- снова
сказал Кевин Клейбруку. - Хотя подъем был трудным. Снова какая-нибудь
магия или волшебство?
- Возможно, - эльф пожал плечами.
- И это все, что мне позволено об этом узнать? - уточнил Кевин.
- Может быть.
Кевин отвернулся и посмотрел на своих спутников. Все они внимательно
разглядывали висящую над ними скалу, подтягивали ремни, приводили в
порядок снаряжение. Они выглядели такими же свежими, как и на рассвете.
- Мы с обратной стороны Остановки, - промолвил Клейбрук, указывая на
виднеющуюся неподалеку каменную крутую стену. - Но нас могут заметить. В
естественных расселинах прорезаны окна, посмотри: вон, часть из них видна
даже отсюда.
Кевин кивнул. Если присмотреться, можно было заметить в трещинах
скалы темные отверстия правильной формы. Под тем углом, под которым он
сейчас смотрел, сходство с крепостным неприступным бастионом, увенчанным
сверху смотровой башней, было полным.
- Можем мы обогнуть утес вдоль подножья и выйти на дорогу? - спросил
Кевин.
- Да. Дальше тропы нет, но по этим стенам нетрудно взобраться
незамеченным. Нас нельзя увидеть, пока мы будем на стенах, до тех пор,
пока кто-нибудь не высунется достаточно далеко. Но это может произойти.
- Я уверен, что там внутри кто-то есть, - сказал Кевин. - Мне
кажется, будет лучше пробраться ко входу и атаковать.
Клейбрук кивнул.
- Действительно, здесь всегда кто-то остается, но я могу попытаться
проникнуть внутрь и с этой стороны.
- Как? - Кевин нахмурился, рассматривая гладкую поверхность стены. -
До нижних отверстий не меньше двадцати саженей.
- Есть один способ. - Клейбрук снова хитро улыбнулся. - Я и еще
один... вон как она, - он махнул рукой в направлении Слит. - Мы сможем
проникнуть внутрь с этой стороны. Здесь, правда, большое пространство, в
котором полно всяких коридоров и тупиков, но мы можем спрятаться здесь до
тех пор, пока вы не начнете атаку через дверь, и таким образом мы сможем
их окружить.
Кевин сжал губы:
- Это звучит разумно. Слит? Пойдешь с Клейбруком?
Слит тонко улыбнулась:
- А какой у меня есть выбор? Разве я здесь валяюсь на травке, ожидая,
пока выглянет летнее солнышко? Должна ли я вернуться в теплые объятия
шерифа? Или, может быть, мне стоит возглавить вашу атаку через входные
двери, прикинувшись каким-нибудь демоном войны и разрушения?
- Было очень любезно с твоей стороны дать добровольное согласие, -
проворчал Кевин. - Тогда давайте двигаться вперед.
Клейбрук вел их неприметными тропками между валунов и громоздящихся
друг на друга скальных обломков. В одном месте им даже пришлось проползти
через узкую канаву под одним огромным камнем, но в конце концов они
оказались под стенами Восточного Бастиона.
- Я чувствую внутри зло! - голос Альбины прозвучал слишком громко и
эхом вернулся к ним мистическим предупреждением, отразившись от ближайшей
каменистой гряды.
- Тихо! - зашипел на нее Кевин, и все застыли. Клейбрук изучал
гранитную скалу, одно ухо его нацелилось вперед, второе вращалось во всех
направлениях. Внезапно он сделал неуловимо быстрое движение, и вот он уже
натягивал лук. Стрела, которую он достал из колчана, оказалась с тупой
деревяшкой на конце, размером в небольшой кулак. Такой стрелой можно было
оглушить любого противника. Эльф целился вверх, прямо в одну из темных
расселин. Остальные прижались спинами к холодному камню, сдерживая дыхание
и тоже глядя наверх.
Ведро помоев вылетело из расселины и окатило их с головы до ног.
- Кат! - рявкнул Балак слишком громко. Клейбрук тут же издал
забавный, хныкающий звук, словно раненый зверек. Из окна показалась
человеческая голова, человек нахмурившись глянул вниз.
Стрела попала ему прямо в лоб. Раздался звук, словно кусок скалы
ударился о дерево. Голова человека откинулась от удара назад, затем
качнулась вперед, и безжизненное тело повисло на подоконнике, продолжая
всматриваться в пустоту неподвижными широко открытыми глазами. По звуку
Кевин определил, что если бандит не мертв, то по крайней мере мозги ему
повредило основательно. Тем временем стрела упала вниз, и эльф, сделав
небольшой шаг, поймал ее на лету. Затем он подмигнул Кевину.
- Теперь мне все понятно, - тихо сказал он. - Благодарите богов за
то, что этот парень был один, и его не обнаружат, по крайней мере, еще
некоторое время. Выходите к дороге. Самое опасное место - это когда вы
обогнете утес и увидите само здание. Но если пригнуться, то большой валун
прикроет вас от единственного окна с этой стороны. По неглубокой канаве
можно подобраться к лицевой стене. Дверь на другом конце. Когда будете
готовы - сразу врывайтесь внутрь, а мы вас поддержим. Удачи вам.
- И вам. - Кевин кивнул, натянул на лук тетиву, тщательно выбрал
стрелу и повел отряд вправо, в то время как эльф и Слит отправились в
противоположном направлении.
Прокравшись за огромным куском скалы, они обнаружили канаву, о
которой предупреждал Клейбрук. Столетия дождей прорыли этот канал, стекая
с естественной площадки прямо напротив Остановки. Отсюда было уже слышно
хриплое пение, время от времени прерываемое взрывами смеха. Звуки
доносились непосредственно из двухэтажного строения, прилепившегося к
стене утеса. Здесь они сложили свои пожитки, чтобы их не было видно из
окон, и Кевин тщательно осмотрел здание, а также вертикальную скалу над
ним и небольшой дворик Остановки. Остановка располагалась как раз на сгибе
дороги. Дорога была пустынна в обоих направлениях.
- Балак и я пойдем вперед, за нами - Бестиан и Альбина, - прошептал
Кевин. - Югон, где ты должен быть, чтобы делать то, что должен?
Югон катал в ладони три разноцветные игральные кости. Вопреки
обыкновению он не улыбался, а хмурился:
- Я могу применить свои способности из любого места. Нет никакой
необходимости...
- Ты что, хочешь сыграть с этими ребятами? Зачем тебе эти кости?
- Эти кости... впрочем, не важно. Я исполню то, что от меня
требуется.
- Прекрасно. Тогда исполни откуда-нибудь сзади. Теперь вот что: я не
думаю, чтобы они услышали нас за всем этим пением, но старайтесь вести
себя как можно тише. Альбина, прошу вас держать при себе ваши замечания по
поводу зла и его ипостасей. Пес может сражаться?
Альбина холодно посмотрела на Кевина, но ее трубный голос звучал на
редкость тихо:
- Он будет сражаться. Так же, как и я, он связан с Баалабом обетом
уничтожить зло.
- Мне следовало бы знать, - заметил Кевин и осекся: он начал
разговаривать в манере Слит. - Балак?
Гном кивнул, держа наготове топор и щит. Его мощный арбалет висел у
него за спиной. Бестиан тщательно зарядил свой арбалет и высвободил из
ножен меч. Альбина взяла палицу и свой щит в одну руку, а в свободной руке
держала пращу. Пес держался чуть позади нее, его глаза были холодны, как
лад. Кевин затянул локтевой ремень своего щита, проверил, легко ли
вынимается из ножен меч. Свой лук он держал наготове в левой руке.
Веселое пение внутри продолжалось.
Неглубокая промоина шла довольно близко от лицевой стены постройки к
ее дальнему углу. Кевин пригнулся и медленно прокрался вдоль до половины
обшитой досками стены, прижимаясь к ней щитом и целясь из лука вверх, куда
выходили окна. Остальные последовали за ним, тоже пригибаясь, чтобы не
попасть в зону видимости окон. Теперь они были видны любому, кто оказался
бы снаружи. Понимая это, Кевин внимательно оглядывал окружающие скалы и
наблюдал за дорогой. При этом он обратил внимание на то, что Балак и
Бестиан делают то же самое - оба отрицательно покачали головами. Кевин
осторожно выглянул за угол. Двойные тяжелые двери были закрыты. С этой
стороны здания не было никаких окон, однако наверху в склоне горы были
прорублены два больших квадратных отверстия.
- Не остается ничего, кроме как сделать это, - пробормотал Кевин,
огибая угол. Теперь он был очень хорошо виден из этих квадратных окон,
вырезанных в скале. Кевин поднял лук и направил его посередине, чтобы
поразить стрелой либо то, либо другое окно, если там кто-нибудь появится.
Вслед за ним из-за угла выскользнул Балак, потом Бестиан, который
тотчас же направил на окна свой арбалет. Из-за угла показались Альбина и
Югон. Кевин опустил свой лук и положил его на землю рядом с дверьми, затем
отстегнул колчан со стрелами и оставил его там же. Балак приготовил топор.
Альбина с пращой и Бестиан с арбалетом прикрывали окна. Югон сжимал между
большим и указательным пальцами красную игральную кость, а в правой руке
держал три дротика, которые он мог метать все сразу или по одному. Югон не
улыбался.
Как и прежде, Кевин поразился, до чего правильно и слаженно
действовали эти люди, хотя ими никто не руководил. Быть может, они были не
такими уж несхожими, как ему казалось.
Затем Кевин и Балак кивнули один другому. Альбина принялась медленно
раскручивать над головой пращу; кончики пальцев ее левой руки чуть
касались загривка припавшего к земле пса. Пес стоял неподвижно, словно
мраморная статуя, не сводя глаз с дверей. Кевин протянул руку к запорной
ручке. Дверь оказалась незапертой, Кевин толкнул ее, и она бесшумно
открылась. Кевин юркнул внутрь и прянул вправо, проникший вслед за ним
Балак отступил в противоположную сторону.
Перед ними открылось длинное помещение с низким потолком. Стена
справа, там где постройка примыкала к скале, была целиком каменной. Рядом
с очагом, высеченном в этой стене, была прорублена арочная дверь, за
которой начинался темный коридор. Вся комната была беспорядочно заставлена
столами, стульями и скамьями, видимо, когда-то это была гостиная. Вдоль
скальной стены стояли на тяжелой скамье несколько бочонков из темного
дерева.
В дальнем конце комнаты сидели вокруг большого стола шестеро мужчин.
На столе танцевали две голые женщины; они хохотки и кривлялись в такт
словам непристойной песни. Двое мужчин, сидевших за столом лицом к двери,
заметили вошедших. Один разинул от удивления рот, а второй,
раскачивавшийся на задних ножках своего стула, успел выкрикнуть "Что за
...?" и, взмахнув руками, опрокинулся назад с изрядным шумом. Все
засмеялись и кто-то зааплодировал. Тот же, кто сидел с раскрытым ртом,
поднял руку, показывая на дверь, одна из женщин обернулась и взвизгнула.
Разбойники обернулись.
- Зло! - вопль Альбины прозвенел как сигнал боевой трубы. - О дочери
греха!!!
Свистнул выпущенный из пращи камень. Он попал в голову одной женщины,
и она рухнула со стола. Разбойники словно очнулись и бросились к своему
оружию. Огромный человек, сидевший ближе всех к очагу, проворно вскочил на
ноги и схватился за рукоятку тяжелого меча в ножнах. Взмахнув им, он
сбросил ножны и прыгнул вперед. Его левая нога плохо ему повиновалась, и
он слегка ее подволакивал. Бешено сверкающие глаза остановились на Кевине.
- Этот - мой! - воскликнул Кевин, указывая на противника мечом. - Тот
самый, чья мать погуляла с уличными дворнягами!
Он слышал, как Альбина и Балак ринулись в атаку, опрокидывая столы и
стулья. Раздался звон арбалетной тетивы, и один из разбойников осел на пол
со сдавленным криком - стрела пронзила его горло.
- Ну, иди сюда, колченогий! - позвал Кевин. - По крайней мере одна
нога у тебя осталась, еще попрыгаешь!
Теперь, когда лицо противника не было скрыто шлемом, оно напоминало
уродливую огромную скульптуру, высеченную из камня бездарным подмастерьем.
Глаза превратились в узкие щелочки, а мясистые губы растянулись в злобной
гримасе, обнажив желтые зубы. Легким движением гигант подхватил с земли
свой огромный щит и ловко надел его.
- Как действует твоя задница с двумя дырками? - ехидно осведомился
Кевин. - А челюсть? Не встречались ли тебе в последнее время гномы,
которые кидаются камнями?
Гигант взревел от ярости и рванулся вперед, круша по пути столы.
- Похоже, я ошибся. - Кевин улыбнулся. - Судя по звукам, которые ты
издаешь, твоя мамаша нагуляла тебя в хлеву с соседским боровом!
Из темной арки вылетела стрела, и Кевин заметил краем глаза, что еще
один разбойник упал.
- Держитесь подальше от арки! - раздался голос эльфа. - Мы здесь!
Кевин быстро огляделся. На его глазах Балак хладнокровно рассек своим
топором вооруженного противника чуть ли не пополам. Альбина вколачивала
кого-то в стену своей палицей, ее белый пес, утробно рыча, бросился и
вцепился в горло еще одному из разбойников.
Противник атаковал Кевина яростно, как в прошлый раз, но не слишком
обдуманно. Расшвыривая мебель, он налетел на него спереди, размахивая
мечом. Правда, на этот раз он наносил удары не сверху вниз, а справа
налево и обратно, опасаясь зацепиться мечом за низкий потолок. Кевин
пригнулся, встречая эту атаку, и его щит, отброшенный яростным ударом,
больно врезался в ребра.
Кевин сделал выпад вверх, целясь в перекошенное яростью лицо, чтобы
заставить великана приподнять щит, а сам нанес обводящий удар в то же
самое место на левой ноге, но его меч зацепился за опрокинутый стол, и
удара не получилось, лезвие меча лишь слегка задело бедро противника. Не
обратив на это внимания, тот продолжал теснить Кевина, нанося сильнейшие
удары и хрипя от натуги. Звенела и пела сталь, огромный меч гиганта ударял
в щит Кевина с таким звуком, словно он рубил железное дерево.
Кевин сделал финт в сторону, слегка приоткрыв свой правый бок,
надеясь заставить великана нанести удар слева направо. Ему это удалось,
противник размахнулся, но, прежде чем его меч начал опускаться, Кевин
сделал выпад и глубоко ранил его в мускулы плеча. Опустившийся меч гиганта
попал в пол, и из-под лезвия полетели острые щепки. Тогда с криком ярости
и боли гигант толкнул Кевина своим широким щитом. Кевин попятился, но
запнулся ногой за опрокинутую скамью и упал. Его противник перехватил меч
двумя руками и изо всех сил замахнулся, собираясь разрубить Кевина
пополам, но в бешенстве он позабыл про низкий потолок. С сухим треском
огромный меч врезается в стропило. Кевин попытался откатиться на свободное
место и вскочить на ноги, но вокруг было слишком много разбросанной
мебели. Тогда Кевин нанес слабый удар по ногам противника, надеясь
нарушить равновесие его тела. В тот миг, когда ему удалось высвободить
свой меч, позади него раздался какой-то шорох. Из-под перевернутого стола
выскользнул Бестиан и ударил великана мечом под правое колено. Великан
завыл и рубанул мечом назад, но литтлера уже не было в пределах его
досягаемости. Кевин же воспользовался моментом и вскочил на ноги. Гигант с
воплем раненого демона бросился на него, размахивая мечом, но ноги его
подогнулись, и он упал лицом вперед, так что Кевину не составило труда
отвести его меч в сторону.
Он обрушился на пол с грохотом, как подрубленное дерево, и тут же
перевернулся на спину. Кевин проворно приставил острие меча к его горлу.
- Сдавайся!
Но губы гиганта продолжали кривиться в яростной гримасе, а глаза
сверкали бешенством. Раздался гортанный рев, и сверкающий меч ринулся к
ногам Кевина. Кевин подставил меч и сделал выпад. Потом еще. Но яростная
гримаса не исчезла с лица великана даже тогда, когда бешеные глаза
закатились и остекленели.
Кевин сделал быстрое движение, чтобы повернуться спиной к стене, и
только тут заметил, что в комнате наступила неестественная тишина. Все
стояли и смотрели на него. Маленькая битва была закончена.
- Ну что же, - сказал Бестиан, хмуро оглядываясь по сторонам. - Это
было нетрудно. Это-то мне и не нравится.



10

Вся комната была завалена изрубленной и перевернутой мебелью, среди
которой стояли все спутники Кевина, ворвавшиеся через дверь. Балак что-то
напевал, преспокойно вытирая топор куском чьей-то окровавленной рубашки.
Альбина разглядывала потолок обычным своим рассеянным взглядом и бормотала
какое-то монотонное заклинание на странном языке. Ее белый пес стоял у ее
ног, облизывая с морды чужую кровь. Бестиан собирал арбалетные стрелы,
небрежно вытирая их об одежду убитых. Югон стоял неподвижно, в упор
уставившись на одно из распростертых на полу тел. В темной арке появились
Слит и Клейбрук. Эльф перетягивал тетиву лука, а Слит лениво помахивала
зажатой в правой руке пращой.
- Вы оставили после себя настоящее месиво! - Слит осматривала комнату
с кривоватой улыбкой. - Ну как, поищем что-нибудь прямо сейчас?
Кевин восстановил дыхание и постарался успокоить частое биение
пульса. Он был зол на себя за то, что, как ему казалось, выглядело не
слишком блистательным представлением.
- Если есть что искать, - заметил он мрачно.
- Экий ты пессимист, - рассмеялась Слит.
- Неужели было необходимо убивать и женщин? - голос Югона на этот раз
не звучал покровительственно, а улыбка исчезла.
- Глаза Баалаба зрят зло, где бы оно ни залегало! - провозгласила
Альбина. - Его гнев сокрушает не только грех, но и грешника, ибо все живое
рождается благословенным и обремененным необходимостью выбора. Путь вперед
часто разветвляется, и каждый обязан выбрать путь, по которому пойдет. Так
написано в Баалабовой "Книге Гнева", и соответственно этому должна
поступать я, его верная жрица.
Слит уставилась на священослужительницу во все глаза. Затем
повернулась к Кевину и снова состроила уже знакомую ему гримасу, высунув
язык и скосив глаза к переносице. Кевин нахмурился в ответ, но на этот раз
он был полностью согласен со Слит.
Однако были и ранения, которыми следовало заняться. С руки Балака
закапала кровь. Гном завернул кожаный рукав своего камзола как раз до того
места, куда пришелся удар, - чуть ниже кольчуги. Балак с таким
любопытством рассматривал рану на плече, словно это был какой-то
диковинный цветок, которого он никогда не встречал раньше.
- Ха! - проворчал он. - Хитрый ублюдок попал моя прямо над щитом!
Проклятье! - и он снова что-то замурлыкал себе под нос. Кевин протянул ему
пригоршню сухих листьев, которые он достал на кармана на поясе.
- Возьми, это для раны.
- Нет. - Балак потряс своей косматой головой. - Это не самое лучшее
средство. У меня есть свое, - он полез в мешочек на поясе и вытащил что-то
темное, похожее на губку. - Целебный мох. Гномье средство. Гораздо лучше
твоих листьев.
- Поступай как хочешь. - Кевин засунул листья обратно в карман.
- Это правильно, - проворчал Балак.
Кровь показалась и на тунике Альбины, на белом она казалась особенно
яркой. Альбина накладывала на руку бальзам, одновременно что-то шепча,
наверное, какое-то заклинание. Югон извлек из складок своего плаща
маленький флакон и протянул Балаку.
- Это ускорит лечение.
Балак подозрительно посмотрел на лекарство:
- Волшебное?
Югон немного замялся, но потом на его губах снова показалась улыбка.
- Целебные травы и очищенное масло, и чуть-чуть волшебства, мой
добрый гном. Это не причинит тебе вреда.
Балак тщательно наложил на рану свой мох, не оборачиваясь более ни на
Югона, ни на его лекарство.
- У меня есть свое, - снова проворчал он.
Тем временем Кевин ощупывал ребра. Левая рука, в которой он держал
щит, болела от сильных ударов, ребра же саднили в том месте, куда пришелся
удар его собственного щита.
- Выпей это! - Югон протянул Кевину небольшую склянку. Кевин принял
ее и тут же поймал себя на том, что недоверчиво хмурится, словно Балак.
- Мне можно доверять, - покачал головой Югон. - Одного глотка будет
достаточно.
Кевин сделал глоток и невольно вздрогнул, зажмурившись, пока
небольшая доза напитка проваливалась в желудок.
- Боже мой! - воскликнул он, отдышавшись и возвращая Югону склянку. -
Это что, глистогонное? Я чуть все внутренности себе не сжег!
Однако лекарство подействовало немедленно, и эффект его был
поразительным. Желудок наполнился приятным теплом, которое стало
распространяться по всему телу, изгоняя из него боль и даря ощущение
благополучия и здоровья. Левая рука согрелась, и бок перестал болеть. Не
веря самому себе, Кевин ощупал ребра и убедился, что острая боль исчезла.
Это было невероятно, и он посмотрел на молодого мага.
- Это, разумеется, волшебство?
- Лекарство концентрирует усилия твоего тела и возбуждает
естественные способности к самолечению, - объяснил Югон, возвращаясь к
своей высокомерно-самодовольной манере речи. - Разумеется, магическим
образом. На самом деле ты вылечил самого себя. Некоторое время ты будешь
чувствовать некоторую усталость, пока отдых не восстановит потраченные
силы.
Кевин подошел к Балаку, который размахивал рукой, словно проверяя ее
работоспособность.
- Ты в порядке?
- О, да. Чтобы вывести из строя гнома, нужен еще больший сукин сын. -
Балак поднял топор и исследовал его лезвие. - У тебя какой-то особенный
боевой клич, воин. Вот такой: "Ха! Ха!" Что он означает?
Кевин принялся вытирать свой собственный меч.
- Ну... - сказал он, - собственно говоря, это не совсем боевой клич.
Это... - он пожал плечами, - просто звук.
- Ага, - гном с любопытством наблюдал за Кевином краешком глаза. -
Значит, ты просто делаешь шум. Ты замахиваешься мечом и говоришь: "Ха!".
Кевин кивнул. Балак слегка приподнял мохнатую бровь и сверкнул
голубым глазом. Кевин отвернулся от него. Проклятый всезнайка-гном! Он
ощутил новый приступ гнева, который поднимался внутри него, ожидая лишь
повода излиться на кого-нибудь. Сделав несколько шагов, Кевин едва не
столкнулся со Слит.
- Скажи-ка мне одну вещь, Кевин, - Слит коварно улыбнулась. - Ты же
посещал Королевскую академию?
Кевин некоторое время раздумывал, но, не обнаружив подвоха, кивнул.
Смеющиеся глаза Слит на миг отвернулись от него, затем девушка снова
повернулась к нему, но как-то неловко и чуть смущенно.
- А что ты там делал? Поставлял курсантам капусту или что-то другое?
Твое фехтование, которое я наблюдала только что, не было настолько
потрясающим, как я ожидала. Мне приходилось видеть зрелища и получше.
Скажи, ты всегда заканчиваешь бой лежа на спине?
Гнев внутри Кевина вспыхнул жарким пламенем. Он по-прежнему держал в
руке меч, и теперь он поднял его над головой.
- Хочешь посмотреть фехтование получше? Могу показать пару приемов
прямо сейчас!
Слит отпрянула от него, загородившись ладонями:
- Приношу свои извинения. Я не знала, что у тебя есть еще одна рана,
внутри.
- Что ты хочешь сказать?
- Ничего. Ничего, клянусь Сииласом! Успокойся. О боги! - Слит
повернулась и, нахмурившись, отошла. - Это была шутка, просто шутка, чтобы
немного разрядить напряженность из-за всех этих... убийств.
- Ты готова помочиться на снег, чтобы помочь ему растаять, -
предположил Бестиан. - Бывает такое время, Слит, когда тебе лучше держать
рот на замке. Бывает, что он у тебя хлопает, как ставень на ветру...
Кевин некоторое время неподвижно стоял, глядя на Слит и не видя ее.
Он пытался проанализировать вспышку гнева и понять, может быть, прав тот
негромкий голос, который звучал внутри него. Голос принадлежал Сэнтону:
- Если кому-то приходится управлять чужой жизнью, Кевин, то для этого
нужно прежде всего обучиться контролю над самим собой. Я понимаю, что это,
может быть, проще сказать, чем сделать, но тем не менее это правда. Разум,
мозг - это неуправляемый и невидимый зверь, которого очень трудно
приручить. Самый страшный противник, с которым когда-либо придется
столкнуться, появится из глубины тебя самого, и ты можешь даже не узнать
его, когда он появится. Сперва нужно победить своих собственных демонов,
прежде чем успешно биться с чужими.
В голову Кевина внезапно пришла четкая мысль, что один из его демонов
заключается в том, что он не выносит людей, которые смеются над ним. Он
воспринимал насмешки как оружие, а насмешников - как агрессоров.
- Ты слишком серьезен, Кевин, - сказал ему однажды Сэнтон. - Ты
должен научиться смеяться над самим собой.
Наконец Кевин осознал, что все глядят на него. Кевин дважды глубоко
вздохнул, и пламя гнева остыло, а напряжение куда-то исчезло. Кевин
опустил меч. Его голос зазвучал в тишине, но Кевину казалось, словно его
голосом заговорил кто-то посторонний.
- Здесь могут быть еще бандиты.
- Вон там есть парочка. - Слит изогнутым пальцем указала во чрево
горы. - Но они очень миролюбивы. И останутся такими надолго.
- Может быть, кто-нибудь спрятался там. - Кевин указал на лестницу
возле входной двери, ведущую на второй этаж. Сжимая в руках оружие, он и
Балак поднялись по скрипучим ступеням на второй этаж здания и прошли по
коридору, заглядывая в каждую комнату. Когда-то в этих комнатах стояли
прекрасные кровати с настоящими матрацами и изящная изогнутая мебель, но
последние обитатели этих комнат не слишком об этом задумывались. Комнаты
превратились в звериные логова, и Балак с отвращением ворчал. Они не
обнаружили ничего опасного, так же как и ничего ценного.
- Ни на ломаный грош добра! - сообщила Слит, когда Кевин и гном
вернулись в гостиную на первом этаже. - И вино у них - одни помои. - Слит
пинком ноги отшвырнула оловянную кружку и встала на колени возле одного из
убитых, намереваясь обыскать тело.
- Не сейчас, - остановил ее Кевин и указал на темную арку. - Что там?
- Множество комнат и коридоров, - отозвался Клейбрук. - Они
пронизывают весь Восточный Бастион.
- Мы должны осмотреть их все. Кто хочет остаться здесь на страже?
- На случай чего? - осведомился Югон, оглядывая комнату с
преувеличенным выражением недоумения на лице. - Честное слово, я не думаю,
что эти трупы восстанут и нападут на нас сзади. По-моему, рейнджер, ты
боишься собственной тени.
- Я хочу сказать тебе одну вещь, ученик фокусника, - начал Кевин, и
улыбка с лица Югона немедленно исчезла. - В каком бы месте ты ни оказался,
если есть хоть малейшая возможность опасности, необходимо быть к ней
готовым! Слишком много дураков заплатили своими жизнями за то, что
предпочли смеяться над другими, вместо того, чтобы почаще оглядываться
через плечо.
- Но мы, кажется, устранили угрозу, - возразил Югон, широким жестом
обводя комнату. - Так в чем же еще...
- Мы! - воскликнула Слит. - Что ты сделал? Попал в кого-нибудь своими
костями?
- Я метал дротики! - Югон выпрямился во весь свой немалый рост.
- Если они тебе нужны, - подал голос Бестиан, - то вон они, застряли
в стене, все три штуки. Я посторожу, - обратился он к Кевину и взвел свой
арбалет.
- Хорошая позиция вон там, - Кевин указал на верхнюю площадку ведущей
на второй этаж лестницы, - из окна видно и двор, и дорогу в обоих
направлениях. Клейбрук, ты знаешь, как там все устроено?
- В общих чертах, - ответил улыбающийся эльф.
- Тогда пошли.
Арочная дверь вывела их прямо в огромный холл, высокий потолок
которого терялся во мраке. Холл был едва освещен двумя широкими окнами,
выходящими во двор Остановки. Когда-то давно это, должно быть, была
просторная пещера, но теперь это был прекрасный зал, украшенный резьбой по
камню. По трем сторонам этого зала были возведены деревянные леса, которые
образовывали полукольцо балконов на высоте второго и третьего этажей, а
задняя стена, которая поднималась до самого потолка, была украшена
выложенной из камня аркой, под которой располагался камин. Камин был таким
высоким, что в его нише, врезанной в стену, могли свободно стоять человек
пять. Слева и справа от камина поднимались на галереи две деревянные
лестницы, а каменный пол был гладким и ровным. Несмотря на обилие мусора
на этом полу, было заметно, что когда-то он был отполирован чуть ли не до
блеска. Каменные стены были украшены резными колоннами, между которыми
висели гобелены - такие старые и пыльные, что мало чем отличались от
камня. Кое-где между колоннами вместо гобеленов темнели отверстия - входы
в коридоры.
- Эти коридоры, - пояснил Клейбрук, - все связаны между собой и ведут
в комнаты, высеченные в скале. Наверху, - он указал на галереи, - тоже
полно комнат, в которые можно попасть с этих балконов. Здесь очень много
коридоров, и хотя я сам никогда здесь не был, но говорят, что где-то есть
лестница, ведущая наверх, на наблюдательную площадку на вершине скалы.
- Нужен какой-нибудь свет, чтобы осмотреть все это, - сказал Кевин. -
Например, факелы. В одной из комнат я видел масляные лампы и фонари. Один
человек пусть остается здесь на страже, а остальные пойдут осматривать
нижний ярус коридоров и комнат. Будьте осторожны. Мне хотелось бы
составить какое-то представление о том, сколько человек все-таки могло
быть в банде.
Они ничего не обнаружили, кроме пыльной тишины, мусора и пустых
комнат, высеченных в холодном камне. Пробираясь по зловещим и мрачным
коридорам. Слит метнула из пращи камень в то, что оказалось дрожащей на
стене тенью Югона, который крался по соседнему коридору. Югон в свою
очередь, испуганный разлетевшимся вдребезги камнем, ударившим в стену
прямо перед ним, выпустил на Слит удушающее заклятье. Все обошлось, но ни
один из двоих не был особенно доволен.
- Это выглядело угрожающе! - прохрипела Слит, хватая ртом воздух,
когда не без помощи Югона несколько оправилась. - Я ничего не могу
поделать, у тебя просто жуткая тень!
- Это из-за света, безмозглая дура! - вопил Югон, размахивая своим
посохом, конец которого он заставил светиться призрачным мерцающим светом.
- Откуда мне знать, что ты болтаешься поблизости с каким-то гнусным и
зловещим фонарем?! Если уж выглядишь как чудовище, то и будь готов к
нападению!
- Болтаешься! - голос Югон звучал намного громче, чем обычно. -
Чудовище!..
- Тихо, вы оба! - прикрикнул Кевин, встав между распетушившимися
бойцами и хватаясь за рукоятку меча. - Вы способны разбудить даже умерших
духов в соседнем королевстве!
- Он!..
- Она!..
- Отставить! - рявкнул Кевин. - Не сейчас.
Слит и Югон наградили друг друга взглядами исподлобья, и каждый из
них пробормотал что-то невнятное. Кевин возвел очи горе и покачал головой.
Несколько позже, встретившись в запыленном холле, они обменялись
результатами своих поисков.
- Остановка? - Кевин с сомнением хмурился. - Здесь могут разместиться
несколько сотен человек.
- Говорят, что в древние времена здесь стоял целый гарнизон, -
сообщил Югон. - Здесь большая кухня и полно складских помещений. Туда
можно попасть вот по тому коридору, возле камина. Вода все еще
просачивается в старинный резервуар.
- А как по-вашему, сколько человек обитает здесь сейчас?
Слит пожала плечами.
- Человек семьдесят или сто. Трудно сказать наверняка, они, словно
крысы, живут гнездами. И ни следа сокровища! Оно, должно быть, где-то
спрятано!
- Потом мы поищем. Ты и Клейбрук...
Он не договорил. В арку ворвался из гостиной Бестиан:
- По верхней дороге сюда идут люди!


Они наблюдали из двух больших окон, которые выходили во двор, стоя
подальше от квадратных проемов, чтобы полумрак в холле скрывал их фигуры.
Около двадцати вооруженных разбойников показались на дороге, выйдя из-за
выступа скалы. Двое из них хромали, трое были забинтованы окровавленными
грязными тряпками. В середине этой группы медленно и неуклюже переставляла
ноги огромная волосатая тварь выше человеческого роста раза в полтора.
Чудовище было одето в короткую тунику из шкур, а в руке сжимало огромную
узловатую дубину.
- Милостивые боги моих предков! - тихонько воскликнула Слит, отступая
подальше от окна, в спасительную темноту холла. - Это же огр!
- Откуда ты знаешь, что это огр? - нахмурился Кевин, рассматривая
чудовище.
- Огр, тролль, гоблин, богар! Будь я проклята, если мне не все равно,
как это называется. Но если что и назвать огром, то вот это!
Кевин задумчиво морщил лоб, слегка помахивая мечом, словно взвешивая
его в руке. Он никак не мог вспомнить, как называлось это чудовище в
бестиарии академии. Оно казалось знакомым, но он никак не мог припомнить
его названия.
- Балак? - спросил он.
Балак что-то проворчал, послышался звук взводимого арбалета.
- Большая штучка!
- Что это за зверь?
Гном пожал квадратными плечами:
- Может быть, и огр. На огр похожий есть, - он снова пожал плечами. -
Не важно. Он очень большой.
- Если его дубину превратить в дрова, то можно отапливать семью из
четырех человек целую зиму, - заговорил Бестиан.
Кевин сделал шаг в направлении гостиной.
- Нужно, чтобы кто-нибудь прикрывал нас со второго этажа.
Но приземистый гном уже спешил в гостиную, за ним - Бестиан. Кевин
услышал, как эти двое карабкаются на второй этаж по скрипучей лестнице.
- Можешь что-нибудь сделать с этой тварью? - спросил Кевин у Югона,
неподвижно стоящего рядом с ним. Тот, словно очнулся, загремел в кулаке
игральными костями.
- Я могу попробовать, но не ждите от меня чуда.
- Постарайся изобразить что-нибудь посущественнее дождя из лягушек. И
не лезь больше со своими дротиками, ты поранишь кого-нибудь из нас.
Кевин отвернулся. Волшебники! Иногда пользы от них не больше, чем от
попавшего в ботинок камешка!
Клейбрук, натянув свой лук до отказа, стоял у соседнего окна. Острие
стрелы ничуть не дрожало, а голос был спокойным и ровным:
- Я могу попробовать поговорить с ним, если оно не разозлено, пусть
только подойдет поближе. Может быть, оно меня послушается.
Кевин засунул в ножны меч и взялся за лук, который кто-то сунул ему в
руки и который он повесил на плечо.
- Будем надеяться на лучшее и готовиться к худшему. Выстрелим залпом
из всего, что у нас есть в это... что бы это ни было.
Клейбрук кивнул.
- Тогда по твоему сигналу, если нам придется стрелять.
- Они точно побывали в переделке! - заметила Слит. - Посмотрите на
эти бинты. Если это те самые, что остались в живых после битвы в Северном
Проходе, то им здорово надрали задницы. Но как им удалось вернуться так
быстро?
- Как - не важно. Важно, что они здесь, - проворчал Кевин, поправляя
колчан со стрелами, чтобы было удобнее их доставать. - Это те самые,
которых мы ищем. Видишь вон того, длинного? Я его знаю. Это их главарь
Сандер. Ступай теперь к Бестиану и Балаку и передай им, чтобы стреляли
только после меня. И пусть все целятся в... в огра или как он там еще
называется.
Слит неслышно ускользнула в темноту. Стоя позади Кевина, Альбина
забормотала что-то уныло и монотонно. Ее пес слегка светился и глухо
ворчал.
- Не мог бы он немного помолчать, до тех пор, пока они не подойдут
поближе? - спросил Кевин.
- Он чует зло и готов...
- Я очень рад, что он чует зло на таком расстоянии. Хороший песик!
Пусть только помолчит, пока мы не завалим эту штуку.
Он вынул стрелу и прицелился в тварь, в то место, где на горле
чудовища была ямочка.
Однако на расстоянии примерно пятидесяти шагов рослый разбойник в
кожаной одежде остановился.
- Эй, часовые! - громко позвал он.
Ответа не последовало, на его зов отозвалось только эхо, и Сандер
приказал остановиться всем остальным. Все остановились, в недоумении
уставившись на молчаливое здание Остановки. Тварь сделала еще несколько
шагов вперед и тоже остановилась, вопросительно оборачиваясь назад. Ее
голова дернулась - тварь явно растерялась. Главарь нахмурился и принялся
совещаться с остальными. Лишь только огр поднял свою огромную лапу, чтобы
почесаться, Кевин выстрелил. Клейбрук выпустил стрелу почти одновременно с
ним; арбалетные стрелы со второго этажа летели чуть сзади. Все четыре
стрелы попали в цель, в одно и то же место размером не больше ладони,
высоко с левой стороны груди чудовища.
Тварь взвизгнула и изогнулась, стараясь дотянуться до торчащих из
груди стрел. Разбойники бросились под прикрытие скал вдоль дороги, главарь
остановился на бегу и что-то прокричал, указывая на здание. Он нырнул за
огромный валун, и стрела Клейбрука только рассекла воздух в том месте, где
он только что стоял. Продолжая рычать, тварь повернулась к Остановке и
вдруг помчалась вперед неуклюжей рысью. Кевин выпустил еще одну стрелу и
снова попал твари в верхнюю часть груди, сверху послышался звон тетивы
арбалета Бестиана, и еще одна стрела вонзилась в волосатую тушу.
- Не давайте им приближаться! - приказал Кевин, сбрасывая на пол лук
и колчан. Выхватив меч, он помчался в гостиную, чуть не сбив по дороге
Слит.
- О боги и демоны! - воскликнула Слит. - Он идет сюда!
- Слит, возьми мой лук и помогай держать их подальше. Балак!
Но гном уже сбегал вниз по ступеням, держа в руках свой боевой топор.
Кевин и Балак кивнули друг другу и встали у стены по сторонам тяжелых
двухстворчатых дверей. Они слышали тяжелые шаги, но оказались не готовы к
появлению твари. Вместо того, чтобы задержаться перед дверями, тварь
протаранила их всей тяжестью своего тела. Дверь с треском распахнулась,
одна створка сбила с ног Балака, вторая сильно толкнула Кевина, и он,
потеряв равновесие, врезался в стену. Он едва успел увернуться от удара
дубиной и сделал небольшой выпад мечом, но только поцарапал грудную клетку
животного. Изготовившись к отражению второй атаки, он увидел, как
откуда-то выскочил Балак. Балак был взбешен, его лицо перекосилось от
ярости. Из-за низкого потолка тварь стояла сгибаясь чуть ли не пополам,
обратившись лицом в сторону Кевина, и Балак, бросившись вперед, крякнул и
всадил топор в наиболее доступную ему часть тела твари - в оттопыренные
голые окорока.
Тварь взвыла и развернулась к Балаку на удивление проворно, готовясь
расплющить гнома сокрушительным ударом дубины, но дубина зацепилась за
низкий потолок. Все строение вздрогнуло, из пространства между стропил
удушливым облаком опустилась пыль, посыпая всякий мусор. Балак
воспользовался этим и отскочил назад, подальше от скрюченной левой руки
твари, которой она пыталась схватить его.
- Заставь его выбирать между нами! - закричал Кевин. Шагнув вбок, он
попытался нанести удар в заросшее рыжеватой шерстью плечо, но тварь
парировала его выпад дубиной и с такой силой, что едва не выбила меч у
него из рук. Балак снова прыгнул вперед, держа топор наготове. Тварь
попыталась снова схватить его рукой, но на этот раз Балак приветствовал
эту попытку лезвием топора, и тварь взвыла. Кевин воспользовался ее
замешательством и в свою очередь сильно рубанул массивные мускулы плеча,
пытаясь вывести из строя руку с дубиной. Тварь взвизгнула и побежала
вглубь комнаты, ломая по пути дубовые столы и стулья с такой легкостью,
словно это был нежный лесной подлесок. Остановившись, тварь заворчала и
принялась зализывать рану на левой руке, нанесенную Балаком, одновременно
с осторожностью поглядывал на врагов. Тварь часто и тяжело дышала, кровь
стекала по обломкам застрявших в груди стрел и сочилась из глубокой раны
на правом плече.
Кевин внезапно услышал доносящиеся снаружи крики, звон тетивы
Бестиана и свист стрел. Югон стоял в арке и, воздев руки, пытался
произвести на свет какое-нибудь волшебство. Тварь затрясла головой и
словно пошатнулась, но в следующий миг она снова была настороже, злобно
оглядываясь в сторону Югона.
Тем временем Кевин и Балак приближались к твари с разных сторон.
Тварь устремила на них все свое внимание, переводя с одного на другого
взгляд своих маленьких свирепых глазок и хрипло ворча. Губы ее
растянулись, обнажив крупные желтоватые клыки. Смертельно опасная дубина
снова поднялась вверх и стала описывать в воздухе широкие дуги. Кевин и
Балак время от времени делали ложные выпады, стараясь рассеять внимание
чудовища. Внезапно тварь сорвалась с места и ринулась на Балака,
громогласно рыча и размахивал дубиной и кулаком. Кевин был уверен, что
гном будет опрокинут и смят, но тот внезапно возник из кучи разломанной
мебели позади твари и, пока та разносила в щепы еще оставшуюся мебель,
подкрался сзади и ударил топором. Тварь рявкнула особенно громко, и Балак
проворно отскочил подальше, бормоча:
- Проклятье, не попасть в позвоночник!
Затем они снова двигались кругами, держась вне пределов досягаемости
узловатой дубины, сила удара которой могла превратить в труху самый
крепкий дубовый стол и размазать человека по полу. Кевин рассматривал
тварь. В нее попало шесть стрел, и попало не кое-как: стрелы вонзились
достаточно глубоко. Кроме того, тварь была несколько раз ранена, но все
равно выглядела такой же живой и здоровой, как на дороге, когда они
впервые ее увидели. Единственным следствием всех усилий было то, что
теперь тварь прижимала свою левую руку к боку и почти не действовала ею.
Кевин и Балак обменялись взглядами, кивнув один другому. Балак
внезапно крикнул и метнул в голову чудовища стул. Кевин молниеносно
двинулся вперед и, с оттягом ударив мечом под правое колено, проворно
отскочил на безопасное расстояние. Тварь потянулась за ним, но тут Балак
подскочил вплотную и, схватив топор двумя руками, нанес удар в грудь.
Однако лезвие топора скользнуло по ребрам, а сила инерции бросила Балака
дальше. По пути он споткнулся о разломанный стул и упал, но это падение
спасло ему жизнь - тяжелая дубина едва не задела его по голове, размозжив
еще один стол. В это время раненная нога твари подогнулась, и она
опустилась на одно колено. Лишь только тварь повернулась к Кевину, Балак
размахнулся и двумя руками метнул свой топор. Топор свистнул в воздухе и с
сухим треском вошел чудовищу в грудь. Тварь изумленно наклонила тяжелую
голову и посмотрела на засевший в груди кусок металла, словно недоумевая,
как он сюда попал. Кевин подскочил сзади и с размаху нанес удар мечом по
шейным позвонкам. Голова, однако, не была отрублена напрочь, как он
ожидал, она только медленно склонилась еще ниже, словно тварь пыталась
дотянуться губами до обуха топора. Огромное тело судорожно вздрогнуло и
медленно обвалилось вперед.
Оно больше не шевелилось, и Кевин с Балаком огляделись.
В створе дверей было видно, что во дворе распростерлось лицом вниз
чье-то тело. Двери были разбиты и перекошены. В арке по-прежнему стоял
Югон, хмуро разглядывая свои кости. Кевин попытался успокоить свое дыхание
и прислушался. Единственным звуком, который он расслышал, было ворчание
гнома. В здании и снаружи царила тишина.
- Проклятая вонючка! - Балак пытался перевернуть безжизненное тело и
высвободить свой топор. Кевин помог ему, и Балак сплюнул на пол. - Темная
тварь! Ублюдок! - Балак выдернул наконец окровавленный топор и принялся с
отвращением рассматривать лезвие. Внезапно раздался резкий свист, эхом
отозвавшийся в холле. Кевин резко обернулся и успел заметить расплывчатое
белое пятно, мелькнувшее в дверях и пронесшееся через арку в холл.
- Хо-хо! Хороший песик! - раздался радостный возглас Слит.
Улыбаясь, Слит вышла из-под арки с луком Кевина в руках.
- Вы пропустили самое смешное. Мы подбили троих, нет - четверых.
Альбина попала прямо в башку вон тому, который валяется во дворе... - она
коротко кивнула в направлении дверей. - И все же они чуть было не
ворвались внутрь, но Альбина спустила на них собаку. Могу поклясться чем
угодно, вы никогда не видели таких танцев! Все эти взрослые мужчины
удирали от одной собаки! Вряд ли вам когда-нибудь придется увидеть, как
человек подпрыгивает вверх на целую сажень и при этом пытается не
опуститься на землю! Теперь они все попрятались в скалах через дорогу,
лечат новые раны, которые у них появились в последнее время, и гадают, что
за штука вылезла из преисподней, чтобы напасть на них.
Слит перевела дух и ткнула пальцем в направлении мертвого огра:
- Эта штука мертва?
Кевин кивнул.
- Не хочешь ткнуть ее еще пару раз, чтобы знать наверняка? - боязливо
предложила Слит.
- Я больше не хочу приближаться к этой проклятой твари, - пробормотал
Кевин. - От нее воняет как от...
- Как от огра, - Слит кивнула с важным видом. - Я отсюда его чую.
Кевин принялся вытирать лезвие меча, восстанавливая дыхание. Он был
гораздо больше доволен этой схваткой. Разумеется, ему ни разу не
приходилось сталкиваться ни с чем подобным, и он не мог припомнить ни
одного хвастливого рассказа, в котором упоминалось бы о битвах с подобными
существами. Он почувствовал себя еще более довольным, когда Балак,
закончив обмывать лезвие топора в одном из бочонков с элем, повернулся к
нему и сказал:
- Отшень карашо, Кевин, отличный бой. Немногие могли это делать.
В проеме арки появился Клейбрук. Прищурившись, он осматривал усеянное
обломками мебели поле боя.
- Откуда взялась эта тварь? - требовательно спросил Кевин. - Что тебе
известно о таких существах?
- Это существо из так называемого Темного мира, с обратной стороны
волшебства, - объяснил эльф, - примитивное и полуразумное. Их очень легко
бывает заставить совершать плохие поступки.
- А что оно тут делало?
- Очевидно, разбойники использовали его, как ударное оружие для
нападения на караван, а также для того, чтобы воровать еду в долине.
Кевин нахмурился, рассматривая подвижную тушу на полу:
- А есть ли...
- Эй вы там, внутри! - раздался снаружи громкий голос. - Кто вы, прах
вас побери, такие?
- Не отвечать, - быстро шепнул Кевин. - Пусть гадают. Неизвестность
часто действует сильнее, чем самые страшные угрозы.
- Что вам нужно? - продолжал голос. - Зачем вы захватили наши пещеры
и напали на нас?
- Ты сам должен прекрасно разбираться в таких вещах, долговязый
ублюдок, бандитская рожа! - приветливо откликнулась Слит, затем виновато
пожала плечами и призналась: - Прошу прощения, ничего не могу с собой
поделать. Это было слишком сильное искушение.
После небольшой паузы тот же голос продолжил:
- Я предупреждаю вас, что вам за ваше дерзкое нападение будет
заплачено той же монетой, наша месть будет ужасной, так что не дай вам
боги когда-нибудь принимать монеты в уплату за труды!
- Грози несчастьями кому-нибудь другому, вонючий ублюдок, рожденный в
свинарнике своей хрюкающей мамашей! - громкий и чистый голос Альбины
заметался эхом между скалами. - Участь, которой ты грозишь нам, станет
твоей гибелью, и Баалаб не успокоит твоей души!
Слит осторожно высунулась в одно из передних окон.
- Да, похоже, это осложнит дальнейшую дискуссию! - пробормотала она.
- Рейнджер! - окликнул Кевина с лестницы Бестиан. - Один из этих
ребят со скоростью кролика дунул вниз по дороге, но что-то не похоже,
чтобы он просто испугался.
- Наверное, где-нибудь ниже по дороге у них было выставлено передовое
охранение, - предположил Кевин.
- Так и есть, - уверил его Клейбрук.
Кевин осторожно выглянул и осмотрел двор и скалы, над которыми стали
сгущаться сумерки.
- Можем дождаться, пока к ним подоспеет подкрепление, а можем
совершить вылазку прямо сейчас. Перебьем всех, кто засел в скалах, и
устроим западню для тех, кто придет к ним на помощь.
- Атаковать вооруженных людей, засевших в укрытии - это мое любимое
вечернее развлечение, - нахмурилась Слит.
- Подожди немного, - поддержал ее Балак, - темнеть скоро, номены
хорошо в темноте...
- Если мы дождемся темноты, то получим некоторое преимущество, -
согласился Клейбрук, мягко улыбаясь.
И они стали ждать. Из туч начал сыпаться холодный, моросящий дождь.


Балак, Бестиан и Клейбрук встали возле окон второго этажа, пристально
наблюдая за дорогой, окрестными скалами и двориком Остановки. Группа
разбойников численностью около пятнадцати человек - в серых дождливых
сумерках точно сосчитать их было невозможно, поднялась снизу по дороге и
растаяла среди беспорядочного нагромождения камней напротив двора.
Четырежды раздавшийся со второго этажа звон тетивы арбалета и лука
означал, что число разбойников уменьшилось на четырех человек, которые
чересчур любопытно высунулись из-за укрытий. Кевин снова был озабочен тем,
что тетива лука эльфа, а также тетива арбалетов Бестиана и гнома прекрасно
выдерживали сырость, в то время как жила на его собственном луке стала
растягиваться и он начал терять мощность. Успокаивало одно - луки засевших
под дождем разбойников наверняка никуда не годились. Некоторое время назад
в окна еще влетали стрелы, и хотя они еще могли поранить, но серьезного
ущерба причинить не могли.
Кевин отступил от разбитых дверей, откуда он мог наблюдать за большей
частью двора и за дорогой, ведущей дальше на запад. Альбина и Слит
пригнулись возле передних окон гостиной, а за одним из нескольких
уцелевших столов неподвижно сидел Югон. Отсутствующим взглядом он
уставился на свои игральные кости.
- Ты можешь нам чем-нибудь помочь в этой ситуации? - спросил Кевин. -
Бандитов осталось около тридцати человек, может быть, и больше.
- Я наложил заклятье на эту тварь, но оно не сработало, - голос Югона
прозвучал почему-то сварливо.
- Может быть, его надо было накладывать с размаху? - пошутил Кевин и
нахмурился. Ему не следовало так говорить. Никакой сарказм не мог сейчас
помочь делу.
- Видишь ли, магия не подводит, - ответил Югон, - просто она как
стрела - иногда летит мимо цели.
Сверху раздался звон арбалета Балака, ему в ответ из дождливого мрака
прозвучал хриплый сдавленный вопль.
- Ноддер-дод! - почти ласково проворчал наверху Балак.
- Ноддер-дод? Что это?! - удивилась Слит.
- Я думаю, еще один мертвец, - предположил Кевин. В это время выстрел
арбалета Бестиана и его вскрик заставили их насторожиться.
- Они идут! - воскликнула Альбина, раскручивая пращу.
Пес высунулся в окно и ощетинился. Кевин заметил темные фигуры,
промчавшиеся по двору. Он прицелился и выстрелил.
Его стрела летела не сильно, но одна из фигур споткнулась на бегу,
развернулась и, прихрамывая, ринулась обратно под защиту скал. Кевин
сделал еще шаг назад, чтобы поразить всякого, кто покажется в створе
двери, но больше никого не было. Наступила внезапная тишина.
Со второго этажа неслышно, как тень, спустился Клейбрук.
- Несколько человек совсем близко, у передней стены, - предупредил
он. - Там человека четыре.
- Двое юркнули вон туда. - Кевин указал рукой в направлении подножья
утеса, туда, где дорога уходила дальше к Проходу. Там в темной скале
темнели два широких отверстия. - Что там такое? Пещеры?
- Это старые конюшни, - объяснил Клейбрук. - Насколько мне известно,
они не сообщаются с лабиринтом внутри утеса, но если они догадались
захватить с собой сухую тетиву, то они могут обстреливать нас оттуда.
Здесь всего-то шагов сорок.
Клейбрук засунул руку куда-то под плащ и протянул Кевину свернутую
кольцом тетиву.
- На, возьми. Эльфовская. Она не будет растягиваться. Думаю, что она
тебе понадобится.
С этими словами эльф отвернулся и уставился в темноту своими большими
зелеными глазами. Кевину показалось, что они даже слегка светятся.
- В ночи есть что-то скверное, что-то такое, чего я не могу понять, -
снова заговорил эльф. - Но я хотя бы могу позаботиться о тех двоих, кто
спрятался в конюшнях.
Клейбрук плотно завернулся в свой плащ и быстро пошел через арку
куда-то внутрь скалы. Мгновение спустя Кевину почудилось какое-то
стремительное движение возле одного из выходящих во двор окон, но он не
был уверен, что что-нибудь видел на самом деле. За это время он успел
натянуть на свой лук подаренную эльфом тетиву. Попробовав ее натяжение,
Кевин улыбнулся сам себе. Может быть, у него и не будет эльфовского лука,
но зато у него есть эльфовская тетива, так что это приключение он запомнит
очень надолго. Если, конечно, останется жив. А если нет?
На мгновение ему вспомнилась академия, один из курсантских ритуалов.
Эта традиция не слишком поощрялась руководством академии, но все же...
В последний год обучения, в одну из безлунных ночей, ровно в полночь,
курсанты пробирались на главный плац академии. Там нужно было ножом
надрезать кожу у основания большого пальца и, когда на плиты плаца
прольется несколько капель крови, нужно было прошептать: "Пусть моя кровь
неизбежно прольется где-то в чужом краю, но частица меня навсегда
останется в этом, близком для меня месте".
Вспомнив об этом, Кевин машинально потер небольшой шрам у основания
большого пальца левой руки и улыбнулся.
Посвист пращи Альбины вернул его к действительности. Он повернулся к
окну, возле которого она стояла. Высунув руку в окно, Альбина раскручивала
пращу в вертикальной плоскости, затем метнула снаряд. Тупой удар прозвучал
где-то совсем близко, раздалось приглушенное ворчание. Было слышно, как на
втором этаже разрядил свой тяжелый арбалет Балак.
- Ноддер-дод! - воскликнул он, потом замялся. - Что-то тут...
Волки!!!
Альбина предупреждающе вскрикнула и отступила от окна, ее палица
взметнулась и опустилась одновременно с тем, как в проеме окна показалась
чья-то серая тень. С разбитой головой тень обрушилась на пол. У второго
окна Слит низко пригнулась, и еще одна тень пронеслась над ее головой.
Белый пес бросился ей навстречу. Кевин уронил лук и вытащил меч. В темноте
почудилось быстрое движение, и третий волк показался в проеме двери. За
ним еще один. Кевин ударил мечом первого, прыгнувшего на него волка и
попытался загородиться щитом от второго, но потерял равновесие, нанося
удар, и толчок второго тела отбросил его назад.
И снова он запутался в куче раздробленной мебели. Он никак не мог
вытащить меч, застрявший в теле первого волка, который, даже умирая,
норовил вцепиться ему в горло. Кевин упал на спину, стараясь прикрыть
щитом лицо и горло, но лязгающие клыки обоих волков никак не отдалялись.
Оглушенный громовым рычанием Кевин продолжал бороться, когда вдруг
почувствовал, как придавившая его к земле тяжесть сначала стала больше, а
потом резко уменьшилась, и Кевину удалось откатиться на свободное место.
Первый волк издыхал на полу. Слит сидела верхом на втором волке,
вцепившись одной рукой в ошейник, а второй орудовала кинжалом, раз за
разом погружая сверкающее лезвие в горло зверя. Что-то серое мелькнуло за
ее спиной - еще один волк ворвался в двери. Кевин бросился на него со
щитом, выхватывая из ножен тесак. Удар - волк потерял равновесие, и Кевин
отсек ему голову своим тесаком. Не тратя времени, Кевин быстро повернулся
к дверям, но в сумеречной тьме снаружи не шевелилось больше ничего живого.
В комнате тоже было тихо, если не считать монотонного бормотания Альбины и
сдавленных проклятий Слит, которая пыталась счистить с рук и с кинжала
налипшие клочья окровавленной шерсти. Кевин огляделся. Альбина склонилась
над неподвижным телом белого пса, чья шкура была во многих местах покрыта
пятнами алой крови. Рядом валялись два волка с перегрызенным горлом.
- Я тоже завалил одного! - Югон ткнул пальцем в еще один мохнатый
труп. Он выглядел очень довольным собой. Он хотел сказать что-то еще, но
Слит подняла руку и показала на пса.
Пес пошевелился и поднял голову. Альбина еще раз коснулась его своим
рубиновым украшением. Пес медленно встал и встряхнулся. Слит
многозначительно посмотрела на Кевина и отвернулась к окну, за которым она
наблюдала.
Югон переходил от одного волка к другому, тщательно осматривая трупы.
- На них на всех надеты ошейники, - объявил он. - Ошейники и
небольшое заклятье. Ими кто-то управлял.
Кевин кивнул, подбирая свои меч и лук.
- Зажигательная стрела! - Слит бросилась к ступенькам. - Она влетела
в окно второго этажа!
- Откуда они взяли огонь... - начал было Кевин и вдруг увидел, как
из-за темных скал выскочила чья-то темная фигура и бросилась во двор,
сжимая в руках что-то горящее. Кевин и Бестиан выстрелили одновременно.
Человек высоко подпрыгнул на бегу и упал вниз лицом. Контейнер, который он
держал в руках, выпал и разбился, и вокруг распростертого тела вспыхнуло
яркое оранжевое пламя.
- Это масло! - крикнул сверху Бестиан. - Присмотрите за нижним
этажом!
Кевин застыл на мгновение, наблюдая танец, языков пламени вокруг
корчащейся фигуры. Эта картина была ему хорошо знакома, не раз в памяти
оживало другое тело в огненной купели на палубе шхуны. Ночь, когда погибла
его мать...
Объятый пламенем человек завопил. Кевин достал стрелу, тщательно
прицелился и выстрелил. Вопли сразу прекратилась.
- Югон! - крикнул Кевин. - Присмотри за окнами!
Маг поднял взгляд от своих игральных костей с таким видом, словно его
оторвали от очень важного дела:
- Зачем?
- Затем, чтобы нас не сожгли заживо, проклятый осел!
В этот самый миг, рассыпая искры и оставляя за собой шлейф удушливого
дыма, в окно влетел очередной глиняный горшок. Югон совершил удивительно
быстрое, почти неуловимое движение и поймал его на лету. С удивлением он
рассматривал грубый горшок из необожженной глины, в горлышко которого был
воткнут зажженный фитиль.
- О! - только и сказал он.
- Это кинули снаружи, - объяснил Кевин.
- Коли с огнем пришли, то огня они и получат! - Альбина подбежала к
Югону и вырвала горшочек с маслом из его рук. Вложив его в петлю пращи,
она подбежала к дверям, оставляя за собой дымный хвост. Встав во дворе,
она принялась раскручивать пращу. Искры от фитиля посыпались гуще, и белая
фигура оказалась в самом центре огненного круга. Вокруг нее тотчас
засвистели стрелы, а со второго этажа откликнулись арбалеты гнома и
Бестиана.
- Ноддер-дод! - воскликнул Балак.
Альбина метнула снаряд и теперь наблюдала за его полетом. В скалах
ярко вспыхнуло пламя, темные фигуры разбегались в разные стороны, и
Бестиан с Балаком этим тут же воспользовались. Наконец Альбина вернулась в
гостиную. В ее кольчуге запуталась стрела.
- Прекрасную мишень вы собой представляли! - упрекнул Альбину Кевин.
Та небрежно швырнула на пол стрелу и без всякого выражения на лице
поглядела на Кевина.
- Если бы у вас было еще немного таких снарядов, - сказала она, - я
бы осветила им путь навстречу Баалабову правосудию.
- В первом коридоре, вторая комната направо, - встрепенулся Югон. - Я
покажу.
И они вдвоем помчались внутрь горы. Тем временем в окно влетел еще
один горшок. Он срикошетил от столешницы опрокинутого стола и,
целехонький, покатился по полу. Кевин поднял его и задумчиво посмотрел на
тлеющий фитиль. Перед его мысленным взором снова пронеслось видение
горящего тела во дворе и та, старая, куда более страшная картина.
- Ублюдки! - проворчал Кевин и бросил лук на пол. Звякнул вынимаемый
из ножен меч, и Кевин, низко пригнувшись, выскользнул из дверей. Сразу за
углом, подле передней стены, он заметил слабый блеск стали - две
ссутулившиеся фигуры прижимались здесь к деревянной обшивке. Раздался
негромкий чавкающий звук меча Кевина. Разбойники так и не заметили его и
не успели ничего понять. Кевин выдернул меч и застыл. Кто-то крался вдоль
стены чуть поодаль. Кевин сделал несколько шагов вперед и снова взмахнул
мечом. Раздался стон. Пара стрел ударились в стену позади него. Кевин
ударил мечом наотмашь еще одну темную фигуру, припавшую к земле.
Буквально над его головой раздался звон тетивы тяжелого гномом
арбалета.
- Ноддер-дод! - проворчал Балак. - К тебе, рейнджер, это тоже
относится, если ты не вернуться назад. Здесь под стеной только четыре.
Кевин поспешно юркнул за угол и прыжком вернулся к дверям. Еще одна
стрела со звоном отскочила от его наспинной брони. Навстречу ему
спускалась по ступеням Слит.
- Отличная работа, рейнджер! Мы никак не могли достать их сверху,
потому что второй этаж немного нависает над первым. А я потушила огонь, -
она помахала перед Кевином обожженными полами плаща. - Как ты думаешь,
получу я за это новый?
Югон готовил снаряды и поджигал фитили, а Альбина, выскакивая то и
дело из дверей и нимало не страшась стрел, которые ждали ее появления,
разбрасывала снаряды по скалам, в которых укрылись разбойники, заливая их
равномерным озером пламени. Не переставая, звенели арбалеты, а восклицание
Балака "Ноддер-дод!" звучало после каждого выстрела. Он следил за
изогнутой траекторией полета каждого снаряда и стрелял в первую же тень,
которая возникала в дыму и пламени после ее разрыва. Бестиан посылал
стрелу в другие освещенные мишени.
- Сколько их там осталось? - спросил Кевин.
- Вряд ли больше десяти, - ответил Бестиан, разряжая самострел.
В двери проскользнул улыбающийся эльф:
- В конюшнях спокойно.
После этого Кевин и Клейбрук присоединились к арбалетчикам на втором
этаже, и вчетвером они прекратили всякое движение на той стороне дороги,
среди скал.
- Придет другое время, воры! - раздался в темноте знакомый голос.
- Ну конечно же - "воры", - пробормотала в гостиной Слит, затем она
громко крикнула: - Ты слишком плохо думаешь о ворах, бандитская морда!
Приходи в другой раз, когда у тебя будет побольше времени! Или больше
людей, или побольше мужества и отваги - что там тебе нужно, чтобы вылезти
из своей барсучьей норы и сражаться! Будем рады!
Кевин заметил, что Балак и Клейбрук, прикрыв глаза от света
догорающих среди скал языков пламени, пристально всматриваются во мглу.
Оба смотрели влево, в направлении уходящей к Проходу дороги.
- Они уходят, - проворчал Балак, указывая пальцем в темноту.
- Это будет не так просто, - пробормотал эльф, быстро спускаясь вниз.
Выскользнув из дверей, он совершенно растворился в ночи. Коренастый гном
проворно юркнул вслед за ним.
- Отлично, - заметил Бестиан, ослабляя тетиву арбалета. - Это почти
то же самое. А теперь я проголодался и хочу, чтобы удовольствие, которое я
получил, было полным.
Но он продолжал всматриваться в темноту, небольшая морщина пересекла
его лоб.
- Пойди поешь, - предложил ему Кевин. - Все могут поесть и отдохнуть.
Я посторожу здесь.
- Как ты думаешь, все закончилось?
- Когда мы вернемся в город и выпьем эля - вот тогда все
действительно закончится.


Наблюдая за окрестностями с высоты второго этажа, Кевин чуть не
проглядел во тьме какое-то движение. Словно в густой тени шевельнулась
какая-то еще более густая тень. Кевин прибег к известному приему ночного
наблюдения - стал смотреть на это место не прямо, а краешком глаза. И
снова он уловил во мраке слабый намек на движение. Кевин улыбнулся про
себя - как глуп, оказывается, Сандер. Или он считает дураками их? Он
перегнулся вниз с лестницы и прочитал старинный детский стишок: "Что-то
злобное ползет из темноты, что-то злобное шевелит те кусты..."
Затем он снова поискал во мраке мелькнувшую тень. Улыбка еще не
исчезла с его лица, когда тьма взорвалась вихрем и он увидел, как что-то
огромное тяжелыми прыжками мчится к дверям.
- Всем отойти от дверей! - крикнул Кевин, внизу раздался
беспорядочный шум. Кевин уже сбегал вниз по ступеням, когда в гостиную
ворвалась огромная темная масса. Слит, Югон и Бестиан ужинали при свете
жезла Югона, мягко сиявшего в полумраке. Увидев чудовище, Югон взмахнул
рукой, и конец жезла ослепительно и ярко вспыхнул. Чудовище резко
затормозило, вскинув к глазам огромную лапу.
- Тысяча проклятых демонов! - воскликнула Слит. - Еще один!
- И гораздо крупнее, - согласился с ней Бестиан.
Кевин заметил, как Бестиан и Слит бросились на пол и скрылись в кучах
разломанной мебели. Альбина, стоя подле каменной стены комнаты, сжимала в
ладони свой амулет и что-то бормотала, глядя на тварь своими бешеными
глазами. Югон быстро-быстро перебирал кости. В этот миг полной
неподвижности, когда тварь жмурилась от света, пытаясь рассмотреть, что
находится в гостиной, Кевин успел преодолеть последние ступени лестницы.
Он уже приготовился ударить мечом по шее животного, как оно вдруг
громогласно зарычало и, разбрасывая разломанные столы ударами ног,
устремилось туда, где на полу валялся труп первого чудища. Погрузив лапу в
его кровь, тварь понюхала ее и внезапно повернулась к ним. В полумраке
влажно блеснули огромные клыки, чудище оглушающе рявкнуло.
- Югон... - Кевин не оборачивался, - будет лучше, если у тебя
что-нибудь выйдет с твоей магией.
Тварь поглядела на Альбину. На мгновение тварь дрогнула, прикрыв свои
крошечные глазки, но когда Альбина бросилась вперед, размахивая своей
палицей, тварь заворчала и ударила, ее кулаком. Альбина отлетела обратно к
каменной стене и без движения скрючилась на полу. Пес бросился на тварь,
но тоже был отброшен, словно надоедливый неловкий щенок. Затем тварь
повернулась передом к Кевину и Югону.
- Югон? - быстро спросил Кевин.
Юный маг рассматривал свои игральные кости. Тварь гортанно зарычала и
стала надвигаться. В этот момент раздался звон арбалетной тетивы, и стрела
вонзилась твари в спину. Тварь взвизгнула и завертелась на месте, потом
снова повернулась к Кевину.
- Отвлеки ее, - посоветовал Югон, отодвигаясь от Кевина подальше. -
Только у тебя действительно действенное оружие против этой штуки. Я буду
держаться позади.
Кевин с отвращением фыркнул в ответ:
- Отвлекать ее, пока ты не найдешь способ выбраться отсюда?
- Я должен подготовиться!
- Я надеюсь, что тебе не понадобится много времени.
Еще одна арбалетная стрела попала чудовищу в спину.
- Целься выше, Бестиан! - воскликнул Кевин. - В шею!
Тварь, ворча, приближалась. Ее огромные ладони, опущенные до уровня
колен, были огромными, как корзины для белья. Кевин взялся за рукоять меча
двумя руками и сосредоточился.
Тварь прыгнула вперед, широко разведя руки, чтобы схватить Кевина.
Кевин нырнул и бросился в сторону, изо всех сил нанеся удар по сухожилию
под коленом. Тварь взмахнула могучей рукой, и Кевин улетел в кучу мебели.
Там он лежал, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
Между тем подрубленная нога подогнулась, и тварь, пытавшаяся
развернуться, тоже рухнула на пол, но она тут же принялась ползти в
направлении Кевина, цепляясь острыми когтями на пальцах за неровные доски
пола. Пасть ее была широко открыта, и до Кевина доносилось исходящее
оттуда зловоние. Кевин приготовил меч, готовясь сделать выпад в морду
чудовища. Оно продолжало надвигаться. Кевин сделал выпад в один глаз,
потом в другой. Тварь завизжала, но продолжала неумолимо двигаться вперед,
и Кевин попытался уползти подальше, в лабиринты между разрушенными и
опрокинутыми столами.
- Отвернись, рейнджер! - раздался голос Югон. - Огненный шар! Теперь
у меня получится!
Это была невероятная вспышка света, и на Кевина пахнуло испепеляющим
жаром. Тварь пронзительно завизжала. Несмотря на плывущие перед глазами
черные пятна - результат ослепительной вспышки, Кевин сумел рассмотреть
то, что казалось гигантским сгустком пламени, мечущимся от стены к стене.
В это время кто-то схватил его за ногу и поволок прочь.
- Я в порядке! - рявкнул Кевин и встал на колени. Чтобы избавиться от
черной пелены перед глазами, он потряс головой, но ослепление не
проходило.
- Поднимайся! - крикнул ему на ухо голос Слит. - Проклятая Остановка
вся горит, как разбитая лампа!
Тварь скрючилась, застряв в дверях. Пламя преградило путь к выходу и
уже начинало с жадностью облизывать деревянные стены. Вся комната, где
каталось по полу чудовище, занялась быстро и споро, и Югон отчаянно
размахивал руками из арки.
- Сюда!
- Альбина! - Кевин подбежал к стене и поднял на руки безвольно
повисшее тело. Рядом с ним возник Бестиан,