повернулся к ней.
- Ну, давай же.
Дари с неохотой подчинилась. Это противоречило всем ее принципам:
оставить нечто совершенно неизвестное, вокруг чего изломано столько копий
в многочисленных дискуссиях по всему рукаву. Возможно, Ханс прав,
предположив, что Посредник понятия не имеет, кто такие зардалу; правда, то
же само можно сказать и о людях. Существуют лишь гипотезы и теории, но
никто не знает ничего определенного. И ей, только ей представилась такая
уникальная возможность...
Лишь одно заставило ее последовать за Ребкой: страх, от которого все
внутренности смерзлись в ледяной ком, когда она впервые увидела
темно-синюю кожу и округлое тело. Ей не хотелось оставаться с зардалу,
пусть даже лежащим без чувств.
По мнению всех специалистов, люди никогда не встречались с зардалу.
Великое Восстание произошло раньше, чем человек вышел в космос. Но
существовали и иные сведения о древних временах, нежели те, что хранились
в банках данных. Что-то в глубинах памяти Дари подсказывало, что встречи
происходили, но задолго до начала письменной истории человечества.
Причем, это были кровавые и беспощадные столкновения. Когда-то
давным-давно, зардалусские разведчики обратили внимание на Землю. Их
что-то остановило, прежде чем они успели колонизировать ее. Но не
первобытные люди, а, скорее всего. Великое Восстание. Десятки разумных рас
и сотни планет навсегда исчезли в пламени этой революции. Ничего не
подозревавшая Земля спаслась благодаря их самопожертвованию, а зардалу
были уничтожены.
Или почти уничтожены. Идя вслед за Хансом, Дари вдруг почувствовала,
что вся дрожит. Он прав. Они должны найти Посредника и предупредить его,
даже если сами не вполне уверены в том, о чем предупреждают.
Добраться до него, полагали они, чрезвычайно просто. Они вошли в его
тело и с тех пор не покидали его. Следовательно, они все еще находились
внутри Посредника.
Но Дари сомневалась. Она больше не доверяла собственным чувствам.
Залы, в которых находились стазисные баки, слишком велики, чтобы
уместиться внутри Посредника. Похоже, Строители творили с пространством и
временем такие вещи, о которых нынешние обитатели рукава и мечтать не
могли. Посредник в этот момент, чего доброго, находится за тысячу световых
лет от них.
Подойдя вслед за Ребкой к дверям комнаты - тем же самым, в которые
они вошли меньше часа назад, она оглянулась. Громадные гробы по-прежнему
молчаливо высились в центре зала, но теперь, когда она знала их
содержимое, это молчание воспринималось как зловещее затишье, предвещающее
скорую угрозу. Дари было немного не по себе, но покидать эту комнату все
же не хотелось.
Как только они миновали первую раздвижную дверь, а затем вторую, она
сразу же поняла, что предчувствие ее не обмануло. Снаружи все изменилось.
Они вышли вовсе не на безграничную равнину, где повстречались с
Посредником, а в мрачную комнату с серыми стенами. И вместо пустого
пространства с высоким потолком или мешанины паутин, кабелей, сетей и
перегородок, как на Жемчужине, Ханса и Дари окружали сотни кубов цвета
слоновой кости, различающихся по размерам: начиная с таких, которые легко
было бы унести под мышкой, и кончая громадинами, во много раз
превосходящими человеческий рост. Кубы были раскиданы по полу
прямоугольной комнаты, словно брошенные великаном игральные кости.
Никакого движения. Никаких признаков Посредника.
К удивлению Дари, после внимательного изучения нового помещения Ребка
подошел к двум небольшим кубикам и стал их рассматривать. Они стояли бок о
бок и доходили ему до колена. На один из них он сел, вытащил из кармана
упаковку, развернул ее и стал внимательно изучать находившийся в ней
тонкокожий фрукт.
- Он все еще немного холодный внутри, - сказал он через некоторое
время, - но привередничать нам не приходится.
- Ханс! Вспомни о зардалу! Мы должны разыскать Посредника.
- Хорошо бы. - Он откусил маленький кусочек, прожевал его и
поморщился. - Не слишком вкусно, но лучше, чем ничего. Послушай, Дари, я
не меньше твоего хочу найти Посредника и поговорить с ним. Но как? Я
надеялся, что мы все еще находимся внутри него, и поэтому рассчитывал
встретить его, выйдя наружу. Не сработало. Это самое странное место, какое
мне только доводилось видеть, да и ты вряд ли чувствуешь себя здесь в
своей тарелке. Ты видела размеры артефакта, когда мы приближались к нему.
Можно весь остаток жизни искать здесь кого-то, но если он сам этого не
захочет, мы никогда его не найдем.
Дари вспомнила гигантскую конструкцию, увиденную ими перед последним
броском, и ее хрупкие ответвления, тянущиеся на миллионы километров. Ребка
прав. Ее и глазом не охватить, а уж искать здесь кого-то... Но ведь надо
что-то предпринять...
- Ты предлагаешь просто сидеть и ничего не делать?
- Нет. Я бы охарактеризовал наше положение другими словами: когда не
знаешь, что делать, не делай ничего. Я же собираюсь поесть и тебе советую.
- Он похлопал по лежавшей рядом коробке. - Прямо здесь. Ты же ученый,
Дари. Сама подумай. Мы понятия не имеем, где сейчас Посредник, или каким
образом искать его. Мы даже не знаем, как попасть туда, куда мы хотим; я
имею в виду топологию этого места. Но если ты спросишь меня, где,
по-моему, может находиться Посредник, я скажу, что он здесь, там, где нас
оставил. А если ты спросишь меня, как нам лучше провести время, я бы
предложил следующее. Нам необходимо поесть и отдохнуть, наблюдая при этом
за происходящим в комнате с зардалу. Мы, конечно, могли бы есть и там, но
при виде этих баков у меня кусок в горло не лезет.
Человеческие слабости у Ханса Ребки? Дари вовсе не была уверена, что
наконец-то убедилась в их наличии. Она села на белую коробку с красивыми
морозными узорами на стенках. Верх куба был слегка теплым на ощупь. Под ее
весом он прогнулся на доли дюйма - как раз настолько, чтобы было удобно.
Возможно, в Ребке вообще не было никаких слабостей. "Когда не знаешь,
что делать, не делай ничего". Эту фразу, пожалуй, должна была произнести
она - ученый, отдавший своим исследованиям двадцать лет жизни. Но сейчас
именно она испытывала неодолимую потребность делать хоть что-то - все
равно что. Это Ребка, прирожденный искатель приключений, сотни раз
уходивший от неминуемой гибели, мог спокойно сидеть и отдыхать.
Дари откусила кусочек холодного фрукта. Надо есть. Она съела. На вкус
он показался слегка вяжущим, с зернистой структурой, и немного
жестковатым. Никаких последствий. Здесь Ребка тоже оказался прав.
Действительно, их не стали бы тащить сюда только для того, чтобы отравить
или уморить голодом. Хотя - как они могут судить о мыслительных процессах
чужаков, если все случившееся после их прибытия к Гаргантюа, выглядело
абсолютной мистикой?
Она съела еще три кусочка незнакомой пищи. Ее желудок по-прежнему не
выказывал никаких отрицательных реакций, но ей все же хотелось чего-нибудь
горячего. Зябко здесь как-то. Поежившись, Дари переключила скафандр на
более высокий уровень непроницаемости. Она уже хотела попросить еще
фруктов, как вдруг увидела, что Ребка выпрямился и озирается по сторонам.
Она проследила за его взглядом, но ничего не обнаружила.
- Что там?
Он покачал головой:
- Не знаю. Только... - Он вгляделся в дальний конец комнаты. -
Чувствуешь? Я думал, мне показалось. Оттуда дует - и все сильнее.
Сквозняк. Дари поняла, что ощущает его уже некоторое время.
Прохладный ветерок дул в спину, развевая его волосы и мягко касаясь ее
скафандра.
- Откуда он?
Однако Дари уже знала ответ, несмотря на то, что Ханс мотал в
замешательстве головой. В дальнем конце комнаты она заметила какую-то
вихреобразную структуру. Там темнел, словно мутная вода по стеклу,
растекался по полу вращающийся воздушный цилиндр. Он превратился в
колонну, тянущуюся до самого потолка. Она вскочила и схватила Ребку за
руку.
- Ханс, нам надо выбираться отсюда - он все усиливается.
Вихрь втягивал в себя все новые массы воздуха, и по комнате понесся
самый настоящий ветер. Кто знает, какой силы он достигнет? Если он будет
усиливаться, то ее и Ханса попросту свалит с ног.
Он кивал, стараясь не говорить против ветра. Держась друг за друга,
они стали пробираться к двери. На выходе Ребка обернулся.
- Подожди секунду. - Ему пришлось кричать ей прямо в ухо, чтобы она
его расслышала. - Он все крепчает, но начинает собираться. Смотри.
Вращающийся цилиндр сжимался. Вначале его диаметр был около пяти
метров, а сейчас не превышал размаха рук. Его сердцевина уплотнилась и
потемнела, став маслянисто-черной и непрозрачной. Рев ветра вырос до
такого уровня, что резал уши.
Дари отступила в дверной проем. Сила ветра была ужасающа. Казалось,
еще немного, и эта черная колонна сорвется с места. Дари потянулась, чтобы
оттащить Ребку назад, и вцепилась в его скафандр. Вой бешено крутящегося
смерча становился все выше и выше.
Она дернула Ребку, он потерял равновесие и повалился назад,
припечатав ее к закрытой двери.
В это самое мгновение все кончилось. Ветер прекратился, звуки
смолкли.
В комнате наступила абсолютная тишина; затем в этом жутком молчании
раздался хлопок, не громче того, что производит вылетевшая из бутылки
пробка. Вихрь поменял цвет на кроваво-красный и начал исчезать.
И тут тишина нарушилась более основательно. В редеющей сердцевине
крутящегося столба стала проступать фигура. Человеческая фигура.
Это был Луис Ненда. С лицом желто-зеленого цвета, голый по пояс, он
размахивал руками и ругался на чем свет стоит.
Маленькая черная сумка, всегда бывшая при нем, болталась на груди. В
двух шагах за ним, беспомощно раскинув все свои шесть ног по полу,
появилась слепая Атвар Х'сиал.


В прошлом, на Тектоне, они были врагами. Ненда и Атвар Х'сиал
пытались убить Дари Лэнг и Ханса Ребку, и Ребке, естественно, хотелось
отплатить им той же монетой.
Тридцать тысяч световых лет внесли в их отношения некоторые
коррективы. Они приветствовали друг друга, словно давно не видевшиеся
братья и сестры.
- Так где мы, черт побери? - спросил Луис Ненда, как только его
тошнота прошла, позволив ему произнести что-то кроме ругани.
- Очень далеко от дома, - сказал Ребка.
- Я знаю, провалиться мне на этом месте, но где?
После обмена информацией - тем немногим, что им удалось узнать, -
Дари поняла, что ее собственное путешествие было прогулкой по сравнению с
тем, что пришлось испытать двум вновь прибывшим.
- Встали-поехали, - рассказывал Ненда. - Поехали-встали, и так всю
дорогу. - Он громко рыгнул. - Одну минуту задницей вперед летишь, другую -
назад. Пропади оно пропадом. Если б у меня в кишках хоть что-то болталось,
я бы обблевался. - Он помолчал. - Ат говорит, с ней обстояло не лучше. А
вы, значит, добрались без проблем? Выходит, нас доставили сюда четвертым
классом и малость растрясли.
- Но зато быстро, - сказал Ребка. - Судя по всему, вы с Атвар Х'сиал
вылетели с Жемчужины через несколько дней после нас. Нам казалось, что
путешествие заняло лишь несколько минут, хотя неизвестно, сколько времени
мы пробыли в "нигде" между перебросками.
- Ну мне, например, показалось, что мы летели несколько недель. -
Ненда опять рыгнул. - Гры. Вот так-то лучше. Тридцать тысяч световых лет
говоришь? Далековато от дома. Это будет тебе уроком, Ат. Жадность до добра
не доводит.
- Она может вас понимать? - Дари глядела, как, испещренная наростами
и отверстиями, часть широкой груди Ненды трепещет и пульсирует в такт его
речи.
- Конечно. По крайней мере, когда я пользуюсь наращением. Я обычно
одновременно произношу все вслух, потому что так проще. Но Ат воспринимает
все. Смотри. Ат, ты меня слышишь?
Слепая белая голова кивнула.
- Тебе следовало бы тоже приделать наращение, чтобы болтать с Ат и
другими кекропийками. - Он пристально посмотрел на грудь Дари. - Только
помни, я не хочу, чтоб испортили такие хорошие сиськи.
Ничтожная доля симпатии Дари к этому карелланцу моментально
испарилась.
- На вашем месте, Ненда, я бы поберегла свое красноречие. Как только
мы вернемся в рукав, вас отдадут под суд. Советник Грэйвз уже
запротоколировал наши показания.
- За что? Я ничего не делал.
- Ваш корабль обстрелял нас, - произнес Ребка. - После Летнего
Прилива вы пытались уничтожить "Летний сон".
- Я? - Ненда ткнул себя в грудь. - Ты уверен, капитан, что это был я,
а не кто-нибудь еще? Я и слыхом не слыхивал ни о каком "Летнем сне". Не
помню, чтобы я вообще стрелял. Это совсем не в моих правилах. Ат, как
думаешь, мы стреляли по какому-нибудь кораблю? - Он сделал паузу.
Кекропийка не двигалась. - Ни в коем случае. Видишь, она согласна со мной.
- Она так же виновна, как и вы!
- Ты хочешь сказать - так же невиновна.
Лицо Ребки потеряло обычную бледность.
- Черт с тобой, я не стану дожидаться, пока мы вернемся домой. Я имею
право предъявить обвинение прямо сейчас, так же, как и советник Грэйвз. -
Он шагнул к Ненде.
Тот не двинулся с места.
- У тебя наверное с головой не все в порядке. Тоже мне, важная шишка.
Ну, давай, арестовывай, только скажи: куда ты собираешься меня посадить?
Может, ты запрешь меня там с твоей подружкой? Мне это понравится. Ей тоже.
- Он восхищенно осклабился. - Как думаешь, малышка? Со мной ты получишь
столько удовольствия, сколько никогда не получала с ним.
- Не заговаривай мне зубы. - Ребка сделал еще шаг, оказавшись с
Нендой лицом к лицу. - Хочешь убедиться, что я могу тебя арестовать? А
ну-ка, скажи еще что-нибудь в этом роде.
Ненда повернулся к Дари и подмигнул ей:
- Видишь, как он сходит с ума, когда кто-нибудь еще хочет кусочек?
Он наблюдал за Ребкой краем глаза и отдернул руку, когда тот
попытался схватить его за запястье. Оба застыли, ненавидяще глядя друг на
друга.
Дари глазам не верила. Она никогда прежде не видела, чтобы Ребка
терял хладнокровие, да и Луис Ненда раньше был лишь холоден и циничен. Что
с ними случилось? Напряжение? Усталость?
Нет. Она видела выражение их лиц. Они стремились одержать верх друг
над другом, словно два петуха на навозной куче.
Именно так ведут себя люди в примитивных мирах. Если рассказать об
этом дома, на Вратах Стражника, все решат, что это из-за нее.
Дари схватила Ребку за правую руку.
- Прекратите! - закричала она. - Вы, оба. Вы ведете себя как дикие
животные.
Они не обратили на нее внимания, но Атвар Х'сиал протянула вперед две
передних конечности, обхватила каждого за пояс и без видимых усилий
подняла в воздух. Через секунду-другую она опустила их на пол, но
продолжала удерживать на расстоянии.
Слепая голова повернулась к Дари, а хоботок развернулся и издал тихий
свист.
- Знаю, знаю, - ответила Дари. - Они прямо как звери, не так ли?
Подержи их еще пару минут. - Она расставила руки, как будто разводя мужчин
в стороны. Ее слов Атвар Х'сиал могла и не понять, но этот жест наверняка
будет ей ясен.
Дари встала между ними.
- Послушайте меня, вы, оба. Не знаю, кто из вас больший дурак, но
свое идиотское состязание вы продолжите позже. Я хочу сказать вам только
одно слово. - Она сделала паузу, ожидая, пока они не обратят на нее
внимание. - Зардалу! Вы слышите меня? Зардалу!
- А? - Руки Луиса Ненды все еще тянулись к Хансу Ребке. Теперь он их
опустил. - О чем ты говоришь?
Дари жестом указала на дверь за собой.
- Вон там. Четырнадцать зардалу.
- Туфта! Зардалу уже нет тысячи лет. Их истребили.
- Парень, ты ведь не в рукаве. Ты в тридцати тысячах световых лет от
плоскости галактики. Там в комнате стоят четырнадцать стазисных баков и в
каждом зардалу. Живые.
- Не верю. Никто никогда не видел зардалу, ни живого, ни сушеного. -
Ненда повернулся к Хансу Ребке. - Ты слышал? Она шутит?
- Нет, не шутит. - Ребка поправил скафандр. - Это правда. Они лежат в
стазисных баках, но неизвестно, сколько еще это продлится. Когда мы видели
их, стазис уже заканчивался.
- Так ты затеваешь со мной драку, когда там просыпаются зардалу? И
меня еще называют дураком! Да это ты настоящий сумасшедший.
- Что? Я затеваю драку?
Дари вновь встала между ними.
- Вы оба сумасшедшие, будьте вы прокляты. Опять начинаете? Если так,
то, надеюсь, Атвар Х'сиал достаточно хорошо все понимает, чтобы треснуть
вас головами и вбить в них хоть каплю рассудка.
- Она-то понимает. Уж она-то треснет. - Ненда пристально посмотрел на
закрытую дверь. К нему вновь вернулась его холодная невозмутимость. -
Зардалу, значит. Не знаю, что вы мне тут заливаете, но лучше сходить туда
всем вместе. Я расскажу Ат, что здесь происходит. Она, как и я, хотя...
никогда не поверит, пока сама во всем не убедится.
Он повернулся к Атвар Х'сиал.
- Ладно, кончай, Ат. - Серые наросты запульсировали в такт его речи.
- Эти двое шутников говорят, что там лежат зардалу. Ты меня слышишь? Их
четырнадцать, в стазисе, но живых и уже шевелящих пальцами. Я знаю, я
знаю.
Кекропийка откинулась на задние лапы, свернула антенны и спрятала
хоботок в складчатый мешочек.
- Ей не нравится то, что она услыхала, - произнес Ненда. - Она
говорит, что кекропийцы не боятся ничего во вселенной, но образы зардалу
являются частью ее расовой памяти. Плохой частью. Никто не знает, почему.
Ханс Ребка отодвинул первую из дверей.
- Будем надеяться, она так и не узнает, почему. Предлагаю вам с Атвар
Х'сиал держаться немного сзади - на всякий случай.
Он открыл вторую дверь. Дари, вздохнув, задержала дыхание, но тут же
с облегчением выдохнула. Большие пятиугольные призмы лежали на прежних
местах, молчаливые и закрытые.
- Все в порядке. - Ханс Ребка двинулся вперед. - Вам нужны
доказательства? Они здесь. Загляните туда.
Ненда осторожно подошел к иллюминатору на торце стазисного бака и
заглянул внутрь. Через несколько секунд он протяжно вздохнул.
- Я знаю, - тихо сказал Ребка. - Впечатляет, а? И пугает тоже. Надо
найти способ опять включить стазисное поле, прежде чем они проснутся и
попытаются выбраться.
Луис Ненда покачал головой.
- Не знаю, в какие игры вы здесь играете, капитан Ребка и профессор
Лэнг. Чувствую только, что в очень глупые. - Он отошел от длинного ящика.
- Там есть еще тринадцать, в которые можно заглянуть, но готов поспорить,
что они точь-в-точь как этот. - Он обернулся к Дари. - Они пусты, радость
моя. Пусты, как голова дитронита. Что ты на это скажешь?



СТАТЬЯ 42: ДИТРОНИТЫ

РАСПРОСТРАНЕНИЕ. Поскольку сами Д. никогда не выходили в космос, в
больших количествах они встречаются только на их родной планете (Дитрона,
официально - Люрис-3, Кекропийская Федерация, Сектор-5). Колонии
переселенных Д. можно также обнаружить на соседних планетах - Принале
(Люрис-2) и Иверни (Люрис-5). В самом начале кекропийской экспансии Д.
завозили на другие звездные системы, но, как правило, они там не выживали.
Тогда это объясняли недостатком необходимых питательных веществ, но более
поздние анализы показали, что гораздо большую роль сыграл фактор
психологической зависимости. На третьей стадии своего жизненного цикла Д.
не выживают, если численность их группы становится меньше двадцати особей.
ФИЗИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ. Здесь необходимо отдельно рассматривать
все три стадии жизненного цикла Д., традиционно обозначаемые как С-1, С-2
и С-3. Д. являются уникальной формой среди всех известных разумных
существ, поскольку наивысший уровень мыслительных способностей
соответствует не наиболее зрелой ступени их развития, а приходится на
стадию, предшествующую половой зрелости (С-2).
Рождаются они живыми, в личиночной форме (С-1), пометом не менее пяти
и не более тринадцати особей. Новорожденный Д. весит не более одного
килограмма, но обладает большой подвижностью и способен питаться
самостоятельно. Он почти слеп, имеет семилучевую симметрию, без половых
признаков, травоядный. Проявления интеллекта минимальны.
Период С-1 длится одно д-ское лето (три четверти стандартного года),
в конце которого особь весит около двадцати пяти килограммов. Затем
начинается метаморфоза. Форма С-1 плоский, светло-желтый диск диаметром
порядка одного метра - забирается под землю. Наружу выходит уже форма С-2,
многоногое плотоядное темно-оранжевого света, обладающее двусторонней
симметрией и поразительно прожорливое. Д. С-2 нападает на любое существо,
кроме своих форм С-1 и С-3. Языка они не имеют, но особенности поведения
говорят о несомненном наличии интеллекта. Поскольку впервые Д. были
изучены в форме С-2, их причислили к подклассу разумные.
На этой стадии Д. живут поодиночке; они энергичны и асоциальны. Все
попытки экспортировать Д. в другие миры терпели неудачу, но не потому что
погибал сам организм, а из-за прожорливости, агрессивности и постоянного
стремления С-2 вырваться на свободу любой ценой. Оказавшись в неволе,
форма С-2 способна за минуту выбраться из лабиринта, прохождение которого
у большинства людей или кекропийцев заняло бы не меньше часа.
Период С-2 длится четырнадцать лет, все это время Д. постоянно
растет. В конце этого периода он весит двенадцать тонн и имеет длину
пятнадцать метров. Более грозного хищника не существует во всем рукаве
(археологические раскопки на Люрис-3 показали, что древние особи формы С-2
были почти вдвое больше современных и, очевидно, так же прожорливы; однако
все говорит о том, что интеллект у них полностью отсутствовал).
Переход к форме С-3 происходит внезапно и, очевидно, неожиданно для
самой С-2. Предполагается, что первым признаком перехода в стадию С-3
является частичная потеря интеллекта у особи С-2 и стремление к созданию
группы. Прежние асоциальные особи находят себе подобных и совместно
защищают других С-3 уже закапсулировавшихся в коконы. Д. роют глубокие
норы по мягким берегам рек (до ста особей в одном лежбище), где
обволакивают себя защитным коконом. Вновь прибывшие защищают лежбище,
прежде чем зарыться самим. Метаморфоза продолжается более двух лет.
Появившаяся форма С-3 весит менее одной тонны. Материал, из которого
состоит остаточный кокон, является лакомой добычей для любого охотника,
который сумеет преодолеть защитные порядки формы С-2.
Форма С-3 - это прямоходящее двуногое красно-коричневого цвета, с
большой головой и двумя глазами. Двусторонняя симметрия. Ее настороженное
поведение и большая черепная коробка заставили ранних исследователей
Люрис-3 предположить, что С-3 более разумная и, соответственно, более
дружелюбная форма, чем ее предшественник С-2.
К сожалению, голова С-3 используется в основном как резонатор: она
позволяет существу производить громкий призыв к спариванию, который
разносится на большие расстояния. Кроме воздуха в черепе ничего нет. Сам
же мозг весит несколько сот грамм и служит лишь для поиска партнера,
спаривания и произведения на свет личиночной формы С-1.
Попытки использовать Д. в качестве рабов предпринимались
неоднократно, ибо форма С-3 несомненно послушна, предсказуема в поведении
и любит общество; однако результаты ничего, кроме разочарования,
владельцам Д. не принесли. Только кекропийцы до сих пор используют С-3
либо как домашних животных, либо в каком-то ином, неизвестном качестве.
ИСТОРИЯ. Д. не обладают ни письменной, ни устной историей.
Палеонтологические исследования показывают, что эти существа лишь в малой
степени изменили свою форму за последние три миллиона лет, чего нельзя
сказать о размерах.
КУЛЬТУРА. Никакой. Формы С-1 и С-3 неразумны. Д. С-2, несомненно,
разумны, но ничего не строят, не пользуются никакими инструментами, не
носят одежду и не ведут записей. Все попытки установить контакт с С-2 были
ими проигнорированы.
"Всеобщий каталог живых существ (подкласс: разумные)"



20

Появлению разума предшествовал безмятежный период, длившийся целую
вечность. Его возникновение само по себе явилось чудом, причем, как всегда
происходит с чудесами, неожиданным.
Питательных веществ в толще атмосферы газового гиганта было вдоволь;
климат оставался неизменным; абсолютное отсутствие конкуренции устраняло
все стимулы к эволюции.
Доминирующая жизненная форма бездеятельно дрейфовала в океане сильно
сжатых водорода и гелия - рыхлые комки клеток, которые соединялись,
распадались и вновь соединялись в бесконечно разнообразных сочетаниях.
Иногда результат оказывался простым, иногда сложным, но всегда лишенным
даже искры самосознания. Они оставались неизменными восемьсот миллионов
лет.
Все началось с толчка, пришедшего снаружи, из глубин космоса.
Сверхновая, вспыхнувшая в девяти световых годах от Мэндела, ударила
жестким излучением и частицами высокой энергии по верхним слоям атмосферы
Гаргантюа. Доминирующая жизненная форма была надежно защищена десятками
тысяч километров сжатого газа и продолжала спать, но мелкие и примитивные
многоклеточные образования, влачившие свое существование почти на границе
космоса, ощутили на себе всю силу этого потока. Они были безвредными и не
могли конкурировать более эффективными живыми сообществами на глубине; но
теперь, в этой убийственной радиационной буре, они мутировали. Выжившие
стали более прожорливыми, агрессивными и начали расширять свой ареал,
опускаясь вниз. Там они облепили обитателей глубин и начали плодиться,
модифицируя пищевую цепочку.
Спящим предстояло либо проснуться, либо исчезнуть. Сначала их
численность сократилась. Они рефлекторно пытались спасаться бегством, в
бездонную пучину, к скалам твердого ядра, где условия жизни были намного
тяжелее, а пищи гораздо меньше.
Однако этого оказалось недостаточно. Паразиты последовали за ними,
терзая их стремительно тающие тела и мешая их безмятежному дрейфу по
прихоти течений.
Тогда перед Спящими встал элементарный выбор: адаптироваться или
погибнуть. Важнейшим условием выживания было постоянство формы, и стали
усложнять свою структуру. Они сформировали жесткую ткань, предохраняющую
эти структуры от распада, а также наружные покровы, достаточно твердые,
чтобы противостоять атакам паразитов. Они развили у себя подвижность,
чтобы спасаться бегством; они научились распознавать и избегать стаи
голодных кусак, а потом и сами превратились в быстрых и агрессивных
хищников.
Они становились все хитрее. А вскоре появилось и самосознание. Через
несколько миллионов лет настал черед технологии. Спящие теснили паразитов
от верхней границе атмосферы, впервые утверждая право собственности на
окружающее их пространство.
Теперь они были знакомы и чувствовали себя как дома и при миллионах
атмосфер у скалистого ядра Гаргантюа, и в почти космическом вакууме
ионосферы планеты. Они разработали материалы, выдерживающие эти перепады
давления и такие же перепады радиации и температуры. Наконец, они решили
отправиться в такое место, куда по-прежнему досаждавшие им паразиты не
смогли бы за ними последовать: в космос.
Технология развивались вместе с ними. Спящие стали Строителями. Они,
не торопясь, двигались по рукаву от звезды к звезде. Планеты их больше не
интересовали. Их родная планета стала Родиной, и, наконец. Старой Родиной,
покинутой, но не забытой. Она оставалась главным узлом транспортной сети
Строителей.
Они больше не были Спящими, но в одном, очень важном аспекте,
остались такими же, какими были всегда. Активность и агрессивность,
выработанные ими для борьбы с паразитами, насчитывали всего несколько
миллионов лет. То был лишь тоненький налет, скрывавший под собой огромный
пласт поведенческих стереотипов, созданных идиллической, почти бесконечной
эрой безмятежного дрейфа.
Строители сооружали свои гигантские космические артефакты, протянули
транспортную сеть через весь рукав и за его пределы, - но творили они все
это как бы походя, пользуясь лишь малой частью своего коллективного
разума. Да, они были Строителями, но в еще большей степени они были
Мыслителями. Созерцание оставалось для них наивысшим и самым желанным
видом деятельности. Иногда им приходилось вести более активный образ
жизни, но это всегда считалось нежелательным регрессом.
Новое стабильное состояние длилось почти два миллиона лет, в течение
которых Строители неторопливо изучали природу самой Вселенной. А затем
пришла новая Великая Проблема, оказавшая на них куда более глубокое
воздействие, чем паразиты. И им пришлось претерпеть дальнейшее
изменение...


Тот-Кто-Ждет замолк. Повинуясь какой-то невидимой команде, свет в
большом зале померк. Существо приподнялось на несколько сантиметров над
полом тоннеля, где прямо перед ним сидел Джулиус Грэйвз, по обе стороны от
которого примостились Ж'мерлия и Каллик. Сзади, скрестив ноги, застыли
В.К.Талли и Берди Келли, окаменевшие от двухчасового пребывания в
неудобной позе. Когда Тот-Кто-Ждет освоился с человеческой речью, голос
загипнотизировал слушателей, заставив их забыть о своем состоянии и обо
всем вокруг.
Берди пошевелился и оглядел остальных. Хуже всех выглядел В.К.Талли.
Викер наклонился вперед и едва не падал, упершись локтями и ладонями в
пол. Очевидно, ему плохо разъяснили необходимость отдыхать и набираться
сил; с первого взгляда было ясно: еще немного, и он рухнет в обморок от
истощения.
Лица сидевшего впереди Грэйвза Берди не видел, а выражения мордочек
двух чужаков никогда ничего ему не говорили. Скорее всего, они жаждут
поскорее отыскать Луиса Ненду и Атвар Х'сиал, дабы снова пресмыкаться
перед своими хозяевами. Они развалились на полу, поджав лапки, и во все
глаза таращились на сверкающую сферу, висевшую в нескольких футах перед
ними.
- В чем состояла эта Великая Проблема? - спросил Грэйвз.
- Информация об этом была сочтена излишней. - Усталый голос чуточку
оживился, словно радуясь скорому окончанию разговора. - Поскольку я был
создан Строителями много лет назад, мои запасы информации громадны, но они
включают лишь то, что считалось необходимым для моего эффективного
функционирования. Ответы на свои вопросы вы получите, когда прибудете на
Ясность - главный артефакт, находящийся за пределами галактики.
- И там мы найдем Строителей? - Грэйвз вел себя как глава их
маленькой группы.
- Эта информация у меня тоже отсутствует. - Тот-Кто-Ждет сделал
паузу. - Настоящее местонахождения Строителей мне неизвестно; однако вам
предстоят встретиться с Посредником, или Собеседником; мы с ним имеем
одинаковую форму. Строители, решив перебраться на Ясность, отложили
некоторые другие решения до того времени, когда произойдут определенных
события. События эти уже близки, и Посредник примет в них участие.
- Когда Строители покинули рукав спирали?
- Точно сказать не могу. - Тот-Кто-Ждет издал уже знакомый булькающий
звук и продолжил: - Сам я ждал шесть миллионов ваших лет внутри планеты,
которую вы называете Тектоном, а мой возраст... Не знаю, может, десять
миллионов ваших лет? Или двенадцать?
Наступила очередная пауза, во время которой Берди решил, что творения
Строителей страдают старческим маразмом.
- Я бы ждал и дальше, - продолжил Тот-Кто-Ждет, - но несколько недель
назад наконец-то были получены нужные сигналы. Они говорили о том, что все
конструкции Строителей в рукаве спирали посетили представители избранных
видов разумных существ. Настало время привести план в исполнение.
Приливная энергия, поступающая в Тектон во время Летнего Прилива, была
использована для вскрытия планеты. Благодаря этому я смог перебраться в
окрестности Старой Родины. Я пришел к воротам транспортной системы, где мы
сейчас и находимся.
- Вскоре вы согласно своей просьбе войдете в эти ворота. Или у вас
есть последний вопрос?
- Если мы не встретим Строителей на Ясности, не расскажешь ли, как
они выглядят? - произнес Грэйвз.
- В этом нет необходимости. Вы уже знакомы с теми, кто имеет внешний
облик Строителей, - с фагами. - Считается, что фаги сами являются
артефактами, - отозвался Стивен Грэйвз. - Ты имеешь в виду, что фаги
созданы Строителями по своему образу и подобию?
- Нет. Фаги - это сами Строители, но деградировавшие. Их разум
утерян. Они способны только размножаться и производить простейшие операции
по поглощению материи и энергии, вот и все. В открытом космосе от них одни
неприятности, но для планет они неопасны - сильное гравитационное поле
отпугивает их.
- Что же заставило Строителей превратиться в фагов? - спросил Грэйвз.
- Не знаю. - Тот-Кто-Ждет затрясся, поднимаясь выше над полом. - Мне
лишь известно, что это еще одно следствие Великой Проблемы, того, что
заставило Строителей покинуть рукав и погрузиться в долгий стазис на
Ясности. Больше никаких вопросов. Пора открывать ворота.
Берди огляделся. Что за болтовня насчет ворот? Здесь ничто и близко
их не напоминало.
- Не знаю, где находятся эти ваши ворота, - начал он, - но вот что
касается безопасного возвращения на родные планеты, о котором ты
говорил...
Не успел он закончить фразу, как пол у него под ногами испарился; он
услышал нарастающий гул. Берди бросил взгляд вниз: он падал, брошенный в
никуда.
Он зажмурился.


Вспоминая то, что произошло дальше, Берди решил, что поступил тогда
совершенно правильно. Открывал глаза он лишь тогда, когда снова ощутил
твердую опору под ногами. А может, он просто упал в обморок. Он не
собирался спорить на эту тему. Наверняка ему были известны только две
вещи. Во-первых, когда другие описывали путешествие, он понятия не имел, о
чем они говорят; он абсолютно ничего не помнил.
Во-вторых, когда он наконец открыл глаза...
...Он стоял на плоской, бесконечной равнине под серым потолком, с
которого струился тусклый свет.
И он был не одинок. Его окружали, нависая над ним, протягивая к нему
бледно-голубые щупальца, - еще до того как он успел поднять веки...
...Чудовища из ночных кошмаров.
Он увидел дюжину громадных тел темно-синего цвета. Они приближались к
нему, широко разевая острые клювы. В этот момент Берди, как никогда,
захотелось зажмуриться и вновь потерять сознание.



СТАТЬЯ 16: ЗАРДАЛУ

РАСПРОСТРАНЕНИЕ. Как и вся информация, касающаяся З., данные о
распространении этого вида основываются лишь на фрагментах исторических
хроник и смутных образах, хранящихся в расовой памяти других разумных
существ. Считается, что территория громадной империи, известной под
названием Сообщества Зардалу, представляла собой полусферу поперечником
около тысячи световых лет с координатами центра: азимут - 22 часа,
склонение - 27^, северное, расстояние - 1400 с.л. (к-ты даются в
гелиоцентрической системе относительно плоскости галактики; таблицы для
пересчета в кекропийскую систему - см. Приложение Б). Основание этой
полусферы приблизительно соприкасается с Ближним Пространством (см.
"Люди"), а ее нижняя часть частично перекрывает территорию Кекропийской
Федерации (см. "Кекропийцы").
Перед Великим Восстанием (примерно 11000 лет назад), когда С.З.
достигло наивысшего расцвета, в него входило свыше тысячи обитаемых
планет. Судя по тому, что незадолго до Восстания, были предприняты
разведывательные экспедиции на территории нынешних Четвертого Альянса и
Кекропийской Федерации, С.З. намеревалось распространить свое влияние на
эти регионы.
Несмотря на ходящие и поныне слухи о скрытых мирах, населенных З.
(слухи, обладающие убедительностью и живучестью интервидовой легенды),
следует отметить, что со времен Великого Восстания не обнаружено ни одного
З. Можно с уверенностью утверждать, что З. истреблены, и истреблены уже
одиннадцать тысяч лет.
ФИЗИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ. Не обнаружено ни останков, ни изображений
З. Во время Великого Восстания письменные источники З. систематически
уничтожались, наряду со всеми следами их пребывания. Представленные ниже
данные являются результатом обобщения информации, хранящейся в расовой
памяти различных существ, в основном хайменоптов. Она, несомненно, имеет
оттенок субъективности, характерной для порабощенных разумных существ,
вспоминающих прежних хозяев.
З. были сухопутными головоногими, имевшими от шести до двенадцати
щупалец. Размеры их точно неизвестны, но они явно были существенно больше
хайменоптов, которые редко превышают полтора метра в длину, даже с
полностью вытянутыми конечностями. Рост стоящего З. предположительно
составлял три метра, хотя, по воспоминаниям хайменоптов, они были вдвое
выше.
Свидетельства говорят о том, что кожа у З. была гладкой и как бы
покрытой жиром, различной окраски, от бледно-голубой (щупальца) до
темно-синей (основное туловище). На голове находились большие,
закрывающиеся веками глаза, клюв внушительных размеров и рот,
предназначенный для приема пищи.
Подробности внутреннего строения неизвестны. Был ли у З. внутренний
скелет, или нет - остается только гадать. Исходя из их больших размеров, а
также способности передвигаться и действовать на суше, логично
предположить, что они обладали рудиментарным скелетом или прочными
внутренними оболочками и опорами из полужесткого материала.
Нет никакой информации относительно их разума или уровня культуры и
ничего не известно о способе размножения З. и их семейных отношениях. По
сей день они сохраняют репутацию чрезвычайно плодовитых существ, но это
утверждение не имеет под собой научных обоснований.
ИСТОРИЯ. Здесь нельзя с определенностью сказать почти ничего, кроме
нижеследующего: исходя из огромных размеров и высокой степени интеграции
их империи, З. должны были освоить космические полеты как минимум, за
двадцать тысяч лет до кекропийцев и людей, а возможно даже гораздо раньше.
Центр клайда З. неизвестен, хотя его название - Дженизия часто
встречается в легендах. Очень может быть, что это одна из нескольких
десятков планет, испепеленных во время Великого Восстания. Любая
участвовавшая в нем раса могла найти и без малейшего колебания
аннигилировать родину З.
КУЛЬТУРА. Все сведения о культуре З. сводятся к пяти словам:
могущество, решительность, империализм, экспансионизм и безжалостность.
Тяжелым наследием владычества З. является то, что одно воспоминание о них
повсеместно вызывает в сознании самых разумных существ сильнейшие образы
отрицательного характера, несмотря на то, что с момента их исчезновения
прошло десять тысячелетий.
"Всеобщий каталог живых существ (подкласс: разумные)"



21

Дари вернулась в погруженный тишину зал чуть раньше остальных. За
последние четыре часа она пришла к убеждению, что поиски ни к чему не
приведут. Еще она устала и опять проголодалась.
Однако даже в этом состоянии она не смогла сесть, пока не заглянула в
каждый из баков. Умом она понимала, что эти гробы пусты: для зардалу не
было никакого смысла возвращаться в стазис, даже если бы они знали, как
эти баки работают.
Дело было не в логике. Она хотела своими глазами в этом убедиться.
Атвар Х'сиал вползла в комнату через несколько минут, как раз
вовремя. Они обменялись кивками. Никакой диалог между ними не был возможен
без Луиса Ненды в качестве переводчика, но Дари не сомневалась, что
кекропийка тоже ничего не обнаружила. Об этом ей сказали ее движения,
столь же красноречивые, как и человеческая мимика.
Ребка и Ненда пришли вместе. Они выглядели злыми и озабоченными.
- Ничего? - спросила Дари.
Они одновременно покачали головами.
- Как сквозь землю провалились, - ответил Ненда. - Ни Строителей, ни
Посредника, ни зардалу. Пошли они в задницу! Ясно, что нам и десяти тысяч
лет не хватит, чтобы все здесь как следует обыскать. Ладно, плевать. - И
точно так же, как Дари, они с Ребкой обошли баки, заглянув в каждый, чтобы
убедиться, что те пусты.
- Это хуже, чем я думал, - сказал Ненда, когда они вернулись. - Ат
говорит, она ни душка их нигде не поймала, а ведь она способна унюхать
комариную лапку за сотню километров. А таких вонючек, как они, и подавно.
Они исчезли все до одного. Что теперь будем делать, мальчики и девочки?
Ненду убедили вовсе не аргументы Дари или Ханса Ребки, а запах. Когда
Атвар Х'сиал сунула голову в один из баков и, вытащив оттуда на конце лапы
комок какой-то грязи, объявила, что во всем рукаве спирали нет ничего,
хотя бы отдаленно напоминающего запах этого вещества, Ненда отбросил все
сомнения. Кекропийка разбиралась в запахах лучше, чем любой человек в
зрительных образах Дари тоже сунула голову в один из баков и ощутила
легкую вонь аммиака и прогорклого жира.
Ребка сидел на верхушке одного из гробов, положив подбородок на
ладони.
- Что делать будем? - повторил он вопрос Ненды. - Как я понимаю, за
нами приглядывают. Посредник сказал, что действие начнется, когда
соберутся все три вида разумных существ. Тогда мы не поняли, о чем он
говорит, теперь - знаем.
- Все мы тут как тут, - произнес Ненда, - люди, кекропийцы и зардалу;
загвоздка в том, что мы не можем найти зардалу.
- Мы - нет, но готов поспорить, что Посредник сумеет. Он ведь у себя
дома.
- Да мы и Посредника-то не найдем. - Ненда прошел вперед, встал перед
баком и вызывающе посмотрел на Ребку. - Отличная работа, капитан. Если ты
так убежден, что Посредник нас найдет, не понимаю, зачем мы вообще
занимались поисками.
Ребка не шевельнулся.
- Потому что я хотел бы рассказать ему о зардалу прежде, чем это
сделают они, - тихо произнес он. - На тот случай, если ему не известна их
репутация. У тебя есть какие-нибудь идеи, умник? Готов послушать и прийти
в восхищение.
- Пошел ты...
- Ну, ладно. - Дари встала меж ними. - Хватит. Или я натравлю Атвар
Х'сиал на вас обоих. Кажется, мы согласились не ссориться и не драться,
пока не выберемся из этой заварушки.
- Я сказал, что буду только сотрудничать. И я никогда не говорил, что
буду плясать под его дудку, или соглашаться, когда он порет чушь...
Ненду прервала Атвар Х'сиал, одним прыжком преодолевшая разделявшее
их расстояние. Она обняла его передней лапой и притянула его голову к
своему панцирю.
- Эй, Ат, - произнес он. - На чьей это ты стороне? Ну ладно, хватит!
Кекропийка прижала его к себе и развернула лицом ко входу в комнату.
- Что! - Отверстия на его груди запульсировали. - Ты уверена?
Он вывернулся и крикнул Дари.
- Прячься за баки. Скорей! И ты тоже, капитан.
- Что происходит? - Ребка соскочил с крышки стазисного бака, но,
вместо того чтобы спрятаться, вышел вперед.
- Ат говорит, что чует дух зардалу. Оттуда, снаружи. - Ненда кивнул в
сторону входа. - Она слышит звуки, только очень слабые. Что-то движется
сюда.
- Скажи Атвар Х'сиал, чтобы они с Дари укрылись за баками. И ты тоже.
Я останусь здесь.
- Играем в героя, капитан? - Ненда потер свою бугристую грудь. - Тем
лучше для меня. - Он развернулся. - Давай же, Ат, уходи.
Кекропийка не двинулась. Она подалась вперед и развернула на полную
длину свои антенны. Ненду она снова притянула к себе.
- Идите, - сказал Ребка. - Чего вы оба ждете?
Ненда убрал руки с обхватившей его лапы Атвар Х'сиал и уставился на
вход.
- Я передумал. Я останусь здесь.
- Тебе больше делать нечего? - Ребка шагнул вперед и встал рядом с
ним. - Нам не следует ждать здесь всем вместе, если это идут зардалу.
- Согласен. Поэтому иди и спрячься с профессоршей. - Ненда повернул
голову и бросил на Ребку отчужденный взгляд. - Ат говорит, что чует
хайменоптку. И не какую-нибудь старуху - она чувствует запах Каллик. Я
остаюсь.
Следующая минута прошла в томительном бездействии. Из дверей никто не
показался. Никаких комментариев или дальнейшей информации от Атвар Х'сиал
через Луиса Ненду не поступало. Никто, кроме нее, не слышал, не видел и не
обонял ничего необычного. Дари, чувствуя себя круглой дурой и трусихой,
вышла из-за баков и направилась вперед, чтобы присоединиться к остальным.
Ханс Ребка выразительно посмотрел на нее, но вернуться обратно не
предложил.
Сначала донесся запах, слабый и чужой душок, разносимый
циркулирующими воздушными потоками. Дари не узнала его. У нее перехватило
дыхание, но она, вытянув шею, смотрела в полумрак тоннеля, пытаясь
разглядеть там нечто втрое превышающее человеческий рост.
- По словам Ат, сейчас войдет. - Грубый голос Ненды понизился до
шепота. - Еще пара секунд. Придержите шляпы.
Из темноты медленно выступила загадочная фигура. Двигалась она
странно, как бы боком. Еще секунда - и она стала полностью видна.
Стоявший рядом с Дари Луис Ненда расхохотался. Ей показалось, что эхо
вторит ему. Грозный призрак вышел на свет. Вместо семиметрового
сухопутного спрута, возвышающегося на массивном жгуте из щупалец, перед
ними стоял мужчина среднего роста, с головой, обмотанной окровавленным
бинтом. Его неуклюжие движения говорили о том, что у него либо сильно
повреждены ноги, либо центральная нервная система.
Он проковылял вперед и остановился в нескольких шагах от группы.
- Некоторые из вас не знают меня, - сказал он. Голос его был вполне
реален. - Но я знаю всех вас. Здесь Дари Лэнг, Ханс Ребка, Луис Ненда и
кекропийка Атвар Х'сиал. Меня зовут В.К.Талли. Я пришел, чтобы доставить
послание и задать вопрос, но прежде скажите, кто главный в группе.
Ханс Ребка и Луис Ненда уставились друг на друга, пока Ненда не пожал
плечами.
- Что ж, давай. Пускай я буду гостем.
Ребка повернулся к В.К.Талли.
- Я. В чем твой вопрос?
- Сначала я должен сделать заявление. Здесь я присутствую только в
качестве посланника. Остальная часть группы, прибывшей сюда со мной,
состоит из людей Джулиуса Грэйвза и Берди Келли, лотфианина Ж'мерлии и
хайменоптки Каллик. В данный момент они являются пленниками разумных
существ, известных в рукаве под названием зардалу. Если вы попытаетесь
освободить их силой, они будут немедленно уничтожены. Должен добавить, что
мое сотрудничество вызвано угрозой расправы с советником Грэйвзом. Теперь
вопрос. Есть ли здесь другие разумные существа, или вы здесь одни?
Пожалуйста, произнесите ответ громко и четко.
- Определенный ответ я дать не могу. Могу сказать лишь, о других
существах нам ничего неизвестно.
- Логика подсказывает, что более полного ответа не требуется. Уверен,
что этого достаточно. Действительно...
Ребка и остальные члены группы уже не слушали его. Следом за
вживленным компьютером из тоннеля выступили, полностью накрыв его своими
тенями, три гигантские фигуры. Та, что в центре, держала двумя щупальцами
Каллик головой вниз, плотно обвив брюшко хайменоптки, чтобы она не смогла
воспользоваться своим сверкающим желтым жалом. Ребка застыл. Во всем
рукаве не было существа, способного в одиночку скрутить взрослую
хайменоптку. Однако Каллик не сопротивлялась. Ее глаза были открыты, а
одна из задних лапок болталась, вывернутая под неестественным углом.
Страшный голубой клюв нависал над ее шеей, готовый в любую секунду
ударить.
Двое других зардалу были вооружены импровизированными дубинками,
скрученными из кожухов пищевых контейнеров. Внешне существа были почти
одинаковы, за исключением ожерелий из сумок с круглыми входными
отверстиями, опоясывавших тела ниже продольных ротовых щелей. У зардалу,
стоящего справа, бледно-голубые овалы внутри сумок выпирали сквозь плотную
ткань гораздо сильнее.
Клюв центрального зардалу пришел в движение, издавая высокие,
щелкающие звуки. Каллик ответила. Последовал новый короткий обмен щелчками
и свистками.
- Эй, Каллик, - позвал Ненда.
Хайменоптка даже не взглянула на него.
- Функция В.К.Талли в качестве посланника окончена, - произнесла она
деревянным голосом. - Он не может общаться с зардалу и поэтому признан
бесполезным. Его послали вперед как приманку, на случай, если в комнате
устроена смертельная западня. Я могу общаться как с вами, так и с зардалу.
Таким образом, в качестве переводчика последующих сообщений буду выступать
я. Главная у зардалу - это та, кто меня держит. Чтобы обратиться к ней,
можете называть ее Владелицей.
- Сукина дочь, - прошептал Ненда. - Что она с ней сделала? Это не моя
Каллик, не настоящая Каллик.
- Они пришли, готовые к драке, - так же тихо произнес Ребка. - Десять
тысяч лет в стазисе, но стоило им проснуться, и они сразу готовы покорять
вселенную. Следи за тем, что делаешь и говоришь. Ни одного неверного
движения.
- Еще учить меня будешь.
Зардалу слева вытянул два средних щупальца бледно-голубого цвета и
без особых усилий подтащил ими к себе В.К.Талли. В тот же момент зардалу,
державшая Каллик, перевернула ее в воздухе и опустила на пол перед Луисом
Нендой. Ода стояла, держа на весу вывернутую заднюю лапку. Блестящие
черные глаза хайменоптки смотрели на него не мигая. Ненда медленно кивнул.
Он молчал.
- Владелица знает, что ты мой бывший господин, - сказала Каллик. -
Она приказала сообщить тебе, что теперь я служу Владелице, и только ей.
Луис Ненда сглотнул. Дари видела, как заходили его челюсти.
- Я тебя слышу, - сказал он наконец. - Скажи Владелице, что я получил
послание и понял его.
- И спроси Владелицу, - добавил Ребка, - что она от нас хочет. Скажи
ей, что мы прибыли недавно и не в курсе происходящего. Мы не знаем, как
добраться до Посредника или до любого другого обитателя этого артефакта.
- Владелица осведомлена обо всем этом, - сказала Каллик после
короткого обмена щелчками со стоявшей за ней зардалу. Прежде чем она
продолжила, ее глаза замигали в любопытной последовательности. - Она не
знает, чего хочет Посредник, и ее это не волнует. У нее и ее спутников
есть единственная цель. Если вы поможете ее достигнуть, вы и заложники
останетесь живы. Если вы не будете сотрудничать, попытаетесь
противодействовать или же попробуете совершить предательство, вы и все
ваши соплеменники умрете.
- Отлично сказано. Хорошо, мы все поняли. Какова их цель?
- Чтобы их выпустили отсюда и дали в их распоряжение корабль. Им
должны предоставить возможность покинуть это место и направиться, куда они
захотят, без преследования. Владелица и остальные понимают: для того,
чтобы добиться этого, им необходимо сотрудничество с другими существами,
кем бы они ни были и кто бы ни правил этим местом. Ей известно, что вы не
правители.
- Но к нам это не имеет никакого отношения. Что вы хотите, чтобы мы
сделали?
- Нечто весьма простое. Владелица также знает, что правители этого
места собираются поставить эксперимент над зардалу, людьми и кекропийцами.
Для этих целей Владелица собирается оставить здесь одного зардалу. Она уже
отобрала его. Когда правители этого мира придут на очередную встречу с
вами, вы должны заявить, что будете сотрудничать с ними только при одном
условии: всех зардалу, за исключением одного, надо отпустить отсюда,
предоставив им оснащенный звездолет и полную свободу лететь туда, куда они
захотят. После этого вы, люди и кекропийцы, можете поступать, как вам
угодно - сотрудничать с правителями или противостоять им.
- Скажи Владелице, чтобы она подождала минуту. - Ребка повернулся к
остальным. - Вы сами все слышали. Вряд ли у нас есть другой выбор: надо
согласиться, или, по крайней мере, сделать вид. Ненда, расскажи Атвар
Х'сиал, что происходит.
- Она уже знает, - произнес Ненда. - Посмотри на нее. - Кекропийка
кивала слепой головой. - Я давал ей феромонный перевод по ходу дела. Она
согласна - другого выбора, кроме сотрудничества, у нас нет.
- А ты. Дари?
- А что еще нам остается? Иначе Берди Келли и советника Грэйвза
убьют.
- Угу. - Ребка опять повернулся к Каллик. - Ты, наверное, все
слышала, но вот наше официальное заявление. Скажи Владелице, что мы
согласны с ее условиями. Скажи ей также, что мы не знаем, когда встретимся
с Посредником или с кем-то еще, кто управляет этим артефактом, но как
только он войдет с нами в контакт, мы известим его, что согласны
сотрудничать только если они отпустят всех зардалу, кроме одного. И до
того, как это произойдет, сотрудничество невозможно.
Каллик кивнула и вновь заговорила с зардалу на языке щелчков и
посвистов. Вытянулось щупальце и, обхватив Каллик поперек тела, подняло ее
в воздух.
- Владелица приказала мне сказать, что вы приняли мудрое решение, -
сообщила хайменоптка. - Заложники, естественно, будут оставаться у них.
Однако один из них находится в состоянии, близком к окончательному, и
держать его нет смысла. Владелица использует этого индивидуума и еще одну
маленькую вещь в качестве примера. Она хочет доказать вам серьезность
намерений зардалу и подчеркнуть, что всех вас постигнет такое же наказание
за измену. Владелица предупреждает, чтобы вы не пытались идти за ними. Она
сама вернется, когда сочтет нужным.
Как только Каллик кончила говорить, зардалу протянула второе щупальце
и ухватилась за ее поврежденную лапку. Каллик издала свистящий возглас
боли, и в следующий момент лапка была выдернута из тела и брошена к ногам
Луиса Ненды.
Одновременно зардалу, державший В.К.Талли, толкнул его вперед.
Грубая, с заостренными краями дубина, зажатая в другом его щупальце, с
ужасающей силой обрушилась на голову Талли в области уха. Крышка черепной
коробки отскочила и полетела через всю комнату.
Зардалу скрылись в тоннеле. Тело В.К.Талли неподвижно лежало перед
Дари Лэнг. Из разбитой головы текла кровь.


Трое людей не сразу пришли на помощь В.К.Талли. Первой опомнилась
Атвар Х'сиал, менее знакомая с человеческой физиологией и внешними
проявлениями жизнедеятельности организма. Бросившись к нему, она подняла
обезображенное тело в вертикальное положение и перенесла его в то место,
где на полу валялась крышка черепа.
- Что она делает? - спросила Дари дрожащим голосом. - Он же мертвый.
Луис Ненда ссутулившись сидел на полу, бормоча что-то про себя.
Услышав слова Дари, он посмотрел вверх и быстро вскочил.
- Она делает то, что следовало сделать мне, будь у меня хоть капля
соображения. Талли только похож на человека, но он не человек. Грэйвз
сказал, что он вживленный компьютер. Там, на планетоиде, у него вынимали
из головы мозги, и это ничуть его не волновало. Попробуем. Может, есть
способ починить его.
На первый взгляд, надежд на это было немного. Тело безвольно обвисло,
а верхняя часть черепа была напрочь снесена, обнажив безжизненную белую
кость.
- Начнем вот с чего, - сказал Ненда. - Надо остановить кровь.
- Нет. - Ханс Ребка сунул руку в черепную коробку. - Смотрится,
конечно, плохо, но главное сейчас не это. Необходимо восстановить связь
мозга с телом, иначе ему конец. Скажи Атвар Х'сиал, чтобы держала его
покрепче. - Как только Ребка коснулся мозга, руки и ноги начали
подергиваться. - Так, у нас проблемы. От удара разъем выскочил из гнезда.
Пробую поставить его на место. Что-нибудь наблюдается?
- Д-д-да. Да, конечно. - Это ответил уже сам В.К.Талли гортанным
булькающим голосом. - Благодарю вас. Я сразу же понял... что, что удар
нарушил интерфейс тело-мозг, но без... входных сенсорных сигналов... я не
знал, что произошло потом. И сообщить о своей проблеме... я тоже не мог. -
Светло-голубые глаза раскрылось и с ресниц закапала кровь. Талли
огляделся. - Теперь я способен функционировать. Условно. Я работаю на
запасном интерфейсе, но пока он вполне заменяет основной. Где зардалу?
- Ушли. Но ненадолго. - Дари взяла у Атвар Х'сиал крышку черепа и
беспомощно посмотрела на нее. Та представляла собой бесформенную
окровавленную массу из волос и костей с острыми краями. - Каллик они
забрали с собой.
- Они наверняка вернутся. Позвольте, я сам. - Талли потянулся, взял
из рук Дари едва прикрытую кожей чашу и внимательно оглядел ее своими
синими глазами. - Передние шарниры отломились и стали полностью
неработоспособны, но защелки вроде бы в порядке. Они могут удерживать ее,
правда, лишь в том случае, если я не буду делать резких движений или
сильно наклоняться.
Он снова замолчал.
- С тобой все в порядке? - спросил Ребка.
Талли помахал ему рукой.
- Я запустил программу диагностики. Я надеялся, что единственной
проблемой окажется неизбежный некроз тканей черепа, лишенных
кровоснабжения. Теперь я знаю, что есть другие, еще более серьезные
трудности. Это тело близко к окончательному выходу из строя. Через
несколько часов оно не сможет функционировать - самое большее часов
двадцать непрерывного действия. Вероятно, оно продержится вдвое дольше,
если дать ему соответствующий отдых. Потом я не смогу двигаться, а далее
потеряю все сенсорные каналы. Необходимо, чтобы я передал вам всю
потенциально важную информацию, прежде чем это произойдет.
Говоря все это, Талли пытался пристроить черепную крышку. Но точно
она так и не села. После нескольких секунд он оставил попытки.
- Структурные разрушения даже больше, чем я предполагал. Нужно
прибинтовать ее покрепче и забыть об этом. Лучшего результата я все равно
не добьюсь.
Он сел на пол, поддерживая руками голову, пока Ханс Ребка вновь
обматывал бинтом окровавленные волосы и кожу.
- Вот так, - продолжил Талли. - Можно мне говорить? Приготовьтесь
принимать от меня информацию. Будет трагедия, если накопленные мною факты
я не передам из-за собственных моторных дисфункций.
- Можешь начать, когда тебе угодно. Я слушаю. - Появление зардалу
заставило Луиса Ненду побледнеть, но не от страха. Он нахмурился, и ноздри
его раздувались. - Я с радостью приму у тебя любую информацию об этих
голубых ублюдках.
- Есть один фактор, который Джулиус Грэйвз считает исключительно
важным. Он дал мне распоряжение ознакомить вас с ним при малейшей
возможности. Вы видели сумки вокруг каждого зардалу?
- Типа круглых ожерелий вокруг тел? Конечно. Трудно не заметить.
- Но вы, вероятно, не знаете, для чего они. Это репродуктивные
органы. В каждой сумке развивается молодая особь. Зардалу оказались
гермафродитами, и любой из них способен произвести многочисленное
потомство. Мы уже видели появившуюся молодь. И эти новорожденные
чрезвычайно прожорливы.
- Здесь полно еды.
- Пригодной для нас и для взрослых зардалу, но незрелые зардалу
питаются преимущественно мясным. Судя по тому, что слышала Каллик, зардалу
считают: если молодь станет питаться продуктами из местных пищевых
источников, она будет плохого качества.
- Что значит плохого качества? - спросил Ненда. - Мы все ими
питаемся. В чем она будет хуже?
- Я не знаю. Но Джулиус Грэйвз убежден, что если зардалу не позволят
улететь отсюда, то и вы, и заложники будете рассматриваться в качестве
потенциального источника необходимой для молоди пищи. В данных
обстоятельствах желательно согласиться с их требованиями.
Дари затошнило, но Ребка лишь пожал плечами, а Ненда произнес:
- Итак, всем нам предстоит стать детским питанием. Великолепно. Что
еще у тебя есть?
- Я могу провести вас к комнате, где расположились зардалу, если
пожелаете.
Ребка посмотрел на остальных:
- Не слишком актуальная потребность в нашем положении, а? Мы пока не
знаем, как этим воспользоваться. Возможно, понадобится позже. Что еще?
- Нечто, значение чего определить пока не удалось, хотя Стивен Грэйвз
считает, что это очень важно. Каллик - единственная, кто способен общаться
с ними. В далеком прошлом хайменопты были рабами зардалу, и с тех пор их
язык не изменился. Каллик сказала...
- Погоди-ка, Талли, - перебил его Ханс Ребка. - Ты все твердишь:
Каллик сказала это, Каллик сказала то. Не думаю, что ей можно хоть на йоту
верить. Зардалу полностью подчинили ее себе.
- Не-е. - Ненда замотал головой. - Это только кажется, но на самом
деле - не так. У нас с Каллик есть специальный код, при помощи которого мы
общаемся, когда нельзя говорить вслух. Никто, кроме меня, не понял
сообщения, переданного ею глазами, когда она стояла среди зардалу. Она все
время повторяла мне: "Жди. Не сейчас". Она знала, что я готов сорваться, и
говорила мне, что время еще не настало.
- Еще она тебе что-нибудь сказала? - спросил Ребка. - Насчет их
вооружения или, может быть, слабых мест?
- Да ты что? Этот же код, а не полноценный язык. Однако Каллик
сообщила кое-что еще, правда, косвенно. Зардалу - очень сильные. Никто не
в силах удержать взрослую хайменоптку. Нам бы всем вместе не удалось это
сделать. А зардалу сделали это без особого труда. Чтобы сражаться с ними,
нужно что-то особенное.
- Но Каллик была ослаблена, - сказала Дари. - Еще до того, как ей
оторвали лапку, она уже хромала. А сейчас она, может, уже умерла.
- Чепуха. - Ненда повернулся к Талли. - Все вы понятия не имеете о
хайменоптках. Для того чтобы причинить Каллик вред, этого недостаточно;
как раз сейчас она отращивает новую ногу, так что не будем терять на это
время. Однако это свидетельствует о том, что ситуация очень плохая. Раз
зардалу способны ее удержать, да еще сделать с ней такое, то любого из нас
они в два счета превратят в фарш. А если уж мы заговорили о фарше, давайте
послушаем Талли, пока маленькие зардалу не запросили ням-ням. Что еще
говорила Каллик?
Вживленный компьютер медленно сел, придерживая голову руками.
- Когда нас схватили, она слушала их, прежде чем до зардалу дошло,
что она понимает их речь. Кстати, Каллик невысокого мнения об их
сообразительности: они не обеспокоились тем, что успели кое-что сказать в
ее присутствии, даже обнаружив, что она их понимает. Она слышала большую
часть их разговора. Очевидно, их захватил Тот-Кто-Ждет или кто-то вроде
него в последние дни Великого Восстания. Перебрасывали их уже в стазисе. В
то время к революции в Сообществе Зардалу планеты присоединялись одна за
другой. Зардалу систематически уничтожались, и их последние крепости пали
одна за другой. Эти четырнадцать индивидов, пытаясь спастись, улетели в
космос. Каллик сказала, что они считают себя последними оставшимися в
живых представителями их вида.
- Надеюсь, они правы, - произнес Ребка. - Весьма рад, если это так.
- Но именно поэтому они решительно настроены бежать отсюда и
где-нибудь затаиться, пока не восстановят численность. Чрезвычайная
плодовитость вида была их сильной стороной. Если у них будет спокойная
планета и век-другой в запасе, численность зардалу вырастет до сотен
миллионов. Они вновь организуются и начнут все сначала.
Длинная Атвар Х'сиал во время всего разговора сидела согнувшись.
Сейчас она зашевелилась и повернула желтые рожки к Луису Ненде.
- Я согласен с этим, - произнес он и повернулся к остальным. - Пока
мы говорили с Талли, я все время держал Атвар в курсе дела. У нее есть
хорошая мысль. Если зардалу были схвачены и посажены в стазисные баки
возле одной из своих планет, как только с нее взлетели, то, возможно,
сейчас они не знают, где находятся. Ни я, ни Ат никогда не говорили с
Посредником, но, как я понял, он довольно сдержан в своих высказываниях; а
зардалу, выйдя из стазиса, должно быть, соображают довольно хреново.
Возможно, они считают, что могут вскочить в корабль, отвалить отсюда и
найти укромное место где-нибудь в нескольких световых годах. Это вовсе не
так, но только мы не известим их об этом. Ат говорит дело: пусть они
достают корабль, мы поможем им сесть в него, а потом пусть эти синие
ублюдки обнаружат, что они в тридцати тысячах световых лет от чего бы то
ни было, и попутного ветра им в задницу.
- Это прекрасно, - сказал Ребка. - Предположим, что Посредник ничего
им не сообщил. Но если он пока не сказал им, где они находятся, то,
вероятно, расскажет об этом в следующий раз, как только с ними встретится.
- Этому помешать не можем, но надо сделать все, чтобы они не узнали
это от нас. И, возможно, повернуть переговоры в другом направлении, если
представится возможность. Это, вероятно, не представит труда, учитывая,
что зардалу вовсе не самые умные существа в рукаве. - Луис Ненда посмотрел
на В.К.Талли, голова которого начала падать на грудь. - Продолжай. Что
еще?
Талли молчал.
- Оставь его, - сказала Дари. - Он на последнем издыхании.
- Откуда ты знаешь?
- Посмотри не него. Он еле держится.
- Дальше ему, наверное, станет еще хуже. - Ненда нагнулся и
пристально посмотрел в закрывающиеся глаза Талли. - Тело отдыхает, но сам
он не спит. И это, вероятно, наш последний шанс. Растолкай-ка его,
профессор, пусть продолжает.
- Нет. - На этот раз заговорил Ребка. - Ты не специалист по
вживленным компьютерам, Ненда. Я тоже. Талли знает состояние своего тела
лучше, чем любой человек. Если он считает, что должен отдохнуть, пусть
отдыхает.
- А что прикажешь делать нам? Сидеть здесь и ждать, пока зардалу не
прозвонят к обеду?
- Что-то вроде этого. - Ребка оттащил В.К.Талли по гладкому полу к
стене и прислонил его к ней. - Мы толком не отдыхали уже несколько дней. И
каждый из нас в любой момент может свалиться с ног. Нужно поспать. Я хочу
последовать примеру Талли и чуток вздремнуть. И если у вас есть здравый
смысл, вы сделаете то же самое. Караулить можно по очереди. Если к
возвращению зардалу мы хотим быть готовыми к действиям, лучше иметь в
запасе силы. - Он сел рядом с Талли. - С другой стороны... В общем, когда
позовут к обеду, каждый может оказаться первым в меню.



22

Двумя часами позже Дари Лэнг в одиночестве бродила вдоль стазисных
баков. Ханс Ребка и Луис Ненда поели, потом Ребка безмятежно сказал:
- Прекрасно, и пока хватит. Лучше немного поспать.
Он и Ненда улеглись рядом с Атвар Х'сиал. Все трое мгновенно
отключились, словно ничто на свете их не волновало.
Спать. Заснуть для Дари было не проще, чем научиться дышать фтором.
Она с ненавистью посмотрела на храпящего Ханса Ребку. Вот, связалась
с роботом, начисто лишенным всех нормальных страхов и чувств. И Ненда,
лежащий на спине с открытым ртом, такой же, если не хуже.
В.К.Талли оставался в сидячем положении, но тоже молчал. Дари даже не
пыталась заговорить с ним. Мозги его, должно быть, заняты вычислениями, но
тело отдыхало, как только могло. Талли погрузился в абсолютный покой,
стремясь хоть немного восстановиться.
Хуже всего, что Ребка совершенно прав, и она это знала. Необходимо
отдыхать и поддерживать собственные силы. Она с трудом немного поела. Это
было уже достижением, но, как только она закрывала глаза, на нее тут же
обрушивались воспоминания о темно-синих существах, сопровождаемые роем
пугающих мыслей. Где сейчас находятся зардалу? Что произошло с Грэйвзом,
Берди Келли, Каллик и Ж'мерлией? Живы ли они еще?
В конце концов она прекратила бесполезные попытки и принялась
обследовать окружающие комнаты коридоры. Даже если за каждой перегородкой
прячется зардалу, ходить все же лучше, чем сидеть и смотреть, как спят
остальные. Прежние поиски Посредника так и не создали представления об
этом месте окружающего пространства, и Дари