тонкими пальцами по крышке спектрометра, сосредоточенно глядя на нечто, находившееся снаружи, за колпаком.
– Прекрасная мысль, Мак.., но слишком поздно. Моя судьба изменилась, когда меня увезли и продали в рабство.
Она снова изменилась, когда Стаффа увидел меня там, обнаженную и перепуганную, перед этими мужчинами. Она изменилась опять, когда Претор снова выкрал нас. Но скажите мне честно, вы можете представить себе меня замужем за скучным человеком и работающей психологом? Нет, Мак. Я бы сошла с ума.
– Чего же вы хотите?
– Прекратить безумие, – прошептала она. – Я бы все отдала, чтобы остановить сражение, кровопролитие и катастрофу. Как глупа я была, я молила бога, чтобы произошло хоть что-нибудь, любые события, которые вырвали бы меня из цепких лап Претора. Все эти годы, когда я жила в его отравленной тени, я молилась, чтобы пришел Стаффа и вырвал меня из того вечного ада. А потом, когда это случилось, и я приземлилась на обломке Миклены, я увидела, что такое настоящий ад.
– Как долго вы пробыли там?
– Слишком долго. Я видела ужасные вещи. Мак. Сваленные в кучу замерзшие тела, среди которых копаются уцелевшие, но умирающие люди. Сначала, они искали что-либо ценное. Когда умерло еще больше народу и прекратили работу службы обеспечения, я видела трупы, с которых было срезано мясо. Почему-то самый страшный кошмар отражался в глазах детей. Нечто животное и дикое. Даже я прокляла Звездного Мясника.
Мак закусил губу, подумав о разрушениях на империи Сасса.
– Думаю, скоро все кончится. Думаю, весь свободный космос окажется под контролем Синклера в течение этого года.
«А если нет? Если удар по Сассе всего лишь начало? Сколько людей ты убил при помощи своего трюка? Сколько сваленных в кучи трупов нагромоздил твой аккуратный маленький планчик?»
– С вами все в порядке?
– Я подумал о том, что мы сделали с Сассой. Наверное, я борюсь со своей совестью. Райста прокрутила снимки до того, как я ушел с мостика. – Мак наклонил голову. – По самым оптимистическим оценкам, мы, вероятно, убили где-то около полумиллиарда человеческих существ.
Он обернулся, его пронзительный взгляд встретился с ее взглядом.
– Как вам нравится такая цифра? Полмиллиарда людей.., таких же человеческих существ, как мы с вами. Почему?
Выражение лица Крислы отражало ее озабоченность.
– Мак, какова ситуация в свободном космосе? Что в действительности произошло там?
Он глубоко вздохнул.
– Синклер переобучает армию риганцев в соответствии с тактикой, которую он разработал на Тарге. Прежде чем закончится обучение, Сасса могла бы нанести нам удар, возможно, напасть на какую-нибудь планету. Моей обязанностью было уничтожить ударную силу, базирующуюся на Сассе. Они не могли заподозрить одинокий корабль в таком злодейском замысле. Я некоторым образом усовершенствовал замысел и заставил врезаться «Маркелос» в их крупную военную базу, когда мы захватили флот.
– А какую роль сыграл Стаффа?
– Неизвестно. Он отправился на Сассу с каким-то поручением как раз перед тем, как я ушел в космос. В этом мы уверены и думаем, что он посоветовал им сидеть тихо, но доказательств у нас нет. Мы также уверены, что Сасса отверг его совет.
– На Риге командует Синклер? Новый император? Мак скривился.
– Он и министр внутренней безопасности.
– Или Такка, – холодно произнесла Крисла. – Я читала досье Претора на нее. Она считалась крайне опасной.
– Так и есть на самом деле. И я надеюсь, что Синклер не попал в ее жадные маленькие коготки.
– В вашем голосе звучит горечь.
– Синк не… Ну, хорошо, он молод, Крисла. Возможно, я тоже молод, но я не наивен, когда речь идет о женщинах. Синк влюбился на Тарге. Ее звали Гретта Артина. Арта Фера убила ее, и из-за этого, одному богу известно, что он подумает, когда увидит вас. Может быть, хорошо, что вы – психолог. На Синклера очень сильно подействовала смерть Гретты. Или спит с ним. Знаете, этакая скромная, очаровательная секс-бомбочка. Возможно, я не разбираюсь в большой политике, но игры с властью неизбежно начнутся, когда все это кончится.
– И Стаффа останется неизвестной величиной?
– Однажды он признался мне, что хотел остановить грозящую войну. Он заинтересован в том, чтобы помочь человечеству найти новую мечту. Вопрос, можем ли мы доверять ему? Инстинктивно, он мне нравится, но где кончается Звездный Мясник и начинается новая мечта?
Крисла задумчиво кивнула:
– А мой сын?
– Он стремится к новому порядку. Мы сражаемся за этого парнишку. Я рассказывал вам о Тарге. Мы поклялись там, что разрушим старую систему и сделаем так, чтобы людям не приходилось маршировать и умирать во имя какой-нибудь политической авантюры. Если Стаффа действительно говорит серьезно, он, возможно, не будет вмешиваться. Если нет, нам, вероятно, придется атаковать его в лоб.
– Не делайте этого. Мак. Синклер его сын, и он, возможно, обладает собственным блестящим умом, но вы мне поверьте, если Стаффа начнет наступление, вам его никогда не остановить.
– У нас достаточно сил.
Крисла шагнула к нему, страстно желая убедить его, заставить понять. Ее аромат заполнил его ноздри, и он покачнулся, ощущая ее близость. Сердце его стремительно забилось.
– Мак, – шепнула она, – вы должны сделать так, чтобы этого никогда не случилось. Поверьте мне. Как бы вы ни были уверены в своем превосходстве, но Стаффа в сражении похож на упрямого шакала. Он старый мастер, до тонкостей изучивший все уловки. Те приемы стратегии, которые Синклер считает возможными, Стаффа уже использовал, улучшил и отбросил много лет назад. Тот прием, который вы применили на Императорской Сассе, он использовал на Филлипии и Незиосе раньше, чем я узнала его имя.
Ее чары опутывали его, их притяжение крепло с каждым его вздохом. Душа его заколебалась, он тонул в бездонных янтарных озерах ее глаз. «Спасайся! Убирайся, пока еще можешь соображать, черт побери!»
– Хорошо. Я вам верю. – И он вырвался, отступая к люку, держа руку на груди, будто хотел успокоить боль в сердце.
– Мак, – позвала она, идя за ним по пятам, и положила руку ему на плечо. Ее простое прикосновение он ощутил, словно удар электрического тока.
– Вы дрожите. С вами все в порядке?
– Нет.., ничего. – Он попытался отстраниться.
– Я ведь не оскорбила вас, нет? Я сказала что-то не то? Мак сделал мужественное лицо и покачал головой.
– Нет. Наверное, я просто устал. Я…
В более ярком свете у люка их глаза встретились, и он не мог оторвать взгляда, душа его наполнилась тоской по ней.
Она кивнула, и ее янтарные глаза испытывающе посмотрели на него.
– Понимаю. Давайте пойдем, сядем и поговорим начистоту.
Он чувствовал, как кровь стучит у него в ушах, когда она повела его назад к скамейке и заставила сесть. Он заскрипел зубами, пытаясь подобрать слова.
– Я не.., я не знаю, что с вами делать.
– Вам кажется, что вы влюблены в меня, – откровенно сказала она.
Он горько рассмеялся над собой.
– В том-то и трудность. Я знаю, как вы действуете на мужчин. Я не так уж прост, когда дело касается женщин, любви и всего остального. В отличие от Синка, я стал ветераном к тому времени, как мне стукнуло двадцать лет. А теперь, если бы я был поумнее, я бы ушел отсюда, выбросил вас из головы и сосредоточился на каком-нибудь достойном занятии, которое позволит мне скоротать время до возвращения на Ригу, где мне предстоит выяснить, из какой именно передряги мне придется выручать Синклера.
– И я пугаю вас?
– Конечно, пугаете. Вы – жена Стаффы, во имя Господа! Вы – мать моего лучшего друга.., мать! Разумеется: я немного старше Синклера, но не настолько же.
– Бывают случаи, когда возраст не измеряется годами: Мак, – устало ответила она. – Простите меня. Я изголодалась по общению за эти двадцать лет. Мне хотелось поговорить с кем-нибудь, кто бы не смотрел на меня влюблено или со страхом, и чтобы не бояться охранника. Если я потеряю такую возможность теперь, я сойду с ума. Но я не хочу, чтобы вы впали в отчаяние или свихнулись из-за того, что ваши гормоны играют так сильно, что вы не в состоянии ясно мыслить.
Когда она обратила к нему свой тоскующий взор, он растаял.
– Мак, скажите мне, чего вам хочется. Если вы хотите, чтобы я оставила вас в покое, я сделаю это. Я не хочу причинять вам боль.
– Прекрасная леди, если я до сих пор мог контролировать себя, то я смогу делать это немного дольше.
– Это то, чего мне бы хотелось. Мак. Просто будьте моим другом, пока я не смогу вернуться к Стаффе. Помогите мне разобраться во всем, – но только, если само мое присутствие не сводит вас с ума.
Воспоминания о Тарге терзали его сердце, и он вздохнул.
– Берите те немногие прекрасные мгновения, которые вам достались, и наслаждайтесь ими.
– Вы произносите эти слова с тоскливой печалью.
– Я вспоминал… Неважно. Развитие событий никогда не бывает к нам благосклонным. Я знаю, как вы действуете на мужчин. Я буду помнить, что это гормоны, и буду в полном порядке, – солгал он.

***

Итреата уже исчезла в колеблющейся синеве. Соединенная энергия Объединенного флота посылала импульсы излучения полной мощности, в то время как отражающие кольца сжимались, и сложные компьютеры уточняли параметры ускорения. При нарастании скорости корабли набирали массу для нулевой сингулярности, и время начало растягиваться, так как мониторы компенсировали красное смешение. При постоянном ускорении в сорок пять «G», реакторы работали вовсю, а генераторы искусственной тяжести на кораблях компенсировали его и защищали хрупких людей, компьютеры и элементы конструкции при помощи сложных, саморегулирующихся операций.
Стаффа сидел в кресле командира на мостике «Крислы», и, прищурив глаза, смотрел на монитор, на изображение удаляющейся Итреаты. Сколько раз он вот так же уходил в пространство, настроившись на завоевания и смерть? Сколько раз покидал он Итреату и никогда не оглядывался назад? Почему на этот раз было по-другому, что изменилось?
Он взглянул на монитор, где остальные корабли его флота двигались по бокам «Крислы» в ее гонке за звездами. Снова Объединенный флот вышел в космос и за ними на крыльях ужасных гарпий летели смерть и разрушение.
Стаффа повернул свое кресло и посмотрел на передний монитор. Там, впереди, за острым носом корабля, находилась Рига, в блаженном неведении о стремительно приближающемся к ней молоте.
«Сколько жизней уничтожишь ты на этот раз? Сколько страданий и потерь принесешь?» Стаффа пытался прогнать видение омерзительных глаз неуспокоившихся мертвецов, которые преследовали его во сне.
В ловушке.., он попал в ловушку из-за предательства Или и тактического таланта Синклера. Несмотря на все надежды на обратное, Сасса пала от одного-единственного удара, нанесенного «Гитоном». Майлсу, возможно, и удастся предотвратить голод и распад жизни, но все будет висеть на волоске. Достаточно малейшего толчка, костяк и мышцы империи Сасса начнут распадаться в агонии коллапса.
Синклер почувствует эту слабость и воспользуется ею с безжалостной ловкостью тигра, преследующего раненого козленка. Щупальца предательства Или последует за этим событием, и поможет ей в этом информация, которую она выпытает у Скайлы при помощи наркотиков и пыток.
Единственной надеждой предотвратить распад была неопробованная еще технология. А если она подведет?
«Мне придется убить их всех, – прошептал он оцепенело. – И это будет мое исполнение твоей миссии, Господи».
Скайла… Скайла… Сердце Стаффы пронзила боль при воспоминании об ее поразительных синих глазах, ее задорной улыбке и о том, как плясали искры света на ее снежно-белых волосах.
Исчезла.., унеслась, как солнечный ветер мимо замерзшего астероида. Он чувствовал себя опустошенным.
Отсутствие Скайлы наполняло какой-то тяжестью даже сам воздух, лишало Стаффу обычного равновесия. Ясность его ума померкла, им овладело чувство отчаяния.
«Ты знаешь, что шансы увидеть ее живой снова почти равны нулю». Одиночество и усталость сомкнулись вокруг него, лишая его возможности дышать и надеяться. Но что еще ему оставалось?
«Скайла знает, что поставлено на карту. Она понимает что ты обязан сделать. Это вышло за рамки цены жизни любого отдельно взятого человека, независимо от того, как сильно ты ее любишь.
Прости меня, Скайла».
Боль в его сердце проникла еще немного глубже.

***

«В настоящее время проводятся исследования с целью определить последствия столкновения «Маркелоса» для коры планеты Императорская Сасса. На сегодняшний день сейсмические станции установлены в зонах активного соприкосновения крупных континентальных плато, но данные, собранные при подготовке настоящего отчета, не позволяют прийти к какому-либо определенному заключению. Тем не менее предпринимается попытка создать жизнеспособную прогностическую модель, которая объединит тектоническую, геологическую, гидрологическую и сейсмическую динамику, в настоящее время изучаемую персоналом Департамента геологических наук.
Следует понимать, что произошла сильная деформация планетной коры вдоль основной линии разлома. Столкновение не только раскололо кору, но и послужило причиной взрыва от соприкосновения вещества с антивеществом на глубине нескольких километров от поверхности земли после взрыва реакторов «Маркелоса». Хотя получены пока только предварительные оценки, можно предположить, что по кратеру поднимается магма, и изостатическое равновесие коры нарушено. Долговременные последствия неблагоприятны, и рекомендуется эвакуировать населенные центры из зон тектонической активности.
На сегодняшний день мы не можем произвести точной оценки потенциального отрицательного воздействия на населенные центры, экономические предприятия, собственность (личную или общественную), сельское хозяйство, промышленность, торговлю, общественную безопасность или здравоохранение.
Вышеупомянутая оценка будет произведена, опираясь на постепенное получение и накопление соответствующих данных.
Данная акция была начата и проведена по распоряжению правительства № 11593 и соответствует всем имперским, планетным и районным правилам и распоряжениям».
Данный доклад составлен и распространен Имперской Академией геологии, планетологии и геологических наук Сассы.

Глава 25

Синклер вошел в спальню своего дворца и увидел Анатолию, вытянувшуюся на спальной платформе; в ее ввалившихся глазах застыло беспокойство. Она выглядела такой хрупкой и уязвимой среди шелковой роскоши постельного белья. На мгновение Синклер даже забыл о своих гимнастических упражнениях с Или.
Он присел на край плюшевой кровати и с отсутствующим видом уставился на прозрачные драпировки, свисающие с дивана.
– Я только что велел явиться во дворец двум отрядам из первого дивизиона. Я говорил с Мхитшалом. Он знает, что я хочу в плане безопасности.
Анатолия кивнула безучастно, ее высокий лоб прорезала морщинка.
– Синк, все это происходит слишком быстро. Я в растерянности. Я только что сидела в лаборатории, поглощенная своими исследованиями, и тут ты врываешься как смерч, и с тех пор у меня даже не было времени, чтобы подумать.
Он плюхнулся рядом с ней, мозг его горел от усталости, в глаза будто песку насыпали. Остальное тело словно онемело.
– Прости меня. Послушай, как только я смогу быть уверенным, что ты будешь в безопасности, я отошлю тебя туда, куда ты захочешь.
Она печально улыбнулась.
– А где есть такое место, Синклер? Домой? Помогать отцу выращивать корни сайвы? Щупальца Или дотягиваются и туда – и даже дальше.
– Я смогу обеспечить безопасность вам всем, как только мне удастся послать туда отряд охраны. Ты можешь поехать с ними, если захочешь.
Она покачала головой.
– Нет, Синклер. Выращивание сайвы – это не то, что я хотела от жизни. Я люблю отца, пойми меня правильно. Он делал для меня все, но я не создана для профессии фермера. – Она помолчала. – Когда-то, там, на улице, я поклялась, что если бы мне удалось только освободиться от ужаса и террора, я всю жизнь буду заниматься сайвой и никогда не пожалуюсь. Оглядываясь теперь назад, я понимаю, что это неправда. Я выжила тогда. Это было, как переступить порог. Я уже не могу вернуться.
– Но я полагаю, ты не думала, что окажешься замешанной в политические интриги, не так ли?
– Это не входило в мои планы, действительно, – сухо согласилась она. – Но раз уж я в них ввязалась, я все же хотела бы увидеть, что из этого выйдет.
– Я действительно могу обеспечить тебе безопасность. Я найду какое-нибудь место, где ты…
– Забудь об этом, Синклер.
Она наклонила голову набок, рассыпав по плечам блестящие кудри, а ее серьезные глаза испытующе смотрели на него.
– Я не хочу уезжать куда-то и прятаться. Я говорила серьезно, что хочу остаться и участвовать в… – вместе с тобой, если позволишь. Возможно, мне удастся чем-нибудь помочь, хотя бы сохранить тебе рассудок, если не больше.
– Но почему? Это неразумно. Или будет считать тебя своим врагом. Если я проиграю, либо если она до тебя доберется…
Анатолия безрадостно улыбнулась.
– Я наблюдала за тобой в последние дни. Ты – порядочный человек, Синклер. Помни, я регистрирую трупы, которые присылает Или для уничтожения. До сегодняшнего вечера до меня как-то не доходило. Я подумала о том инженере. Он не был преступником. Он просто был человеком, который ей мешал. И вдруг я осознала, что я тоже мешаю. Я была на волосок от того, чтобы попасть на стол и в каталог Вета. Я все еще на улице, Синклер. Неважно, во что мне нравится верить. Поэтому разумным будет принять чью-то сторону и бороться до конца.
– Понимаю, – он устало улыбнулся. – Должен признать, я эгоистичный ублюдок. Мне ненавистна мысль о необходимости отослать тебя. Чудесно, когда рядом есть кто-то, с кем можно поговорить.
– А если ты победишь?
Он потер глаза большим и указательным пальцами.
– Я должен сделать так, чтобы люди, подобные Или, все, кто похож на нее, были бы уничтожены вместе с империей. У людей есть только один шанс. Я ученый-социолог. Я должен изобрести такую систему, которая работает для людей. Даже если на это потребуется вся моя жизнь, именно этим я и собираюсь заняться. – Он вопросительно поднял брови. – А ты?
– Сначала я попытаюсь остаться в живых. Затем придется побеспокоиться, что делать дальше.
– Так чего же ты хочешь? Просто заниматься научной работой всю жизнь?
Ее глубокие синие глаза сузились, и она перекатилась на живот рядом с ним, облокотившись на руки и сплетя пальцы.
– Меня бы это не огорчило. Мне кажется, ученый живет в моей крови. Научные исследования – дело захватывающее. После того как находишь ответ на один вопрос, возникает пятьдесят новых.
– Как со мной?
Она искоса настороженно взглянула на него.
– Ты уже готов обсуждать этот вопрос? Когда я затронула эту тему в прошлый раз, ты смутился и стал обороняться изо всех сил. – Он промолчал, и тогда она добавила. – Ты знаешь, правда? Или, по крайней мере, подозреваешь.
Синклер сглотнул, потому что у него неожиданно перехватило горло.
– Ты говорила, что я никак не мог родиться ни от Балинта, ни от Тани?
Она глубоко вздохнула, как будто собираясь с духом.
– Я проверила ее, Синклер. Она никогда не имела ребенка. Существуют характерные изменения в теле. Ее матка никогда не увеличивалась. Кости таза, лобка и крестцового сочленения никогда не смягчались. Короче говоря, она не была матерью. Ее социальная роль – другой вопрос.
«Неужели Стаффа сказал правду?»
– Я могу доказать это. По-настоящему меня интересует, кто твой отец.
Синклер спросил деревянным голосом:
– Он… Я хочу сказать, ты говорила, что это была чужая генетическая схема.
– Это подразумевается.
– Ты.., ты проверяла, сравнивала с генетикой миклениан?
– Это было бы зарегистрировано. Синклер, ты должен понять, твои ДНК другие, не просто с отклонениями. Они не похожи ни на что из того, что я видела раньше. С точки зрения статистики, ты не должен существовать.
Он закрыл глаза, пытаясь найти опору в своей охваченной смятением душе. «Арта Фера была искусственно созданным человеческим существом. Браен говорил, что ее создал Претор». Мурашки пробежали по его спине. «И Браен сказал, что получил меня от Претора. Означает ли…» Он закрыл глаза и с трудом глотнул.
– Синклер? – Рука Анатолии опустилась на его плечо.
– Ничего. Послушай. Мне нужно все обдумать. – Он надеялся, что его глаза не выдадут, насколько он чувствует себя несчастным. – Давай немного поспим. Мы не спали почти три дня, только дремали урывками. Поговорим об этом снова, когда отдохнем.
Она кивнула в знак согласия, но ее охватило новое чувство тревоги.

***

Стуча каблуками, Или Такка шла по длинному коридору на тридцать пятом этаже Криминальной лаборатории анатомических исследований. Взглянув мимоходом на комнату отдыха для женщин, она слегка подняла брови. Во всех отношениях, это был невзрачный, рядовой квадратный коридор со световыми панелями, расположенными над головой через равномерные промежутки, на стенах синтетические панели и полированные плитки на полу.
Впереди ковылял Жан Боккен, спешил, переваливаясь, как утка, и при каждом шаге его ноги издавали шлепающий звук, а висящая мешком одежда шуршала. Или невзлюбила Боккена с первого взгляда. Он смотрел на мир прикрытыми тяжелыми веками глазами, поглаживая заросшие бородой челюсти большим и указательным пальцами. И еще Или не нравились мужчины, которые пользуются духами.
– Вот она, – наконец произнес Боккен, указывая на одну из многочисленных дверей. Надпись на ней гласила: «Центральная лаборатория».
Или небрежно улыбнулась и толкнула дверь. Несколько его агентов стояли вдоль одной из стен, а худой человек нервно шагал взад и вперед по проходу между заставленными оборудованием рабочими столами.
– Профессор Адам? – спросила Или, когда за Боккеном закрылась дверь.
– Да! Да. – Он вздрогнул, но сразу овладел собой. – В чем дело? Я не понимаю. Я ничего не сделал.
Или улыбнулась ему своей обаятельной улыбкой и, подойдя ближе, взяла за руку.
– О, профессор, нас интересуете не вы, нас заинтересовал один из ваших учеников.
– Пул? Больше никто у нас не интересовался Седди.
– Анатолия Давиура, – поправила Или, отметив про себя имя Пула.
– Ана? – Адам казался растерянным. – О, вы хотите сказать, она что-то сделала, пока отсутствовала во время мятежей?
– Нет, нас интересует проект, над которым она работала. Могу ли я увидеть ее рабочее место?
– Сюда.
Или последовала за ним мимо зачехленного оборудования в дальний угол. Там стоял письменный стол и настенный комплекс, состоящий из компьютера и микроскопа. Предметы на столе выглядели так, будто их оставили всего лишь минуту назад.
– У вашей Аны был исследовательский файл, к которому имели доступ только вы и она. Я бы хотела посмотреть его.
Адам громко сглотнул, его кадык задвигался.
– Я не люблю вмешиваться в исследования моих студентов…
– Пожалуйста!
– Да, мадам.
Адам опустился на стул, включил систему, его пальцы заплясали по клавишам. Он послал компьютеру команду:
– Выдать список файлов Анатолии, пожалуйста.
– Доступ закрыт. Введите ключ.
Адам, выведенный из равновесия, пошарил в кармане, достал связку ключей и, перебрав их, нашел нужный. Наконец, он опустил руку и, вставив свой главный ключ в скважину на уровне колена, открыл ящичек. В тот же момент на экране появился список файлов.
Или нагнулась и вытащила из ящика пачку распечаток. На ее взгляд длинные колонки цифр не имели смысла. Не относились к делу и их заголовки.
– Что все это?
Щурясь, Адам взял тяжелую распечатку.
– Наверное, ее исследование. Посмотрим-ка: да, здесь. Файл 7355. Он должен быть и в компьютере тоже.
Он быстро дал соответствующую команду, и появились новые потоки данных.
– Что все это значит, профессор? Говорите простыми словами, которые мне понятны. Я не ученый.
Адам подался вперед, наморщив лоб. Он просматривал цифры, постукивая пальцем по клавише, передвигающей строчки.
– Ну, на первый взгляд, это изучение ДНК – кодирование наследственности.
– Наследственности? Вы имеете в виду генетическую, так?
– Да. Она сравнивает родительские типы с одним потомком. В этом нет ничего необычного. Мы проводим такое… Минутку! Теперь я уже попал на F1!
– Эф один?
– Потомок. F1 обозначает первое поколение. Я этого не понимаю! – Он сощурился на данные, чуть склонив голову набок. – Это немыслимо.
– Что немыслимо?
Адам вытащил лазерную ручку и начал делать пометки. Кончиком ручки он указал на колонку букв: Ц, Г, А и Т в различном порядке и последовательности. Небольшие галочки были вставлены, чтобы разместить отрезки набора.
– То, что вы наблюдаете здесь, министр, – это расщепленное сопоставление двух участков одной и той же хромосомы человека. Та, что слева – материнская, участок человеческой хромосомы 7-1. Это достаточно часто используют как некий стандарт отчета. Это одна из общих генетических структур, которую имеют все люди. В данном случае порядок правильный. Теперь сравните это с тем, что вы видите на правой половине экрана – с отцовской, или хромосомой человека 7-2. Строение ДНК должно быть зеркальным отражением материнской – но это не так.
– А почему это важно?
Адам потер скулу, не отрываясь от схемы.
– Потому что я никогда раньше не видел такой структуры.
– Возможно, какая-то странная вариация…
– Министр, я попрошу вас. – Адам бросил на нее высокомерный взгляд, – Вы занимайтесь безопасностью, а я буду заниматься генетикой. Я пытаюсь вам сказать, что никто прежде не видел подобного сочетания. Очевидно, она жизнеспособна, иначе экземпляр F1 не развился бы.
– Какая-то мутация?
Адам покачал головой.
– Шансы на это – один к десяти триллионам. Вам следует кое-что понять. Нельзя просто перемешивать ДНК. Молекула ДНК – чертеж всего организма. Если вы что-то меняете, скажем, подставляете аденин вместо цитозина, меняется и основной код. Если, например, этот код давал полипептидную цепь, которая составит мышечную клетку, то несущая ДНК не поставит нужные аминокислоты в порядке, необходимом для создания мышечной ткани.
При виде недоумевающего лица Или Адам несколько раз сжал и разжал кулаки и нахмурился.
– Хорошо, представьте себе вот что. Что произойдет, если вы произвольно замените кусок программы компьютера? Скажем, подставите 1 вместо 0 в бинарном коде программы?
– Это будет зависеть от того, что было в программе: какая команда оказалась затронута. Если место неудачное, то может быть разрушено все программное обеспечение.
– Вот именно. И человеческие ДНК точно такие же, если не считать того, что мы имеем дело не с бинарной системой, а с кватернарной. Видите, каким разрушительным может оказаться любое изменение? Одна точка мутации – переход от гумина к тимину, например, – и организм не сможет вырабатывать такую важную аминокислоту, как валин. Не будет валина – не будет полипептида – не будет клеточного метаболизма – не будет жизни.
Или постучала по зубам ногтем.
– Значит, другими словами, профессор, странная ДНК этого F1 – не человеческая?
Адам сдвинул брови.
– Можно было бы сделать такое первоначальное предположение, но проблема в том, что результат жизнеспособен. Кто-то – и я не знаю, кто – должен быть гением, чтобы создать такое. Взгляните: видите, как они соединяются? Связанные с этим расчеты просто уму непостижимы! Или посмотрела на него скептически.
– Нет, вы не понимаете, что с этим связано! – Адам нервно взмахнул руками, в глазах его горел фанатический огонь. – Ведь это как будто кто-то сел и спроектировал абсолютно новое человеческое существо и сделал это настолько хорошо, что оно могло дать жизнеспособное потомство!
– Спроектировал? Это не просто случайная комбинация?
– Нет, это было сделано специально, – это искусственное творение. – Он напрягся.
– Что?
Губы Адама дрожали.
– Мы не можем этого делать! Даже самые лучшие наши компьютеры не могут интерпретировать различные возможности вероятно жизнеспособного потомства от одного совокупления, не говоря уже о том, что было бы жизнеспособным в произвольном… – Он недоуменно затряс головой. – Это невозможно!
– Но ведь эта штука здесь, на экране перед вами. Это ведь взято от подопытного, так? – Получив его ошеломленный кивок, Или спросила:
– Но от кого?
Адам пожал плечами и воздел руки.
– Пока единственное обозначение подопытного – F1. С другой стороны, возвращаясь к родительским типам, я вижу, что им присвоен каталожный номер из наших хранилищ. Но я сразу же могу сказать вам: они не родители таинственного F1. Мужчина был тарганец, а женщина – этарианка. А настоящий вопрос заключается в генетическом источнике отцовской стороны.
– Так что, все дело в отце?
– Возможно. На этой стадии расследования сказать трудно. Мне нужны дополнительные данные! Проклятие, Ана, почему ты не показала мне этого?
Он согнулся, как цапля, высматривающая лягушку, не отрывая глаз от экрана.
– Кто были родители? Вы сказали, что у вас есть номер по каталогу.
Или скрестила руки, завороженная неожиданной поглощенностью Адама: тот весь ушел в данные на экране.
– Оставьте их, они не имеют значения. Они не имели никакого отношения к генетическому коду F1.
Или протянула руку и оттащила Адама от экрана.
– Их данные, профессор. Сию минуту!
Боккен подошел и встал за нею. Его плоское лицо было непроницаемым. Адам, похоже, вернулся к реальности от запутанной проблемы ДНК.
– Да-да. Одну минуточку.
Он вызвал каталог и отстукал вызов.
– Работаю, – произнесла машина.
Адам снова вернулся к своим размышлениям, пожирая взглядом изображенные на экране ДНК.
Или наклонилась поближе, когда на экране стали вспыхивать данные. С бешено колотящимся сердцем она прочла:
ЗАТРЕБОВАННАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОДОПЫТНЫХ: ПЕРВЫЙ ПОДОПЫТНЫЙ 11768-БК ТАНЯ ФИСТ;
ВТОРОЙ ПОДОПЫТНЫЙ 11768 БР БАЛИНТ ФИСТ. СМОТРИ ФАЙЛЫ С НАЗВ. СЕДДИ / НАЗВ. УБИЙЦА.
Или распрямилась.
– Боккен. Мне немедленно нужна группа. До особого распоряжения лаборатория закрыта. Профессор Адам в этом обязательно разберется. Он должен получать все, что ему потребуется, но он ни при каких обстоятельствах не должен выходить из этой лаборатории. Вы меня поняли?
– Да, мэм. Как насчет Анатолии Давиура?
– Если она снова появится, вы должны немедленно ее арестовать. Вы меня поняли?
– Да, мэм.

***

Толстый ковер пружинил под ногами Макрофта, когда он шел по коридору к рабочему центру. У двери он приложил ладонь к пластине замка, и отодвинувшаяся дверная панель пропустила его в ярко освещенный компьютерный зал. На одной стене находилась голографическая карта местности, на которой была изображена территория вокруг поместья Тарги – в реальном времени и трех измерениях. Светящиеся точки обозначали расположение различных сил.
– Ну, как дела? – спросил Макрофт.
– Великолепно, – отозвался Хенк, склонившийся над голокубом, который увеличивал и показывал детали фрагментов с главной карты. – Или все сделала. У нее, наверное, есть кто-то в Центральном Управлении, кто действительно обладает связями. Мы получаем это прямо с главного боевого коммуникатора.
«У Или повсюду есть люди». Макрофт подошел и заглянул через плечо Арнсона. Он прогонял модельные программы, тонко варьируя тактическое распределение двух групп в заболоченном лесу.
– Могу ли я на мгновение отвлечь вас? – Макрофт осмотрелся, наблюдая, как его люди поднимают головы, – Я только что говорил с Или. Джентльмены, настал час нашего крещения огнем. Прошлой ночью два дивизиона заняли позиции, которые вы видите на карте. Управление дивизионами будет осуществляться непосредственно через наш компьютер. Сегодня мы бьемся со стратегией Синклера Фиста. Давайте переиграем его в его собственной игре.
– Сколько времени до начала действий? – спросил Рик. Его худое лицо было серьезно.
– Меньше десяти минут. – Макрофт хлопнул себя ладонью по бедру. – Джентльмены, мы не можем позволить себе ошибиться. Мы изучали тактику Фиста.., даже во сне. Сегодня мы должны победить или, по крайней мере, добиться ничьей.
– Почему мне не нравится твой тон? – спросил Хенк.
– Потому что сроки могут передвинуться вперед, по крайней мере на месяц. Похоже, с Синклером проблемы. Мы должны быть готовы приступить к действиям в любую минуту.

***

– Не могли бы вы пройти со мной? – спросил Синклер у двоих охранников, стоявших перед его личным кабинетом.
Щегольски одетая молодая женщина нервно взглянула на своего напарника и сказала Синклеру:
– Мы не должны оставлять наш пост, сэр. Синклер улыбнулся:
– Вы получили новый приказ. Сюда, пожалуйста. В пастельно-голубом вестибюле кипела деятельность. Две группы из первой секции сооружали энергетические барьеры вокруг двери в роскошные апартаменты Синклера. В руках первых сержантов, наблюдавших за работой и выкрикивавших приказания, неприкрыто красовались заряженные бластеры. Более тяжелое ручное оружие было расставлено на фоне дорогой кобальтово-синей отделки и в стенных нишах, где техники устанавливали мониторы.
– Вы официально уволены, – сказал Синклер своим имперским охранникам. – Идите, отдохните до конца дня. Развлекайтесь. Вам оплатят последующие две недели. В конце этого периода мы найдем вам место в вооруженных силах, если вы захотите.
У женщины непроизвольно открылся рот.
– Вы не можете просто так уволить имперского охранника!
Синклер нахмурился.
– Правда? И почему же?
– Почему?.. Потому что имперская охрана существует уже больше трехсот лет! Мой дедушка был среди первых! – запротестовал молодой человек.
– А вы – последний. Вы только что завершили семейную традицию. – Синклер скрестил руки на груди. – У вас свободный день – и к тому же за мой счет. Выметайтесь отсюда и не возвращайтесь. – Синклер собирался уйти, но потом остановился.
– Да, и скажите вашему старшему офицеру, когда будете уходить, ладно? Вы даже можете захватить его с собой, если захотите.
Тут Синклер ткнул пальцем в сержанта, который только что завершил установку энергетического барьера.
– Первый, захватите четырех ваших людей и идите со мной.
Они встали по стойке «смирно», потом шагнули вперед.
– Бачмен, верно? Третья секция?
– Да, сэр! – четко ответил Бачмен.
Синклер кивнул.
– Вы были с Говсом, когда он сражался с ветеранами? Бачмен понизил голос.
– Да, сэр. Я там был.
Синклер вспомнил. Бачмен, тогда рядовой, обнаружил пушку с расчетом из четырех солдат, которая разбила штаб-квартиру ветеранов. Бачмен был единственным, кто выжил на том хребте. Синк повел его через кабинеты.
– Мне нужно, чтобы здесь находились четыре постоянно вооруженных человека. – Проходя мимо поста охраны, он добавил:
– И еще двое здесь.
В своих личных апартаментах он прошел через столовую, где Бачмен и рядовые изумленно глазели по сторонам, и вошел в спальню.
Анатолия лежала на спальной платформе, отключившись от мира. Синклер указал на нее и понизил голос до шепота.
– Сержант, безопасность этих помещений – только половина ваших обязанностей. Она – вторая половина. Что бы ни происходило, с ней ничего не должно случиться.
– Слушаюсь.
Синклер отвел его обратно в вестибюль и всмотрелся в укрепления.
– Похоже, если Или вздумает сейчас прорываться, ей потребуется дивизион.
Бачмен кивнул.
– Да, но, знаете, некоторые из парней, которых мы обучали, начали…
Синклер прикусил нижнюю губу, хмурясь.
– Что произошло вчера?
Бачмен засунул большие пальцы рук за оружейный ремень.
– Дион Аксель и Мейз бились с парой дивизионов, которые только что прислали. Они проиграли. Похоже, группы и секции просто не могли понять как следует, что им говорят из штаба.
– Что еще? У вас какой-то нерешительный вид. Бачмен поморщился.
– Просто сплетня, сэр – но Дион встревожилась. Кажется, она знакома с командирами дивизионов… И она о них не настолько высокого мнения… Если вы понимаете, что я хочу сказать, сэр.
– Что она сказала? Вы слышали?
– Да, Дион – она довольно хитрая, знаете? Соображает. Она все хмурилась, глядя на карту ситуации. Когда все закончилось, она покачала головой и пробормотала:
«Они не настолько сообразительны. Можно подумать, что ими дирижируют».

***

Гиселл вошел в кабинет Или из внутреннего лифта. Прошедшее с момента его последнего бритья время можно было оценить по темной тени от щетины на толстых щеках. Углы его губ подергивались, когда он шел к Или по ковру, взметая на нем каждым шагом вихри цвета.
Или при его приближении заморозила файл на экране.
– Что-то новое?
Гиселл потерял контроль над собой, и губы его изогнулись в улыбке.
– Можно и так сказать. – Он вручил ей куб данных. – Только что получили по субпространству. Криптографы его расшифровали и первым делом перебросили мне. Это от нашего агента на Сассе.
Или взяла куб двумя пальцами и вставила в компьютер. Она наблюдала, пока шло сообщение, а потом бессмысленно уставилась на экран, постукивая длинными пальцами по полированной крышке стола.
Наконец, она подняла взгляд.
– Вы считаете их оценку точной?
В углах глаз Гиселла появились морщинки.
– По-моему, да. Возможно, Мак Рудер только что вручил нам всю империю Сасса. Сообщение в высшей степени конкретно. Разрушения, вызванные атакой «Гитона», загнавшего в планету грузовик, катастрофические. В лучшем случае, Джакре сможет только наскрести несколько кораблей. Он сможет попробовать то, что только что сделали мы, – самоубийственное нападение на планету, но не более того. Атака Мака Рудера, какой ограниченной она ни была, на ближайшее время вывела Сассу из строя.
Или сделала долита выдох и упала в кресло.
– Трудно поверить.
Гиселл напомнил ей:
– Мы от них почти не отстаем. По крайней мере, если вы как следует приглядитесь к нашей системе. Сходная катастрофа, скажем, крупный удар по столице, разрушит нашу собственную способность управлять и организовать военное нападение. Слишком много централизовано.
Или развернула кресло и поднялась, рассеянно разглаживая морщинки на своем черном костюме.
– Но если предположить, что мы будем бдительно охранять себя, избежим многих ошибок жирного Сасса, то кого нам бояться? Только Компаньонов…
Гиселл выпрямился, сведя кончики пальцев вместе, и наблюдал за нею из-под опущенных век.
– Я не советовал бы недооценивать Компаньонов.
– Возможно, пришло время снова связаться со Стаффой. У него было время подумать, может, и пожалеть о своих поспешных словах. Даже если захват Скайлы побудил его подготовить свой флот, он знает, что я успею ее допросить к тому времени, как он сможет вылететь. Она – вторая линия командования на Итреате. Подумайте о том, что ей известно, Гиселл!
Или удовлетворенно хлопнула в ладоши.
– Имея в наших руках Скайлу, мы будем знать об Итреате все. Может, этого будет достаточно, так что нам даже не понадобится, чтобы Синклер нанес свой удар по Риклосу, выманивая Стаффу.
– Я заключаю, что вы просмотрели учения, которые Макрофт провел против первых дивизионов Синклера? Или погрызла ноготь большого пальца.
– Да. Макрофт был так расстроен своими результатами. Я, напротив, считаю, что он прекрасно справился. Посмотрим, что произойдет, когда я подключу его к каким-нибудь переподготовленным дивизионам. Глядя на записи, Гиселл, можно заметить, что Макрофт действовал неплохо. Войска просто не были достаточно хорошо обучены, чтобы выполнять его приказания.
– Возможно. Но, возвращаясь к Стаффе: он действительно будет следующей серьезной проблемой, с которой придется иметь дело.
– Пока мы не поместили Скайлу Лайма под наши зонды, нет смысла формулировать образ действий. Но, Гиселл, нейтрализовав угрозу Сассы, мы оказались ближе к цели, чем я надеялась. И в зависимости от того, что нам скажет Лайма, мы можем получить ключ к Компаньонам. – Она одарила его обворожительной улыбкой. – Всего за несколько месяцев мы могли бы стать единственными правителями свободного космоса.
Его ухмылка стала шире.
– Я не сомневался, что вы именно так оцените сообщение с Сассы.
Или махнула рукой.
– Пока все, Гиселл. Спасибо. Вы, право же, очень порадовали меня.
Гиселл наклонил голову, прощаясь, и зашагал обратно к лифту. Или наслаждалась пьянящим чувством триумфа. «Сасса? Поверженная? Беззащитная? Как приятно!»
Она раскинула руки и закружилась по комнате. Волосы ее разлетелись, струясь в такт ее пируэтам. Смеясь, она танцевала, пока у нее не закружилась голова.
Тогда она становилась, опомнившись, и пошла к своему рабочему столу.
– Прекрасно, Стаффа. Ну-ка, посмотрим, не решили ли вы теперь говорить связно. – Она устроилась в своем мягком кресле и сдвинула пальцы обеих рук. – Соедините по субпростанству с Итреатой. Я хочу говорить со Стаффой кар Терма.
– Поняли, министр Такка. Мы уже устанавливаем связь. На это нужно какое-то время.
– Я понимаю.
Или закрыла глаза, представляя себе сассанцев, суетящихся в попытке справиться с разрушениями. Ее агенты были очень дотошны. Мак Рудер загнал гигантский грузовик в планету на скорости, составившей почти треть световой. Огромная военная база Сассы исчезла во взрыве, от которого треснула кора планеты. Ресурсы империи напряжены до предела за счет землетрясений, выпадания осколков и климатических изменений, связанных с выбросами продуктов взрыва в атмосферу. Все сельское хозяйство планеты разрушено из-за низких температур. Население балансирует на грани голода и замерзания, все службы не работают, общественный порядок удерживается с огромным трудом. Остальная Сассанская империя теперь старается спасти свою столицу и ее чрезмерно большое население.
– Министр? – Компьютер прервал ее мысли. – Итреата на субпространстве.
– Очень хорошо. – Или собралась и, подавшись вперед, вгляделась в бесстрастное лицо какой-то женщины. – Добрый день. Я – министр Или Такка, и я хотела бы поговорить с Командующим.
Выражение лица представителя Итреаты оставалось непроницаемым.
– Мне приказано выяснить, освободили ли вы Скайлу Лайма.
– Именно это я и хотела бы обсудить с Командующим.
– Освобождена ли Скайла Лайма? Или начала злиться.
– Я буду говорить об этом с Командующим. Еще раз повторить?
Женщина даже не пошевелилась.
– Не нужно, министр Такка. Тем не менее у меня есть инструкция. Командующий считает, что ему нечего обсуждать с вами, пока не получит свободу Скайла Лайма. – Она опустила глаза к монитору. – Его точные слова таковы:
«До этого момента вы попусту тратите слова». Извините, министр, но таков приказ.
– Понятно. Тогда я могу предложить вам передать следующее. Когда он пожелает обсуждать ситуацию, пусть попробует меня найти. Я в бирюльки не играю. Все.
Или прервала связь и постаралась подавить нахлынувший гнев.
– Ты, Стаффа, трижды проклятый человек, что за игру ты ведешь? Ты уже поставил на Лайма крест? В этом дело, хладнокровный ты ублюдок? Или ты блефуешь, ставишь на то, что я сломаюсь раньше, чем ты.
Или почувствовала, что червь неуверенности начал подтачивать чувство торжествующей эйфории. Она опустила взгляд на куб данных, который ей принес Гиселл, – и швырнула его через комнату, где он разлетелся, ударившись о дорогостоящую обшивку стен.

***

«МЕНЯ ЧАСТО СПРАШИВАЮТ: «КАК СЕДДИ ВИДЯТ ВСЕЛЕННУЮ? В ЧЕМ ЦЕЛЬ СУЩЕСТВОВАНИЯ? КАК ЭТА НЕПРЕДСКАЗУЕМАЯ ВСЕЛЕННАЯ СВЯЗАНА С РАЗУМОМ?
МЫ ВЕРИМ, ЧТО БОГ СОЗДАЛ ВСЕЛЕННУЮ, КОГДА ОН СТАЛ ОЩУЩАТЬ – ОСОЗНАВАТЬ, ЕСЛИ ХОТИТЕ. И, ДА, ВСЕЛЕННАЯ КАК ОТРАЖЕНИЕ САМОГО ГОСПОДА, ИМЕЕТ ЦЕЛЬ: НАША ВСЕЛЕННАЯ ЕСТЬ ПУТЬ ПОЗНАНИЯ БОГОМ САМОГО СЕБЯ. С ТЕОЛОГИЧЕСКОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ, МЫ СЕЙЧАС ПОЛАГАЕМ В ОГРАНИЧЕННОМ ЗНАНИИ, ЧТО НАША ВСЕЛЕННАЯ В ОДИН ПРЕКРАСНЫЙ ДЕНЬ КОЛЛАПСИРУЕТ В ГРАВИТАЦИОННУЮ СИНГУЛЯРНОСТЬ. КОГДА ЭТО ПРОИЗОЙДЕТ, ДВОЙСТВЕННОСТЬ ИСЧЕЗНЕТ, И КАЖДАЯ ЧАСТИЦА ЭНЕРГИИ-МАССЫ ВЕРНЕТСЯ К БОЖЕСТВЕННОСТИ.
В НЕКОТОРОМ ОТНОШЕНИИ, ЭТО НАИВНЫЙ СПОСОБ ПОЛУЧЕНИЯ ЗНАНИЯ. РАЗУМ ПРИХОДИТ ПУТЕМ КАЖДОГО НАБЛЮДЕНИЯ И КАЖДОГО ИЗМЕНЕНИЯ ВСЕЛЕННОЙ, ПОРОЖДЕННОЙ НАБЛЮДЕНИЕМ. ТО, ЧТО МЫ ВИДИМ КАК ПРОЦЕСС ЭВОЛЮЦИИ, ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ СРЕДСТВО НЕ ТОЛЬКО ДЛЯ ЭНЕРГИЗАЦИИ ВСЕЛЕННОЙ, НО И ДЛЯ РАССМОТРЕНИЯ КАЖДОГО АСПЕКТА И ВАРИАНТА ЛЮБОЙ ПРОБЛЕМЫ. ДЛЯ СУПЕРНАТУРАЛИСТОВ, КОТОРЫЕ ТРЕБУЮТ ЧУДЕС, МОЖНО ЛИ ПРЕДЛОЖИТЬ ЧТО-ЛИБО БОЛЕЕ ЧУДЕСНОЕ, ЧЕМ ЭТО? ОДНИМ МАСТЕРСКИМ ДВИЖЕНИЕМ БОГ ЭНЕРГИЗОВАЛ ВСЕЛЕННУЮ ПУТЕМ НЕУВЕРЕННОСТИ, РАНДОМИЗАЦИИ И СВОБОДНОЙ ВОЛИ, И, ТЕМ НЕ МЕНЕЕ, ПОЛУЧАЕТ ВСЕ ПРЕИМУЩЕСТВА ОТ МНОЖЕСТВЕННОСТИ РЕШЕНИЙ, КОТОРЫЕ РАЗЫГРЫВАЮТСЯ ВО МНОЖЕСТВЕННЫХ ВСЕЛЕННЫХ.
ЭТА КОНЦЕПЦИЯ СТАНОВИТСЯ ПРОБЛЕМАТИЧНОЙ ДЛЯ ТЕХ, КТО НАСТАИВАЕТ, ЧТО ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА КАКИМИ-ТО ТАИНСТВЕННЫМИ РАССУЖДЕНИЯМИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ СПОСОБНЫ ЗНАТЬ ВСЕ, ЧТО ТОЛЬКО СУЩЕСТВУЕТ. УВЫ, ДРУЗЬЯ МОИ, МЫ ОГРАНИЧЕНЫ ВРЕМЕНЕМ И ЧУВСТВЕННЫМ АППАРАТОМ. МЫ МОЖЕМ МОДЕЛИРОВАТЬ, ПРЕДСКАЗЫВАТЬ И АНАЛИЗИРОВАТЬ И ОПИСЫВАТЬ РЕЗУЛЬТАТЫ ЭТОГО НАШИМ КОЛЛЕГАМ И ПОТОМКАМ. НО ТУТ МЫ ОГРАНИЧЕНЫ НАШЕЙ СПОСОБНОСТЬЮ ПЕРЕДАВАТЬ ИНФОРМАЦИЮ С ПОМОЩЬЮ ЯЗЫКА. (ПРОЦЕССЫ ПЛОХО ПОДДАЮТСЯ ОПИСАНИЮ С ПОМОЩЬЮ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ И ГЛАГОЛОВ – ТОЛЬКО МАТЕМАТИКА НЕМНОГО ПРИМЕНИМА В ЭТОМ СЛУЧАЕ). ОТМЕНЯ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ МОЛЬБЫ, НАДО ПРИЗНАТЬ, ЧТО ИСТИННОЕ ЗНАНИЕ БУДЕТ УДЕЛОМ ТОЛЬКО РАЗУМА.
ВОКРУГ СЕБЯ МЫ ВИДИМ ЧУДО: НАШУ ВСЕЛЕННУЮ. ДЛЯ ТЕХ, КТО ИЩЕТ ОЗАРЕНИЯ, МОГУ ПРЕДЛОЖИТЬ СЛЕДУЮЩЕЕ. ЗАДУМАЙТЕСЬ ВОТ НАД ЧЕМ. КУЛЬТУРА ПОДГОТОВИЛА ВАС К ВОСПРИЯТИЮ ДВОЙСТВЕННОСТИ, РАЗМЕЖЕВАНИЮ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОГО И ФИЗИЧЕСКОГО. ОДНАКО НАША НАУКА УЧИТ, ЧТО ОДНО НЕ МОЖЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ БЕЗ ДРУГОГО. КЕРАМИЧЕСКИЙ РЕЗЕЦ МОЖЕТ КАЗАТЬСЯ СПЛОШНЫМ, НО В ОБЛАСТИ КВАНТОВ СПЛОШНОСТЬ ИСЧЕЗАЕТ В ЭЛЕКТРОННЫХ ОБЛАКАХ И ВНУТРИАТОМНЫХ СИЛАХ. ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ ВЗГЛЯНУТЬ НА ВСЕЛЕННУЮ НОВЫМИ ГЛАЗАМИ, ВЫ ДОЛЖНЫ ИЗГНАТЬ ДВОЙСТВЕННОСТЬ ИЗ СВОИХ МЫСЛЕЙ. МИСТИЧЕСКОЕ И ФИЗИЧЕСКОЕ СУТЬ ОДНО, ОНИ ОБА ОТРАЖАЮТ ГОСПОДНЕЕ ТВОРЕНИЕ И ЦЕЛЬ С САМОГО БОЛЬШОГО ДО САМОГО МАЛЕЙШЕГО».
Выдержка из радиопередачи Кайллы Дон.

Глава 26

Мак шлепнул ладонью о пластину замка на кабине управления «Гитоном». Тяжелый люк с шипением отодвинулся, и он ступил через порог, коротко кивнув первому заму по вооружению и специалисту по навигации и коммуникации. Пилот, как обычно, лежал плашмя в «шлеме забот». Райста сидела сгорбившись в кресле командира. Было такое впечатление, что она съела незрелый лимон. Она кинула на Мака жесткий взгляд, что-то буркнув про себя, выпрямилась и, опираясь на руки, подняла себя с кресла.
– Твое место.
– Что происходит? – спросил Мак.
– Мы вышли из нулевой сингулярности и появились в поле зрения Орбитальной обороны. Все. – Губы Райсты дрогнули. – Министр Такка желает говорить с тобой. Мак скорчил гримасу и устроился в командном кресле.
– Левый компьютер, пожалуйста, установите связь.
– Слушаюсь, сэр.
Мак наблюдал, как на мониторе командного кресла возникает лицо Или. Она одарила его счастливой улыбкой, темные глаза ее искрились.
– Мак Рудер! Позвольте мне первой поздравить вас с героическими и великолепными действиями на Императорской Сассе!
– Благодарю вас, министр.
«ГДЕ, ЧЕРТ ПОБЕРИ, СИНКЛЕР?» Или поджала губы и чуть опустила голову, словно дожидаясь подходящего момента.
– Я знаю, что вы не имели связи и, следовательно, доступа к сообщениям разведки, но ваш удар успешно кастрировал Сассанскую империю. Мы с Синклером.., да и вообще вся империя, если уж на то пошло, сознаем, что мы в долгу перед вами и вашими героями с «Гитона». Вы сократили приближающуюся войну на месяцы, а, возможно, на годы.
– Благодарю вас, министр. Но ведь, в конце концов, я следовал стратегии Синклера. Кстати, с ним можно поговорить?
Или отвела взгляд в сторону, словно проверяя по монитору.
– В настоящий момент он проводит учения, и ему нельзя мешать. Я дам ему знать, что вы на подлете. – В ее глазах опять зажглось возбуждение. – Он – просто чудо! Я горю нетерпением продемонстрировать вам улучшения в нашей армии. Синк все по-настоящему изменил. По-моему, вас ждет огромный сюрприз, когда вы окажетесь на планете. Мне не терпится увидеть вашу реакцию, когда вы поймете, как изменилось военное командование.
– Я буду с нетерпением ждать. «СИНКЛЕР? СЛИШКОМ ЗАНЯТ НА УЧЕНИЯХ, ЧТОБЫ ОТВЛЕЧЬСЯ НА НАШЕ ПРИБЫТИЕ? ЧТО?»
– Я в этом не сомневаюсь. Мы приготовим вам необыкновенную встречу. Так до встречи с вами и командиром Райстой, Мак Рудер.
Она отключила связь.
Мак, хмурясь, развалился в кресле.
– Что все это значило? – спросила Райста, застыв у командного кресла.
– Не знаю. Но что-то…
«СИНКЛЕР, ТЫ ВЕДЬ НЕ СПУТАЛСЯ С НЕЙ, ПРАВДА? СКАЖИ МНЕ, ЧТО ОНА НЕ ОБВЕЛА ТЕБЯ ВОКРУГ ПАЛЬЦА, ПОКА ВЫКАЧИВАЛА ИЗ ТЕБЯ МОЗГИ!»
– Не так? Что-то случилось? – настаивала Райста.
– Ты меня поняла. Но что бы это ни было – это не к добру.

***

Тяжелая, выщербленная во время мятежей дверь странно подействовала на Анатолию. Она взглянула вверх, на камеру слежения и поддавшись внезапному порыву, помахала рукой, прежде чем открыть дверь и войти в здание Криминальных анатомических исследований. Когда она вошла, по обе стороны двери за столами вахты сидели два молодых человека в униформе. При виде нее оба, казалось, вздрогнули.
Возможно, по зданию уже разносятся безудержные слухи. При этой мысли Анатолия напряглась еще сильнее. Она быстро оглянулась, чтобы убедиться в том, что Бачмен и Уилер идут прямо за ней.
Держась так, словно все в порядке, Анатолия прошла к лифту и нажала кнопку тридцать пятого этажа.
– У меня появилась масса сомнений относительно вот этого, – пробормотал сержант, не разжимая губ.
Анатолия озабоченно улыбнулась, ясно ощущая, как у нее колотится сердце.
– Поверьте мне. Так будет лучше. Если Синклер явится в лабораторию с поддерживающей группой, кто-нибудь наверняка заметит. А если это буду я, то что из того? Я пришла взять кое-какие бумаги, а вы двое – мои друзья. Только и всего. Никто ни о чем не догадается.
– А эта штука настолько важна? – с сомнением спросила Уилер, наблюдая, как в лифте загораются цифры этажей.
– Ну, давайте скажем так. Если со мной что-то случится, вы отдаете ее Синклеру – лично. Если кто-то пытается вас остановить… Нет, еще лучше: обозначьте это мысленно «совершенно секретно, только по допуску» – Синклеру.
Лифт остановился, и Анатолия вышла. Сопровождающие следовали за ней по пятам.
– Вы это серьезно? – спросил Бачмен.
– Абсолютно, – ответила Анатолия тоном, не допускающим неповиновения. Она прошла по вестибюлю к столику шахты, откуда за ней с явным интересом наблюдал человек. «Новый студент?»
– Вы – новичок, – приветствовала его Анатолия. – Студент?
Мужчина улыбнулся, глаза его смеялись.
– Меня зовут Тил. Только что переведен. Вы – Давиура, да? Я видел вашу голографию.
– Вот как?
Тот ухмыльнулся.
– Что я могу сказать. Я – раб хорошеньких женщин. Он с любопытством взглянул на Бачмена и Уилер, остановившись взглядом на их вооружении.
– Новые соседи по комнате. – Она смущенно опустила глаза. – Если вы здесь уже давно, вы, можете быть, слышали. Я некоторое время тому назад потеряла свое жилье. – Она искоса взглянула на компьютер, заметив на экране необычный текст. Ее страх еще на порядок усилился. – Вет в лаборатории?
Новичок, казалось, колебался.
– Нет, кажется, у него сегодня выходной. Анатолия кивнула.
– Очень жаль. Ну ладно, я позвоню ему попозже. Пока. Она пошла по вестибюлю, Бачмен и Уилер не отставали от нее.
– Не похож на студента, – проворчала Уилер. – Что-то в его глазах.
Анатолия отмахнулась.
– Я бы в свое время не поверила, что и я студентка. Бачмен пошел рядом с нею, оставив Уилер чуть позади.
– Далеко?
– Порядочно. Вестибюль длинный. – Она указала на комнату женщин. – Вот где я раньше жила.
– Кроме шуток?
– Кроме шуток. – Она с любопытством посмотрела на Бачмена. – Вы давно знакомы с Синклером?
– С тех пор как наш набор призвали для подкрепления Первого Тарганского.
– И, сестричка, это было давно – для наших жизней, – сообщила Уилер.
– Хмм, а мне можно задать вопрос? – Глаза Бачмена непрерывно двигались, как будто он пытался разглядеть все в этом безликом вестибюле.
– Пожалуйста.
– Почему вас интересует Синклер?
«ЕСЛИ БЫ ВЫ ТОЛЬКО ЗНАЛИ!»
– Он – мой друг. Ничего больше, первый сержант. Он явился, когда он был мне нужен. Может быть, я возвращаю ему долг. Вы шпионите в пользу Мхитшала?
Бачмен покачал головой, криво улыбнувшись.
– Нет. Сам спрашиваю.., для себя.., а может, и для остальных из нас. Видите ли, мы беспокоимся о Синке.
– Особенно в последнее время, э? – наугад спросила Анатолия. – Если вы из-за Или не спали, то, по-моему, вы можете сказать войскам, чтобы они немного расслабились. Синклер ее раскусил.
Бачмен кинул на нее быстрый взгляд, но лицо его осталось совершенно бесстрастным.
– Вот эта дверь.
Анатолия повернула направо, приложила ладонь к замку. Уилер задержалась, осмотрев весь коридор, а потом последовала за ними в лабораторию. Ана пробралась мимо всевозможного оборудования к своему столу. Опустившись на колени со своим ключом, она отперла ящик, вытащила две кипы распечаток и, выпрямляясь, нахмурилась.
– Я оставила здесь ручку и блокнот. Кто-то это подмел.
– Это плохо? – спросила Уилер негромко, продолжая наблюдать за комнатой.
Анатолия сделала глубокий вдох и включила машину, вынув из кармана куб данных и вставив его внутрь. Она включила доступ и вызвала файл 7355, быстро просмотрев его, чтобы убедиться, что он весь на месте.
– Компьютер, перепиши файл 7355 на вставленный куб данных.
– Работаю. – Пауза. – Перенос данных закончен.
– Сотри файл 7355.
– Файл стерт.
– Вычисти и заполни 0 и 1. Повтори команду три раза.
– Работаю. – Машина издала жужжание. – Команда выполнена.
– Заполни только что стертое поле хранения величиной числа «Пи».
– Работаю. – Чуть позже:
– Поле заполнено.
– Распечатай, пожалуйста.
– Работаю.
Из щели принтера начало выползать численное значение п. Анатолия просмотрела страницы и кивнула. Корзинка принтера заполнилась. Когда все было сделано, она оторвала лист и бросила его в конвертер.
– Пойдемте.
Облегченно вздохнув, она вручила Уилер две кипы распечаток, а куб данных опустила себе в карман.
Ее сердцу только начал возвращаться его обычный ритм биения, когда она вышла в вестибюль, – и застыла на месте.
В центре вестибюля стоял Бачмен. По обе стороны от него стояли офицеры охраны, один из них оказался Тилом.
– Хэлло, Ана, мне надо минутку поговорить с тобой? Отчаянное чувство, что она оказалась в темноте, что пятится назад в тупик, ощущая зловонное дыхание Микки, заставило ее почувствовать настоящую панику, несмотря на то, что Бачмен и Уилер, защищая ее, встали у нее по бокам, чуть сзади. Из дальнего конца коридора медленно подходило еще двое.
– Говори сейчас, Жан. Я спешу.
– Мы договорились вместе пообедать, – добавил Бачмен чуть раздраженным тоном.
Боккен отмахнулся от Бачмена и Уилер.
– Вы, конечно, можете идти. О, но пачка распечаток, которую несет она, должна остаться. Полагаю, что это – лабораторное имущество.
У Анатолии начал дрожать подбородок. «ВОЗЬМИ СЕБЯ В РУКИ! ПРЕКРАТИ!» Боккен походил на охотника, уверенного в том, что добыча от него не ускользнет.
– Это просто кое-какая работа, которую мне нужно доделать дома, – уверила его Анатолия.
– У вас есть причина беспокоить мою девушку? – спросил Бачмен, делая шаг вперед.
Казалось, Боккен озадачен. Он поднял руку, протянув удостоверение с эмблемой внутренней безопасности, сияющей на долгопласте.
– Присутствие вашей.., девушки требуется Министерством внутренней безопасности, сержант. Я уверен, что попозже вы сможете забрать ее оттуда.
Анатолия ахнула, не сумев справиться с собой, и отступила на шаг. Неподалеку от этого самого места охлаждаемый стол для образцов ожидал поставок из министерства. Не окажется ли она на нем завтра, чтобы Вет внес ее в каталог? Как бы в предчувствии прозекторского стола, по ней разлился холод.
– Думаю, нет, – отозвался Бачмен со сталью в голосе. Секунду Боккен только хмурился.
– Я сказал…
– Тарга! – гневно прорычала Уилер отступая дальше вправо, балансируя на пальцах ног. Бачмен кивнул, повторяя:
– Тарга!
Анатолия начала было приподнимать руку, чтобы прервать их, но в этот момент Бачмен бросился на Боккена и ближайшего к нему охранника. В ту же самую долю секунды Уилер присела на корточки, проскрипев вытаскиваемым из пластиковой кобуры бластером, и направила его на охранников, приближающихся из дальнего конца коридора. Распечатка разлетелась по полу, а бластер Уилер выстрелил.
– Ана! Хватай бумаги! – крикнула Уилер, поворачивая оружие, чтобы прикрыть Бачмена. Первый сержант нанес Боккену удар поперек горла, потом лягнул одного из бросившихся на него охранников в пах. Он схватился со вторым, завалил его и вырвался, откатившись по плиткам пола. Бластер Уилер выстрелил во второй раз, а выстрел Бачмена попал прямо в спину еще одному, разметав мышцы, ребра и куски легких.
Вот так быстро все и было кончено. Боккен булькал, хватая себя за горло. Растерзанные тела мертвых агентов безопасности сочились кровью на отполированном плиточном полу, пока контуженные нервы посылали судороги по обнаженной мышечной ткани. Анатолия застыла согнувшись, не в состоянии двинуться, сжав пальцы на листах бумаги.
– Нам лучше отсюда выбираться, – озабоченно позвала Уилер.
Анатолия поспешно сгребла распечатку, прижав ее к груди. Дрожа, она смотрела на искореженные взрывами тела, лежавшие перед ней. Невозможно.., думать…
– Куда? – выкрикнул Бачмен. – Обратно, откуда мы пришли?
Анатолия поспешно собрала разлетевшиеся мысли.
– Нет! Там у них будут люди. Сюда. В гараж! Есть еще один лифт, спускающийся до уровня улицы.
Она рванулась вперед, поскользнувшись на свежей крови, и упала бы, если бы Бачмен быстро не схватил ее за руку. Она понеслась по коридору, сдавленные рыдания застряли у нее в горле.
– Ты в порядке? – крикнула на бегу Уилер. Ее карие глаза были тревожно прищурены.
– Со мной.., ничего.
«Я СНОВА НА УЛИЦЕ. Я УЖЕ ТУТ БЫЛА». Отвага начала пульсировать в ней.
Анатолия завернула за угол, промчалась мимо двух ошарашенных секретарш и пронеслась оставшиеся до лифта семьдесят метров. Она прижала ладонь к запору, молясь про себя, чтобы бойню еще не успели обнаружить. Труба лифта открылась.
Анатолия прижалась к задней стенке, сжимая на груди драгоценную распечатку. Бачмен и Уилер вошли следом и хлопнули по кнопке уровня гаража.
Анатолия озиралась, пока они спускались, и, в конце концов, набралась мужества спросить:
– Что такое Тарга?
– Значит, что терять нечего, кроме собственной жизни, – ответил ей Бачмен.
– Ты выдержишь? – коротко спросила Уилер. – Ты тут у нас не завянешь?
Анатолия изобразила кривую улыбку, которую не чувствовала.
– Только не я.
– Ты там казалась немного бледной, – заметил Бачмен.
Анатолия потрясла головой, когда лифт остановился. Она усилием воли вернула некоторую устойчивость подгибающимся коленкам, прежде чем они ступили на площадку для парковки.
– Меня просто бластеры достали. Я привыкла убивать людей металлической палкой. Лифт в той стороне.
Уилер двигалась позади, пятясь и прикрывая их спины.
– Ты шутишь?
Они шли по цементному полу, огибая пассажирский пикап. Прохладный поток воздуха выходил из въездного туннеля – квадратной дыры справа, освещенной желтыми пятнами. На площадке для парковки сверкали ряды ЛС, с ярко раскрашенными корпусами. Тут царила жуткая тишина, в которой гулко отдавались их шаги.
– Долгая история.., но попозже.., если мы это переживем.
– Если? Почему я так ненавижу это слово? – Бачмен вытянул руку. – Этот лифт на улицу?
– Да.
– Может, нам следовало захватить ЛС, – пробормотала себе под нос Уилер.
На уровне улицы Анатолия повела их через выжженные магазины. Они были уже метрах в пятидесяти от лифта, который доставил бы их вниз к шаттлу, когда ЛС нырнула вниз из транспортной линии у них над головой.
– Ложись! – выкрикнула Уилер, поднимая бластер и бросаясь в сторону.
Бачмен придавил Анатолию жесткой рукой, прижав ее к грязному тротуару.
– Они ударят прямо… – вскрикнула Уилер, бросаясь ничком прямо на них.
Тротуар тряхнуло от удара, врезавшегося в улицу, отрикошетив, пробившего дыру в одном из зданий.
Бачмен поднял ее на ноги и потащил за собой к шаттлу.
– Что случилось?
Уилер со всех ног неслась к трубе шаттла.
– Разнесла их чертов фонарь! Наверное, убила пилота. Нам дьявольски повезло, что мы живы! Анатолия ловила ртом воздух.
– Тарга, а? Мне надо завести себе такую же броню, как у вас!
Бачмен стартовал из трубы, держа бластер мертвой хваткой. Немногочисленные люди, изумленно уставились на них, явно зная об ударе несколькими уровнями выше, на улице.
– Как раз вовремя! – воскликнула Уилер, когда челнок скользнул к остановке. Не обращая внимания на других пассажиров, они бросились к вагончику – но он, омертвев, осел на магниты.
Бачмен чертыхнулся, ударив прикладом пистолета в полуоткрытую дверь.
– Какого дьявола?
Анатолия с трудом сглотнула.
– Или отключила энергию. У нее есть кто-то в администрации челноков.
– Гнида! – Уилер развернулась на пятке, гневно сверкнув глазами на попятившихся пассажиров, потом бросилась к трубе безопасности там, наверху.
– Похоже, мы возвращаемся на улицу, – проговорил сквозь зубы Бачмен. – Пошли!
– Нет. – Анатолия решительно остановилась.
– Ты совсем с ума сошла? – отчаянно махнула рукой Уилер. – У нас всего несколько минут – потом Или соберет над этой частью города все ЛС!
Анатолия жестко им ухмыльнулась.
– Пусть собирает. Я знаю путь получше. Ну-ка помогите мне. – Она легла на живот, прижав к себе драгоценные распечатки, и соскользнула вниз, к магнитным рельсам. – Осторожнее! Не прикасайтесь к рельсам. Они в любую минуту снова могут оказаться под током!
Бачмен нахмурился еще сильнее.
– Куда ты направляешься?
– На улицу, – ответила Анатолия. – Я знаю еще один путь отсюда.
– Тарга. – Крикнула Уилер, ловко прыгая с платформы.
– Чертовски точно, Тарга! – откликнулась Анатолия, осторожно переступая через рельсы, чтобы оказаться в углублении по другую сторону каркаса. Она глубоко вздохнула, ощущая запах мерзких корней города. – Я просто не знала, что так скоро вернусь обратно.

***

Или раздраженно расхаживала по комнате. Большой настенный монитор был разбит на окошки, контролируя преследование Анатолии Давиура. Кто бы мог подумать, что двое военных, сопровождавших ее, будут стрелять? Это отрицало всякую логику.
Когда пришло сообщение о том, что Давиура появилась в Исследовательском центре. Или видела и слышала неловкую попытку ареста, предпринятую Боккеном, – у агентов были переносные мониторы. Боккен действовал по правилам, сразу же оцепив все помещение своими людьми. Он закрыл оба пути отступления, поставил дополнительный заслон на главном выходе и стал ждать. Он собирался взять Давиура после того, как она заберет свою работу, когда ее бдительность ослабеет. Двое военных казались неудобством, но не внушали опасений. Подопытных отделяли от их людей по стандартной процедуре. Согласно протоколу, те должны были покорно отступить, настаивая, что Синклер все выяснит. И тут, не успели они моргнуть и глазом, как все разладилось. Почему?
– Пропади все пропадом, у нас же здесь цивилизованная планета – сама себе проговорила Или. Она повернулась на каблуках, – что происходит? Они прыгнули на площадку для челноков. Люди видели, как они пытались захватить космический челнок. Куда они делись?
Гиселл набрал в грудь воздуха, подбирая слова для ответа, но Или не дала ему заговорить. Она наклонилась вперед, облокотившись на стол, было видно, как кипела в ней едва контролируемая ярость.
– Если вы собираетесь мне сообщить, что вы ее потеряли, это именно то, что, вероятно, приведет вас прямым ходом на рециркуляционную фабрику мусор сортировать Гиселл с трудом сглотнул слюну.
– Или, вы же все видели на мониторах. Что мы делали не так? Наши люди перекрыли все выходы, рассчитывая взять их, как только они ступят на улицу. Когда они не появились, мы направили людей вовнутрь. Они обнаружили, что площадка для челноков пуста.
Или выругалась, но потом, смягчившись, сказала:
– Вы правы. Ладно. Самое логичное предположение, это, что они ускользнули через городскую подземную структуру. Если они попали туда, то могут пройти куда угодно, правда они не могут быстро передвигаться. Оцепите всю территорию. Мне все равно, скольких людей вы снимите с работы. Я хочу, чтобы все, кто может без ущерба быть переброшен сюда, искали девушку.
– Есть, мэм, – Гиселл наклонился к своему коммуникатору, отдавая распоряжения.
Или покачала головой, кинула злобный взгляд на монитор и вышла из кабины Гиселла, решительно шагая вниз к лифту.
«Идти или нет к Синклеру? Достаточно ли он остыл? Купится ли он на мою историю о Давиура?» – так и эдак прикидывая ситуацию, она хлопнула ладонью по кнопке лифта.

***

Скайла почувствовала рядом с собой движение. Ее затуманенный сном мозг не сразу почувствовал перемещение веса. Затем резко вступили в действие ее отточенные на бои инстинкты, и она, перекатившись на живот, спрыгнула со спальной платформы, споткнулась, удержалась от падения как раз к тому моменту, когда зажегся свет.
Она автоматически встала в боевую стойку и приготовилась ударить. Ее жилище сверкало в чересчур ярком свете, лившимся из панелей над головой. С дальнего конца платформы пружинисто скатилась Арта Фера, приземлившись на ноги по-кошачьи. Она уставилась своими совиными глазами на Скайлу, возбуждение окрасило ее щеки легким румянцем. Похожая на шелковый газ ткань окутывала ее прозрачной вуалью, не скрывая скульптурного тела.
– Что ты здесь делаешь? – требовательно спросила Скайла, стараясь сохранять спокойствие. Глаза Феры сузились в щелки.
– Тебе всегда было все равно. Скайла подозрительно вздернула голову.
– Что было все равно?
– Ну, сколько раз я спала с тобой после того, как привезла тебя.
– Я тогда была под действием снотворного.
– А теперь нет, – Арта с нахальным видом пожала плечами и тряхнула головой так, что ее волосы беспорядочно рассыпались по плечам. – А тебе хотелось бы?
– Нет, пропади ты пропадом. Где ты спала раньше? – Скайла потерла запястья, внутренне удивившись, что ее ничего не сдерживает. Скайла не могла не задрожать.
– В кресле пилота.., после того, как проверила состояние корабля. Ведь этот корабль сам, знаете ли, не летает.
– А тогда почему ты теперь здесь? – Скайла указала на спальную платформу, осознав внезапно, что Фера выглядит, как будто не вполне проснулась, а значит, она не сию минуту заползла к ней под бок. – И сколько же времени я так проспала рядом с тобой?
Арта рассмеялась.
– Пару часов. Ну так что, хочешь всю ночь разговаривать, или закончим то, что начали?
– Закончим…
– Спать.
Скайла медленно покачала головой.
– Я сплю одна.
Арта сделала шаг вперед, потянулась медленно, лениво, как кошка.
– Как хочешь. Я считала, что оказываю тебе услугу. Тебе нравится спать, как мясной туше.
– Лучше я буду, как мясная туша. Арта подвинулась еще ближе, положила руки Скайле на плечи.
– Я хочу, чтобы ты кое о чем подумала. Я ведь могу сделать с тобой все что угодно. Ты знаешь, я люблю тебя.., уважаю тебя. Но если бы я хотела насладиться твоим телом, ты бы не смогла мне помешать.
– Я заставлю тебя убить меня, – пообещала Скайла, несмотря на то, что сердце ее стучало, как молот.
– Это одна из причин, по которым я стала тебя ценить. Ты вечный вызов, Скайла, а я люблю вызовы. Поэтому я потратила столько времени на маневры в космосе.
– Это только продлевает поездку.
– Конечно, продлевает. И несмотря на то, что я пилот-новичок, я могла бы рассчитать галактическое течение и забросить нас сразу к Риге.
– Почему же ты этого не сделала?
Арта подняла руку, и Скайлу передернуло, когда эта женщина нежно погладила шрам на ее плече.
– Потому, дорогая моя Скайла, что Или может проверить бортовой журнал. И тогда она поверит, что я пилотирую не очень хорошо. Или не обязательно знать обо мне все. А самое важное, это то, что так я могу подольше сохранить тебя, – улыбка Арты стала грустной. – Я знаю, ты выжидаешь момент и постараешься спровоцировать меня убить тебя, если окажется, что никакого другого пути убежать от Или нет. Но ты подумай хорошенько: я могу защитить тебя.
– Во что это мне обойдется, ты, сука паршивая? Арта, все еще настороженная, отступила.
– Люби меня, Скайла. Стань моей. Я хорошо о тебе позабочусь, – проговорив это, она развернулась и в вихре полупрозрачной ткани выскочила в люк.
Скайла глубоко вздохнула. Каждый ее нерв дрожал от напряжения, и она с трудом овладела собой. На коже еще горело прикосновение Фера.
«Куда делась Фера? И, что было важнее, надолго ли? Есть у меня время? Может быть, это и есть мой шанс?» – Скайла осторожно выглянула в коридор. Там стояла Фера, опустив голову и скрестив руки.
Несмотря на молчание Скайлы, женщина прошептала:
– Но до конца нынешней ночи тебе придется поносить ошейник!
– С радостью, – крикнула Скайла через плечо и бросилась на спальную площадку.
Арта вошла в комнату, ее чувственное лицо было задумчивым и напряженным. Без лишних слов она включила энергию сдерживателей и замерла на мгновенье, глядя вниз на Скайлу.
– Дай-ка, я покажу тебе кое-что.
Скайла настороженно смотрела, как эта женщина влезла на спальную платформу и склонилась над ней. Распущенные темно-рыжие волосы окутывали ее, как вуалью. Приблизив вплотную к ее лицу свое лицо, Арта уставилась прямо ей в глаза и, не отрывая взгляда, медленно опустилась.
Скайла рванулась, едва лишь груди Арты коснулись ее. Арта сильными руками взяла в клещи голову Скайлы и, несмотря на все ее попытки уклониться, поцеловала ее. Нежно, почтительно. Физически это не было противно.
– Почему ты сопротивляешься мне? – страстно спросила Арта. – Разве это так уж плохо?
Скайла задрожала, каждая мышца ее напряглась, закаменела, когда Арта отодвинулась от нее.
– Многие мужчины жизнь бы отдали, чтобы испытать то, что я могу тебе дать, – крикнула Арта, выходя из комнаты. – Спи спокойно, Скайла, сладких тебе снов.
Долго лежала Скайла, задыхаясь в изнеможении.
– Не дамся, – тихо шептала она. Но несмотря на всю ее браваду, Фера сумела хитроумно взять верх и подорвать ее уверенность в себе.
Неужели Фера может это сделать? Чрезмерно развитое воображение Скайлы раскручивало сценарий за сценарием о том, что произойдет в комнате для допросов у Или Такка, она живо ощущала металлический вкус митола, представляла всю глубину тайн, охраняемых только ее, Скайлы, волей и способностью к сопротивлению.
Черт подери, если то, что она будет поласковей с этой сумасшедшей сучкой действительно купит ей хоть немного времени… Неужели это будет так плохо? На нее нахлынули непрошенные воспоминания обо всех мужчинах, с которыми ей приходилось спать, не любя, не желая их. О тех случаях, когда она просыпалась после празднований возвращения с каким-нибудь незнакомцем в постели… И в девяти случаях из десяти это оказывался какой-то жеманный идиот, которого она сразу начинала ненавидеть. Как часто после этого она неделями жила с чувством отвращения к себе за то, что легла в постель с мусором, потому лишь, что это обещало дать ей физическое удовлетворение.
«Ты не какая-нибудь там святая девственница, Скайла. Фера не будет для тебя еще одним унижением».
Мелькнули быстрые, всегда живущие в ней воспоминания якобы добром старом человеке, который купил ее, сделал рабыней и насиловал неоднократно, когда ей было двенадцать лет. Неужели легкий флирт с Фера будет хуже?