господа. Вполне возможно, пришелец применяет к людям свои законы, не понимая при этом, что делает. Хотя все может быть и наоборот…

В любом случае он здесь, с нами, и пока мы не поймем, что ему от нас надо, – он опасен. Весьма опасен, молодые люди!

– Это мы понимаем, поскольку ваше мнение подтверждают факты: например, погибший боксер не угрожал подозреваемому, а доктор и вовсе лечил его, то есть эти люди погибли только потому, что «пускали кровь» поблизости от носителя и казались этому гипотетическому бесу опасными… Но вы не дали прямого ответа на вопрос, почему вы так уверены в реальности потустороннего существа? – снова спросил Эрик.

– Неужели? – профессор удивленно посмотрел на сыщика и улыбнулся. – Старею… Однако я почему-то решил, что вы и без того уже все поняли. Если не в иное измерение, то куда еще могла деться вся выпущенная из жертв кровь?




Глава 5.

АЛЕКСЕЙ


Кузьменко проснулся от чувства мучительной жажды. Он открыл глаза и уставился на низкий серый потолок. События последних дней всплыли из глубин памяти почти мгновенно, и он резко сел на жесткой кровати, протирая слезящиеся глаза. На столике, составляющем вместе с кроватью всю обстановку крохотной комнаты, стояли казенный графин с водой и стакан. Видимо, длинноволосый брат предполагал, что, проснувшись, Алексей захочет пить, и позаботился об этом заранее.

Парень осушил почти половину сосуда большими торопливыми глотками и, почувствовав себя значительно лучше, опустил босые ноги на холодный пол. Вся его одежда была развешена на нескольких вбитых в стену гвоздях причудливого треугольного сечения с широкими тусклыми шляпками. Алексей осмотрел свое пристанище повнимательнее и пришел к выводу, что здание построено очень давно. Отколовшаяся местами штукатурка обнажала материал стен. Это был не кирпич и не дерево. Алексей подошел к стене и провел по ней рукой. Под пальцами ощущалась мрачная прохлада гладко отесанного камня. Кузьменко решил, что скорее всего его привезли в какой-то монастырь, но как ни пытался, ничего не смог вспомнить о существовании в окрестностях города подобного заведения. Свет в келью проникал через узкое окно, больше похожее на бойницу. Алексей подошел к толстой дубовой двери и потянул за ручку. Дверь не поддалась. Тогда он толкнул ее от себя, но с тем же успехом.

Вернувшись к кровати, он лег и прикрыл глаза. Запертая дверь его почти не встревожила. С самого начала он оказался в странном положении, и теперь уже не имело решительно никакого значения, сколько добавится мелких загадок по ходу пьесы. Если его заперли, значит, на то были причины. Алексей вспомнил обескровленные лица портного, боксера, охотника и тяжело вздохнул. Думать о свалившемся на голову проклятии ему не хотелось, но больше никаких мыслей в голову не приходило. Алексей почувствовал, что засыпает, и нисколько не удивился такому варианту завершения попытки подумать.

Следующее пробуждение состоялось часа через два. На этот раз в комнате появились стулья, на которых сидели двое мужчин. Одного Алексей уже знал. Это был тот длинноволосый благодетель, что привез его в это место. Второй был гораздо старше, лет шестидесяти, но, несмотря на возраст, выглядел довольно подтянутым и моложавым. Теперь длинноволосый был в строгом костюме, как и его старший товарищ. Оба посетителя разглядывали Алексея с большим участием, и парень про себя отметил, что взгляд настоящего священнослужителя должен быть именно таким. Кузьменко сел и расслабленно оперся о стену.

– Мы так и не успели познакомиться, – улыбаясь, сказал длинноволосый и протянул руку: – Евгений.

– Алексей, – ответил Кузьменко и пожал протянутую ладонь.

– Это брат Томас, – представил старшего Евгений, – из нашего прибалтийского… отделения.

– Здравствуйте, Алексей, – с мягким акцентом сказал брат Томас и тоже обменялся с Кузьменко рукопожатием. – Как вы себя чувствуете?

– Гораздо лучше, спасибо, – вежливо ответил Алексей.

– Вы, вероятно, голодны? Мы сейчас пройдем в обеденный зал, – снова вступил в беседу Евгений, – но прежде хотелось бы немного побеседовать. Вы не против?

– Конечно, – согласился Алексей и развел руками, приглашая задавать вопросы.

– Расскажите нам о своих приключениях с того момента, когда вы впервые почувствовали, что вокруг происходит нечто необычное, – попросил Томас. – Для нас очень важны любые детали и подробности, поэтому не бойтесь показаться дотошным или утомительным.

– Я понимаю, – ответил Кузьменко и, собравшись с мыслями, произнес: – Началось это дней пять назад. С самого утра я почувствовал какую-то слабость, но не придал этому значения и планы на день менять не стал. Я сейчас в отпуске и потому занимаюсь всем тем, что не успевал сделать в течение года… Накопилось много всяких мелких дел, вот я и решил довести их до ума… В тот день я наконец-то собрался заказать приличный костюм…

Время обеда давно миновало, когда Алексей закончил свой достаточно подробный рассказ и утомленно вздохнул.

– Вот, собственно, и все. Как мы добрались сюда, я, честно говоря, не помню…

– Вы заснули, – подсказал Евгений, – а я не стал вас будить. Так было лучше.

Брат Томас задумчиво потер гладко выбритый подбородок и внимательно посмотрел в глаза Алексею.

– Брат Евгений настаивает, что вы попали точно по назначению, приехав к нам в обитель, – Томас выдержал паузу. – Теперь я с ним совершенно согласен. Однако прежде чем мы обсудим план вашего… излечения, нам стоит пообедать. Не так ли, брат Евгений?

– Непременно, – согласился длинноволосый и распахнул дверь. – Прошу вас…

Обеденный зал, как и келья, был небольшим, но чистым и уютным. За длинным столом собралось человек десять. Все были разного возраста, но с непременной серебряной серьгой и абсолютно без признаков малоподвижного образа жизни. Братья казались не группой монахов, а скорее спортивной командой или специальным воинским подразделением, настолько крепкими и поджарыми были их фигуры. Мужественные лица и уверенные взгляды дополняли картину, склоняя Алексея к последней версии. Хотя, возможно, дело было вовсе не во взглядах, а в оружейной пирамиде, что приютилась у дальней стены столовой. Заметив, что гость разглядывает оружие, Евгений пояснил:

– Наше братство немного отличается от прочих. Вы это заметили еще в городе. Но, поверьте, эти отличия в итоге несут в себе только положительные качества. Реальным нашим оружием является слово божье, а не механизмы. Однако в мире, почти поглощенном Бездной, зачастую приходится элементарно выживать, поскольку только мы видим реальную картину окружающей действительности и не имеем права пасть от досадных случайностей. Мы воины, это правда, но воины света и порядка, последняя линия обороны на пути наступающей армии Бездны.

– Бездны? – переспросил Алексей. – В смысле – ада?

– Очень упрощенно – да, – поморщившись, согласился Евгений. – Видите глобус?

Он указал за спину, где, занимая значительную часть и без того тесноватого помещения, стоял огромный макет Земли. Его моря и континенты были тщательно разделены на пятиугольные участки, что делало его отчасти похожим на футбольный мяч. Каждая ячейка этой тончайшей сетки была пронумерована бледно-зелеными цифрами.

– Видите что-то необычное? – снова задал вопрос Евгений.

– Разметка? – спросил Алексей, пожимая плечами.

– Нет, другое, – Евгений встал из-за стола и подошел к глобусу.

Он повернул шар вокруг оси и остановил его так, чтобы перед глазами гостя оказалась Евразия. Алексей внимательно посмотрел на изображение континента и удивленно вскинул брови:

– А что это за пятна? – он указал на разнокалиберные черные кляксы, густо покрывающие материк.

– Это карта боевых действий, – ответил Евгений, – а пятна – территория, захваченная врагом.

– Каким врагом? – не понимая, спросил Алексей.

– Тем самым, что пытается привлечь вас на свою сторону, – непринужденно, словно о чем-то малозначимом, сказал монах и уселся на свое место. – Бездна уже давно борется за обладание нашим миром. Она захватывает города и села, видите вот здесь? Это наша мятежная республика. А вот это место, в самом центре Европы, одержимые Бездной захватили совсем недавно не исподволь, как раньше, а в открытую, с применением человеческой военной силы. Владения зла расширяются и территориально, и физически. Одержимых становится все больше, и мы уже просто не справляемся. Но сдаваться не в наших правилах. Одержимость не заразна, бесы в нашем мире слабы, и победить их в общем-то, нетрудно. Сложности возникают на территории «пятен», как вы их назвали, там выходцы из Бездны чувствуют себя гораздо вольготнее, чем здесь. Но и на нашей территории проблем более чем достаточно. То и дело появляются новые одержимые, нам приходится их спасать, а это требует затрат времени и сил. Как говорили раньше – человеко-часов. Наступление тьмы ширится, и мы, к сожалению, пока отступаем. Но, поскольку мы все-таки воины, не без боя…

– Ружья вам нужны для отражения прямых атак одержимых Бездной? – сделал вывод Алексей.

– Да, – согласился Евгений, – ведь что такое бес? Это чуждое человеку, рожденное в совершенно извращенном мире существо. Оно не может знать ничего о человеке до вселения в его тело и потому, вселившись, начинает сначала пробовать, на что способно его новое вместилище, потом начинает требовать и приказывать, а в конце концов осваивается и, обучившись всему, что знал носитель – в первую очередь стилю человеческого мышления, – просто выбрасывает разум человека из его тела. Наступает полное перерождение. Когда таких одержимых становится достаточно много, они начинают готовить почву для захвата местности. Как это происходит, вы наверняка поймете, если вспомните,сколько оставалось в вашем городе божьих храмов совсем недавно, при прежней власти… К счастью, всеми силами стремясь проникнуть в наш мир, обитатели Бездны сами роют себе могилу. Они, словно наркоманы, стремятся к собственной гибели ради сомнительных наслаждений. Мне не дано понять, что чувствуют бесы, проникая в наши тела, но я точно знаю, что, завладев человеком полностью, они становятся настолько же хрупкими и уязвимыми, как и мы. А главное – при определенных условиях – гибнут вместе с новым телом безвозвратно. Вот почему наступление врага идет медленно, сумбурно и с весьма переменным успехом. В этом же заключается смысл нашей борьбы, и тут же лежит ключ к успеху…

– А почему бы вам не организовать мощное и всемирное сопротивление, чтобы придавить эту сволочь раз и навсегда?! – удивился Алексей.

– Два условия: первое – мы не можем поставить кордон и оградить мир от соприкосновения с Бездной. Это пока невозможно технически, как нельзя отделить море от суши. А второе – чем меньше о нас известно кому бы то ни было, тем эффективнее мы работаем. Бездна знает о нас, это естественно, но благодаря нашей подготовке и профессионализму в ее представлении сформирован образ опасности, имеющий наши черты. Мы для нее загадочный, непредсказуемый и сильный противник. Это и на самом деле так, поэтому мы не выходим из тени и не выйдем, даже если кто-нибудь другой организует то, о чем вы сказали. Мы последняя линия обороны и останемся таковой всегда, как козырный туз в рукаве.

– Понимаю, – Алексей кивнул. – Ну а я? Меня еще можно… излечить или я уже переродился окончательно?

Он взглянул на брата с некоторым вызовом.

– Вы – редкий случай, Алексей, – брат положил руку на плечо собеседника и взглянул ему в глаза уже без всякого сочувствия. – Вы одержимы не просто бесом, вы одержимы Испанским Судьей… Или, как я предпочитаю его называть, Инквизитором.

– Это не лечится? – Алексей нахмурился.

– Да нет, процедура исцеления не сложнее, чем всегда, – ответил Евгений. – Просто в вашем случае возникает вопрос иного порядка: а стоит ли вас исцелять?

Алексей поперхнулся сладким чаем и, прокашлявшись, изумленно взглянул на монаха. За столом воцарилась полная тишина, и все взгляды устремились на Алексея.

– Это шутка? – сдавленно спросил Кузьменко, отставив кружку.

– Нет, – твердо ответил Евгений и жестом предложил брату Томасу продолжить беседу.

– Видите ли, дорогой Алексей, – мягко начал Томас, – порождения Бездны не настолько однозначны, как мы привыкли себе это представлять. Они противоречивы, и потому для нас настолько же непонятны, как и мы для них. Вся разница в том, что они могут влезть в нашу шкуру, а мы в их – нет… Ваш случай специфичен тем, что проникшее в вас Существо может быть настолько же полезно для нас, насколько и для Бездны. Все зависит от умелого использования его способностей, которые могут стать и вашими, если мы не будем спешить с процедурой изгнания. Реакция Судьи на кровопролитие не всегда справедлива, он не задается вопросом, почему кровь покинула положенное русло, однако он различает главное – ему нет дела до человека, который порезал собственный палец, или до женщины в ее «критические дни». Судья не допускает кровопролития взаимного, наказывая агрессора смертью. Оружие для защиты своего нового тела – вот что такое способность Судьи сливать кровь врага в Бездну. А мы можем научиться использовать это оружие против его же сородичей. Для этого достаточно не допустить вашего полного подчинения Судье, то есть сохранить вашу личность…

– Чтобы я выискивал одержимых и потрошил их на месте… – закончил за монаха Алексей. – Нет, покор-нейше благодарю! Я вполне доволен своей работой, семьей и положением. Мне нет никакого дела до вашего мнимого захвата мира какой-то Бездной! Все это полный бред! Если вы можете мне помочь в избавлении от недуга, помогите, а если нет, – отвезите меня куда-нибудь поближе к городу. Я хочу домой.

– Вы напрасно так разнервничались, – по-прежнему мягко сказал Томас, – конечно же, мы не можем заставить вас вступить в наши ряды, да еще в таком тяжелом состоянии, как одержимость. Но мы просим вас подумать об этом. Взвесить все «за» и «против», не спеша и серьезно…

– Да не буду я ни о чем думать! – возмущенно ответил Алексей и встал. – Отвезите меня, пожалуйста, в город,

– Мы можем вызвать их прямо сюда, – смиренно подняв на Алексея взгляд, сказал брат Евгений.

– Кого? – не понял Кузьменко.

– Следователей, – Евгений печально улыбнулся, – из отдела по расследованию убийств. Алексей сжал зубы и сел обратно на стул.

– Ваша жизнь, в том виде, что вы только что вспомнили, осталась в далеком прошлом, – печально сказал Томас. – Мы можем дать вам шанс родиться заново, вернуть себя, но вы сами должны этого захотеть… Подумайте, мой друг. Подумайте, пока не поздно…




Глава 6.

СЫЩИКИ


– Ты решил найти монастырь – Красавчик аккуратно намазал на булочку масло и откусил. – Как?

– Не знаю, – признался Эрик, допивая кофе, – но после завтрака мои мыслительные процессы обычно оживляются. Так что подожди, вот допью…

– А мои, наоборот притормаживаются, – Красавчик сунул булочку в рот целиком и промычал что-то еще.

– Это потому, что ты лопаешь, как бегемот, независимо от времени суток, – осуждающе сказал Эрик. – Прожуй, прежде чем говорить!

– …Но все равно остаются быстрее твоих, – прожевав, повторил проглоченное окончание предыдущей фразы Красавчик.

– Тогда выкладывай, – невозмутимо предложил Эрик и уставился на партнера.

– Ты и вправду веришь во все эти сказки про Бездну? – ответив напарнику таким же внимательным взглядом, поинтересовался Красавчик.

– А какое это имеет значение? – Эрик спокойно отставил чашку в сторону и продолжил: – Мы разыскиваем подозреваемого и тех, кто помогает ему скрываться. Версии о происхождении его дара в сложившейся ситуации особого значения не имеют. Если тебе не по вкусу вариант с Бездной, придумай что-то еще. Но пока мы принимаем как рабочую программу следующие действия: найти монастырь, где скрывается беглец, и арестовать его вместе с помощниками. При чем здесь вера в сказки?

– Я о том и говорю, – пояснил Красавчик, – если предположить, что история про Бездну – чушь, то и Братство здесь ни при чем. А значит, мы потратим время и силы совершенно напрасно. Я, честно говоря, пока не верю даже в то, что такая секта вообще существует. Почему твой историк не дал нам ее названия? Насколько я знаю, все секты как-нибудь себя обзывают, а эта безымянная. Почему?

– В тебе нередко просыпается похвальная для сыщика скрупулезность и дотошность, однако почему-то всегда не вовремя, – с досадой сказал Эрик. – Мы можем сейчас устроить дискуссию, пригласить экспертов, телевидение, выслушать мнение прохожих… Ты этого хочешь?

– Не передергивай, – потребовал Красавчик. – Если не можешь развеять мои сомнения – так и скажи.

– Я хочу, чтобы мы не рассуждали, а действовали! Проверяли версии, щупали все своими руками, пробовали на зуб. Сидя в кафе, этого не сделаешь. Так что идем, философ, работать!

– Идем, – согласился Красавчик, – только я свои вопросы с повестки дня не снимаю!

– Я учел, – ответил Эрик и направился к выходу из ресторанчика.

– Вот моя деревня, вот мой дом родной, – процитировал Красавчик, рассматривая убегающие назад домишки пригородного поселка. – Как будем искать?Спросим у старушек?

– Обязательно, – согласился Эрик и сбросил скорость. – Если не угадаем сами. Нам надо осмотреться. Сделаем круг, а потом уже приступим к опросу.

– Не проще ли сразу выяснить, где объект, а потом уже осматриваться? – возразил напарник.

Эрик покачал головой и притормозил у ограды приземистого здания, похожего больше на амбар с узкими вертикальными окнами, чем на жилой дом. Тем не менее из печной трубы здания вился легкий прозрачный дымок, а через двор прошел молодой крепкий мужчина с лопатой. Он, не останавливаясь, наклонился и потрепал по загривку большого лохматого пса, который в ответ слабо вильнул хвостом, даже не пытаясь подняться с нагретого солнцем крыльца. Цепью собака была не ограничена, на что Эрик сразу же обратил внимание. Он присмотрелся к обстановке более пристально и отметил, что для обычной деревенской усадьбы двор слишком аскетичен. В нем отсутствовали хозяйственные мелочи, залежавшиеся не на своих местах или какие-то давно отслужившие свой срок предметы, которые хозяева собираются со дня на день выбросить, но до этого у них никак не доходят руки. Эрик проехал немного вперед, чтобы сменить точку наблюдения, и снова присмотрелся. За углом дома сидела еще одна собака, не меньших размеров, чем первая, и тоже ни к чему не привязанная. И вновь собака была единственным, за что мог зацепиться взгляд в пустоте этой части двора.

– Мне кажется, мы на месте, – не совсем уверенно сказал Эрик и кивнул в сторону барака.

– Так не бывает, – удивленно возразил Красавчик. – Ты думаешь, это монастырь?

Эрик приоткрыл окно и глубоко вдохнул прохладный, свежий воздух.

– Обрати внимание на фундамент, – сказал он после недолгой паузы, – тебе не кажется, что он слишком массивен для деревянного дома?

– Ты думаешь, барак обшит деревом поверх кладки? – Красавчик уставился на здание с большим интересом. – Вполне возможно… Пойдем поздороваемся?

– Подожди, – Эрик положил руку на запястье напарника, собравшегося уже покинуть машину, и указал глазами на противоположный угол ограды.

Там происходило что-то странное. Забор задней части двора был сделан сплошным, без зазоров, и сыщикам не было видно, почему две или три доски вдруг бесшумно шевельнулись и съехали со своих мест, открывая проход. Через тайную калитку во двор проник человек, одетый в черный тренировочный костюм, поверх которого был надет того же цвета легкий бронежилет. Голову и лицо человека закрывала шапочка-маска, а в руках незнакомец держал специальную винтовку, которую Красавчик сразу же идентифицировал как многозарядную, пневматическую, с магазином на пять стрел с транквилизаторами. Гость это был или возвращающийся с охоты хозяин, выяснилось почти сразу.

Пес, сидевший на углу, оскалился, однако залаять не успел. Человек вскинул винтовку и выстрелил. Собака, словно подавившись собственным лаем, замерла и медленно повалилась на землю. Услышав щелчок, второй пес поднял массивную голову и зевнул.

– Охранник называется, – шепнул Красавчик, – сукин сын ленивый…

Словно услышав критику сыщика, пес вскочил на лапы и бросился за угол. Он бежал молча, словно приберегая все свои силы, в том числе и мощь голосовых связок, для встречи с противником. Человек был начеку. Стоило собаке показаться из-за угла, как щелкнул новый выстрел, и пес свалился в двух шагах от неподвижного братца. Тем временем через дыру в заборе во двор проникли еще семь или восемь человек, одетых и вооруженных примерно так же, как и первый. Двое бесшумно исчезли в сарае, где за минуту до них скрылся парень с лопатой, а остальные быстро проникли внутрь здания.

– Может, поедем отсюда куда подальше? – осторожно спросил Красавчик. – Что-то мне эти маневры не по душе…

– Ты же бывший «дельфин», с чего ты вдруг испугался каких-то клоунов с «воздушками»? – Эрик усмехнулся.

– Мы торчим здесь, как бельмо в глазу, – ответил Красавчик, в одну секунду превратившись из развязного оболтуса в воина который не только наблюдает, но и прекрасно понимает, что происходит вокруг и что следует сделать, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу.

– Надо сменить позицию и выждать. Сдавай назад,вон под те деревья…

Эрик не стал спорить и медленно отъехал под прикрытие тени деревьев и кустарника недалеко от усадьбы. Что происходило в доме, сыщики могли только догадываться. Спустя пару минут после проникновения неизвестных на территорию усадьбы из строения донеслись приглушенные крики и едва слышные хлопки выстрелов гладкоствольного оружия. Видимо, хозяева оказали сопротивление. Это наводило на мысль, что гости не стали утруждать себя выдумыванием предлога, под которым вломились в дом, и возникшие на этой почве разногласия привели к плачевному результату.

– Если подозреваемый в доме, то очень скоро все закончится множеством обескровленных трупов, – неожиданно предположил Эрик.

– Тогда получается, нападающие не знают о его способностях или пришли вовсе не за ним? – спросил Красавчик.

– Или их просто подставил тот, кто передал информацию о местонахождении Алексея, – продолжил Эрик размышления вслух.

– Ты почему-то сразу уверовал, что вокруг нашего подозреваемого началась возня, – с сомнением сказал напарник. – Что подкрепляет твою догадку? Совпадение по времени нашего приезда и этого штурма?

– Не знаю, – признался Эрик. – Чутье…

– Слабый аргумент, – возразил Красавчик и уже другим тоном сказал: – Что-то здесь не так… Знаешь, о чем я сейчас подумал? Если этот сарай является древним монастырем да еще такого воинственного братства, у него не может не быть какой-то особой инфраструктуры на случай затяжных боевых действий, например – осады. Посмотри, как беспечно хозяева относятся к наружной охране. Я почти уверен, что это сделано намеренно, чтобы заманить противника внутрь и там, без опаски, что их услышат соседи, применяя любое оружие, положить атакующих, как свиней в загоне, или уйти по подземным переходам, если враг окажется сильнее… Я пойду внутрь, а ты проверь периметр. Подземный ход обычно роют метров на сто в сторону реки или какой-то ложбины.

– Внутрь идти опасно, – предупредил Эрик.

– Зато информативно, – возразил напарник, – отсюда мы ничего не сможем разглядеть. Сам же говорил, надо действовать, а не рассуждать…

– Жилет надел?

– А как же?! Бронежилет – лучше для мужчины, сам понимаешь, нет…

– Тогда – вперед… – Эрик осторожно вышел из машины и первым направился вдоль забора, огибая усадьбу слева.

Через несколько шагов он щелкнул по вложенной в ухо коробочке приемника и проверил связь.

– Ты меня слышишь?

– Не кричи, – потребовал Красавчик, – слышу, конечно. Вхожу в сарай…

Эрик услышал, как щелкнули курки пистолетов напарника и скрипнула невидимая дверь. Дальше эфир наполнил лишь легкий шорох, и Эрик отвлекся на изучение пейзажа с обратной стороны двора. Усадьба стояла немного поодаль от основной массы домов, а потому все подходы к ней, кроме южного, просматривались прекрасно. Вполне возможно, это и послужило причиной того, что враги проникли во двор незамеченными. Пока хозяева разглядывали автомобиль любопытных сыщиков, настоящий противник вынырнул из густых кустов с южной стороны и проник на территорию. Сами того не желая, сыщики подыграли злодеям. Удивляясь своим мыслям, Эрик покачал головой. Выходило, что злодеи шли по следам сыщиков? Ловко! Но где произошла утечка? Кто направил эту группу? Сидоров? Историк? Некто, следивший за расследованием со стороны?

Размышляя, Эрик вошел в тень кустарника и прислушался. Впереди, метров через двадцать, там, где кончалась лесополоса, послышались мягкие шаги и шепот. Эрик пригнулся и очень осторожно пробрался к опушке поближе. Судя по всему, Красавчик был прав. Из-за пригорка, возвышавшегося метрах в тридцати от перелеска, показались люди с ружьями. Они организованно рассыпались по полю в длинную цепь и залегли среди высокой травы. Как понял сыщик, это была группа прикрытия. Следующая партия беглецов состояла из пяти человек и, появившись из-за пригорка, не стала задерживаться, а двинулась быстрым шагом через поле, в направлении лесного массива, зеленеющего примерно в километре к югу. Когда беглецы исчезли в далеком подлеске, группа прикрытия поднялась на ноги и той же развернутой цепью двинулась следом. Эрик выждал, пока скроются последние, и быстро подбежал к загадочному пригорку. Как и следовало ожидать, с противоположной стороны поросшего травой холмика чернела дыра входа в тоннель. Эрик пригнулся и уже собрался ступить в сырую полутьму подземелья, как услышал приближающееся из темноты сопение. Он взвел курок и отпрянул вбок от норы.

– Я тебе выстрелю! – пригрозил неизвестный голосом Красавчика.

Эрик с облегчением опустил оружие и вновь заглянул в тоннель. Напарник вылез наружу и, щурясь от яркого света, заявил:

– Комната страха в любом парке аттракционов может отдыхать! Сначала амбар, набитый зомби, потом экскурсия по камерам пыток, упражнение в восточных единоборствах и, наконец, ползание на четвереньках по набитому пауками и крысами подземному ходу! Просто прелесть! А главное – бесплатно!

– Что нашел? – перебил его Эрик, пряча пистолет.

– Насчет монастыря ты был прав, это он и есть, но братья меня почему-то не дождались… Ты их случайно не встретил?

– Там они, – Эрик махнул рукой в сторону леса.

– Решили пройтись по грибы да по ягоды? – Красавчик кивнул. – Вовремя… Надо бы их догнать.

– Что с гостями? – качая головой, спросил Эрик.

– Ничего нового, – Красавчик скривился. – Очень бледные и неподвижные. Кроме одного, вернее – одной. Я ее там пристегнул, так что никуда не денется. Мы можем начать преследование с чистой совестью. Сидорову я уже позвонил. Приедет заберет… Ну так что, идем?

– Нет, подожди, она из нападавших?

– Понятно, что не монахиня! – Красавчик улыбнулся. – Валькирия, куда деваться! Чуть мне нос не расквасила!

– Надо с ней поговорить до приезда опергруппы, – уверенно сказал Эрик и направился к дому.

– Это может занять слишком много времени, – недовольно возразил напарник, но пошел следом.

Девушка оказалась довольно симпатичной, высокой и стройной. Разбитая в стычке с Красавчиком губа немного кровоточила, и она то и дело вытирала кровь свободной от оков рукой. Эрик зажег свет и осмотрелся. Длинный широкий коридор, в котором состоялся бой между хозяевами и гостями, был завален телами, причем без маски был только один из погибших, а его тело было залито кровью. Остальные лежали в неестественных позах, но ни крови, ни ран на них видно не было. Эрик присел рядом с пленницей на корточки и внимательно посмотрел в ее карие глаза.

– Ты не стреляла? – полувопросительно сказал он и ободряюще улыбнулся.

Девушка упрямо поджала губки и отвернулась.

– Правильно делала, – тем же дружеским тоном заметил сыщик. – Видишь, что из этого могло выйти? Он указал на тела и вздохнул.

– Твоих друзей уже не вернуть… И стоило ли ваше дело погубленных жизней?

– Стоило, – неожиданно ответила девушка и уверенно взглянула Эрику в глаза. – Вы из милиции?

– Почти, – уклончиво ответил сыщик. – А ты?

– Это не имеет значения, – отрезала пленница. – Вы уже и так знаете слишком много.

– Это наша работа, – Эрик улыбнулся. – Твоя группа следила за нами или вы сами нашли это место?

– Я не буду отвечать ни на какие вопросы, – упрямо наклонив голову, ответила девушка и замолчала.

– Это неразумно, – возразил Эрик. – Расследование наверняка можно построить так, чтобы твоя роль в этом происшествии была представлена как минимальная, и тогда ты можешь даже оказаться на свободе. С другой стороны, вокруг столько доказательств твоей вины, что при желании я могу гарантировать тебе очень долгое пребывание в ограниченном пространстве…

– Я не стреляла!

– Верю, – по-прежнему доброжелательно согласился Эрик. – Тогда помоги нам это доказать! Упрямство только погубит твою жизнь!

– Я вам не доверяю! – уже не так воинственно ответила девушка и покосилась на Красавчика.

– А что, если мы сейчас договоримся? – предложил Эрик снова обращая взгляд пленницы на себя.

– Ты расскажешь нам все, что нас интересует, а мы тебя отпустим?

– Как? – девушка с подозрением взглянула сыщику в глаза.

– Очень просто, – Эрик пожал плечами. – Ты же догадалась, что мы не из милиции, а значит, правила игры можем менять по своему усмотрению. Я не хочу тебя торопить, однако сотрудники уголовного розыска уже в пути, поэтому лучше ответить сразу. Согласна?

– Где гарантия, что вы не обманете? – спросила пленница уже заинтересованно.

Эрик подал знак, и Красавчик разомкнул наручники.

– По большей части наши гарантии – это честное слово, но разве мы можем сейчас предложить тебе что-то еще? – туманно ответил Эрик, наблюдая, как девушка потирает запястья.

– Спрашивайте, – согласилась она.

– Что привело вас сюда, да еще с таким странным вооружением? Только коротко и внятно! – сменив тон, строго спросил сыщик.

– Черные Монахи похитили Судью, – ответила пленница. – Апостол не мог допустить, чтобы такого сильного воина отправили обратно в Бездну или уничтожили вместе с телом. Мы должны были отбить у монахов носителя и привезти его в свой лагерь. Там бы он закончил трансформацию, и у нас появился бы шанс переломить ход противоборства в свою пользу…

– Ты чувствуешь? – отвлекаясь, спросил Красавчика сыщик. – Или есть еще какие-то сомнения?

– Пусть продолжает, – неопределенно ответил напарник.

– Так, значит, вы воины Бездны, а главного зовут Апостол? – сделал вывод Эрик. – А как его величают «в миру»?

– Я не знаю, – девушка поджала губы. – Я его даже ни разу не видела…

Эрик укоризненно посмотрел на пленницу и вынул из кармана жестяную коробочку. Раскрыв ее, он показал девушке лежащие там шприц и ампулы.

– Это препарат, при помощи которого мы можем заставить тебя говорить только чистую правду, но тогда ты не сможешь уйти и милиция застанет тебя на месте преступления, даже если после разговора мы не будем, как и договаривались, тебя задерживать…

– Я действительно не знаю, кто он! – испуганно прошептала девушка. – Он живет в городе, в лагерь не приезжает. Комендант и полковник сами ездят к нему на встречи или связываются по телефону… Апостола видели только они!

– Ладно, – словно поверив, прервал ее Эрик.

– Сколько вас в лагере и где он расположен?

– Станция «Сорок девятый километр», по восточной ветке железной дороги. Там есть заброшенная деревня Красновка… Это территория Бездны… Нас там около трех сотен…

– А в городе?

– Тысяч двадцать, но городские в боевых действиях не участвуют…

– На чем вы приехали сюда?

– Там, в перелеске, остался наш планер.

Эрик придержал следующий вопрос, споткнувшись о слово «планер».

– Вы прилетели?

– Ты посмотри, какое оснащение! – удивленно поддержал его Красавчик.

– Это не то, о чем вы подумали, – возразила девушка. – Планер не в смысле безмоторный самолет…

– А в смысле аппарат, летающий в метре от земли при помощи антигравитационной подушки системы Брагина, – закончил за нее Красавчик. – Мы подумали правильно, сударыня. Потому и удивились. Слишком уж дорогое это удовольствие. Их серийный выпуск еще не налажен, и каждый экземпляр стоит как десять «Мерседесов»…

– Да, интересно, – задумчиво сказал Эрик и вдруг спросил: – А в чем заключаются твои… таланты?

– Как и у других, – пленница опустила взгляд. – Я могу говорить с Бездной и пользоваться ее памятью… Поэтому мы быстро учимся и неплохо соображаем.

– Не льсти себе, – ехидно заметил Красавчик и снова защелкнул на ее запястье наручники. Второй «браслет» он застегнул на своей руке.

– Вы же обещали! – возмущенно воскликнула пленница и обернулась к Эрику.

– А мы и не отказываемся, – равнодушно ответил сыщик. – В милицию ты не попадешь, и в конце концов мы тебя отпустим. Но наш разговор еще не окончен. Вспомни, ты же обещала ответить на все наши вопросы, а их с каждой минутой становится только больше… Вставай…

Он поднялся и указал на дверь.

– Поедем, красотка, кататься? – спросил девушку Красавчик и подтолкнул к выходу. – Всю жизнь мечтал обручиться с ведьмой! Ты не обижаешься, когда тебя так называют?

Он потряс наручниками и рассмеялся. Пленница презрительно фыркнула и отвернулась.

Машина действительно стояла в перелеске, на сотню метров восточное того места, где недавно прятался Эрик. Это был вместительный аппарат, внешне напоминающий приземистый микроавтобус. Эрик уселся в кабину и несколько минут разглядывал приборы, вспоминая краткий курс обучения управлению подобными новинками, который совсем недавно прошел у самого «изобретателя» машины Константина Брагина. Наконец он освоился и запустил генератор. Машина плавно поднялась над землей и бесшумно скользнула над полем в сторону укрывшего монахов лесного массива.




Глава 7.

АЛЕКСЕЙ


Это были одержимые? – задал вопрос Кузьмен-ко, когда Томас объявил первый привал и братья расселись на мягкой хвое.

Томас взглянул на Евгения и кивнул. Длинноволосый потянулся и, словно нехотя, произнес:

– Они давно бродили вокруг нашего убежища, но напасть осмелились только сейчас. Это лишний раз подтверждает тезис об исключительной важности Судьи для закрепившихся в нашем мире воинов Бездны. А еще, вы сами убедились, насколько полезными могут быть способности Инквизитора для нас самих.

– А вы не боитесь пропустить тот момент, когда Судья завладеет мной полностью и я стану более опасен для вас, чем для врагов? – снимая сапоги и разминая уставшие мышцы ног, спросил Алексей.

– Такой риск полностью оправдан, – ответил Евгений и положил на колени ружье. – С вашей помощью мы получим перед противником такое серьезное преимущество, что сможем ограничить присутствие Бездны в нашем мире до ничтожно малых количеств.

Ради этого стоит рискнуть.

– Возможно, – согласился Алексей. – А как я буду себя чувствовать? Мне придется чем-то пожертвовать? Ну, я не знаю, например, кошмарные сны или постоянные головные боли?

– Нет, вы не будете ощущать никаких неудобств, кроме редких нервных срывов. Но у них будут отчетливые предвестники, и вскоре вы сами научитесь их различать и контролировать. По крайней мере предупреждать нас об их приближении. Судя по вашим вопросам, вы подумали и согласились на наше предложение?

– Разве у меня есть другой выход? – резко спросил Алексей.

– По большому счету – нет, хотя вы можете потребовать ограничения вашей службы по времени. Нечто вроде военного контракта.

– На три года?

– Не меньше, – согласился монах.

– Хорошо, – Алексей махнул рукой, – хотя мне почему-то кажется, что эта договоренность никакого значения не имеет.

– Вы напрасно расстраиваетесь, – заверил его Евгений. – Когда вам откроются многообразие и насыщенность жизни воина Армии Света, вы забудете о серой и монотонной жизни обывателя, встанете на путь истинной веры, и единственной целью для вас станет сверкающая в конце пути победа над злом. Так было с каждым из нас, хотя не все прошли через испытание вселившимся бесом…

– Вы же сами сказали, что окончательная победа невозможна, раз у нашего мира и Бездны нет определенных осязаемых границ, – Алексей устало прикрыл глаза и оперся затылком о ствол сосны.

– Совсем без зла может быть только рай, и мы не стремимся создать его на земле, – ответил Евгений. – Но мы добьемся своего бесспорного перевеса. Этого будет вполне достаточно.

– Ладно, – прекращая дискуссию, – согласился Кузьменко. – Разбудите, если что…

Он немного поерзал, устраиваясь поудобнее, и задремал.

Брат Томас коснулся плеча Евгения и указал на тропу. Монахи поднялись и отошли подальше от места привала.

– Я ничуть не сомневаюсь в твоих способностях, но ты уверен, что сможешь его контролировать? – спросил своего молодого коллегу Томас, когда они оказались наедине. – Быть может, Судья вселился в него не напрасно, ведь досье на этого парня до сих пор не составлено, хотя раньше для подобной формальности требовалось не более часа?

– Кем бы он ни был, мы должны использовать свой шанс, а досье рано или поздно появится. Вот увидишь, в нем не будет абсолютно ничего сверхъестественного.

Школа,армия, работа, возможно-институт,жена и пара ребятишек… Посмотри на него. Самый обычный, тридцатилетний горожанин… • – Он может быть подослан врагом, – задумчиво сказал Томас и покосился на спящего Алексея.

– Тогда не было бы заминок с досье и глупых попыток выкрасть его прямо из убежища. Враг нервничает, а это значит, что захват нами Судьи был для него полнейшей неожиданностью. Нет, я уверен, дело обстоит именно так, как и выглядит. Никаких рифов и подводных течений в нем нет. И дальше с божьей помощью мы станем контролировать развитие событий сами, без оглядки на возможные контрмеры врага. Сейчас главное – побыстрее добраться до запасного бункера. Реальный Храм в нем занимает всего лишь одну келью, но когда парень станет чувствовать влияние Судьи в полной мере, этого окажется достаточно. А одним только внушением подчинение тела Алексея бесу я остановить не смогу…

Они неторопливо вернулись к остальным, и Томас отдал приказ двигаться дальше. Через несколько минут ходьбы местность пошла под уклон и беглецы оказались в глубоком, поросшем деревьями распадке между холмами. На самом дне ложбины журчал мелкий прозрачный ручей. Монахи сняли обувь и, несмотря на довольно прохладную воду, побрели вверх по течению прямо по воде. Алексей пошел было по берегу, но брат Евгений улыбнулся и жестом предложил ему присоединиться к остальным.

– Это обязательно? – недовольно спросил Кузьменко.

– Да, – коротко ответил монах и вынул из кармана длинный полиэтиленовый пакет, в который быстро упаковал ружье и патронташ. Горловину пакета он тщательно завязал и положил оружие на сгиб локтя. Алексей оглянулся и обнаружил, что остальные братья делают со своими ружьями то же самое. Догадавшись, что предстоит в скором времени, Алексей достал из кармана почти полную пачку дорогих сигарет и с сожалением подбросил ее на ладони.

– О, такие жаль выбрасывать, – экономно отреагировал Евгений и достал из кармана презерватив. – Если вы уверены, что натянете, берите…

– А зачем святому человеку иметь при себе такие богомерзкие штучки? – Алексей рассмеялся.

– Так вот, для упаковки, – ничуть не смутившись, ответил монах и подмигнул.

– Для упаковки? – лукаво щурясь, переспросил Кузьменко.

– Исключительно! – не слишком убедительно заверил брат.

– А я думал…

– Для упаковки!

– Ладно, – продолжая смеяться, согласился Алексей и спрятал сигареты, немного помяв пачку, в резиновом хранилище. – Пожалуй, ваше Братство не такое уж скучное, как кажется на первый взгляд.

– Я говорил об этом с самого начала, – подтвердил монах и добавил: – Брат Алексей.

Путники прошли метров двести, прежде чем русло стало расширяться и в конце концов превратилось из узкого ручья в небольшое круглое озерцо. Ручей вытекал из него между двумя огромными валунами. Братья с трудом протиснулись в эту щель и сразу очутились в воде по самое горло. Однако шедший первым Томас не остановился ни на мгновение, и через десяток шагов его седая шевелюра скрылась под водой. Алексею стало не по себе. Братья уходили в глубину, словно роботы. Совершенно спокойно и уверенно. Он беспомощно оглянулся на замыкающего процессию Евгения и спросил:

– Это какой-то ритуал?

– Это вход в запасное убежище, – монах улыбнулся, – не беспокойся, брат. Поскольку ты новичок, тебе помогут. Главное – набери побольше воздуха и не паникуй, когда пойдешь на дно. Иначе проникнуть внутрь невозможно.

– Я постараюсь, – пообещал Алексей и заранее сделал пару глубоких вдохов-выдохов.

Вода поднималась равномерно и неумолимо, на пару сантиметров с каждым шагом. Алексей был почти на середине озерца, когда вода сомкнулась над его головой. Он почувствовал, что теряет равновесие, и в то же мгновение за его ногу зацепилось что-то живое и тяжелое. Внутренности Алексея окатила волна страха, и он непроизвольно попытался высвободиться из мягкого захвата, но тут же вспомнил наставления Евгения и затих. Его тянуло куда-то вбок и вниз. Давление воды усиливалось, это Алексей чувствовал по растущей нагрузке на барабанные перепонки. Он погружался гораздо глубже, чем стоял за секунду до того. Погружение длилось целую вечность, и Алексей уже начал ощущать нехватку кислорода. В голове сначала мелькнула мысль, что монахи все-таки его обманули и решили утопить, потом ее сменила уверенность, что произошел сбой в планах, и, наконец, в голове взорвалась какая-то бомба. Алексей почувствовал приступ такой дикой ярости, что испугался самого себя. Его тело непроизвольно напряглось, и руки принялись выгребать вверх. Захват ноги усилился, кто-то схватил и вторую ногу. Стреноженный Алексей забился в конвульсиях и яростно закричал, выпуская из легких воздух. Сразу же последовал резкий рывок, и Кузьменко ушел вниз еще на три метра. Затем его тело занесло далеко вправо, а схватившие за ноги злодеи не только отпустили, но и подтолкнули его кверху. Алексей выскочил из воды, как пробка, взлетев над поверхностью почти по пояс. Сквозь стекающую по глазам воду он увидел протянутую руку и, не раздумывая, ухватился за нее. Мотая головой из стороны в сторону, он судорожно вдохнул и протер глаза свободной рукой.

Он плавал на середине небольшого круглого бассейна. Высокий потолок над водоемом был выложен голубой плиткой и освещался несколькими яркими лампами. Слева от Алексея в воду уходила никелированная лесенка. Он подплыл к ней и уже без посторонней помощи выбрался на сушу. Протянувший ему секунду назад руку Евгений вылез следом.

– Это было… неприятно, – признался Кузьменко, принимая от одного из стоящих у бассейна монахов полотенце.

– Привыкнешь, – заверил его Евгений и принялся вытирать волосы.

– Зато теперь мы в полной безопасности. В рыбу бесы вселяться не любят, а другого пути сюда нет.

Брат кивнул в сторону невысокой двери и сказал:

– Можешь делать все, что вздумается. На сегодня приказов больше не предвидится. Выбирай любую свободную келью и отдыхай. На ужин тебя пригласят.




Глава 8.

СЫЩИКИ


Здесь они разулись и вошли в ручей, – сделал вывод Эрик и поднялся с корточек. – Вопрос – куда они пошли, вверх по течению или вниз?

– Скорее всего – вниз, – предположил Красавчик. – Ручеек проистекает из озера, значит, они должны были выйти на его берег. Я обошел всю лужу кругом и не обнаружил ни одного человеческого следа.

– Значит, вниз, – согласился Эрик. – Только там через триста метров начинается совершенно непроходимый бурелом. Ручей исчезает под ним на некоторое время, а появляясь снова, вливается в болото, по берегу которого тоже нет никаких следов. Загадка?

– Специалисты, – с оттенком уважения сказал Красавчик. – Надо осмотреть ближайшие к ручью деревья. Может, они как Тарзан, ушли по лианам?

– Где ты видел лианы в сосновом лесу? – Эрик Скривился.

– Но крыльев у монахов я тоже не заметил. Или… а, может, они тоже наскребли деньжат и закупили у Костика один из планеров?

– На какие пожертвования? – Эрик в сомнении покачал головой. – Нет, здесь что-то похлеще… Эти братья очень непростые ребята. Мы с ними еще хлебнем…

– Обычно так я говорю, – пробормотал Красавчик. – Но сути это не меняет, ты прав. Слушай, а не спросить ли нам у ведьмы? Раз эти два воинства так давно изучают друг друга, она может знать о монахах что-то, до чего мы со своими человеческими мозгами вовек не додумаемся.

– Ты же не веришь в сказки о Бездне?

– Это мы уже прошли, и я признал свою неправоту…

Девушка, пристегнутая наручниками к третьему ряду задних сидений, посмотрела на севших в машину сыщиков с вызовом.

– У нас возникли затруднения, киса, – с интонациями дешевого ухажера сказал Красавчик. – Не поможешь их разрешить?

– Потеряли след? – презрительно взглянув на сыщика, спросила дива. – Это естественное следствие вашей самоуверенности. Черные Монахи – лучшие воины вашего мира, и для них нет практически ничего невозможного. Мы их за это даже уважаем…

– Вы их за это – боитесь, – резко возразил Эрик. – Тебе, кажется, был задан вопрос. Ты поможешь нам отыскать пропавший след или нет?

– А вы меня отпустите?

– Для начала ограничимся мелкими поблажками и презентами, – вмешался Красавчик. – Например, купим тебе новую метлу или духи, чтобы в машине не так сильно пахло серой…

– Твой юмор бесконечно далек от совершенства, – спокойно отреагировала пленница и повернулась к Эрику: – Мы давно предполагали, что под озером у них есть еще одно убежище. Однако вход в него, сколько ни старались, найти так и не смогли. Это все, что я знаю.

– И на том спасибо, – Эрик поднял машину в воздух и повел к водоему. – Придется поискать самим… Как тебя, кстати, зовут? По-человечески, конечно.

– Ирина…

– А меня Эрик. Моего напарника можешь называть Красавчиком, хотя эпитет ему явно не подходит.

– Называя мне свои имена, вы попадаете в тень Бездны, – немного зловеще произнесла Ирина. – Через имя устанавливается контакт с энергетической оболочкой человека…

– Стоп! – Эрик поднял руку и рассмеялся. – Никаких лекций по оккультизму! Достаточно с нас того, что мы оказались в поле зрения двух отрядов сумасшедшего спецназа, которые считают себя избранными покорять-защищать мир… Скажи мне лучше вот что: вы все можете мысленно связаться с Бездной?

– Да, – подтвердила девушка.

– А через нее вы можете заглянуть в мысли любого соратника?

– Да, хотя это считается неприличным…

– Этика у бесов? Интересно, – Эрик почесал подбородок. – Но все-таки проделать подобное несложно?

– Думаю, да…

– Тогда последний вопрос, и ты свободна, – Эрик поиграл ключом от наручников. – Кто такой Апостол?

– Я же говорила, что не знаю! – рассерженно ответила Ирина.

– А ты подумай, – посоветовал Эрик. – Через Бездну…

– Послушайте, – взмолилась девушка, – вы не понимаете, что такое Бездна! Это не компьютерная сеть или необъятная база данных! Это мир! Такой же полный и разнообразный, как и ваш, только совсем другой. Людям никогда не понять принципов и законов, по которым он устроен и живет! Но поймите хотя бы одно: я не могу сделать того, о чем вы просите, потому что это для меня как… самоубийство, по меркам вашего мира! Я не больна, чтобы поднимать руку на свою сущность…

– Я так и знал. То есть ты не можешь связаться по этому поводу со своей всезнающей Бездной и воспользоваться ее памятью? Тогда тебе придется провести с нами еще очень много времени, – Эрик вернулся к управлению машиной. – Мне очень жаль…

– Я проводила время и в худших компаниях, – мстительно взглянув на Красавчика, ответила девушка.

– Спасибо, – сделав вид, что расценил ее реплику как комплимент, ответил Красавчик и указал на воду: – Ты плавать умеешь?

Ирина поджала ноги и опасливо посмотрела в окно.

– Только не здесь…

– Отчего же? – притворно удивляясь, спросил сыщик. – Водичка чистая, теплая… Неужели не хочешь освежиться? Или ты думаешь, что монахи ее освятили? Боишься раствориться в святой воде?

– Не говори чепухи! – возмутилась Ирина. – Просто они могут прятаться где-то там, под поверхностью, и мне совсем не хочется быть утопленной в расцвете лет!

– Ты заметила у них за ушами жабры? – продолжая веселиться, спросил сыщик.

– Неужели тебе не известно о таком изобретении, как акваланг? – Ирина чуть наклонилась вперед и ехидно прищурилась. – Ты же бывший боевой пловец!

В салоне машины на минуту воцарилась полная тишина. Сыщики переглянулись и вопросительно уставились на девушку. Ирина закусила нижнюю губу а взгляд ее забегал, словно выискивая, куда спрятаться от такого пристального внимания мужчин.

– Продолжай, продолжай, – с интересом сказал Эрик. – Что тебе еще о нас известно?

– Все, – тихо призналась девушка. – И я теперь понимаю, что просто так от вас не отделаться.

– Это тебе подсказала Бездна? – спросил сыщик.

– Я же говорила, что, называя имя, вы попадаете в ее тень. То, что услышала я, – услышала Бездна. Она сразу же сделала подборку данных о вашем прошлом и передала мне. На этом свойстве и основана сила нашей армии.

– Да, знания – это сила, – согласился Красавчик, озадаченно разглядывая пленницу, правда, преимущественно в области бюста. – Но нырять нам все равно придется, и никаких знаний для этого не нужно. Одни умения.

Он неторопливо снял куртку, ботинки, отдал напарнику бронежилет и оба пистолета. Затем переместил ножны с длинным клинком внутри с голени на бедро и раскрыл дверь.

– Зависни точно над центром этой лужи, – попросил он Эрика, одновременно внимательно рассматривая воду. – Ненавижу пресные водоемы! Как в свинец ныряешь…

Машина вышла на середину озера, и Красавчик легко спрыгнул в прохладную воду.

Ирина закрыла глаза и, воспользовавшись тем, что Эрик сосредоточился на кругах, разбегающихся в стороны от места погружения напарника, заглянула в память Бездны. Черный водоворот затянул ее в сумрак пограничного пространства и вынес на усеянный острыми камнями берег Океана Вечной Боли. К ней приблизилась высокая серая тень Существа, и девушка ощутила легкое, горячее прикосновение к щеке. Существо не видело телесной оболочки, которая осталась сидеть неподвижным истуканом в салоне планера, оно обращалось к себе подобному контуру разумной энергии, высвободившемуся на минуту из чуждого мира. Судя по тому, что Существо бродило по берегу, ему предстояло проникновение туда, откуда вырвалась для передышки Ирина и оно, как любой новобранец, пыталось выяснить, что же его ожидает, не из памяти Бездны, а из первоисточника. Край контура девушки смешался с краем тени новичка, и они смогли обменяться впечатлениями.

– Там действительно так холодно? – спросил новобранец.

– Очень, – подтвердила Ирина.

– Зачем же тогда нам нужен этот мир? – в вопросах Существа чувствовались неуверенность и разочарование.

Ирина вспомнила тот момент, когда сама впервые выбралась на берег. Она была более фанатична в своем намерении исполнить долг, но и ее поразило ощущение одиночества, нахлынувшее перед самым проникновением в чужой мир. Она находилась тогда на грани отчаяния и паники. Только краткость подготовительного периода помогла ей пережить эти неприятные мгновения. А потом были долгие недели адаптации к холоду, к телу, его многочисленным недостаткам и капризам, а главное – уязвимости…

Существо попыталось проникнуть глубже, однако Ирина оттолкнула его и решительно, на правах ветерана, приказала:

– Иди! Тебе не в чем сомневаться! Бездна уже выбрала для тебя носителя?

– Да, – печально ответило Существо, – в самый последний момент.

– Это человек?

– Да, мужчина.

– Тогда тебе повезло. Перемещаться в кусок земли или строение гораздо легче, но тогда ты обречен на вечную скуку. Человек живет интересно и мало, а значит,ты скоро вернешься домой…

– Это хорошо, – Существо немного оживилось. – Я никогда не мечтал о военной карьере… А ты не могла бы провести меня через Барьер?

– Все, что ты слышал о каком-то там Барьере, – сказки! – заверила девушка.

– Он находится только в твоем разуме. Этот Барьер, между нами и людьми, всего лишь разница в образе мышления. Когда ты освоишь новое тело, вытеснишь из его мозга человеческий разум – пресловутый Барьер исчезнет сам собой.

– Я хочу тебе верить, но мне все равно страшно…

– Хорошо, я провожу тебя, только спрошу у Бездны, как снять наручники…

– Я могу подсказать это и сам, я хорошо изучил анатомию людей. Тебе надо вывихнуть вот эту и эту кости запястья… – Существо подвесило в пространстве схему расположения костей в человеческой кисти.

– Ты уверен?

– Да.

– Ну, что же, тогда идем. Тебе куда?

– Мне надо к Озеру Черных Монахов…

– Сразу в бой? – удивилась Ирина и вдруг замерла, пораженная приятной догадкой. – Постой, а кто твой носитель?

– Какой-то Гарик или Марек…

– Эрик, – подсказала девушка и улыбнулась.

– Отлично!

Эрик отвлекся от наблюдения за водой и посмотрел на пленницу. Она сидела неподвижно, а ее черные в полутени салона глаза, словно остекленев, глядели прямо перед собой. Сыщик помахал перед лицом пленницы рукой, прикоснулся к ее колену, однако девушка не реагировала. Эрик уже собирался вернуться к прерванному занятию, как вдруг заметил, что на губах Ирины появляется улыбка, а глаза постепенно принимают нормальное, осмысленное выражение.

– Добро пожаловать обратно, – пробормотал он и тут же ощутил сильнейший приступ головокружения.

Его руки бессильно упали вдоль тела, выронив в открытую дверь один из пистолетов Красавчика. Эрик беспомощно заморгал и попытался справиться с собой, но головокружение не проходило. Он принял решение не двигаться, чтобы не выпасть следом за оружием самому, и замер в кресле. Пейзаж за окном вращался со скоростью детской карусели. Эрик оглянулся на пленницу и увидел, что она наблюдает за ним с большим интересом. В голове сыщика мелькнуло ужасное подозрение, но он старательно отогнал его подальше и сосредоточился на том, чтобы взять себя в руки. Спустя минуту головокружение прошло и телу вернулась прежняя послушность. Эрик осторожно подвигал руками, поднял оставшийся пистолет и направил его на девушку.

– Твои проделки?

– Вы о чем? – удивленно спросила пленница и вновь очаровательно улыбнулась.

В ту же секунду за бортом машины послышался всплеск, и Эрик отвернулся. Над поверхностью воды показались голова Красавчика и край бесформенного предмета, который на поверку оказался телом мускулистого парня, j

– Языка прихватил, – сообщил Красавчик подплывая к планеру. – Надеюсь, еще живой…

Эрик с трудом втащил в салон обмякшего «языка» и помог взобраться Красавчику. Тот, не вытираясь, взвалил парня себе на колено и, перевернув на живот, несколькими движениями освободил его легкие от воды. До искусственного дыхания или непрямого массажа сердца дело не дошло, поскольку пленник закашлялся и судорожно вдохнул. Эрик тут же сковал его вялые руки «браслетами» и усадил парня на сиденье. Спасенного била крупная дрожь, а синеватые губы и бледная кожа свидетельствовали о том, что в себя он будет приходить еще достаточно долго.

– Мотаем отсюда! – крикнул Красавчик, выхватывая из руки напарника пистолет. – Где второй?

– Что? – смущенно спросил Эрик, пытаясь сделать вид, что не понимает, о чем речь.

– Пистолет второй где? – переспросил Красавчик,шаря взглядом по салону.

– Я его выронил, – признался Эрик и указал на воду.

– С тебя полторы тысячи условных единиц, – строго сказал Красавчик и махнул рукой.

– Давай жми на педали!

Причина спешки стала более понятна, когда планер успел отлететь от озера всего на несколько метров. Из воды показались головы многочисленных ныряльщиков. Они стремительно приближались к берегу, ориентируясь на машину. Поскольку планер не был вертолетом и не мог просто подняться повыше и скрыться за кронами деревьев, Эрику приходилось пробираться над более-менее ровными участками побережья, а это требовало времени. Красавчик взвел курок пистолета и приготовился к стрельбе.

Дальнейшие события на борту планера слились в единый поток, происходя почти одновременно. Эрик был занят управлением и потому не видел, что делалось в салоне. Красавчик стоял на одном колене у распахнутой двери, целясь в мокрых врагов, когда пленный монах вдруг сорвался со своего места и мощным тараном врезался в его мокрую спину. Практически в то же мгновение, зеленея от боли, Ирина сжала свободной рукой скованное запястье и, приложив нечеловеческое усилие, вывихнула из суставов нужные кости. Красавчик и очнувшийся монах выпали из машины на прибрежный песок, а девушка в один прыжок оказалась рядом с Эриком. Она приставила к его шее спрятанный до того неизвестно где длинный острый нож и приказала:

– Держи обе руки только на штурвале! Прибавь скорость!

– Надо забрать Красавчика, – спокойно возразил Эрик и нажал на «стоп».

– Не смей останавливаться! – взвизгнула девица и прижала нож к его шее посильнее.

– Ведьма психованная! – чувствуя, как из поверхностной раны по горлу бежит струйка горячей крови, сказал Эрик и нажал на педаль ускорения. – Сейчас придет ваш безмозглый Судья и выпотрошит тебя, как селедку!

– Дави на газ! – подвывая от боли в распухающем запястье и страха, закричала Ирина. – Быстрее! Быстрее!

– Ты не ори! – заводясь не меньше девицы, рявкнул сыщик. – Я не глухой!

Планер наконец выбрался на ровный участок и стремительно заскользил над землей, быстро уходя по просеке далеко на северо-восток…




Глава 9.

АЛЕКСЕЙ


– Что это за шум? – выглядывая из своей кельи, спросил Алексей у пробегающего по коридору монаха.

– На нас напали! – на бегу ответил брат. Алексей торопливо натянул штаны и последовал за ним. По всему убежищу слышался шум и возбужденные голоса. В отсеке с бассейном собралось не меньше двадцати человек. Большинство из них были мокрыми и обозленными. На полу, у самой кромки воды, лежал связанный толстыми веревками человек. Его лицо украшал сочный синяк под правым глазом, а губы извергали самые изощренные проклятия из всех, что Алексею доводилось слышать в своей жизни.

Кузьменко боком пробрался поближе к пленнику и, поравнявшись с братом Евгением, спросил:

– Он одержимый?

– Нет, – Евгений задумчиво посмотрел на пленного. – По его словам, он сыщик. Что, в общем-то, для нас не важно. Все равно ему отсюда уже не выбраться;

– Но это же не наш противник! – возразил Алексей. – Разве мы воюем с нормальными людьми?

– В любой войне неизбежны потери среди мирного населения, – холодно заметил Евгений. – Мы не можем поставить на карту все ради благополучия одного бесполезного индивидуума…

– Так не годится! – упрямо возразил Алексей, хватая его за рукав. – Ты должен найти другое решение!

– Ничего я не должен! – раздраженно ответил Евгений и резко высвободил руку. – Ты пока не имеешь никакого права голоса, даже совещательного, так что смотри, слушай, запоминай и молчи! Ради бога, молчи!

Алексей ошарашенно отпрянул от монаха и поискал глазами брата Томаса. Тот, заметив обращенный к нему взгляд новичка, только отрицательно покачал головой и нахмурился. Кузьменко понял, что пропустил начало совещания и судьба сыщика уже давно решена. А теперь братья всего лишь определяют, от чьей руки лазутчик должен отправиться в иной мир. Алексей попятился и, лихорадочно соображая, что может предпринять, вышел из помещения. В его келье на туалетном столике осталась старомодная «опасная» бритва, и это было пока единственное доступное Кузьменко оружие. Он не знал, чем поможет ему такое слабое вооружение, но подобие плана уже вырисовывалось в его голове. Он быстро вернулся к себе и, сунув бритву в карман, снова вышел к бассейну. Большая часть монахов уже разошлась, и у воды остались только брат Томас, Евгений и выбранный на роль палача пожилой монах, имени которого Алексей еще не знал. В руках у экзекутора была блестящая, похожая на струну удавка. Он как раз собирался набросить ее на шею жертве, когда Алексей подошел поближе и негромко сказал:

– Я больше не желаю иметь с вами ничего общего.

– Можете удавить меня так же, как и его…

Брат Евгений тяжело вздохнул и, оборачиваясь к Кузьменко, ответил:

– Наша борьба стоит гораздо больших жертв, брат мой. Ты поймешь это очень скоро. Я тебе гарантирую. А пока ступай к себе, оставь нас наедине с нашей горькой долей и тяжким грехом…

Он положил на плечо Алексея тяжелую руку и скорбно потупил холодный взор.

Палач тем временем обвил шею приговоренного струной и принялся его душить. Тело сыщика напряглось, лицо побагровело, а из раскрытого рта начал вываливаться язык. Когда он захрипел, Алексей почувствовал почти такой же приступ ярости, как тот, что охватил его под водой на пути к убежищу. Он резко сбросил руку Евгения с плеча и со всей силы двинул ему локтем в живот. Монах потерял равновесие и, взмахнув руками, свалился в бассейн. Брат Томас попытался поймать Алексея в борцовский захват, но парень сумел увернуться и прыгнул на спину палачу. Пожилой монах не смог удержать на плечах внезапно навалившуюся тяжесть и резко согнулся почти пополам, значительно ослабив при этом давление удавки. Томас все же схватил Алексея за пояс и попытался оттащить от старика,но Кузьменко изо всех сил вцепился палачу в плечо и потянул его за собой. Монах развернул удивленное лицо в сторону рассвирепевшего Алексея и попытался что-то сказать, но Кузьменко изловчился и сильно ударил старика кулаком прямо в приоткрытый рот. Хрустнули, ломаясь, остатки зубов, и Алексей с удовлетворением отметил, что по его кисти из глубокой, оставленной обломком стариковского зуба, Царапины побежала кровь. Он снова попытался вывернуться из объятий Томаса, однако монах был намного сильнее. Тогда Алексей поджал ноги и вместе с противником завалился вперед, прямо на хрипящего пленника. В момент падения Томас немного ослабил хватку, и Кузьменко успел вынуть из кармана бритву. С трудом изогнувшись, он раскрыл ее и наугад полоснул по стягивающим руки сыщика веревкам. В тот же миг на помощь Томасу подоспел Евгений, и они вдвоем потащили брыкающегося Алексея к выходу. Бритва выпала из руки Кузьменко, но поднимать ее никто не стал.

Все трое были страшно заняты борьбой и потому не видели, что старания Алексея не пропали даром. Палач страшно побледнел и беззвучно завалился на бок, а жертва освободила от разрезанных пут руки и, добравшись до оброненной бритвы, мгновенно сняла веревки с ног.

Потирая распухшую, посиневшую шею, сыщик догнал своих несостоявшихся инквизиторов и, схватив брата Томаса за темя и подбородок, резко повернул его голову вокруг вертикальной оси. Послышался противный хруст, и тело монаха рухнуло на пол. Евгений тотчас отпустил Алексея и принял боевую стойку.

– Вот так и замри! – хрипло посоветовал сыщик, оттягивая Алексея от монаха за шиворот.

– Не дай бог поцарапаешь меня чем-нибудь. Тогда ведь кранты!

Сыщик и Алексей медленно попятились к бассейну,не сводя глаз с замершего монаха.

– Ты совершаешь ошибку, брат мой, – сказал Евгений, пристально глядя на Кузьменко. – Никто, кроме меня, не сможет остановить поглощающего твой разум и тело посланника Бездны! Без Братства ты обречен!

– Ничего, Женя, разберемся как-нибудь! – ответил за Алексея сыщик и подтолкнул спутника к воде.

– Ныряй, я прикрою…

Кузьменко набрал побольше воздуха и решительно прыгнул в прозрачную воду.

Выбравшись на берег, беглецы с трудом поднялись на ноги и, шатаясь, побежали в тень окружающего озеро леса.

– Как ты думаешь, они за нами пойдут? – задыхаясь от быстрого бега, спросил Алексей.

– Обязательно! – ответил сыщик, перепрыгивая через ствол поваленной сосны.

– Они же фанатики ненормальные! Так что береги дыхание…

– А ты меня искал или их?

– Тебя, голубь мой, – не стал отрицать сыщик, – но об этом мы позже поговорим…

Когда выбившийся из сил Алексей споткнулся уже в пятый раз, сыщик остановился и махнул рукой:

– Привал – тридцать секунд…

– Как тебя называть? – стягивая хлюпающие ботинки, чтобы выжать мокрые носки, спросил Алексей.

– Красавчик, – ответил сыщик, восстанавливая дыхание при помощи простых упражнений. – Только не спрашивай, фамилия это или имя, просто пользуйся как позывным, и все…

– Ладно, – согласился Кузьменко. – Ты хотя бы представляешь, куда мы бежим?

– А как же! – Красавчик подмигнул свободным от синяка глазом.

– Обратно в логово врага.

– В деревню? – удивился Алексей.

– Так точно, – подтвердил сыщик и осторожно пощупал отекшую шею и синяк под глазом. – Кто теперь скажет, что я не красавчик?

Он хрипло рассмеялся, закашлялся и, сплюнув на землю кровавую слюну, махнул рукой.

– Поднимайся, пора…

– Слушай, – Алексей испуганно покосился на кровь, – а ты…

Красавчик проследил куда направлен взгляд спутника и похлопал его по плечу:

– Не бойся, на такие вещи твой паразит не реагирует, тут меня один профессор просветил…

– Я знаю, – согласился Кузьменко, – но это следствие экзекуции?

– Ну и что? – недоумевая, спросил Красавчик. – Следствие. Этот старикан мне всю гортань раздавил… Почти.

– Но тогда получается, что он все равно бы умер? Раз пошла кровь…

– Ах вот ты о чем?! – Красавчик ободряюще улыбнулся. – Точно, околел бы, сволочь, но сначала – я.Так что ты не зря кулак о него чесал. Спас меня, и теперь за мной должок. Если не возражаешь, я отдам его не деньгами, а ответной услугой. Например – спасу тебя. А если тебя беспокоит моральная сторона истории о несостоявшейся казни, могу тебя заверить еще раз…

Красавчик снова сплюнул кровью.

– …Сдох бы, как миленький! Не терзайся, нет на тебе вины за его скоропостижную кончину. Идем, не то замерзнем тут в лесу. Скоро ночь, а на дворе не июль месяц…

– У тебя там машина? – догадался Алексей, отгоняя мрачные переживания.

– А ты сообразительный, – похвалил Красавчик, уверенно вышагивая босиком по хвое. – Хочешь у нас в агентстве потрудиться? Подучим маленько следственной работе, годик постажируешься…

– А у милиции отобьете? – горько покачав головой, спросил Алексей.

– И это возможно, – загадочно улыбаясь, заверил Красавчик. – Если не сильно переродишься…

До поселка они добрались уже затемно. Машина стояла там же, где ее и оставили сыщики. Дом братьев был тщательно заперт и опечатан. Красавчик открыл автомобиль и вынул из-под «дворника» оставленную Сидоровым записку. В послании тот требовал немедленно с ним связаться и объяснить, куда делся свидетель, якобы прикованный к трубе внутри дома. Красавчик смял листок и, выбросив его в приоткрытое окно,пробормотал:

– Кто бы знал, куда эта ведьма делась? Выпав из планера, Красавчик успел оглянуться и заметить, как Ирина приставляла к горлу Эрика нож, а потому не питал насчет их дальнейшего маршрута особых иллюзий. Это наверняка был долгий перелет в заброшенную Красновку или на какую-нибудь другую тайную базу одержимых. Сыщик пошарил рукой под сиденьем и вынул оттуда запасной пистолет Эрика; Поставив оружие на боевой взвод, он скептически посмотрел на спутника и сунул оружие обратно.

– Надо бы нам переодеться да перекусить, – сказал Красавчик, выводя машину на дорогу.

– Я не против, – согласился Алексей. – Только скажи, ты имел в виду что-то конкретное, когда сказал Евгению, что сможешь справиться с моей проблемой и без него? Или просто предположил, что он не единственный специалист по изгнанию бесов?

– Чтобы прочитать над твоей макушкой заклинание, нужно его всего лишь знать, верно? – спросил вместо ответа Красавчик. – Ну, так я знаком с одним профессором, который его наверняка знает! К нему и поедем, когда приведем себя в порядок. Он заодно объяснит, как найти Эрика. В моем активе только один подходящий адрес, и туда его наверняка не повезут. Годится?

– Ты – босс, – Алексей махнул рукой. – Главное, успеть до превращения… Ты, кстати, не знаешь сколько у меня осталось времени?

Красавчик молча покачал головой.

– Я тоже, – Алексей вздохнул. – Может, черт с ним, с ужином?

– Ну босиком-то я все равно ходить не могу, – возразил Красавчик. – Пять минут погоды не сделают. Тем более мой дом по пути…

В квартире Красавчика спутники задержались почти на час и подъехали к дому профессора довольно поздно. Им долго никто не открывал, но как результат настойчивых звонков за дверью послышались шаги и глухой спросонья голос спросил:

– Чего хулиганите? Кто такие?

– Я был у вас сегодня утром, Михаил Моисеевич, вместе с Эриком. Мне нужна ваша помощь. Это срочно…

Дверь чуть-чуть приоткрылась, и в образовавшейся щели показался глаз. Красавчик повернулся немного боком, чтобы на подбитую часть лица падало поменьше света, и натянуто улыбнулся. Историк раскрыл дверь пошире и заглянул Красавчику через плечо. Убедившись, что гостей только двое, он окончательно открыл проход и строго прошептал:

– Заходите, только очень быстро! Не хватало, чтобы меня заметили в компании беглого каторжника!

– Он пока подозреваемый, Михаил Моисеевич, – вступился за Алексея Красавчик. – Да оба вы хороши! – ответил историк и захлопнул за ними дверь.

– Проходите в кабинет. Я сейчас распоряжусь насчет бутербродов и кофе.Хозяин прошлепал в столовую, а беглецы – в его уставленный книгами до самого потолка кабинет и повалились в глубокие кожаные кресла.

– Неплохо живут светила оккультных наук, – сказал Красавчик Алексею и подмигнул.

– Что-то меня знобит, – не реагируя на реплику спутника, сказал Алексей и передернул плечами.

– Да ты не бойся, – попытался успокоить его сыщик. – Скоро все кончится.

– Часа через два, не раньше, – словно отвечая на его замечание, сказал историк, появляясь в кабинете. – Для полного избавления от… недуга, назовем его так, необходима приличная доза одного весьма дефицитного препарата. Ночью его достать непросто. В дежурных аптеках такое не продают, а те, у кого он есть, уже спят. Придется посылать к ним гонца, ждать, пока они сообразят, что от них требуется, пока сходят в закрома… И действует снадобье не мгновенно… Так что два часа – самое малое. Но вы вряд ли торопитесь, не так ли?

– Так, профессор, но не совсем, – Красавчик развел руками. – Эрик попал в плен, и его надо выручать как можно скорее. Если даже борцы за правое дело не гнушаются устранением свидетелей для сохранения своих секретов, то я боюсь предполагать, на что способны воины Бездны… Жизнь Эрика в опасности.

– Да, будет очень жаль. Ваш напарник – весьма способный юноша… – историк снял и протер платком очки. – Однако ускорить процесс я не в силах…

– Что за снадобье, – поинтересовался Красавчик, – наркотик?

– Господь с вами, молодой человек, – историк махнул в его сторону обеими руками. – Совершенно безобидная смесь! Просто секрет ее приготовления знают только избранные. Вот, кстати, вы упомянули о борцах… По моим сведениям, среди них тоже есть люди, посвященные в таинство приготовления смеси. Они не смогли вам помочь?

– Они собирались меня удавить, Красавчик направил рефлектор настольной лампы на свою шею, – а нашего нового друга Алексея хотели продержать в частично перерожденном состоянии пару лет, чтобы он помогал бороться с бесами самым что ни на есть праведным образом – разрывая подозреваемым аорты с последующим кровопусканием.

– Какая глупость! Какая чудовищная глупость! – историк вскочил с необычайной для его возраста прытью и снял с полки одну из толстых книг. –