- и приборчик извлечен из тела.
"Сволочь, - подумал Пойндекс. - Мы вытащили тебя прежде, чем ты успел
взорваться".
- Вот. Еще один.
- Но ведь... кровотечение!
- Плевать! Вырезайте!
Второй прибор.
- Состояние? - хрипло спросил Пойндекс.
- Стабильно.
- Хорошо. Доктор, вскрывайте грудную клетку.
Тяжелый лазерный скальпель появился в руках врача.
- Вон там. Еще один. Доставьте.
Сделаны необходимые надрезы. Пойндекс взмок. Вполне возможно, что
существует еще прибор. Но нельзя же искромсать тело Императора вдоль и
поперек.
- Проверьте. Продолговатый мозг.
- Да, сэр.
Время остановилось.
- Кажется, там есть... что-то вроде коротковолнового передатчика.
Очень короткие волны - треть метра. Если вас интересует мое мнение, я бы
сказал, что это сложнейший энцефалограф. Не более того.
Пойндексу стало очень хорошо.
- Можете больше не спешить. Стабилизируйте состояние. Остановите
кровотечение. Ну, вы сами знаете, что нужно делать.
- А как насчет вот этого? - поинтересовался второй хирург, показывая
на явно изготовленные руками человека приспособления, извлеченные из тела
Императора.
- Они мои. Вы их не видели.
Три пластиковых предмета отправились на немедленный тщательный
технический анализ.
Первый оказался сложной бомбой, в которой использовалась традиционная
материя в качестве детонатора и антиматерия-два в качестве взрывчатки.
Этой бомбы было бы достаточно, чтобы сравнять с землей огромную
парковочную площадку. Пойндекс ухмыльнулся. Теперь он знал природу того
загадочного взрыва, который произошел через несколько секунд после того,
как убийца, нанятый Тайным Советом, застрелил Императора. Бомба должна
была предотвратить вскрытие - по крайней мере.
Второе устройство являлось приемником и одновременно ловушкой,
устроенной таким образом, что она должна была взорваться в случае, если
тело Императора будет по какой-нибудь причине вскрыто. Она содержала в
себе запрограммированные обстоятельства. Пойндексу понадобилось несколько
часов, чтобы разгадать назначение этого устройства. Электроэнцефалограф,
по-прежнему находящийся в мозгу Императора, постоянно передает его мысли.
Если эти мысли станут расходиться с запрограммированными обстоятельствами,
бомба сработает.
"Интересно, - подумал Пойндекс. - Один из способов сохранить ясность
мышления, способ борьбы с безумием, или..." Он решил, что, пожалуй, не
станет рассматривать другие возможности.
Самым интересным оказалось третье устройство. Очень мощный
передатчик. Его активирующий механизм был подсоединен к жизненно важным
органам. Если Императора убьют, передатчик сработает - пойдет сигнал. Или
еще существует такая возможность: если Императора начнут пытать, чтобы
заставить его сделать нечто, что он делать не должен, или накачают его
наркотиками, бомба взорвется, и передатчик начнет передавать информацию.
Кому?
Куда?
А потом проходит время, и Император возвращается.
Пойндексу ужасно хотелось продолжить расследование. Но он заставил
себя остановиться.
Может ли Вечный Император, придя в себя после операции, приказать
уничтожить всех, кто принимал в ней участие?
Естественно, может.
Может ли Вечный Император, оставив в живых всех участников операции,
приказать произвести сканирование их сознания, чтобы узнать, что им
известно про его тайну?
Еще как может.
Неожиданно Пойндекс понял - причем это понимание не имело никакого
отношения к его жизненному опыту, параноидальному психозу или моральным
устоям, - что его шансы остаться в живых, если он узнает, куда направлен
этот загадочный сигнал, равны нулю, нет, меньше нуля. Пойндекс был
огорчен, что лишился возможности решить интересную загадку, однако он
очень хата, жить и поэтому собственноручно уничтожил все три устройства.
Он не совсем понимал, что сделал. И не знал, почему в теле Императора
находилась бомба и почему властитель хотел от нее избавиться. В качестве
защиты от наемных убийц и похитителей бомба была вполне разумным
средством.
Но... если Император владеет секретом вечной жизни, а он этим
секретом владеет, тогда что происходит после взрыва? Как ему удается
выжить?
Психическая проекция?
Проклятье! Еще немного, и можно поверить в постулаты религиозного
культа Вечного Императора, последователи которого считают, что властитель
время от времени покидает своих подданных для того, чтобы общаться со
Священными Сферами.
Пусть идут ко всем чертям. Пришла пора стать не больше, чем просто
верным слугой.
- Сэр, у вас идет кровь.
Пойндекс вернулся в реальность и ответил на приветствие солдата из
отряда "Богомолов".
- Спасибо. Я, должно быть, порезался.
Солдат кивнул и продолжил свой обход территории, внимательно
вглядываясь в темноту, чтобы вовремя заметить врага, намеревающегося
причинить вред Империи.
Радуясь боли, правильно принятому решению и появлению солдата,
Пойндекс отправился в медпункт. Он позволил себе испытать гордость в
течение целой минуты.
С этого времени Император - при помощи верного слуги - больше не
будет зависеть от своего прошлого.


Вечный Император открыл глаза.
Понял, что находится в холодном стерильном помещении. И что он
обнажен.
Неужели он снова вернулся на тот корабль? Его охватила паника.
Неужели совершена ошибка, и он стал безмозглым существом, которое так
ненавидел?
Нет. Он почувствовал боль. Не мышечную боль возрождения.
Он вспомнил...
Да.
Должно быть, он на Земле. Пойндекс, как и обещал, выполнил свой долг.
Император жив.
Он позволил себе расслабиться, его сознание еще не окончательно
оправилось после анестезии. Но даже в своем нынешнем состоянии он больше
не чувствовал, что за ним наблюдают. Ему не нужно впредь остерегаться
думать свои собственные мысли.
Связь нарушена.
Глаза охранника, убийца, голос на корабле - все пропало.
Теперь он жив.
Теперь он может управлять Империей так, как повелит ему его судьба.
Теперь он свободен.
Вечный Император улыбнулся.




КНИГА ТРЕТЬЯ. СТЕНА ДЫМА


21

Известие о расправе над студентами Пушканского университета
пронеслось по всему Алтаю. Слухи об этой трагедии уже метались по улицам
Рурика, когда солдаты еще только начали стрелять. Стэн, посчитав этот факт
очень важным и совершенно ненормальным, тем не менее решил, что подумает
об этом позже. А пока он пытался разобраться в хаосе, разразившемся
вокруг.
Окруженный джохианскими войсками, которые получили приказ охранять
имперское посольство. Стэн находился в самом сердце урагана, но мог только
сидеть и составлять сообщения, помеченные грифом "только для чтения",
которые отправлял на Прайм-Уорлд.
Стэн наблюдал за тем, что произошло в университете, при помощи Фрика
и Фрэка, точнее, нескольких отрядов этих любопытных мышек. Он ни секунды
не сомневался в том, что приказ отдал доктор Искра. Однако доказать это
будет очень трудно. На форме солдат не было никаких знаков отличия. Это
вполне мог оказаться восставший отряд джохианской милиции. Или торкской.
Кроме того, сначала слухи утверждали, что нападение организовано
отрядом милиции суздалей. Стэн обратил внимание на этот факт.
Дезинформация возникла как раз в тот момент, когда Риель упала с
баррикады. Практически сразу за первым слухом последовало новое
предположение, совершенно противоположное - в совершении зверства виноваты
богази.
Стэн, видевший немало пролитой крови за свою жизнь, заставил себя
смотреть на разворачивающуюся перед его глазами кровавую драму. Нескольких
молодых офицеров связи рвало - не всякий был в состоянии выдержать это
зрелище. Даже Фрестон, возглавлявший отряд связников, отвернулся, чтобы не
видеть кошмара.
- У придурка совсем нет мозгов... - пробормотал Алекс, не сводя глаз
с экрана. - Он же спятил.
Стэн не обращал на него никакого внимания, потому что уже, наверное,
в десятый раз пытался связаться с доктором Искрой, чтобы потребовать
прекращения этого избиения младенцев. И уже, наверное, в десятый раз на
его вызов отвечал кто-то из подчиненных правителя, причем самого низшего
уровня, заявляя, что Искра "медитирует" и оставил строжайшие инструкции,
чтобы его не беспокоили.
- Я ему помедитирую, - прорычал Стэн. А потом, повернувшись к Алексу,
сказал: - Ну-ка, сделай так, чтобы можно было посмотреть на дворец.
Уже через несколько секунд над площадью Хаканов зависло несколько
мышек.
Там творилось что-то несусветное. К дворцу приближалась группа
протестующих, возмущенных граждан Рурика, узнавших о событиях в
университете.
Стэну стало по-настоящему плохо, когда он увидел, что вместо
джохианских солдат навстречу демонстрантам по ступеням дворца спускаются
имперские гвардейцы.
Они бросились в толпу, нанося удары направо и налево. Столкновение
было яростным - и коротким. Прошло всего несколько секунд, а толпа уже
бросилась врассыпную. Перепуганные до смерти существа пытались спасти свои
жизни, но на земле росла гора трупов в гражданской одежде.
Гвардейцы преследовали убегающих, пустив в ход дубинки.
Синд возмущенно выругалась:
- Они ведут себя, как вонючие полицейские, а не как солдаты. Как
плохие полицейские.
Стэн молчал. Ему удалось взять свои чувства под контроль, но при этом
покоя не давала некая мысль: когда резня закончится, будет выдвинуто
множество самых разнообразных обвинений, и имперская гвардия станет одной
из потенциальных мишеней.
- Объяви состояние боевой тревоги, - велел Стэн Килгуру. - И прикажи,
чтобы сюда принесли дополнительные койки. Будем работать, пока не
свалимся.
Алекс поспешил выполнить распоряжение Стэна, который сразу же снова
повернулся к экранам. Глаза у него покраснели от напряжения и отчаянно
чесались. Он почувствовал, как Синд тихонько погладила его рукой по плечу.
Девушка ничего не сказала, но легкое прикосновение ее руки придало Стэну
силы.
Шли часы, трагические события развивались.
Отряд милиции суздалей, озверевший от слухов и разговоров, ворвался в
район, где спали богази. Суздали подожгли дома. А потом хладнокровно
перебили испуганных богази, которые пытались выскочить из своих охваченных
пламенем жилищ.
За их гибель моментально отомстили. Когда трое взрослых суздалей вели
примерно двадцать детенышей из домов в столовую, из засады выскочили
богази. Взрослые суздали погибли мгновенно. А потом детеныши. Одна самка
богази подняла крошечного детеныша высоко в воздух, перекусила его тело
своим смертоносным клювом, а затем проглотила малыша целиком.
- Права бабушка была, - сообщила она своим друзьям. - Не годятся ни
на что суздали. В пищу только.
Этот инцидент, естественно, только подлил масла в огонь. Все знали,
что суздали - самые заботливые родители в Империи, генетически
запрограммированные на убийство любого, кто угрожает их потомству.
А в посольство продолжали поступать сообщения о все новых и новых
кровавых событиях.
Вечером небольшой отряд торкской милиции напал на джохианскую
рыночную площадь. Однако джохианцы были готовы: откуда-то появились
солдаты и вступили в сражение с торками, которые взвыли от удивления и
ужаса, развернулись и бросились бежать. Джохианцы стали их преследовать.
Но как только рады нападающих были нарушены, появился большой отряд
торков, который нанес удар с тыла. На рыночной площади погибло более
двухсот человек, военных среди них почти не было.
А кровопролитие продолжалось. Рурик превратился в огромное поле боя.
Стэн уже практически был не в состоянии уследить за событиями. Он просто
продолжал тупо составлять донесения Императору и безуспешно пытался
связаться с Искрой. Точно так же, как и с Вечным Императором. Босс плохо
себя чувствовал. Стэна это несколько удивило. Потому что, насколько он
помнил. Император никогда не болел.
На следующий день, когда Стэн посмотрел слезящимися глазами на экран
монитора - о чудо из чудес! - он увидел, что в сторону Пушканского
университета движется группа мирных граждан. Толпа была смешанной - в нее
входили представители всех четырех народов Алтая. Они несли венки, чтобы
возложить их на место гибели студентов и почтить память погибших.
Кроме того, над толпой развевались знамена, призывающие к
восстановлению мира и покоя на Алтае. На некоторых из них были даже
надписи в поддержку доктора Искры.
Стэна нисколько не удивило то, что произошло в следующее мгновение.
Он уменьшил звук и отвернулся от экрана, когда солдаты, охранявшие
территорию университета, открыли огонь по демонстрантам. Он только
посмотрел на Синд. Девушка стояла по-солдатски прямо, сжав зубы, молча. Но
под глазами у нее были синяки. Она невольно вздрогнула, когда со стороны
университета стали доноситься приглушенные крики ужаса.
Синд открыла рот, точно хотела что-то сказать, но так и не произнесла
ни звука.
"Она хочет, чтобы я заставил их прекратить это, - подумал Стэн. - Но
знает, что я ничего не могу сделать".
Стэн никогда не чувствовал себя так ужасно. Он казался себе таким
отвратительно бесполезным. И не то чтобы он верил во всю эту чепуху о том,
что каждый человек должен приносить пользу обществу, в котором живет. А
если что-нибудь подобное и коренилось когда-нибудь в душе Синд, оно, вне
всякого сомнения, погибло, сраженное событиями последних часов.
Раздался голос Фрестона. Стэн повернулся.
- Доктор Искра, сэр, - проговорил офицер связи. - Он интересуется,
сможете ли вы с ним встретиться.


Стэн отправился к доктору Искре, приготовившись содрать с него живьем
шкуру, по крайней мере, дипломатическая нота преследовала именно эти цели.
И хотя Стэн впрямую не обвинял Искру в том, что тот приказал устроить
бойню в Пушкане, посол на это вполне определенно намекал. Он также
высказал свое отношение к расстрелу мирной демонстрации, пришедшей
возложить венки, и к использованию имперских гвардейцев против
гражданского населения. В конце он давал доктору Искре ясно понять, что
постарается сделать все, что в его силах, чтобы Император пересмотрел свое
отношение к новому правителю Алтая и лишил его своей поддержки.
Стэн прекрасно понимал, что ступил на тонкий лед. Значение созвездия
Алтай для Империи столь велико, что в данном случае необходимо
воспользоваться всеми тремя правилами дипломатии: а) сначала посоветуйся с
боссом; б) сначала посоветуйся с боссом. И самое главное правило из
трех... в) сначала посоветуйся с боссом.
И хотя Стэн был озадачен тем, что не может связаться с Императором,
он отправился на встречу с доктором Искрой с абсолютно серьезными и
жесткими намерениями.
Как только Стэн вошел в комнату. Искра вскочил на ноги.
- Господин посол, - проговорил он, - я протестую против вашего
категорического нежелания поддержать мое правительство!
Стэн усилием воли удержался от того, чтобы не раскрыть от изумления
рот. Сжал губы, приподнял одну бровь. От него веяло холодом.
- Более того, я намереваюсь просить Императора отозвать вас из
звездного скопления Алтай.
- Вы оказали мне любезность, сообщив об этом лично, - сухо произнес
Стэн. - Я предполагаю, вы просите...
- Требую, сэр. Не прошу.
- Хорошо, пусть будет так. Вы требуете. Впрочем, я бы посоветовал вам
исключить это слово из словаря во время разговора с Императором. Так вот,
вернемся к моему вопросу. Имеет ли это... требование... какое-нибудь
отношение к хаосу, охватившему созвездие? Или дало просто в том, что вам
не нравится покрой моего фрака?
- Я обвиняю вас в тех страданиях, что выпали на долю моего народа.
Неужели вы станете утверждать, что лично вы и ваши... подчиненные...
продемонстрировали вполне очевидное отсутствие энтузиазма в выполнении
миссии, порученной вам Императором?
- Да, буду. С легкостью. Энтузиазм присущ новичкам и
непрофессионалам. В мои обязанности входит оказывать вам поддержку. Но - и
это "но" очень серьезно, сэр, - моя миссия заключается в восстановлении
порядка на Алтае. Должен с прискорбием заметить, что выполнение миссии
сейчас находится под вопросом - если она вообще не обречена на провал. Вся
полнота ответственности за это лежит на вас, сэр. Что я и намерен сообщить
Императору.
- В таком случае я был совершенно прав, - прошипел Искра. - Вы
противостоите моим начинаниям.
- А чего вы ожидали после событий в Пушкане? Хотели, чтобы я послал
военный оркестр прославлять ваши подвиги?
- Вы считаете меня виноватым в этом... кошмарном происшествии? Вы
обвиняете меня?! - Искра изо всех сил изображал возмущение. Стэн
рассмеялся бы над его жалкими попытками, если бы дело не касалось пролитой
крови. - Должен вам сказать, меня возмущает до глубины души то, что
произошло в Пушкане. Я приказал провести тщательное расследование, во
главе которого стоит человек, чья репутация выше каких бы то ни было
сомнений и подозрений, - генерал Доу.
"Хо-хо, - подумал Стэн. - Ну и нравы! Искре удалось завлечь в свои
сети генерала Доу".
- Я доложу Императору, - проговорил Стэн, - он будет...
заинтересован. Впрочем, это не совсем то слово, которое, по моему мнению,
следует употребить, описывая реакцию Императора на положение, сложившееся
в созвездии Алтай.
- Ба! Это мой народ, господин посол. Вы его не понимаете. Кровавые
войны являются главной составной частью истории. Это факт нашей природы,
от которого никуда не деться. Именно поэтому, когда вы отказались оказать
нам поддержку, небольшой инцидент - вроде трагедии в Пушкане - может
привести к хаосу.
- Хаос вы уже получили - в лучшем виде, - сказал Стэн. - И что теперь
собираетесь предпринять?
- Это мое дело! - взорвался Искра. - Частное дело нашего звездного
скопления. Советую вам об этом не забывать.
- Я постараюсь, - ответил Стэн.
Он подумал о дипломатической ноте, лежащей в кармане пиджака, той
самой, что должна была раздавить Искру. Если он вручит ее, как планировал,
вряд ли его отношения с правителем Алтая станут нежнее.
Он подумал о юношах и девушках, погибших на баррикадах Пушкана.
Провались они пропадом будущие отношения! Стэн намеревался избавиться от
этого человека. Он соберет по крупицам свидетельства и улики, выстроит
надежное обвинение. Так что когда он заговорит об Искре с Императором, у
него будет достаточно доказательств для того, чтобы с треском вышвырнуть
Искру из звездного скопления Алтай.
Кроме того, этот тип уже объявил, что считает себя врагом Стэна.
Большинство книг по дипломатии утверждали, что на этом этапе необходимо
нанести удар - желательно ниже пояса.
Стэн достал ноту из кармана и протянул ее Искре.
- Советую вам прочитать это на ночь, перед сном, - сказал он. - А
теперь прошу меня простить... - И вышел из комнаты, оставив у себя за
спиной булькающего от возмущения диктатора.
Как только Стэн покинул доктора Искру, в кабинет вошел Венлоу.
- В этом не было никакой необходимости, - резко бросил он. - Вы
только что завели себе очень опасного врага.
- Этот? Стэн - всего лишь мелкий функционер.
- Еще одна ошибка, доктор. Поверьте мне, он не функционер.
Венлоу вспомнил свою встречу со Стэном и Махони, и у него по спине
пробежал холодок. Он был жив только потому, что оказался им нужным.
- Кроме того. Стэн совершенно прав насчет университета, - сказал
Венлоу.
- Это было необходимо, - заявил Искра. - Как я только что сказал
этому идиоту послу, мои люди нуждаются в суровом правителе и жесткой руке.
Инцидент в университете дал мне прекрасную возможность показать всем, что
я как раз и являюсь суровым правителем - таким, как нужно. Когда все это
закончится, будущие поколения станут благословлять мое имя, поверьте. Я
знаю, что займу достойное место в истории. - Он немного насмешливо
посмотрел на Венлоу. - Вы меня удивляете. Я и не думал, что вы станете
огорчаться из-за небольшого количества пролитой крови, тем более, что
пролита эта кровь ради великой цели. Странно, как можно ошибаться в
человеческом существе.
Венлоу только мрачно фыркнул. Ему пришла в голову неожиданная мысль:
если бы он получил привычное для себя задание, как легко ему было бы убить
доктора Искру. Прямо сейчас. И следов никаких не осталось бы.
- Наверное, вы не очень хорошо разбираетесь в человеческой природе.
Искра уставился на него, пытаясь вовлечь в детскую игру "кто кого
перегладит". У Венлоу зачесались руки. С каким удовольствием... Вместо
этого он опустил глаза.
- Вот и хорошо, - просиял Искра. - А теперь я хочу еще раз
внимательно просмотреть свой список. Надеюсь, Император поймет мои нужды и
предоставит все, что я у него прошу.
И он принялся зачитывать подробный перечень того, чем Император
должен был его обеспечить. Венлоу не сомневался, что Императору этот
перечень совсем не понравится.
- Я очень внимательно вас слушаю, - тихо сказал он.


Стэн откинулся на спинку сиденья гравитолета. Лил сильный дождь, и в
окна ничего не было видно.
"Проклятье, - подумал он, - я не имею ни малейшего понятия, что
делать дальше. Политических деятелей типа Искры любой дипломат встречает
по крайней мере один раз в жизни, но опыт общения с такими типами все
равно ничего не дает. Как можно иметь дело с правителем, лично рубящим
сук, на котором сидит? Самое простое решение - просто взять и умыть руки.
К сожалению, как правило, такой возможности у дипломатов никогда не
возникает. Трудность номер один: в ситуациях вроде этой почти никогда нет
подходящей замены. Если правитель терпит крах, его государство тоже
гибнет. Что может оказаться большой удачей для окружающих государств, если
бы не: трудность номер два. Правителей с суицидным комплексом всегда
поддерживает кто-нибудь извне, чья судьба и благополучие основываются на
благополучии как раз именно этого королевства. Иными словами, невозможно
допустить, чтобы история развивалась своим естественным ходом. Если молния
попадает в очень сухие деревья, многие народы бросаются тушить пожар".
Стэн сообразил, что Искра преподал ему серьезный урок. Он понял, что
Алтай упорно шел к своему нынешнему тяжелому положению с того самого
момента, как первые джохианцы появились в этом скоплении, да еще с
разрешением на торговлю, подписанным Императором.
Разрешение - красивое слово для обозначения деловых отношений между
джохианцами и Императором - делало их особенными, обласканными великим
властителем, разрешение ставило их выше всех остальных. Право
господствовать в этом скоплении им самим казалось богоданным, как было
принято считать в древние времена. В результате возникли Хаканы, которые
навязали свое правление недовольному населению.
Не имея поддержки Императора, существа, населявшие созвездие,
вынуждены были бы искать какое-нибудь другое решение. Возникло бы
кровопролитие, но в конце концов джохианцы, торки, суздали и богази пришли
бы к какому-нибудь консенсусу.
Когда Стэн согласился выполнить задание Императора, он предполагал,
что ему надлежит придумать, как создать правительство согласия. Он
рассчитывал, что сумеет навести порядок и построить более или менее
надежное государственное здание.
А вместо этого... Вместо этого ему приходится иметь дело с ублюдком
Искрой. Интересно, о чем все-таки думает босс?
Стэн заставил себя успокоиться, раздражение вряд ли поможет
разобраться с этой кучей дерьма. Совершенно бессмысленно пытаться понять,
что на уме у властителя. Император, конечно, вечный, но он никогда не
утверждал, что безупречен. Если Стэн хочет, чтобы он вышел на более
правильный путь, придется ему в этом помочь.
Водитель подал сигнал. Они приближались к посольству суздалей. Первая
остановка Стэна. Первый шаг в создании консенсуса.
Выглянув в окно, Стэн понял, что одна треть его плана может
отправляться псу под хвост. Посольство суздалей было совершенно пустым.
Какие-то торкские молокососы копались в брошенных вещах работников
посольства.
Стэн выскользнул из гравитолета. Торки заметили его и напряглись,
готовясь сбежать. Стэн махнул рукой своей охране, которая вслед за ним
быстро покинула машины. А потом спокойно направился к ребятам.
- Подходящая добыча? - спросил он того, что был повыше, посчитав, что
размеры, вероятно, делают его вожаком.
- А тебе какое дело? - сердито рявкнул самый маленький торк.
Ага, значит, догадка оказалась неверной. "Что-то не везет мне
сегодня", - подумал Стэн.
- Хороший вопрос. А как насчет вот этого?
Он вытащил несколько кредиток и помахал ими перед загоревшимися
жадным огнем глазами мальчишки, который попытался выхватить деньги из руки
Стэна. Но не тут-то было! Стэн ловко отвел руку в сторону. А потом кивнул
на посольство.
- Куда они подевались?
- Домой отвалили.
Мальчишка, плотно сжав губы, не сводил глаз с денег. Стэн протянул
ему несколько кредиток.
- Ну-ка расскажи поподробнее, - попросил он. - Начни с того, когда
они уехали.
- Часа три назад, - ответил мальчишка. - Мы играли вон там, на улице,
когда поднялся ужасный шум. Суздали разгавкались, как они это обычно
делают, орали - страх просто. Повсюду гравитолеты и солдаты. Мы и понять
ничего не успели, а они вжик и отвалили!
Стэн вложил в руку маленького атамана еще несколько кредиток.
- Кто-нибудь их преследовал?
- Не-е-е. И потом никто не приходил. Суздали к себе полетели, это
точно. И они не трухали, по разговорам было видно.
- А о чем они говорили? - поинтересовался Стэн, добавив немного
бумажного сиропчика к своему вопросу.
- О том, что прикончат всех богази, о чем же еще? - Торк был явно
потрясен явной глупостью Стэна - Мы подобрались к ним поближе, понимаешь?
Хотели посмотреть, может, забудут тут чего ценное. И слышали, как вожак
стаи разговаривала с тем кривоногим типом, что у них главный в милиции:
скоро, мол, будет большая драчка. С богази. Поэтому они и отвалили домой,
понял?
Мальчишка поднял на Стэна глаза.
- Думаю, у суздалей нет ни шанса. Они жадные и злобные. Только
цыплята будут почище их. Как считаешь? Кто победит, суздали или богази?
Стэн отдал ему остальные кредитки.
- А тебя это беспокоит?
- Нет, конечно! Просто интересно. В нашем районе все ставят на
богази. Десять к одному. Думал, может, ты мне что-нибудь такое скажешь...
полезное. Я бы тогда причесал их всех. - Мальчишка помахал деньгами перед
носом Стэна. - Я так соображаю, делай ставки, когда можешь. Тогда и
повезет в конце концов. Понимаешь, что я хочу сказать?
- Естественно, понимаю, - ответил Стэн.
По дороге к своему гравитолету он подумал о том, что шансов на успех
у него практически нет никаких.


- Я представляю себе все очень просто, генерал, - заявил Искра. -
Однако я думаю, вы со мной согласитесь, что простота концепции - самое
главное.
- Вне всякого сомнения, - кивнул генерал Доу. - Это одно из ваших
качеств, которым я восхищался еще много лет назад. Вы видите предмет,
очень сложный предмет, а потом меняете части местами, производите еще
какие-то действия, и проблема перестает быть сложной. Она проста и
реальна. Гениальное решение!
Доу не имел ни малейшего представления, о чем говорит. Впрочем, это
не имело никакого значения. Генерал был опытным льстецом. Настоящим
экспертом. Он потягивал воду, которую Искра предложил ему, и делал вид,
что получает несказанное удовольствие, точно это редкое вино.
- Похоже на стакан воды, - продолжил Доу, ухватившись за первую
попавшуюся аналогию. - Я вижу воду, а вы видите...
Мысли у него в голове путались. Ну и что, черт подери, Искра видит?
Может быть, тоже только воду и больше ничего? Сам Доу видел амфибию с
зеленой шкурой, которая издавала отвратительные, угрожающие звуки.
- Да-да. Продолжайте, - заинтересовался доктор Искра. - Что вижу я,
генерал?
- Символ, - выдохнул Доу. - Вот! Символизм. Так вот, кто, как не
гений, может увидеть в стакане простой воды символ?
Генерал Доу бросил мимолетный взгляд на лицо своего повелителя, чтобы
понять, куда завели его словесные упражнения. Доктор сиял и энергично
кивал головой. Фу! Благодарение Господу!
- Вы смотрите в самую суть проблемы, генерал, как всегда, - похвалил
его Искра. - Именно поэтому я понял, что вы мне необходимы. Я знал, что
найду в вас родственную душу.
- Совершенно, - согласился Доу и нервно откинул со лба прядь
серебристых волос. - Вне всякого сомнения.
"Старый кретин", - подумал Искра.
- Убежден, что вы самая уважаемая личность в армии, генерал, - сказал
он.
- О, благодарю вас.
- Ну, это же правда. У вас безупречная репутация, вы честный и верный
человек. И боретесь за сохранение джохианских традиций.
- Раньше все было лучше, - сказал Доу. На эту тему он мог рассуждать
часами. - Иногда мне кажется, что старые ценности слишком быстро забыты.
- Именно так считаю и я, - торжественно произнес Искра.
- Да?
- Конечно. Мы вынуждены прибегнуть к самым суровым мерам, чтобы иметь
возможность вернуться к славному прошлому наших отцов.
- Верно. Как это верно. Печально. Но совершенно верно.
- Тем не менее, я не хочу, чтобы вы оказались замешаны в
по-настоящему неприятных событиях. Часть мер, которые необходимо принять,
боюсь, запятнает репутацию настоящего джохианского солдата. Я прикажу...
подготовить для выполнения подобных заданий отряды особого назначения,
которые будут отчитываться только передо мной.
- Как точно вы все понимаете! - просиял Доу.
- И все же я хотел бы, чтобы вы возглавили мои вооруженные силы в
борьбе за восстановление мира в нашем славном созвездии. Мне просто
необходим человек, способный хладнокровно оценивать ситуацию и готовый
идти до конца ради достижения великой цели.
- В таком случае я именно тот, кто вам нужен, - объявил Доу. -
Благодарю за оказанную честь.
- Когда наш народ только появился в этом звездном скоплении, -
продолжал Искра, - он встретил враждебным прием невежественных инопланетян
и людей, находящихся на крайне низком уровне развития. Самых настоящих
варваров.
- Ужасные времена. Ужасные, - пролепетал Доу.
- Тогда нас было совсем немного.
- Как справедливо. Я и сам это всегда говорил. Тогда нас было совсем
мало. Но мы победили не числом, а храбростью.
- И еще, - сказал Искра.
- Верно. И еще... Это... гм-м-м...
- Умом, - подсказал Искра.
- Вот именно. Ум. Как раз про ум я и собирался сказать.
- Чтобы подавить сопротивление этих животных - прошу прощения, я не
придерживаюсь дурацких современных теорий, они самые настоящие животные и
не более того... Так вот, чтобы подавить сопротивление этих животных, наши
предки прибегли к тактике, которую можно свести к одной точной элегантной
фразе. Эта фраза и все, что за ней стоит, по моему мнению, является
основной частью нашего джохианского наследия.
- Я знаю ответ, - перебил его Доу, - но вы формулируете все намного
лучше меня. Пожалуйста, произнесите эти слова за нас обоих.
- Разделяй и покоряй, - торжественно объявил Искра. - Мы сумели
поставить этих ублюдков на колени только потому, что следовали этому
простому лозунгу. Наши предки разожгли ярость в сердцах суздалей и богази.
И торков. А потом натравили их друг на друга. Мы даже совершили несколько
очень выгодных сделок, продавая оружие и тем, и другим, и третьим. И стали
править.
- Клянусь всеми богами, мы должны и сейчас сделать то же самое! - Доу
с силой ударил кулаком по своей ладони, его сердце пылало патриотическим
гневом. - Разделяй и покоряй. Вернемся к забытой традиции!
- Значит... вы принимаете пост, который я вам предложил?
- С гордостью, сэр, - прорычал Доу и смахнул скупую мужскую слезу с
ресниц. - С гордостью.


Мениндер жил в старом, окруженном стеной поместье в самом центре
торкского района.
Стэн наметанным глазом определил, что дом сознательно поддерживается
в таком неприглядном состоянии. Выщербленные стены заросли ползучими
растениями, старые входные ворота были самой настоящей древностью и висели
неровно. Сад сразу за воротами зарос - за ним явно никто не ухаживал.
Однако система безопасности, окружавшая стену, была изощренной и совсем
новой. Ворота поддерживались стальными подпорками. А по границам
запущенного сада росли колючие кустарники и остролистые папоротники.
Стэн знал, что у Мениндера есть деньги. Для торка у него их было даже
слишком много. Но он вел себя осторожно и не демонстрировал свое богатство
всем и каждому. Точно так же, почуяв опасность, Мениндер просто скрылся из
виду.
- У меня траур, - сообщил он, закидывая удочку в зеленую воду пруда.
Стэн уселся рядом с ним на берегу. Дождь кончился, и невыносимо
палило солнце. Однако под деревьями, растущими возле пруда, где торк любил
удить рыбу, было прохладно. Мениндер вытянул удочку, проверил наживку и
крючок и снова забросил удочку в воду.
- В вашей семье кто-то умер? Я вам сочувствую, - сказал Стэн.
Мениндер снял очки, вытер несуществующие слезы, а потом снова надел
очки на нос.
- Очень молодой кузен... Погиб в Пушкане.
Стэн собрался еще раз выразить сочувствие, но тут заметил циничную
усмешку на губах Мениндера.
- Он вам был близок?
Мениндер снова ухмыльнулся.
- Не очень. И тем не менее мы все пережили большое потрясение.
- Могу себе представить, - проговорил Стэн.
- Я так несчастен, - продолжал Мениндер, - что, боюсь, пройдет не
меньше года прежде, чем я снова смогу появиться среди людей.
- Вы считаете, что на Алтае к этому времени все успокоится? -
поинтересовался Стэн.
- Если этого не произойдет, - ответил Мениндер, - у меня будет
рецидив. Горе - весьма сложная болезнь. Возникает и исчезает. - Он вытащил
удочку и опять забросил ее.
- Как лихорадка, - подсказал Стэн.
- Угу. Только у депрессии нет никаких симптомов. Человек может
горевать и одновременно ловить рыбу.
- Рыбалка вообще забавная штука, - заметил Стэн. - У человека с
удочкой в руках всегда такой серьезный, занятой вид. Разве можно нарушить
уединение человека, сидящего на берегу с удочкой?
- Насколько я понимаю, господин посол, не я один занимаюсь тут
рыбалкой, - сказал Мениндер и забросил удочку в другое место.
- Я пытаюсь найти правильную наживку, - ответил Стэн.
Мениндер твердо покачал головой.
- И не мечтайте. Вряд ли вы сумеете выманить меня отсюда обещаниями
славы или денег. Я прожил долгую жизнь. И хочу умереть своей смертью.
- В наше время это сделать не просто, - заметил Стэн.
- Тут вы правы. - Крючок зацепился за что-то. Мениндер с силой
дернул, и удочка высвободилась. - Лично я не считаю, что станет лучше. По
крайней мере, не при моей жизни.
- Проблема будет решена, - пообещал Стэн. - Так или иначе.
- Значит, у вас есть на мой счет какие-то планы. Вы хотите, чтобы я
принял участие в решении наших проблем?
- Да.
- Потому что я был настолько глуп, что высунулся в самом начале?
- Вам удалось убедить некоторые существа вступить в переговоры в то
время, как их обычная реакция на кризис - применение силы.
- Раньше я думал, что такие вещи у меня получаются весьма неплохо, -
сказал Мениндер.
- Они у вас и сейчас получаются. С моей точки зрения.
- Бесполезный, дурацкий талант. Если это вообще талант. Сам я считаю
себя вруном. Просто врать я умею очень правдоподобно.
- Скоро здесь начнут происходить серьезные события, - сказал Стэн. -
Давным-давно - при похожих обстоятельствах - я посоветовал человеку вроде
вас убраться подальше с линии огня. Сказал, что для него будет лучше, если
он неожиданно заболеет чем-нибудь серьезным.
- Он воспользовался вашим советом?
- Воспользовался.
- И остался жив?
- Да. Все у него было хорошо.
- Однако вы хотите, чтобы я поступил как раз наоборот?
- Угу.
- Тому типу вы дали хороший совет.
- Время было другое. Сейчас все изменилось.
- Не обижайтесь, сэр, но ведь я не нахожусь под крылышком Империи.
Мои владения надежно защищены. Но несмотря на это, именно сюда наш милый
доктор пошлет отряд с дубинками или чем еще похуже.
- Вы не считаете, что у Искры получится что-нибудь путное?
- Нет, конечно! Больше всего меня огорчает то, что я однажды сам
привел его имя. Отозвался о нем положительно. Скажите вашему боссу, что с
этим политическим деятелем он промахнулся. Только не ссылайтесь на меня.
Если не возражаете, я намерен привлекать к себе как можно меньше внимания.
- Я не стану лгать и говорить, что вы единственная надежда, - сказал
Стэн. - Но вы могли бы сыграть очень важную роль.
- Вы считаете, что мне следует рисковать своей жизнью - и жизнью моей
семьи - ради войны с ветряными мельницами? Чтобы спасти созвездие Алтай?
- А по-вашему, это не достойная цель?
Мениндер задумчиво посмотрел на поплавок. Затем вздохнул.
- Не знаю.
- Вы мне поможете?
- Может быть, потом, - ответил Мениндер.
Стэн поднялся на ноги. Посмотрел на зеленую воду пруда и подумал о
том, что не видел в нем рыбы.
- Здесь что-нибудь водится?
- Раньше водилось, - ответил Мениндер. - Потом погода стала
переменчивой. Это я вам говорю на случай, если вы еще не заметили. И с
водой что-то произошло. Баланс изменился, что ли... ну, не знаю. Вся рыба
сдохла.
- Однако вы продолжаете сидеть на берегу с удочкой.
Мениндер рассмеялся и снова забросил удочку.
- Конечно. Никогда не знаешь, что можно поймать в пруду.


Стэн нашел Кейбак, министра иностранных дел богази, на территории
посольства. Она спускала флаг. Все остальные уже отправились в космопорт.
Кейбак планировала присоединиться к ним, не теряя ни минуты драгоценного
времени.
- В этом нет необходимости, - сказал Стэн. - Я могу гарантировать
безопасность вашего посольства.
- Богази в безопасности не нуждаются, - ответила Кейбак. - Страха в
нас нет. Гнев есть. Суздали забыли гнев богази. Мы сожалеть их заставим об
этом.
- А почему вы считаете, что во всем происходящем виноваты суздали? Их
дети умирали в Пушкане рядом с вашими.
- Ха! Это ложь. Суздалей пропаганда. Обвиняют богази за свои поступки
плохие. Все повод. Они войны хотят. И получат.
С точки зрения Кейбак разговор был окончен. Она села в свой
транспорт, но Стэн решил попытаться еще раз.
- Давайте поедем со мной в имперское посольство. Я покажу вам данные
моей разведки. Вы поймете, что суздали - такие же марионетки в чужих
руках, как и вы.
Мотор заурчал. Стэн сделал шаг назад. Кейбак высунула клюв из окна.
- Обманули они и вас тоже. Нет нужды на ложь суздалей смотреть. Я
отправляюсь домой. Помогу приготовить собачье жаркое.


Невезенье преследовало Стэна до конца этого дня и не покинуло его на
утро следующего.
Он все время пытался дозвониться до Вечного Императора. Каждый раз
ему отвечали одно и то же - Император плохо себя чувствует, и никто не
знает, как долго он пробудет в таком состоянии.
Стэну просто необходимо было посоветоваться с боссом, потому что
теперь он брел вслепую, плохо понимая, что же делать. Положение на Алтае
постоянно ухудшалось.
Стэн был совершенно уверен, что Искру необходимо сместить. Но только
один человек мог принять это решение. На карту была поставлена судьба
Алтая.
Стэн предпринял еще одну, последнюю попытку.
- Мне очень жаль, господин посол, - услышал он спокойный голос
секретаря Императора. - Я уверен, Император свяжется с вами сразу, как
только сможет. Да, я передал ему ваше сообщение. Да, я передал ему, что у
вас дело чрезвычайной важности. Прошу простить за причиненное неудобство,
господин посол. Не сомневаюсь, что вы все понимаете.
Стэн сжал зубы. Где же, черт побери, находится Император?



22

- Я уже давно собирался с вами встретиться, - проговорил Император. -
Очень жаль, что не смог сделать этого раньше. Поскольку я многим обязан
вам и вашей организации.
Старуха хихикнула в ответ.
- Мы гордимся (хи-хи), что служим (хи-хи) Вашему Величеству. Ведь
разве не в этом (хи-хи) заключается Культ Вечного Императора?
- И тем не менее. Вы не забывали... меня в трудные времена.
- Не бывает трудных (хи-хи) времен, - ответила Зоран, - потому что вы
с нами (хи-хи) всегда.
Император даже и не стал пытаться ей отвечать. В неприветливой
комнате повисло напряженное молчание. Властитель постарался создать
обстановку, соответствующую его целям: он хотел, чтобы женщину окутало,
словно темным, тяжелым покрывалом, ощущение мрачного величия повелителя
Империи. Но дурацкое хихиканье Зоран разгоняло сумрак. Император сердился.
Отвратительное начало.
Какая странная старуха! Лет сто пятьдесят или больше... а под
оранжевым одеянием соблазнительное тело молодой женщины. Будучи верховной
жрицей (выборная должность) культа, она должна была оказаться - по крайней
мере, так предполагал Император - немного с приветом, его предположения
вполне подтвердились постоянным хихиканьем - пока он не понял, что Зоран
делает это нарочно, чтобы отвлечь собеседника. На самом деле ее глаза
светились скорее умом, чем восторгом от того, что она находится в
присутствии своего кумира.
- Правда ли, - наконец проговорил Император, - что ваша
организация... э-э-э... считает меня богом?
- Образ Священных Сфер (хи-хи) - более правильное (хи-хи) описание
наших верований, Ваше Величество.
- В таком случае... вы _н_е_ поклоняетесь мне, как богу?
- Поклонение - такое непонятное (хи-хи) слово, Ваше (хи-хи)
Величество. Мы не приносим (хи-хи) в жертву ягнят или наших (хи-хи)
первенцев. Но мы все равно вас (хи-хи) чтим.
- Как бога?
- Как вечное (хи-хи) существо.
- Проклятье, женщина! Я бог или нет?
Зоран прекратила хихикать. Втянула в себя воздух. Император ее пугал.
Она и не думала, что увидит нимб вокруг его священной головы в тот самый
момент, как переступит порог комнаты. По правде говоря, она предполагала
увидеть самого обычного человека. Каким он и являлся - хотя в жизни был
гораздо симпатичнее и выше, чем на экране телевизора.
Больше всего ее расстраивали - кроме темной комнаты, которую,
вероятно. Император выбрал специально, - глаза властителя. Он ни разу не
посмотрел прямо на нее, все время переводил взгляд с предмета на предмет.
Беспрерывно. Это напоминало... какую-то болезнь. Такие мысли огорчили
жрицу еще больше.
- Прошу прощения, что позволил себе выказать вам свое раздражение, -
проговорил Император. - Сложные государственные проблемы и все такое. - Он
наклонился к Зоран и ласково улыбнулся. Однако она заметила, что глаза
Императора так и не перестали бегать. - Вы простите мою грубость?
- О, Ваше Величество, - тоже очень ласково ответила жрица, - это я
должна просить у вас прощения. Я всего лишь старая глупая женщина. Вы со
мной великодушно терпеливы.
Вечный Император фыркнул. Так-то лучше. Он заметил, что Зоран
перестала хихикать. Отлично.
- Ну а теперь, может, вы будете настолько любезны, что объясните мне,
в чем заключается моя божественность?
- О, конечно, сир. Если мои слова показались вам не очень
понятными... ну, это просто сила привычки. На свете существует такое
количество самых разнообразных существ. И у каждого из них есть свое
представление о боге.
- Верно, - кивнул Император, который гордился своими познаниями в
этой области.
- Однако с точки зрения людей, - продолжала Зоран, - божественность
есть самое правильное описание вашей священной особы.
- Представьте себе, я - бог! - рассмеялся Император.
- Вы знаете, мы постоянно представляем это себе, Ваше Величество, -
сказала Зоран. - Если честно, все, кто служат Культу Вечного Императора,
должны проделывать это два раза в день. В молитвах, обращенных к вам.
- Как интересно, - промолвил Император и улыбнулся. Глаза его
по-прежнему ни на чем не останавливались. Они метались по комнате -
туда-сюда, туда-сюда. - У нас с вами получился самый потрясающий разговор
из всех, что я вел в последнее время.
- Я так рада, что доставила вам удовольствие. Ваше Величество, -
промурлыкала Зоран.
- Скажите, пожалуйста, а сколько существ верит в... ха-ха-ха... меня?
- Многие тысячи, Ваше Величество. Возможно, даже миллионы.
- Миллионы, гм-м-м?
- Мне сейчас трудно назвать точное число, Ваше Величество. Но могу
утверждать, что во время вашего отсутствия количество членов нашей
организации достигло рекордной цифры. А когда вы вернулись, многие и
многие новые верующие присоединились к нам. На некоторое время.
- Вы хотите сказать, что сейчас это число уменьшается? - Император
поджал губы.
- Да, Ваше Величество, как ни прискорбно. Ничего удивительного. Живые
существа слабы. И они привыкли к тому, что вы вернулись.
- Так быстро? - прошипел Император.
- Ну, это же только естественно. Ваше Величество. И, конечно, у нас
сейчас не те фонды, что раньше.
Императору было все известно про прошлое финансирование культа.
Деньги поступали тайно от Кайса, единственного разумного человека,
входившего в Тайный Совет. Естественно, какие цели преследовал Кайс на
самом деле, Зоран известно не было. И Император не собирался раскрывать ей
этой тайны.
- А что нужно, чтобы... энтузиазм среди ваших верующих... э-э-э,
возрос?
- Очень немного. Ваше Величество. Я говорю всем потенциальным
спонсорам, что члены культа являются самыми преданными делу процветания
Империи гражданами. Это самые обычные существа, но их жизнь не проходит
зря - они приносят пользу. В свободное время они скидывают свои мирские
одежды, надевают священное одеяние и осеняют души каждого, кто готов их
слушать, учением о вашем могуществе.
- Иными словами, не возникает никаких махинаций с теми
пожертвованиями, что поступают в фонд культа, - проговорил Император.
- Совершенно верно. Ваше Величество. Девяносто процентов всех денег
идет на наше дело. И всего десять на административные расходы: транспорт,
почта, ну... подобные вещи.
- Замечательно! - одобрил Император.
Он был на самом деле восхищен. Его агенты, занимавшиеся тщательным
изучением культа, докладывали ему то же самое.
Он вытащил из ящика стола документ и протянул его Зоран.
- Я приказал своим людям провести... небольшое расследование. Здесь
результаты. Анализ популярности культа по всей Империи. И список наших
самых, скажем, понимающих граждан.
Когда Зоран протянула руку, она заметила, что дрожит, и попыталась
быстро скрыть от Императора свою реакцию.
- Не знаю, как и благодарить вас. Ваше Величество.
- Ну, это ерунда. Всего лишь небольшая помощь благородному делу.
Так... а теперь перейдем к вопросу о фондах. Надеюсь, вы понимаете, что
мое имя не должно быть связано с этим вопросом?
- Да, Ваше Величество. Это было бы... некрасиво.
- Вот именно. С вами свяжутся в самое ближайшее время. Вы получите
большую сумму. Используйте ее на благие цели. Позже будут еще поступления.
Когда в этом возникнет необходимость.
- Да, Ваше Величество.
- Я рад, что мы прекрасно понимаем друг друга, - сказал Вечный
Император.
Зоран почему-то этому совсем не радовалась. Еще одно доказательство,
что молиться о получении чего-то совсем не такая уж мудрая вещь. Потому
что существует огромная опасность, что на твои молитвы кто-нибудь ответит.
И... она не могла отказаться от того, что ей предлагали.



23

- Я тут кое-что заметил, - заявил Килгур. - Небольшое чудо.
- Учишься правильно разговаривать?
- Ты в последнее время не проверял, на месте ли твой нос?
Стэн высунул язык, потрогал им кончик носа и кивнул. Килгур всегда
умел поднять настроение - именно за это его все так и любили в отряде
"Богомолов".
Если не считать выдающихся способностей убивать...
Алекс вручил Стэну микрофишу, которую тот вставил в считывающее
устройство. Это был еженедельный отчет джохианской полиции с грифом
"секретно". Ничего особенного Стэн там не увидел, обычный набор: убийства,
грабежи, драки.
- Можешь, конечно, почитать это все внимательно, если у тебя есть
время.
- Ладно, давай, выкладывай.
- Арсеналы по всей Джохи подвергаются разграблению, дружок. Причем,
главным образом, военные арсеналы. У них большие потери.
- Знаешь, меня это почему-то не удивляет, - сухо проговорил Стэн. -
Учитывая, в какое дерьмо мы вляпались... Если бы я был жителем этого
кретинского созвездия, я бы тоже занялся поисками оружия или чего-нибудь
посерьезнее. Ну, например, завел бы себе танк. И пулемет.
- Ну-ка выпей чего-нибудь, шкипер. Синд, налей нашему несчастному
приятелю стаканчик. Он начал задумываться о смысле жизни. Смотри, какой он
бедный, как страдает... Император, по-моему, не собирается отзывать его
отсюда. Знаешь, барышня, у начальников и командиров всегда возникают
ужасно серьезные проблемы. Могу побиться об заклад, наш Стэн когда-то был
счастлив, как дитя, если ему удалось набить брюхо, припасти бутылочку или
он узнавал, что где-то есть тепленькая постелька, где его ждут. А теперь
он вдруг стал циником и пустился в рассуждения. Забыл, бедняга, что для
него завтра может никогда не наступить, если только я этого не захочу.
- Ты, Алекс? - строго спросила Синд и достала графин. - Не хочешь ли
ты сказать, что являешься Высшим существом?
- Конечно, являюсь, - заявил Алекс, разливая стрегг по стаканам. - И
могу это доказать. Если стрегг отравлен, у меня начнутся конвульсии и я
стану извиваться тут, точно Лохнесское чудовище, из моего горла будут
вырываться хриплые стоны - завтра не наступит. Верно?
- Ну, по крайней мере, для тебя.
- Так. Этот стрегг не отравлен, можете пить его со спокойным сердцем.
Потому что вот оно доказательство: если завтра не наступит для меня, а я
являюсь самым важным существом во Вселенной, значит, оно не наступит ни
для кого. Правильно?
Стэн и Синд переглянулись. Вне всякого сомнения, Алекс уже успел
опередить их, по меньшей мере, на две порции стрегга.
- Ну так вот, - продолжал Килгур, - вернемся к арсеналам, из которых
исчезает оружие. Все данные содержатся в секретных рапортах полицейского
управления, которые вы получили благодаря мне после того, как я попробовал
местное жаркое в одной из местных забегаловок. Надо сказать, оно не
годится в пищу не только человеку или зверю, но даже самому гнусному
Кэмпбеллу. Так вот, знаете, какая странная штука объединяет все кражи?
Оружие действительно крадут, направо и налево. Только нигде нет ни одного
сообщения об убитой охране.
- Ага.
- А что значит твое "ага"? - поинтересовалась Синд.
- Очень трудно, - объяснил Стэн, - забраться в арсенал, который
предположительно охраняется армией, полицией или... ну, кем угодно. Потому
что всегда найдется какой-нибудь патриот, который станет возражать против
такого налета, а какой-нибудь майор в отставке вспомнит, что он герой, и
обязательно кого-нибудь пристрелит или сам нарвется на пулю.
- Да, армия завязана в этом деле по уши.
- Проклятье! - взорвалась Синд. - Может, мне лучше снова стать
простым, бесхитростным солдатом. Вы, специалисты по особым операциям,
такие циники.
- Я предупреждал тебя, - напомнил Алекс, - давным-давно, на Ньютоне,
когда ты так хотела стать подружкой Стэна.
- Точно, предупреждал. Мне следовало прислушаться.
Стэн не обращал внимания на их болтовню.
- Я бы не отказался от небольшой самостоятельной акции, - сказал он.
- Во-первых, это поднимет мой боевой дух. Во-вторых, весьма полезно
показать местным ублюдкам, что мир не собирается плясать под их дудку; и
в-третьих, мне не нравится, что тутошние военные кретины считают, будто
могут организовать частную террористическую организацию, которая станет
действовать по первому их приказу. Давайте выясним, куда идет краденое
оружие.
Синд скептически посмотрела на него.
- А как мы это сделаем? Окружим арсеналы, на которые еще не было
совершено нападений, нашими любимыми мышками - Фриками и Фрэками? Много же
их понадобится.
- Нет. У воров есть мотив, мы дадим им возможность. Воспользуемся
игрой, которую я называю Ловушка Поющего Пистолета.
- Низкопробное кино, - заявила Синд.
- А вот и нет. Нам нужно только...
- Вот что, - закончил за Стэна Килгур, положив на стол виллиган, -
если эти придурки интересуются оружием, я думаю, они полопаются от
счастья, когда им в руки попадется такая штучка - пистолет, сделанный на
имперском оружейном заводе, верно? Мне кажется, тут я не ошибся, потому
что вот уже три вечера возле нашей ограды толкутся какие-то подозрительные
типы.
- Ну, вот всегда так. Хочешь продемонстрировать, какой ты умный, а ты
уж тут как тут, мистер Килгур.
- Ой-ой, босс. Я не знал, что вы... Ладно, вы еще вполне можете
проявить свои выдающиеся способности, потому что мы не решили, кому
поручить это маленькое дельце.
- Ну, мы... О, черт побери!
- Ага, понял. Я не доверяю посольской службе безопасности. Парни
полковника Джерети такие безмозглые, мы даже объяснить им не сможем, что
от них требуется. Бхоры скорее всего посчитают подобное предложение личным
оскорблением и устроят массовую стрижку бород в знак протеста. И я знаю,
что гурки просто вежливо попросят тебя не морочить им голову, если ты
обратишься к ним с таким заданием.
Стэн кивнул, потому что Килгур был совершенно прав.
- За парочку толковых оперативников из отряда "Богомолов" я бы
заплатил кругленькую сумму. Уж они бы исполнили все в лучшем виде.
- Я не совсем понимаю, что нужно делать, - сказала Синд, - но я
готова.
- Нет, думаю, тебя они уже успели хорошенько рассмотреть.
- Мистер Килгур, им ведь и в голову не придет, что главный головорез
и дружок имперского посла вытащит из теплой постели свою задницу, особенно
в такую ночь, и отправится гулять, надев при этом солдатскую форму?
- Да, босс, эта мысль меня тоже посещала. Только ничего не выйдет.
Даже если я переоденусь, они обязательно заметят вот эту чудесную вещь, -
Алекс с гордостью похлопал себя по солидному животу. - Они подумают, что я
всего лишь старая развалина, и не клюнут на нашу наживку. А вот если им
попадется на глаза молодой солдатик, который немного перебрал за ужином и
который направляется на свой пост... ну или что-нибудь в этом же роде...
- Килгур, такие задания обычно поручают в отряде "Богомолов"
новичкам, которые только начинают проходить подготовку. Ты хочешь, чтобы
я, посол Стэн...
- Очень полезно, приятель, вспомнить старые времена и проверить, не
растерял ли ты прежних навыков. Чтобы не зарывался.
- Ублюдок.
- Опять с моей мамулей общался, да?
- Не забудьте оставить мне немного стрегга.
- Может быть, - проговорила Синд, - мне придется принять еще парочку
стаканчиков, прежде чем Килгур скажет, что я действительно понимаю, что
тут происходит.
- Давай, давай, приятель. Смена постов будет через несколько минут. Я
приставлю к тебе Фрика. Не сомневаюсь, на следующей встрече "Богомолов"
эта пленка будет пользоваться колоссальным успехом.
Стэн изобразил рукой что-то малоприличное, собрался было выпить
стрегга, но потом передумал. Трудно изображать из себя пьяного, если ты
действительно накачался. Кроме того, еще нужно найти форму, которая ему
подошла бы.


Прошло меньше часа. Имперский взвод охраны обходил территорию
посольства. Возле каждого поста взвод останавливался. Громко звучали
приказы командиров. Те гвардейцы, кто сменялся с поста, отдавали честь,
становились по стойке "смирно", а потом занимали место парами в самом
конце строя. Те, кто сменяли их, тоже отдавали честь и приступали к
исполнению своих обязанностей. После этого взвод отправлялся дальше.
Новый охранник некоторое время вышагивал бравым шагом возле своего
поста, затем остановился, чтобы справить нужду. На противоположной стороне
широкого проспекта два наблюдателя заметили, что он сначала положил
оружие, а сам стал придерживаться рукой за стену, изо всех сил стараясь
сохранить равновесие.
Охранник застегнул молнию и повернулся. Тут он вспомнил про виллиган
и, подняв его, убрал в наплечную кобуру. Потом прошел несколько шагов,
виллиган явно ему мешал. Нарушая приказ, часовой отпустил ремень и закинул
оружие себе на плечо.
Два раза обошел охраняемую территорию. Одному из наблюдателей
показалось, что часовой поднес к губам флягу. Во всяком случае, шаг его
после этого стал гораздо менее твердым и уверенным. Потом охранник
вернулся к воротам и спрятался в небольшую нишу, расположенную в паре
метров от будочки, стараясь устроиться так, чтобы его не доставал ветер.
Несколько минут он стоял совершенно неподвижно.
Двое на противоположной стороне проспекта переглянулись.
Один из них прошептал что-то на ухо своему приятелю, и как раз в этот
момент зажужжал вызов в постовой будочке. Он жужжал и жужжал, словно
назойливая муха. Охранник зашевелился и, спотыкаясь, поспешил ответить на
вызов.
Забытый виллиган остался в нише - а охранник еще и повернулся к нему
спиной.
Когда он закончил свой громогласный и подробный отчет и выключил
коммуникатор, виллиган исчез.


Килгур, уютно устроившись в теплом и сухом кабинете Стэна со стаканом
стрегга в руке, наблюдал за происходящим, глядя на экран одного из
мониторов. Он подождал несколько минут, прежде чем приступить к выполнению
второй стадии операции: сержант обнаруживает пьяного в стельку охранника,
который к тому же лишился виллигана, и приказывает ему отправляться под
арест.
Услышав шаги в коридоре. Алекс налил Стэну двойную порцию стрегга.
Теперь пришла пора третьей стадии операции, которая могла начаться в
любой момент. В дуле виллигана был спрятан крошечный передатчик. Пока он
был включен на прием. Через час или два после того, как воры спрячут
виллиган в том месте, куда они отправляли все украденное оружие, Килгур
включит передатчик и получит направленный сигнал. И кто бы ни прихватил
виллиган - член какой-нибудь военной организации или самый обычный вор в
надежде получить за него хорошие денежки, - Килгур не сомневался, что на
том складе они найдут много интересного.
И тогда они со Стэном решат, какой будет стадия четыре.
- Отлично, парень. Прямо как в старые добрые времена, - поздравил он
Стэна, когда тот появился в кабинете и устало плюхнулся в кресло.
- Да ну их к черту, эти старые времена! Проклятый ветер пробирает до
самых костей. А где Синд?
- Барышня сказала, что мы и без нее справимся, а ей нужно пойти
подготовить постельку для замерзшего старого вояки.
Стэн ухмыльнулся и пододвинул свой нетронутый стакан со стреггом
Алексу.
- В таком случае хочу пожелать вам спокойной ночи, лорд Килгур. Я
должен немного помедитировать о преимуществах положения старого вояки.
- Ага, понятно. А я в своем целомудренном одиночестве займусь
размышлениями о том, какое несчастье свалится на наши головы следующим.


Следующее несчастье явилось в лице очаровательных созданий,
населявших созвездие Алтай. Хотя никто уже ничему не удивлялся, на этот
раз неприятности были гораздо более серьезными, чем просто начиненное
передатчиком оружие, спрятанное на каком-то тайном складе ворованных
боеприпасов.
Адмирал Масон, лицо которого было еще более мрачным, чем обычно,
доложил Стэну о происшествии. Последнее время он и "Победа" отдыхали, им
обоим было совершенно нечего делать - стоило по этому поводу вознести
благодарственную молитву какому-то миролюбивому божеству, которое,
пролетая мимо Алтая, осенило адмирала и экипажи своей милостью. Так что
Стэн велел Масону дать кораблям разведывательные задания в разных регионах
звездного скопления.
Масон возражал главным образом потому, что приказ исходил от Стэна,
но довольно быстро смолк, когда Стэн объяснил, что он не может здесь
никому доверять, включая службу безопасности посольства и персонал,
поскольку, если бы они старались как полагается исполнять свои
обязанности, уже давно должны были сообщить ему о том, что происходит.
Масон вел себя совершенно официально и попросил разрешения
переговорить со Стэном наедине. Стэн велел секретарю, шифровальщику и
стенографистке покинуть его кабинет и отключил систему электронного
наблюдения. Именно поэтому Килгур, находившийся в комнате по соседству,
моментально включил подслушивающую аппаратуру.
Масон без лишних разговоров установил небольшой видеоэкран и включил
его. На столе Стэна появилось голографическое изображение. Баррикады у
главного входа в университет Пушкан, студенты на них, а потом нападение на
студентов. Изображение было не очень четким, снимал, очевидно, кто-то из
туристов. Вероятно, бедолага застрял в транспортной пробке и оказался в
самом центре событий. Фильм являлся подделкой, естественно, потому что на
нем не было показано, как солдаты расстреливали студентов. Вообще не было
видно никакого оружия. А нападавшие были одеты в простые комбинезоны, а не
в военную форму.
- Вы это уже видели? - спросил Масон.
- Видел. Каждый час в течение последней недели во всех пиратских
передачах, сделанных про это созвездие.
- Версия Б, - сообщил Масон и вставил другую микрофишу в аппарат.
Та же самая сцена, только на этот раз на территории университета
почти не видно людей. Теперь на баррикадах воюют щенки суздалей, а
нападают богази.
- Чудесно! - воскликнул Стэн. - Где вы достали эту версию?
- Выполняя ваш приказ, я отправил "Сан-Хасинто" посмотреть, что
поделывают богази и суздали. Эта передача шла на широких волнах, так что
любой из миров богази мог спокойненько ее принимать.
- Хотите побьемся об заклад, - предложил Стэн, - что чуть позже на
"Сан-Хасинто" могли бы поймать точно такую же передачу, но жертвами там
оказались бы богази?
- Никаких ставок, сэр.
Корабль "Сан-Хасинто" был еще одним тайным преимуществом Стэна -
новенький, как с иголочки, истребитель получил свое название в честь
первого имперского боевого судна, официально уничтоженного таанцами. На
этом корабле было все, что необходимо: оружие, суперсовременные двигатели,
сенсоры... В общем, еще одна версия тактического корабля, только больших
размеров.
- Итак, все запустили свою пропаганду на полную катушку, - подытожил
Стэн. - Интересно, сколько пройдет времени до первых крестовых походов? О,
да у вас есть еще?
Так оно и оказалось - только на этот раз информация была настолько
важной, что капитан "Сан-Хасинто" передал ее Масону устно, а тот сообщил
Стэну.
Священная война уже началась. Два суздальских флота - один,
официально разрешенный Хаканом с целью поддержания "безопасности в
регионе", а другой - сборный и состоящий из наспех вооруженных
транспортных судов, кораблей контрабандистов и патрульных катеров -
готовились стартовать со своих миров.
Из переговоров между кораблями и мирами аналитики, работающие на
имперском корабле, определили их цель. Суздали собирались полностью
уничтожить столичный мир богази. Эту опухоль, утверждали они, необходимо
вырезать полностью, чтобы от нее не осталось ничего. И не важно, какой
ценой придется заплатить обеим сторонам за эту операцию. Слишком долго
проклятым богази позволялось...
- Позволялось нападать, жечь, уничтожать, убивать, и так далее... -
проговорил Стэн. - И естественно, богази, которые так же рассудительны и
прагматичны, собирают силы, чтобы защитить свой мир. А если им это
удастся, то их защита превратится в битву под лозунгом: "Уничтожим всех
этих гнусных тварей суздалей!" Верно?
- Да, сэр.
- Задание, которое дал мне Император, с каждым днем становится все
приятнее. Килгур, давай заходи.
Алекс, который даже не посчитал нужным дать объяснения, вошел в
комнату.
- Ты будешь следить за порядком в нашей крепости. Мы с Масоном
отправимся погулять. Может быть, нам удастся предотвратить столкновение.
- Есть, сэр, - Килгур вытянулся по стойке "смирно".
Если Алекс и разозлился, что Стэн решил не брать его с собой, он
этого не показал. Настоящий профессионал ведет себя сдержанно при
постороннем.
У Масона целую минуту было удивленное лицо, но и он сумел справиться
со своими чувствами, моментально превратившись в военного, ожидающего
приказа командира.
- Вы принимаете командование на себя?
- Да, адмирал.
- Отлично. Должен вас предупредить, что никакое подкрепление
имперских вооруженных сил не сможет добраться сюда прежде, чем суздали и
богази начнут воевать. Я проверял.
- Это мне понятно, - успокоил его Стэн. - Нам все равно не удалось бы
получить никакой поддержки - в Империи сейчас немало проблем и без нас.
Напоминаю вам так, на всякий случай, вдруг вы не заметили... Так что мы с
вами возьмем на борт "Победы" кое-какие инструменты и немного почистим
парочку сломавшихся часов.
- Стартуем, адмирал?


- Алекс, Стэн не взял с собой тебя, меня, бхоров и гурков для того,
чтобы все думали, что он по-прежнему на своем посту и никуда не отлучался
из посольства?
- Вот видите, майор Синд? Вы уже научились правильно мыслить. Еще
парочка сотен лет, и вам разрешат высказать какую-нибудь простенькую
идейку.
- Отвали, Килгур.
- О_т_в_а_л_и_т_е_, и _м_и_с_т_е_р_ Килгур, поняла? Разве тебе не
известно, что я теперь исполняю обязанности посла и заслуживаю хотя бы
немного уважения?
- А ты именно это и получаешь. Совсем немного уважения.


Гораздо больше солдат погибло от скуки, чем в бою.
Именно скука явилась причиной смерти братьев Тукунгбази.
Скучали не только они, но и сержант стал немного рассеянным, так же
как и командир взвода и все прочие командиры вплоть до самого полковника
Джерети. Обеспечение безопасности доктора Искры и дворца Хаканов стало
тошнотворно скучным и рутинным делом.
Братьев Тукунгбази, совсем недавно приписанных к военному взводу, это
не радовало. Они вступили в ряды гвардейцев вовсе не затем, чтобы служить
в качестве почетного караула или заменять полицейских, когда нужно
разогнать демонстрацию. Они так никогда и не узнали, что никто в Третьем
гвардейском полку не испытывал удовлетворения от выполнения этого задания
Императора, особенно те, кто мечтал сделать головокружительную военную
карьеру. Но, будучи профессионалами, одетыми в форму профессионалов,
несмотря на то, что пехота никогда не добивалась ощутимых успехов в деле
борьбы за мир, они держали рты на замке и несли свою службу.
Несли службу, содержали бараки и оборудование в безукоризненной
чистоте, пили отвратительное местное пиво в своей столовой и стервенели.
Особенно солдат возмущали запреты, которые казались им совершенно
бессмысленными. Их с радостью встретили на Джохи, разве не так? В таком
случае почему гвардейцев заперли в строго охраняемой зоне и никуда не
выпускают?
Конечно, жители