летать в Промежутке, - нарочито громко сказала девушка. Она явно хотела, чтобы её услышал Ф'лар. - Торопись, иначе наш любезный Предводитель Вейра передумает.
Оторвавшись от трапезы, Рамота повернула голову в сторону двоих людей, которые стояли на краю площадки для кормления. В солнечных лучах её глаза переливались тусклым пламенем. Королева вновь принялась за еду, но Лесса уловила разгоравшуюся искорку интереса и поняла, что дракон подчинится.

Холодный ветер высот обжигал лицо, но тело согревала меховая подкладка одежды и тепло огромной золотистой шеи, на которой Лесса восседала. Она гнала прочь мысли о леденящем холоде Промежутка, который уже испытала однажды. Девушка склонила голову и посмотрела вниз, на парящего бронзового Мнемента.
«Ф'лар говорит мне, чтобы я передал Рамоте сообщение для тебя, - уловила она мысль дракона. - 0н просит, чтобы ты запомнила вид с высоты на Звёздную Скалу - ориентир нашего Вейра. Мы полетим к озеру на Плоскогорье, а затем ты должна будешь вернуться через Промежуток точно в эту точку. Ты все поняла?»
Бронзовый закончил, но тепло его дружелюбия все ещё обволакивало Лессу. Она улыбнулась и энергично кивнула головой. Как хорошо, что её дар позволяет прямо говорить с любым драконом! Сколько это экономит времени!
Она снова посмотрела вниз на Мнемента. Дракон взмахнул бронзовыми, отливающими в солнечном свете зеленовато-коричневым крыльями и грациозно устремился по плавной кривой к озеру - на плато у подножия пика Бенден. Его огромное тело мелькнуло над самым краем чаши и в течение какого-то мига Лессе казалось, что столкновение, неизбежно. Рамота ринулась следом. При виде остроконечных скал, проносящихся под крыльями дракона, у девушки перехватило дыхание. Возбуждение и пьянящий восторг переполнили её. Мнемент, поджидая золотую королеву, замер у дальнего берега озера. Он снова напомнил Лессе, что она должна чётко представить себе место, куда хочет попасть, и потом приказать Рамоте оказаться там.
Лесса закрыла глаза, и плоская вершина Звёздной Скалы с торчащим прямоугольником Глаз-камня всплыла и её памяти. В следующее мгновение ужасный, пронизывающий до костей холод окутал её. Но прежде, чем девушка успела осознать что-либо, помимо ледяного холода и мрака безбрежной пустоты, под крыльями Рамоты возникла чаша Бендена.
Лесса торжествующе вскрикнула. Как все просто, как невероятно просто! Рамота, казалось, была разочарована.
Чуть позади них возник Мнемент.
«Теперь попробуй вернуться к озеру», - передал он и, не дождавшись конца фразы, Рамота снова ринулась в чёрную пропасть.
Разъярённый Мнемент вновь очутился рядом. «Ты не представила мысленно точку переноса! - загрохотало в голове у Лессы. - Не думай, что после первой удачной попытки ты достигла совершенства! Ты не знаешь опасности и ужаса, скрытых в Промежутке! Никогда, - слышишь, никогда не забывай представить место, куда хочешь попасть.»
Лесса взглянула на Ф'лара. Даже на расстоянии двух размахов крыльев она увидела, как гнев исказил его лицо, и почувствовала его ярость… И страх. Всепоглощающий страх за неё. Или за Рамоту? За родоначальницу бесчисленных поколений драконов, которые владеют его душой и сердцем? «Ты должна следовать за нами, - продолжал Мнемент уже спокойнее. - Сейчас мы совершим несколько прыжков между двумя точками, с которыми ты уже познакомилась. Потом пройдёмся по другим ориентирам вокруг Бендена.»
Так они упражнялись все утро и подобрались к самому холду Бенден, откуда пик Вейра казался далёкой, неясной тенью на фоне полуденного неба. Теперь Лесса уже не забывала перед каждым прыжком представить вид местности, над которой они должны были вынырнуть из Промежутка. «Как интересно, изумительно интересно», - призналась она Рамоте. Но та лишь пренебрежительно фыркнула. Несомненно, полёты в Промежутке предпочтительнее нудных, отнимающих время способов передвижения, которыми приходилось пользоваться другим обитателям Перна. Однако Рамоте было неинтересно прыгать куда-то из Вейра Бенден и обратно - слишком скучно.
Наконец, Рамота зависла рядом с Мнементом над Звёздной Скалой. Бронзовый сообщил Лессе, что первое занятие прошло вполне удовлетворительно. Завтра они потренируются в прыжках к дальним опорным точкам.
«Завтра, - хмуро подумала Лесса, - случится что-нибудь непредвиденное. А может быть, наш Предводитель Вейра, столь занятый делами, решит, что выполнил своё обещание, дав мне первый урок. И на этом обучение кончится. Вместе с мечтой о полётах в далёкие края.»
Но один прыжок она могла совершить из любого места Перна - и не промахнуться.
Лесса мысленно представила Руат - так, как выглядел холд с возвышающихся за ним скал. Она передала его изображение Рамоте. Лесса представила все детали: защитную полосу под стенами холда, сложный узор зияющих ям для огненного камня, россыпи ферм на берегу Тиллека… До нашествия Фэкса долина Руата кипела жизнью…
Она послала Рамоту в Промежуток.
На этот раз холод длился целую вечность. Ужас охватил Лессу, ей казалось уже, что они навсегда затерялись в слепой чёрной бездне… Но внезапно неяркий свет разлился вокруг - они были в небе над самым холдом. Она засмеялась. Какое ей дело до Ф'лара - вечно мнительного и осторожного! С Рамотой она может прыгать куда угодно!
Лесса узнала характерный профиль обрамляющих Руат скал, каменные столбы ущелья, меж которыми извивалась дорога в Кром… чёрные конусы скал резко выделялись на фоне светлеющего серого неба. Предрассветное время, час последних снов… Она подняла голову - Алая Звезда больше не сияла на утреннем небосклоне. И воздух - он был другим! Холодным, да - но не зимним! Скорее - прохладным и влажным, как ранней весной… Лесса с испугом взглянула вниз, решив, что каким-то образом все же допустила ошибку. Но нет, они парили над холдом Руат. Башня, контур внутреннего двора, широкая дорога, ведущая вниз к мастерским… все было именно таким, как она помнила. Струйки дыма тянулись из труб далёких ферм - люди готовились встретить новый день.
Рамота почувствовала её сомнения и потребовала объяснений.
«Это Руат, - решительно подтвердила Лесса. - Сделай круг над скалами… Видишь - вон ряды ям для огненного камня… все точно так, как я представляла…»
Внезапно у Лессы перехватило дыхание и ледяной ужас сковал мышцы. Внизу, в неярком свете раннего утра, девушка увидела размытые контуры серой змеи, медленно переползавшей через скалистый гребень над Руатом… Военный отряд, и довольно большой… Люди двигались тихо, словно преступники.
Не желая быть замеченной, она приказала Рамоте продолжать парить в вышине по кругу. Та удивилась, но повиновалась.
Кто же мог отважиться напасть на Руат? Это казалось невероятным! Ведь Лайтол, бывший всадник, уже успел однажды проучить любителей чужого добра. Неужели среди властителей холдов вновь могла зародиться мысль о войне - теперь, когда Предводителем Вейра стал Ф'лар? И кто из лордов рискнул воевать зимой?
Нет, не зимой. Воздух, несомненно, был весенним. Люди осторожно пробирались мимо ям для огненного камня к обрыву над Руатом. Неожиданно Лесса увидела, как они спускают к открытым окнам внутренних покоев верёвочные лестницы. И вдруг, поняв, что происходит, девушка судорожно вцепилась в шею Рамоты.
Это Фэкс со своими людьми - Фэкс, тринадцать Оборотов назад захвативший Руат! Проклятый Фэкс, чьи кости уже почти три Оборота гниют в земле!
Да, на главной башне стоял часовой - Лесса могла различить белое пятно его лица. Он стоял, повернувшись к обрыву, и спокойно смотрел на спускавшихся вниз солдат. Наверно, пересчитывал в уме монеты, которыми оплатили его молчание.
Но страж порога - чуткий, обученный поднимать тревогу при виде чужих - почему молчал он?
«Потому, - сообщила Рамота с холодной логикой своего племени, - что он ощущает наше присутствие. Всадник и дракон в небе - разве холд может быть в опасности?» «Нет, нет! - мысленно простонала Лесса. - Что же мне делать? Как их разбудить? Где та девочка, которой я была тогда? Я помню, все помню! Я спала, потом проснулась и кинулась из комнаты. Что-то напугало меня. Лестница… Я спустилась вниз и чуть не упала. Мне надо было добраться до логова стража… до его конуры…»
Лесса, словно в поисках опоры, прижалась к шее Рамоты. Тайны её детства вдруг стали прозрачнее, чем вода в горном ручье. Она, она сама послала предупреждение, заставившее её пробудиться от ужаса тринадцать Оборотов назад! И страж не подал сигнала потому, что она на драконе парила над башнями Руата!
В безмолвном оцепенении Лесса наблюдала, как маленькая фигурка в серой одежде выскочила из дверей главного зала, торопливо скользнула вниз по каменной лестнице, запнулась на последней ступеньке и, перебежав двор, исчезла в конуре стража. Лессе показалось, что она расслышала жалобный детский плач. Едва девочка скрылась в своём ненадёжном убежище, как солдаты Фэкса ворвались в открытые окна холда, и расправа над её спящей семьёй началась.
«Назад, в Бенден!» - в ужасе приказала Лесса. Перед её застывшими глазами возник образ путеводных камней на вершине хребта спасительный символ дома, указывающий направление дракону и помогающий сохранить рассудок всаднице.
На этот раз ледяное дыхание Промежутка помогло ей обрести равновесие. Через несколько мгновений они уже парили над зимним Вейром, таким спокойным и мирным, что их прыжок сквозь время в Руат казался кошмарным сном. Впрочем, на Рамоту и этот полет не произвёл особого впечатления. Она отправилась туда, куда ей велели, и не совсем понимала, почему их путешествие так взволновало Лессу.
Ф'лара и Мнемента нигде не было видно. Рамота заметила, что бронзовый мог последовать за ними в Руат, и если Лесса даст ей правильные ориентиры, она готова совершить вторую попытку.
Девушка снова представила Руат - не идиллическую цветущую долину своего детства, а серый мрачный холд с Алой Звездой, мерцающей на предрассветном небосклоне.
И вновь они очутились там, в сумрачном небе, нависшем над остроконечными скалами и быстрым потоком Тиллека. Травы покрывали камни холда, полуразрушенную кирпичную кладку и обвалившиеся ямы. Внизу виднелись заброшенные фермы и жалкие поля, окружённые остатками некогда знаменитых руатских садов… Картина полного упадка, которого Лесса добивалась долгие годы, стараясь лишить Фэкса малейшей выгоды от завоевания Руата…
Смутная тревога наполнила её сердце. Лесса разглядела тонкую фигурку, проскользнувшую из кухни во двор, увидела стража, который полз за ней по двору до тех пор, пока натянутая цепь не остановила зверя… Кутаясь в лохмотья, девушка поднялась на башню и, встав у парапета, вгляделась в изломанные силуэты возвышавшихся на востоке гор… потом повернулась к северо-востоку.
У Лессы закружилась голова. Она снова попала в Руат прошлых дней! На этот раз она вернулась на три Оборота назад и увидела жалкую служанку в грязном тряпьё, мечтающую только об одном, - отомстить Фэксу… Холод Промежутка вновь охватил её, когда Рамота устремилась обратно к надёжным и вечным камням Бендена. Вцепившись дрожащими руками в шею дракона, Лесса бросила взгляд на знакомую чашу Вейра, надеясь, что на этот раз им удалось избежать нового смещения во времени. Внезапно в небе, чуть ниже Рамоты, возник Мнемент. Девушка не смогла сдержать возглас облегчения.
«Возвращайтесь в свой вейр!» - ударил в голову яростный приказ Мнемента. Пережитое потрясение было слишком сильным, - Лесса не осмелилась возражать. Они опустились вниз, к своему карнизу, и Рамота поспешно освободила место для приземляющегося бронзового.
Ф'лар, с лицом, серым от бешенства, был похож на грозовую тучу. Лесса даже не попыталась освободиться, когда могучие руки всадника сжали её плечи. Он сильно тряхнул её и прошипел прерывающимся от гнева голосом:
- Как ты посмела рисковать своей жизнью и жизнью Рамоты? Почему ты все делаешь мне назло? Или тебе не ясно, что может случиться с Перном, если мы потеряем королеву? Где ты была? - С каждым вопросом Ф'лар встряхивал Госпожу Вейра так, что у девушки темнело в глазах.
- В Руате, - выдавила Лесса, стараясь удержаться на ногах. Она попыталась схватить Ф'лара за руки, но тело её вновь содрогнулось от сильного рывка.
- В Руате? Мы были там - и не нашли тебя! Куда ты отправилась?
- В Руат! - закричала Лесса, отчаянно цепляясь за всадника. От этих непрерывных толчков путались мысли и подгибались ноги.
«Они действительно были в Руате», - раздался звучный голос Мнемента. «Мы летали туда дважды», - уточнила Рамота.
Утверждение бронзового дракона, спокойное и холодное, дошло до сознания Ф'лара, и он перестал трясти Лессу. Обессиленная девушка повисла на его руках, глаза её закрылись, лицо смертельно побледнело. Ф'лар подхватил Лессу и бросился в королевский вейр. Драконы последовали за ним. Опустив Лессу на ложе, он плотно закутал её в меховое покрывало, подошёл к шахте подъёмника и приказал срочно прислать наверх горячего кла. Затем Ф'лар повернулся к девушке.
- Ну, что же все-таки случилось? - спросил он.
Лесса не смотрела на него - её беспокойный взгляд рассеянно блуждал по комнате. Она несколько раз моргнула, словно пытаясь стереть проплывающие перед глазами видения, и, наконец, немного успокоившись, тихо прошептала:
- Я действительно была в Руате. Только… я была в прошлом Руата.
- В прошлом Руата? - удивлённо повторил Ф'лар - гнев и раздражение моментально покинули его.
«Да, это несомненно», - подтвердил Мнемент, посылая своему всаднику несколько картин, заимствованных из памяти Рамоты. Потрясённый этими мысленными образами, Ф'лар медленно опустился на край постели.
- Ты была в Промежутке… между временами?
Лесса медленно кивнула. Ужас в её глазах начал таять.
- Интересно… - только и смог пробормотать Ф'лар.
Мысли у него в голове прыгали и мчались, словно струи горного потока в тесном ущелье. В предстоящей борьбе за выживание открытие Лессы вполне могло склонить чашу весов в пользу Вейра. Ф'лар ещё не представлял, как использовать такую замечательную возможность, но был уверен, что всадники смогут извлечь из неё пользу.
В шахте загрохотал подъёмник. Ф'лар достал из него кувшин и налил две кружки. Руки у Лессы дрожали так, что она не могла поднести напиток к губам. Ф'лар помог ей, раздумывая над тем, не связан ли этот шок с перемещением в Промежутке между временами. Если подобное путешествие вызывает такие последствия, вряд ли здесь удастся что-либо выиграть.
Лессу все ещё била дрожь; Он обнял её, сквозь мех ощутив тепло хрупкого тела, и заставил сделать несколько глотков. Лесса отхлебнула кла и несколько раз медленно и тяжело вздохнула - дрожь постепенно отпускала. Плечи её чуть заметно дёрнулись, и Ф'лар опустил руку. «Чувствовала ли она привязанность к кому-нибудь, после того, как Фэкс захватил Руат? - подумал Ф'лар. - Если говорить о людях, то, скорее всего, нет. Ей исполнилось тогда одиннадцать, совсем ребёнок… Неужели ненависть и жажда мести были единственными чувствами, которые испытывала взрослеющая девушка?»
Лесса взяла из его рук кружку, сделала глоток и осторожно опустила её, словно хрупкий глиняный сосуд заключал в себе что-то важное.
- Рассказывай, - спокойно приказал Ф'лар.
Она снова глубоко вздохнула и, сжимая кружку побелевшими пальцами, начала говорить. Ф'лар понимал, что смятение ещё не покинуло Лессу, просто теперь она уже могла себя контролировать.
- Нам с Рамотой надоели эти детские упражнения, - чистосердечно призналась девушка.
«Может быть, это приключение и заставит Лессу стать поосмотрительней, но вряд ли сделает более послушной, - мрачно отметил Ф'лар, - добиться её послушания просто невозможно.»
- Я передала Рамоте картину Руата… я хотела попасть туда через Промежуток. - Она низко склонила голову и старалась не смотреть на Ф'лара. - Мне вспомнился Руат - такой, каким он был во времена моего детства… и я нечаянно отправила Рамоту в тот… в тот день, когда напал Фэкс.
Теперь Ф'лару стала ясна причина её смятения.
- И… - подсказал он, стараясь говорить спокойно.
- И я видела себя… - голос её осёкся. Прикрыв глаза ладонью, Лесса с усилием продолжила: - Я послала Рамоте мысленный образ холда… если смотреть с высоты, со скал, где ямы для огненного камня. Мы появились над ними… Начинало светать, и в небе не было Алой Звезды. - Она опустила руку и бросила на всадника быстрый взгляд, словно ожидала возражений. - Я увидела людей… много людей… они крадучись прошли мимо ям, потом начали спускать лестницы к верхним окнам холда… Я видела, как часовой на башне наблюдал за ними… Просто наблюдал! - Лесса стиснула зубы, и в её глазах сверкнула ненависть. - И я увидела себя… девочку, бежавшую к конуре стража… А знаешь, почему он не поднял тревогу? - Голос её понизился до шёпота.
- Почему же?
- В небе парил дракон вместе со мной, Лессой Руатской… - Она отшвырнула кружку на покрывало, словно желал таким же образом избавиться от горькой истины. - И страж не издал ни звука… бедный глупый зверь… он думал, что раз в небе находится кто-то из рода руатских властителей, то все в порядке… А значит, я сама, - тело её напряглось, судорога пробежала по лицу, - именно я виновата в том, что убили мою семью… Не Фэкс! Если бы я не совершила эту глупость… если бы меня и Рамоты там не было, и страж поднял тревогу…
Казалось, с ней сейчас случится истерика. Ф'лар резко ударил девушку по щеке, потом, схватив вместе с покрывалом, сильно встряхнул. Гнев его давно прошёл, уступив место щемящей нежности и беспокойству. Да, Лесса была непокорной, неуправляемой, упрямой - но это привлекало его не меньше, чем её странная, сумрачная красота. Капризы руатанки могли привести в бешенство кого угодно - но они были неотъемлемой частью её натуры, её индивидуальности, её души… Сегодня ей пришлось пережить страшное потрясение, и чем быстрее она сможет восстановить свою всегдашнюю уверенность, тем лучше.
- Послушай, Лесса, - резко произнёс Ф'лар, - Фэкс все равно перебил бы твою семью. Он тщательно спланировал нападение и нанёс удар именно в то утро, когда на башне был подкупленный часовой… Видимо, он сумел найти такого негодяя среди охраны Руата. Вспомни, что уже рассвело, а страж порога - животное ночное и при свете дня видит плохо. Твоё присутствие там ничего не изменило. В любом случае, оно не было решающим. Ты сделала все, что могла - ты невольно спасла себя, послав предупреждение ребёнку, которым была и то время. И в этом нет ничего плохого.
- Я могла бы крикнуть, - обречённо бормотала Лесса. Безумный блеск в её глазах погас, и лицо слегка порозовело.
- Что ж, если тебе доставляет удовольствие мучить себя… - Ф'лар с показным безразличием пожал плечами.
«Ничего нельзя изменить, - добавила Рамота. - Мы посетили Руат, затем Фэкс захватил его. Значит, оба события были неизбежны - как в тот день, тринадцать Оборотов назад, так и сегодня. Иначе каким образом смогла бы ты, Лесса, выжить, а потом появиться в Вейре, чтобы пройти вместе со мной обряд Запечатления?»
Мнемент, стараясь как можно точнее воспроизвести капризный тон Рамоты, передал её речь Ф'лару.
Всадник испытующе посмотрел на Лессу, пытаясь определить, какое впечатление произвела на неё отповедь королевы.
- Рамота любит оставлять последнее слово за собой, - сказала девушка, и тень прежней насмешливой улыбки мелькнула на её губах. Ф'лар позволил себе вздохнуть свободней. «Пожалуй, с ней все будет в порядке, - подумал он, - но нужно заставить её выговориться до конца и выяснить все обстоятельства этого странного происшествия. Да и ей легче будет.»
- Ты сказала, что вы посетили Руат дважды. - Он откинулся на подушку, продолжая пристально наблюдать за девушкой. - Как же было во второй раз?
- Угадай, - сказала она; её губы снова дрогнули в улыбке.
- Не знаю, - солгал Ф'лар.
- Мы попали в то утро, когда я проснулась с ощущением угрозы, той угрозы, которую несёт Алая Звезда… За три дня до того, как вы с Фэксом появились с северо-востока.
- Можно предположить, - заметил Ф'лар, что оба раза ты была обязана этим предчувствиям самой себе.
Она кивнула.
- У тебя возникали похожие предчувствия, или, скажем определённее, предостережения?
Лесса вздрогнула. В её ответе прозвучал былой сарказм:
- Нет. Но если хочешь испытать похожее, отправляйся туда сам. Я больше не хочу.
Ф'лар сердито нахмурился.
- Мне все же хотелось бы знать, - торопливо добавила Лесса, - как это могло случиться?
- Я никогда не встречал упоминаний о подобных перелётах, - чистосердечно признался Ф'лар. - Но раз ты это сделала - значит, это возможно. Ты говоришь, что представила Руат таким, каким он выглядел в определённый день. Конечно, это должен быть какой-нибудь памятный день. Ты думала о весне, о времени перед рассветом, о ямах для огненного камня - помню, ты говорила об этом… Значит, чтобы перенестись через Промежуток в прошлое, нужно указать точные приметы такого запомнившегося дня.
Девушка задумчиво кивнула.
- Желая второй раз попасть в Руат, - в тот Руат, который ты запомнила три Оборота назад, ты действовала таким же образом. И снова была весна… Ф'лар потёр ладони, затем звонко хлопнул ими по коленям и встал.
- Я вернусь, - сказал он и вышел из комнаты, не обращая внимания на предостерегающий возглас Лессы.
Ф'лар прошёл мимо Рамоты, уже забравшейся в свою пещеру. Несмотря на утомительные утренние тренировки и вызванную этим потерю энергии, шкура её все так же отливала золотом. Королева проводила всадника сонным взглядом - её сияющие глаза уже затягивала плёнка.
Мнемент ждал своего всадника на карнизе. Как только Ф'лар оседлал шею дракона, зверь круто взмыл вверх и завис над Звёздной Скалой.
«Ты хочешь повторить трюк Лессы», - отгадал мысли всадника Мнемент. Казалось, его не смущает предстоящее путешествие.
Ф'лар нежно похлопал по громадной, изогнутой шее.
«Ты понимаешь, что сделали Рамота и Лесса?»
«Кто угодно способен это понять, - ответил бронзовый и сделал некое мысленное движение, сходное с пожатием плеч. - В какое время ты хочешь попасть?»
Ф'лар не имел ни малейшего представления. Однако память сама вернула его в тот летний день, когда Хат догнал в брачном полёте Неморту - в тот день, когда Р'гул стал Предводителем Вейра вместо его отца, Ф'лона. Обжигающий холод Промежутка подтвердил, что перенос совершился - они по-прежнему парили над Звёздной Скалой. Поначалу Ф'лар забеспокоился - ему показалось, что опыт не удался. Затем он почувствовал, что воздух по-летнему тёплый, и увидел, что солнце давно перевалило за полдень. Лежавший внизу Вейр казался безлюдным: не было видно ни драконов, греющихся на карнизах, ни женщин, занятых своими делами у входов в Нижние Пещеры.
Вдруг со стороны туннеля, ведущего в помещения молодняка, появились две фигуры - молодой всадник и бронзовый дракон. Рука юноши безвольно касалась шеи зверя, он шёл, едва переставляя ноги. Чувство глубокого горя и подавленности окатило парящих в вышине наблюдателей. Пара остановилась у озера: юноша, не отрываясь, долго смотрел в тихую голубую воду, потом повернул голову в сторону королевского вейра. Ф'лар знал, что этим юношей был он сам. Сожаление охватило его. Если бы он мог утешить переполненного обидой и горем подростка… если бы он мог сказать ему, что власть над Вейром вернётся к роду Ф'лона… Внезапно, словно испугавшись этих мыслей, Ф'лар приказал Мнементу вернуться назад. Ледяное дыхание Промежутка обожгло лицо и тут же сменилось порывом пронизывающего зимнего ветра.
Мнемент широко распростёр крылья, медленно планируя вниз, к карнизу королевского вейра. Оба - и всадник, и дракон, - ошеломлённые видением прошлого, хранили молчание.

Глава 2

Когда настанет день Судьбы, кто знает?
Пройдёт зима, и снег в горах растает,
Дни тёплые в пучине моря канут
И осень месяцы уныло отсчитает…
Когда настанет день Судьбы, кто знает?
Хранитель бронзовый небес,
С ним - спутница златая,
Взмывайте к солнцу высоко,
Тела переплетая.
Вершите таинство любви,
Мощь Перна умножая…
В небе - блеск серебра.
Зреет быстро семя.
Перн опаляет жара.
Стрелой пролетает время.

- Не понимаю, зачем ты велел Ф'нору привезти из Исты эту рухлядь, - раздражённо воскликнула Лесса. - Здесь же нет ничего, кроме скучных записей о количестве мер зёрна, израсходованного на выпечку хлеба за день.
Ф'лар оторвался от старой летописи и посмотрел на неё. Затем, глубоко вздохнув, откинулся в кресле и потянулся так, что захрустели кости.
- А я-то думала, - уныло сказала Лесса, - что священные хроники - кладезь человеческой мудрости, вершина знаний о драконах. Во всяком случае, меня учили в это верить, - ядовито добавила она.
- Правильно, - усмехнулся Ф'лар. - Только нужные знания нам предстоит откопать.
Лесса сморщила нос.
- Фу… Они пахнут так, словно кожа выделана в наши времена… полсотни Оборотов назад… Думаю, лучше всего закопать их поглубже и никогда не доставать.
- А это ещё один вопрос, который я надеюсь выяснить.. старый метод предохранения пергамента от тления.
- Глупо использовать пергамент для записей. Должно же быть что-то получше… Мы становимся, мой дорогой Предводитель Вейра… слишком привязанными к кожам и шкурам.
Ф'лар расхохотался, но девушка смотрела на него серьёзно. Вдруг она вскочила, озарённая новой идеей.
- Знаешь, ты ничего тут не найдёшь. Ты зря тратишь время. Я ведь догадываюсь, что ты хочешь найти… но этого в записях просто нет!
- Пожалуйста, объясни.
- Лучше смириться с неприятной правдой!
- С какой же?
Она отмахнулась от его вопроса и возбуждённо продолжала:
- Мы оба решили, что Алая Звезда предвещает угрозу и вскоре появятся Нити. Но на чем держится такое предположение? На нашем тщеславии и жажде власти! Потом мы отправились в более ранние времена, в самые критические моменты твоей жизни и моей… и невольно убедили в этом самих себя. Ты, например, внушил подростку Ф'лару, что ему судьбой назначено стать Предводителем Вейра, - в словах Лессы прозвучала явная насмешка. - Возможно, - после паузы продолжала она, - наш осторожный Р'гул прав в своих сомнениях, и никаких Нитей больше не существует. Вот почему драконов осталось так мало.. они просто чувствуют, что больше не нужны Перну. Как и мы - они пережиток древности… паразиты. Ф'лар не мог сказать, сколько времени длилось молчание, пока он собирался с мыслями и размышлял над ответом.
- Все возможно, Госпожа Вейра, - раздался, наконец, его спокойный голос. - Даже то, что маленькая, напуганная до смерти девочка сумела составить план мести убийце, уничтожившему её семью, и в конце концов осуществить такой план. Хотя надежды на это не было никакой…
Лесса, поражённая его словами, невольно подалась вперёд.
- Мне хотелось бы верить, - твёрдо продолжал всадник, - что в жизни есть более важные вещи, чем выращивание драконов и участие в весенних играх. Мне этого мало. И я заставил других взглянуть дальше… дальше сегодняшнего дня, сиюминутных интересов и мелких проблем. Я дал людям цель, дело. Надеюсь, это пошло им на пользу - и всадникам, и жителям холдов. Ф'лар положил ладонь на кипу громоздившихся на столе старых пергаментов. Лицо его было спокойно и задумчиво.
- Я не ищу в летописях оправдания своим действиям. Мне нужны факты. Там написано, что были длинные Интервалы, во время которых Вейры приходили в упадок… что Алая Звезда подойдёт близко и Перну и сбросит Нити, если в день зимнего солнцестояния её будет видно сквозь отверстие в Глаз-камне… Эти факты - наше древнее знание, и я верю в них… верю, что Перн действительно в опасности. Это моя уверенность.. моя, а не того юнца, которым я был пятнадцать Оборотов назад. Я, Ф'лар, бронзовый всадник, Предводитель Вейра, уверен в этом!
Он почувствовал, что Лесса ещё сомневается, но мало-помалу его доводы начинают убеждать Повелительницу Вейра.
- Однажды ты поверила мне, - мягко произнёс он, - когда я пообещал, что ты станешь Госпожой Вейра. Ты поверила - и теперь… - он жестом обвёл зал летописей.
На губах Лессы мелькнула слабая улыбка.
- Я пошла за тобой потому, что не знала, как жить дальше… не знала, что мне делать после того, как я увижу Фэкса, лежащего мёртвым у моих ног. Быть госпожой Вейра - прекрасно. Но этого мало. Потому-то я и стала учиться летать.
Ф'лар отодвинул в сторону толстую летопись и, облокотившись о стол, подался к девушке. Глаза его сверкнули.
- Верь мне, Лесса, - пока действительность не подтвердила моих опасений, я могу взывать только к вере. Я понимаю твои сомнения, и в них нет ничего плохого. Сомнения иногда ведут к ещё большей вере. Подожди до весны. И если до тех пор не упадут Нити… - Он пожал плечами.
Лесса долго смотрела на всадника, потом, в знак согласия, медленно склонила голову. Ф'лар постарался скрыть вздох облегчения. Лесса была безжалостным противником. Но она могла стать и мудрым союзником.
- А теперь вернёмся к нашим скучным записям. - Он улыбнулся девушке. - Они, знаешь ли, многое говорят мне - о месте, времени и длительности атак Нитей.
- Но ты же искал записи о сроках, когда начнётся их падение…
- Во всяком случае, это произойдёт не сейчас. Когда стоит такой холод, Нити становятся ломкими и превращаются в пыль, которую разносит ветер. Пыль безвредна. Однако в теплом воздухе они жизнеспособны и смертельно опасны. Посмотри. - Ф'лар, сжав кулаки, развёл их в стороны. - Моя правая рука - Алая Звезда, левая - Перн. Алая Звезда вращается не как Перн - в обратную сторону и значительно быстрее… - Покрутив кулаком, он приподнял его, изображая движение планеты.
- Откуда ты это знаешь?
- Из схемы, вырубленной на скалах Форт Вейра. Вспомни, Форт - самый первый Вейр.
Лесса кивнула.
- Итак, Звезда проходит около Перна, и Нити срываются вниз волнами, которые длятся шесть часов и следуют друг за другом через четырнадцать часов. - Атаки продолжаются по шесть часов?
- Да, - кивнул Ф'лар, - когда Алая Звезда ближе всего к нам.
Он порылся в пергаментах, и какой-то предмет с металлическим звоном упал со стола на каменный пол.
Лесса с любопытством потянулась за ним и увидела, что это - тонкая блестящая пластинка.
- Что это? - Она провела пальцем по чёткому рисунку на одной стороне пластины.
- Не знаю. Ф'нор привёз это из Форта. Пластинка была прибита к крышке сундука с летописями. Ф'нор подумал, что на ней может оказаться что-то важное, и прихватил с собой. Он сказал, что такая же пластинка врезана в каменную стену под изображением Алой Звезды.
Лесса некоторое время вертела пластинку в руках, пытаясь разобрать древние письмена.
- Начало тут вполне понятное: «Отец отца матери, который навечно отбыл в Промежуток, сказал, что знает ключ к тайне. Мысль явилась к нему в час сьесты - и он произнёс то, что произнёс: АРРЕНИУС? ЭВРИКА! МИКОРИЗА…» Да тут - полная бессмыслица, - фыркнула Лесса. - Сьеста и эти три последних слова… таких ведь нет в перинитском языке!
- Я думал над этим текстом, - сказал Ф'лар и посмотрел на пластинку, словно пытался ещё раз убедиться в правильности своих выводов. - Навечно отбыть в Промежуток - значит, умереть, так? Люди не улетают туда навсегда по своей воле. Значит, перед нами предсмертные слова, послушно записанные правнуком… который, к тому же, плохо владел стилом. Написать «в час сьесты» вместо «в час смерти»… - Он снисходительно улыбнулся. - Что касается остальной части надписи, которая идёт после этой нелепицы, то она, как всякий предсмертный бред, раскрывает тайны, нам хорошо известные. Читай дальше.
- «Извергающие пламя огненные ящерицы способны уничтожать споры. Итак - quod erat demonstrandum, что и требовалось доказать!» Что это? - Трудно сказать. Возможно, наивная радость древнего человека, впервые открывшего для себя способности драконов. Но он даже не знает названия для Нитей. - Ф'лар пожал плечами.
Лесса внимательно рассматривала пластинку. Блестящий гладкий металл, если бы его не покрывали строки текста и нанесённые ниже рисунки, вполне мог заменить зеркало. Смочив кончик пальца, она попыталась стереть надпись. Однако буквы оставались чёткими.
- Возможно, они были наивными, но их способ записи превосходит все, что я видела. Текст отлично сохранился, - пробормотала девушка.
- Отлично сохранившийся бред, - прокомментировал Ф'лар, возвращаясь к своим пергаментам.
- Может быть, это отрывки старой баллады, - предположила Лесса и, отложив пластинку, вздохнула. - Тут ещё какой-то рисунок… непонятный и не очень чёткий.
Ф'лар расстелил на столе карту, изображавшую северный континент Перна, исчёрканный горизонтальными стрелками.
- Посмотри, - сказал он, - здесь нанесены направления атак, а на этой карте, - он вытащил второй лист, на котором континент пересекали вертикальные линии, - нарисованы часовые пояса. Ты можешь убедиться, что только определённые районы Перна подвергаются нападениям с четырнадцатичасовым перерывом. На основе этой схемы были размещены Вейры.
- Шесть Вейров, - пробормотала Лесса, - две-три тысячи драконов…
- Я знаю, - подтвердил Ф'лар бесстрастно. - И любой из Вейров мог отбить самую свирепую атаку. Но это не значит, что нам не справиться без двух тысяч зверей. Имея эти графики, мы сможем продержаться, пока не повзрослеют первые выводки Рамоты.
Лесса недоуменно взглянула на него.
- Не слишком ли ты рассчитываешь на её возможности?
- Я больше рассчитываю на факты, которые нашёл в этих летописях! - нетерпеливо отмахнулся Ф'лар, - Речь, разумеется, не о количестве мер зёрна, пошедшего на выпечку хлеба. Тут есть и другое. Время, когда Крылья вылетали на патрулирование, длительность полётов, количество раненых всадников… Скорость размножения животных в период Прохождения, который длится почти пятьдесят Оборотов, и темпы их воспроизводства в Интервалах… Да, здесь все сказано. Из того, что я вычитал, - всадник с силой хлопнул ладонью по стопке пыльных пергаментов, - следует, что Неморта в течение последних десяти Оборотов должна была спариваться в два раза чаще. И даже если бы она приносила каждый раз свою дюжину яиц, к настоящему времени мы имели бы на двести сорок животных больше… Однако Госпожой Вейра у нас была Йора, а Предводителем - Р'гул, и за время долгого Интервала мы впали в немилость у всей планеты… - Ф'лар сделал паузу, затем махнул в сторону коридора, что вёл в королевский вейр. - Но теперь есть Рамота - и она принесёт не какую-нибудь жалкую дюжину, она отложит Золотое Яйцо, попомни мои слова! Она будет часто подниматься в брачный полет и давать обильное потомство. Когда Алая Звезда подойдёт к нам так близко, что с неё хлынет поток Нитей, мы будем готовы!
Лесса уставилась на всадника, её глаза недоверчиво сузились.
- Благодаря Рамоте?
- Рамоте и королевам из её выводков. Не веришь? Тогда прочитай в летописях о Фарант, приносившей по шестьдесят яиц за раз, и среди них - несколько королевских!
Изумлённая Лесса медленно покачала головой.
- Вспомни: «В небе блеск серебра, зреет быстро семя, Перн опаляет жара, стрелой пролетает время», - нараспев продекламировал Ф'лар.
- Но до кладки ещё много недель, а потом яйца должны созреть.
- Ты навещала в последние дни площадку рождений? Советую надеть сапоги. Сквозь подошву сандалий песок обожжёт тебе ноги.
Всадник откинулся в кресло, забавляясь её озадаченным видом. Лесса покачала головой.
- Но тебе ещё нужно провести Запечатление и подождать, пока подрастут всадники…
- А как ты думаешь, почему я стараюсь найти мальчиков постарше? Драконы взрослеют намного раньше своих всадников. - Но ты нарушаешь традиции…
Ф'лар, играя стилом, прищурил глаза.
- Эти традиции возникли много поколений назад… Но приходит время, когда человек становится слишком привержен к традициям, слишком - как ты сказала? - слишком привязан к шкурам. Да, древние законы велят использовать детей Вейра - потому, что это удобнее. Способности к общению с драконами усиливаются, если отец и мать выросли в Вейре. Но не всегда воспитанник Вейра - лучший. Ты, например…
- В жилах властителей Руата течёт вейрская кровь, - гордо сказала Лесса.
- Разумеется. Но посмотри на молодого Натона - он вырос в мастерских Набола и все же, как говорил мне Ф'нор, понимает Канта.
- О, это совсем нетрудно, - перебила Лесса и тут же прикусила язык.
- Что ты имеешь в виду? - Ф'лар удивлённо поднял брови. - Неужели… Его перебил пронзительный трубный рёв. Всадник напряжённо прислушался, затем улыбнулся и пожал плечами.
- Опять гоняются за какой-то зеленой…
- Ещё один вопрос, на который твои летописи не дают ответа. Почему только золотой дракон способен к размножению?
- Ну, во-первых, огненный камень подавляет у самок способность к воспроизводству, - ответил Ф'лар. - Если бы зеленые не жевали камень, они тоже могли бы откладывать яйца. Но их приплод слишком мелкий, а нам нужны крупные животные. А во-вторых, - продолжил всадник с озорной улыбкой, - если бы зеленые могли размножаться, то, учитывая их количество и любвеобильность, мы мигом бы оказались по уши в драконах. К трубному реву первого дракона присоединился другой, затем - третий, четвёртый, пока голоса не слились в громоподобный гул, который, казалось, порождали сами скалы Вейра. Удивление на лице Ф'лара сменилось торжеством. Он вскочил и бросился к проходу на карниз.
- В чем дело? - закричала Лесса, подбирая длинный подол накидки и устремляясь следом за ним. - Что происходит?
В вейре королевы гул, многократно отражённый от стен, был оглушающим. Лесса увидела, что каменное ложе Рамоты пусто. Рёв превращался в вой - высокий, почти на грани слышимости. У Лессы заломило в висках. Обеспокоенная и испуганная, она побежала искать Ф'лара.
Когда она очутилась на карнизе, вся чаша гудела от шума крыльев драконов, устремившихся к верхнему входу в Пещеру Запечатления. К украшенному аркой нижнему входу сбегались возбуждённые, галдящие обитатели Вейра - всадники, женщины, дети. Лесса заметила, как Ф'лар пробирается сквозь толпу, и крикнула, чтобы он подождал её, но голос её потонул в наполнявшем пещеру хаосе звуков. Лесса торопливо направилась к лестнице. Она была в ярости: ей пришлось спуститься вниз, к площадке для кормления, а затем снова подняться по каменным ступеням, что вели к коридору в Пещеру Запечатления. Взбираясь по лестнице, Лесса сообразила, что она, Госпожа Вейра, прибудет в пещеру одной из последних. Почему же Рамота не сообщила, что её время подошло? Неужели она не хотела видеть Лессу в такой момент?
«Дракон знает, что надо делать», - достигла её сознания спокойная мысль Рамоты. «Ты могла хотя бы сказать мне!» - чуть не крикнула Лесса; она чувствовала себя обиженной. Ф'лар рассказывает ей сказки о легендарных королевах древности и их огромном потомстве - а в это время её Рамота откладывает первое яйцо!
Тут Лесса вспомнила замечание Ф'лара о песчаной площадке в Пещере Запечатления. Она вступила в огромный каменный зал и сквозь подошвы сандалий сразу же почувствовала жар. Люди, переминаясь с ноги на ногу, широким полукругом толпились в дальнем конце пещеры. Лесса испугалась, что она вообще ничего не увидит - шеренги рослых всадников отгораживали от неё Рамоту.
- Пропустите меня! - громко закричала она, колотя маленькими кулачками в широкие спины мужчин.
Всадники расступились, и Лесса добралась, наконец, до площадки рождений. Сердитая и взъерошенная, она даже не смотрела по сторонам. Горячий песок заставлял торопливо переступать, и Лессе казалось, что в такой важный момент она выглядит ужасно нелепо.
Внезапно, поражённая, Лесса забыла про горячий песок и остановилась, как вкопанная: Рамота - милая, чудесная Рамота - лежала на площадке, свернувшись золотистым кольцом вокруг блестящих яиц.
Она выглядела довольной и, одновременно, встревоженной. Её огромное крыло непрерывно двигалось, то открывая, то снова прикрывая яйца, так, что их было трудно сосчитать.
«Никто их не тронет, глупышка! Не беспокойся», - передала Лесса. Рамота послушно сложила крылья, шумный вздох, словно порыв ветра, пронёсся под сводами каменного зала. Однако её материнское беспокойство, по-видимому, требовало выхода: вытянув шею, она оглядывала пещеру и время от времени выбрасывала длинный, раздвоенный язык. Среди множества пёстрых лиц лежало одно - огромное, сияющее ярким золотом королевское Яйцо!
Кто-то от избытка чувств схватил Лессу за плечи, горячие губы прижались к её щеке и, не успела она коснуться земли, как опять попала в чьи-то объятия - как ей показалось, Маноры. Лессу поздравляли, подбрасывали на руках, обнимали, толкали - пока она, измученная этим гамом, суетой и горячим песком, не начала энергично пробираться вперёд, к Рамоте.
Наконец Лесса вырвалась из ликующей толпы. Она перебежала через площадку и, радостная, склонилась над яйцами. У неё перехватило дыхание - скорлупа яиц, казалось, была мягкой! Полные невидимой ещё жизни, они еле заметно пульсировали. Лесса могла поклясться, что в день Запечатления Рамоты скорлупа яиц была твёрдой. Ей хотелось коснуться их, убедиться, что глаза её не обманывают, но она не осмеливалась.
«Можешь потрогать», - снисходительно разрешила Рамота и ласково коснулась языком плеча девушки.
На ощупь яйцо действительно было мягким и, опасаясь его повредить, Лесса отдёрнула руку.
«От тепла они скоро затвердеют», - сообщила Рамота.
- Я так горжусь тобой, - полушёпотом выдохнула Лесса и, восхищённо вглядываясь в огромные, сияющие глаза своей подруги, добавила: - Ты самая замечательная из всех королев! Ты сможешь опять населить драконами пустые Вейры - я уверена!
Рамота царственно склонила голову, затем, изогнув гибкую шею, удовлетворённо оглядела свои сокровища. Вдруг она громко зашипела, приподнялась, захлопала крыльями, и к сверкающей груде добавилось ещё одно яйцо.
Песок жёг ноги, и обитатели Вейра, выразив почтение королеве, начали расходиться. Рамоте требовалось несколько дней, чтобы закончить кладку, и ждать не было смысла, Рядом с золотым уже лежали семь яиц, что предвещало солидный итог. Пока всадники заключали пари, Рамота отложила девятое пёстрое яйцо.
- Как я и предполагал, королевское Яйцо! - услышала Лесса над ухом голос Ф'лара. - Готов спорить, что будет не меньше десятка бронзовых! Лесса заглянула в сверкающие торжеством глаза всадника. Сейчас её наполнял такой же восторг. Она повернула голову и увидела Мнемента, гордо восседавшего на скальном уступе. Почти машинально Лесса накрыла своей ладонью большую руку Ф'лара.
- Я верю в тебя, верю, - шепнула девушка.
- Только теперь? - насмешливо спросил Ф'лар, но глаза его вспыхнули, и широкая мальчишеская улыбка расплылась на лице.

Глава 3

Всадник, истину ищи,
Не сворачивая вспять.
С каждым новым Оборотом
Новое стремись познать.

В течение последующих нескольких месяцев распоряжения Ф'лара вызывали среди обитателей Вейра бесконечные споры и кривотолки. Однако Лессе эти распоряжения казались логичным продолжением их разговора, состоявшегося в тот день, когда Рамота начала кладку. Королева принесла сорок одно яйцо.
Ф'лар ломал старые порядки - и это было не по душе многим, не только консервативному Р'гулу.
Лесса, питавшая стойкое отвращение к избитым истинам, неизменно поддерживала нового Предводителя. По мере того, как его предсказания сбывались одно за другим, она все больше верила Ф'лару. Теперь Лесса знала, что в основе этих предсказаний лежат не смутные предчувствия - её отношение к подобным вещам изменилось после памятного полёта в Руат, - а знание древней истории.
Как только скорлупа яиц затвердела, Ф'лар привёл будущих всадников на площадку рождений. Очень немногие из этих шестидесяти с лишним ребят были воспитаны в Вейре. Большинству из них было по пятнадцать-шестнадцать Оборотов. Подросткам следовало привыкнуть к виду яиц и к мысли, что скоро из-под их скорлупы появятся на свет молодые драконы, жаждущие обрести друга. Раньше, согласно обычаю, мальчики впервые видели яйца в день Запечатления. Взволнованные и слишком перепуганные, они часто получали ранения лишь из-за того, что не могли вовремя уступить дорогу неуклюжим новорождённым.
На Лессу же была возложена особая задача. Ей удалось уговорить Рамоту, чтобы та подпускала Килару к драгоценному Золотому Яйцу. Что касается самой Килары, то её не пришлось долго упрашивать. Отняв своего сына от груди, она часами пропадала в Пещере Запечатления вместе с Лессой. Несмотря на привязанность, которую молодая женщина питала к Т'бору, ей явно доставляло удовольствие общество Ф'лара. Поэтому в отношении Килары Лесса полностью поддерживала планы Предводителя Вейра. Если Запечатление пройдёт успешно, соперница перейдёт вместе с молодой королевой в Форт Вейр.
Поиски будущих всадников, что велись по указанию Ф'лара во всех холдах, нередко вызывали недовольство местных жителей. Незадолго перед обрядом Запечатления, Лайтол, управляющий Руата, прислал ещё одно письмо.
- Кажется, ему доставляет удовольствие сообщать плохие новости, - сказала Лесса, когда Ф'лар вручил ей пергамент с посланием.
- Он мрачный человек, - согласился Ф'нор, с которым Лайтол и отправил это письмо. - Жаль малыша, ему приходится расти под присмотром такого законченного пессимиста!
Лесса хмуро взглянула на коричневого всадника. Ей по-прежнему было неприятно любое упоминание о сыне Геммы, который владел теперь её родовым холдом. Но все же… все же… Она чувствовала себя отчасти виновной в смерти его матери, и кому же тогда, как не ему, Джексому, править в Руате? Кроме того, одновременно владеть холдом и оставаться Госпожой Вейра она не могла.
- Думаю, нам следует поблагодарить Лайтола за предостережение, - сказал Ф'лар. - Я подозревал, что Мерон ещё доставит нам массу неприятностей.
- У него алчный глаз, как у Фэкса, - заметила Лесса.
- С алчным глазом или без, - ответил Ф'лар, - но он опасен. Я не могу позволить ему распространять лживые слухи - что мы, якобы, забираем в Бенден юношей благородного происхождения специально, чтобы ослабить древние роды.
Ф'нор фыркнул.
- Среди них гораздо больше сыновей ремесленников, чем отпрысков благородных семейств!
- Он постоянно болтает о том, что Нити никогда не появятся, - сказала Лесса,