Только не в тюрьму, боги такого не простят!
Гор широко раскрыл глаза. Кажется, Акаш не шутил.
– Нельзя нехорошую мэм-сагиб сажать в тюрьму, ай, нельзя!..
– Посажу! – Профессор мечтательно улыбнулся. – Тр-р-рубы Иер-р-рихонские! Мне даже лекции будет приятно читать перед моими балбесами, когда я буду знать, что эта нахалка сидит на грязных нарах! Ха! Не на нарах – под нарами! И не сидит! Там найдут, чем ей заняться! Смер-р-рть Изр-р-раилева!..
Гор и индиец переглянулись. Акаш вздохнул и развел руками.
– Едем! – Профессор решительно махнул рукой. – Сейчас же!
Гор тихо застонал.

* * *

К исходу дня гремящий всеми своими частями старый джип уже тряс всю компанию по каменистой дороге.
– Хорошая машина, сагиб, ай какая машина… – приговаривал Акаш, подпрыгивая на заднем сиденье и время от времени кашляя от пыли.
– Да, бесконечно хорошая машина, – вздохнул Гор, даже не стараясь перекрыть вой двигателя. – Только…
Договорить ему не удалось – сзади на Енски-младшего упал мешок с палаткой, больно ударив по затылку.
– Я рад, что вы остались довольны! – радостно воскликнул Акаш и чуть не выпал за борт.
– Кстати, – профессор поймал индийца за руку, – а на посещение этого места не нужно разрешение?
Тот замялся.
– В принципе нужно, сагиб. Но так редко случаются проверки, так редко… Ай, как редко!
Профессор задумался. Гору показалось, что одержимость, не отпускавшая профессора все это путешествие, стала понемногу отступать. Он решил на ближайшем привале поговорить с отцом. Змеи, крокодилы, индийская тюрьма… Не может быть, чтобы образованный и культурный человек думал о таком всерьез! Отец, конечно, покричит, пошумит… А там, дай бог, и одумается…
Водитель, один из многочисленных и высокооплачиваемых «друзей» Акаша, оказался человеком опытным и рисковым. За изрядное вознаграждение он действительно сумел объехать все посты по каким-то ведомым лишь ему одному тропам, лихо пересек реку через неразличимый в мутной воде брод и уверенно подкатил к самому лагерю паломников. Последнюю сотню метров машина катилась вниз по склону с выключенными фарами и заглушенным двигателем. Только шелест гравия выдавал появление ночных гостей.
– Хорошо! – удовлетворенно заметил Акаш, когда джип остановился. – Теперь мы можем расположиться рядом с лагерем, а с наступлением утра попасть в храм.
– Какого дьявола мы должны ждать утра? – возразил профессор. – Мисс МакДугал нас и так опередила. Уверен, ночью она пойдет в храм, значит… Значит, мы тоже пойдем туда, проследим, а потом сообщим в полицию.
– Нехорошо, сагиб, ай, как нехорошо! – заспешил Акаш. – В храм нельзя ходить ночью! Даже мы не ходим туда ночью…
– Именно поэтому эта мерзавка заберется туда в такое время. Никакого почтения к традициям! Идем! Гор…
– Ты хочешь донести на человека, отец? – Енски-младший не выдержал и отвернулся.
– Донести? – Брови профессора взлетели вверх. – Твоя Элизабет, между прочим, задумала святотатство. Разве не долг всякого честного человека предотвратить преступление?
– Да с чего ты взял… – начал было Гор, но Енски-старший лишь махнул рукой и стал выбираться из машины.
– Пойдем, сын мой!
И профессор, сопровождаемый причитающим Акашем, устремился в темноту. Гор, прежде чем кинуться их догонять, немного посидел с разинутым ртом. Что-то действительно происходило с его отцом, раз уж он назвал Гора – «сын мой». Такого Енски-младшему не приходилось слышать уже очень давно.

В храм пробрались без особого труда. Пару раз Гору казалось, что кто-то шуршит в темноте, и даже слышались осторожные шаги, но в пустом Амарнатхе никого не обнаружилось. Вскоре вся компания оказалась в зале рядом с огромным лингамом Шивы.
– Так-так! – Енски-старший не без иронии поглядел на покрывавшие стены изображения. – Будем думать. Итак, что этой авантюристке тут могло понадобиться? Она хочет разучить новые позы? Камасутра? А, Гор?
Енски-младший ничего не ответил, но профессор, кажется, этого и не ждал.
– Думать, думать… Лингам ей не вынести, иных предметов здесь нет, фотографировать все это богатство удобнее днем, а не ночью…
Акаш тем временем присел на какой-то выступ.
– Между прочим, ты сидишь на лингаме… – усмехнулся Гор, но договорить не успел. Часть стены неслышно откатилась в сторону.
– Ни с места, господа!
Высокий широкоплечий человек в полицейской форме шагнул из потайного коридора.
Енски-младший резко оглянулся…
– Не стоит! – В руке полицейского появилось оружие. Гор только вздохнул, мельком отметив, что у полицейского очень приличный английский.
– Я думаю, мы все сможем уладить… – начал профессор, залезая в карман за бумажником.
– Нет, нет, – усмехнулся полицейский. – Вы уже заплатили достаточно…
– Как? – невольно удивился Гор.
– Более чем достаточно, господин Енски…
Он усмехнулся – настроение стража порядка было, судя по всему, неплохим.
– Вот господин Акаш, я хочу сказать, почтенный господин Акаш, может идти. Спасибо, Черная Кали не забывает услуг!
Акаш послушно встал и направился к выходу.
– Эй! – остановил его оклик профессора. – Ты… Ты нас предал?
Индиец быстро повернулся, развел руками.
– Не надо на меня так смотреть, сагиб! Бедному Акашу надо содержать семью. Жену. Любовницу… И не одну. Не каждый раз выпадает такой случай… Вы сами, сагиб, трясли своими деньгами. А с вас не убудет. Вы в Англии много зарабатываете, я знаю…
– Тебя много били? – задумчиво поинтересовался Енски-старший.
– Случалось, сагиб.
– Тогда с тебя не убудет…
И профессор в два прыжка настиг предателя.
– Ай-й-й-й-й-й-й-й!
Когда крепкие парни в темных накидках уводили их куда-то в темноту, Енски-младший оглянулся. То, что лежало на каменном полу, слабо напоминало жизнелюбивого Акаша. А чуть позднее, уже находясь в клетке, Гор припомнил, что когда-то давно отец рассказывал, что в студенческие годы был чемпионом университета по боксу в легком весе.
…И вообще любил подраться.

Глава пятнадцатая
ЖЕСТОКИЕ ИГРЫ

Положение была аховым – Бетси поняла это, даже не дослушав рассказ Гора до конца. Сей вывод она поспешила сообщить своим товарищам по несчастью, после чего невольно загрустила. Не то чтобы в ее жизни не бывало подобных ситуаций, но все-таки нынешняя казалась особенно неприятной. Кто знает, чем может закончиться для горстки англичан их святотатственное вторжение в тайное святилище? И если бы только это! Ахмед Малик, столь хорошо владеющий английским, похоже, знал все с самого начала. Если он действительно поклонник Кали… Девушка вспомнила все, что слыхала об убийцах-тугах, уничтожавших людей во имя Черной богини, и ее передернуло. Такой вполне способен расправиться с беззащитными пленниками, а их пропажу, буде кто поинтересуется судьбой иностранцев, легко списать на несчастный случай в горах. Мало ли здесь бывает происшествий?
«А ведь за мной следили еще в Лондоне! – вспомнила девушка. – И не просто следили, чуть на тот свет не отправили! Индийцы на вокзале, модака в номере… Кажется, мистер Джункоффски плохо бережет свои секреты!..»
Многое становилось понятнее. Понятнее – но не легче.
Не достали в Лондоне, зато поймали здесь.
Профессор между тем упорно молчал. Его лицо словно окаменело, побледнели губы. Рука дернулась, вырывая из бороды волосок. Схватившись рукой за грудь, Алекс Енски начал учащенно дышать, широко открывать рот. Бетси и Гор переглянулись.
– Эй! – закричала девушка. – Дайте воды! Человеку плохо!
К клетке не спеша подошел по-прежнему улыбающийся Ахмед Малик.
– Не стоит кричать, мисс МакДугал! И волноваться не стоит. О мистере Енски позаботится Кали. Теперь вы все – ее гости.
– Не паясничайте! – возмутилась девушка. – Не видите, что ли, человеку с сердцем плохо!
– Разве кому-нибудь может быть плохо в этом священном месте?
Его улыбка внезапно показалась Бетси омерзительной.
– Дайте воды, фашист!
Малик отвернулся, пожал плечами, явно не желая продолжать разговор. Но тут один из садху, в котором мисс МакДугал не без удивления узнала все того же скандалиста из автобуса, что-то резко бросил самоуверенному полицейского. Тот быстро поклонился и принялся вполголоса что-то пояснять, явно оправдываясь. Аскет махнул рукой, приказывая Ахмеду замолчать.
«Выходит, Малик здесь не главный?» – удивилась Бетси.
Между тем старик взял металлическую чашу и налил туда какую-то жидкость из золотого кувшина, стоявшего на жертвеннике у гигантского лингама. Пошептав над нею пару мантр, он подал чашу Бетси.
– Дай ему напиться, – кивнул садху головой в сторону профессора. – Это его укрепит.
Девушка последовала совету и через пару минут археолог почувствовал себя гораздо лучше. Войдя во вкус, он выпил всю жидкость до капли и даже облизнулся. Его взгляд вновь стал осмысленным и твердым. К профессору явно возвращалась его обычная язвительность, он привстал, оглянулся.
– Ну, что приуныли, как мухи перед зимой? Не ожидали? Это вам, молодые люди, не Гайд-парк!
Садху, вновь наполнив чашу, протянув ее узникам, очевидно, советуя Бетси и Гору последовать примеру профессора.
Бетси осторожно попробовала жидкость на язык. Вода? Вода, конечно, но с явным сладковатым привкусом, возможно, какой-то слабый наркотик. Девушка читала, что во время шиваитских обрядов их участники подогревают себя галлюциногенами. Рисковать не хотелось. А впрочем…
Мисс МакДугал решительно сделала пару глотков и передала сосуд Гору. Тот, не задумываясь, выпил все содержимое.
Бетси прислушалась к своим ощущениям. Вода как вода, ничего вокруг не изменилось, разве что светлее стало. Странно, как она раньше не заметила, сколько вокруг света! Мир заиграл яркими красками, хотя только что в пещере царил полумрак, едва-едва разгоняемый тусклыми огнями чадящих факелов.
«Майя» – странное, хотя и знакомое слово всплыло из глубин памяти. «Майя…»
Ну и прекрасно! Девушка удовлетворенно вздохнула. Ей действительно стало легче. Нет, просто легко. Легко и весело – и еще абсолютно покойно. На все стало наплевать – и на Ахмеда Малика, и на клетку, и на шиваитов, и даже на семейство Енски.
Бетси весело рассмеялась. Что это Гор так смотрит, словно в первый раз ее видит? Эгей, парень, успокойся, остынь! А какая уморительная физиономия у господина профессора, точь-в-точь злодей из романов Бэрроуза! Сейчас встанет и скажет: «Ха-ха! Вот ты и попалась, негодная девчонка!»
Профессор действительно поднялся на ноги, нахмурился, дернул себя за бороду…
– Ха-ха! Вот ты и попалась, негодная девчонка!
В его голосе слышалось торжество. На миг Бетси протрезвела. «Спятили? – решила она. – Причем все разом!» …Майя…
– Будешь знать, как глумиться над наукой! И кара, которая тебя не минует, да послужит уроком всем…
– Эй, отец, – Гор невозмутимо похлопал профессора по плечу, – ты не за кафедрой. По-моему, мы тоже в ловушке. И кара, которая нас с тобой тоже не минует, послужит всем уроком.
Кажется, напиток подействовал на Енски-младшего совсем иначе, чем на остальных.
– И вправду! – Взгляд археолога на миг стал прежним. – Тр-р-рубы Иерихонские, надо что-то делать!
– Что? – обреченно вздохнул Гор.
Странный напиток действительно почти на него не подействовал. Разве что навалилось безразличие – тяжелое, словно каменное. Да, они пропадут. То есть уже пропали. Все!..
– Для начала по крайней мере не сидеть сложа руки, уподобляясь тельцам, покорно ожидающим часа заклания.
Гор покосился на своего разговорившегося родителя. То, что профессор начал говорить высокопарным слогом, означало, что Енски-старший находится в прекрасной форме. В противном случае он бы принялся истреблять волоски из своей и без того жиденькой бородки.
– Смер-р-рть Изр-р-раилева! Мы сейчас что-нибудь придумаем!..
Енски-млаший оглянулся. Садху и Ахмед Малик удалились в другое помещение, откуда доносился невнятный гул. Не иначе, молятся или совещаются, что бы такого сделать с пленниками…
«Не принесут же они нас в самом деле в жертву Шиве? – прикинул Гор без всяких эмоций. – Шиве – нет, но этот тип что-то сказал про Кали. Тогда могут. Скорее всего задушат, туги обычно душат свои жертвы… Да, что называется, съездили!»
Енски-младший подошел к двери узилища и попробовал замок.
Подумал.
Ухватился руками за подковообразную дужку и попробовал согнуть ее. От усилия на лбу вздулись вены.
Бетси подошла и стала рядом. Поглядела.
…Ей почему-то вновь стало смешно.
– Получается?
Парень покосился на замок, вновь задумался.
– По-моему, нет.
И вновь впал в некое подобие прострации.
– Эх вы, молодежь! – послышался бодрый голос профессора. – Это ведь даже не сталь, это паршивая бронза. Где же ваши хваленые каратэ и тэквондо? Языком только чесать горазды! А ну-ка, ножкой его, ножкой!
– Пример покажете? – предложила Бетси, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Нет, положительно, денек выпал веселый!
– А что? И покажу.
Профессор легким движением вырвал из бороды волосок, сдул его с ладони, поправил челюсть – и внезапно сделал резкий выпад ногой…
– Пр-р-роклятие фар-р-р-раоново! – Что-то щелкнуло, звякнуло, треснуло – и дверца медленно, словно удивляясь сама себе, распахнулась. Бетси и Гор переглянулись, не веря своим глазам. Профессор же нисколько не удивился. – И фовафи Фефеон фойво… а
Фу ты, опять эта челюсть!
– И порази Гедеон воинство филистимлянское!.. Что, видели, молокососы? Ну, прошу на волю, господа!
Осторожно оглядываясь и стараясь не шуметь, они выбрались из клетки. Похоже, их никто не услышал, по крайней мере в пещере было по-прежнему пусто.
Бетси поспешила к алтарю. Кажется, здесь… Да, точно!
Среди сверкающей золотом культовой утвари лежала ее «астра». Самоуверенный Малик даже не удосужился спрятать пистолет понадежнее. А может, слишком доверился массивному запору на клетке.
Схватив пистолет, девушка быстро проверила обойму. Увы, на этот раз полицейский не оплошал – патронов не было, равно как и обоймы. Впрочем, Элизабет это не расстроило, а если и расстроило, то чуть-чуть. «Майя!» – вновь подумала она. И опять удивилась.
Итак, они на свободе. То есть не на свободе пока, но в всяком случае не в клетке. А что дальше? От профессор толку маловато, хоть он мастер ногами махать. А вот Гор…
Или наоборот? Девушке вновь стало смешно.
…Майя!
– Милейшая, а что вы это там делаете? – осведомился между тем Енски-старший. – Уж не грабежом ли промышляете?
Он тоже подошел к алтарю, быстро осмотрелся, взял в руки старинную курильницу.
– Очень хорошо! Восемнадцатый век, бронза. На аукционе за нее можно выручить тысячи три-четыре фунтов… И вот этот ритуальный ножичек с золотой колодочкой тоже ничего. Тысячи на две потянет. Ну что? Здесь поделим – или вначале вынос организуем?
Девушка удивленно поглядела на археолога.
– И не стыдно? – вставная челюсть грозно клацнула. – Я вас спрашиваю, мисс МакДугал, не стыдно воровать? Мы и так грабили эту несчастную страну и ее бедный народ несколько столетий подряд. Не пора ли остановиться?
…Бетси едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.
– Тише, ради бога, тише, – умоляюще прошипел Гор.
– Ты чего мне рот затыкаешь? – возмутился археолог. – Сговорились, да? Променял честь и совесть на эту Блудницу Вавилонскую? До воровства опустился, демократ паршивый!
Вот тут уже девушка не выдержала – зашлась смехом. Мужчины недоуменно уставились на веселящуюся «Блудницу Вавилонскую».
– Глубокоуважаемый профессор! – с трудом справившись с нелепым приступом хохота, выдохнула мисс МакДугал. – А откуда вам известно, что сколько стоит, а? Уже приходилось продавать? Или консультировали антикварную мафию?
…Енски-старший потупил взгляд.
– Да не нужны эти причиндалы! – Девушка махнула рукой. – Я взяла только то, что принадлежит мне. Вот!
Она продемонстрировала всем пистолет. Про то, что в нем нет патронов, говорить почему-то не стала.
– А такого добра на любой здешней барахолке навалом. Уж вам ли, специалисту, не знать об этом? Какой такой восемнадцатый век? Это же новодел, очень грубый, и не золото, а позолота! Или это тест на профессиональную пригодность?
Ученый задумался, хмыкнул, затем с интересом поглядел на Элизабет.
– Уели… коллега. Гм-м-м… Тогда позвольте задать вам вопрос…
– Не слишком ли мы заболтались? – вмешался Гор. – В любую минуту сюда могут вернуться хозяева и уж тогда… Давайте выбираться!
Никто ему не возразил. Профессор с сожалением бросил взгляд на золотой лингам, затем поглядел на своих спутников, словно прикидывая, под силу ли им троим будет унести реликвию; Вздохнул, повернулся к святыне спиной.
– Но куда идти?
– Я пришла оттуда. – Девушка показала направление. – Наши хозяева удалились туда. А вон в том углу есть еще один проход…
– Но почему просто не вернуться тем же путем, каким ты попала сюда? – удивился Гор.
– У меня есть резон задержаться здесь еще ненадолго, – усмехнулась Бетси. – Впрочем, никого не задерживаю.
– За кого ты меня принимаешь? – возмутился парень. – Чтобы я оставил тебя одну в этом притоне головорезов!
– Обо мне ты, конечно, не подумал, – фыркнул профессор.
– Так уходите, – в один голос сказали молодые люди.
– Не дождетесь! – отрезал археолог. – Обрадовались, волю почуяли! Нет уж, я с вами – из чисто научного интереса. За вами, мисс МакДугал, глаз да глаз нужен, а то искуситесь каким-нибудь артефактом, да еще этого недоросля на дурной путь собьете. Так что, ведите, хе-хе, Антигона!
– Не больно-то вы похожи на Эдипа, – хмыкнула девушка.
– Похож. Вокруг темнота, а рядом – сын-болван… Пошли!
Бетси нашла на том месте, где ее схватил Ахмед Малик, свой рюкзак. Да, не настолько он и профессионал, этот индийский «бобби» – запасная обойма оказались на месте, равно как еще кой-какие полезные мелочи, припасенные специально для непредвиденных случаев.
Все трое гуськом проследовали в указанное девушкой отверстие, служившее, как тут же выяснилось, входом в очередной пещерный зал.
Этот был намного меньше предыдущего, явно предназначенного для массовых молений. Теперь же они попали даже не в зал – в комнату. Обычную комнату идеальной прямоугольной формы с невысоким потолком. При желании можно было подпрыгнуть и дотянуться до него рукой.
Да, комната. И обставлена, словно прихожая в местном гостиничном номере: несколько пуфиков, невысокий стояк со стоящей на нем вазой для цветов. На стене темнеет зеркало…
Зеркало? А почему…
Бетси направила фонарика. К ее удивлению, тот не отразился от поверхности. Странно, очень странно…
«Майя…» – вновь скользнуло в сознании.
Девушка подошла ближе, за ней и все остальные.
– Да, это уже не новодел! – и профессор утвердительно клацнул челюстью.
Зеркало было большим, почти в человеческий рост. Оправой ему служили два слоновых бивня. Поверхность казалась тусклой, как бы оловянной, но отражение было ясным и четким. То есть…
– Вы… вы это тоже видите? – в невозмутимом голосе Гора прорезалось удивление.
Отражение только казалось таковым. На стенах комнаты, проступавшей из глубины зеркала, хорошо были видны барельефы, которых на самом деле не было и в помине. Рядом с отражением-столом застыло улыбающееся изваяние Парвати, увитое цветочными гирляндами.
– Любопытно, любопытно, – прищурился профессор. – Сдается мне, я знаю, что это за штуковина.
Молодые люди выжидательно посмотрели на ученого.
– По-моему, это зеркальце из той породы, что некогда мастерил ученик доктора Фауста Кристофор Вагнер…
– Черное зеркало? – воскликнула Бетси. – Вы полагаете?..
– Почему бы и нет? – невозмутимо ответствовал археолог. – Технологию его изготовления Вагнер вполне мог раздобыть в Индии. Я об этом писал года три назад в статье, напечатанной в «Абердинском археологическом ежегоднике».
– Надо же, – смутилась мисс МакДугал. – Как это я ее пропустила?
– Когда вам за вашими похождениями успевать следить за научной прессой? – снисходительно хмыкнул Енски-старший.
– Согласно легенде, эти зеркала показывали прошлое и будущее, позволяли читать в темноте самый мелкий шрифт…
– Совершенно верно, – поклонился ей профессор. – Насчет первого, само собой, сказки, а вот второе… Поэкспериментируем?
Он достал из кармана листок бумаги, оказавшийся медицинским рецептом. Профессор протянул его Гору.
– Попробуй прочитать. А вы, уважаемая, потрудитесь-ка выключить свой фонарик.
Бетси повиновалась. Комната погрузилась во мрак.
– Ничего не вижу, – признался Гор через некоторое время.
– Не торопись. Подождем немного. Ага, кажется, началось!..
В темноте появилось малиновое свечение. Тонкий луч вырвался из зеркала, дрогнул, затем начал расти…
– Вот дьявол! – не выдержала Бетси. – Оно работает!
– И не стыдно, леди. Где вы набрались таких дурных манер? – хмыкнул археолог. – Но вынужден с вами согласиться. Тр-р-рубы Иер-р-рихонские, что скажут мои болваны с кафедры?
Профессор погладил раму чудо-зеркала, осторожно потыкал пальцем в гладкую поверхность.
– Да, – признался он. – Уникальный артефакт. Подобного в Европе почти не осталось. По моим сведениям, нечто подобное было найдено в России в 60-х годах прошлого века, но после их Октябрьского переворота этот артефакт, увы, пропал. Так вы сюда прибыли из-за зеркала, мисс МакДугал?
Девушка лишь пожала плечами. Лгать не хотелось, говорить правду – тоже. Алекс Енски – личность весьма эксцентричная и непредсказуемая. Бог знает, что ему может взбрести в голову через пару минут? Бетси предпочитала иметь дело с людьми с более стабильной психикой. Например, с такими, как Гор. Правда, не будь профессора, они до сих пор сидели бы в клетке…
– Продолжим? – осведомился Енски-старший. Он подошел к зеркалу и, скрестив руки на груди, начал декламировать, прищелкивая челюстью:
– «Дух из зеркала, скажи, да всю правду покажи!» Хочу знать, что будет со мною в будущем! Да! Да! Со мною – и со всеми остальными!..
Он подождал, коротко хохотнул.
– Дисней, само собой, не подходит. В Голливуде всегда вольно обращались с классическими текстами. Ну, молодежь, давайте устроим мозговой штурм!
– У-у-у-у-у-у, – равнодушным тоном отозвался Гор. – Я – Великий Индиана Джонс, повелеваю…
– Принц, принц, я Дюймовочка! – подхватила Бетси, пытаясь побороть очередной приступ веселья. – Покажись, покажись!..
Увы, ни Индиана Джонс, ни Дюймовочка не помогли. Поверхность зеркала оставалась такой же спокойной и безучастной.
– Так, – задумался профессор. – Или оно не действует по определению, или мы просто валяем дурака, что вероятнее. Используем принцип Оккама и остановимся на втором варианте. Дисней и Спилберг здесь, само собой, не помогут… А ну-ка!
Енски прокашлялся, подступил ближе:
– Ом на'ма Шива!.. А ну-ка помогайте, бездельники, чего это я должен выполнять за вас всю работу? Ом на'ма Шива! Бам-бам-були! Ом! Ом! Ом!.. Ха-ха! Прошу убедиться!..
Зеркало и впрямь начало меняться. Его прежде тусклая гладь стала медленно наливаться угрожающей чернотой…
– Осторожнее, отец! – всполошился Гор, но профессор лишь досадливо отмахнулся, продолжая наблюдать и негромким голосом повторять мантры.
Теперь поверхность приобрела цвет расплавленной смолы. Она словно задышала, стала подергиваться мелкой рябью, как расплавленный битум…
Археолог подошел почти вплотную к зеркалу.
– Итак, система простая. Мантры служат своего рода резонатором… Ну, что дальше?
Черное зеркало дрогнуло, поверхность словно вскипела…
– Папа! – закричал Гор. – Назад!..
Поздно! Из глубины зеркала уже тянулось что-то длинное, неровной формы, чем-то похожее на пару щупалец. Профессор попытался отскочить… Не успел. Чернота оплела его со всех сторон, сбила с ног, потащила к кипящей поверхности. Гор кинулся вслед за отцом…
– Тр-р-рубы Иерихонские! – послышался довольный голос Алекса Енски. – Ага, действует! Поехали!..
Енски-младший ухватился за куртку родителя и тут же отдернул руку – жидкое пламя обожгло кожу.
– Бетси, помоги!
– Все, хватит! – тяжело выдохнул профессор, пытаясь оторвать черные щупальца от тела. – Хватит, говорю! Отпусти!..
Не помогло – как и совместная попытка Элизабет и Гора оторвать пленника от черной кипени.
– Пусти-и-и-и!..
Слабый вскрик – и археолог исчез в глубине зеркала. Поверхность еще несколько секунд волновалась, но потом вновь стала твердой, вернувшись к первоначальному тускло-оловянному цвету…
«Майя! – в который раз подумалось девушке. – Но ведь майя – это вроде как галлюцинация? Но как же так?»
Бетси протерла глаза. Теперь зеркало отражало именно то, что и должно было. Никаких барельефов на стенах, никакой статуи Парвати. В общем, никакой майи…
…И никакого профессора.
– Дьявол! Дьявол! Дьявол! – монотонно повторял Гор, тупо уставившись в зеркало. Внезапно он схватил со стола тяжелую металлическую вазу и принялся остервенело молотить по стеклу. Никакой реакции – зеркало было словно отлито из металла. Ни трещинки, ни царапинки.
Отстранив парня, Бетси прицелилась в зеркало из пистолета. Так тебе! Так!..
Пули бесшумно входили в темную поверхность, не причиняя ни малейшего вреда. Даже дырочек не оставалось – входные отверстия моментально затягивались.
«Ну вот, – тоскливо вздохнул Гор. – И зачем я только позволил своему старику тащиться в этот проклятый Амарнатх? Как я теперь без него? Даже похоронить – не похоронишь…»
– Не отчаивайся. – Бетси осторожно прикоснулась к его плечу. – Мы обязательно найдем профессора. Даю голову на отсечение, что с ним не случится ничего плохого. Не такой у него характер, чтобы пропасть! Кто-то просто решил поиграть с нами в кошки-мышки…
– Хороши игры, – отмахнулся Енски-младший, затем задумался.
– Все, Бетси, хватит! И вправду, заигрались мы тут… Нужно немедленно выбираться и идти в полицию!
– Какая полиция? – изумилась девушка. – Ты же видел, что Малик со всеми заодно.
– Малик – это еще не вся полиция, – возразил Енски-младший. – Можно рассказать обо всем Лал Сингху.
Последние слова он произнес не без некоторого сомнения.
– В конце концов обратимся к военным. Они тут все прочешут. А еще лучше – дозвонимся ближайшему британскому консулу. Все, уходим!
Видя, что с парнем спорить бесполезно, Бетси поспешила согласиться. Молодые люди направились к выходу из комнаты.
Недоуменно переглянулись.
Проход, которым они вошли в апартаменты с черным зеркалом, исчез, на его месте теперь темнела гладкая ровная стена. Не было даже щели, намекавшей на то, что еще совсем недавно тут находилось отверстие.
– Эй ты, шутник! – заорал Гор во весь голос. – Немедленно выпусти нас отсюда, а то хуже будет!
Стена не отреагировала, но, оглянувшись, Бетси невольно вздохнула. Отверстие появилось – но в противоположном конце комнаты. Енски-младший и девушка вновь переглянулись.
– Он хочет заставить нас играть по своим правилам, – заметила мисс МакДугал. – Он – или они. Предлагаю пойти туда, динамита у нас все равно нет, стены толстые…
Гор не стал спорить. Взявшись за руки, они медленно, озираясь на каждом шагу, подошли к открывшемуся входу и переступили порог. За ним оказалась огромная полутемная пещера.
Еще одна.
За спиной послышался легкий шорох. Бетси оглянулась – проход пропал без следа. Как и тот, первый.
«Браво», – мысленно похлопала девушка невидимым хозяевам. Ловко, любой голливудский режиссер позавидует. Исчезающие двери, черные зеркала, засасывающие людей. Оскар по спецэффектам гарантирован. А чего теперь ждать? Графа Дракулу? Дюжину бессмертных Горцев с мечами?
Бетси любила «жутики», но стать героиней одного из них никогда не мечтала.
– Мистика! Мистика и дьявольщина! – не вытерпел Гор.
– Ну насчет дьявольщины ты, пожалуй, загнул, – рассудила Бетси. – В индийской мифологии дьяволов как таковых нет. Зато есть демоны, увы, не менее вредные, чем наши рогатые и хвостатые. Ракшасы, пишачи…
Енски-младший задумался – и тут же сообразил, что размышлять ему становится все труднее. Мысли словно вязли, растворялись…
– А… А с демонами этими нельзя… Ну, договориться?
– Хочешь душу заложить? – вяло улыбнулась девушка и шагнула вперед, пытаясь осмотреться.
Пещера, где они теперь оказались, поражала своими размерами. И не столько вширь, сколько в высоту. Потолка не было видно, вместо него клубилось нечто, похожее на холодный пар, не давая взгляду измерить подлинное расстояние. Стены морщинились разнообразными уступами, наростами, каменными «пиками». Бетси с опаской поглядела по сторонам. За каждым из таких уступов вполне мог затаиться кто-то…
Оставалось пойти дальше, чтобы убедиться воочию. Пол под их ногами был покрыт толстым слоем пыли, на которой нельзя было увидеть ни единого следа. Гулкая, какая-то пустая тишина давила на нервы, раздражала своей густотой.
– Э-ге-гей! – закричал Гор.
– Э-ге-гей! – охотно отозвалось эхо.
– Есть тут кто живой?!
– …вой! …вой! …вой!..
– Похоже, мы здесь одни, – констатировал парень. – И какого дьявола нас потащили в эту пылищу и холодину?
В пещере и правда было достаточно прохладно.
– Хозяевам виднее, – рассудила Бетси. – Полагаю, у них были свои резоны. А вдруг мы бы все-таки умудрились испортить их зеркало? Тебе было бы не жаль подобной вещицы?
– Не жалко, – буркнул Енски-младший. – Костер развести, что ли? Поищем дровишек?
– Давай. Заодно получше рассмотрим нашу новую тюрьму.
Девушка с удовлетворением отметила, что ее спутник несколько успокоился. Вернее, парень и до этого был как-то странно спокоен, но реагировал он теперь как-то… правильнее. Как видно, новые обстоятельства отвлекли его от мрачных мыслей. Все верно, лучшее лекарство в таких случаях – смена обстановки и экстремальные условия…
Увы, похвастаться оказалось нечем. Луч фонарика выхватывал одни лишь валуны и камни помельче, запорошенные все той же унылой серой пылью. Ни поленца, ни даже жалкой веточки. Обнаружили только старый бронзовый нож с обломанным лезвием, для костра совершенно неподходящий.
А ко всем бедам начали садиться батарейки в фонаре. К счастью, в рюкзаке у Элизабет имелись запасные. Но и они долго не протянут. Хоть бы света лучик! Тьма, тьма, тьма…
Внезапно Гор, шедший чуть впереди, споткнулся – и рухнул на камни, подняв огромное облако пыли. Когда та улеглась, а молодой человек вволю отчихался, Бетси подошла поближе и включила фонарь на полный свет.
…Прямо перед ней лежала большая, примерно два на полтора метра, бронзовая плита. Очень старая, если судить по патине, въевшейся в поверхность. В былые времена плиту украшала то ли надпись, то ли изображение, но теперь что-либо разобрать оказалось мудрено.
Итак, бронзовая плита. Причем не первая.
– Как ты думаешь, что это? – поинтересовался парень.
– Похоже на надгробие, – пожала плечами девушка. – Или там очередной лаз. Или клад. Или там просто противопехотная мина.
– Кажется, все-таки надгробие. – Енски-младший присел, осторожно провел ладонью по зеленой патине. – Эх, нет тут моего старика!
– А он сказал бы, что открывать старые могилы очень опасно, – резонно заметила Бетси. – И напомнил бы тебе о проклятии фараонов. Там вполне могли сохраниться какие-либо бактерии, микробы… Дохлые крысы, – добавила она не без дрожи в голосе.
Гор дернул щекой.
– А чего нам, извини, теперь бояться? Мы и так заживо погребенные. Но ты, на всякий случай, отойди подальше. И держи фонарь, чтобы я мог видеть.
Гор поддел угол плиты найденным ножом. Нож тут же сломался, однако и плита слегка сдвинулась с места. Енски-младший сцепил зубы и что есть силы рванул плиту на себя. Старая бронза поддалась и… разломилась на две части. Не ожидавший такого слабого сопротивления молодой человек с трудом удержался на ногах.
– Фу-ты, гадость! – поморщился он, отряхивая руки. – Совсем истончилась от старости. Труха! Сколько же лет она здесь так пролежала, наверное, с тысячу, не меньше?
– Вполне возможно, что и больше, – согласилась девушка. – И что там?
– Кажется, могила. Ну-ка, ну-ка…
Фонарик осветил прямоугольную выемку в каменном полу. Не менее двух метров, края гладкие, словно полированные. Глубиной метра полтора. Гор осторожно заглянул…
– Бетси! Иди скорее! Ты не поверишь!..
Мисс МакДугал подошла и тоже посмотрела в выемку.
– Действительно…
Скелет… Гигантский костяк в полном боевом вооружении. Доспехи – шлем, нагрудник, наплечники и налокотники, поножи, небольшой круглый щит – из чистого золота, усеянные чуть припорошенными пылью драгоценными камнями. Истлевшие руки сжимали искривленный меч из непонятного темного металла. Ножны лежали рядом со щитом, там же находился золотой колчан-горит. Когда-то он был полон стрел, но за долгие годы дерево истлело и от некогда смертоносных молний остались одни наконечники, кучкой лежавшие рядом с торитом.
Но самым интересным было не золото, не драгоценные камни и даже не саблевидный меч, сделанный из неведомо чего. Скелет! Он же… Это же!..
Мертвый воин не был человеком. Это было ясно с первого взгляда. Череп, пальцы рук, короткие ноги…
– Обезьяна? – поразился Енски-младший. Он не ошибся – перед ними лежал скелет гигантской обезьяны. Тяжелые надбровные дуги на низком покатом лбу, выпирающая вперед нижняя челюсть с изогнутыми полусгнившими клыками. И мохнатая длинная седая борода поверх нагрудника.
– Силы небесные! – Гор поспешил перекреститься, что бывало с ним чрезвычайно редко. – Что это за кошмарище?
– Понятия не имею, – растерянно проговорила девушка. – То ли нам мерещится… То ли мы с тобой нашли могилу какого-нибудь царя обезьян. Может быть, даже самого Сугривы или Ханумана. Впрочем, нет, тот, кажется, бессмертен, Рама даровал ему вечную молодость… Но даже если это и не Хануман, то все равно невероятно…
Девушка склонилась над могилой, осторожно притронулась к клыкастому черепу.
– Подумать только! Выходит, данные «Рамаяны» о царстве обезьян-воинов – не просто красивые сказки, а вполне достоверные предания…
– …Или предки господина Малика просто похоронили свою домашнюю обезьяну, нарядив ее в доспехи, – резонно возразил несколько пришедший в себя Гор. – Вопрос в том, удастся ли нам вынести эту сенсацию на поверхность?
Он тоже склонился над могилой.
– Извини, друг, за беспокойство. Но нельзя ли поближе рассмотреть твой ножичек? Уж больно он любопытен.
Гор вынул меч из распадающихся пальцев. Пристроил оружие поудобнее в руке, сделал пару рубящих движений…
Меч казался почти невесомым и словно созданным для Енски-младшего – рукоять идеально подходила к его ладони. Столетия пощадили металл – казалось, соприкасаясь с воздухом и разрезая его, оружие поет.
– Прекрасная вещь! – восхищенно цокнул языком молодой человек.
– Ну и кто тебе разрешил брать чужое? – послышался ехидный голос у него из-за спины.
Гор быстро обернулся – перед ним стоял воин-обезьяна собственной персоной.
А еще точнее – Обезьян.
Парень скосил глаза в сторону могилы – костяк и доспехи были на месте. И в то же время вполне реальный двухметровый примат в золотых доспехах щерился на англичанина желтыми изогнутыми клыками. Да еще и разговаривал, причем по-английски с йоркширским акцентом. Почему-то именно это показалось молодому человеку удивительнее всего. Он отскочил назад и встал рядом с Элизабет.
– П-послуш-шай, – заторопился он. – Ты видишь то же, что и я?
– А что ты видишь? – поразилась девушка.
– Вот этого парня. – Гор ткнул пальцем в сторону восставшего из могилы Обезьяна.
– Да ну тебя! – отмахнулась Бетси. – Шуточки твои… Здесь никого нет, кроме тебя, меня и обезьяньего остова.
– Разве ты не видишь? Зверюга, в доспехах да еще с йоркширским…
Мисс МакДугал на всякий случай отодвинулась подальше от взволнованного парня. Нечего и говорить, что никакой обезьяны она не видела – кроме той, чьи кости лежали в яме.
«Нервная горячка, – рассудила она. – Перенервничал. Так, сейчас за меч схватится… Уже схватился!.. Ай! Не заразиться бы, вдруг и в самом деле…»
Между тем Гор, сообразив, что помощи не будет, собрался с силами и шагнул вперед.
– Эй, вздорная обезьяна! А ну, убирайся-ка назад, в преисподнюю – или откуда ты там пожаловала!
– Ты груб и невоспитан. – Обезьян обиделся и показал парню язык.
– Да с кем ты разговариваешь, Гор? – закричала изрядно испуганная Бетси.
– С покойником, ясное дело, – отмахнулся парень.
– Сам ты покойник, – еще пуще обиделся Обезьян, – или сейчас станешь им. Молись своим богам, может, помогут. Хотя… Нет, не помогут!
Откуда-то из-под панциря Обезьян вытащил длинный аркан и принялся раскручивать его над головой. Гор взял меч на изготовку, приготовившись рубить супостата.
…Мисс МакДугал отступила на несколько шагов в глубь пещеры, на всякий случай приготовив пистолет. Для начала – предупредительный…
Аркан свистнул в воздухе. Миг – и парень оказался опутанным прочной веревкой, да так, что пошевелить руками не было никакой возможности. Гор принялся извиваться, пытаясь ослабить веревку, но еще больше затянул узел. Меч со звоном выпал из рук.
…Девушка увидела, как руки Енски-младшего безвольно опустились. Как он задергался, выронил оружие.
«Прекрасно! – вздохнула она. – Стрелять не придется».
Между тем Воин-Обезьян гордо поглядел на связанного противника – и внезапно, широко разведя руки, махнул ими в воздухе. Миг – и из-под рук показалось что-то, напоминающее плащ. Выходец с того света передернул плечами, и Гор понял, что это вовсе не плащ – крылья, огромные, перепончатые, словно у гигантской летучей мыши.
– Твоя взяла! – признал Енски-младший. – Только отпусти!
– А вот сейчас, – охотно согласился Обезьян. – Но сперва полетаем.
Тяжело взмахнув крыльями, он взмыл вверх, к потолку. Веревка, державшая Гора, резко натянулась…
– Бетси! – заорал парень. – На помощь! Он сейчас меня утащит!
Ничего не понимающая девушка подскочила к Гору, попыталась схватить его за плечи.
Не успела.
Ноги парня дернулись, оторвались от пола. Гор подпрыгнул – и оказался в нескольких метрах над землей.
– Бетси-и-и-и-и!
Извивающееся тело медленно поднималось к потолку, исчезая в клубах тумана.
– Бетси! Стреляй в него! Он меня уронит, я разобьюсь! Стреля-я-я-й!!!
Девушка вскинула руку с «астрой» и тут же опустила. Стрелять? Куда? В кого? И что это за упражнения в левитации?
– Гор! – строгим голосом велела она. – Немедленно спускайся вниз! Пошутил – и хватит. Спускайся, кому говорю!
Тщетно! Парень все так же плавно уходил ввысь. Минута – и его крики умолкли где-то за туманом.
– Гор! – позвала девушка, бессильно опускаясь на пыльный каменный пол. – Не надо! Я же с ума сойду! Уже схожу! Сошла…
Вместо ответа откуда-то из поднебесья упал ботинок.
Левый.
…Когда мисс МакДугал нашла в себе силы встать и оглядеться, она поняла, что могильная выемка пуста. Ни костей, ни доспехов.
Майя. Всего лишь майя…

Глава шестнадцатая
БЛУЖДАНИЕ В ПОТЕМКАХ

Оставшись совсем одна, Бетси поняла, что самое скверное только начинается. А во всех тяжелых испытаниях, как правило, всегда предают – исключений обычно не случается. Не было их и на этот раз.
Первым предателем оказался фонарик. На мгновение его свет стал чуть более ярким, словно он, как человек перед смертью, попытался напомнить о себе, а затем вокруг стало темно. Бетси потрясла его, на ощупь вынула продолговатые цилиндрики батареек и хорошенько побила о камень. Случалось, эта несложная процедура возрождала их к жизни на несколько минут.
Ничего не вышло. Тогда Бетси вспомнила о стратегическом резерве, спрятанном в рюкзаке. Нащупала во тьме батарейки, волнуясь, зарядила фонарь.
Включила…
Предательство номер два. С запоздалым сожалением Бетси сообразила, что запасные батарейки куплены на рынке в Сринагаре. Все ясно!
Она сидела, прислонившись спиной к неровной холодной стене, и начинала себя потихоньку жалеть, что было весьма плохим признаком. Ну ничего, со зрением неувязка, зато оставались слух и осязание…
Элизабет встала, оперлась рукой о стену. Итак…
Итак, она пришла… слева. Именно там оставались профессор и Гор.
Девушка помотала головой, поправила рассыпавшиеся по плечам волосы…
…Нашли время, предатели!
Ладно, потом, все потом! Привести волосы в порядок, подумать о том, что случилось с Алексом Енски, с Гором…
…Хороший парень, этот Гор! Только… Медленный какой-то! Зато имя красивое.
И о том, что случилось, – тоже потом. Сейчас надо найти выход, выход, выход…
…Направо – темный коридор, менее всего туда хочется соваться, однако придется, иного пути нет. Хорошо, что в обойме еще есть патроны. Сколько? Три? Два? В следующий раз надо будет обязательно взять с собою пистолеты, как-нибудь договориться с таможней – или переслать их заранее по верному адресу верному человеку. Только где его найти, верного?
Что там?!
Страх уже не прятался – стоял рядом, заглядывал в лицо. Бетси привыкла видеть врага, а тут лишь холодный густой мрак, в котором что-то незримо движется… вот, например, там, а может, вон там…
Девушка невольно зажмурилась, представив, что у противоположной стены сидит кто-то высокий, согбенный, поросший шерстью, опустив длинные когтистые руки, и смотрит на нее сквозь темноту большими круглыми глазами. Убитый йети, который погиб из-за нее, из-за того, что она захотела заработать и получить этот дурацкий бивень… А может, не сидит, а протягивает к ней свои лапы и сейчас схватит за щиколотку и потащит к себе?
Выстрелить? Просто так, на всякий случай? Но если стрелять во все призрачные страхи, никаких патронов не хватит. Да и рикошет в узком каменном коридоре опасен – не хватало только получить свою же собственную пулю.
Бетси поежилась и осторожно присела, поджав ноги.
Нет, так не годится, нужно быть серьезнее. Обычно того, что ты себе навоображаешь, не существует. Как гадкий бука в темном углу детской комнаты – его там нет до тех пор, пока ты сама его не придумаешь.
…Как это Амода говорил? Насчет придумать?
А зачем придумывать?
Правильно, незачем. Все в мире должно иметь объяснение, и даже исчезновение Енски тоже должно иметь объяснение. А если она будет сидеть здесь вот так, то всего лишь простудится и замерзнет в этом проклятом подземелье, тем паче становится все холоднее и холоднее…
А почему, кстати?
Слева, то есть оттуда, откуда Бетси пришла, ощутимо потянуло ледяным ветром, словно открылась дверца огромного рефрижератора, наполненного мясными тушами, висящими на крючьях под потолком.
…Рефрижератор тут же ярко нарисовался в воображении. Да, свиные туши, а среди них на крюке – окровавленный профессор Енски, подцепленный за нижнюю челюсть. Ноги слабо подергиваются.
Тьфу! Бетси потрясла головой, прогоняя наваждение. Что бы там ни дышало холодом, отсюда надо уходить. Согреться, подвигаться… Насморка только не хватало!
Девушка крепче сжала в ладони пистолет, поднялась и решительно зашагала во тьму, выставив одну руку вперед, чтобы не наткнуться на какой-нибудь сюрприз.
Метров через двадцать рука коснулась стены. Кажется, она была украшена изразцами – пальцы нащупали аккуратные швы между гладкими квадратиками. Коридор уходил вправо под прямым углом, и девушка с удивлением сообразила, что стены его слабо светятся. Ура! Ура и аллилуйя! Читать, конечно, не станешь, но кое-как ориентироваться все же можно. Приятный подарок, ничего не скажешь!
Холод за спиной немного поотстал, к тому же Бетси прибавила ходу, не боясь теперь удариться лбом о выступающий карниз или свалиться в бездонную яму. А таких на пути попалось уже две, не очень широкие, зато глубокие, словно колодцы. Бетси перепрыгнула их без особого труда, но тут же с ужасом подумала, что будет, попадись ей яма диаметром метров пять…
Под башмаком жалко хрустнул крысиный скелетик – они довольно часто попадались на полу, то целые, то разбросанные как попало, словно их обладателя кто-то сожрал, а потом тщательно обсасывал косточки.
Фу!
Но на душе стало уже легче, и даже страх куда-то делся. У любого коридора есть конец – то ли выход, то ли тупик. Если выход – замечательно. Если тупик – вернемся и попробуем начать все сначала.
А это что?!
Бетси остановилась, прислушалась. Секунду назад в коридоре за ее спиной раздался стук, словно упало нечто небольшое, но тяжелое. Но сейчас все было тихо.
Девушка вытерла внезапно вспотевшее лицо. Бояться ни к чему, в заброшенных подземельях могут обитать самые разные и вполне реальные существа: те же крысы (бр-р-р!), летучие мыши, змеи и ящерицы, и даже что-нибудь покрупнее. И все они скорее всего боятся сейчас Элизабет куда больше, нежели она их. К тому же у нее есть пистолет…
«Ах, у тебя есть пистолет?» – ехидно спросила Бетси, Которая Внутри.
…У каждого есть свой Внутренний Голос, склонный появляться в самые неподходящие моменты и канючить по любому поводу. Бетси называла свой – «Элизабет, Которая Внутри», и эта особа чаще всего проявляла себя опасной истеричкой.
Вот и сейчас…
«Пистолет, дорогуша? А как же история с йети? Ты могла с таким же успехом кидаться в него карамельками или пугать хлопушкой».
– Осечка, – пробормотала Бетси себе под нос. – Любое оружие способно давать осечку. Первый раз – осечка, а второй раз я просто не попала. Или даже попала и ранила. Оружие в полном порядке. Когда убила я крысу…
«А если опять осечка? – не переставала донимать Бетси, Которая Внутри. – Он открутит тебе голову и будет глодать твои длинные красивые ноги…»
– Йети мертв, – проговорила девушка вслух. – А больше здесь не может быть никого, кроме всякой мелочи…
В ушах послышался ехидный смешок. Бетси, Которая Внутри веселилась. «Мелкие твари… О, эти мелкие твари! Представь себе сотню крыс величиной со скотчтерьера, которые очень голодны! Очень, очень! Они хотят мяса, розового парного мяса! А вдруг они за этим поворотом ждут тебя? И что ты сможешь? Убьешь одну, две, потом кончатся патроны и ты станешь давить их ботинками. Убьешь еще десять, ну двадцать, а остальные сожрут твой мозг и вылижут твой череп изнутри! Хи-хи!»
– Что за дьявол? – Девушка остановилась. К разговорам с Элизабет, Которая Внутри, она уже притерпелась (после возвращения – немедля к психотерапевту!..) Но выражение «вылижут твой череп изнутри» для нее было совершенно чужим, непривычным. Казалось, это произнес кто-то другой, куда более искушенный в подобных вопросах… Так сказать, специалист.
«Теперь ты думаешь, что сошла с ума или тебе кто-то подсказывает эти слова?» – не без ехидства поинтересовался «кто-то другой».
– Я не сошла с ума, и никто мне ничего не подсказывает! – твердо во весь голос проговорила Бетси. – А психотерапевт у меня очень хороший…
За поворотом никаких крыс не обнаружилось, зато имелась иная ожидаемая напасть – тупик. Коридор упирался в глухую стену. Впрочем, не совсем глухую – на уровне колен в стене был пробит продолговатый паз, из которого торчал рычаг длиной в полметра. Девушка подошла, нагнулась, нерешительно коснулась пальцами холодного металла. Почему он расположен так низко? Бетси представились уродливые карлики, скитающиеся по подземному лабиринту и нажимающие на подобные рычаги…
Оставалась испробовать. Рукой рисковать не хотелось, и девушка просто наступила на рычаг ногой. Он подался неожиданно легко, что-то заскрипело, послышался отдаленный шум воды, и слева открылось небольшое – в метр – отверстие, так что проникнуть через него предстояло не иначе как на четвереньках.
– Надеюсь, с другой стороны никто не ждет меня с топором, – мечтательно проговорила Бетси, садясь на корточки и просовывая в отверстие голову.
«Как же!» – фыркнул неведомый «кто-то другой».
Но Бетси уже проскользнула в проем и очутилась в квадратной комнате, освещенной находящимся в потолке отверстием. Сквозь крохотную, где-то с ладонь, дыру виднелось голубое небо, но добраться до него не представлялось возможным – чересчур высоко.
Девушка поглядела на недоступную небесную синь, вздохнула… Ну ладно, что тут еще есть?
Посередине комнаты находился пересохший водоем в форме овальной чаши. Стены не имели никаких барельефов или украшений, возле одной них стояла рассохшаяся деревянная скамья, усыпанная истлевшими листьями и цветами. Пахло пылью и плесенью. Зато не было ни чудища с топором, ни самого топора.
«Пожалуй, здесь можно передохнуть», – подумала Бетси.
Она села на скамью, тревожно пискнувшую, но выдержавшую.
Итак, снаружи – день…
День? Интересно, сколько же времени она пробыла под землей? Часы почему-то не работали, хотя надежная машинка от «Омеги» никогда еще не подводила.
Итак, снаружи день, хорошая погода, часы не работают, есть нечего… Значит, надо поспешить. Но как выбраться из этой комнатки, если только не возвращаться назад в коридор?
…Выход Бетси обнаружила после долгих поисков, да и то совершенно случайно – поставила ногу на край чаши-водоема, и та неожиданно сдвинулась на пару сантиметров. Приложив немало усилий и отодвинув чашу в сторону, девушка увидела люк и уходящие вниз крутые каменные ступени.
Спускаться вниз не хотелось, тем более всего в нескольких метрах над головой сквозь отверстие были видны плывущие по небу облака, пролетевшая в вышине птица… Увы, ничего другого не оставалось. Тяжело вздохнув, Бетси нащупала ногой скользкую осыпающуюся ступеньку. Вперед! То есть вниз!
Лестница изгибалась под немыслимыми углами, падавший из люка неверный свет быстро исчез, и Бетси то и дело представлялось, как она оступится, потеряет равновесие. А вокруг была пустота – черная, выжидающая.
Ступени все не кончались. Вниз, вниз, вниз…
Ей казалось, что она уже спустилась метров на двести. Или на все триста – ориентацию Бетси уже давно потеряла. Но лестница продолжалась, а вокруг слышалось хлопанье сухих кожистых крыльев, тихое попискивание, далекая капель, мелкий цокот осыпавшихся из-под подошв и улетавших в никуда камешков…
Когда ее нога уперлась в пол, Бетси даже не поверила, что спуск закончен. Кромешная темнота не давала возможности определить, куда она попала – в огромный зал, высеченный в скале, или в небольшую комнатку, из которой, вполне возможно, даже нет выхода. Осмотреться бы! Да как осмотришься, если проклятый предатель-фонарь…
Спички!
Бетси засмеялась и хлопнула себя по лбу. Звонкий шлепок эхом отлетел от стен. Спички! Отличные туристические спички, целых две коробки! Или мрак подземелья слегка помутил ее разум, или человеку всегда свойственно не замечать самое очевидное, но она до сих пор так и не догадалась воспользоваться коробками, спрятанными в специальных кармашках на поясе. Быстро достав один из них, Бетси чиркнула спичкой. Огонек мог гореть значительно дольше, нежели у спичек, которыми все привыкли пользоваться на кухне – дерево имело специальную пропитку.
Ага, ясно! Зал!.. Да, еще один зал, большой, просторный, чем-то напоминающий перевернутую кофейную чашку. Размером он был с теннисный корт, и выходов имелось целых пять – одинаковые прямоугольные проемы, над каждым из которых Бетси заметила полустершиеся изображения, прямо как в игре «Нехеn».
«Ненавижу «Нехеn»! – подумала Бетси, но все же подошла к ближнему выходу, поднимая спичку повыше.
…Тигр. Резец неведомого художника немногими движениями показал ярость и силу великолепного зверя. Так, что там дальше?
…Лотос… Большая лягушка с разинутым ртом… Человек со странным предметом в руке, напоминающим зонтик… Слон… Слон?
Подумав, Бетси решила заглянуть именно сюда, тем более слон выглядел добродушно – не так, как оскаленный тигр, пучеглазая лягушка или странный человек. Даже в лотосе таилось что-то недоброе, словно в любую минуту мирный цветок готов был обернуться колючим уродцем с ядовитыми шипами.
Еще раз подивившись таланту давно умершего мастера, Бетси зажгла новую спичку и шагнула в проем под изображением слона. И…
И тотчас каменные плиты под ногами разъехались в стороны. Бетси поняла, что летит куда-то вниз – и тут же с головой ушла под воду.
…Вот и верь слону после этого!
Вода оказалась ледяной, да и чего еще можно было ожидать от пещерного озера? Несколько секунд Бетси барахталась, ничего не соображая, но потом несколько пришла в себя и прежде всего постаралась отыскать выпавший из руки коробок. К счастью, спички были непромокаемыми, так что с ними ничего не могло случиться.
Девушке повезло – коробок плавал совсем рядом. Огонек высветил уходящие вверх базальтовые стены и черную неподвижную воду.
Бетси попыталась приподняться, вытянула шею. Сколько пришлось падать? Метров пять, не меньше. Колодец оказался довольно узким. Бетси поправила рюкзак, подтянула ремень, уперлась спиной в одну его стенку, а ногами – в другую и мало-помалу стала подниматься наверх. После ледяной ванны ее трясло, но напряжение тут же прогнало озноб прочь.
Неровности стены впивались в спину, ноги предательски дрожали. Проклятая ловушка! Тем не менее Элизабет не покидало ощущение, что в других проходах ее ждали куда более изощренные, если не смертельные сюрпризы. Хотя и этот может оказаться очень даже опасным, если, например, плиты пола после ее падения снова сдвинулись…
Слава богу, проем оказался открыт. Бетси уцепилась за неровный край колодца, подтянулась и, оттолкнувшись ногами, оказалась на твердой поверхности. Она нашла в себе силы отползти подальше от коварной ямы, попыталась выжать мокрые волосы, но почувствовала, как перед глазами закружились серые тени…
Открыв наконец глаза, девушка долго пыталась вспомнить, где находится. Потом кое-как отжала волосы, вылила остатки воды из обуви… Оружие не пострадало, но кто знает, как оно поведет себя в решающий момент? Ну, что там дальше? Бассейн с горячей смолой?
Коридор уходил вверх, и Бетси вновь поймала себя на мысли, что происходящее напоминает ей компьютерную игру. Таинственные подземелья и переходы, проваливающиеся под ногами лестницы, секретные рычаги и кнопки, которые открывают не менее секретные двери… Вот только неизменных монстров пока довольно мало. Хотя…
…Впереди, всего в нескольких метрах, проход преграждала огромная фигура, упирающаяся головой в низкий потолок и окруженная трепещущим желтоватым ореолом. В его неверном свете Бетси сумела рассмотреть, что стены сплошь покрыты мелкой филигранной резьбой-орнаментом, кажется, очень красивым… Увы, разглядывать все это было некогда – перегораживающий коридор незнакомец двинулся навстречу.
– Я ударилась головой, – негромко, но твердо проговорила девушка. – Здесь никого нет, я просто…
Бетси отступила на несколько шагов, выставила перед собой пистолет, но стрелять не решалась. Палить во всех встречных – дурной тон, может быть, это светящееся не хочет ее есть?
…На играющей желтыми сполохами поверхности медленно проступала ухмыляющаяся крысиная морда.
– Не трогай меня-я-я-я-я! – заорала что есть духу девушка, когда крыса протянула к ней сложенные лодочкой лапы.
– Я не собираюсь тебя трогать, о Женщина Из Далекой Холодной Страны…
Бетси замерла – слова сами собой рождались в сознании, словно с ней заговорила Бетси, Которая Внутри. «Глюк, Который Внутри», – вздохнула девушка.
– Я – Мушака Краунча…
«Глюк по имени Мушака… Мышака Глюкаунча. Очень приятно! А что, если и это – майя?»
Бетси покосилась на чудище. Увы, крыса выглядела вполне материальной и очень конкретной. Словно подтверждая этот вывод, она уселась на пол, потешно подобрав под себя лапы. Присмотревшись, девушка вынуждена была признать, что телепатирующий грызун не имеет ничего общего со своими отвратительными соплеменниками. Он больше напоминал хомяка или морскую свинку – такой же добродушный, безобидный, раскормленный.
– Откуда ты меня знаешь? – спросила Бетси просто для того, чтобы услышать свой голос.
– Я тебя не знаю, о Женщина Из Далекой Холодной Страны. Я просто чувствую, что ты здесь чужая. Уходи!
«Да с удовольствием!» – хотела ответить Бетси, но внезапно услыхала собственные слова:
– А если не уйду?
– Ты навлечешь на себя гнев…
Крыса яростно почесалась. Призрачные или нет, но блохи ее явно донимали.
– Твой гнев?
– Я всего лишь страж, о Женщина Из Далекой Холодной Страны. Я не должен пропускать того, кто идет по этому коридору. Я не хочу причинить тебе зло, но таков мой долг…
Бетси задумалась. Грустный охранник не вызывал особого страха, но если он действительно поставлен охранять проход, то очень просто может открутить ей голову, а потом, вполне возможно, даже поплакать над ее бездыханным телом и посетовать на судьбу. Такой вариант Элизабет ничуть не устраивал.
– А я могу вернуться назад? Там есть выход?
Грустен был взгляд крысиных глаз.
– Там нет выхода, о Женщина Из Далекой Холодной Страны. Ты не можешь вернуться назад и не можешь пройти вперед, поэтому…
Крыса снова заскреблась, задергалась. Все-таки блохи!
– Поэтому ты обречена остаться здесь, со мной, и провести здесь недолгие годы своей жизни.
Все стало ясно. Ни вперед, ни назад, а здесь – огромная блохастая крыса.
– Кусают? – сочувственно поинтересовалась девушка, когда крыса в очередной раз запустила лапу в желто-серую шерсть.
– Нет сил моих! – простонал страж, демонстрируя крупные кривые клыки.
– Погоди-ка…
Девушка быстро скинула рюкзак. Где-то здесь… Только бы не вышло так, что она оставила баллончик наверху или… Слава богу, вот он!
– Что это у тебя, о Женщина Из Далекой Холодной Страны? – подозрительно вопросил Мушака Краунча.
– Репеллент, – сообщила девушка. – Это, м-м-м… Магическое снадобье. Оно тебе поможет.
– Его нужно съесть? Может быть, ты хочешь отравить меня?
Страж попытался скорчить угрожающую рожу, но эффект тут же был испорчен очередной порцией хаотичных почесываний.
– Его не нужно есть, – вздохнула Бетси. – Не то ты и в самом деле отравишься. Нужно снять колпачок – смотри, вот так, – потом нажать вот на эту штуку, и отсюда брызнет то самое магическое снадобье. Нанеси его на места, где особенно кусают эти…
Девушка хотела сказать «блохи», но не решилась, ибо не была уверена, что крысу беспокоят именно они.
– Думаю, это должно помочь.
– Попробую, – нерешительно проворчал страж.
Баллончик исчез в его огромной лапе. На секунду Бетси почувствовала исходящее от желтой шерсти электрическое покалывание и поспешила отдернуть пальцы.
Страж между тем принялся щедро опрыскивать себя со всех сторон. Опустошив баллончик, он снова уселся на пол и застыл в ожидании. Бетси ничего не оставалось, как наблюдать за ним, гадая, окажет ли качественная британская химия должное воздействие на индийских, да к тому же призрачных, паразитов.
Прошло около получаса, и девушка не без удовлетворения констатировала, что страж скребется все реже. Похоже, крыса и сама это осознала, потому что спустя еще минут двадцать решительно отряхнула шерсть и хмыкнула:
– Надо же! Ты меня не обманула, о Женщина Из Далекой Холодной Страны! Что я могу сделать для тебя?
«Наконец-то!» – Бетси нетерпеливо вскочила и тут же поморщилась – оказывается, она умудрилась где-то ударить колено.
– Хочу пройти дальше по коридору. Если там, конечно, есть выход.
– Там есть выход, но тебе нельзя идти дальше по коридору, ибо какой же я страж, если пропущу тебя? – с явным сожалением заявила крыса. – Придумай что-то иное. Может быть, ты хочешь алмаз? Или рубин?
– Не нужен мне твой рубин, – вздохнула девушка. – И алмаз не нужен. Пропусти, а?
Ответа она не дождалась. Итак, нет на земле справедливости. И под землей тоже. Но должен ведь быть какой-то выход? Должен быть!
– Послушай, а какова твоя главная обязанность, страж?
– Я должен задерживать здесь всех, кого увижу, будь то человек, зверь или бесплотный дух… – заученно телепатаровала крыса, с интересом рассматривавшая опустевший баллончик. – Знакомые буквы! Я видел эти буквы в одной книге, она была у человека из твоей страны, что приходил сюда много лет назад. Может быть, сто. Или сто пятьдесят.
– И что с ним стало? – заинтересовалась девушка.
– Я – страж. Я не мог пропустить его, – совсем по-человечески развела лапами крыса.
– Неужели съел?!
Крыса потупилась, а Бетси невольно ужаснулась судьбе какого-то солдата или офицера колониальных войск, а может, даже коллеги-археолога, забредшего сюда еще, наверное, в годы восстания сипаев.
Стоп! Этот Мышака Глюкаунча сказал: «Я должен задерживать всех, кого увижу». Всех, кого увидит!
– А если ты меня не будешь видеть?
– Что? – не понял Мышака.
– Если ты отвернешься, а я пройду мимо? Ты меня не увидишь, а значит, не нарушишь приказ. Верно? А я постараюсь, как только попаду домой, послать тебе целый ящик этого снадобья и попрошу местных жителей, чтобы они бросили его вниз, а ты уж сам найдешь.
Мушака-Мышака задумался. Это давалось ему не без труда, мохнатые брови шевелились, пышные усы топорщились, словно грызун и впрямь что-то хотел сказать вслух, а не просто послать мысль в голову собеседницы.
– Хорошо! Я отвернусь, о Добрая Женщина Из Далекой Холодной Страны, – прогудел он наконец, закрыл глаза, встал лицом к стене и даже прикрыл лапами уши.
Бетси на цыпочках проскочила мимо него, быстро оглянулась:
– До свидания, добрый страж!
А теперь ходу, пока Глюкаунча не передумал!
…Отбежав подальше, девушка твердо решила, что обязательно выполнит обещание и отправит доброму Мышаке упаковку репеллента вместе с противоблошиным ошейником. Вот только размер!.. Для ирландского волкодава – и тот маловат будет…
Впрочем, о подходящем ошейнике можно подумать и потом. Коридор расширился, нога ткнулась о невысокий каменный порог.
Зал.
Еще один.
Небольшой, круглый, зато с тремя дверями.

Глава семнадцатая
ГДЕ ОБИТАЕТ ПРОШЛОЕ

Опять! Бетси повела плечами, сбрасывая усталость, помассировала ноющую шею. Однако настроение ее заметно улучшилось. Что ни говори, а она до сих пор жива, здорова и, кроме того…
И кроме того, разве это главное? О таком она даже не мечтала – уникальный подземный храмовый комплекс, никем еще не описанный, никому из ее коллег не известный! Жаль, нет времени все внимательно осмотреть, зарисовать, сфотографировать. О чертежах и думать не приходится…
Но все равно – здорово! В душе проснулся давний азарт. Что бы ни случилось дальше, она приехала сюда не зря. И того, что удалось увидеть, хватит для целой книги.
Мисс МакДугал вздохнула. Книгу-то она напишет, да только уважаемые коллеги в лучшем случае отвернутся. Это в лучшем…
«Гробокопательница, – горько усмехнулась Бетси! – Это, стало быть, я, а они, видите ли, архангелы! Никого же не удивляют альпинисты или приверженцы подводного спорта. Любительская археология – это такой же экстремальный вид спорта, с риском, опасностями… Попробовали бы эти эстеты поискать артефакты под пулями или в подземелье с говорящими крысами! Да только разве им объяснишь? Профессор Енски, неглупый вроде бы человек. И не трус…»
Девушка мотнула головой, поправила волосы.
«Ну и пусть! Шлиман был тоже гробокопателем. Я по крайней мере не прошибаю траншеями культурный слой и не фальсифицирую результаты… Так что каждый делает свое, я тоже, но для начала… Для начала следует отсюда выбраться. Какая же из трех дверей?»
Девушка зажгла спичку, чтобы лучше осмотреться, – и тут же обнаружила, что рядом с дверьми воткнуты факелы. Отлично!
Сухое просмоленное дерево вспыхнуло от первой же спички. Ну-ка, ну-ка…
На вид все двери были одинаковыми – бронзовые, старинной работы, с одной и той же надписью на санскрите:

ЗДЕСЬ ОБИТАЕТ ПРОШЛОЕ. НЕ ТРЕВОЖЬ ЕГО!

«Ага. Сейчас! – усмехнулась девушка. – Зачем тогда, спрашивается, я здесь? И кроме того, я не просила отправлять меня в клетку. Так что…»
Дверь смотрелась вполне невинно и даже респектабельно, но Бетси не спешила ее открывать. Уже видели! Дотронешься до ручки, пол под тобой и провалится. А внизу яма с кольями… Какая-то извращенная и в то же время односторонне направленная изобретательность!
Ничего похожего на ручку дверь не имела. Вроде как намек: не трогать! Для особо непонятливых.
…А мы и есть – непонятливые!
Толкнула плечом раз, другой. Не помогло. Из рюкзака был извлечен небольшой топорик и пущен в дело…
Тщетно!
Тогда – последний резерв. Ручной домкрат – мечта шофера и домушника. Пользоваться им, правда, еще не приходилось, к тому же он такой маленький, неудобный…
Раз! Раз! Раз!
Ободрала руку. Ушибла ногу. Очень захотелось чаю – с гренками. Почему-то вспомнился Сэдрик, которому она так и не прибавила жалованья.
Раз! Раз! Раз! Раз!!!
…Сорванная с петель дверь с грохотом обрушилась на каменный пол…
Есть! Аллилуйя!
Из образовавшегося прохода повеяло холодом и прелыми листьями. Вытянув перед собой руку с пистолетом, девушка вошла в очередной зал храма…
То есть не храма, конечно. Бетси изумленно оглянулась. Какой же это храм? Это обыкновенный… ангар!
Ангар?!
Помещение, в которое она попала, действительно было не чем иным, как ангаром. Просторное, с типичным арочным сводом, сделанным из металла, по виду напоминающего сталь. И посредине его стояло Нечто.
«Не может быть. – Девушка устало провела рукой по лицу. – Это снова майя, галлюцинация. А если нет? Подземный… То есть подскальный ангар при храме, а в нем… На чем это летали здешние небожители? Вимана? Да, точно, вимана!
Но ведь вимана – это же просто сказка!

…Несколько лет назад, работая со своим учителем Эрихом фон Брезе, Бетси увлеклась древними преданиями о летающих колесницах. Даже написала научную работу, перечитав тысячи строк «Рамаяны», «Махабхараты» и сохранившиеся отрывки из трактата «Виманикашастра», а заодно и кое-что поновее – «Тайную доктрину» Блаватской, исследования Дэвида Чайлдлесса, Рейны Рут, Реймонда Дрейка.
Свидетельств было много, даже слишком. Выходило же нечто странное и не особо понятное. Классическая вимана могла быть какой угодно – в виде слона, например. Что такое вимана-зимородок или вимана-ибис, девушка представляла с трудом. Самолет с носовой частью в виде птичьей головы с птичьими же крыльями?
Бетси присела на холодный каменный пол и, не отрывая взгляда от Того, что стояло в центре зала, принялась шарить по недрам рюкзака в поисках чего-нибудь съестного. Сухари она укладывала? Нет, кажется. А печенье?
…Итак, вимана должна состоять из тридцати одной части, не больше и не меньше, все детали изготовлены из шестнадцати разных металлов. Строго регламентировалось поведение пилотов, их экипировка, рацион питания. Рекомендовалось употреблять макароны, крупу, хлеб, мясной экстракт, овсянку…
Овсянка! Бетси вспомнила серебряную тарелку, каждое утро подаваемую заботливым Сэдриком. Сейчас бы она не отказалась даже от овсянки. Ага! Кажется, печенье? Хрусть! Живем!
…В общем, рассказы о виманах больше напоминали даже не легенды, а обыкновенные сказки. Если, конечно, исключить вмешательство инопланетян, но в зелененьких человечков мисс МакДугал не верила. Оставалось признать сказания о виманах фольклорно-сказочными, не имеющими под собой реальной почвы.
Что она и сделала – с полного одобрения профессора фон Кроя.

Итак, перед нею была вимана. Почти как настоящая – или даже настоящая. По крайней мере описание именно такой встречалось в «Рамаяне». Да, именно такой. Как бишь там в тексте?
За Раванай тут с высоты колесница спустилась…
Впрочем, ничего особо экзотического девушка не заметила. Ни тебе виманы-ибиса, ни тебе виманы-зимородка. Аппарат имел форму диска метров двадцать в диаметре и около восьми – в высоту. Изготовлен из металла, по виду напоминавшего тот, из которого соорудили крышу «ангара».
«Взять бы немного материала для анализа, – деловито рассудила Бетси. – Очевидно, это культовое сооружение. Летать не летает, зато можно поклоняться… Или все-таки летает? Или по крайней мере когда-то летало?.. Да нет же, с чего ему летать-то?»
…Корабль был двухпалубным. По окружности диска размещались восемь овальных иллюминаторов, по четыре на каждой палубе. Три мощные лапы-опоры удерживали всю конструкцию в равновесии. Венчал ее полупрозрачный купол.
«Командная рубка, – поняла девушка. – Или просто алтарь с жертвенником. А как туда забираются?»
Никакого намека на люк она не заметила, зато неподалеку от странного механизма (неужели и вправду – вимана?) обнаружилось несколько больших металлических ящиков.
…Или ящики – тоже майя?
К счастью, ящики не собирались исчезать. Рука уткнулась в нечто вполне материальное и холодное на ощупь.
«По-моему, это все настоящее. В смысле, ящики».
Относительно виманы у нее еще имелись крупные сомнения. Оставалось спрятать ненужный пистолет и заглянуть внутрь…
Ну конечно!
Ящики оказались абсолютно пустыми. Все десять.
«Ладно! – решила Бетси. – Последняя попытка».
И она решительно направилась к вимане, вытянула вперед руки – и закрыла глаза. Так будет легче разочаровываться.
…Нечто большое, влажное. Мисс МакДугал открыла глаза. Перед нею была одна из лап-опор «летающей колесницы»..,
Удивление проходило. Собственно, ничего особенного. Местные жрецы решили воссоздать облик виманы а natural, чтобы поклоняться, а заодно удивлять доверчивых паломников. «Внимание! Внимание! Перед вами воздушная колесница самого бога Шивы. Смотрите и восхищайтесь! Единственный и неповторимый экземпляр, дошедший до нас с незапамятных времен!» Может, все это просто купили в Голливуде?
Девушка отошла на несколько шагов, подняла факел повыше. Если это Голливуд, то сделано неплохо. Впечатляет! Почти как настоящая, жаль не…
…Негромкий гул раздался под сводами «ангара». Металлическое тело виманы сотрясла мелкая дрожь.
Ай-й-й!
Девушка отбежала подальше, нырнула за ящики…
…Купол наверху летательного аппарата осветился голубоватым светом.
«Ну вот, – обреченно подумала Бетси. – Сейчас зеленые человечки покажутся!»
Но зелененькие не появились. Вместо них на «капитанском мостике» возникла статная фигура в сверкающих золотых доспехах – точно таких же, какие были на скелете бородатого Обезьяна. Неизвестный оглянулся, поклонился Бетси…
Гул в помещении усилился. Девушка на всякий случай поспешила отойти к самому входу. Тот, кто был в золотых латах, заметил это, одобрительно кивнул, а затем резко поднял руки вверх.
Крыша помещения бесшумно раздвинулась, открывая ночное небо, усыпанное звездами.
«Как, уже снова ночь? – поразилась мисс МакДугал. – Ну и быстро же здесь течет время!»
Непослушными руками она порылась в рюкзаке, достала фотоаппарат. Щелк! Щелк! Щелк! Вспышка не работала, но вдруг…
Внезапно ей показалось, что заиграла музыка – легкая, чарующая. И в тот же миг вимана начала медленно отрываться от земли…
«Действующая модель, – рассудила девушка, почему-то уже совершенно не удивляясь. – Все как в «Рамаяне». Мистер Рама и мисс Сита изволят стартовать… Вот, правда, мисс Ситы не видать… А может, Сита – это я?.. Как там сказано?
…И взмыли в лазурное небо на горе бедняжке…
И вновь Бетси стало жалко себя, любимую. Почему небесная колесница улетела без нее? Чем она хуже этой толстухи Ситы?
Голубое сияние теперь окутало всю поверхность звездной колесницы. Музыка становилась все громче, и Бетси поспешила зажать уши. Камень дрогнул, ушел из-под ног. Бетси выскочила в коридор, боясь оглянуться. Бронзовая дверь, сорванная ею с петель, плавно поднялась с пола и встала на свое место.
Все стихло.
Было? Не было? Майя…
Теперь из трех дверей осталось две – одна куда-то сгинула. Бетси восприняла этот факт с поразившим даже ее саму спокойствием. Чему еще удивляться – после только что виденного?
Девушка помассировала кисти и достала домкрат. Ничего, у нее уже имеется опыт. Ну-ка, что мы прячем на этот раз?
Раз! Раз! Раз!
…На этот раз перед нею была молельня. По крайней мере очень похоже, вот и алтарь у стены, небольшой, из