Да, - ответил Олесь. - Сейчас идем налево, пересекаем магистраль, затем три-четыре квартала и еще одно шоссе. Поворот на юг и рывок. Не думаю, что Нейтральный сектор далеко.
- Тебе виднее, - усмехнулся Аято.
Самурай высунул голову на улицу и осмотрелся по сторонам. Трудно сказать, что он мог увидеть в темноте, но Тино махнул рукой и сделал первый шаг в неизвестность. За ним молча последовали остальные разведчики. Группа двигалась очень тихо, люди прижимались к стенам домов и каждой клеткой своего организма чувствовали приближающуюся опасность. Постепенно глаза адаптировались к городскому ландшафту, и разведчики уже без труда различали силуэты друг друга. Позади осталось два квартала. Пока все было спокойно. Никаких дозоров, никаких патрулей. Вскоре показался большой просвет. Это означало, что группа вышла к первой магистрали. Здесь надо было действовать вдвойне осторожно. Пригнувшись, Аято подобрался к углу дома. Неожиданно он замер, опустился на землю и на четвереньках быстро вернулся обратно.
- Там пара часовых, - прошептал он. - Олесь, понадобится твоя помощь.
Молчаливый кивок головы, и наемники начали движение к шоссе. Вот и угол здания. Русич встал на колени и осторожно выглянул. Морсвильцев оказалось пятеро, но дежурили лишь двое. Остальные, завернувшись в грязные одеяла, спали прямо на земле. До чистых было около пяти метров. Дозорные дремали и были обречены. Земляне сделали резкий рывок, и в два кинжала тихо убрали часовых. Осторожно опустив трупы на землю, они посмотрели друг на друга. Оба прекрасно понимали, что значат эти взгляды. Надо было решить проблему спящих.
- Я сам не люблю убивать безоружных, - вымолвил самурай. - Но сейчас другой случай. Оставить в тылу живых врагов мы не можем. Стоит им поднять шум, и группа обречена.
Тяжело вздохнув, Храбров принялся за работу. В конце концов, аланцы нанимали его именно для этого. Он воин и обязан довести девушек до цели, какую бы цену ни пришлось за это заплатить. Несколько быстрых движений, и еще три человека расстались с жизнями. Они уснули всего несколько часов назад и больше не проснутся никогда. Тино вышел из-за угла и махнул рукой. Это был условный знак. Группа вновь начала движение. Поравнявшись с землянином, аланка искоса взглянула на распростертые тела. Никаких эмоций, никаких реплик. Даже Олис начала привыкать к крови и смерти. Люди на войне становятся черствыми и жестокими. То, что раньше казалось недопустимым, здесь является нормой, а подчас и необходимостью. Разведчики быстро проскочили магистраль, стараясь долго не задерживаться на виду. Это было одно из самых опасных мест. Прижавшись к стене дома, воины с тревогой прислушивались к звукам города.
- По-моему, все тихо, - произнес Кайнц.
- Да, - согласился Олесь. - Можно двигаться дальше.
И вновь осторожные, выверенные шаги. Ни одного возгласа, ни одного звука. Группа оставляла позади себя все новые и новые кварталы и приближалась ко второй магистрали. Пока операция шла точно по плану Храброва. Однако без неожиданностей не обошлось. Иногда разведчики проходили мимо зияющих пустотой дверных проемов. В этом не было ничего страшного. Вряд ли чистые располагались в мертвых домах. Здесь могли жить только бродяги. Именно один из них и вывалился на улицу прямо между девушками. Морсвилец был совершенно пьян, а потому его речь оказалась нечленораздельной. Что-то бубня себе под нос, оборванец с трудом пытался разглядеть стоящих перед ним людей. Сделать он это не успел. Мгновенно среагировавший Аято ударил бродягу рукоятью по затылку. Тело морсвильца тотчас обмякло, но не упало. Салан подхватила оборванца под локти и аккуратно опустила на землю.
- Раньше, чем через полчаса, не очухается, - проговорил японец. - И откуда он только взялся? Ведь не издал, гад, ни единого шороха!
- Именно это меня и беспокоит, - вставил Генрих. - Как бы нам не попасть в засаду. Не все же чистые полные болваны.
Возражать графу было бесполезно. Вернуться назад группа все равно уже не могла. Тем более, что до Нейтральной зоны осталось совсем немного. Буквально через три здания показалась знакомая магистраль. Тино и Олесь вновь подползли к самому краю. С одного взгляда стало ясно, что ситуация очень сложная. В дозоре морсвильцев было четыре человека, и ни один из них не спал. Кроме того, слишком значительным оказалось и расстояние. По меньшей мере, метров пятнадцать.
- Что будем делать? - спросил самурай. - Поднимут ведь такой вой, что сюда сбежится весь сектор.
- Не знаю, - покачал головой юноша. - Любая атака будет замечена. Отвлечь их тоже не удастся. Значит, надо убрать чистых издали.
- Верно! - вскрикнул Тино. - В четыре стрелы мы их точно снимем. Ты, я, Генрих и Линда.
- Стоит попробовать, - согласился Храбров, - тем более, что другого выхода у нас нет.
Аято отполз назад и метнулся к остальным разведчикам. Объяснение много времени не заняло. Спустя полминуты он вернулся с графом и аланкой. Немного отдышавшись, воины взялись за луки и арбалеты. Все действия были отточены, выверены и спокойны.
- Готовы? - вымолвил русич.
- Да, - дружно прошептали разведчики.
- Сейчас выходим, останавливается и стреляем одновременно, по моей команде. И смотрите, не перепутайте цели, - произнес Олесь.
Он первым поднялся, выдохнул воздух и сделал шаг на шоссе. Вслед за ним то же самое сделали и остальные. Разведчики стояли в ряд, молча прицеливаясь во вражеских солдат. Само собой, их поступок не остался без внимания морсвильцев. Один из чистых взмахнул мечом и громко выкрикнул:
- Эй, вы кто такие?
И тотчас раздалась команда Храброва. Зазвенели тетивы луков. Стрелы со свистом разрезали воздух и впились в своих жертв. Без стонов и воплей воины повалились на землю. Наемники бросились вперед, чтобы добить раненых, но это не понадобилось - стреляли мастера. Все чистые были мертвы.
- Не думал, что так аккуратно сработаем в темноте, - удивленно сказал Кайнц.
- Старались, - усмехнулся японец.
Но задерживаться долго на месте группа не собиралась. Один возглас в этой ночной тишине все же прозвучал. В любой момент на перекрестке мог появиться противник. Разведчики убрали луки и арбалеты и двинулись дальше. Однако не успели они пройти и двухсот метров, как наткнулись на три обнаженных окровавленных трупа. От них безобразно воняло, а в ранах скопилось огромное количество отвратительных насекомых. Еще метров семьдесят, и снова мертвец. Этот бедняга был обезглавлен.
- Бог мой! Что здесь произошло? - испуганно произнесла Кроул.
- Кто-то, как и мы, прорывался в Нейтральную зону, - спокойно пояснил Тино. - И было это около суток назад. Тела даже на такой Жаре не успели разложиться. Вот ублюдки… Мертвецов ограбили, а похоронить лень.
- А я, кажется, знаю, кто здесь воевал, - с усмешкой вымолвил граф.
- Кто? - воскликнула Олис.
- Коун и его банда, - ответил Генрих. - Я вспомнил одного из тех парней, что попались нам первыми. У него отсутствовала левая кисть. Я запомнил это еще при стычке у Лендвила.
- Парадокс, - проговорил Олесь. - Тридцать дней они шли по нашим следам, и вот мы поменялись местами. Представляю, как Линк удирал от разъяренных чистых. Интересно, сколько людей осталось у него в отряде…
- Тихо! - резко оборвала разговор Линда. - Впереди какой-то свет.
Разведчики вновь прижались к темной стене. Девушка не ошиблась - примерно в трехстах метрах еле заметно полыхал одинокий огонек. Временами его было совсем не видно, а иногда он блестел ярко и отчетливо. Чуть продвинувшись вперед, Аято тихо произнес:
- Это костер, и по всей видимости, совсем рядом с границей.
- Значит, чистые выставили заслоны, - вымолвил Храбров. - Они перекрыли все выходы в Нейтральный сектор и надеются не пропустить нас.
- И что мы будем делать теперь? Ведь их там может быть несколько десятков, - спросил Кайнц.
- Прорываться, - улыбнулся юноша. - На нашей стороне один важный фактор - внезапность. Группу здесь никто не ждет. И в свете костра часовые вряд ли быстро обнаружат пробирающихся людей.
Генрих лишь пожал плечами. Он уже понял, что фактически не управляет экспедицией. На это графу не хватало ни физических, ни моральных сил. Власть захватили более молодые Олесь и Тино. Может, это и к лучшему. Они решительны, смелы, а, главное, умны. Генрих не мог не признать, что все предложения Храброва и Аято оказались верными и, пожалуй, единственно приемлемыми.
После короткого совещания было принято решение опять использовать луки и арбалеты. Уничтожать чистых надо уже с дальнего расстояние. Это всегда демобилизует противника. Порой потери врага оказываются столь велики, что он даже не принимает бой. Ведь как раз во время продолжительной схватки шансов на победу у группы было меньше всего. Допустить затяжное сражение наемники не могли.
Разведчики очень медленно, выверяя каждый шаг, каждое движение, приближались к заслону морсвильцев. Вскоре костер и сидящие вокруг него люди стали отчетливо видны. Где-то далеко на востоке багряным светом озарилось небо. Приближалось утро, и время подгоняло воинов. Через полчаса-час начнут просыпаться местные жители.
- Сколько их? - спросил Олесь.
- Я насчитал семь, - прошептала Кроул.
- А я девять, - возразила Линда.
- И еще несколько человек лежат на земле, - вставил Олан.
- Это не так уж много. Похоже, что Коун хоть раз помог нам, - проговорил русич. - В стороне от костра находится какая-то куча. Я плохо ее различаю, но, по-моему, она состоит из трупов.
- Именно так, - подтвердил Тино. - Здесь был славный бой. Линк и его ребята навели шорох в секторе чистых и расчистили нам дорогу.
- Скажем ему спасибо потом, а сейчас нам придется повторить маршрут этого предателя. Вперед! - скомандовал Храбров.
Группа рассыпалась в цепь и начала быстро сближаться с противником. Они выходили из темноты, а потому чистые видеть их никак не могли. Сидя у костра, большинство часовых явно дремали. Первый залп оказался наиболее удачным. В ночной тишине раздался лишь свист стрел. Практически без шума и криков несколько морсвильцев упали на землю. Атака была столь неожиданной, что даже тогда, когда один из солдат рухнул в костер, чистые еще не поняли смысла происходящего. Лишь спустя мгновение послышался отчаянный вопль, и полусонный дозор начал вскакивать на ноги. Однако стрелы настигали чистых везде. Все новые и новые воины падали на песок. Вскоре в стане противника воцарилась паника. Морсвильцы метались из стороны в сторону, пытаясь скрыться от невидимого врага. Часть из них побежала на юг и остановилась лишь через сто метров. Это не ускользнуло от внимания разведчиков. Впрочем, применять грозное оружие не пришлось. Раненые и полностью деморализованные солдаты испуганно шарахались от них, как от привидений. Спустя полминуты группа благополучно пересекла линию из человеческих черепов. Здесь же находилось шестеро морсвильцев. Они с удивлением смотрели на странных воинов и не могли поверить, что трое мужчин, две женщины и ребенок только что уничтожили большой заслон. Однако это было именно так. В сильных и крепких руках земляне держали мечи великолепной работы, а стрелы арбалетов аланок были нацелены на чистых. Один неверный шаг, и остатки отряда морсвильцев распластаются на земле. Нервы воинов не выдержали - угроза была слишком велика и реальна.
- Здесь нельзя воевать! - громко выкрикнул один из чистых. - Мы в Нейтральной зоне. Вы рискуете столкнуться со стражами порядка.
- А никто и не собирается вас убивать, - рассмеялся самурай. - Мы прорвались, прорвались! Да здравствует Олесь! Более великолепного плана я еще не встречал.
- Его осуществление было не хуже, - скромно заметил юноша.
Слова Храброва потонул в радостных криках девушек и Олана. Только сейчас они осознали, что опасность на какое-то время осталась позади. Им определенно везло. Еще бы, группа проскочила через заслоны морсвильцев, не потеряв ни одного человека, не было даже раненых. Уже дважды разведчики вырывались из ловушек чистых. Обычной случайностью объяснить подобное трудно. Тем временем из-за горизонта показался огненный диск Сириуса. Это значило, что на операцию было затрачено около часа. Вполне прилично, учитывая пройденное расстояние и вынужденные задержки. Воспользовавшись радостью противника, морсвильцы убежали на свою территорию. И ими двигало не столько чувство страха, сколько желание поскорее ограбить трупы своих мертвых товарищей. Дележка там была уже в полном разгаре.
Взвалив на спину рюкзаки, разведчики двинулись по магистрали. Однако вскоре им преградил путь высокий приятный мужчина. В его руках было оружие, и он явно относился к касте воинов. Могучие мускулы, волевое лицо, крепкие ноги. Наемники сразу обратили внимание на массивный бронежилет, явно древней работы, так как защитный материал на нем кое-где истлел. Несколько секунд земляне и морсвилец изучали друг друга. Обе стороны остались довольны результатами своих исследований.
- Вы находитесь на территории Нейтрального сектора, чужаки, - ровным, уверенным голосом проговорил незнакомец. - Если вам неизвестные его законы, то я из оглашу…
Страж произносил свою речь не спеша, размеренно, заостряя внимание на особо важных деталях. Надо сказать, что законы сектора отличались либерализмом, даже вседозволенностью. Практически никаких ограничений. Закон был суров лишь в нескольких пунктах. Запрещались насилие, грабежи и убийства. Одним словом, делалось все, чтобы на острове законности не вспыхивали боевые действия между различными кланами Морсвила. И пока это с блеском удавалось. Следили за соблюдением правил именно стражи порядка. Они являлись выходцами из всех секторов и клялись кровью служить интересам Нейтральной зоны. В их обязанности входил сбор налога с тех лиц, которые находились в этой части города больше одной декады. В случае неплатежеспособности клиента, его выкидывали в первый попавшийся сектор. Благодаря столь жестким правилам, здесь почти не было бродяг и нищих. Оказаться в чужой зоне и погибнуть от рук жестоких убийц не хотелось никому. В результате, эта самая спокойная территория оказалась наименее населенной. В основном, здесь проживали торговцы, владельцы притонов, гостиниц и мастеровые. Все остальные обитатели Нейтральной зоны были временными посетителями. Они либо отдыхали после боев, либо укрывались от мести врагов, либо проживали имущество убитых и ограбленных жертв. Нормальной, обыденной жизни в Морсвиле, похоже, не существовало. Выслушав стража порядка, Аято спокойно спросил:
- Скажите, а не проходила ли здесь примерно сутки назад большая группа воинов? Они тоже чужие и были вынуждены с боем прорываться в этот благословенный сектор.
- Они ваши друзья? - поинтересовался морсвилец.
- В некотором роде, - с улыбкой ответил Олесь.
- Понятно, - усмехнулся солдат. - Я направил этих людей в заведение «Грехи и пороки». Там отлично кормят, хорошие комнаты, великолепные девочки и очень мало мутантов. Пожалуй, это одно из лучших заведений для воинов после дальней дороги. Но не советую вам сводить счеты…
- Нет, нет, у нас совсем другие цели, - поспешно возразил юноша.
Спустя несколько секунд страж порядка ушел, а разведчики остались на перепутье. Куда идти? Где остановиться? Первой заговорила Кроул:
- Надо уйти как можно дальше от Коуна, - вымолвила девушка. - Пусть они считают, что группа еще в зоне Чистых. Мы отдохнем до вечера и с наступлением темноты постараемся выбраться из города.
- Вряд ли это возможно, - покачал головой Тино. - Слухи здесь разносятся быстро. Уже через час весь Морсвил будет знать, что шестеро чужаков обманули чистых и благополучно достигли Нейтрального сектора. Такая информация мимо ушей Линка не проскочит. Он обязательно нас найдет и установит слежку. А вот мы о ней знать ничего не будем. Кроме того, я против поспешного ухода. Сектора Чертей, Непримиримых и Гетер - это темное место в наших познаниях о Морсвиле. Где гарантия, что группа столь же удачно пройдет эти зоны? Время терпит, и риск в данном случае явно неуместен.
- Я согласен с Аято, - поддержал, товарища Храбров. - Мы должны постоянно держать Коуна в поле зрения. Только в этом случае группа сможет обмануть его и уйти. Не забывайте и о властелинах пустыни. Они наверняка ищут нас. Сейчас тот случай, когда мы должны встретиться с врагами лицом к лицу. Надо идти в «Грехи и пороки». Пусть все видят, что земляне не боятся никого.
Олан не имел права голоса, Салан чувствовала в словах наемников уверенность, а Кайнц окончательно перестал бороться за лидерство. Именно поэтому разведчики двинулись по дороге, по которой сутки назад прошел отряд Линка. Вряд ли бандиты надеялись на подобную встречу. Сириус поднимался все выше и выше. Город постепенно оживал, и на улице то и дело встречались какие-то прохожие. Назвать многих из них людьми было весьма проблематично. Только сейчас разведчики поняли, сколь далеко зашла мутация на этом забытом богом участке Тасконы. Трехглазые, безухие, совершенно безволосые и заросшие, словом, звери, с огромными изуродованными лицами и торчащими клыками; у некоторых вместо ногтей росли когти. Говорить о разуме, вообще, не приходилось. Разная мораль, разная психология, разные поступки…
- Господи Иисусе! - вырвалось у Генриха. - Подобное не увидишь даже в самом кошмарном сне. Властелины пустыни по сравнению с многими из этих существ просто ангельски красивы. Дьявол, наверное, долго трудился, прежде чем создал подобных уродцев.
- Справедливое замечание, - улыбнулся самурай. - Однако меня удивляет другое. Как морсвильцы уживаются здесь? Даже страх перед законом не может заслонить их неприязнь друг к другу. Каждая раса борется за свое выживание. А здесь, на столь ограниченной территории, это можно сделать только за счет других. В Морсвиле война не должна прекращаться никогда…
- Так, наверное, и происходит, - продолжил тему русич. - Помнишь, Сфин говорил о нашествии властелинов пустыни. Больше всех пострадали трехглазые. И тотчас чистые и вампиры бросились на ослабевшего врага. Весьма возможно, что рас в Морсвиле было больше, но они погибли под натиском более сильных. Естественный отбор. Природа одинаково относится как к не имеющим разума животным, так и к имеющим его людям. Слабый должен погибнуть. Жестоко, но это закон.
На чужаков мало кто обращал внимание. Обитатели Нейтральной зоны привыкли к разного рода путешественникам. Тем более здесь никого невозможно было удивить обычными людьми. В Морсвиле встречались существа и поколоритней. Спустя примерно двадцать минут разведчики увидели огромную прочную вывеску «Грехи и пороки». Чуть ниже мелким шрифтом было написано: «Все, что пожелаете, - вино, еда, девочки, мягкие кровати».
- А неплохо смотрится, - произнес чуть удивленно Тино. - Не думал, что в этом дерьмовом городе смогу увидеть хоть что-то красивое. У хозяина явно есть чувство вкуса.
- И даже краска не блеклая, - вставила Олис. - Значит, ремонт проводился совсем недавно. Сириус еще не успел оказать свое воздействие. Обычно на Тасконе все выгорает довольно быстро.
Группа прошла еще около пятидесяти метров и оказалась на огромной площадке. По всей видимости, это место являлось центром Морсвила. Здания, расположенные по периметру, явно отличались по архитектуре от остальной застройки города. Колонны, шпили, сферы. Кое-что, конечно, было повреждено при взрыве, но большая часть уцелела. Повсюду виднелись следы ремонта. Свежие швы, новые блоки, яркая краска. Жители Нейтральной зоны пытались хоть как-то сохранить величие своего города. На фоне огромных разрушений, выбитых стекол и засыпанных грязью улиц создавалось впечатление какой-то иллюзии. Словно мираж в пустыне.
Заведение «Грехи и пороки» размещалось на самой окраине площадки. Именно поэтому разведчики и увидели его сразу. Все остальные здания были ничуть не хуже. Сектор явно процветал. Впрочем, это и неудивительно. Главари многочисленных кланов вкладывали огромные средства в различные структуры Нейтральной зоны. Здесь же оседало все награбленное. Имущество любого древнего склада, найденного на территории Морсвила, рано или поздно оказывалось в ломбардах этого сектора. Богатый район, окруженный тысячами нищих, голодных, озверевших людей. Но именно здесь правил Закон.

Глава 22. Остров законности

Двери заведения были сделаны из прочного прозрачного пластика и открывались вовнутрь. Скорее всего, хозяин ничего не переделывал. За двести лет фасад здания практически не изменился.
Немного потоптавшись у входа, разведчики уверенно шагнули в холл. Раздался приятный негромкий перезвон. Он неожиданности наемники вздрогнули и с тревогой начали осматриваться по сторонам.
Помещение оказалось очень небольшого размера. Возле деревянной стойки сидел мужчина лет сорока. Его внешний вид шокировал своей простотой и цивилизованностью. Белая чистая рубашка с короткими рукавами, светлые шлепанцы на босу ногу и темные очки в великолепной оправе. Чуть в стороне в удобных креслах сидели два молодых парня. Их взгляды были твердыми и уверенными. Они внимательно изучали пришельцев. Синие комбинезоны, кроссовки, бронежилеты и мечи указывали на то, что эти молодцы относятся к стражам порядка. Тем временем, морсвилец повернулся к чужакам и улыбнулся.
- Что желаете? - произнес он очень мягким голосом.
- Нам нужны отдых, еда и безопасность, - вымолвил Аято, несколько смутившись от столь радушной встречи.
- За последнее вы можете не беспокоиться. Нейтральный сектор оградит любое разумное существо от посягательства врагов. А вот два ваших первых желания будут стоить довольно дорого. Мое заведение не из дешевых.
- Мы это знаем, - вставил Храбров, - и можем заплатить.
Русич вытащил из-за спины меч Салаха и положил его на стойку. Глаза мужчины расширились от удивления и восторга. Наверняка, он еще не видел столь великолепного клинка. Слегка изогнутое лезвие, инкрустированная золотом рукоять и украшенное алмазами навершие. Более совершенный меч было трудно сделать. Морсвилец осторожно взял клинок в руки, открыл дверь и вышел на улицу. Следом за ним двинулись разведчики. В свете восходящего Сириуса лезвие сверкало, словно огненная стрела, выпущенная из божественного лука. Малейшее движение, и отражение метнулось на стену ближайшего здания. От восхищения тасконец даже вскрикнул.
- Великолепная работа, - наконец решился вымолвить он. - Где вы нашли такой меч? Я не верю, что на Оливии есть мастера, способные создать подобное произведение искусства…
- А такое? - с улыбкой сказал Олесь и воткнул свой собственный клинок в землю.
Это был совсем другой образец холодного оружия. Другая культура, другой подход. Прямое, как натянутая тетива, лезвие, плавный переход в острие и длинная, в две ладони, рукоять. Не было броских, дорогих украшений, изящной утонченности и восточной хвастливости. Меч смотрелся немного грубовато, но в нем чувствовалась уверенность, смелость и простота северных людей. Владелец подобного оружия предпочитал смерть на поле брани плену и позору рабства.
Морсвилец перевел взгляд с клинка на русича. Юноша добродушно улыбался, его глаза светились молодостью и задором. Только по-настоящему счастливый человек может так радоваться.
- Что вы хотите за меч? - спросил хозяин заведения.
- Три хорошие комнаты, еду и выпивку, когда пожелаем, возможно, девочек и каждое утро воду для умывания. Все это ровно на одну декаду, - проговорил Аято.
Самурай уже пришел в себя, сразу оценил ситуацию и понял, что они могут диктовать свои условия. Мужчина ответил не сразу. Несколько секунд хозяин обдумывал сделку, но вскоре произнес:
- Есть сложности с последним требованием. Вода сейчас слишком дорога… Источники начинают пересыхать.
- Я думаю, в Нейтральном секторе найдется немало желающих приобрести такой клинок, - обратился Тино к стоящему рядом Кайнцу.
Раздался раскатистый смех тасконца, который хохотал от души.
- А вы не только воины, но и умелые торговцы, - вымолвил он. - Я согласен на все условия. Терять подобную вещь Нил Броун не собирается. Тем более, что цена вполне приемлемая.
Войдя в здание, морсвилец хлопнул в ладоши, и словно из-под земли появился мальчик лет двенадцати. Он почтительно склонился в ожидании приказаний.
- Элан, отведи наших гостей в комнаты 407, 408 и 409. Ты запомнишь все их просьбы и тотчас выполнишь, - скомандовал Броун.
- Слушаюсь, - сказал подросток, открывая перед наемниками двери в заведение.
В глаза сразу ударил резкий свет. Лишь спустя мгновение земляне поняли, в чем дело. Огромное помещение, открывшееся перед ними, находилось под чудом уцелевшей полусферой. За два века кое-какие панели, конечно, рухнули, но в глаза это не бросалось. Создавалось впечатление, что крыша отсутствует вовсе, однако разведчики ошибались. Древние жители Морсвила строили свои дома, действительно, на века. Специальный пластик рассеивал лучи Сириуса, и в помещении царил ровный, не утомляющий зрение свет. Хозяин заведения устроил здесь бордель и явно не ошибся. Сразу в нескольких местах танцевали полуобнаженные красотки, звучала какая-то томная музыка, а пьяная толпа орала от возбуждения и похоти.
- Отличный вертеп, - усмехнулся Кайнц. - Мы словно попали на родную Землю. Там подобные плотские утехи отнюдь не редкость.
- Дикие нравы, - процедила сквозь зубы Олис.
И тут произошло нечто неожиданное. Растолкав большую толпу воинов, к группе устремился какой-то мужчина. Вскоре наемники узнали в нем своего бывшего товарища Агадая. Монгол особенно не церемонился с подвыпившими посетителями, разбрасывая их в разные стороны. Талан был по пояс раздет, обнимал какую-то пышную брюнетку и что-то громко кричал.
- Я же говорил, дьявол меня раздери, что выберутся! - донесся его голос. - Эй, Коун, встречай гостей. Разве могут грязные морсвильцы прикончить моих друзей! Ведь это не удалось сделать даже властелинам пустыни!
Если сказать честно, разведчики растерялись от такого приема. Они ожидали ненавидящих взглядов, угрожающих реплик и откровенных провокаций. Но все было по-другому. За прошедшие сутки бандиты Линка погуляли от души. Большая часть из них находилась в состоянии полного алкогольного опьянения. Лишь Алонс и Коун уверенно держались на ногах и могли здраво рассуждать. Так рано группу здесь никто не ожидал. Все надеялись, что чистым удастся уничтожить разведчиков. Тем не менее, эту новость советник принял мужественно. Он встал со стула и двинулся навстречу врагам.
- Не скажу, что обрадован, - проговорил Линк, - но здесь мы все в одинаковом положении. Нейтральная зона! Кто бы на Алане мог подумать, что такое возможно?! Более странного места я не встречал, хотя путешествовал по Оливии немало.
- Присоединяйтесь к нам! - воскликнул едва держащийся на ногах Агадай. - Чего беречь это барахло?! Олесь, Генрих, Тино, нам осталось жить меньше часа. Воспользуйтесь последним правом приговоренного к смерти. Кроул и Салан - весьма лакомый кусочек, но здесь насилие запрещено. Идиотский закон! Какое наслаждение - рвать одежду на сопротивляющейся женщине, валить на землю, раздвигать красивые ножки…
- Извращенец, - процедила сквозь зубы Олис.
Монгол искренне захохотал. Почти тотчас он сорвал бюстгальтер со своей брюнетки, обнажив большие упругие груди. Со стороны тасконки не последовало никакой реакции. Она подчинялась любому приказанию покупателя. Кроме того, девушка была изрядно пьяна и вряд ли что-нибудь соображала.
- Могу поделиться, - сказал Талан. - Эта красотка на ложе просто огонь, заведет любого мужчину. Если я начну рассказывать, что она может…
- Хватит! - оборвала землянина Линда. - Выслушивать пошлости нам совсем неинтересно. Мы идем в свои комнаты. Веди, мальчик.
- Я тоже пойду, - вымолвил Кайнц. - Слишком устал.
Вскоре группа скрылась в толпе. Рядом с Коуном, Алонсом и Агадаем остались лишь Храбров и Аято. Несколько секунд наемники и бандиты молча смотрели друг на друга. Первым не выдержал монгол:
- А Генрих здорово сдал. Возраст дает о себе знать.
- Да, - кивнул головой Тино. - Это стало особенно заметно после гибели Лунгрена и Ридле. Оба были ему наиболее близки. Родственные народы, одна религия, схожие интересы.
- Какая сейчас разница, - махнул рукой Агадай. - Пойдемте лучше выпьем напоследок. В адском котле черти вина не поднесут.
Все пятеро уселись за длинный стол, на котором стояло несколько наполовину опорожненных бутылок. Рядом храпели пьяные бандиты, и порой их просто приходилось скидывать на пол. Словно бесчувственные мешки, воины растягивались в проходах. Правда, заботливые официанты оттаскивали тела в сторону, чтобы, не дай бог, кто-нибудь не споткнулся. Разлив в бокалы светло-желтую жидкость, Талан довольно громко произнес:
- За тех, кто скоро отойдет в мир иной! Мы слегка расшевелили эту планету. Придет время, и нас вспомнят. А как - разве это важно?
- Важно, - возразил Храбров. - Мне наплевать на Алан, но я горжусь своей родиной. Я русич и не хочу предавать народ, который меня вырастил и воспитал. Никто не сможет сказать, что Олесь Храбров опозорил свое имя.
- Демагогия, - вставил Линк. - Свою задачу группа не выполнила. Без вас аланки и шагу не ступят за пределы Нейтральной зоны. Рано или поздно их продадут в рабство. На этом и закончится история еще одного разведывательного отряда.
- Спешишь, - улыбнулся Тино и взглянул на часы.
До критической точки осталось всего двадцать минут. Японец поднял глаза и увидел, как резко изменилось лицо Агадая. Тело монгола дернулось в судороге, и воин невольно издал стон.
- Проклятье, - выругался Талан. - Уже третий приступ. Адская боль. Просто невозможно терпеть. Такое впечатление, что внутри все разрывается на куски.
- Препарат впитывается в кровь, - объяснил самурай. - Скоро приступы пойдут один за одним. Так, во всяком случае, говорила Салан.
- О боги, неужели все мучения были напрасны? Ну скажите, зачем вы шли сюда? Чтобы умереть? Довольно глупо… - из последних сил воскликнул Агадай.
- Как знать, - философски заметил Храбров. - Мне очень жаль тебе это говорить, Талан, но сейчас умрешь только ты один. Алан предвидел задержку экспедиции, и Виола получил временное противоядие для всех наемников. Мы вкололи его несколько часов назад.
В самообладании монголу отказать было нельзя. Терпя мучительную боль, он внимательно смотрел в глаза юноши. Нет, тот не лгал. Состояние Агадая ухудшалось, а Олесь и Тино сидели, как ни в чем не бывало. Последний раз в жизни степной воин рассмеялся.
- Отлично сработано, - наконец произнес Талан. - Учись, Коун. Твои сородичи умны и предусмотрительны. А тебе, Храбров, я вот что скажу - любая палка имеет два конца. Через несколько минут моя душа улетит на суд Божий, ее мучения в этом мире закончатся. А вот что будет с вами? В лучшем случае - смерть от меча этих ублюдков. В худшем - вы выполните миссию. На Таскону высадится десант, и начнется новое освоение, а точнее сказать, покорение планеты. Десятки, сотни, тысячи землян станут цепными псами Алана. Признайся честно - ты не наемник, ты - раб. Без противоядия любой из вас покойник. Так стоит ли жить в постоянном страхе? И бояться вы будете не смерти, а этих адских мучительных болей!
На подобную речь трудно было ответить. Монгол сказал истинную правду и в то же время глубоко заблуждался. Человека можно захватить в плен, заставить работать или воевать, но рабом он становится лишь тогда, когда сам смиряется со своей участью. Ни Олесь, ни Тино на это были не способны. Они слишком уважали себя, чтобы всю оставшуюся жизнь подчиняться аланцам. Просто пока их интересы совпадали с интересами могущественной цивилизации. В любой момент воины могли взбунтоваться, и, конечно, каждый из них мечтал о свободе. Как ее добиться, земляне не знали, но надежды не теряли. Кто знает, что ждет их впереди…
- Адская боль, - еле слышно вымолвил Агадай и опустился на колени. - Терпеть нет никаких сил. Скорее бы мученья кончились.
Наемники смотрели на монгола с состраданием. Да, он их предал, помогал врагам в уничтожении группы, но Талан все же был землянином. Вряд ли это имело значение на родной планете, а вот на Тасконе подобный факт приобретал особый смысл. Представителей молодой развивающейся культуры судьба забросила в этот гибнущий мир и заставила воевать. Какая разница, на чьей стороне? Они, в любом случае, здесь чужие. Их так мало, что потеря даже одного человека, пусть и врага, больно отдается в сердце. Тем более, что бедняга погибает долго и мучительно. Смотреть на искаженное болью лицо монгола, на судороги, сотрясающие все его тело, земляне не могли.
- Олесь, помоги мне, - взмолился Талан.
Вытащив из-за пояса кинжал, юноша протянул его Агадаю.
- Это все, что я могу сделать, - сказал юноша и отвернулся в сторону.
- А большего и не надо. Умереть достойно сотник великого хана Батыя всегда сможет, - гордо проговорил монгол. - И все же смешно. Русский кинжал, от которого я должен был бы погибнуть на Земле, настиг меня даже здесь.
Раздался сдавленный, хриплый смех. Неожиданно он оборвался. Олесь повернулся и увидел распростертое тело Агадая. Из сердца воина торчал кинжал, и по полу растекалась алая кровь.
- Вот и все, - с грустью сказал Тино. - Теперь нас стало еще меньше. Трое из восьми. А ради чего? Могущество Алана? Так мне на него наплевать. Ради собственной жизни? Вряд ли. Смерти я не боюсь, хотя и не ищу ее. Над этим стоит поразмыслить, Олесь. В чем-то покойный Талан был прав.
Храбров кивнул головой, но отвечать не стал. Состояние русича было просто отвратительным. Он смотрел на труп монгола и никак не мог отвести глаза. Если бы Агадай погиб в бою, от меча или стрелы, если бы он умер от какой-нибудь болезни, юноша не переживал бы. Но видеть, как действует этот проклятый препарат, оказалось выше моральных сил Олеся. В душе он поклялся, что обязательно припомнит Алану столь жестокий эксперимент. Издеваться над людьми не имеет права ни одна, даже самая высокоразвитая, цивилизация.
Тем временем, возле покойника собралась большая толпа. Не так часто в Нейтральном секторе кончали с собой люди. Тем более, посреди одного из самых шикарных заведений. Спустя пару минут в круг пробился страж порядка. Профессионально, уверенно он начал осматривать окружающих. Наконец морсвилец остановил свой взгляд на Аято:
- Кто это сделал? - требовательно спросил тасконец.
- Он сам, - спокойно ответил самурай.
- Но кинжал не его. Я видел, как этот человек продал все, что у него было. За сутки бедняга спустил целое состояние…
- Именно так, - подтвердил Храбров. - У парня были проблемы со здоровьем. Он знал, что ему осталось жить считанные часы и погулял на славу. А затем резкий приступ и ужасная боль. Это я дал ему клинок. Человек имеет право сам свести счеты с жизнью.
- Кто-нибудь может подтвердить это? - громко выкрикнул страж порядка.
У Коуна было сильное желание обвинить землянина в убийстве, но он побоялся. Аланец не знал, что здесь делают за лжесвидетельство. Судя по нравам Морсвила, лишение языка могло стать самым легким наказанием. Между тем, около десятка человек подтвердили версию самоубийства. Наверняка, среди них были и надежные осведомители, и воин, ведущий расследование, успокоился. Взглянув на мертвеца, он проговорил:
- Надо нанять носильщиков. Пусть утащат труп в сектор Чистых. Там подобного добра более чем достаточно.
- Постойте, - остановил морсвильца Алонс. - Я обещал этому человеку похоронить его. Я привык держать свое слово.
Страж в недоумении пожал плечами.
- Ваше дело. Кладбище примерно в полукилометре на восток, и чтобы через десять минут трупа здесь не было.
Следопыт склонился к Агадаю и резким движением вытащил кинжал. Вытерев лезвие о штаны покойника, тасконец протянул оружие русичу. На мгновение их взгляды встретились. Трудно сказать почему, но оба воина испытали друг к другу симпатию. Алонс скорее всего за то, что землянин столь великодушно отнесся к умирающему врагу, а Храбров был восхищен честностью бандита, выполняющего свое обещание. На этой планете подобное случалось не часто.
- Ладно, мне здесь больше делать нечего, - с усмешкой произнес Линк. - Таскать мертвецов - неблагодарное занятие. Тем более, что простаивает красотка, а ведь за нее заплачено.
Коун обнял девушку Талана и повел ее в свою комнату. Проститутка была настолько пьяна, что даже не заметила, как произошла смена партнера. Впрочем, какая ей разница. На своем недолгом веку она уже видела столько мужчин, сколько большинство женщин не видят за всю свою жизнь. И это не говоря о разного рода мутантах, которыми был заполнен Морсвил. С нравственностью в городе дела обстояли явно неважно…
- Я тоже пойду, - спустя мгновение вымолвил Аято. - Надо выяснить, как устроились аланки. Нейтральный сектор - это, понятно, хорошо, но неприятности могут случиться и здесь. Ублюдков в Морсвиле более, чем достаточно.
- Хорошая мысль, - кивнул головой Олесь. - Расслабляться не стоит. Мы можем присматривать за людьми Линка, но где-то еще бродят и властелины пустыни. Предугадать их действия невозможно.
Вскоре японец растворился в толпе, и Храбров остался со следопытом наедине. Тот пытался приподнять тело Агадая, но землянин был очень тяжел. Пока у тасконца ничего не получалось, а время шло. Страж порядка у входа внимательно наблюдал за действиями чужака. В любой момент морсвилец мог изменить свое решение.
- Давай, помогу, - проговорил Олесь, хлопнув следопыта по плечу.
Алонс обернулся. Их взгляды снова встретились. Два честных мужских взгляда. Ни капли ненависти, лжи или подлости.
- Не откажусь, - ответил тасконец.
Они дружно подхватили тело монгола подмышки и поволокли его к выходу. На них почти никто не обращал внимания. Жители Морсвила привыкли к смерти и воспринимали ее как должное. Стало меньше на одного человека - тем лучше, остальным достанется больше воды и продовольствия. Спустя пару минут воины оказались на улице. Сириус поднялся уже достаточно высоко, и наступил жаркий период.
- Надо поторопиться, - сказал следопыт, - копать могилу в полуденный зной равносильно самоубийству Агадая. Не хватит никаких сил.
Вдохнув побольше воздуха, воины двинулись на восток. Позади оставались две полосы от ног мертвеца, но ни Олесь, ни Алонс не обращали на это внимания. Ноша была довольно тяжела, а люди спешили. Примерно через триста метров им навстречу попался трехглазый мутант. На мгновение оба солдата замерли. Изменения, произошедшие в лице человека, были столь значительны, что он воспринимался как представитель совершенно другой цивилизации. А ведь их гены практически ничем не отличались. Первым пришел в себя тасконец.
- Приятель, не скажешь, где здесь находится кладбище? У нас умер товарищ, и мы хотели бы его похоронить, - спросил Алонс.
- Хорошее решение, - одобрительно вымолвил мутант. - С трупами в Морсвиле поступают просто отвратительно. Как будто это были не живые существа, а какое-то дерьмо. А кладбище совсем рядом. Пройдете метров сто, повернете налево за пятиэтажный дом и сразу его увидите.
- Спасибо, - произнес за следопыта Храбров.
Ориентация, данная трехглазым, оказалась очень точна. Уже через десять минут воины добрались до места назначения. Когда-то здесь был парк, но деревья сгорели, трава погибла, а пруды высохли. Постепенно ветры выдули слой плодородной почвы, превратив пустырь в маленькую пустыню. И тогда жители сектора нашли самое разумное применение этой территории. Они использовали ее под кладбище. Могилы располагались ровными рядами, на одинаковом расстоянии друг от друга. На краю каждой стоял камень с выбитой надписью. Все это говорило о том, что за кладбищем присматривали. Впрочем, хоронили в Морсвиле нечасто. Русич насчитал не более семидесяти могил. И это при том, что первый надгробный камень был здесь установлен двенадцать лет назад. Большинство покойников либо сгнивали в других зонах, либо становились пищей вампиров, властелинов пустыни и других мутантов. Простые человеческие обычаи соблюдались лишь коренными жителями Нейтральной зоны.
- Кажется, дошли, - проговорил следопыт, усаживаясь на горячий песок. - Чертовски устал. Даже не предполагал, что Талан столько весит. Как могилу копать? Сил почти не осталось.
- В такую жару это действительно проблематично, - согласился Олесь. - Кстати, почему ты дал такое обещание Агадаю? Вряд ли за те дни, что он находился в отряде Коуна, у него появились друзья. Характер у покойного был не из лучших…
Алонс внимательно посмотрел на юношу и спросил:
- Ты Олесь Храбров?
Русич утвердительно кивнул.
- Я много о тебе слышал, - уважительно сказал тасконец. - Талан считал тебя самым опасным противником. И дело даже не в твоих боевых качествах, а в умении ладить с людьми. Это действительно так?
- Возможно. Не мне судить, - лаконично ответил Храбров.
Следопыт улыбнулся и доброжелательно произнес:
- Зачем я это делаю? Видишь ли, Алонс Вилаун находится в отряде советника арка Яроха только временно. Сейчас наши интересы совпадают, но когда задача будет выполнена, я исчезну. Мне с бандитами не по пути. В точно такой же ситуации находился и Агадай. Он не по своей воле оказался на Оливии. Неважно, каким человеком был Талан, право на погребение имеет каждый.
- Вполне логично, - вымолвил Олесь. - Но как я понял, задача Алонса Вилауна состоит в том, чтобы разведчики Алана были уничтожены. Причем средства выбираются самые жестокие.
Взгляды двух мужчин встретились, и хотя тасконец ничего не ответил, русич понял, что попал в самую точку. Он еще не догадывался, кто этот человек, но явно не один из банды Линка. Его мораль значительно отличалась от нравов воинов Яроха. Даже аланец Коун вынужден был подстраиваться под местные законы. Жестокость, беспощадность, подлость - вот на чем держалось государство арка и Морсвил. Вилаун же находился в стороне от всей этой грязи. И тем не менее, он был врагом. Цели Храброва и Алонса противоречили друг другу.
- Пора копать, - сказал, поднимаясь, следопыт. - Иначе мы никогда не закончим это скорбное дело.
Следопыт не успел закончить фразу, как из пятиэтажного здания, расположенного рядом с кладбищем, вышел странный человек. Его внешность была настолько ужасна, что оба воина отступили на несколько шагов назад. А незнакомец все приближался и приближался. Вскоре Олесь смог рассмотреть морсвильца повнимательней. Сгорбленное, перекошенное тело, одна нога короче другой, длинные непропорциональные руки. Но все это лишь прелюдия к описанию лица тасконца. Квадратная массивная челюсть, странной формы губы, полное отсутствие носа и расположенные на разной высоте глаза. Причем один имел узкий зеленый зрачок, как у дикого животного. Венчал эту кошмарную картину совершенно лысый череп с многочисленными шрамами и вмятинами. Определить даже примерный возраст существа было невозможно.
- Хотите похоронить? - на удивление мягким и чистым голосом спросил урод.
- Да, - поспешно ответил Олесь.
- Можете копать сами, я укажу место, - сказал морсвилец. - А можете заплатить за уже готовую могилу. У меня есть подходящая…
- Это было бы просто отлично, - произнес следопыт.
- Тогда пошли, - махнул рукой морсвилец и двинулся к надгробным камням.
Воины подняли труп Агадая, посмотрели вслед мутанту и не спеша последовали за ним. Они шли по прямой утоптанной тропе, а потому хорошо различали надписи на могильниках. В основном, это были имена и даты смерти. Сколько прожил этот человек? Вряд ли кто-нибудь мог ответить. В Морсвиле подобными мелочами не интересовались. Некоторые фамилии совпадали, а значит, кое-какие родственные связи в Нейтральном секторе еще сохранились. Но вот урод остановился. Храбров повернул голову и увидел, что тот стоит у края довольно глубокой могилы.
- Выкопана всего два дня назад, - с гордостью вымолвил морсвилец. - Она практически не осыпалась и можете хоронить прямо сейчас. Ни одна тварь не доберется до тела…
- А как насчет людей? - поинтересовался русич.
Мутант резко вскинул глаза и пристально посмотрел на юношу. Невольно Олесю стало не по себе. Взгляд был пронизывающим, холодным и твердым.
- Я работаю смотрителем кладбища с момента его создания и ни разу ничего подобного здесь не было. Даже вампиры обходят это место стороной. Сразу видно, что вы чужаки и не знаете Кошмарного Дола. Я зарабатываю себе на жизнь, следя за могилами, и делаю свою работу честно. Ваш товарищ будет здесь лежать с миром…
- Извини, если мы обидели тебя, - попытался сгладить неловкость Алонс. - Мы действительно пришли издалека и плохо разбираемся в местных законах.
- Для собственной безопасности вам следует выучить их да побыстрее, - беззлобно съязвил морсвилец.
Он помог воинам опустить тело Талана в могилу и первым бросил на покойника горсть песка. Спустя пятнадцать минут на кладбище появился еще один скорбный холмик. Храбров и Алонс молча стояли возле погребального камня. Каждый из них думал о своем, но всякий раз мысли возвращались к Агадаю. Еще несколько часов назад он шутил, веселился, пил вино, а теперь находится на дне полутораметровой песчаной могилы. Сколь суетны и бренны кажутся наши дела, по сравнению с этой вечностью. Человек жил, боролся, воевал… Ради чего? Ответить на подобный вопрос может только Бог.
- Пора рассчитываться, - довольно бесцеремонно проговорил смотритель. - Сириус уже высоко, и надо слегка промочить горло.
Сразу было видно, что мутант привык к смерти. Он рассуждал философски. Мертвым уже все равно, а у живых есть свои проблемы. В чем-то с ним были согласны и тасконец, и землянин. А потому без лишних слов Алонс достал из кармана куртки золотой браслет. Изделие не являлось произведением искусства, но мастер, сделавший его, умел работать. Профессиональный уровень и утонченность линий указывали на довольно древнюю дату изготовления. В нынешние времена на Оливии таких умельцев не было. Следопыт протянул украшение уроду и спросил:
- Этого хватит?
- О, вполне, - обрадовано воскликнул морсвилец. - Вы заплатили очень щедро. За такую вещь скупщики передерутся…
- А за такую? - спросил Олесь, протягивая свой кинжал.
- Конечно! - сказал смотритель, внимательно рассматривая клинок. - Но ведь вы со мной уже рассчитались…
- За одну могилу, - пояснил русич. - Но у нас есть еще покойник. Он находится в пустыне на северо-западе от Морсвила, примерно в полукилометре. Это молодой парень чуть старше меня, одетый в пятнистые штаны и куртку…
- Он раздет, - поправил Алонс.
Храбров взглянул на тасконца и сразу понял, кто это сделал. Банда Коуна всю дорогу шла по их следам. Эти ублюдки не брезговали даже вещами мертвецов.
- Если ты притащишь труп сюда и похоронишь его - кинжал твой, - продолжил после паузы юноша. - Но я не настаиваю. Дело слишком рискованное и опасное.
Мутант раздумывал довольно долго. И скорее всего, им двигала вовсе не алчность. Награда, конечно, была важна, но гораздо больше морсвильца удивила сама просьба. Ведь проверить выполненную работу чужак никак не сможет, и тем не менее, ему отдают оружие. Доверяют? В Морсвиле к этому не привыкли. Слова здесь стояли мало, очень мало.
- Я согласен, - наконец вымолвил смотритель. - Сегодня же ночью Кошмарный Дол отправится в дорогу. Либо через сутки на кладбище появится еще одна могила, либо я никогда не вернусь.
Кинжал перешел из рук в руки. Мутант не стал рассматривать оружие, а засунул его за пояс и поковылял к своему дому. Находиться под палящими лучами Сириуса было удовольствием не из приятных. Вскоре покинули кладбище и воины. Они быстро достигли заведения Броуна и у входа расстались. Алонс взглянул в открытое юношеское лицо Олеся и невольно произнес:
- Не хочу, чтобы вы выполнили свою миссию, но тебе желаю остаться в живых. Таких людей на Оливии не так уж много.
Храбров искренне рассмеялся.
- Два взаимно исключающих пожелания, - ответил он. - И все же, спасибо. Советую в бою не искать встречи со мной. Там я не разбираю, кого рублю. Рука не дрогнет.
- Учту это, - сказал тасконец и скрылся за дверью.
Спустя несколько секунд в «Грехи и пороки» шагнул и русич. Храбров миновал зал ресторана, подошел к стойке и негромко обратился к бармену:
- Стакан чего-нибудь освежающего.
- Есть превосходное холодное пиво, однако его цена… - начал было морсвилец, но тут словно из-под земли появился Элан.
Мальчик что-то шепнул мужчине, и на лице того появилась заискивающая улыбка. Поспешно наполнив бокал пенящейся жидкостью, бармен восхищенно вымолвил:
- У вас кредит высшей категории. Нечасто приходится сталкиваться со столь богатым человеком. В любое время - все, что угодно.
Олесь кивнул головой и пригубил напиток. Ледяное, чуть горьковатое пиво охлаждало, даря великолепное ощущение. В подобную жару придумать что-нибудь лучшее вряд ли возможно. Юноша осушил бокал одним залпом и сделал жест наполнить его еще. Приказание было выполнено тотчас же. На этот раз Храбров пил мелкими глотками, растягивая удовольствие и чувствуя вкус напитка. С тем пивом, которое варили на Руси, его, конечно, сравнивать было нельзя. Нет, оно ничуть не уступало своему земному аналогу, просто слишком различна была технология приготовления. И как следствие - одно название, но разные вкусовые качества. Какое больше было по душе, юноша сейчас вряд ли мог бы сказать. Он просто наслаждался покоем и приятным, пьянящим напитком.
За вторым бокалом последовал и третий, и четвертый. Вскоре русич почувствовал тяжесть в ногах, а предметы и люди в зале начали подозрительно двоиться. Пиво оказалось не только освежающим, но и довольно крепким. А может, сказалась психологическая нагрузка последних дней. Олесю требовалась хорошая разрядка.
- Где Элан? - еле слышно спросил Храбров у бармена.
Морсвилец не успел даже раскрыть рта, как перед землянином появился подросток. Казалось, что он вездесущ.
- Доведи меня до комнаты, - мягко попросил юноша. - Я, кажется, здорово набрался. Не думал, что это произойдет так быстро.
- Само собой, - сказал мальчик, поднимая воина.
К счастью, на ногах Олесь держался еще довольно крепко. Правда, его качало из стороны в сторону, но русич ни разу не упал. Подъем на четвертый этаж оказался самым сложным участком пути, однако и он был в конце концов успешно преодолен. Пройдя по коридору метров семьдесят, Элан остановился перед дверью с номером 410. Легкий стук, и подросток уверенно шагнул вперед. Они оказались в небольшом коридоре, из которого в разные стороны отходили две комнаты. Из одной навстречу вышел полураздетый Аято. Увидев состояние Храброва, японец весело рассмеялся. Тино перебросил руку товарища себе через плечо и повел Олеся в противоположные апартаменты. Оценить ситуацию полностью юноша не мог, но он заметил, что на кровати самурая сидит совершенно обнаженная грудастая девица. Не обращая внимание на возню мужчин, женщина расчесывала длинные волосы. Вскоре она исчезла из виду, так как Аято уложил Храброва на постель, стащил с него ботинки и расстегнул куртку. Русич тотчас отключился. Он не видел, как японец с заговорщицкой улыбкой что-то сказал Элану, и тот невольно рассмеялся. В мозгу Олеся наступила полная темнота. Он даже снов никаких не видел.
Юноша проснулся через семь часов. В голове что-то шумело, и ужасно хотелось пить. Разомкнув веки, Храбров поднялся, с удивлением обнаружив, что совершенно обнажен. Впрочем, эта мысль сразу отошла на второй план, ведь всего в трех шагах от кровати на небольшом столике стоял графин с ярко-желтой жидкостью. Олесь вскочил с постели, наполнил стакан и начал жадно пить. Постепенно светлела голова, исчезла жажда, а тело налилось свежестью и силой. Постепенно русич пришел в себя и начал с интересом рассматривать комнату. Это был поистине царский номер. Новые розовые обои с золотистым рисунком, тонкие прозрачные занавески и тяжелые багровые шторы. Весь пол устилали мягкие красные ковры. В комнате было одно большое окно, выходящее на площадь. Где-то сбоку виднелся угол ресторана. Трудно сказать, как использовали это здание двести лет назад, но Броун нашел ему достойное применение.
Возле столика стояли два мягких кресла. Храбров хотел сесть, но передумал. Он начал оборачиваться к кровати и от неожиданности замер. Стакан в его руке дрогнул, и часть холодной жидкости выплеснулась на грудь. Вскрикнув, юноша начал поспешно вытираться. В комнате раздался приглушенный девичий смех. Дело в том, что в постели Олеся лежала совсем молоденькая тасконка. Своими огромными красивыми глазами она изучала тело юноши. Закрыться чем-то было просто невозможно, да и уже, наверное, не имело смысла.
- Кто ты? - спросил русич.
- Веста, - с улыбкой ответила девушка.
- А как я здесь оказался? - удивленно спросил Храбров.
- Ты - не знаю, а я пришла по вызову. Твой друг нанял меня на сутки. Он сказал, чтобы я развлекала тебя…
После этих слов тасконка откинула покрывало, и юноша увидел молодое красивое тело. Небольшая упругая грудь, изящная талия и крутая линия бедер. Оторвать глаз от девушки Олесь был не в состоянии. Веста сделала призывный жест рукой и изменила позу. Храбров проклинал себя за слабость, но сдержать желание уже не мог.
Несмотря на свой юный возраст, тасконка оказалась довольно опытной любовницей. Спустя час юноша и девушка были совершенно истощены и в обнимку уснули. Как и следовало ожидать, разбудил их Аято. Войдя в комнату, японец довольно бесцеремонно крикнул:
- Общий подъем! Время для занятий любовью еще будет.
Русич тотчас сел, но вовремя остановился. Самурай стоял в обнимку с пухленькой брюнеткой, причем она была совершенно не похожа на ту, которую Храбров видел в полдень.
- Где моя одежда? - воскликнул Олесь.
- Под кроватью, - спокойно сказал Аято, усаживаясь в кресло.
Он наполнил стакан освежающим напитком и разом его выпил.
- Хорошо, - удовлетворенно произнес японец. - Всю жизнь бы так прожить. Мягкие кровати, красивые женщины, отличное вино… Кстати, я до сих пор не могу понять, как эти парни охлаждают напитки. В пятидесятиградусную жару они просто ледяные. Ведь не холодильники же у них стоят…
- А почему бы и нет, - раздался женский голос из коридора.
В проеме комнаты появились Салан и Кроул. Обе аланка совершенно преобразились. Девушки не теряли времени понапрасну. Вычищенная одежда, вымытые лица и волосы, аккуратная прическа. Из солдат они вновь превратились в обворожительных женщин. Впрочем, то, что увидели Олис и Линда если их не шокировало, то во всяком случае удивило. Картина действительно была впечатляющая: Тино в полуобнаженном виде что-то пил, рядом с ним расположилась тасконка в такой прозрачной одежде, что все ее прелести просматривались без малейшего труда. В еще более нереспектабельном виде оказался Храбров. Он расположился в постели, а юная девушка обнимала его за пояс. Причем Олесь никак не мог нащупать свою одежду под кроватью. Язвительно усмехнувшись, Салан проговорила:
- Я вижу, наши мальчики решили отдохнуть по полной программе.
- А почему бы и нет? - возразил Аято. - Кто знает, сколько нам осталось жить? Агадай свои последние сутки провел по-царски. Чем мы хуже? Не умирать же девственниками…
Кроул тотчас покраснела и громко выкрикнула:
- Вы можете заниматься распутством сколько угодно, только не у нас на глазах. И пора подумать о деле.
- А мы в ваш номер не врывались, - спокойно ответил японец. - Для начала нужно хотя бы постучать в дверь. А во-вторых, спешить некуда. Группа нуждается в длительном отдыхе. Как мы его будем проводить - наше дело. Не хотите ждать, идите одни.
Олис хотела что-то сказать, но Линда ее остановила. Горячность и взаимные упреки сейчас были неуместны. Тем более, что наемники говорили истинную правду - торопиться не следовало. Необходимо разведать обстановку, выбрать маршрут и тщательно подготовить отход. Человек Коуна уже несколько часов постоянно дежурил на этаже.
- Хватит спорить, - вымолвила сержант. - Ваши сексуальные развлечения - ваше личное дело. Однако Линк уже протрезвел и организовал за нами наблюдение. Пора бы и нам разобраться в ситуации.
- Вот это другой разговор, - улыбнулся Тино, вставая с кресла. - Давайте выйдем и не будем мешать Олесю одеваться. Он еще слишком стеснительный. Через пятнадцать минут мы будем готовы.
Аланки развернулись и вскоре оказались в общем коридоре. Только здесь Олис смогла полностью выплеснуть свои эмоции.
- Ты видела, видела?! - возмущенно воскликнула девушка. - Он в постели с какой-то мерзкой проституткой. Неужели это доставляет ему удовольствие?
- Думаю, что да, - с сочувственным видом сказала Салан. - В тебе говорит ревность, и ты не можешь реально смотреть на вещи. Девушка в его комнате была весьма привлекательна.
- Ревность? Да он мне безразличен! - резким тоном произнесла Кроул. - Меня возмущает подобное распутство. Они спариваются, как животные, не испытывая при этом друг к другу никаких чувств.
- Но ведь ты не можешь предложить ему подобного, - возразила Линда. - Между вами лежит пропасть. Наемник-землянин и высокородная аланка. Более странного союза представить невозможно. Выкинь этого парня из головы и не мешай ему жить. Утеху от душевных ран он находит в любовных развлечениях с другими. Может, это и правильно. Молоденькая красотка ему как раз подойдет.
Гневно посмотрев на подругу, Олис быстро пошла к своему номеру. Вскоре на глазах девушки появились слезы, она ворвалась в комнату и бросилась на постель. Бедняжка рыдала от горя и отчаяния. Господи, как Олис мечтала оказаться вот так же рядом с Храбровым. Целовать Олеся, ласкать, чувствовать его грубоватую мужскую силу. Если бы знала, что погибнет, то отдалась бы землянину, не раздумывая, но ведь всегда надеешься на лучшее. И в случае удачи, ее связь с наемником станет позором для семьи. Допустить подобное Кроул не могла. Ее не поймут ни близкие, ни друзья, ни Алан.
Группа спустилась на первый этаж и вошла в общий зал. Десятки людей тотчас повернулись к ним. Их рассматривали с интересом и удивлением, а кое-кто даже с ужасом. Слух о прорыве маленькой группы через сектор Чистых уже облетел весь Морсвил. Постепенно он обрастал самыми невероятными подробностями и превращался больше в миф, чем в реальность. Тем не менее, посетители заведения хотели увидеть столь удачливых воинов. И надо сказать, многие оказались разочарованы. Трое мужчин, две женщины и мальчишка. По залу прошел шепот. Все ожидали могучих гигантов со стальными мышцами, а эти парни почти не отличались от обычных людей. Лишь Коун и его банда сидели в стороне и с угрюмой решительностью посматривали на разведчиков. Они-то знали, на что способны земляне.
Миновав несколько столов, наемники заняли свободное место. И почти тотчас к ним подскочил Нил Броун. Хозяин заведения уже переоделся и предстал в элегантном ярко-синем костюме. Обворожительно улыбнувшись, морсвилец довольно громко проговорил:
- Я хочу вас поблагодарить за столь удачный выбор. Это честь для меня и моего заведения. Весть о вашем прорыве облетела весь Нейтральный сектор, и у меня огромный наплыв посетителей. Честно говоря, я и сам удивлен. Ведь вы не потеряли ни одного человека?
- Да… - ответил Аято.
В зале раздался одобрительный свист, хлопанье в ладоши и топот ног. Тасконцы ловили каждое слово чужаков. Оторванность от остального мира порождала в них постоянный интерес к путешественникам. Что происходит за пределами пустыни Смерти, жители Морсвила представляли себе очень смутно.
- Откуда вы пришли и где взяли такое снаряжение? Подобного оружия здесь еще не видели! - спросил Броун.
Ответить самурай не успел. Из-за его спины вышел Линк и отчетливо, чтобы слышал весь зал, произнес:
- Они прилетели с Алана. И идут к космодрому. Если группа его достигнет, то на Таскону высадятся захватчики. Уверяю вас - Морсвил будет уничтожен. Здесь не пощадят никого - ни чистых, ни вампиров, ни чертей. Подобные подданные Алану не нужны. Так что если хотите жить, прикончите этих людей. Более опасных врагов в вашем городе еще не было.
Воцарилась мертвая тишина. Несколько мутантов вскочили со своих мест. Кое-кто даже потянулся за оружием. Изменилось лицо даже у Нила. Повернувшись к разведчикам, он с трудом вымолвил:
- Это правда?
Наступил критический момент. Ради общего благополучия морсвильцы могли пойти и на нарушение закона. Коун очень точно рассчитал свой удар. Время для откровенности было выбрано просто превосходно. Секунды тянулись, словно годы. Во взглядах тасконцев появилась злость и решительность. Еще мгновение, и они бросятся в атаку. Необходимо было что-то срочно предпринимать. Первым сориентировался Храбров. Закинув ногу на ногу, русич спокойным голосом возразил:
- Это верно - мы солдаты. Но с чего вы взяли, что с Алана? Поверили первому попавшемуся безумцу? Так ведь он такой же чужак, как и мы. А вдруг все как раз наоборот? Проверить это невозможно. Но я советую вам прислушаться к голосу здравого смысла. Мы знаем, что Алан уничтожил Таскону и остался во главе звездной системы. Так неужели воины столь могущественной цивилизации будут вооружены арбалетами, мечами и кинжалами? По-моему, это самая веселая шутка, что я слышал за последнее время.
Долго реплику юноши Броун не обдумывал.
- А ведь верно! - воскликнул морсвилец. - У солдат Алана наверняка были бы лазерные карабины. Я видел такое оружие на одном из наших наземных складов…
- Вот-вот, - подхватил пришедший в себя Тино. - Мы двигались через всю пустыню пешком, заходили в Клон. Этот мальчик тому свидетель. А ведь могли бы пересечь столь гиблое место на каких-нибудь машинах. Я, правда, их ни разу не видел, но читал о них в одной древней книге.
- Все! Им конец, - прошептал Линк, обращаясь к Алонсу. - Сейчас я скажу об излучении, и толпа разорвет их на куски.
- Ты что, спятил! - воскликнул следопыт. - Это же наш смертный приговор! Земляне тотчас объявят нас аланцами, раз мы обладаем подобной информацией. Храбров устроил ловушку и ждет, когда ты попадешься и станешь спорить с ним.
- Вот ублюдок, - вырвалось у советника.
Тем временем хозяин «Грехов и пороков» продолжал свои расспросы. Сейчас его уже больше интересовало оружие наемников. Мысль об аланских разведчиках исчезла так же быстро, как и появилась. На первое место выдвинулась выгода.
- Так все же откуда вы? - поинтересовался Нил.
- С севера, - ответил Олесь. - Наш город называется Кросвил. Мы сильный и многочисленный народ. Однако у нас возникли проблемы - запасы складов иссякают, кончается металл, не хватает продуктов. Совет Старейшин принял решение начать переселение. Но куда? Где остались плодородные земли? Именно с этой целью мы и пришли сюда. Если на юге окажется что-нибудь стоящее, кросвильцы двинутся вслед за нами.
Юноша импровизировал. Его разобрал порыв красноречия, и остановиться Храбров уже не мог. У морсвильцев не должно остаться никаких сомнений. В противном случае, группа никогда не покинет Нейтральный сектор. К аланцам испытывают ненависть все жители Тасконы.
- Но каким ветром вас занесло в Морсвил? - не унимался Броун. - Вряд ли этот город представляет ценность. Здесь нет ни плодородной почвы, ни воды, ни богатых складов. Все давно поделено, и даже за оставшиеся крохи идет отчаянная борьба.
- Мы это уже поняли, - проговорил Аято. - Однако у нас возникли определенные сложности. В пустыне группу преследовали те люди, что пытались оклеветать нас сейчас. Вдобавок ко всему, мы уничтожили разведчиков властелинов пустыни, и они выслали за нами погоню. Двое наших солдат погибли…
- Вы хотите сказать, что оторвались от властелинов пустыни и потеряли при этом всего двух человек? - вмешался в разговор какой-то мужчина в черной рубахе и рваных полинявших штанах.
- Именно это я и говорю, - подтвердил самурай. - Мы убили около десяти мутантов, но победа досталась нам очень дорого.
- Десять властелинов пустыни? - переспросил морсвилец с иронией и захохотал.
Его смех поддержали все присутствующие в зале. Вскоре это превратилось в общий гвалт. Сказать что-нибудь в таком шуме было совершенно невозможно. Подвыпившие тасконцы веселились от души. Ни один человек не поверил рассказу землянина. Подобное вранье им приходилось слышать нечасто. Хохотал даже Нил. Чтобы не упасть, он сел на стул и закрыл лицо руками.
- А вы шутники, - наконец вымолвил горожанин в черной рубахе. - Я присутствовал, когда властелины пустыни вторглись в сектор трехглазых. Это не воины, это монстры. Своими палицами они буквально косили ряды врагов. Не удивительно, что трехглазые обратились в бегство. А вы говорите о двух погибших…
Мужчина вновь захлебнулся от смеха. По залу прошла волна выкриков и воплей. Морсвильцы открыто издевались над чужаками. Это взбесило Тино, он хотел вызвать кого-нибудь на поединок, но Олесь его удержал. Ввязываться в драку из-за пустяка им не следовало. В самый разгар балагана к хозяину заведения подошел один из стражей порядка и что-то ему шепнул. Лицо Броуна изменилось от удивления и испуга. Он тотчас вскочил на ноги.
- Не может быть! - вырвалось у тасконца.
Однако воин молчаливо кивнул головой. И тут стало происходить что-то странное. Шум в зале постепенно затихал, люди поднимались со своих мест и смотрели на вход. Разведчики сидели за столом и ничего не видели, а проявлять любопытство они считали недостойным. Впрочем, спустя пару минут все стало ясно. Возвышаясь над толпой, словно колоссы, через зал шли властелины пустыни. Морсвильцы испуганно шарахались от них в стороны, и вскоре образовался довольно широкий коридор. Это была группа Карса. Они только что узнали о прорыве сквозь сектор Чистых своих врагов и тотчас направились в «Грехи и пороки», чтобы не упустить из виду обидчиков. Остановившись перед Нилом, мутант, не церемонясь, сказал:
- Ты хозяин заведения?
Надо отдать должное Броуну, он держался очень уверенно.
- Да, - раздался отчетливый и твердый ответ.
- Нас девять, и мы хотим поселиться здесь дней на пять-семь. Надеюсь, условия соглашения ты знаешь.
- Конечно, - усмехнулся морсвилец. - За ваше содержание мне заплатит город. Комнат здесь вполне достаточно, однако есть одна проблема…
- Какая? - поинтересовался Карс.
- В «Грехах и пороках» не готовят человеческое мясо. Это заведение чаще всего посещают люди, и подобные блюда им неприятны.
- Какая щепетильность, - скорчил гримасу властелин пустыни, но тут же продолжил, - но это неважно. Мой отряд пришел в Нейтральную зону не отдыхать, а по делу. Мы согласны на такое условие.
В этот момент вождь заметил сидящих наемников. Их спокойствие и равнодушие вызвали у мутанта восхищение. Повернувшись к разведчикам, Карс, ничуть не смущаясь, произнес:
- Я пришел сюда за вашими жизнями. Подобной обиды властелины пустыни не прощают никому. Больше ошибок мы допускать не будем. Ваш товарищ убил двух моих лучших воинов, но возмездие свершилось. И так будет всегда. Я заплачу любую цену лишь бы рассчитаться с вами.
Аято пожал плечами и негромко вымолвил:
- Могу встретиться один на один с любым твоим солдатом.
Сразу несколько властелинов пустыни шагнули вперед, но вождь их остановил. Карс был довольно умным существом. Он видел в деле одного из разведчиков и реально представлял силу остальных. Эти чужаки сражались слишком профессионально.
- Все в свое время, - с отвратительной гримасой сказал он.
Мутанты больше не проронили ни слова и, взяв несколько кувшинов воды, мясо и хлеб, двинулись вслед за худощавым молодым человеком. Он выполнял в «Грехах и пороках» ту же работу, что и Элан. Подобных посыльных у Броуна было десятка два. Они постоянно бегали среди столов, и на них никто не обращал внимания. Как только мутанты скрылись из виду, все взоры тотчас обратились к разведчикам. Их слова, сказанные десять минут назад, теперь имели совершенно другой вид. То, что казалось ложью, получило реальное подтверждение.
С усмешкой победителя на лице Тино проговорил:
- А где же знаменитое пиво? Мне до сих пор его еще не предлагали.

Глава 23. Поединок

Шесть дней отдыха пролетели, как одно мгновение. Разведчики много спали, много пили, весело развлекались. Аланки держались в стороне от наемников, участвовать в их пьяных оргиях они не собирались. Впрочем, земляне были увлечены не только тасконскими женщинами. Осматривая кабаки Нейтрального сектора, воины изучали входы и выходы из зоны. Пока выводы были очень неутешительны. За группой постоянно наблюдали два человека из отряда Коуна и один из властелинов пустыни. Оторваться от врагов разведчики никак не могли. Сектор значительно отличался от территории чистых. Заброшенных домов, старых развалин здесь практически не осталось. Каждое пригодное строение продавалось с аукциона, и желающих приобрести всегда хватало. Ведь это давало право через три года стать полноправным гражданином Нейтральной зоны. Проклиная местные законы, большинство морсвильцев все же стремились сюда.
За прошедший период земляне познакомились со многими обычаями и правилами города. Они видели, как стражи порядка проводили облаву на бродяг, а спустя пару часов бедняг безжалостно выставили в сектор вампиров. Что с ними стало, известно лишь одному богу, но вряд ли удалось спастись всем. На что способны эти мутанты, наемники узнали довольно скоро. В одном из заведений Нейтрального сектора, где собрались вампиры, блюда из человеческого мяса подавали регулярно. Воины забрели туда случайно и были поражены подобной бесцеремонностью. Огромные кровожадные мутанты с массивными боковыми клыками, красными глазами и узкими треугольными ушами жадно поглощали останки еще недавно живого человека. Многие даже не удосуживались сварить мясо. Кайнца от всего увиденного стошнило. С побелевшим лицом и трясущимися руками, граф мрачно произнес:
- Никогда не думал, что увижу нечто подобное. Ладно, черти в аду пожирают душу - это понятно, объяснимо, но наяву, в реальности…
- А это и есть ад, - ответил Храбров. - Здесь нет единой морали, то, что плохо для одних, хорошо для других. Природа безжалостна. Мы ели мясо лосей, вепрей, коз и считали это вполне нормальным. В Морсвиле прибавили и разумных существ. Дико, но объяснимо.
- Сумасшествие какое-то, - развел руками Генрих.
На второй день пребывания в секторе Олесь вновь посетил кладбище. Вместе с ним был Аято, Кайнц и Олан. Они молча шли мимо надгробных камней по узкой утоптанной тропинке. Ошибиться юноша не мог. Там, где сутки назад была одна могила, теперь виднелись два камня. Неужели горбун выполнил обещание? Храбров подошел поближе, опустился на колени и положил руки на песок. Где-то под этим слоем лежало тело Освальда Ридле. Невольно на глаза навернулись слезы. Стараясь не показать своей слабости, русич вытер лицо рукавом.
- Вечная им память, - тихо сказал японец.
- Это верно, - раздался знакомый мягкий голос. - Здесь они обрели вечный покой. Наши мирские проблемы и трудности их больше не волнуют. Я выполнил свое обещание, хотя, признаюсь честно, не раз пожалел, что согласился на подобный риск.
- Плата недостаточна? - спросил Олесь.
- Нет, нет, - вымолвил смотритель. - Дело в другом. Сектор чистых сейчас слишком опасное место. Получив пощечину от каких-то чужаков, лидеры кланов устроили настоящую