дверью стоял Вейдер.
Она в ужасе обернулась. В проходе позади нее стоял Ирек, окружавшее его темное излучение, казалось, пульсировало. В руке он держал один из тех стальных шариков, которые так озадачили ее в комнате игрушек, но теперь отделенным от тела сознанием она увидела, что в нем есть входы, невидимые для глаз, ограниченных электромагнитным спектром.
Входы, которые совсем не служили выходами.
А в самом шарике, лабиринт за лабиринтом, все более крошечные лабиринтные шарики.
Он улыбнулся:
- Ты здесь. Мне ясно, что ты здесь. Лея обернулась. Перед дверью по-прежнему стоял Вейдер. Она не могла миновать его. Не могла.
- Мать не сможет меня остановить, - заявил Ирек. - Она даже не узнает.
Он поднял шарик, и его разум, казалось, протянулся в коридор, словно огромная сеть, захватывающая ее. Лея почувствовала, что растворяется, словно дымный призрак, неумелая иллюзия; затягиваемая словно пылесосом в стальной шарик; растворяясь в мощи Темной Стороны.
Должен же быть какой-то способ применить Силу для защиты себя, подумала она… для прохода мимо темного ужаса, что стоял перед дверью. Но она не знала, что это за способ.
Юнец вытянул губы трубочкой и вдохнул, втягивая ее вместе с воздухом.
- Ирек!
В коридоре за спиной у сына появилась Роганда. Подол ее белого платья был подобран так, словно она бежала.
- Ирек, подойди немедленно!
Он резко развернулся, его сосредоточенность нарушилась. Тень Вейдера исчезла. Лея бросилась к двери, прошла сквозь дверь, метнулась к спящей фигуре в постели…
Снова обретя человеческое восприятие, она едва слышала сквозь дверь голоса, но тем не менее узнала голос Орана Келдора.
- Лорд Ирек, мы поймали его на сканерах! Он здесь! "Глаз Палпатина".

Глава 22

Мастер Люк, вы совершенно уверены, что это сработает?
- Ты меня поймал. - Материально-техническое обеспечение в виде посоха и троса, при помощи которых Люк буксировал извлеченный из прачечной маленький насос, было не самым лучшим в мире, но на данном этапе Люк был просто в восторге от того, что обнаружил насос, который еще работал. На "Глазе Палпатина" очень немногое еще работало.
За исключением орудий, подумал он. За исключением орудий.
- Сколько времени это нам даст? - спросил Никос, сгибаясь под грузом двух баков из-под масла, наполненных подсахаренной водой. - При условии, что это вообще сработает.
- Возможно, целый час. - Огоньки на посохе Люка тоже тускнели, и служебный коридор с его низким потолком и пучками проводов начинал приобретать вид, влажность и запах глубокого подземелья. То тут, то там со стен капала вода. Люк изучил место и удовлетворенно кивнул. Они определенно находились на линии главного водотока для этого сектора корабля.
- Это немного для проверки десантного судна и двух шаттлов, - заметил Трив Потман.
Люк покачал головой. Каждый шаг походил на раздирание бедра кусками кости.
- Этого должно хватить. - Последние пластыри перигина давно исчезли - теперь только Сила не давала ему впасть в шок, сдерживала лихорадку внутренней инфекции.
Идущая за ними Крей с пятигаллонными ведрами подсахаренной воды в обеих руках ничего не сказала, как не говорила ничего, пока Люк обрисовывал свои планы очистить корабль и во время процесса подключения к главным сенсорам для определения их положения и оценки того, сколько еще времени осталось до начала обстрела Белзависа. И только когда Каллиста сказала, увидев на дисплее цифры - двенадцать часов тридцать минут:
- Это слишком много, - заговорила Крей. - Именно так утверждает файл.
- Именно так утверждает Повеление. Разве ты не видишь? - Каллиста продолжала: - Повеление намерено сделать все, что может, исследовать все, что может, чтобы задержать нас и выполнить свое задание. Контроль Повеления позволил бы задержку в двенадцать с половиной часов после выхода из гиперпространства. Во всяком случае, когда на планете есть Джедаи. Особенно когда у них есть… был… флот рогаткокрылов.
- Она права, - сказал тогда Люк, взглянув на Крей. Он ожидал спора, так как Крей никогда не верила, что компьютеры способны солгать.
Но с тех пор, как Крей покинула безопасные пределы своей лаборатории, она прошла через суд, устроенный ей Повелением, и поэтому она прореагировала только горьким сжатием губ. Она молча следила за тем, как Люк и другие подмешали в воду сироп, чтобы получить густую гиперсладкую смесь, взяла свою долю, когда антигравитационные салазки оказались слишком большими, чтобы войти в отверстие служебного коридора. Она двигалась так, словно каждый шаг, каждый вдох был для нее тяжким трудом, который ей требовалось исполнить, и не желала, заметил Люк, встречаться взглядом с Никосом.
- Слава Создателю, - возликовал Трипио, когда они повернули за угол и тусклые рабочие лампочки замерцали с потолка над головой. - Я уже начинал опасаться, что этот квадрант корабля вокруг отсека шаттлов тоже лишен энергии.
- Джавасы, вероятно, слишком запуганы песчаниками, чтобы подойти достаточно близко. - Люк свернул в боковой коридор, следуя вдоль главного водопровода.
- Пока, - заметила Каллиста; ее голос исходил из пространства рядом с ним, словно она шла поблизости.
- Нравятся мне бодрые девушки.
Она пропела строчки из старой детской песенки:
"Пусть все будут счастливы, пусть все будут счастливы…", и Люк, несмотря на боль в ноге, рассмеялся.
- Должно быть, это сводит их с ума, - продолжала миг спустя Каллиста. - Песчаников. Если они так… так жестко скованы традицией, как ты описываешь, то они должны ненавидеть то, что здесь все по-иному, нет ни дня ни ночи и охотиться можно только на стенах да в коридорах.
- С течением времени меня саму это возбуждает все меньше и меньше. - Дверь в главную насосную была заперта. Трипио убедил программу замка, что ключ вставлен, и дверь со свистом открылась.
- Сломай-ка механизм, Никос, - тихо предложил Люк. - Ты права, Каллиста. Повелению я доверяю не больше, чем тому, что могу бросить этот корабль вверх и против ветра.
- Странно, - проговорил Потман, оглядывая маслянисто-черную корневую систему труб и клапанов, когда Люк подсоединил к главному механизму маленький портативный насос. - Пока я был штурмовиком, то никогда не думал об этом. Но теперь, оглядываясь назад, мне думается, что я так и не смог привыкнуть к жизни в коридорах, каютах, на кораблях и на базах. Я хочу сказать, в то время это казалось вполне нормальным. Только после того, как я пожил в лесу в Пзобе, я понял, как сильно мне это нравится, как сильно я тосковал по лесам и деревьям Чандрилы. Вы тоскуете по океанам, мисс Каллиста?
- Каждый день.
Стоящая в дверях Крей только прислонилась лбом к дверному косяку и ничего не сказала, наблюдая за тем, как Люк подсоединил самодельные силовые кабели к главным выводам, нажал кнопку. Раздался сухой, гудящий скрежет мотора, негромкий и визгливый на фоне более глухого, более спокойного стука главного насоса, который занимал половину открывшегося перед ними помещения. Люк с благодарностью выдохнул и убрал шланг маленького насоса.
- Вот так.
Он погрузил шланг в первый из баков с подсахаренной водой, наблюдая, как набухает и твердеет от давления смеси соединение между маленький насосом и большим.
Каллиста тихо воззвала к не обращающим внимания песчаникам, обитающим на участках над насосной:
- Вот вам, ребята.
Они накачали в запас воды песчаников почти двадцать галлонов концентрированной подсахаренной воды.
- Оставь, - махнул рукой Люк, когда Никос повернул от двери назад забрать портативный насос или унести ведра. - Мы не вернемся.
- А, - промолвил Никос, вспоминая, что завтра к этому времени все тут превратится в ионные пары, и неодобрительно покачал головой: - Наверно, в меня запрограммирована чрезмерная аккуратность. - И в следующий миг искоса посмотрел на Крей, сообразив, что эта шутка может быть воспринята как критика - или просто как напоминание, что он был, по существу, набором программ, - но она сумела улыбнуться и впервые встретилась с ним взглядом.
- Я так и знала, что мне не стоило сдирать ту часть с одного из тех мойщиков стен 8Р-80.
С миг они стояли глядя друг на друга, пораженные и не совсем зная, что делать с ее признанием, с тем, что она запрограммировала его, с тем, что он дройд… а затем она протянула руку и коснулась его кисти.
- Как думаешь, они станут возражать, если мы ввалимся к ним на вечеринку? - прошептала Кал-листа, когда они добрались до верха прохода. Шум из ангара шаттлов, где песчаники устроили свой штаб, доносился ужасный: стенания, кряканье, вой, вопли и лязг то ли механизмов, то ли оружия - палок? винтовок? - швыряемых куда попало. Время от времени они принимались завывать вместе. От этих завываний волосы вставали дыбом, они становились то громче, то тише, а затем совсем стихли и перешли в визг и грохот.
- Давай пересидим этот хай. - Люк прислонился спиной к стене, сознавая, что весь дрожит и что по щекам его градом катит пот, сверкая в холодных огнях коридора. Ему хотелось сесть, но он знал, что если сядет, то, вероятно, не встанет никогда. Он сознавал, что Каллиста рядом с ним, поблизости от него, словно она всего лишь невидима и позже снова станет видимой…
Он вытолкнул эту мысль из головы.
Спустился Трив, прислушивающийся, снова на-пружинившийся, с бластером в руке. Трипио стоял примерно в метре позади них, включив слуховые сенсоры на максимальную чувствительность. Крей и Никос неловко стояли рядом, словно не зная, что сказать.
- С тобой будет все хорошо, Люк? - спросила Крей, и Люк кивнул.
- Это не должно занять слишком много времени.
- Компания глубоководных пастухов сай'инов загнала бы этих ребят под стол еще до того, как они локти разогрели бы, - заметила Каллиста.
Новые вопли.
- Возможно, именно потому-то они и убили того трактирщика.
Гам стих. Донеслись еще несколько кряканий и криков, а затем воцарилась тишина. Кто-то проорал нечто обидное своему теперь уже отрубившемуся соплеменнику, а затем раздался лязг, словно кто-то уронил металлический сосуд для питья.
- Отлично, - заключил Люк. - Пошли. Времени у нас не много. Трипио, приведи тальцев.
- Конечно, мастер Люк. - Дройд заскрипел, проворно удаляясь в темноту.
Весь пол ангара устилали спящие песчаники. Повсюду попадалась пролитая подсахаренная вода, пропитавшая насквозь грязного цвета плащи и головные повязки, а у некоторых на плащах встречались темные пятна с резким запахом, словно от сукровицы или крови. Маленький квадратный служебный люк на одной из стен был исцарапан и помят, словно по нему молотили топорами какие-то маньяки, - разбросанные кругом в изобилии, словно бирюльки, гафф-палки и копья указывали, что кто-то счел люк подходящей мишенью для демонстрации своих талантов. Стена вокруг квадратного люка была повреждена куда больше, чем сам люк.
- Шикарная вечеринка, -заметил Люк и с трудом влез по трапу в первый шаттл, в то время как Трив и Никос тщательно собирали все имевшееся в поле зрения оружие. Измерительные приборы с виду были в порядке. Под опытным наблюдением Крей бортовой компьютер проснулся, не обращаясь к своим паролям, и выразил готовность к работе.
- Похоже, он вообще не подключен к Повелению, - заметила она.
- Самое время, чтобы что-то было в нашу пользу.
- Я вас предупреждаю, - обеспокоенно обратился к ним из дверей Трив Потман. - Меня не обучали управлять такими штуками. И эти получаемые вами данные о поверхности не вызывают у меня ни малейшей уверенности, что я научусь.
- Я свяжу исполнительный механизм этого шаттла с другим, так чтобы Никос смог пилотировать оба.
Крей уселась в кресле пилота, провела руками по волосам старым жестом, каким убирала непокорные пряди, - и чуть скривилась, коснувшись обрезанного ежика, а затем вызвала центральную программу и принялась выстукивать инструкции. Попытка поправить прическу наполнила сердце Люка странным чувством облегчения. Что бы она там ни пережила, поселившаяся в ней тьма светлела. Она возвращалась к себе самой.
- Никос не такой лихой пилот, как Люк, - продолжала она, - но он сможет провести оба даже сквозь этот кавардак, если кто-то внизу сможет сказать ему, куда садиться. Многое, конечно, перепрограммировано для этой планеты. И уж поверьте мне, когда взорвется главный корабль, кто-нибудь да прилетит расследовать, что произошло.
- Крей, - обратился к ней Люк. - Мне нужно поговорить с тобой об этом.
Она не уделила ему даже беглого взгляда.
- Позже, - отрезала она. - Сперва давай-ка выслушаем твой план доставить этих китанаков сюда и в шаттл меньше чем за две недели.
Снаружи раздался громкий боевой клич. Люк и Крей, спотыкаясь, бросились к двери шаттла и оказались там как раз вовремя, чтобы увидеть, как тасканский рейдер бросается на Трива Потмана, замахиваясь гафф-палкой так, что она представляла большую опасность для него самого, чем для бывшего штурмовика. Никос перепрыгнул через двух спящих и схватил таскана за руку, вырвав оружие из неловких пальцев. Трив же между тем говорил:
- Эй, эй, эй, друг мой, ты просто расслабься, лады? Хватани еще стопарик…
Рейдер принял из руки штурмовика серебряную чашу с подсахаренной водой, осушил ее одним глотком и повалился на пол.
- Мастер Люк… - В дверях ангара появился Трипио, а за ним следовало полдюжины пушистых белых тальцев.
- Отлично! - Люк выбрался из шаттла, споткнувшись, когда нога отказалась держать его, с умопомрачительной вспышкой боли. Крей схватила его за руку, и трое тальцев тут же оказались рядом с ним, поддерживая его и встревоженно гудя.
- Поблагодари их, - попросил Люк Трипио, стараясь овладеть дыханием и побороть боль, угрожавшую затемнить его сознание. - Благодарю вас, - добавил он, обращаясь прямо к высоким созданиям, тогда как Трипио произвел серию гудений и жужжаний. - Скажи им, что без их помощи я и надеяться не мог спасти здесь всех.
Трипио передал сообщение Люка тальцам, которые ответили сопением, уханьем и крепкими, с похлопываниам по спине, объятиями. Затем, без дальнейшего шума, тальцы принялись подбирать песчаников и выносить их из трюма, направляясь к посадочному судну на десятой палубе.
- Ты знаешь, даже с моим перепрограммированием этот шаттл просто отлетит на пару километров и зависнет там, - сказала, глядя им вслед, Крей. - Управлять им нельзя.
- Сойдет, - отозвался Люк. - Все равно я оставлю с Тривом и Трипио инструкции, что эту штуку никому не положено открывать, пока она не доберется до Таттуина.
- Ты действительно думаешь, что кто-нибудь отбуксирует ее в безопасное место, коль скоро узнают, что внутри? - Она уперла кулак в бок и бросила на него искоса взгляд, усталый и горький.
- Не знаю, - тихо ответил Люк. - Если я выберусь… - Он заколебался. - Или если ты выберешься, то позаботься, пожалуйста, чтобы кто-нибудь так и сделал.
Ее лица коснулся призрак улыбки.
- Ты никогда не сдаешься, - хмыкнула она. - Не так ли, Люк?
Он кивнул головой.
- Странно, - заметила Крей, когда они поднялись по трапу во второй шаттл. - Казалось бы, что раз уж мы появились в этом секторе космоса, кто-то с Белзависа должен в любом случае проверить, кто мы такие. Но ничего такого нет.
- Никогда не видел ничего подобного. - Джевакс высветил на миг еще одну серию экранов, и двое техников - еще один млуки и мрачного вида дурозианин - нависли у него над плечами. Никто из этой троицы не поднял головы, когда Хэн и Чубакка протолкались через дверь в центральную диспетчерскую порта.
Дурозианин покачал головой.
- Должно быть, это неисправность в реле сервомеханизма самих ворот, - предположил он. - Тесты программы положительные. У всех ворот не может одновременно произойти механическая неисправность. - Наморщив землистого цвета лоб над опалесцентными глазами, он потер свой твердый клюв.
- Что происходит?
Джевакс поднял голову, впервые заметив Соло и вуки, и поднялся на ноги.
- Надеюсь, вы пришли не за разрешением на отлет, - произнес он полушутливым-полуозадаченным тоном - никто в здравом уме не стал бы взлетать в ночном аду ветров Белзависа. - Ее превосходительство нашла то, что ей нужно, в архивах Муни-Центра? Боюсь, что я оказался некомпетентен.
- Лея так и не попала в Муни-Центр, - перебил его Хэн.
Глаза млуки расширились от потрясения, а затем стрельнули взглядом в сторону хронометра на стене.
- На улице Нарисованных Дверей, в доме, который когда-то принадлежал Нубблику Слайту, живет одна женщина - Роганда Исмарен. Прибыла сюда около семи лет назад…
- А-а-а, - задумчиво протянул Джевакс. - Роганда Исмарен, женщина вот такого роста… - Он обозначил жестом кого-то того же роста, что и Лея. - Черные волосы, темные глаза…
- Не знаю. Я ее никогда не видел. Она когда-то была одной из наложниц Императора, так что, вероятно, очень красива…
- Прибывавшие в порт человеческие самцы обращались с ней так, словно она очень красива, - подтвердил с легкой улыбкой Джевакс. - Когда ее видели, что бывало редко. У нас тут маленький городок, генерал Соло, и все в конечном итоге многое узнают о делах всех прочих… и хотя это не мое дело, я, признаться, всегда испытывал глубокое любопытство в отношении этой Роганды Исмарен.
- Вы знаете, где ее дом?
Джевакс кивнул.
По предложению начпорта Персона они остановились у небольшого многоквартирного жилмассива, чтобы включить в свою группу Стусьевски, метрового роста, покрытого темным мехом чабра-фона, работавшего в лиано-кофейных садах нюхачом.
- Некоторые вещи начальству просто не объяснить, - вздохнул малыш, быстро прощаясь с группой веселящихся друзей, собравшихся у него на квартире выпить вина и почесать друг другу шерстку. Он рысью спустился по наружной лестнице к Джеваксу, его большие, когтистые руки быстро работали со сложными застежками на надетом им шелковом жилете. - Эта новая девушка постоянно спрашивает, почему еще не следует собирать зерна. "Они же нужного цвета", - говорит она. Нужного цвета, оторви мне левое ухо!
Словно призванное в качестве подкрепляющего доказательства, его левое ухо тут же дернулось.
- Это снаружи они более или менее нужного цвета, но внутри-то они пахнут как зеленые. Ну, со временем поймет… Что я могу для вас сделать, шеф?
Черный туман полностью окутывал их, вокруг смазанных желтых пятен уличных фонарей и окон плясали огромные мотыли и светляки. В вышине тускло мерцали сквозь туман огоньки висячих садов, похожие на чуждые галактики цветущих звезд.
Джевакс быстро изложил подредактированную версию проблемы, закончив словами:
- У нас есть основания считать, что сам дом напичкан сигнализацией. Прежде чем мы войдем - прежде чем просто дадим кому-то знать о своем присутствии, - мы хотели бы знать, есть ли кто-либо в доме или нет. Ты можешь это сделать?
- Люди? - Огромные уши чадра-фана дернулись вперед, и он попеременно взглянул на Хэна и Чуви.
Джевакс кивнул.
Стусьевски в ответ изобразил пальцами кружок - универсальный знак среди рас с противостоящими большими пальцами: НЕТ ПРОБЛЕМ. Они повернулись и пересекли рыночную площадь, и все огни отступили, превращаясь в смутные пятна в жаркой жуткой темноте.
- Так что это я слышу о закрытии посадочных шахт?
Начпорта Персон жестом выразил беспомощность:
- Мы думаем, что дело в неисправности в программе центрального сервомеханизма связи между компьютером и дверями над шахтами. Все выглядит так, словно он выстрелил и одновременно разнес на куски главный механизм.
Чуви резко повернул голову, с долгим громыхающим рыком.
- Мы не знаем, - ответил Джевакс. - Именно это-то и сводит с ума бригаду техников. Этого не должно было случиться. Ни один из автоматических выключателей не действовал. Они полагают, что им придется войти внутрь, вытащить весь механизм и открыть ворота вручную, - а это значит, что вам, генерал Соло, надеюсь, нравится здешняя еда, потому что пройдет по меньшей мере двадцать четыре часа-.
- Минуточку, - перебил его Соло, останавливаясь у подножия крутого склона улицы Нарисованных Дверей. - Вы говорите мне, что произошел еще один случай довольно сложной, ненормальной неисправности? Вроде нашего дройда-астромеха, пытавшегося нас убить? Тогда их будет два за двадцать четыре часа.
Белоснежный лоб Джевакса образовал посередине складку, когда он стал рассматривать случившееся в таком свете. А затем уточнил:
- Три. Система связи снова разладилась-. Но это случается так часто…
С миг они молча взирали друг на друга в густом мраке. А затем Соло тихо произнес:
- У меня дурное предчувствие.
В полной тишине они нащупывали себе дорогу от столба к столбу в фундаменте старого здания, следуя вдоль улицы. Это был район древних домов, сборных построек, подымавшихся из разбомбленных развалин, словно белые корабли. Росшие над старыми лавовыми жилмассивами лианы влажно шуршали, когда группа проходила мимо них, а где-то в темноте булькал бивший из старого фундамента теплый ключ. На большей высоте, на скамье под развалинами Цитадели, туман немного поредел, и, когда они остановились у поворота в начале улицы, Соло даже смог разглядеть дом, на который показывал Джевакс.
Хэн почувствовал, как холодная змея беспокойства сползает по его позвоночнику. Если Роганда Исмарен была Рукой Императора, то это означало, что она была одарена Силой… то есть особой не из тех, против кого ему хотелось бы выступать.
Но если она тронет хоть волос на голове Леи, то он".
- Вот ее дом. - Джевакс посмотрел на Стусьевски: - В нем кто-нибудь есть?
Чадра-фан закрыл огромные темные глаза, раздул четыре большие ноздри и постоял, внюхиваясь и вслушиваясь в ночь. Соло не мог понять, как этому маленькому существу удалось бы отделить запахи единственного дома от всех других, так как ночь благоухала зеленью, влажным камнем, слегка сернистой вонью горячих источников и приторной завесой, что висела в воздухе около вьющихся растений…
Но миг спустя Стусьевски открыл глаза и доложил:
- В доме никого нет, шеф.
Чуви немного поворчал и проверил карманы своего универсального пояса в поисках замыкателя проводов, готовясь к атаке на систему безопасности дома.
- Однако я вам вот что скажу, - добавил чадра-фан. - В этом доме кто-то пользовался ужасно дорогими духами - "Шепот" или "Озеро Грез", - которые, как я точно знаю, на всей этой планете никто не продает.
С поразительной внезапностью дверь на вершине лестницы со свистом открылась.
- Я думал, ты сказал, что в доме никого! - прошипел Хэн, когда их четверка распласталась в тени разнесенной снарядами старой колоннады.
- Никого из людей! - огрызнулся чадра-фан. - Я способен почуять…
В тени наполовину закрывавших дверной проем лиан возникло слабое гудение и движение чего-то светлого.
Затем на верху лестницы появилась невысокая фигурка и остановилась, словно сильно утомившись или обдумывая, что делать дальше.
Это был побитый, помятый, покрытый грязью и слизью Арту-Дету.

Глава 23

- Командир, - доложил штурмовик, четко отдав честь. - Прибыл срочный приказ Великого Моффа всего Императорского Военного Флота! Срочность первого порядка, сэр!
Командир выпрямился, выйдя из мрачной сосредоточенности, и отдал в ответ честь тремя длинными и пышно расцветшими желтыми пелликулами у него на правом боку. Несколько офицеров, занятых обслуживанием артиллерийских и навигационных пультов у сломанных ридеров и видиков вдоль библиотечной стены, повернулись в своих креслах, направляя стебли, тычинки и скопления цветов в сторону своего командира. Они все были немного бледными из-за отсутствия солнечного света, но все же очень подтянутыми.
Прислонившийся к дверному косяку Люк, наблюдая за тем, как разыгрывалась эта сцена при тусклом свечении его посоха - до его с Потманом прибытия аффитеханцы вели свою воображаемую космическую битву в полной темноте, - в сотый раз гадал, насколько же разумны эти существа.
Клагги и гекфеды остались гаморреанцами, хотя почти все время пребывали в убежденности, что они штурмовики. Они сознавали, что "Глаз Палпатина" постепенно разрушается, хотя приписывали это, в соответствии с инструкциями Повеления, диверсантам-повстанцам, знакомым им по программе. Угбуз остался Угбузом, и хотя его цель продолжала быть страшной, он понимал разницу между заряженным бластером и разряженным.
А вот аффитеханцев, похоже, запрограммировали так основательно, что этой программе отдавалось предпочтение перед реальной структурой самого корабля. Если они и обладали индивидуальностью до вступления в шаттл, то теперь их полностью поглотила навязанная им роль… И те аффитеханцы, которые произросли на борту, - а он наткнулся по меньшей мере на пять детских, устроенных по большей части в столовых, поменьше снабженных аварийным освещением, - похоже, считали себя имперскими штурмовиками так же истово, что и старшие.
Трив Потман, великолепный в своих белых доспехах, встал перед выключенным экраном управления напротив черно-желтого капитана.
- С вашего разрешения, сэр. - Он коснулся кнопки "КОМАНДУЮЩИЙ ФЛОТОМ СРОЧНО И СВЕРХСРОЧНО".
Согласно намерению Повеления весь экипаж корабля должен немедленно эвакуироваться на шаттл на палубе 16. Всех членов экипажа, находящихся в лазаретах и на других участках, перевезти с необходимым жизнеобеспечением. Податель сего приказа послужит распорядителем эвакуации и пилотом шаттла во время и после запуска.
- Неплохо, - тихо одобрил Люк.
- Шутишь? - отозвался у него в ухе голос Кал-листы. - За тридцать лет я натыкалась на одно только Повеление всякий раз, когда пыталась влезть в компьютер. Можешь не сомневаться, уж имитировать-то я умею. Видел бы ты, как я кошу под Пекки Блю и "Звездных ребят".
Люк никогда не слышал ни про Пекки Блю, ни про "Звездных ребят", но он бы пересек пешком Дюнное Море ради того, чтобы услышать, как она кого-то имитирует.
- Это", оно, штурмовик? - Голос капитана был мрачен.
Ни Потман, ни Люк точно не знали, что, собственно, это око, но бывший штурмовик кивнул.
- Мы получили приказ, - подтвердил он. Капитан ответил таким же кивком, серьезным и мужественным, несмотря на венчающий его голову огромный пуховый белый султан.
- Ладно, ребята, - обратился он к своим подчиненным. - Это оно. Упакуйте его. Вынесите его.
В комнате отдыха сектора левого борта палубы 12 и в прилегающих к ней коридорах китанаки по-прежнему занимались болтовней.
- Они все еще обмениваются рецептами в большинстве случаев, - объяснил Трипио, когда появился Люк. - Хотя в той группе в коридоре начали рассказывать друг другу о косяке червей-шообов прошлым летом, - очевидно, с ними знакомы все.
- Они все здесь, - сообщила Каллиста. - Все сорок восемь.
Мимо них прошла, маршируя с военной четкостью, группа аффитеханцев, почти в семьдесят бойцов, включая целый отряд семенцов меньше метра высотой.
- Напра-а-ву! - рявкнул резкий голос командовавшего ими лейтенанта, и они исчезли за углом. Люк покачал головой:
- Кого-то ждет та еще работенка с их распрограммированием.
В воздухе зарябил ее короткий смех.
- Ай-е-ей, об этом я даже и не думала! Ладно, коридоры между нами и отсеком шаттлов очищены. Сходни открыты. Та шахта лифта, по которой им придется лезть, снабжена тросами… А они смогут влезть по шахте лифта?
- О да. - Люк сделал глубокий вдох. Он болезненно сознавал, что каждая капля его Силы, какую он расходовал на другие дела, означала, что на это последнее действие придется намного меньше…
- Трипио, ты готов?
- Я считаю, что достаточно владею китанакским языком для потребностей настоящего момента.
- Да, - согласился Люк. - Но тебе лучше убраться из того дверного проема.
Дройд поспешно шагнул в сторону. Он знал, что грядет.
- Ладно, - сказал Люк. - Сейчас все будет нормально.
Закрыв глаза, он сосредоточился на тепловых сенсорах системы предотвращения пожара в комнате отдыха и окружающих ее коридорах. Это было самой простой из всех способностей Джедая, направленной против самой основной системы на корабле, и результат оказался поистине сногшибательным.
Система разбрызгивания воды ожила, забив струями.
Дождь полился на Люка, Трипио и всех приземистых, грибообразных, серовато-коричневых китанаков в секторе.
- Палуба шестнадцать! - крикнул Трипио на наречии китанаков. - Палуба шестнадцать! Вода на шаттле! - И отпрыгнул назад, уволакивая своего хозяина в безопасное место, когда гремящий поток китанаков не только пробился сквозь дверь, но и снес стены по обе стороны от входа и устремился, двигаясь неуклюже и оскальзываясь, по коридору в сторону палуб шаттлов.
Люк метнулся мыслью вперед, визуализируя каждый старательно запомненный фут коридоров, продольного мостика, шахты лифта между комнатой отдыха сектора левой стороны и ангаром шаттлов палубы 16, нагревая тонкий слой воздуха на потолке коридоров, чтобы включить все разбрызгиватели вдоль дороги.
Китанаки спаривались в воде. Дождь служил для них стимулом.
- Думаешь, Крей и Никос справятся с загоном их в шаттл?
- Проблем возникнуть не должно, - прикинула Каллиста. - Я сейчас проверю, но не думаю, что будет что-то, что следует видеть хорошо воспитанному человеку. Я снова буду с тобой к тому времени, когда тебе понадобится убедить клаггов и гекфедов подняться на борт.
"Я не могу этого сделать, - подумал Люк, глядя как призрачное мерцание в вихревом дожде удаляется по коридору вслед за смазанной и обезумевшей от похоти толпой. - Я не могу… даже не попытаться спасти ее".
Он стоял под струями воды, стекающей ему по волосам и лицу, пытаясь не думать о том, что ему больше никогда не доведется поговорить с ней.
- Мастер Люк? - робко обратился к нему Трипио.
Он встряхнулся, освобождаясь от этого горя, ощущения, что нет ничего, ни тела, ни души, одна лишь зовущая, ослепительная воля. В первую очередь - пассажиры "Глаза".
- Да, - тихо произнес он. - Давай пойдем вытащим джавасов и трехногов.
Роганда и ее сынок выковывали союз с Сенексскими Лордами.
Лея боролась, отчаянно пытаясь вернуться в сознание, но захватывало ощущение, будто она застыла в студеном зеленом океане. Она видела окружающие ее стены - и по-прежнему смутно осознавала тени других, ранее занимавших эту комнату, - но не могла ни погрузиться обратно в первоначальную кому, ни всплыть к пробуждению.
А она должна была пробудиться. Она должна вернуться.
Они создавали политическую опору, чтобы обеспечить себе выгодную позицию на переговорах с военачальниками Харрском и Терадоком и другими оставшимися ветвями Имперского Флота.
И вокруг этой политической опоры вполне мог снова образоваться Имперский Флот.
И эта коалиция будет вооружена богатством Сенексских Лордов и массированным вооружением "Глаза Палпатина", вытащенного из тьмы прошлого пятнадцатилетним мальчишкой, чьи способности могли вывести из строя неподготовленную оборону Республики. Ради приобретения в качестве тайного оружия "Глаза" и Ирека человек вроде Верховного Адмирала Харрска может и уступить ту власть, которую он несколько лет назад ни за что не отдал бы регенту при каком-то ребенке.
Она должна выбраться.
Или отправить сообщение, даже ценой собственной жизни.
ХЭН СОЛО. ИТОР, ЧАС ВСТРЕЧ.
Как только Драб наткнулся на какой-то спрятанный Иреком в туннелях тайник яррока, как только в голове у него немного прояснилось, он сделал все, что в его силах, чтобы предупредить своего друга… чтобы помочь Республике, которой, как он знал, теперь преданно служил Хэн. Он тоже понял, что их надо предупредить.
Лея гадала, на каком же этаже они избавились от Наздры Магроди. Вероятно, как только Ирек научился контролировать и направлять свою способность влиять на механизм, - Магроди слишком много знал, чтобы ему позволили жизнь.
"Как и его ученице", - подумала она. Она вспомнила сообщение об убийстве Станы Дрезинг Ша: комната ее была обыскана, документы уничтожены. Должно быть, Магроди работал над начальными фазами имплантируемого в мозг чипа вместе с ней или говорил ей о них.
И разве не было еще какого-нибудь физика, какого-нибудь другого ученика Магроди, который умер несколько лет назад при таинственных обстоятельствах?
Лея не помнила. Это было еще до того, как она повстречала Крей. Другую блистательную ученицу - Кви Ксакс, вероятно, спасло то, что ренегат - адепт Кип Даррон - стер ей память.
И Оран Келдор тоже был учеником Магроди.
Дверь с шипением открылась, и Лея почувствовала на лице резкое дуновение более теплого воздуха из коридора. Хотя глаза ее были закрыты, она "увидела", как к ней вошли лорд Гарронн и Дрост Элегии; коренастый шеф службы безопасности держал в руке впрыскиватель.
Металл впрыскивателя коснулся ее горла; она почувствовала ток химического препарата, теплеющее пробуждение, живое шевеление в венах.
Ощущение окружающего ее зеленого стекла исчезла Так же как и призраки, и даже воспоминания о призраках, о других в этой комнате. Голова у нее болела так, словно ее мозг был начинен динамитом.
- Ваше высочество?
Лея попыталась ответить и обнаружила, что ее язык превратился в трехкилограммовый мешок с песком.
- У-м-м-м-м…
Глаза у нее все еще оставались закрытыми, но она увидела, что Гаронн и Элегин обменялись взглядами.
- Еще, - велел Элегин, и шеф службы безопасности нахмурился.
- Мы не желаем причинять ей вреда. Не будьте идиотом.
Он зарядил во впрыскиватель еще одну ампулу и снова приставил металл к горлу Леи.
В голове у нее резко прояснилось, а сердце заколотилось так, словно она подскочила, напуганная громким шумом; она отшатнулась, села на постели, сознавая, что руки у нее трясутся.
- Ваше высочество? - Гаронн отвесил военный поклон и убрал впрыскиватель обратно в карман. - Мадам Роганда желает вас видеть.
Его это, похоже, не радовало, хотя определить, какие чувства таились за этими влажнокаменными глазами, было трудно. Мадам Роганда - это проявление вежливости… Роганда определенно не являлась личностью, имевшей право требовать, чтобы последняя принцесса Династии Органа явилась к ней. Лея замедлила дыхание, слегка приподняла брови, словно никак не ожидала такого унизительного неуважения, но с видом изящного мученичества поднялась на ноги и последовала за мужчинами в коридор. Ей пришлось призвать на помощь всю физическую тренировку Джедая, чтобы не споткнуться, а суметь вышагивать с той осанкой, которую ее тетки назвали бы "царственной грацией".
Подобно Палпатину, мужчины из Древних Династий предпочитали вызывающему поведению безропотное послушание, и до тех пор, пока она не найдет какой-то способ сбежать, Лея полагала, что наилучшей манерой поведения для нее сейчас будет держаться как настоящая принцесса и заработать у этих людей все очки, какие только можно.
Вооружены они были весьма тяжело, не только парализаторами, но и бластерами.
Лея все еще чувствовала себя странно, ощущая дрожь и легкое головокружение, хотя движение помогало. Ничуточки не желая себе новых трех часов головной боли и тошноты, Лея решила смирно дожидаться своего часа.
Роганда, Ирек и Оран Келдор занимали небольшое помещение одним уровнем выше, холодном, несмотря на обогреватель, незаметно помещенный в углу. Стены скрывали черные драпировки; у Леи на мгновение возникло впечатление, что она находится в своего рода камере для медитаций, используемой некоторыми датомирскими сектами, которые практиковали концентрацию мыслей в тишине, сумраке при единственном точечном источнике света.
На полированном деревянном столе, за которыми сидели Ирек с матерью, горело множество свечей.
С той осмотрительностью, какую можно было принять почти за извинение, на рабочем столе только-только в пределах периферийного зрения Ирека стоял терминал размером в четверть нормы, где Оран Келдор быстро отстукивал серию вычислений и выводил на экран то, что походило на показания сенсоров. На подставках по углам помещения лежали четыре стеклянных шара, похожих на те, которые Лея несколько раз видела в подземельях, и кресло Ирека стояло прямо там, где пересеклись бы проведенные между ними линии.
Ирек поднял голову, уставившись на нее надменными, свирепыми голубыми глазами.
- Ты причинила мне достаточно много хлопот, - заявил он холодным тоном, и Лея отметила, что лорд Гаронн сердито нахмурился, заслышав такое хамство и оскорбление величества. - Теперь отвечай мне. Почему твой дройд не подчинился мне в подземельях? Что ты с ним сделала?
- Можете идти, - быстро сказала Роганда, делая знак Гаронну и Элегину, - Лея увидела каким взглядом они обменялись, когда вышли.
Верно, Роганда спешила - но Лее с детства твердо внушили, что никакой воспитанный человек никогда не спешит до такой степени, чтобы грубо разговаривать с вышестоящими, если не по положению, то по крайней мере по происхождению.
Нижестоящие - и те, кого обстоятельства отдавали под власть лорда, - были, разумеется, самостоятельны.
Она повернулась к Роганде, смерив ее холодным взглядом.
- Какие вы мне можете дать гарантии, что я вернусь на Корускант целой и невредимой?
- Ты смеешь просить гарантий! - заорал Ирек, стукнув кулаком по столу, и Роганда остановила его спокойным жестом.
- Я могу вам гарантировать одно: если вы не скажете нам, что именно вы сделали со своим дройдом, - пообещала она со спокойной злобностью, - то вас в самом скором времени распылят на атомы, вместе со всеми живыми существами на Плавале. Потому что "Глаз Палпатина" не отвечает на команды моего сына.
- Не отвечает? - переспросила пораженная Лея. - Я думала, ваш сын приказал ему прибыть сюда.
- Приказал, - мрачно буркнул Ирек.
- Не… совсем так, - поправил Келдор. Коротышка выглядел измученным, его лысая голова сверкала от пота в свете огоньков пульта. - Мы знали, что часть реле первоначального сигнала активации запуска "Глаза Палпатина" была уничтожена неподалеку от Белзависа. Подключившись к энергии Силы, лорд Ирек сумел вновь активировать это реле и привести линспутник сюда, где он будет достаточно близко для того, чтобы милорд прямо контролировал его набортные программы.
Он обеспокоенно прочистил горло, избегая смотреть в глаза и Роганде и Лее.
- Дело в том, принцесса, что "Глаз Палпатина" - полностью автоматизированный корабль, один из немногих спроектированных с полностью автоматическим контролем задания во избежание утечек по линии безопасности, - был первоначально запрограммирован уничтожить все живое на планете Белзавис. Разнести на атомы все, что походило на поселение.
- Потому что здесь были Джедаи, - дополнила недрогнувшим голосом Лея.
Келдор избегал встречаться с ней взглядом.
- Император принимал для предотвращения гражданской войны все меры, какие считал необходимыми. Что ни говори, Джедаи являлись потенциальными инсургентами, которым, как он считал, нельзя доверить власть.
- А ему, полагаю, можно? - Лея посмотрела на Роганду. - Вы ведь были одной из живших здесь детей, не правда ли? - спросила она. - Это ведь на ваших родных они нападали?
- Со временем мы меняемся, принцесса. - Роганда сложила тонкие ручки на груди, и топаз в ее перстне казался тусклой звездой.
Без своего начальника штаба и Сенексских Лордов, на которых она стремилась произвести впечатление, всякое подобие робкой беззащитности исчезло. На смену ему пришло холодное оскорбительное пренебрежение, даже властолюбивое презрение, которое, как полагала Лея, проистекало из зависти к тем, кто смотрел на нее сверху вниз, из желания вернуть прошлое.
- Если бы я следовала самым строгим традициям моей семьи, меня бы уничтожили, как уничтожили их и моего брата Латана. А так я адаптировала эти традиции.
- Вы хотите сказать, последовали за Темной Стороной.
Это уязвило ее. Крыловидные брови приподнялись.
- А что такое "Темная Сторона", принцесса? - В ее холодном голосе слышались интонации Ирека. Вот еще одна, подумала Лея, кто не может и помыслить о том, что человеку свойственно ошибаться. - Некоторые из нас считают фантастическую приверженность каждой букве и параграфу устаревшего кодекса если и не совсем темной, то по крайней мере глупой. И судя по всему, что я слышала, Темная Сторона, похоже, является всем, что не согласуется с тем ограниченным, смехотворным, священным учением, которое сковывало дарования Джедаев - и сковывало все политические организации, которые имели какое-либо отношение к Джедаям - независимо от того, согласны они были с ним или нет, - словно железной цепью.
Она сделала жест маленькой ручкой, которая никогда в жизни не знала никакой работы, словно вызывая дух того необщительного старика в черном плаще, бледные глаза которого все еще сверлили Лею взглядом в ее снах.
- Палпатин был прагматиком. Так же как и я.
- А вам не кажется, что прагматизм - как вы называете эту форму эгоизма - это не совсем то, чем является Темная Сторона?
- Мадам, - сказал Келдор, оставляя на усмотрение женщин решать, к кому он обращался. - Если быть строго прагматичными… у нас очень мало времени. "Глаз Палпатина" будет на ударном расстоянии от этого ущелья, своей главной мишени, через какие-нибудь сорок минут. - Его холодные бесцветные глаза впились взглядом в лицо Леи, изучая его.
Как Мофф Таркин, подумала она. Пытается вычислить, что же заставит ее сломаться.
- Так вот, вполне возможно, что вы избежите уничтожения, укрывшись в этих туннелях. Но заверяю вас, - и в его голосе снова послышалась злость, - что в долине погибнут все. В том числе, надо полагать, и ваш муж. И во всех других долинах на этой планете. Что вы сделали со своим дройдом?
- Ничего, - спокойно ответила Лея. - После его покушения прошлой ночью на нашу жизнь его пришлось перемонтировать.
- Вы изменили его схему! - Ирек был потрясен. - Но дройд не может работать, если ему изменить схему! - Он в ужасе переводил взгляд с матери на Келдора, словно ища подтверждения этому факту. - Старик Магроди говорил, что у каждого дройда стандартная схема, и…
- Профессор Магроди, - вмешалась Лея, - явно мало общался с механиками космопортов.
- Но это же не может быть причиной! - Ирек снова быстро повернулся в кресле лицом к Келдору. - Ведь "Глазе-то никто не перемонтировал…
- Насколько нам известно. - Круглолицый коротышка снова взглянул на сенсорный экран, и в чередовании пятен тьмы и света его лицо внезапно стало выглядеть вытянувшимся, словно кто-то выпустил из него воздух. Лея почти слышала в его голосе усиленную борьбу с подымающейся паникой. - Но факт тот, милорд Ирек, что мы не знаем, было ли повреждение реле активации единственной причиной неявки "Глаза Палпатина" на соединение с атакующим крылом здесь тридцать лет назад. Как раз возможно, что враги Нового Порядка узнали-таки, что именно должны вызвать те реле, и забросили на борт диверсанта. Если, к примеру, было повреждено при попытке перегрузить реакторы ядро компьютера…
- Ты можешь это исправить? - Роганда положила ладонь на запястье сына, предупреждая то, что он готовился сказать, набрав воздуху в легкие. - Отправиться туда на корабле и вывести из строя командный центр задания?
Взгляд Келдора переместился. Лея почти слышала, как он рассчитывает возможную прочность скалы над ними и вокруг них, измеряя ее в сравнении с огневой мощью торпед "Глаза".
- Конечно могу.
- А если нет, - язвительно бросила Лея, - то, надо полагать, считаешь, что тебе будет безопаснее там, в вышине на корабле, чем здесь, внизу?
Взгляд Роганды встретился со взглядом Ирека.
- Я взорвал центральный сервомеханизм на взлетно-посадочных шахтах, - признался юнец. А затем, оправдываясь, добавил: - Ты сама мне велела!
- Корабль Теалы Вандрон все еще на ледяном панцире. - Роганда поднялась на ноги, кивнула на портативный терминал в углу. - Захвати это, - велела она. - Помолчала мгновение, задумчиво глядя на Лею, а затем решила. - И ее захвати. Если ты не сможешь обезоружить этот линспутник, то нам понадобится заложница.
Вспыхнул меч Ирека цвета пламени в темной комнате с черными драпировками. Он приблизился к Лее, и холодное "лезвие" клинка слабо зашипело, когда он поднес его к ее лицу.
- И тебе лучше не пробовать выкинуть что-нибудь новенькое, - посоветовал он с блеском злого веселья в улыбке. - Потому что я не думаю, будто мы так уж сильно нуждаемся в заложнице.
Коридор снаружи был пуст.
"Гаронн, - отчаянно подумала Лея, стряхивая с себя последние следы оцепенения, вызванного наркотиком. - Должен быть какой-то способ дать знать Гаронну, что его предали…"
Она бросила быстрый взгляд на красные кнопки тревоги, шедшие вдоль стены примерно через каждую дюжину метров, гадая, достаточно ли хороши рефлексы у Ирека, чтобы рассечь ее пополам, если она бросится к кнопке.
Она подозревала, что достаточно.
- Предупреждаю вас, мадам, - пропыхтел Келдор, спеша рядом с Рогандой с портативным терминалом под мышкой и свисающими во всех направлениях ремнями. - Орудийный компьютер был полунезависимым от центрального компьютера контроля задания Повеления. Если возникла проблема с самым Повелением, он может даже не пустить нас на борт, не говоря уж о том, чтобы разрешить пробраться к центральному ядру.
- Ты хочешь сказать, что мы, возможно, будем не в состоянии остановить "Глаз" или контролировать его после? - Ее обсидианово-черные глаза блеснули, словно змеиные, разъяренные столкновением с глупостью, которая дерзнула сорвать ее планы.
Келдор отшатнулся.
- Такое возможно.
- Тогда подожди здесь. - Роганда нырнула в ближайшую дверь, взметнув белые юбки, а Ирек подошел ближе к Лее и угрожающе поднял меч. Миг спустя наложница появилась вновь с тяжелым черным ящиком, висящим у нее на наплечном ремне. Ее полные презрения глаза стрельнули в сторону Леи.
- Снова прагматизм, - сухо пояснила она. - Если я чему и научилась, смываясь с Корусканта, опережая повстанцев, так только одному: никогда не оказывайся без денег.
В ее голос вернулась злоба, став теперь яснее: негодование женщины, которая узнала, что такое быть бедной. Как будто она сама, подумала Лея, не скиталась оборванной беглянкой среди звезд, и за голову ее не сулили награду.
Но Роганда этого не видела. Роганда видела тот прием у Императора; видела последнюю принцессу Альдераана, привилегированную и избалованную, тетки которой не снизошли бы до разговора с ней, всего лишь любовницей Императора. Словно в Лее сосредоточились все те юные отпрыски Древних Домов, которые задирали перед ней нос из-за ее неумения выбрать вино к столу или заказать отвечающий всем требованиям моды и вкуса туалет.
И Лея подняла голову именно с той надменностью, какую сама ненавидела во всех избалованных детях богатеев, ее однокашников, и вложила в свой голос всю их язвительность до последней унции.
- Они вам понадобятся, - презрительно усмехнулась она, - если ваша полная некомпетентность в том, за что вы взялись, приведет к гибели всех Древних Домов.
Роганда влепила ей пощечину. Удар вышел не сильным, но Лея схватила маленькую наложницу за запястье, толкнула ее к Иреку и метнулась на те два-три метра, которые отделяли ее от одной из красных кнопок тревоги на стене. Она с силой стукнула по ней ладонью и резко развернулась, поднимая руки, когда Келдор выхватил бластер…
И прежде, чем Келдор получил возможность передумать и исправить свою автоматическую реакцию не стрелять в случае сдачи, в коридоре появился вбежавший лорд Гаронн с бластером в руке.
- Миледи? Что?..
- Они вас бросают! - крикнула Лея. - Убегают! Этот линспутник собирается разнести планету на мелкие куски, и они удирают на последнем корабле! - И, резко повернувшись, нацелила копье Силы на замок черного ящика Роганды.
Паника, отсутствие тренировки, утомление и дезориентация от наркотика заставили ее слегка ошибиться в прицеле, но результат получился тот же самый. Ремень лопнул, и ящик - который, по всей видимости, был крайне тяжелым, - грохнулся на пол, и запор открылся…
И на пол между Рогандой и ее аристократическим начальником службы безопасности высыпались драгоценные камни, валюта и оборотные ценные бумаги.
После бесконечной секунды созерцания белого лица Роганды Гаронн тихо произнес:
- Ах ты, шлюха продажная, - и свободной рукой поднял аппарат комсвязи.
Это было последним сделанным им сознательным движением. Ирек со сверхъестественной легкостью шагнул вперед и разрубил его от правого плеча до левого бедра; меч разрезал и прижигал рассеченное мясо и кость, словно раскаленная проволока, проходящая сквозь глину.
Лея вытянула руку, бластер Гаронн вылетел и упал ей на ладонь. Она уже бросилась на пол в длинном перекате, а молния из бластера Келдора злобно ударилась о скалу там, где миг назад стояла она; а затем она нырнула в ближайший коридор и услышала крик Ирека:
- Убить ее! Она сообщит другим! - и топот преследующих ног.
Лея взбежала по лестничному пролету, перепрыгивая через две ступеньки, понеслась по коридору мимо заброшенных комнат и замурованных дверей, затхлых и освещенных прерывистым излучением, потускневших от времени световых панелей. Она нырнула в проем того, что являлось, как она думала, еще одним проходом, и оказалась в длинной комнате, чье единственное окно-эркер выходило во внешнюю тьму с мерцающими фонарями, - бросилась к этой амбразуре, за тяжелым плексом увидела выступ скального козырька, густую завесу лиан… и висящую грядку лиано-кофейных растений, поблескивающую в рабочем освещении менее чем в трех метрах от окна.
Висячие грядки. Подводящая платформа. Аварийная лестница до дна ущелья.
Она была готова расстрелять оконные запоры, но это не понадобилось; они оказались неподатливыми, но не запертыми. Крики, топот бегущих ног… Дыхание у нее все еще оставалось резким и неровным, но она знала, что выбора у нее нет. Лея протиснулась на узкий камень карниза, усиленно стараясь не смотреть вниз, схватилась за лиану и перемахнула.
Лиана дернулась и осела на полметра под ее тяжестью, но огромная стальная корзина грядки оказалась надежной. Лея схватилась за опорный трос и вцепилась в него, выпустив лиану, тяжело дыша и дрожа всем телом. Над ней, под ней и повсюду вокруг нее пылали огни, освещая другие грядки в темноте. Лея подняла голову, окидывая взглядом темные лабиринты рельсов, клочья тумана, плавающие среди сооружений из тросов и блоков, которые поддерживали гондолы грядок, а над всеми ними - холодные белые осколки швыряемого ветром льда, скользящие по плексу самого купола. Она знала, что ей не следует смотреть вниз, но посмотрела… Клубящееся море тумана, нарушаемого лишь темными деревьями и хрупкими фонарями утонувшего в тумане города.
Очень долго падать.
Она быстро пробежала по шедшему вдоль грядки дощатому настилу.
Прикрепленная к стене самой скалы подводящая платформа с ее собственными увитыми лианами толстыми грядками казалась невозможно далекой.
Поддерживающие висячие грядки стальные гондолы были заполнены землей и густо заросли кофейно-шелковыми лианами с толстыми листьями. Это была кофейная грядка, плотные скопления темных зерен, полураскрытые среди полосатых листьев; ноздри ей наполнял горько-сладкий аромат листвы. Между грядками терялись узкие переходные мостки, всего лишь цепные лесенки, которые наматывались на барабаны, выдвигаемые и убираемые, когда грядки подымались и опускались, или отцеплялись и полностью втягивались, если грядку подводили сбоку к одной из платформ на стене ущелья. Мысль перебраться по такой лесенке заставила Лею похолодеть, но это было единственным способом перебраться с грядки на грядку, пока не доберется до платформы…
Грядка дернулась, качнулась, заколебалась. Повернувшись, она увидела, что Ирек, как и она, перемахнул из окна на грядку и быстро бежит к ней по дощатому настилу, и меч в его руке сияет красным.
Лея выстрелила из бластера и промахнулась, парнишка ловко увернулся и исчез среди лиан. Предпочитая не встречаться с ним лицом к лицу - не зная точно, с чем ей придется столкнуться, - она побежала, уворачиваясь и карабкаясь по паучьим прядям продольных мостков, цепляясь за линь безопасности, образовывавший тонкие перила мостика. Она почти ожидала, что Ирек перерубит мостик позади нее и попытается свалить ее в ущелье, но он не стал этого делать, вероятно зная, что она может повиснуть на лесенке и забраться. Она чувствовала его вес на мостике позади нее, но не смела остановиться и оглянуться, пока у нее не закачалась и заколыхалась под ногами следующая грядка; вот тогда она оглянулась, как раз вовремя, чтобы увидеть как он прыгает с мостика в лианы.
Она снова выстрелила, но бластер дернулся в ее руке, чуть не вырвавшись из захвата, и она увернулась, когда клинок просвистел достаточно близко от нее, чтобы она почувствовала его холод. Кофейные лианы путались у нее в ногах, но она двигалась быстро, ускользая от его ударов, уклоняясь и отпрыгивая. Она снова увернулась, когда позади нее два поддерживающих лианы тяжелых кола выдернулись из земли и хлестнули ее по голове, словно брошенные дубинки, - он пытался заставить ее упасть. Ее второй выстрел прошел мимо, и она чувствовала давление его разума на свой; ее легкие усиленно работали, горло сжимал спазм удушья. Она сознательно заставила себя расслабиться, открыла свой разум, отталкивая то, что мальчишка пытался навязать ей…
Просвистел выстрел бластера, снеся кусок со стального края корзины, и оставил между ними массу едко дымящихся лиан. Ирек дернулся назад и оглянулся; Лея выстрелила с расстояния меньше двух метров, и лишь в последнюю секунду его мозг снова попытался вырвать бластер из ее рук. Выстрел прожег дымящуюся прореху в плече его куртки, и в тот же миг раздался голос Келдора:
- Я достал ее! Я…
Ирек бросился на Лею, гоня ее к краю, а затем раздался громкий треск плекса над головой, и стекло треснуло; сквозь проделанную бластером дыру хлынул ледяной воздух, мгновенно превращаясь в клубящуюся колонну тумана, в котором при свете звезд злобно сверкали ледяные осколки.
Лея нырнула сквозь мгновенную завесу тумана на следующий продольный мостик, очертя голову помчалась и полезла по нему, хотя он шел под легким углом вниз к шелковой грядке несколькими метрами ниже и почти в десяти метрах от нее…
На этот раз Ирек перерубил-таки продольный мостик- Лея выронила бластер и крепко ухватилась за линь, когда цепная лестница с вызывающей тошноту плавностью ухнула вниз. Лестница дернулась и качнулась, и Лее потребовалась вся ее смелость, чтобы разжать мертвую хватку и начать карабкаться, но она знала, что стала неподвижной мишенью. Выстрел пережег концы лиан слева от нее.
- Я достал ее! - снова услышала она крик Келдора.
Лея втащила себя на край стальной клетки и рухнула на пахнущую плесенью массу лиан. Она вырвала один из тяжелых кольев для лиан, зная, что он будет почти бесполезен и против меча, и против бластера, но он был единственным имевшимся под рукой оружием. В тот же миг грядка накренилась и начала двигаться, громыхая по своему рельсу на потолке, покачиваясь от инерции ее скорости. Лея распласталась, с силой вонзая пальцы в массу лиан, когда грядка накренялась и дергалась, сталкиваясь с другими мостками, связывавшими ее с другими окружающими ее грядками, а затем тошнотворно качалась, когда тонкие стальные лесенки обламывались.
"Не смотри вниз", - мрачно велела она себе, но, посмотрев вверх, увидела, где пересекались рельсы…
По пересекающемуся рельсу вынесло из ниоткуда еще одну грядку с болтающимися лианами, мчащуюся словно потерявшее управление грузовое судно. Лея снова распласталась на грядке, и гондола просвистела в полуметре у нее над головой, тросы завизжали, когда вся грядка резко опустилась к ней в попытке смести ее. Затем та грядка, на которой она находилась, помчалась все быстрей и быстрей, дико раскачиваясь, когда огибала углы, подымаясь и опускаясь.
Еще один опаляющий визг бластера, когда хлесткий поворот вывел ее из вливающегося тумана в пределы досягаемости Келдора.
- Сюда! Сюда!
Движущаяся грядка накренилась, остановилась и пошла в обратном направлении.
Она разглядела стоящего на другой грядке Ирека, чуть выше нее, подсвечиваемого сзади в клубящемся тумане, с мечом, горящим в него в руках янтарным пламенем.
Туман клубился повсюду, изрыгаемые потоки его смешивались со снегом, когда холодный воздух врывался через трещину в куполе. К ней устремилась, грозя столкновением, еще одна шелковая грядка; Лея прикинула возможность перепрыгнуть на нее, но не решилась, распласталась и вцепилась, когда та тяжело врезалась в борт ее грядки, чуть не выкинув ее, а затем откачнулась прочь так же, как и пришла. Один миг она раскачивалась над вызывающей тошноту панорамой деревьев и облаков и крошечными огоньками внизу, а в следующий - затерялась в темных клубах тумана, в котором огни на ее грядке пылали словно самоцветы.
Из тумана над ней надвигалось что-то огромное и темное, и она почувствовала толчок, когда кто-то приземлился на ее грядку. Затем тяжелый шорох ног в лианах:
- Не двигайся, принцесса. Я не очень умело стреляю из этой штуки, но на таком расстоянии я больше не промахнусь.
Из тумана накренилась шелковая грядка. На другом конце ее стоял с бластером в руке Оран Келдор.
Грядка замедлила движение, но продолжала ползти обратно, туда, где стоял похожий на стройного черного бога Ирек.
С неожиданным взвизгом тросов из-под них поднялся еще один сад, разминувшись с ними меньше чем на метр, и с его края бросился в лианы на стороне Келдора Хэн Соло. И в тот же миг и ее грядка и та, на которой к ним приехал Соло, качнулась в другом направлении, двигаясь по рельсу к увитой лианами подводящей платформе на стене ущелья, где Лея увидела стоящих у управления Джевакса и Чубакку.
- Нет! - заорал Ирек, и Хэн, выкрутивший бластер из руки Келдора, крикнул:
- Беги туда, Лея!
Вместо того чтобы так и поступить, она прошла сквозь лианы и нанесла сокрушительный удар колом Келдору по затылку, когда тот боролся с Хэном на краю грядки.
Келдор покачнулся, падая в пропасть, Хэн дернул его назад от края и толкнул к ведущему концу грядки, который теперь приближался к падающей платформе. Из гущи лиан вышел Джевакс, он попытался дотянуться до подвижной грядки. Ирек крикнул еще что-то, Лея не расслышала, что именно".
И блоки, связывавшие грядку с тележкой наверху, со щелчком отпустили ее.
Лея бросилась в висячие джунгли лиан подводящей платформы, Хэн прыгнул следом за ней… Она подумала, что ему не удастся допрыгнуть, и потянулась за ним Силой, но после так и не узнала, что позволило ему ухватиться за нижние концы болтающейся зеленой бороды - его ли собственная ловкость или ее энергия.
Но в любом случае Оран Келдор, архитектор Звезды Смерти и единственный уцелевший техник "Глаза Палпатина", не обладал ни Силой, ни тренированными мускулами ведущего беспорядочную жизнь контрабандиста, способными помочь ему.
И если Ирек и мог пролевитировать его из падающих обломков шелковичной грядки, то либо прореагировал недостаточно быстро, либо и не пытался. Изданный ученым вопль ужаса раскатился эхом в клубах тумана, все еще хлеставшего через трещину в куполе, и, когда Лея и Хэн добрались до платформы, всякие следы Ирека исчезли.

Глава 24

Когда дверь шаттла закрылась за последним из контингента гекфедов, в ангаре, казалось, наступила глубочайшая тишина. За магнитной печатью голубовато-белый изгиб Белзависа отбрасывал назад холодный нимб света, неровное излучение, обесцвечивавшее черты Крей и превращавшее лицо Никоса в изваяние из серебристого мрамора.
- Вот оно, - тихо произнесла Каллиста. - Там, где подымаются столбы облаков над термальным отверстием.
Даже отсюда Люк видел посеребренный звездами хаос ночной стороны там, где лежало ущелье Плавал.
Опираясь на посох словно усталый старик, он вспомнил молодого Джедая, явившегося к нему год назад, приведшего с собой высокую, элегантную блондинку. "Это самая блестящая программистка, ИИ в Институте Магроди - и вдобавок наделенная немалой Силой".
Она шагнула вперед, вспомнил он, пожать ему руку, успеть взять контроль над ситуацией прежде, чем ситуация не возьмет контроль над ней самой.
Я сожалею, хотел он сказать им, не совсем понимая почему.
О жизни.
Об этом.
Обо всем.
- Десантное судно будет запущено первым, на автоматике. - Он заставил свой разум вернуться мыслями к непосредственной задаче. Времени, знал он, осталось очень мало. - Как только оно выберется из магнитного поля, пойдет Синий Шаттл… - Он показал на массивный бледный блок "Телгорна"; тот самую малость покачивался, и изнутри доносился приглушенный стук. Он ощутил на мгновение прилив благодарности за то, что кабина управления была полностью отделена от пассажирского отсека.
- Трив…
Пожилой штурмовик шагнул вперед из теней, где он стоял вместе с Трипио. Он сбросил с себя свои белые доспехи и снова носил ту выгоревшую самодельную одежду с вышитыми на ней цветочками, в какой был, когда оказался на борту. Его темное лицо оставалось спокойным, но в глазах светилась бесконечная печаль.
- Я ставлю тебя во главе Синего Шаттла на случай, если возникнут какие-то проблемы, но управление переключено на управление Красного Шаттла, - распорядился Люк. - Никос будет пилотировать оттуда оба корабля.
Штурмовик кивнул.
Люк сделал глубокий, с дрожью, вдох.
- Крей…
Она подняла глаза. Тишина вокруг нее словно приобрела физическую сущность, Крей выстраивала из нее подобие брони: двойной панцирь, окутывающий их обоих.
Он впервые видел Крей и Никоса так комфортно чувствующих себя вместе, так близко, со времен тех дней на Явине, до того как руки Никоса начали неметь, а зрение меркнуть. С исчезновением разного мелкого камуфляжа - стальной сетки и орнаментальных корпусов, прикрывающих сочленения у него на шее и запястьях, - он был больше чем когда-либо дройдом, но что-то в том, как они стояли рядом, что-то в их молчании было таким, словно последних восьми кошмарных месяцев не существовало вовсе.
- В конце коридора, снаружи орудийной палубы, находится аварийно-спасательная капсула, - спокойно сказал он. - Как только я доберусь до верха шахты, я крикну тебе, и ты рванешь туда и уберешься на ней отсюда к чертям собачьим. Думаю, времени хватит.
- Я думала, - тихо проговорила Крей, - что по шахте подыматься буду я. Он покачал головой:
- Мне никак не успеть добраться до капсулы. Я отдохнул… - Особой лжи тут нет, размышлял он. - Я могу применить Силу, чтобы помочь решетке не сработать, и думаю, у меня хватит сил левитироваться наверх. А как только я окажусь в центральном ядре, -
Он сделал еще один глубокий вдох.
- Как только я окажусь в центральном ядре, я намерен попытаться скорее привести в негодность орудия, чем взорвать корабль. Согласно данным, снятым тобой с центрального компьютера, оттуда это должно быть возможным…
- А что, если это не так? - требовательно спросил голос Каллисты.
- Тогда… - Он почти не мог произнести этих слов. - Тогда начну перегружать реактор. Но если он, Крей, не взорвется через десять минут - а ты к тому времени будешь далеко и в капсуле, - начинай думать о том, как мы соберем достаточное количество блоков памяти, чтобы вызволить Каллисту с корабля. После того как это будет сделано, мы взорвем его.
- Нет, - отказалась Каллиста.
- Каллиста, я не могу.
- Нет.
Он почти увидел ее, стоящую перед ним, черты лица - неподвижные, дымного цвета глаза - мрачные, какими они были в том, другом ангаре тридцать лет назад…
- Люк, мы не можем рисковать. Допустим, ты прав и найдешь способ привести в негодность орудия - действительно привести в негодность, а не купиться на обман "Глаза", сообщившего тебе, что они приведены в негодность. Это оставляет "Глаз" на орбите до тех пор, пока ты не сможешь наскрести достаточно единиц памяти, достаточно схем и синапсов… На Белзависе тебе такого никогда не найти. Судя по тому, что ты мне рассказывал, у них там всего лишь сельскохозяйственная станция, да притом маленькая. Поэтому ты посылаешь за ними. И им требуется для прибытия день-другой… А тем временем заявляется тот, кто послал за "Глазом Палпатина"… и все имперские адмиралы, которые пронюхают о нем. - Думаешь, республика сможет отбиться от их стаи? Когда призом служит станция вроде этой?
Люк промолчал, не в силах спорить. Не в силах сказать себе, что то темное чувство знания, тот холодный страх его сна были иллюзиями.
Что-то ведь послало за "Глазом". Что-то ведь дожидалось его.
И оно почти привело его в пределы своей досягаемости.
- Взорви реакторы, Люк. - Ее голос был едва слышим в глубокой тишине на палубе шаттла. Никто не заговорил, но Люк сознавал взгляд Крей на своем лице, каким-то образом зная, что никто из них не переживал того, что переживал он.
Его решение подняться по шахте, основывалось частично на знании, что если он уничтожит корабль - если он уничтожит Каллисту, - то будет в ее сердце, когда придет конец,
- Не дай Повелению обмануть тебя, - тихо продолжала Каллиста. - Потому что, уж поверь мне, оно знает, как сильно ты хочешь обмануться.
- Знаю. - Он сомневался, что кто-либо из остальных услышал его слова, но знал, что Каллиста услышала. - Знаю. Я люблю тебя, Каллиста…
- И я люблю тебя, - прошептала она. - Спасибо тебе за то, что ты до почти вернул меня.
Он выпрямился, словно с его плеч спало ужасное бремя.
- Никос, Трипио, Трив… приготовьтесь к старту. Крей, я по-прежнему хочу, чтобы ты осталась внизу, сумела выбраться отсюда…
Он обернулся, как раз вовремя, чтобы увидеть, как она вынимает из кобуры на боку свой станнер.
Похоже, он рассчитал все, кроме этого. Повеление сделает все… использует все… Он бросился вбок и откатился насколько смог…
Но усталость и боль замедлили его реакцию и почти убили возможность применить Силу, и выстрел станнера стукнул его как удар дубины, швыряя его во тьму.
- Кто это был, черт побери?
Лея втащила Хэна на платформу, до которой оставалось еще примерно полметра. Рядом с ней к нему протянули руки Джевакс и Чуви и подняли его на безопасную опору. Холодный ветер хлестал и спутывал ей волосы, вокруг них на миг заклубился туман, покалывая ей щеки кристалликами льда, а затем ветер унес его, открыв колышущееся спокойное озеро расстилающегося внизу ущелья тумана.
Она смутно расслышала донесшийся из открытого окна под лианами на скале шум тревоги.
- Джевакс, ты можешь вернуть нас туда? Вон туда, под тот козырек… И включи сигнал тревоги в долине! По всей планете, во всех поселениях, до каких сможешь добраться! Вся планета подвергнется обстрелу, бомбежке из космоса, не знаю как скоро, возможно, через какие-то минуты…
- Кто это был? - требовал ответа Хэн. - Кто убил того парня в коридоре? Арту провел нас обратно через катакомбы, а затем наверх лифтом… Что случилось с охранниками в туннелях?
- Бомбежке? - переспросил ужаснувшийся Джевакс.
- Сейчас же! Шевелитесь! Упрячьте всех в убежища, в старые туннели контрабандистов - используйте для безопасности шахты космопорта, он мишенью не станет, тридцать лет назад его еще не построили…
Чуви нырнул обратно в кабину подводки и вышел, держа в лапах пенал управления. Миг спустя к ним приблизилась по потолочным рельсам кофейно-лиановая грядка, похожая на тихоходную, величественную, покрытую цветами баржу.
- Тот суперкорабль, о котором нам рассказывала Мара, вторая часть плана нападения на Белзавис… он летит сюда! Его вызвал Ирек - сын Роганды, Ирек.
- Тот парнишка?
- Он обучен манипулировать Силой и способен влиять на механизмы… Он сделает из нашего флота отбивную… - Она спрыгнула с платформы в гущу лиан. После вызывающего тошноту резкого падения на перерубленных мостках и прыганья с падающей грядки к негустой путанице лиан прыгнуть на что-то надежно закрепленное было проще пареной репы.
Хэн выругался и прыгнул, хватаясь для опоры за тросы; Чуви бухнулся следом за ними.
- Предупреди их! - крикнула, не оборачиваясь, Лея, когда вуки повернул джойстик на панели управления; кофейная грядка величественно качнулась, катясь по рельсу, плывя сквозь завесу тумана к отдаленному козырьку скалы и зияющему под ним окну. - Уведите всех в укрытие!
Джевакс уже влетал на маленький служебный лифт, который опустит его к подножью скалы.
Дрост Элегин, леди Теала Вандрон и пестрая и голосистая орава личных охранников, секретарей и представителей корпораций собрались в помещении, из которого Лея выпрыгнула на первую из грядок с лианами. При виде приближающейся грядки они дружно хлынули к окну, но, хотя некоторые из них были вооружены, Лея услышала, как леди Вандрон резко скомандовала:
- Не стрелять, идиоты, они могли сбежать когда подплыла грядка!
Чуви выбросил свернутую лестницу; полдюжины рук схватили ее, закрепив и давая перебраться по ней Хэну, Лее и вуки.
Арту-Дету стоял между леди Вандрон и одним из громил Роганды, раскачиваясь взад-вперед и взволнованно свистя. Когда Лея перемахнула через подоконник - Дрост Элегин, джентльмен до мозга костей, протянул ей руку, - то сразу заявила собравшимся:
- Вас предали, всех вас! Когда Ирек обнаружил, что не может контролировать "Глаз Палпатина", то улетел к нему, вместе с матерью. Именно они убили лорда Гаронна…
Люди переглянулись.
- Посмотрите на тело, - яростно призвала Лея. - Ирек здесь единственный, у кого есть меч! И если вы посмотрите на месте, то, вероятно, найдете след из драгоценностей и ценных бумаг, протянувшийся до самого лифта.
Она увидела взгляды, которыми обменялись охранники. Никто пока не достал оружия.
- Догнать их должно быть простым делом, - сказал лорд Пикуторион. - Наши корабли быстрее, чем их.
- Вряд ли, раз все ворота шахт в порту заклинены, - отрезала Лея. И повернулась к леди Вандрон: - Корабль они берут ваш, ваше высочество… "Глаз Палпатина" может в любую минуту начать бомбардировку планеты, и поэтому я предлагаю всем уйти в туннели как можно глубже и как можно дальше.
- Твари в катакомбах, - начала было спортивного вида леди Карбинол.
- Без воли Ирека они малоопасны, - сказал Элегин. Он взглянул на Хэна и Чубакку, все еще стоящих в амбразуре окна. - Что вы, как мне думается, и выяснили по пути сюда. - Он выхватил висевший у него на боку бластер. - После вас, ваше высочество. Возможно, мы еще сумеем догнать их до того, как они стартуют.
Фактически они встретили двух-трех жалких бывших контрабандистов и бывших толкачей, бродивших по коридорам, более удаленным от обитаемых районов, где из-подо льда выходила термальная отдушина, но, как и сказал Элегин, без воли Ирека эти твари с воплями убегали от света фонарей в руках Леи, Хэна и шагавших следом за ними разъяренных аристократов. Без вмешательства Ирека в действия сенсоров выслеживания, думала на бегу Лея, они должны суметь переловить этих злополучных охранников и оказать им всю посильную помощь.
Она гадала, что могло говориться в найденных Люком анналах Джедаев о подобных злоупотреблениях мощью Силы и что можно сделать с ними при помощи талантов целителей.
- Типичная парвеню, - услышала Лея резкое замечание, оброненное леди Карбинол кому-то в тылу группы - группы, заметила она, состоящей в основном из членов Древних Домов. - Я никогда не доверяла этой женщине… Не желаю показаться снобом, но порода - всегда скажется, и в данном случае она определенно сказалась…
Время от времени они находили на полу туннеля какую-нибудь драгоценность или ценную бумагу, указывающую направление бегства Роганды.
Лифт на поверхность был неисправен.
- Сервомеханизм