войск. Но я
считал, что это хорошая новость. Давай. Убеди меня в том, что я ошибаюсь.
Я уже начал привыкать к такому положению вещей. Мне даже будет этого не
хватать - потом.
- Именно присутствие армии здесь вносило во все путаницу, разве ты не
заметил? - сказал Алекс. - Они все тут какие-то несчастные. Даже
радоваться не умеют. Наверное, на них действует отвратная погода. Мне их
немного жаль. Такое впечатление, что на завтрак они поглощают большие
порции ненависти вместо хаггиса.
- Спасибо, что напомнил о набитом овечьем желудке, Килгур. Ням-ням.
Теперь я чувствую себя гораздо лучше.
- А я радуюсь, глядя на тебя, приятель.
- Расскажи об армии.
- Об отсутствии армии, сынок.
- Ладно, ладно.
- Ну, черт побери, ее здесь нет, не так ли? Ни одного солдата, ни
одной солдатской шлюхи в целом Рурике. Мои летучие мышки уже давно носятся
над городом - услади всюду сунуть нос. Бараки пусты. Офицеры куда-то
смылись.
- Проклятье, и где же они?
- Мудрый вопрос. Я хотел задать его нашей серебристой лисе.
- Генералу Доу?
- Угу. Только его тоже нет.
Стэн подскочил на стуле.
- А он-то где?
- Отбыл вместе с войсками. Маневры, так объяснил отсутствие генерала
его пресс-атташе - настоящий вонючий хорек. Большие маневры в Альпах. -
Алекс показал в сторону мощной горной гряды, широкой дугой опоясывающей
долину Рурик.
- Маневры? Вот дерьмо! Ты ведь в это не веришь, да?
- Не-е-ет. Если только джохианские войска - храбрые парни и красотки
- не отправляются на маневры с полным боезапасом.
- Дерьмо, - пробормотал Стэн.
- Не напрягайся так, старина. Будет еще хуже.
Возможно, Доу и был седым дураком с крошечным, усохшим мозгом. Однако
усевшись на походном стуле в своем горном командном пункте, он выглядел,
как настоящий военачальник. И вел себя со всей строгостью, положенной
чину.
- Нам не требуется никаких доказательств, - оскалился генерал через
стол переговоров. - Настаивать на доказательствах - последнее прибежище
трусов.
- Еще ни одного суздаля никто не называл трусом, - последовало
ответное рычание.
Это был Тресс, предводитель военных сил суздалей.
- Не стоит обижаться, - вмешался Снайдер. Он был кузеном Мениндера и
теперь стал фактическим вождем торков. - В этом и состоит наша главная
проблема на Алтае. Всякий раз, когда мы пытаемся объединиться, кто-то
начинает крутить носом, и все рушится.
- Уважение должны иметь мы, - сказал Хоатцин.
Его голос был хриплым и усталым. Жена Хоатцина, Диатри, погибла
вместе с Мениндером и остальными. И теперь именно Хоатцин должен был вести
богази в битву. Если до этого дойдет.
- Разделяй и покоряй. Разделяй и покоряй. Таким всегда был девиз
Императора, - сказал Доу.
И он вовсе не лицемерил. Генерал и в самом деле забыл, что доктор
Искра говорил теми же словами, хотя и в ином - джохианском - контексте.
- Значит, мы сражаемся, - сказал Тресс. - Какой у нас есть шанс?
Против Вечного Императора? Его могущество...
- Кого волнует его могущество? - вмешался Доу. - Созвездие
принадлежит нам, населяющим его народам. Объединившись, мы обязательно
победим.
- Император не так силен, как он думает, - сказал Хоатцин. - Сражался
с Тааном много лет. Победил, да. Но это была плохая победа. Слишком долгая
война. Солдаты, я думаю, устали. Кроме того, я согласен с генералом, это
не их земля. За что им сражаться?
- И все же, - не сдавался Тресс, - Императора еще никому не удавалось
победить.
- Однажды такое случилось, - возразил богази. - Должно было
случиться. Почему же еще Император исчез? Я думаю, он сбежал от Тайного
Совета.
Никто до сих пор не рассматривал исчезновение Императора в таком
свете. Так нельзя было думать. Подобные размышления могли повлечь за собой
обвинение в предательстве.
- Нам необходимо объединиться, - сказал Доу. - Впервые в нашей
истории мы должны встать плечом к плечу в борьбе за общее будущее. Наше
дело правое. Наши солдаты не знают страха. Нам не хватает только доброй
воли.
Наступило долгое молчание.
На дереве запела птица.
Тресс поднялся на задние лапы.
- Я должен поговорить со своим народом, - заявил он.
- И что вы им скажете? - спросил Доу.
- Что мы будем сражаться. Вместе.
Синд никак не могла разобраться со снайпером.
- Только не надо суетиться, красавица, - посоветовал Алекс. - Они
следили за всеми.
- Клянусь замороженными ягодицами моего папаши, ты меня достал.
- А теперь ты поносишь меня по-бхорски. Никакого уважения к седому
мудрому наставнику. Тебе должно быть очень стыдно, барышня.
- Кончай трепаться, Алекс. Как он мог пробраться во дворец? Каким
образом оказался в самом удобном для стрельбы окне? Почему у него было
столько времени на подготовку? Откуда он узнал, где будет Стэн? Как ему
удалось подготовить путь для отхода?
- Целая команда наших людей пытается найти ответы на твои вопросы,
Синд. Они допрашивают заговорщиков.
- Ну, тогда у нас нет никакой надежды, - вздохнула Синд. - Слишком
много подозреваемых. Слишком много разных показаний. Гораздо больше шансов
выиграть в имперскую лотерею.
- Ты считаешь, что смогла бы добиться большего?
Синд немного подумала, а потом кивнула.
- Конечно. Потому что они ищут не там, где надо. Этот парень был
профессионалом. Выбор позиции, старое спортивное ружье, пули ручного
изготовления... У меня нет никаких сомнений.
- Ладно. Твой мертвый стрелок был профессионалом. Снайпер есть
снайпер. Что еще тебя гложет? - Неожиданно для себя Килгур
заинтересовался. Возможно, Синд что-то нащупала.
- Две вещи. Первая - личная. Он пытался убить Стэна. Проклятье, ему
это почти удалось!
Тут Килгуру было нечего возразить - он только развел руками.
- Однако больше всего меня поразило то, что он был ЕДИНСТВЕННЫМ
снайпером. Черт возьми, это же абсурд. При данных обстоятельствах на крышу
должен был забраться целый взвод. Или ни одного. Если только кто-то не
хотел наверняка покончить со своим врагом. Понятно? Мы знаем, что к тому
моменту ему не нужен был Искра. В докладе коронера говорится, что атака
снизу была вполне успешной. Но Стэна им убить не удалось. Поэтому... бум!
Он попытался покончить со Стэном. И если бы не ты и твой костюм...
Алекс задумался.
- М-да... Однако этого еще мало.
- Мало чего? - раздался голос Махони. - Какую еще гадость вы тут
готовите?
Они повернулись и увидели вошедшего в комнату Яна Махони. Синд уже
успела привыкнуть к тому, что крупные существа умеют двигаться почти
беззвучно. Взять хотя бы Алекса или ее приятелей бхоров. Но Махони ее
удивлял. И дело тут не в том, что Ян был уже совсем немолодым человеком...
Его крупное тело ирландца и круглое доброжелательное лицо совсем не
подходили существу, способному красться, как кошка, и беззвучно появляться
прямо у тебя перед носом.
Она собралась было встать по стойке "смирно", чтобы поприветствовать
старшего офицера, однако Махони небрежно махнул рукой.
- Признавайтесь, что вы тут замышляете.
Синд рассказала ему о таинственном снайпере. Махони внимательно
выслушал ее, а потом покачал головой.
- Согласен, тайна заслуживает внимания, - сказал он. - Этот человек
несомненно был профессионалом. Значит, его наняли и работодатель уже успел
замести следы. Следовательно, если вам даже удастся установить личность
снайпера, больше вы ничего не узнаете. В некотором смысле этот человек
может оказаться весьма интересным типом. Однако боюсь, что решить вам
уравнение все равно не удастся.
- Я не могу согласиться с вами, сэр, - сказала Синд. - Никак не могу.
Это некий инстинкт. Профессиональный. Понимаете, когда я пыталась поймать
гада, мне пришлось заставить себя думать, как он.
- Естественно, - проворчал Махони, - продолжай.
Отставной шеф "Богомолов" вдруг почувствовал, что ему становится
интересно.
- И очень скоро мне это практически удалось. Я даже мысленно прозвала
его Хитрец.
- Ну так чем же Хитрец отличается от других? - нетерпеливо спросил
Махони.
Синд вздохнула.
- Он прекрасно знал местность и цель. Я хочу сказать, что Хитрец
провел некоторое время во дворце. И еще мне кажется, что он сделал все,
чтобы получше познакомиться с привычками своей будущей жертвы. Иначе он
чувствовал бы себя неуютно. Да. Хитрец хотел знать Стэна. По-настоящему.
Иметь представление о его привычках. Он должен был понимать, куда Стэн
кинется, когда возникнет неожиданная опасность.
Махони ударил ладонью по столу.
- Конечно! Он наверняка пытался проникнуть в посольство. Или
присутствовал на каком-нибудь официальном приеме, который устраивал Стэн.
- Именно, - сказала Синд. - А это значит, что Стэн или Алекс могут
опознать его. - Она посмотрела на Махони. - Сэр, я хочу, чтобы Стэн
отправился в морг и осмотрел труп.
- Вот ты ему об этом и скажи, - нахмурившись, предложил Махони.
- Он посчитает, что это пустая трата времени, сэр. Может быть, вы...
- Синд замолчала.
- Я притащу его туда за ухо, - пообещал Махони. - Пошли, Алекс,
поболтаем с послом.
В подвальном помещении морга, где, несмотря на обработку
антисептиками, стоял неприятный сладковатый запах, от которого начинало
щипать язык, было холодно.
- Подождите секунду, - сказал служитель. - Я еще не закончил ужинать.
- Он помахал в воздухе толстым бутербродом. Томатный соус просочился
сквозь хлеб.
Синд была готова вцепиться ему в глотку. Им с трудом удалось
уговорить Стэна отправиться в морг. Поддержка Махони и Килгура не помогала
- он наотрез отказывался идти.
Забавно, что теперь именно он выступил вперед. Вместо того чтобы
приказывать, кричать и возмущаться, он вытащил из кармана пачку кредиток и
помахал ею у служителя под носом.
- Вы вполне можете захватить ужин с собой, - небрежно бросил Стэн.
Служитель одной рукой схватил деньги, а другой, с зажатым в ней
бутербродом, предложим им пройти внутрь.
- Это единственная возможность привлечь к себе внимание бюрократа, -
прошептал Стэн на ухо Синд. - От криков они становятся еще упрямее и
тупее.
Служитель шел вдаль ряда холодильников.
- Так, посмотрим... Куда я положил этого типа?
Он ткнул в какую-то кнопку, и из холодильника выдвинулись носилки с
трупом. На посетителей повеяло холодом.
Служитель взглянул на труп. Капелька соуса упала на тело. Он вытер
капельку пальцем и облизал его.
- Нет. Не тот. - Нажал кнопку, и дверца с шумом захлопнулась.
Служитель рассмеялся. - Кажется, я зря потревожил его покой.
Никто никак не отреагировал на шутку. Он пожал плечами.
- У нас было много работы после того, как умер Хакан. Клиентов
столько, что мы просто сбились с ног. - Служитель снова рассмеялся. - Моя
жена теперь счастливее, чем свинья в дерьме. Уже несколько месяцев я
получаю двойную плату за сверхурочные. Еще один такой матч со стрельбой, и
мы купим домик, о котором давно мечтали. Тогда и на покой можно уйти.
- Вам повезло, - проговорила Синд.
Служитель понял ее тон.
- Это ведь не я прислал их сюда, леди, - сказал он. - Ваша работа. Вы
кончаете их, а я складирую. Таков мой девиз.
Он нажал на другую кнопку. Снова открылась дверца. Служитель заглянул
внутрь.
- Вот он, тот самый тип, за которого вы выложили денежки. Все еще
мертвый. Ха-ха. Животик ему отхватило, ребята. Ну, можете посмотреть, что
вас ждет в будущем. - Он ухмыльнулся в сторону Синд. - И вы, леди, тоже.
Однако первым заглянул Махони.
Он отреагировал мгновенно. И бурно.
- Боже милосердный! Это же Венлоу!
Стэн отшатнулся.
- Не может быть. - Потом посмотрел сам. - Проклятье! Действительно
Венлоу.
- Совершенно невозможно, - пробормотал Алекс, когда пришла его
очередь, - но это он.
Сначала Синд не понимала, о чем они говорят. Потом вспомнила. Венлоу
был убийцей Императора!
- Я думала, он...
- В тюрьме самого строгого режима, - закончил за нее Стэн. -
Последний раз, когда я о нем слышал, Венлоу находился так глубоко под
землей, что солнечный свет приходилось туда закачивать искусственным
способом.
- Наверное, сбежал, - предположила Синд.
- Абсолютно исключено, - сказал Стэн и снова посмотрел на труп. -
Однако... он здесь.
- Во всяком случае, его верхняя часть, - уточнил Алекс.
Махони нахмурился, глядя на восковые черты покойника. Он вспомнил тот
день, когда доставил Венлоу наверх. И их последующий разговор. Венлоу
обладал способностью выбираться из любых передряг - даже если попадал в
самую надежную тюрьму Империи.
- Интересно, что он здесь делал? - спросила Синд. - Кто мог...
В этот момент загудел передатчик на поясе у Махони. Он быстро включил
его.
- Махони, слушаю.
До них донесся встревоженный голос дежурного офицера:
- Вам следует вернуться обратно как можно быстрее, сэр. Мы только что
засекли флот, приближающийся к Джохи. Они не отвечают на наши запросы,
сэр.
Махони бросился к выходу. Остальные последовали за ним.
Забытый труп Венлоу так и остался лежать в морге - угроза
немедленного нападения заставила всех забыть о его тайне.
Служитель морга, который подслушал сообщение, поспешил к жене, чтобы
доложить ей о радостной новости.
39
Адмирал Хан Лангсдорфф, очевидно, проспал или прогулял лекцию об
основных стратегических ошибках - впрочем, это произошло лет пятьдесят
назад.
Он был полон презрения ко всем и уверенности в своих силах, когда
взял три боевых имперских эскадры, чтобы остановить вторжение объединенных
флотов богази и суздалей. Простая, но кровопролитная операция. Во-первых,
он предполагал, что эти примитивные существа - Лангсдорффу довольно
успешно удавалось скрывать тот факт, что он являлся ярым ксенофобом, -
разом наложат в штаны, когда увидят железный кулак Империи. Ну а потом
немного придут в себя, испытают священный ужас и, в самом худшем для флота
Империи случае, пойдут в лобовую, безрассудную атаку.
Лангсдорфф оставил небольшой отряд крейсеров в качестве приманки, а
основные силы расположил по большому кругу у них за спиной.
Противник попытается атаковать имперские силы, развернется к
Лангсдорффу флангом, после чего будет разгромлен.
Не слишком сложный план. Но простота есть главное преимущество в
сражении. А кроме того, что могут объединенные силы пернатых и зубатых
против Империи?
Конечно же адмирал Лангсдорфф был не первым командующим, который с
презрением относился к врагу. История сохранила подробный список подобных
случаев.
Катастрофа, случившаяся с Ксинг-Ню в Туркестане. Маленький Рог.
Изандхлаана. Магерсфонтейн. Суомуссалми. Дьен Бьен Фу. Сарагосса. И так
далее, я так далее...
Наверное, имя флагманского корабля тоже сыграло свою роль. Лангсдорфф
смутно помнил, что много, много веков назад существовал морской корабль,
который его создатели окрестили "Отпор". И что корабль такого класса
назывался боевым крейсером. Правда, больше Лангсдорффу ничего о том
корабле известно не было.
Он не знал, что тезка "Отпора" - и еще один боевой корабль - спокойно
заплыли в нейтральные воды, уверенные в том, что уже само присутствие
боевых кораблей вселит в сердца врага ужас; что никто не станет рисковать
и посылать в открытое море самолеты; и уж конечно же, ни один из
представителей столь презираемой монголоидной расы не посмеет напасть на
великолепные создания Империи.
Японским бомбардировщикам потребовалось меньше часа на то, чтобы
потопить оба боевых корабля.
Лангсдорфф осмотрел экран. Мощные имперские сенсоры засекли
объединенный флот суздалей и богази. Адмирал презрительно фыркнул. Эти
существа ничего не могут сделать, как следует. Если бы он собрался
атаковать чужую звездную систему, то собрал бы побольше боевых кораблей -
даже если бы для этого пришлось реквизировать грузовые и транспортные
суда.
Две эскадрильи крейсеров нанесли прямой удар по имперским кораблям -
приманке, которую оставил адмирал. Всего несколько минут спустя два других
соединения суздалей и богази - они сосредоточились вокруг тактических
кораблей и тяжелых крейсеров - атаковали имперские силы сверху и снизу
одновременно. Челюсти щелкунчика сомкнулись.
Имперские крейсеры повели ответный огонь - но силы оказались
неравными.
Тогда адмирал Лангсдорфф бросил в сражение линейные корабли, чтобы
рассечь левый фланг противника. Точно так же попытались нанести удар турки
в морском сражении при Лепанто. Однако, в отличие от турок, Лангсдорфф не
оставил никаких сил в резерве.
Командиры флота суздалей и богази, как и Лангсдорфф, считали, что
план сражения должен быть максимально простым. Их тактика опиралась на
классическую картинку: маленькую рыбешку заглатывает другая, побольше, а
ту хватает акула, которую, в конечном счете, проглатывает кит.
Потому что вне сомкнувшихся на приманке челюстей находились истинные
силы суздалей и богази. Их адмиралы дождались, пока весь флот Лангсдорффа
вступит в бой. После чего они сомкнули вторые челюсти на куда более
привлекательной добыче: на сей раз им попался весь ударный флот Империи.
Лангсдорфф был мертв прежде, чем успел послать призыв о помощи -
помощи, которой не существовало.
Для Империи битва оказалась настоящей катастрофой.
Флот суздалей и богази потерял пять крейсеров, четырнадцать
истребителей и ряд вспомогательных кораблей. От всего имперского флота
остался лишь один линейный корабль, три крейсера и несколько
вспомогательных суденышек.
Суздали и богази с триумфом возвращались на Джохи. Их победу, однако,
никто не будет изучать в военных академиях - даже на Алтае.
Почему-то бойни никогда особенно не интересуют солдат.
Поражение Лангсдорффа создало предпосылки для широкомасштабного
вторжения - к Первая гвардейская дивизия устремилась к враждебному миру.
40
Здание посольства содрогалось под мощными порывами ветра, налетевшего
с гор. Даже здесь, в конференц-зале, расположенном в подвале. Стэн слышал
раскаты грома.
Его била дрожь, но не от холода и промозглой погоды, а от слов,
произнесенных необычным существом, парившим в метре от пола.
- ...К сожалению, должен сказать, что я не ошибся. Чтобы убедиться в
собственной правоте, я, невероятно рискуя, отправился к доктору Рикор.
Меня не покидала надежда, что я не прав. И что наш мудрый друг сможет
вернуть меня к реальности.
Сэр Эку взмахнул хвостом, подлетел к Стэну и коснулся его руки
щупальцем.
- Однако я не ошибся. Вечный Император сошел с ума - в результате
чего нас ждут ужасные несчастья.
Стэн ничего не сказал. Во второй раз в жизни он почувствовал, что
осиротел. Он работал и сражался для Императора с тех самых пор, как
повзрослел и после того, как погибла вся его семья.
- Не могу в это поверить, - сказал Махони, который уже довольно давно
начал подозревать, как на самом деле обстоят дела, тем не менее, не мог
смириться с жестокой правдой.
- Мне очень жаль, мой старый друг, - проговорил сэр Эку. - Но вам
лучше, чем кому бы то ни было, известно, что я прав. Однако... я должен
сказать вам обоим еще кое-что.
Он спустился поближе к полу и поискал что-то в открытом чемоданчике.
Через мгновение в руках у Махони оказалась микрофиша.
- Это данные, собранные агентами. Видите ли, когда я убедился в
безумии Императора, мне стало интересно, кто же является его советчиком
сейчас. С кем он общается? И кто выполняет его приказы?
Махони посмотрел на микрофишу.
- И что же вы узнали?
- Пойндекс, - ровным голосом ответил Эку.
Стэн присвистнул - еще один, и весьма неожиданный, удар.
- Он же предатель, - запротестовал Махони. - Сначала предал
Императора, чтобы стать членом Тайного Совета, а потом - их всех, чтобы
спасти свою шкуру!
- Именно. А теперь Пойндекс занят тем, что пытается воплотить в жизнь
идею Императора о превращении имперских провинций в доминионы. Мои агенты
сообщили мне, что вы отказались от этой работы. По моральным соображениям.
Махони в отчаянье откинулся на спинку стула.
- Неужели такое возможно? После стольких лет?
Но манаби еще не покончил с плохими новостями. Теперь настала очередь
Стэна. Ему сэр Эку вручил две папки в картонных обложках. Одна была
голубой, другая красной. Стэн послушно прочитал надписи на обеих.
- Ваше личное дело, - объяснил сэр Эку. - Прошу прощения, что
вмешиваюсь...
Стэн пожал плечами. Разве теперь это имело значение?
- Первая папка - голубая: официальные данные, предназначенное для
публики перечисление ваших заслуг перед Империей. Если прочитать эту папку
внимательно, можно заметить определенные пробелы, пропуски, которые очень
искусно закамуфлированы.
Стэн и Махони знали, что эти так называемые пропуски были секретными
миссиями, выполненными Стэном на службе Императора.
- Вам не стоит тратить силы и пытаться объяснить мне, что вы делали в
те, пропущенные, годы, - сказал сэр Эку. - Я, естественно, догадываюсь о
природе заданий, которые вы тогда выполняли.
- Спасибо, - устало кивнул Стэн, - вероятно, я должен вас
поблагодарить.
- Стэн, я прошу вас, загляните во вторую папку, - промолвил сэр Эку.
Стэн открыл красную обложку и увидел титульный лист со знаком
Внутренней Безопасности. Тут он с удивлением посмотрел на Эку.
- Мной занималась... Внутренняя Безопасность?
- Расследование в данный момент уже закончено, - сказал сэр Эку. -
Когда у вас появится время прочитать, что там написано, вы узнаете, что у
господ из этой организации совсем другое мнение на предмет выпущенных в
вашем официальном досье лет. Они приходят к совершенно бесспорному мнению,
что вы предатель, Стэн. Вы, один из самых лояльных подданных Императора,
стали инструментом в руках его врагов.
Стэн быстро пролистал страницы и увидел нанизанные, словно бусины на
нитку, факты. Закрыл красную папку.
- Оружие против меня, не так ли?
- Совершенно верно. Если вы потерпите неудачу в каком-нибудь
предприятии - или навлечете на себя гнев Императора, - все ваши достижения
отправятся псу под хвост, прошу извинить за грубость.
Стэн почувствовал, как на него надвигаются стены комнаты. С трудом
взял себя в руки.
- Спасибо за предупреждение, сэр Эку. Все же... мне кажется, что вас
беспокоит не только моя репутация.
Сэр Эку ужасно рисковал, предпринимая этот визит. Да, конечно, он
воспользовался абсолютно надежным транспортом, которым обеспечила его Ида
из Рома - старая приятельница Стэна еще по тем временам, когда они вместе
служили в отряде "Богомолов". Если кто-нибудь узнает о природе его миссии,
опасность угрожает не только сэру Эку, но и всему его народу.
Манаби решил забыть на время о дипломатических приемах и красивых
словах.
- Я надеялся, что вы сумеете помочь, - сказал он.
Стэн был потрясен.
- Помочь? Но... как? Я не командую армиями и флотами. Я всего лишь...
- Не надо пугаться, юноша, - проговорил сэр Эку. - Я и сам толком не
знаю, о чем вас прошу. Кроме как... подумать... хорошенько подумать. Когда
эта гнусная алтайская история закончится... навестите меня на моей родной
планете. И вы тоже, Ян. Как-то раз, в прошлом, нам удалось совершить чудо,
помните?
- Ну, это же был всего лишь Тайный Совет, - возразил Стэн, - а не
Вечный Император.
- Мне кажется, Стэн, мы должны прислушаться к тому, что он говорит, -
сказал Махони, почему-то переходя на шепот. - Я давал присягу на верность
символу. Вовсе не человеку.
Стэн молчал. Он не знал, как объяснить свои чувства. Никакими словами
нельзя было описать его потерю. Король и вправду умер. Да здравствует
король. Неожиданно он подумал: "Ну и что меня теперь удерживает? Разве я
кому-нибудь что-нибудь еще должен? Не считая Синд, конечно. И моих
друзей". Он подумал о Мостике, и ему ужасно захотелось оказаться в своем
домике на берегу замерзшего озера, окруженного лесом и горами.
- Поищите кого-нибудь другого, - заявил он сэру Эку. - Я не хочу
показаться неблагодарным, но собираюсь сделать все, что в моих силах,
чтобы использовать ваше предупреждение с самыми эгоистичными целями.
- Я все равно буду вас ждать, юноша, - ответил манаби. - Потому что
верю в вашу, способность находить правильные решения в любой ситуации.
- Вам, пожалуй, пора отправляться домой, - резко сказал Стэн. - Мои
люди проводят вас на корабль. Желаю счастливого пути. И спасибо за визит.
Стэн поспешил к двери. Махони последовал за ним, только гораздо
медленнее.
- Рикор так и сказала: сначала вы откажетесь, - крикнул вслед Стэну
Эку. - Но в конце концов все равно придете ко мне.
Стэна охватила ярость. Он сердито посмотрел на существо, проделавшее
столь далекий и опасный путь, и прорычал:
- Ваша Рикор может валить ко всем чертям!
- Просто подумайте хорошенько, Стэн, - донеслись прощальные слова
Эку. - Это поможет нам сэкономить кучу времени.
Ослепленный яростью, Стэн промчался сквозь приемную. Ему было
необходимо убраться отсюда. Подальше. Все равно куда. Напиться. Сломать
что-нибудь.
Он даже не заметил перепуганное лицо офицера, дежурившего в приемной,
когда пронесся мимо входных дверей и направился в само здание посольства.
Тяжелая рука опустилась Стэну на плечо, и Махони резко повернул его к
себе. Стэн чуть не ударил старого друга.
- Стэн! Послушай меня, черт тебя подери! Ты помнишь, что я сказал
тебе тогда, на Прайме? Еще прежде, чем началась вся эта кутерьма? А
теперь... по-моему, мне известно, где может находиться ответ на наш
вопрос.
Стэн стряхнул его руку.
- Ян, с меня достаточно этих развлечений. Пусть кто-нибудь другой
поищет ответы на любые вопросы, какие только пожелает. Провались оно все
пропадом! Меня это больше не интересует.
Неожиданно они увидели четырех громил в форме службы Внутренней
Безопасности. Когда Стэн сообразил, что может означать их присутствие, он
похолодел.
Представители ВБ направились прямо к ним. Капитан показал ордер.
Другой моментально вытащил пластиковые наручники. Стэн выпрямился - он был
готов.
Однако капитан ВБ прошел мимо него и обратился к Яну - вот тут-то у
Стэна закружилась голова.
- Прошу вас следовать за нами, правитель Махони.
Стэн смотрел на них, широко раскрыв рот. Что за кретинство тут
происходит? Почему они не арестуют его?
- По чьему приказу? - услышал он громоподобный голос Махони.
- По приказу Вечного Императора! - рявкнул капитан ВБ. - Вас обвиняют
в некомпетентных действиях перед лицом врага. Вы освобождаетесь от
командования. Вас отправят на Прайм-Уорлд, где предадут суду... и если суд
признает вашу вину, вы понесете наказание.
Стэн отчаянно пытался понять, что происходит. Вероятно, они сейчас
говорят о том, что произошло на Спорных мирах. Глупое, унизительное
поражение адмирала Лангсдорффа.
Он встал между офицером ВБ и Махони.
- Но... Ян тут совершенно не при чем!
- Освободите дорогу, посол, - приказал капитан.
Стэн повернулся, чтобы позвать на помощь, однако вовремя сообразил,
что вряд ли здесь найдутся люди, которые окажутся настолько глупы, чтобы
поспешить на его зов.
- Все в порядке, Стэн, - сказал Махони. - Давай не будем усложнять
ситуацию. Я готов. - Ян повернулся к офицеру.
Стэн беспомощно наблюдал, как его друга грубо толкнули к стене,
заставили расставить ноги и подвергли тщательному и унизительному обыску.
Руки Махони, заломленные за спину, были так туго стянуты наручниками, что
налились кровью и стали пунцовыми.
Прошло всего несколько минут, а Махони уже вывели из здания
посольства.
- Я свяжусь с Императором, - крикнул ему вслед Стэн. - Это же ошибка,
я знаю. Ужасная ошибка.
- Отправляйся домой, приятель, - прокричал в ответ Ян, когда дверь за
ним практически закрылась. - Вспомни, что я тебе говорил - и отправляйся
домой!
Щелчок... дверь захлопнулась. Яна Махони увели.
Стэн бросился в комнату связи и оттолкнул офицера в сторону. Сам
набрал код и нажал на кнопку сигнала.
- Я хочу поговорить с Императором, - рявкнул он, каша ему, наконец,
ответил какой-то клерк. - И немедленно, чтоб ты сдох!
- Прошу прощения, посол, - ответил клерк. - Однако я получил четкие
указания. Император не желает с вами разговаривать. Ни при каких
обстоятельствах.
- Подожди, ты, грязный ублюдок! - Стэн уже практически не владел
собой. - Это посол Стэн! А не какое-нибудь вонючее ничтожество вроде тебя.
Представитель Императора сделал вид, что внимательно изучает бумагу
на своем столе.
- Извините. Никакой ошибки нет. Император лично приказал нам
вычеркнуть ваше имя из списка лиц, имеющих доступ к его системе связи. Мне
очень жаль, если этот факт причиняет вам неудобства... не сомневаюсь, вы
сможете получить все, что вам необходимо, по официальным каналам.
Экран потемнел.
Стэн откинулся на спинку стула. Теперь единственное, что он мог
сделать для Махони, - молиться.
Но ведь он же только что лишился всех богов...
41
Увольнение и арест Махони окончательно подорвали боевой дух имперских
вооруженных сил. Для Стэна Ян Махони был не только учителем и другом, но и
человеком, спасшим ему жизнь на Вулкане. Для Килгура, практически не
доверявшего офицерам, Махони, среди всего прочего, являлся уважаемым
командиром - он служил под его началом в спецотряде "Богомолов" еще до
того, как встретил Стэна.
Для Синд, Ото и бхоров Махони был старейшиной и почтенным
полководцем. Все дружно согласились с тем, что если он каким-нибудь
образом оскорбил Императора, тот должен был дать ему шанс отрезать бороду
при большом скоплении народа - на каком-нибудь официальном собрании - и
оставить его ждать приговора, а не заставлять покинуть посольство в
сопровождении вооруженных солдат, словно какого-нибудь преступника.
Для Первой гвардейской дивизии Махони был не просто одним из них,
поскольку начал военную службу именно в рядах этой дивизии, но и самым
уважаемым командиром. Он возглавлял ее во время таанской войны. Нынешний
командир дивизии Пайдрак Сарсфилд имел под своим началом лишь один из
батальонов, когда они выполняли задание на Кавите - планете, напоминающей
преисподнюю.
Никто не мог понять, какую ошибку, не говоря уже о преступлении,
совершил Ян Махони.
Впрочем, никто не обсуждал случившееся.
Это событие, да и сама ситуация были слишком спорными, чтобы вести о
них разговоры. Солдаты даже не возмущались странным происшествием.
Стэну придется предпринять какую-нибудь акцию, чтобы поднять боевой
дух своих людей. Правда, он плохо себе представлял, что тут можно сделать.
К тому же стремительно развивались события: к Рурику на полной скорости
приближался флот суздалей и богази. Стэн не знал, как остановить
вторжение.
Гурки и адмирал флота Масон имели свое собственное мнение на предмет
отставки и ареста Махони.
Алекс ворвался в кабинет Стэна, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Во все стороны полетели щепки, но дверь устояла.
- Только что, - заявил он, сразу переходя к яму, - я раскодировал наш
приказ к выступлению. Так вот, мы никуда не выступаем. Гриф "только для
прочтения". Приказ исходит не от нашего кретинского и всеми уважаемого
Императора, чтоб он горел в адском пламени, а от какого-то придурка из его
кабинета.
Он бросил на стол Стэна распечатку.
Она была короткой:
"Действуйте согласно инструкции. Будет установлено прямое имперское
правление. Поддерживайте общественный порядок".
- И написано, как это сделать, - возмущался Алекс. - Кое-кто там
окончательно спятил - и я знаю, кто именно. Этот летучий парень был
совершенно прав.
Стэн не обращал ни малейшего внимания на возмущение Алекса.
- Ну и что теперь? - поинтересовался Килгур.
Стэн принял решение.
- Ты можешь внести кое-какие изменения в журнал приема сообщений?
- Левой ногой. Хочешь представить так, что мы получили приказ
отвалить или?..
- Нет. Слишком сложно будет подтвердить этот приказ. Мы его просто не
получали.
- Есть, сэр. - Килгур повернулся, чтобы уйти. - Знаешь, приятель,
когда мы отсюда в конце концов слиняем, я не стану больше служить
Императору. Он не заслуживает той клятвы, что я ему принес.
- Давай сначала позаботимся о том, чтобы убраться отсюда
подобру-поздорову. Это довольно трудно будет сделать, - спокойно
проговорил Стэн.
- Адмирал Масон, я освобождаю вас от командования "Победой".
- Есть, сэр.
- Я хочу, чтобы вы возглавили то, что осталось от флота этого
придурка Лангсдорффа, - плюс корабли сопровождения, которые прибыли с
гвардейским транспортом.
- Есть, сэр.
- "Победой" и крейсером с тактическими кораблями, который привел ее
назад, буду командовать я.
- "Беннингтоном", сэр.
- Благодарю вас.
- Каковы будут ваши приказания? - спросил Масон по-прежнему холодным,
безжизненным голосом.
- Мы готовимся к эвакуации всех имперских подданных с Джохи и со
всего созвездия Алтай. Правда, я не очень понимаю, как это можно сделать с
минимальными потерями.
- А Первая гвардейская дивизия?
- Я беру под свое командование и их тоже.
- Есть, сэр. Могу я высказать свое мнение?
- Можете, - ответил Стэн.
- Вы считаете, что имеете достаточно высокую квалификацию, чтобы
взять на себя роль генерала?
- Адмирал, я считаю, что никто не обладает достаточной квалификаций,
чтобы организовать отступление под огнем противника, - а именно это мы и
собираемся предпринять. Но должен напомнить вам, что однажды мне уже
удалось успешно провести подобную операцию. Во время военных действий. На
планете, которая называлась Кавите. Ну, какие еще оскорбительные
инсинуации вы заготовили? Давайте, выкладывайте.
- У меня есть всего один вопрос.
Стэн кивнул.
- Почему все изменилось? Мне казалось, что Император хочет сохранить
за собой созвездие Алтай. Мне казалось, что эта дыра имеет принципиально
важное дипломатическое значение, хотя я и не знаю всех деталей.
- Сегодня утром я отправил донесение на Прайм, - соврал Стэн, - в
котором сообщил Императору, что мы не сможем удержать Алтай. И не получил
никакого ответа. Поэтому я считаю, что необходимо начать эвакуацию. Если
ситуация изменится, вы узнаете об этом первым. Это все, что я хотел вам
сказать.
Катера-разведчики сообщили, что корабли суздалей и богази находятся в
трех земных днях от солнечной системы Джохи.
- Генерал Сарсфилд, вы один?
- Да, сэр.
- Я хочу, чтобы вы занялись своей дивизией. Упакуйте все, что не
имеет отношения к военным действиям. То, что не является жизненно
необходимым для сражения на земле, можно погрузить на транспортные суда.
Меня интересует минимальное время, за которое ваша дивизия может сняться с
места.
- По инструкции мы должны быть в состоянии полной боевой готовности
через десять земных часов. Можем справиться за пять.
- Хорошо.
- Могу я спросить, куда мы направляемся?
- Домой. Надеюсь. Впрочем, по дороге может возникнуть несколько
непредвиденных остановок.
- Достаточно, - приказал Стэн и потер глаза, в которые точно насыпали
раскаленного песка.
Он выключил все экраны в конференц-зале, и в комнате воцарилась
тишина - больше не ощущалось неумолимой поступи судьбы.
Стэн подошел к столу, где стоял накрытый поднос, на который он до сих
пор не обращал внимания. Поднял одну из крышек и взял бутерброд - всего
лишь чуть-чуть несвежий. Стэн передал бутерброд Алексу, а себе взял
другой.
Рядом с бутербродами стоял графин. Стэн открыл крышку и понюхал.
Стрегг.
Стоит ли это делать?
А почему бы и нет? Будет он трезвым иди немного выпьет, несчастье все
равно может свалиться на их головы.
Он налил полные стаканы, протянул один из них Алексу, и они выпили.
Господи, благослови Синд! Она, наверное, приказала кому-то тихонько
поставить тут поднос с едой и графин со стреггом, в то время как сама
занималась гвардейцами, охранявшими посольство.
- Ну что, придумал какой-нибудь гениальный стратегический план? -
поинтересовался Алекс, который в единый миг заглотил бутерброд и потянулся
за другим.
- Лучше, чем на Кавите, ничего придумать не удалось, - ответил Стэн.
Махони начал эвакуацию имперских сил с планеты - противник заметно
превосходил их по количеству людей и вооружения, - а Стэн довел это дело
до конца. Ему удалось вывезти всех гражданских лиц и почти две тысячи
имперских солдат. Сам Стэн при этом попал в плен. За подвиг он был
награжден самыми почетными медалями и прославился как блестящий военный
командир. Впрочем, он никогда не относился всерьез к похвалам, ведь на
Кавите они потерпели сокрушительное поражение, и его усилия всего лишь
немного компенсировали неудачу.
По крайней мере, здесь не так много гражданских лиц, кроме работников
посольства.
- Верно, - согласился Алекс, хотя сам он никогда не оценивал их
деятельность на Кавите так же сурово, как Стэн.
- У меня есть парочка идей, - продолжал Стэн, - только сейчас мне
кажется, что мои мозги пошли погулять, не спросив у меня разрешения.
- Не удивительно, - проворчал Килгур. - До рассвета остался всего
час. Может, пойдем поспим чуток?
Стэн неожиданно почувствовал, что умирает, как хочет спать, и широко
зевнул.
- Отличная идея. Скажи, чтобы нас разбудили через два часа.
Кто-то постучал в дверь.
- Убью га...
- Войдите, - крикнул Стэн.
Дверь открылась. На пороге стояли трое гурков. Неожиданно Стэна
охватили мрачные предчувствия. Несмотря на ранний час, все трое были
одеты, словно готовились к смотру.
Стэн с трудом сдержался, чтобы не застонать. На него смотрели
джемедар Лалбахадур Тапа, только что получивший повышение хавилдар
Читтаханг Лимбу и Махкхаджири Гурунг.
В прошлый раз эта троица предстала перед ним на Прайме, когда они
предложили Стэну взять на службу их троих и еще двадцать четыре гуркских
бойца, нарушив таким образом многолетнюю традицию, по которой наемники
непальцы служили только Императору. Тогда Император был явно недоволен
таким поворотом событий.
Гурки отдали Стэну честь. Он ответил на их приветствие и скомандовал
"вольно".
- Простите, что беспокоим вас в такой час, - начал Лалбахадур. - Но
нам не удалось выкроить другого времени. Мы хотели бы поговорить с вами
наедине, если это возможно.
Стэн кивнул - и Алекс, проглотив бутерброд, запил его стреггом и
исчез. Стэн предложил своим посетителям сесть. Они предпочли остаться
стоять.
- У нас есть несколько вопросов, касающихся будущего, на которые мы
не в состоянии ответить, - продолжал Лалбахадур. - Спрашивать об этом,
естественно, полнейшая глупость, поскольку злобные пернатые хищники, что
собираются на нас напасть, вне всякого сомнения, разорвут нас на мелкие
кусочки и выбросят эти кусочки на мусорную кучу на радость своим дружкам
шакалам. Разве я не прав?
- Вы абсолютно правы, - ответил Стэн.
Все четверо улыбнулись, по крайней мере, изобразили некое подобие
улыбки.
- Когда мы покинем эту помойку, каково будет наше следующее задание?
- Мне... я думаю, вы вернетесь во дворец Вечного Императора. Во
всяком случае, пока не закончится срок вашей службы.
Стэн раздумывал над тем, почему гурки задают ему сталь несущественный
вопрос именно сейчас, почему отнимают у него время, а его сознание
продолжало твердить, что эти солдаты никогда не подходят прямо к
проблемам, имеющим для них жизненно важное значение.
- Я так не думаю, - твердо сказал Лалбахадур. - Мы должны будем
переговорить с нашим королем, который находится на Земле, и с командирами,
несущими службу по охране Императора, чтобы окончательно убедиться в том,
что нам следует предпринять. И тем не менее, я не думаю, что мы вернемся
во дворец. Мы, непальцы, покинули имперскую службу, когда Императора
убили, отказались от всех предложений, исходивших от гнусных собак,
называвших себя Тайным Советом, и от других бандитов. Мы вернулись только
тогда, когда вернулся Император.
- Древняя история, джемедар. Кто ж этого не знает. А я ужасно хочу
спать.
- В таком случае я постараюсь объяснить вам нашу точку зрения как
можно короче. Мы считаем, что, вернувшись, совершили ошибку. Этот
Император, которому мы присягнули на верность, совсем не тот человек, кому
мы служили в прошлом. Мы считаем, что возродился не он, а Ракаша, демон с
его лицом.
- Дед моего деда, - заговорил Махкхаджири Гурунг, - сказал бы, что
Император сейчас ведет себя, как Бхаирава Ужасный, и что поклоняться ему
может только горький пьяница, который никогда не трезвеет.
- Я с удовольствием поболтал бы с вами, джентльмены, - произнес Стэн,
чувствуя, как усталость практически лишила его способности соображать, -
но не могли бы вы побыстрее подойти к сути проблемы?
- Ну хорошо, - сказал Лалбахадур. - Если мы не нарушаем наш контракт,
но даже и в этом случае... Мы хотим вам служить на постоянной основе, сэр.
И снова должен заметить, что говорю не только за нас троих, а от имени
остальных двадцати четырех гурков.
"Великолепно, - подумал Стэн. - Император полюбит меня еще нежнее".
- Благодарю вас. Я потрясен оказанной мне честью. И буду помнить о
вашем предложении. К сожалению... Я не знаю, что стану делать после того,
как мы выберемся из этой помойки, однако уверен, что телохранители мне
вряд ли понадобятся.
- Ошибаетесь, сэр. Впрочем, вы поймете это позже. Мы благодарим вас
за то, что вы оказали честь нам.
Гурки отсалютовали и вышли из комнаты, оставив Стэна в полнейшем
недоумении по поводу последних слов.
Ладно, провались они пропадом! Он слишком устал. А ему еще предстоит
придумать способ убраться отсюда без потерь.
- База... это "Маленькое Ушко Три Четыре Браво", - бормотал
коммуникатор голосом, который был специально натренирован, чтобы никогда
не показывать никаких эмоций - ни страха, ни напряжения, ни просто
огорчения. - У меня тут на экране много, много вражеских судов, которые
направляются в вашу сторону. Предполагаемое время прибытия - около
двадцати земных часов. Основной курс...
Передача с разведывательного катера прекратилась.
Офицеры в коммуникационном зале нового флагманского корабля Масона
"Калигула" знали, что "Четыре Браво" больше не пошлет ни одного сигнала.
- Адмирал Масон, - сказал Стэн. - Ждите приказаний.
- Есть, сэр.
- Я хочу, чтобы вы подняли весь флот с поверхности Джохи. Займите
наступательную позицию - любую, по своему выбору - примерно в пяти
астрономических единицах от звездного скопления.
- Есть, сэр. Я не оспариваю ваш приказ, но надеюсь, вам известно, что
противник превосходит нас - восемь к одному.
- Точнее, двенадцать к одному. Не имеет значения. Вы ни в коем случае
- повторяю, ни в коем случае - не должны вступать в соприкосновение с
врагом. Вам необходимо отвлечь на себя только те корабли суздалей и
богази, которые попытаются атаковать вас. Вам следует сохранить, насколько
это возможно, видимость боевого имперского флота, готового броситься в бой
в любой момент. Вам ясно?
- Совершенно. Итак, вы собираетесь блефовать?
- Именно. Можете строить грозные рожи и делать самые разнообразные
устрашающие жесты, только в боевые действия не вступайте.
- А почему вы думаете, что я смогу отвлечь их? Может быть, они вообще
не обратят на меня ни малейшего внимания? Вряд ли они поверят тому, что я
располагаю каким-нибудь секретным оружием или готов совершить
самоубийство.
- Если бы вы были суздалем или богази и стали свидетелем того
идиотского номера, который отмочил Лангсдорфф, разве вы не подумали бы,
что имперские военные способны на все? Причем чем глупее их действия, тем
лучше?
Масон помолчал секунду, затем промолвил:
- Можно попробовать.
После этого нажал на кнопку и отключил свой коммуникатор.
Стэн очень рассчитывал на то, что Масону удастся выбраться из этой
передряги. Пусть темная аллея катится ко всем чертям - он отделает Масона
средь белого дня, прямо на плацу для парадов в замке Арундель.
- Ну, хорошо, воины, собираемся, - голос Стэна эхом разнесся по
огромному ангару для тактических кораблей на борту "Победы". Всем пилотам
такшипов и двух эскадрилий истребителей "Беннингтона" было приказано
явиться на совещание. - Я буду краток. Проинструктируйте свои команды
самостоятельно. Вот что у нас тут происходит: к нам приближается флот
противника с самыми серьезными намерениями. Остановить их мы не в
состоянии. Попытаемся по возможности усложнить жизнь этим ублюдкам, пока
мы - трусливые гражданские лица - попробуем унести отсюда ноги. Вы,
ребята, сделаете все, что в ваших силах, чтобы оправдать свою шикарную
форму и зарплату, которую получаете из карманов налогоплательщиков.
Пилоты засмеялись и немного расслабились. Всем был известен послужной
список Стэна в качестве пилота и командира тактического корабля.
- Адмирал Масон увел за собой тяжелые корабли, они сейчас находятся
недалеко от звездного скопления. Он там немного покрутит задом,
постарается убедить наших друзей, что намерен на них напасть. Им придется
построить что-нибудь вроде защитного рубежа между своими кораблями и нашим
флотом. И тут вступите в дело вы. - Теперь Стэн заговорил совершенно
серьезно. - Командиры звеньев... эскадрилий... можете атаковать любыми
формированиями, какими только пожелаете. Ваша цель - транспортные суда.
Уничтожьте их. Если вы нанесете удар вне пределов звездной системы, не
теряйте времени на завершающие атаки. Находясь поблизости от планеты, вы
должны сделать все, чтобы ни один из вражеских кораблей не совершил
вынужденную посадку на поверхность. Если они успеют сбросить катера с
солдатами, прежде чем вы уничтожите основной корабль, займитесь катерами.
Если вы окажетесь недалеко от планеты и увидите вражеские войска -
кончайте с ними. Включая суздалей, богази, джохианцев и торков. Усильте
посты возле орудий. Если ваши корабли снабжены противопехотными минами,
воспользуйтесь ими. Это приказ. Я хочу, чтобы вы устроили настоящее
светопреставление - по полной программе. Любого пилота, попытающегося
изобразить из себя аса или звезду вооруженных сил, я собственноручно сотру
в порошок. И запомните вот еще что: каждый солдат, которому вы позволите
ступить на землю Джохи, сделает все, что в его силах, чтобы убить как
можно больше имперских гвардейцев. Это все. Свободны.
Стэн устал повторять: "Это приказ". Но он хотел, чтобы пилоты и
командиры считали, что это сражение - последний шанс на спасение.
Он знал, как многие годы, века, эпохи назад разворачивались события,
когда одна сторона пыталась вести войну цивилизованным образом, - он не
только видел, как была уничтожена его первая команда, но и сам лично
похоронил столько друзей, что не испытывал ничего, кроме желания убивать
по отношению к кровожадным жителям Алтая.
Адмиралы суздалей и богази, проанализировав ситуацию, когда их флоты
приближались к Джохи, пришли к выводу, что ни вблизи планеты, ни вне
звездного скопления нет имперских вооруженных сил.
На самом деле единственным противником, о существовании которого им
было известно, являлся небольшой флот, находившийся в боевой готовности
довольно далеко от Джохи, на орбите между двумя ее лунами. Вопрос номер
один: можно ли проигнорировать этот флот? Ответ: нельзя. Если имперские
суда перейдут в наступление, могут возникнуть паника и беспорядок. Вопрос
номер два: следует ли отложить высадку до того момента, пока имперский
флот будет уничтожен? Ответ: нельзя - он не представляет серьезной
опасности.
Кроме того, один из богази, хорошо разбиравшийся в политике, заявил:
- То, что нас объединяет, весьма ненадежно. Торки. Джохианцы.
Суздали. Рано или поздно они поведут себя как обычно и начнут нападать
сзади. Поэтому сначала нужно захватить Джохи. Потом уничтожить имперские
корабли. Имея Джохи в качестве базы, будет легко реагировать на изменение
в поведении союзников.
Основные боевые корабли суздалей и богази стартовали в сторону флота
Масона. Заняли оборонительную позицию. И стали ждать.
Транспортные суда направились на посадку под защитой всего лишь
нескольких истребителей.
Первая волна имперских кораблей нанесла по ним удар в верхних слоях
джохианской атмосферы.
Ханнелора ла Сиотат, по ее собственным словам, была крутым пилотом. С
этим никто не спорил, в том числе и пилоты из ее эскадрильи. Не таким
крутым, как она думала, и конечно же, не такой крутой, как они, но
все-таки крутой.
Она потом и кровью сумела дослужиться от второго стрелка до командира
истребителя. Ханнелора утверждала, что полезно видеть всю картину боя, а
не маленький кусочек из хвостового отсека.
На экране возникло большое транспортное судно. Оно сверкнуло
опознавательными огнями, компьютер принял сигнал, расшифровал его, но ла
Сиотат пока не обращала на него внимания.
- Сближаемся... сближаемся... на прицеле... на прицеле... - бормотал
стрелок.
- Полная готовность...
Теперь транспортное судно занимало большую часть экрана.
- Отказаться от запуска "Кали", - резко отдала команду ла Сиотат, и
стрелок переключился с мощной, дальнобойной "Кали" на "Гоблинов",
предназначенных для стрельбы на средних дистанциях.
- На прицеле... на прицеле... на прицеле...
- Полная готовность...
Ла Сиотат чувствовала себя крутым пилотом - но что еще важнее, у нее
имелся секрет: она вовсе не была крутым стрелком. Поэтому предпочитала
наносить удары с близкого расстояния и желательно в упор.
- Полная готовность... проклятье!
Должно быть, сенсоры транспортного судна уловили присутствие
тактического корабля, и капитан принял решение произвести экстренный сброс
катеров с войсками в атмосферу Джохи.
- Транспорт...
- На прицеле.
- Первый залп! Немедленно!
Она сдвинула шлем наведения на затылок, не обращая внимания на
призрак снаряда, врезавшегося в брюхо транспорта, который безуспешно
попытался уйти вверх. Ее пальцы танцевали на панели управления, ноги
нажимали на педали, она отводила тактический корабль назад - несущий
смерть ястреб, парящий над мечущимися в страхе утками.
- Прицел... прицел...
- "Гоблины" - совместный запуск, направление на одиночные цели...
готово?
- Готово! Прицел... прицел...
- Автоматический... огонь?
Тактический корабль был снабжен восемью ракетными установками
"Гоблин", в каждой по три ракеты. Установки заворчали, давая старт десяти
ядерным боеголовкам.
Девятнадцать катеров с солдатами взорвались в воздухе, разбросав
вопящие, умирающие существа в атмосферу; солдаты пытались ухватиться за
пустоту, а сила притяжения тащила их вниз, на землю.
Неожиданно ла Сиотат перестала рассматривать свои цели как
неодушевленные изображения на экране. Они превратились в живые существа,
умиравшие мучительной смертью, задыхавшиеся в ледяной атмосфере или
мгновенно потерявшие сознание - этим еще повезло.
Ла Сиотат увидела смерть совсем рядом, и ей стало нехорошо. Ее
затошнило и вырвало прямо на экран панели управления. Однако она
потянулась к кнопкам, чтобы довести дело до конца - оставался последний,
двадцатый катер.
Стэн наблюдал за расправой над боевыми частями суздалей и богази,
сидя в посольстве. Он следил за ходом сражения по видеоэкрану, запретив
себе думать о том, чем на самом Льде являются крошечные вспышки,
возникающие перед его глазами. Он мог бы уйти из этого полуподвального
помещения и выглянуть в окно - грандиозное сражение бушевало в районе гор,
окружавших долину, где был выстроен Рурик. Только от этого ему стало бы
еще хуже.
Рядом с ним последние из оставшихся работников посольства торопливо
упаковывали оборудование и папки, которые собирались забрать с собой.
Во дворе полыхали костры, где горели остальные документы.
Стэна удивило, что эвакуация не вызвала паники, и у него не возникло
никаких дополнительных проблем. Килгур объяснил: для обеспечения
безопасности посольства он взял отряд гвардейцев, приказал бхорам и гуркам
отложить на время оружие и помочь с эвакуацией. Когда на четверых
гражданских приходится один опытный солдат, паника возникнуть просто не
может.
- Здесь все проходит гораздо лучше, чем на Кавите, босс.
На Кавите Алекс отвечал за эвакуацию гражданских лиц - и поклялся
своей собственной страшной клятвой никогда больше не принимать участия в
подобном мероприятии.
- Что будем делать с посольством, босс? Взорвем? Или просто оставим
несколько ловушечек?
- Ни то, ни другое. Через некоторое время сюда может прибыть другой
посол. Зачем усложнять ему жизнь?
Взгляд, которым наградил его Алекс, был весьма многозначительным.
Кого волнует, что произойдет со следующим правителем или с другим
идиотом, который будет настолько глуп, что согласится пойти на службу к
Императору?
Однако он промолчал.
- Каковы прогнозы на возможность высадки, генерал? - спросил Стэн.
- Не совсем понятно, - ответил Сарсфилд. - Такое впечатление, что они
собрали двадцать дивизий. Пять в первой волне, пять во второй, пять в
третьей и пять - резерв. Это мое предположение; по крайней мере, я бы
поступил именно так. Во всяком случае, других вариантов не возникает.
- Продолжайте.
- В данный момент мне кажется - пожалуй, я в этом даже уверен, - им
удалось посадить не более восьми дивизий. Остальные либо погибли во время
приземления, либо по-прежнему находятся на орбите.
Стэн тяжело вздохнул, хотя в данном случае речь шла о погибших
врагах. Первая гвардейская дивизия в полном составе насчитывала примерно
восемнадцать тысяч человек.
Предположим - а экран, находящийся поблизости, показывал, что это
предположение вполне корректно, - объединенные силы суздалей и богази
обладали примерно такой же численностью.
Триста шестьдесят тысяч разумных существ, и только половина из них
сумела приземлиться - атакующие понесли колоссальные потери еще до того,
как началось настоящее сражение.
- Конечно, - энергично продолжал Сарсфилд, - ни одна дивизия не была
уничтожена _п_о_л_н_о_с_т_ь_ю_. Части всех отрядов, несомненно, сумели
добраться до поверхности Джохи.
"Сарсфилд - настоящий гвардеец, - подумал Стэн. - Похоже, его
совершенно не волнует, что на Джохи в данный момент находится окало ста
пятидесяти тысяч врагов плюс торкская милиция, которая насчитывает сжало
ста тысяч человек. И еще примерно полмиллиона существ входят в состав
джохианской армии. Итого три четверти миллиона против восемнадцати тысяч".
- Меня радует, - проговорил Сарсфилд, - что, насколько известно, пока
еще они не доставили на поверхность Джохи артиллерию и тяжелую технику.
Она им и не понадобится, это Стэн понимал. У Доу и джохианцев и так
вполне достаточно возможностей справиться с имперскими войсками.
Интересно, сколько понадобится времени, чтобы организовать нападение на
город?
Ответ на этот вопрос был тоже прекрасно известен всем. Не более трех
земных дней.
Потери среди имперских солдат были совсем несущественными - врагу
удалось сбить только пять тактических кораблей. Однако их было нечем
заменить.
Стэн, Сарсфилд и Масон переговаривались по секретному каналу связи,
пытаясь решить, какие действия необходимо предпринять.
Следовало погрузить весь персонал на имперские суда и отправить
домой, на Прайм. Однако существовали две небольшие проблемы: флот суздалей
и богази, находившийся неподалеку от Джохи, и приближающаяся армия
союзников.
Окало дюжины Фриков и Фрэков было сбито, прежде чем Килгур получил
надежные и вполне подтвержденные сообщения о том, что Алтайская
Конфедерация выступила против Империи.
У Стэна было два преимущества: во-первых, корабли Масона,
расположенные вне Джохи, - они обязательно должны вызвать беспокойство у
адмиралов суздалей и богази. Кроме того, у него хватало подразделений,
чтобы сделать воздушное пространство над Руриком не очень доступным для
вражеского флота.
Тяжелые корабли суздалей и богази скорее всего не станут стрелять
ракетами по имперским силам, расположившимся в столице Джохи. Никто из
союзников, включая суздалей и богази, не согласится уничтожить древнюю
столицу только для того, чтобы разобраться с имперскими солдатами. Такую
победу вряд ли кто-нибудь сочтет великой. Даже с точки зрения жителей
созвездия она была бы пирровой.
И, конечно же, флот - разве что в самом крайнем случае - не
пожертвует маневренностью и не спустится, чтобы раздавить гнусных тварей
под названием тактические корабли, которые к тому же в состоянии
уничтожить врага, превосходящего их числом. Кто же решится потерять
крейсер или линейный корабль ради того, чтобы вывести из строя посудину, в
которую помещается не больше пятнадцати человек?
С другой стороны, приближающаяся армия Доу в самом ближайшем времени
лишит имперские силы воздушного преимущества.
Неожиданно на Стэна снизошло озарение.
Во-первых, у него была дисциплинированная, опытная сила - Первая
гвардейская дивизия - они еще не участвовали в сражениях и, следовательно,
были полны энтузиазма. А во-вторых, Стэн понял, что, если ему удастся
вывезти людей из Рурика, погоня будет чисто символической.
Тот факт, что имперские силы изгнаны из созвездия Алтай, будет
расценен, как грандиозная победа.
По крайней мере, так будут считать жители Алтая.
Стэн некоторое время слушал предложения Масона и Сарсфилда, а потом
задумался, пытаясь найти наилучший способ вытащить подданных Империи из
ловушки, в которую они попали.
Наконец у него появились проблески надежды. Он некоторое время
обдумывал свою идею, рассматривая ее со всех сторон. И решил, что ею можно
заняться. Вполне возможно, что ничего не выйдет, но ситуация при этом хуже
не станет.
- Мистер Килгур, - обратился он официальным тоном к Алексу, сидевшему
в стороне от экранов. На лицах Масона и Сарсфилда появилось изумление -
они не знали, что Килгур присутствует при разговоре. - У нас есть
какой-нибудь простенький код? Что-нибудь такое, что они смогли бы
расшифровать - частично и не очень напрягаясь?
Алекс пожал плечами и позвал начальника шифровальщиков. Масон хотел
было что-то сказать, но Сарсфилд махнул рукой, чтобы тот помолчал. Через
пять минут Килгур представил Стэну три кода, которые, по мнению шефа
шифровальщиков, были частично раскодированы и с которыми он имел моральное
право расстаться.
- Отлично. А почему бы нам не... - Стэн рассказал о первом этапе
своего плана.
Сарсфилд никак его не прокомментировал, поскольку первый этап не
предполагал участия его солдат в операции. Стэн видел: Масон изо всех сил
старается быть справедливым - но ему все равно ужасно хочется сказать, что
любой план, придуманный Стэном, обязательно провалится и окажется
никудышным.
- Главное мое возражение, - начал Масон, - заключается в том, что мы
уже один раз это сделали.
- Не совсем, адмирал, - заметил Стэн. - Мы испробовали простой
вариант обманного трюка. Вы когда-нибудь играли в игру: "В какой руке
зажат шарик?"
- Конечно. Когда-то и я был ребенком.
Стэн сильно в этом сомневался, но решил не отвлекаться и продолжить
объяснения:
- Когда вы попытались провернуть эту аферу в первый раз, вы просто
солгали. Потом сказали правду. А после этого опять солгали. Вранье
движется по нарастающей. Именно это мы и попробуем сделать, если ни у
кого, естественно, не возникло каких-нибудь других, более разумных, идей -
или вы сможете указать мне, в каком месте я ошибаюсь.
Итак, они приступили ко второму этапу Блефа.
Сначала расположение флота Масона покинул истребитель - его послали
по направлению к Прайм-Уорлду.
Как только истребитель оказался вне пределов досягаемости суздалей и
богази, он передал закодированную информацию Масону и осажденным имперским
силам на Рурике.
Стэн ждал шесть часов, наблюдая за сообщениями, которые поступали
благодаря летучим мышкам Алекса. Армия Алтая неуклонно приближалась к
Рурику. Благодарение богам - Стэн не знал, кого благодарить, и решил, что,
скорее всего, им помогают боги бхоров: Сарла и Лараз, - армия двигалась
невероятно медленно. Причин, видимо, было две: во-первых, жители Алтая еще
ни разу не сражались с силами Империи, а во-вторых, союз, в котором все
ненавидят всех - вещь практически неуправляемая.
Он приказал тактическим кораблям подняться в воздух и организовать
прикрытие, выбрав основными целями главные дороги, перекрестки и тому
подобные вещи.
А затем к нему обратились с докладом Фрестон, офицер связи посольства
и офицер связи Масона: корабли суздалей и богази активизировали передачи,
посылая друг другу сообщения, закодированные редким - следовательно, очень
сложным - кодом. Кроме того, на столичные миры богази и суздалей были
посланы одновременные сигналы.
- Мистер Масон?
- Да, сэр. Мы в пути.
Кажется, рыбка клюнула.
Стэн на самом деле только что придумал второй вариант операции - они
с Масоном делали вид, что посылают ответные сообщения приближающемуся
имперскому флоту.
Истребитель, находившийся на окраине созвездия, отправил сигнал,
закодированный тем самым легко читаемым кодом, который, казалось, исходил
от авангарда мощной, ударной имперской флотилии. Там сообщалось, что Масон
получит подробные инструкции позднее и что флотилия послана специально для
того, чтобы навести порядок и наказать возмутителей спокойствия - суздалей
и богази, атаковав их столичные миры. О людях, участвующих в восстании,
ничего сказано не было.
Идея Стэна была слишком сложной - он забыл сделать скидку на тот
факт, что именно так, оказавшись на месте Императора, поступил бы любой
народ, населяющий Алтай.
Три земных часа спустя корабли суздалей и богази покинули орбиту и
устремились к своим собственным мирам.
Стэн, изо всех сил старавшийся удержать в голове запутанный
геометрический рисунок астронавигации, решил, что они, по всей
вероятности, направляясь домой, проложат свой курс в направлении X. Этот
курс, естественно, будет более прямым, чем предположительный курс Масона,
и не должен совпасть с направлением У, которое по логике вещей избрала бы
имперская флотилия.
Ха-ха! И этот изысканный план придумал человек, нуждавшийся в
дополнительных занятиях по астронавигации одного космического корабля,
когда учился в Навигационной школе. Конечно же, они быстро разберутся, что
к чему. Однако Стэн надеялся, что ему хватит времени, чтобы предпринять
второй шаг, иными словами, что Масон успеет обойти флоты суздалей и богази
и вернуться туда, где он будет больше всего нужен.
Ловушка перестала быть такой смертельно опасной.
Через четыре часа разведчики армии Конфедерации Алтая вошли в
пригороды Рурика.
Стэн не приказывал Сарсфилду, только высказал ему свои пожелания. Он
не хотел, чтобы Первая гвардейская дивизия чувствовала, что ее понуждают
совершить совершенно ненужное, хотя и геройское самопожертвование.
Остановите армию. Попытайтесь заставить их окопаться. Пусть противник
считает, что мы решили контратаковать.
Сарсфилд, как и Стэн, был человеком разумным. Ни тот, ни другой и не
надеялись, что этот номер у них пройдет. В конце концов невозможно
блефовать с игроком, у которого на руках три туза и джокер, а у тебя
ничего похожего на приличные карты нет и в помине.
Вражеские разведчики вошли в город без потерь.
Однако им пришлось немного понервничать. В одном месте они заметили
брошенную баррикаду. В другом - несколько перевернутых гравитолетов. На
крыше какого-то здания работала антенна. На асфальте валялись всевозможные
загадочные предметы.
Разведчики продвигались вперед - но теперь уже гораздо осторожнее.
Они нигде не видели имперских солдат.
Впрочем, это было совершенно естественно - разведчики-гвардейцы
славились своим умением оставаться незаметными в самых сложных ситуациях.
О продвижении сил Конфедерации постоянно сообщалось в посольство.
Фрики и Фрэки оставались в запасе, дожидаясь появления в городе
тяжелых орудий и гравитолетов. Никто не захочет рисковать дорогими танками
и еще более дорогими гравитолетами, опасаясь попасть в ловушку на улицах
города. Однако у солдат Алтая не было выбора.
Потому что они уже попали в ловушку.
Сарсфилд отдал артиллерии приказ начать обстрел. Его собственные
орудия открыли огонь по заранее определенным целям, которые в данный
момент прикрывала вражеская техника.
Тактические катера, стартовавшие с корабля-носителя, приземлились
позади посольства, около огромного парка, там, где Стэн приказал посадить
транспортные суда.
Крутой пилот Ханнелора ла Сиотат подняла свой катер, заметила, как
поворачивается орудие танка, и нажала на кнопку запуска ракет, которые
выпали прямо из брюха катера, а потом, для верности, еще я обстреляла
территорию из автоматического оружия. Только после этого она решила, что
можно улетать.
Ла Сиотат ругалась практически непрерывно. Проклятье. Вполне могла бы
записаться в кретинскую пехоту! Промчалась на своем катере вдоль улицы в
поисках новой цели.
Взвод был уничтожен - и атака временно приостановлена.
Однако враг продолжал наступать.
Джохианские танковые и пехотные войска быстро и четко продвигались к
центру города. Отлично вымуштрованные солдаты, которые к тому же
находились на свое6 территории. Танки нанесут удары по тем целям, с
которыми не сможет справиться пехота. А пехотинцы защитят своих
бронированных приятелей от противотанковых стрелков.
- Батарея "А"... огонь!
Казалось, взорвалось сразу четыре имперских гравитолета - на самом же
деле сорок восемь ракет, закрепленных на задней панели каждого
гравитолета, стартовали одновременно, создав иллюзию грандиозного взрыва.
Безоружные гравитолеты в это время под шумок взлетели и направились в
другой район.
Ракеты были всего лишь управляемыми реактивными вертушками с
боеголовками. С точностью попадания в цель плюс-минус пятьдесят метров.
Отвратительно. Но когда сто девяносто две такие ракеты, каждая начиненная
пятьюдесятью килограммами соответствующего вещества, взрываются на
площади, равняющейся примерно ста метрам и занятой танково-пехотным
взводом, результат производит впечатление.
Джохианские пехотинцы погибли все до единого. Несколько танков
пострадало от прямого попадания и вышло из строя. Однако большинство
все-таки осталось в строю.
И тогда из своих укрытий поднялись противотанковые группы, состоящие
каждая из двух человек, и принялись за дело, поливая танки ракетным огнем.
Но Конфедерация продолжала наступать.
Небо потемнело, где-то на горизонте собирались черные грозовые тучи.
Килгур вытер пот со лба.
