- Я
использовал все свои связи - ниточка тянется в Арундель. Все насмерть
перепуганы.
- Как они могли узнать, что я направилась на Джохи? - спросила
Ранетт.
- Шпионы, "жучки". Как еще? Сейчас я приказал, чтобы наши силы
безопасности прочесали мой офис.
- А что делают конкуренты? - поинтересовалась Ранетт.
- Это единственно хорошая новость, - ответил издатель. - Дело тут не
только в нас. Начиная с этого момента, никто из журналистов не получит
аккредитацию на Джохи.


Однако новости из созвездия Алтай все-таки просачивались и приводили
Императора в ярость.
"СЧЕТ ЖЕРТВ БОМБАРДИРОВКИ КАЗАРМЫ РАСТЕТ", - вещала с экранов
телевизоров одна из станций.
"ПОЗОР СОЗВЕЗДИЮ АЛТАЙ", - говорил диктор второй станции.
И было еще много других: "СЕМЬИ ГВАРДЕЙЦЕВ ПОТРЯСЕНЫ"... "ТРАГЕДИЯ НА
РУРИКЕ"... Наиболее вдумчивые видеожурналисты передавали: "ВОЛНЕНИЯ НА
АЛТАЕ СВЯЗАНЫ С ДОКТОРОМ ИСКРОЙ. ВОЗНИКАЮТ СОМНЕНИЯ В ПРАВИЛЬНОСТИ ВЫБОРА
ИМПЕРАТОРА".
- Когда я в следующий раз буду писать конституцию, - бесился
Император, - внесу туда закон о сохранении государственной тайны, и он
будет иметь реальную силу. Я хочу, чтобы этот закон предусматривал
тюремное заключение. Расстрел... Я просто мечтаю о возрождении камеры
пыток, черт возьми!
Женщина с великолепной фигурой и глазами старого политика принялась
аплодировать.
- Ну, с этим проблем не будет, - сказала Эври. - Последний опрос
общественного мнения показывает, что большинство за вас, босс. Лишь десять
процентов выступают за свободную прессу. Шестьдесят пять процентов
уверены, что мы должны как следует поддать под зад этим любителям падали.
А остальные двадцать пять Процентов настолько глупы, что считают вечерние
новости прямой передачей.
Ярость Императора превратилась в рокочущий смех.
- Вот это-то мне и понравилось в тебе с самого начала, Эври, - сказал
он. - Ты всегда смотришь в суть вопроса.
- Я оттачивала свое мастерство, гоняясь за скальпами на Дьюсабле, но
докторскую степень получила, наблюдая за тем, как действуете вы, сир. -
Эври с откровенным обожанием посмотрела на Императора. - Я никогда не
слышала о живом или мертвом политике, который мог бы провернуть то, что
регулярно удается вам.
Император скромно потупился.
- Я ничего нового не придумал. Просто украл парочку идей из твоей
докторской диссертации. - Он ухмыльнулся волчьей усмешкой. - Конечно, я
внес кое-какие изменения в правила игры.
- Это уж точно, черт возьми, сир.
- Да оставь ты этих "сиров", - проворчал Император. - Когда мы с
тобой вдвоем, конечно. Если речь идет о политике, бессмысленно вспоминать
об уважении.
Император встретил Эври во время своего долгого возвращения к
имперской короне. Ему было необходимо победить на выборах в Дьюсабле, а
Эври поддерживала превосходного кандидата - пустоголового хорошенького
парнишку, который мог сидеть, кланяться и голосовать, как симпатичная
дрессированная собачка.
В то время Императора привлекал лишь изворотливый ум Эври. Однако
сейчас эта женщина, одетая в черный облегающий костюм, будила в нем новый
интерес. Эври перехватила его взгляд и кокетливо улыбнулась, а потом
откинулась на спинку своего кресла, чтобы он мог получше ее разглядеть.
Император почувствовал желание. Но решил отложить решение этой проблемы на
потом. Пусть она как следует созреет.
- А как идут дела в парламенте?
- Отлично, - ответила Эври, которая была явно разочарована. Впрочем,
она тут же повеселела, принявшись за свою любимую игру: считать "за" и
"против". - Тиран Уолш репетирует речь, которую мы для него сочинили.
Безмозглый кретин не понимает в ней ни единого слова, но говорит весьма
убедительно.
Уолш был тем самым хорошеньким мальчиком, которого Эври и Император
привели к победе на выборах на Дьюсабле. При этом ему удалось обойти
одного из самых старых и грязных политиков Империи.
Сейчас Император пригласил Эври, чтобы ознакомить ее с планом
превращения независимых имперских провинций в доминионы под его жестким
правлением.
- Вот что я прикинула, - начала Эври. - Уолш своей речью откроет
дебаты, как вы и предлагали. Набросает целую кучу красивых слов, которые
принято писать с большой буквы: долг, преданность, патриотизм...
Император кивнул.
- Отлично. Отлично. Значит, он произнесет большую речь, верно?
- Ведь вы именно этого хотели, - заметила Эври, - правда, мне
кажется, вы слишком торопитесь. Я хочу сказать, что нам следует как можно
дольше держать в секрете тот факт, что Уолш - всего лишь пешка в ваших
руках.
Император захихикал.
- Конечно, тут ты права.
- Ну, по крайней мере, выглядеть все будет именно так, - продолжала
Эври. - Мы хотим, чтобы на заседании Парламента он объявил, что, как глава
правительства, передает Дьюсабл в ваши руки.
- Ты хочешь сказать, что он добровольно согласится передать мне всю
полноту власти?
- Ну, примерно, - ответила Эври. - Впрочем, в случае с Уолшем это не
имеет никакого значения. Он уже и так весь с потрохами принадлежит вам.
Однако кое-кто все-таки продолжает настаивать на самостоятельности. Им
придется не сладко.
Император понял, что она имела в виду.
- Что ты придумала?
- Бутерброд из героев. Если мы возьмем куски булки потолще, никто не
заметит, что слой ветчины и сыра совсем тоненький. Они проголосуют и
отправятся домой - и только пролетев полпути, сообразят, что произошло.
- Продолжай, - велел Император.
- Ну так вот. - Эври с силой стукнула кулаком по колену. - Тут мы
напустим на себя страдальческий вид. Например: пришло письмо от
симпатичной старушки, которая посылает свои последние деньги, чтобы помочь
Империи. А еще у меня есть несколько фильмов о голодающих детях. Отличные
штучки - прямо мурашки бегают, когда их смотришь. Рыжие волосы, раздутые
животы. Сердце кровью обливается.
- Кровь, пот и детская моча, - проговорил Император, - очень надежные
вещи.
- Естественно. Вы их победите одной левой. А дальше будет вот что:
пока они будут проливать слезы над судьбой несчастных детей, я преподнесу
им историю старого солдата.
- Очень интересно, - кивнул Император. - Я и сам проголосовал бы на
их месте - раз пять или шесть.
- Да уж конечно, - проговорила Эври. - Так вот... я раскопала одного
вашего старого генерала. Он ушел в отставку больше тридцати лет назад. В
голове у него больше дерьма, чем мозгов. Я привела его в состояние
помешательства на предмет "печалей Империи". Он чуть не плакал, бедняжка.
А потом с трудом поднялся на ноги - я поставила его на костыли - и призвал
всех граждан Империи объединиться. Просто потрясающе говорил о
необходимости совместных усилий, о том, что наступили тяжелые времена и
что никакая жертва не может быть чрезмерной... Это сработает, как
заклинание. Уж можете не сомневаться. Я вчера провела эксперимент. Плакали
все. А самое главное, присутствующие облегчили свои карманы на
значительные суммы. Подобного представления эти уроды в жизни не видели.
- И тогда Уолш сделает свое заявление? - спросил Император.
- Да, именно в этот момент Уолш и сделает свое заявление.
- Отлично сработано, - похвалил Император. - Но я хочу добавить еще
одну проблему к тем, которыми ты занимаешься.
- Какую?
- Повышение налогов на АМ-2.
Эври кивнула.
- Да, хорошая идея. Со страху они в штаны наложат. А как вы хотите
это сделать?
- Я хочу дать закону обратную силу. За все количество АМ-2 со времени
окончания таанской войны.
- Это может перепугать их до полусмерти, - присвистнула Эври.
- Тут я бессилен. Тебе придется что-нибудь придумать.
Неожиданно глаза Эври загорелись.
- А если генерал в конце концов умрет?.. Прямо перед камерой его
хватит удар. Тогда мы сможем раздуть кампанию под лозунгом: "Последняя
воля умирающего". Он и так еле жив. Я думаю, наши техники сумеют все
устроить.
- Не годится, - сказал Император.
- Угу. Кто-нибудь обязательно пронюхает, от утечек информации не
спастись.
- Это беспокоит меня меньше всего, - заявил Император. - Просто его
последние слова все испортят Уолшу, который должен стать героем дня.
Эври была способной ученицей.
- Вот что делает вас боссом, - сказала она. - Я что-нибудь придумаю.
Не слишком сложное.
Разговор был закончен, но Эври снова бросила на Императора призывный
взгляд - томные глаза, расслабленное тело.
- По крайней мере, - хрипло произнесла она, - таков план.
- Я не возражаю, - согласился Император. - Начинай действовать.
Теперь и он посмотрел на нее весьма откровенно, демонстративно
разглядывая с ног до головы.
- Что-нибудь... еще? - спросила Эври.
Император немного помолчал, а потом сказал:
- Возможно... позже.
- Я вам говорила о своей секретарше? - спросила Эври и облизнула
губы. - Она ужасно... много мне помогает.
- Я должен ее поблагодарить, - сказал Император.
- Хотите, я позову ее?
- Только мы - и больше никого, - тихо проговорил Император.
- Конечно, больше никого. Только... мы трое.
- Позови, - велел Император.



32

Пойндекс снова вывел на экран сообщение. С тех пор, как он прочел его
в предыдущий раз - ровно три минуты назад, - ничего не изменилось. Если бы
оно поступило не от абсолютно надежного - насколько глава разведки в
состоянии вообще кому-нибудь доверять - агента, Пойндекс решил бы, что
кто-то пытается проверить его лояльность. Или доклад прибыл прямо из тех
лет, когда у власти стоял Тайный Совет.
Пойндекс дал себе слово тогда, на Земле, что будет вести себя
"хорошо" и не станет рассылать агентов, чтобы те держали его в курсе того,
что "действительно" происходит. И, естественно, не смог удержаться. Ни
один человек, имевший когда-либо дело с темной стороной жизни, не поверил
бы, что общественности говорят правду.
В своем докладе агент сообщал, что кто-то финансирует Культ
Императора. Причем речь идет о весьма солидных суммах. Как Кайс несколько
лет назад. Этот кто-то являлся "анонимным благодетелем", установить
личность которого было практически невозможно. Деньги поступали из
разнообразных источников, а дальше след обрывался.
Пойндекс решил проверить Культ просто так, чтобы посмотреть,
происходит ли там что-нибудь интересное.
Через несколько минут он получил ответ на свой вопрос.
Происходило много чего интересного. Представители Культа, занимавшие
высокое положение, на которых автоматически были заведены досье еще в те
времена, когда Пойндекс возглавлял корпус "Меркурий", неожиданно получили
возможность реализовать свои мечты.
Неожиданно у Пойндекса волосы зашевелились на голове. Пальцы забегали
по клавиатуре - он прекратил поиск. На лбу выступила испарина.
Пойндекс немного подумал, потом поморщился.
Возможно, он превратился в жалкого параноика. Однако все его существо
охватило пронзительное чувство опасности - точно такое же, как он испытал,
когда извлекал бомбу из тела Императора.
Он обрадовался, что запрограммировал компьютер на работу с кодами.
Хороший специалист сможет получить информацию о том, что какие-то запросы
делались. Но след приведет его к открытому библиотечному терминалу,
расположенному на далекой пограничной планете.
Культ Императора действовал - и весьма активно...
Пойндекс открыл потайную панель на боку клавиатуры, сдвинул два
рычага вместе, сломал в процессе ноготь, но зато активировал программу
"Отмена команды".
Только один человек мог манипулировать огромным количеством живых
существ, словно они были марионетками на веревочках, только он один имел
возможность отправлять деньги в адрес Культа таким надежным способом - это
Пойндекс прекрасно понимал.
Его компьютер моментально стер последнюю информацию, заменив ее
стандартным набором данных, как это было принято в армии. Затем он
автоматически стер всю информацию.
Сам Вечный Император...
Щелчок, и в компьютер введена третья и последняя программа, в которой
не содержалось никаких данных о действиях Пойндекса в течение последней
земной недели.
Интересно, какую пользу извлекает Император из Культа своего имени?
Пойндекс почувствовал себя в относительной безопасности.
Неужели Император решил превратиться в бога? Только этого не хватало!
Пойндексу снова стало нехорошо, потому что он понял, что никогда
больше не будет чувствовать себя спокойно, никогда не сможет ходить не
оглядываясь. Он сделал опасное для собственной жизни открытие.


Сэр Эку, известный всей Вселенной дипломат, начал снижаться, чуть не
рухнул на землю и страшно пожалел, что его народ не в состоянии оценить
тот облегчающий душу эффект, который оказывает на нее непристойная брань.
Под ним лежала арктическая пустыня.
Справа из серой морской воды поднималась одинокая скала, а слева
проплывал огромный айсберг. Повсюду преобладали ярко-голубые тона.
Утомительно однообразный цвет.
Эку совсем не собирался судить этот мир, он просто считал, что так
выглядел христианский ад, когда там переставал полыхать огонь.
Где-то внизу, на поверхности льда, двигалась крошечная точка. Сэр Эку
сосредоточил все свое внимание на этой точке, и она превратилась в
огромное, тучное морское существо, чья шкура и клыки прекрасно подходили
для жизни в этом замороженном аду. Существо, вероятно, считало, что сейчас
приятный весенний денек, подходящий для прогулок на свежем воздухе.
Неизвестное существо, расположившееся на глыбе льда, с первого
взгляда казалось примитивным пожирателем рыбы, а на самом деле являлось
самым мудрым философом своего мира. И поэтом.
Порыв пронзительного ветра подхватил сэра Эку, и он снова чуть не
потерял контроль над своим полетом. Его трехметровый хвост отчаянно
сражался с потоками воздуха, стараясь стабилизировать положение тела, а
огромные белые крылья были сложены, чтобы уменьшить площадь. Маленькие
подкрылки с красными кончиками трепетали на ветру. Эку был слишком стар и
слишком себя уважал, чтобы заниматься подобной чепухой - летать в
одиночестве, когда бушует полярная буря, словно ты желторотый юнец, только
что познавший величие полета.
Он также считал, что все, имевшее отношение к затеянному им проекту,
напоминало низкопробную мелодраму, столь обожаемую детьми и выжившими из
ума старухами, - с героями и злодеями, которых ни с кем не перепутаешь.
Одно Отважное Создание храбро сражается с Силами Зла... ну и тому
подобное.
Не говоря уже о том, что сэр Эку на самом деле верил, и его печалила
эта уверенность, что он - единственное во Вселенной существо, кому
известно о существовании великого зла, которое грозит гибелью всему
живому. Это абсурд, думал он, и гордился тем, что первым понял великую
истину: правда редкая штука, а свет гаснет, не успев разгореться. Все
окрашено в разные тона серого. Нужно анализировать и интерпретировать
события самым тщательным образом.
Возможно, у Рикор его ждут ее помощники, которые накачают манаби
наркотиками и запрут в специальной комнате, где он проведет остаток жизни,
рассказывая стенам истории о Вечном Императоре.
Возможно, именно поэтому, прежде чем отправиться самому, он послал
собранный материал, который тщательно зашифровал хитроумным кодом, тем,
что они использовали во времена Трибунала - когда члены Тайного Совета
предстали перед судом за совершенные преступления.
Сэр Эку попытался взять под контроль свои мысли. Впрочем, с таким же
успехом он мог бы предаваться мечтам о том, чтобы ледяная буря стихла. Ни
одному из этих желаний не суждено было сбыться. Он с горечью отметил, что
его разум не желает подчиняться строгой дисциплине, в частности из-за
страха. А страх - как раз то самое чувство, что мешает логическому
анализу.
Сэр Эку неплохо послужил Вечному Императору и даже убедил свой народ
отказаться от традиционного нейтралитета и встать на сторону Империи во
время таанской войны, однако он ни на секунду не сомневался, что сделал бы
с ним Император, если бы ему стали известны мысли сэра Эку, его убеждения
и та цель, с которой он прибыл на этот мир.
Именно поэтому сэр Эку покинул свою родину, никому не сообщив, куда и
с какой целью направляется, и добрался до родного мира Рикор на одном из
независимых торговых судов. Их дружеские отношения тоже восходили к дням
Трибунала и возникли благодаря человеку, который хотел, чтобы все имели
возможность летать: Стэну.
Стэн заманил сэра Эку в ту давнишнюю историю с Трибуналом при помощи
очень простого подарка: небольшого голографического изображения
"воздушного цирка", где, скованные законами земного тяготения, люди
рисковали жизнью, забираясь в воздушные машины с двумя крыльями, которые
работали на двигателе внутреннего сгорания. Ни один уважающий себя
археоптерикс даже не посмотрел бы в сторону такого аппарата.
Увидев эту чудесную вещь, сэр Эку удивленно спросил:
- Они что, действительно так поступали? Я никогда раньше не
задумывался о том, что может чувствовать существо, прикованное к земле
из-за неудачного сочетания генов. Мой Бог, как же сильно они хотели
летать!
- Живые существа готовы многим рискнуть ради свободы, - ответил ему
тогда Стэн.
Интересно, как идут его дела в созвездии Алтай... Сэр Эку надеялся,
что у Стэна все в порядке, однако подозревал ввиду отсутствия каких бы то
ни было новостей из того региона, что и без того серьезное положение с
каждым днем становится все хуже.
Он подумал о том, согласится ли Рикор с его совершенно безумным
предложением сообщить Стэну о новом повороте событий. Интересно, как это
сделать? В каком виде?
Сэр Эку рассердился сам на себя. Чем может помочь Стэн?
"Знаешь, приятель, ты становишься похожим на людей, которые, как
только перед ними возникает неразрешимая на первый взгляд проблема, с
дружными стенаниями воздевают к небу руки и отдаются во власть правителя в
сияющей кольчуге - а тот, конечно же, оказывается тираном".
Именно из-за этого и возникла нынешняя ситуация.
Впрочем, поправился сэр Эку, не нужно забывать об АМ-2.
АМ-2. Это и есть камень преткновения. Если бы не существовало АМ-2,
все в Империи - ее достижения и преступления, естественно, - погибло бы.
"Именно АМ-2, - мрачно думал сэр Эку, - и помешает нам в конце концов
найти разумный выход из положения".
Горизонт посветлел, и манаби увидел впереди остров. Остров был столь
же мрачным и негостеприимным, как и весь этот мир, - островерхие скалы,
торчащие тут и там на усыпанных громадными камнями отмелях. Ледяная
пустыня... Тем не менее белые усики-сенсоры подсказывали сэру Эку, что
там, внизу, есть жизнь.
Тут и глаза подтвердили правильность ощущений: он заметил движение на
"пляже" одного из каменистых островов. Несколько существ, вроде того, что
приветствовало его некоторое время тому назад, лежали на отполированных
водой льдинах, напомнив сэру Эку людей, загорающих под тропическим
солнцем.
Донесся оглушительный рев - одно из существ поднялось в полный рост
на задних плавниках и протрубило что-то, похожее на приветствие. Наверное,
это Рикор.
Существо не очень уверенно проскакало несколько метров по земле,
нырнуло в воду, где его тело, грациозно изогнувшись, ушло на глубину.
"Ну и как, - раздраженно подумал сэр Эку, - я должен расценивать ее
поведение? Мне что, придется последовать за ней под воду?"
Черная скала скользнула в сторону, и манаби увидел вход в широкий
туннель, который исчезал в одной из скал острова. Над скалой и вокруг было
установлено множество антенн.
Сэр Эку бросился вперед, инстинктивно сложив подкрылки, несмотря на
то, что в туннеле спокойно мог поместиться звездный корабль среднего
размера.
Это был дом Рикор - и ее офис.


Ян Махони часто сравнивал Рикор с веселым тюленем. Однако на самом
деле сходство было только внешним - народ Рикор вследствие эволюции и
свободного выбора стал водоплавающим. Впрочем, и внешнее сходство было не
таким уж сильным, поскольку пятиметровая Рикор намного превосходила
размерами любого самого огромного земного тюленя. Да и весила около двух
тысяч килограммов.
Ее народ, тем не менее, славился своим интеллектом, особенно в том,
что касалось интуитивного анализа и способности экстраполировать выводы из
имеющихся данных. Они, естественно, были талантливыми поэтами. Философами.
Проектировщиками городов и целых миров. И психологами, как Рикор.
Она ушла в отставку, будучи главным психологом Империи. Кроме того,
ее услугами пользовался Ян Махони, возглавлявший тогда корпус "Меркурий" и
спецотряд "Богомолов". Рикор помогала ему разобраться в психологии
шпионов, саботажников, наемных убийц и предателей - имперских и
принадлежавших к другим, не дружественным Империи мирам.
Во времена Трибунала над членами Тайного Совета Стэн уговорил Рикор
оставить мирное уединение своей родной планеты. Тогда она приняла участие
в том, что все считали триумфом, победой над силами зла. Она могла
получить все, что угодно, однако после возвращения Императора Рикор
поняла, почему ушла на покой: она планировала посвятить целые тома
исследованию поведенческих структур людей и других видов живых существ,
которые никто, кроме нее, не был в состоянии проанализировать.
Кроме того, Рикор надоело находиться на службе у других живых существ
и убеждать анализируемое существо (культуру), что нужно вести себя так, а
не иначе.
Теперь ее снова просили применить свои способности. И что очень важно
- об одолжении ее просил сэр Эку.
- Все это так необычно, - извинилась Рикор. - Я построила эту
комнату, чтобы иметь возможность общаться с моими друзьями и клиентами,
привыкшими к жизни на суше. Ну и конечно, это своего рода шутка. Я ведь
столько времени служила Императору, находясь в лохани с застоявшейся водой
или в гравикресле.
Сэр Эку пошевелил своими усиками-сенсорами, изобразив вежливое
веселье, - его народу не требовалось никаких особенных подтверждений
собственных умственных способностей.
Это помещение действительно было порождено желанием отомстить.
Высокие потолки, приливная пещера с огромным входом - та часть его, что
находилась над водой, была закрыта прозрачной стеной. Эку решил, что стена
подвижна и может подниматься и опускаться вместе с приливом. Если
посмотреть в сторону моря, ничего нельзя было разглядеть, кроме огромных
пенистых волн, разбивающихся о скалы, которые образовывали небольшую
лагуну снаружи. Шум ветра и плеск волн усиливали микрофоны. Попасть в эту
пещеру Рикор и ее соплеменники могли, поднырнув под прозрачной стеной,
перегораживающей вход, а если вы существо, живущее на суше, - по
специально выстроенному проходу.
Эку завис над выступом искусственного происхождения, который Рикор
построила специально для своих посетителей. Он тоже реагировал на прилив и
поднимался или опускался, при этом постоянно оставаясь всего в нескольких
сантиметрах над тихими волнами, плещущимися внутри пещеры. На выступе было
множество всяческих приспособлений, начиная от экранов и кончая
компьютерами и коммуникаторами. Над конференц-залом располагались жилые
помещения и столовые.
Добраться до апартаментов Рикор можно было по подводному туннелю,
который соединял комнаты между собой. Специальное оборудование психолога
было либо запрятано в специальные футляры, либо не реагировало на
окружающую среду.
- К сожалению, я, - начала Рикор, - не очень знакома с... этикетом,
не говоря уже о правилах приема существ, обитающих в воздухе. Вы... э-э...
- Сидим на насестах? - Усики Эку еще раз дрогнули. Прошло всего лишь
одно короткое мгновение - усы Рикор зашевелились, и ее громоподобный смех
эхом разнесся по пещере, пока активированная акустическая система не
поглотила его.
- Нет, - ответил сэр Эку. - Мой народ редко опускается на землю.
Только с определенными целями.
Он не стал ничего объяснять, а Рикор не спросила.
- Могу я предложить вам что-нибудь? Поскольку манаби - не частые
гости в Империи, мне мало что удалось узнать о ваших привычках. Но,
насколько я поняла, вот это считается у вас приятным, особенно если оно
разбрызгивается. И хотя на нашей планете невозможно найти в точности такие
же микроорганизмы, мы синтезировали смесь.
Она протянула плавники и коснулась клавиш на парящей возле нее панели
управления. Вверху на экране появилась химическая формула. Эку внимательно
изучил формулу и снова "рассмеялся".
- Вас правильно информировали, Рикор. Нам действительно очень
нравится этот органический компот. Только он немного ударяет в голову, и
мы, по словам Килгура, превращаемся в "слепых котят". Если не возражаете,
я попробую вашу смесь немного позже. Возможно, когда мы начнем разговор, я
перестану чувствовать себя идиотом, не буду волноваться и смогу немного
расслабиться. Или вы придете к выводу, что меня просто необходимо немного
успокоить этой штукой, поскольку мои основные реакции постепенно
становятся непредсказуемыми.
- Манаби, - ровным голосом проговорила Рикор, - никогда не сходят с
ума.
- Вдруг я окажусь первым?
Тишину в пещере нарушали лишь плеск волн и шум ветра, но это все было
где-то далеко, будто на втором плане. Рикор некоторое время неподвижно
лежала на воде.
- Нет, - твердо возразила она. - Вы не сошли с ума. Я изучила ваши
материалы. Проанализировала их сама и с помощью электроники. Далее, я
позволила одному из своих помощников - я абсолютно в нем не сомневаюсь, и
вам не о чем беспокоиться: на самом деле он один из детенышей моей сестры,
и ему можно доверять, поскольку коррупция, царящая в Империи, нас
совершенно не интересует; поэтому никто и не пытается купить нас, пообещав
все права на рыбалку в имперской реке на Земле.
Она снова рассмеялась, и Эку немного расслабился.
- Но сначала я хочу поблагодарить вас за вашу посылку. Это моя первая
настоящая книга, написанная на Земле в древние времена. Мне интересно вот
что: была ли эта книга с самого начала водонепроницаемой?
- Я об этом позаботился.
- Ага, так я и думала. Невероятно интересная, очаровательная и
немного грустная книга. Я представила себе того примитивного человека, что
писал ее, живя в своем мрачном непросвещенном времени: сидел у себя дома и
созерцал ужасные события, что тогда происходили. В те времена жили ведьмы
- так они, кажется, назывались, - которые напускали чары и варили
отвратительное зелье в кастрюлях, а еще люди спали возле огромного
племенного костра, который должен был отпугивать настоящих и выдуманных
чудовищ, порождений ночи. - Рикор сочувственно фыркнула. - Так вот, этот
несчастный верил в то, что наступит день, когда миром будет управлять
психология. Что она станет наукой. Если не считать - как он это назвал?
Психоистория? Очень интересное заблуждение. Лично я считаю эту мечту
завораживающей. Хотя должна признать, что нахожу героя книги, человека по
имени Селдон, довольно неприятной личностью. Он ужасно напоминает моих
наставников из яслей - слишком много воспоминаний, какой-то ненатуральной
правды, отвратительных предрассудков и самолюбования. Впрочем, я
отвлеклась. Я поняла, почему вы послали мне этот подарок и каким образом
бесславная жалкая попытка отыскать порядок во Вселенной и в Империи, для
которых характерна энтропия, связана с данными, предоставленными мне вами.
Вопрос: вы сознательно подбирали материал, обращая внимание только на те
факты, которые подтверждают вашу теорию?
- Ни в коем случае, - ответил Эку. - Я попытался предоставить вам как
можно больше данных... столько, сколько смог собрать.
- Вы опытный дипломат, следовательно, знаете, как быть справедливым,
- заявила Рикор. - Я взяла на себя смелость перевести ваши необработанные
данные в логические символы.
Она снова прикоснулась к клавиатуре, вспыхнуло сразу несколько
экранов. Эку, хотя и не часто пользовался символикой в своей деятельности,
был знаком с этой наукой.
Понадобился целый час, чтобы данные, даже переведенные на язык
компьютера, прошли перед глазами сэра Эку и Рикор. Поскольку язык знаков
был совершенно не понятен большинству, закодированное таким образом
сообщение и не произвело бы столь пугающего впечатления. Чего нельзя было
сказать про двух очень опытных в этих вопросах существ, устроившихся в
морской пещере. Наконец последний экран погас.
- Как вы считаете, от моего сокращения не пострадала суть вашего
сообщения? - поинтересовалась Рикор.
- Совершенно не пострадала, - ответил сэр Эку, крылья которого
печально повисли.
Ситуация и вправду очень серьезна - как он и предполагал.
- Суммируя ваши тезисы, - спокойно, словно врач, выносящий диагноз,
продолжала Рикор, - можно утверждать, что Империя находится в крайне
сложном положении. Впрочем, пока нет поводов предаваться панике, поскольку
это не первая и даже не пятидесятая имперская катастрофа, которая нам
грозит. Однако по вашим выкладкам получается, что сама Империя является
катализатором экономического, политического и социального упадка. Особенно
учитывая все, что предпринял Император с тех пор, как... вернулся.
- Именно в этой области я и считал себя совершенно некомпетентным, -
сказал сэр Эку.
- Вы не правы. Поскольку я утверждаю, что с рассудком у вас все в
порядке, может быть, вы теперь не откажетесь немного подкрепиться? Пришла
моя очередь привести доводы и сообщить очень интересные факты, которые я
раздобыла сама после того, как получила ваши материалы.
- Большое спасибо. Не откажусь.
- Смесь находится в сжатом состоянии в контейнере справа от вас.
Приводится в действие... да, вот этим большим рычагом.
Жидкость с шипением вылетела в воздух. Эку словно унесло в заоблачные
выси, и он вспомнил о том времени, когда однажды на Земле увидел, как
птицы резвились в струе воды.
Рикор угощалась чем-то, похожим на кусок высушенного на огне торфа.
- Писцейская кожа, - объяснила она. - Ее подвешивают возле воды так,
чтобы брызги не доставали, и сушат на ветру. Это единственное
наркотическое средство, к которому прибегает мой простодушный народ.
Однако мы занимаемся изучением этого вопроса... Давайте вернемся к нашему
разговору. Я заметила, что вы включили в свои материалы данные о событиях,
с которыми пытается разобраться наш отважный герой Стэн. Созвездие Алтай.
Вам известно, что Стэн поддерживает безумца. Некого доктора Искру. А
знаете ли вы, что этого Искру Император опекал многие годы, пока тот был в
ссылке? Кроме того, я обнаружила, что Император приказал Стэну любой ценой
помочь доктору Искре удержать власть.
Тело Эку раскачивалось под порывами воображаемого ветра.
- Откуда ваши сведения? - спросил он.
- Не могу вам этого сказать. Мой коллега по-прежнему находится в той
звездной системе, следовательно, подвергается опасности.
Рикор остановилась, и ее мощный хвост разрезал поверхность воды.
- Как странно, - задумчиво произнесла она. - Я говорю о том, что
жизни моего друга угрожает опасность только потому, что этот друг
находится рядом с нашим уважаемым правителем и не боится сказать правду.
- Я и сам чувствую, что мне угрожает опасность, - признался Эку.
Рикор, никак не отреагировав на его слова, продолжала:
- Второй факт. Уже и не помню, когда я на него наткнулась. Однако
могу точно сказать, что это произошло во время какого-то официального
расследования. Так вот, не помню при каких обстоятельствах, но мне вдруг
пришло в голову: а ведь я не знаю, какую выгоду получает Император -
прямую, денежную - от правления Империей. Или его просто устраивает та
безграничная власть, которой он обладает? Поэтому я занялась изучением
этого вопроса. Естественно, соблюдая максимальную осторожность. Вот что
мне удалось обнаружить: Император владеет невероятными суммами, которые
вложены в различные области, где политика приносит финансовую выгоду.
Вклады сделаны таким образом, чтобы их источник невозможно было выявить. Я
не считаю такие действия моральными или аморальными. Дальше я обнаружила,
что вклады были использованы в трудные времена для поддержки экономики и
политики. А это означает, что большинство отнесется к такому поведению,
как к "моральному". По-моему, люди называют это заначиванием на черный
день.
- Заначка.
- Что, моя смесь уже действует... ах да. Заначка - так надо говорить.
Несколько дней назад я самым тщательным образом проверила парочку таких
фондов. Личное состояние Императора увеличивается с чудовищной скоростью,
ежесекундно. В то время, которое большинство назвало бы тяжелым, наш
собственный правитель получает огромные прибыли и богатеет благодаря
нищанию своей Империи.
- Это же безумие, - сказал сэр Эку, разволновавшись.
- Я совершенно согласна с употреблением этого слова, хотя в данном
случае оно совершенно бессмысленно. Кстати - некоторое подтверждение
сказанного вами ранее: вы в последнее время не обращали внимание на
Вечного Императора, когда он появлялся на экранах? Теперь это случается
все реже и реже, причем его всегда снимают издалека и под благоприятным
углом зрения. Однако обратите внимание на то, как бегают его глаза, словно
у побитой собаки, жительницы Земли, которая боится, что ее в любую минуту
снова начнут колотить. Или как у человека, погружающегося в состояние...
ну, раньше такое состояние было принято называть маниакально-депрессивным
психозом.
И снова сэр Эку пожалел о том, что не умеет выразить свой
эмоциональный настрой непристойной бранью. Рикор утверждала, что сейчас
Империей управляет безумец. Эта мысль казалась манаби совершенно
непостижимой. И все же в его памяти всплыли те несколько случаев, когда
ему приходилось иметь дело с лишившимися рассудка правителями - Эку
помнил, как жалел несчастные народы, попавшие под пяту тиранов.
- Вот еще одна часть головоломки, - продолжала Рикор. - Император
приказал увеличить капиталовложения в развитие армии. Каиренс, например,
практически превратился в пустыню после окончания таанской войны. В
строительстве боевых кораблей больше не было необходимости, а Сулламора
погиб. В таком случае я не понимаю одного: когда Император вернулся, на
Каиренс рекой потек АМ-2. Вы же помните, что властитель прибыл на корабле
с планеты Дьюсабл, которая является центром системы Каиренс. Что ж,
Император оказал им помощь, и обитатели Дьюсабла были вознаграждены.
Именно так делается политика. Так что забудем о Золотом Тельце и его
Яйцах, или как там еще назывались эти существа. Они продолжали процветать.
Как мне удалось выяснить, за последний год корабельные верфи в Каиренсе
получили более сотни заказов. Ни один из них не был предоставлен на
конкурсной основе. Сейчас, когда никто не воюет, какой смысл строить
боевые корабли? После таанской войны их сохранилось более чем достаточно.
Кроме того, на многих верфях остались недостроенные суда.
- Может быть, - предположил Эку, который сознательно решил играть
роль адвоката, - это просто "кормушка" для лояльных подданных?
- Не исключено. Однако я не люблю опираться в своих рассуждениях на
такие сомнительные предположения. Это мой недостаток, но я ничего не могу
с собой поделать. А вот еще одна часть той же головоломки. Моя коллега -
на самом деле это женщина, которую я пыталась научить ходить по дорогам
логики, - получила интересное назначение. Она психолог-эксперт по
рекрутированию солдат. Ей предложили разработать план кампании для
Таанских миров.
- Что?!
- Да. Наш прежний враг сейчас находится в еще более тяжелом
положении, чем Империя. Кстати, ничего не было сделано, чтобы оздоровить
их экономику. Однако сейчас там вовсю идет набор добровольцев.
- Это неправильно, - заметил Эку, - но военные всегда пользуются
нищетой народов, и их голос звучит особенно уверенно именно в мирах, где
нечего есть.
- Верно. Однако, если помните. Император заявил в самом конце войны,
что военная истерия, которую таанцы называли своей "культурой", должна
быть уничтожена. Сегодня же имперские вербовщики солдат вопят на всех
углах о том, что пришла пора таанским воинам подняться и возродить свой
культ войны. Они, мол, должны доказать, что в их жилах течет кровь
отважных предков - и не важно, что эти самые предки сражались за победу
зла; теперь они должны выступить на защиту Империи. И так далее и тому
подобное.
Обдумывая слова Рикор, Эку поднялся повыше, почти к потолку пещеры.
- С точки зрения существа, не имеющего никакого экономического опыта,
очень выгодно попытаться выбраться из состояния депрессии, покупая
невостребованное оружие, - сказал он. - Но никто не нанимает солдат или
моряков. Просто потому, что они дорого стоят и от них масса неприятностей
в мирное время. Самое обычное повышение благосостояния и борьба с голодом
- гораздо более эффективные средства решения этой проблемы, если, конечно,
хорошенько над этим подумать. Зачем нанимать солдат, - закончил свою мысль
сэр Эку, - если нет врагов?
- Возможно, Император _в_и_д_и_т_ врагов, - тихо сказала Рикор. -
Поразмыслите над природой королей. Подумайте о том, во что они
превращаются.
- Но ведь Император вечен, - проговорил ужасно разволновавшийся Эку.
- Раньше ничего подобного не происходило.
- Да, действительно. Что-то изменилось. Однако меня занимает совсем
другое. - Рикор снова коснулась клавиатуры. - Каждое поколение, когда оно
стареет, начинает с тоской вспоминать Армагеддон. А вот компьютеры никогда
не впадают в маразм и не брюзжат.
- Я занялся прогнозами. Предсказаниями.
- Вернемся к этому позже, когда немного отдохнем, чтобы не возникло
никаких ошибок. Сообщу вам только выводы, к которым я пришла: наша
Империя, как и все Империи до нее, вступила на путь ужесточения режима,
коррупции, разложения, ей грозит неминуемая гибель. Причиной гибели станет
не какой-нибудь исторический процесс или внешний враг. А один-единственный
человек - Вечный Император.
Именно к этому выводу пришел и сам сэр Эку.
- Насколько я понимаю, - проговорила Рикор после некоторого раздумья,
- вы прилетели сюда не только затем, чтобы я подтвердила состояние вашего,
рассудка. Вы слишком рациональное существо для того, чтобы проделать такое
расстояние, подвергая столь серьезному риску свою жизнь и само
существование собственного народа только для получения моральной
поддержки.
- Да, - согласился сэр Эку.
И тут его посетила неожиданная мысль: вот он, опытный дипломат,
консультант, эксперт, к чьим словам прислушивались многие правители, даже
сам Вечный Император... А спрашивает совета у Рикор, будто снова
превратился в желторотого птенца. Теперь он осознал, за что все так
уважают Рикор.
- Вы хотите понять, - промолвила Рикор, - что мы должны сделать,
чтобы предотвратить катастрофу.
- Да, - произнес сэр Эку.
- Не знаю. Я об этом много думала и буду думать еще. Пока у меня нет
ответа. И все же хочу предложить вам поразмыслить над одной идеей,
поскольку все, что я говорила до сих пор, весьма туманно и неопределенно.
Что произошло бы, если бы Вечный Император не вернулся? Я имею в виду - не
вернулся совсем.
- Хаос, - ответил Эку. - Мы все превратились бы в варваров.
- Согласна. Но ведь так случилось бы только по одной причине - из-за
потери АМ-2, верно? Присутствие или отсутствие самого Императора - не
столь важный фактор в возникновении хаоса или сохранении порядка.
- Да, - осторожно произнес сэр Эку, - с этим я согласен.
- Благодарю вас. А теперь скажите мне, разве не правда то, что у
каждого народа и у каждой культуры были свои темные, тяжелые времена?
Иногда они продолжались достаточно долго.
Тело сэра Эку покачнулось - он согласно кивнул.
- Но рано или поздно народы всегда побеждали свои проблемы и находили
выход, верно?
- Не могу сказать, чтобы это происходило всегда, - промолвил сэр Эку.
- Кое-какие народы наверняка превратились в варваров, и мы просто не
смогли узнать об их существовании. Или у них возникла полная анархия,
которая в конечном результате привела к самоуничтожению данного народа.
- Ну, хорошо, забираю свое "всегда", - продолжала Рикор. - По
большому счету мои слова верны. И разве не правда то, что после варварства
всегда следует период возрождения?
- Да. Вы вселяете в меня надежду, хата я и не очень верю в то, что
ваши выводы можно отнести к Империи. Она слишком велика, могущественна, и
ей очень много лет.
- А если убрать из нашего уравнения АМ-2?
- Но ведь Император - единственное существо, которому известно, где
находится необработанная АМ-2 или как ее синтезировать.
- Сэр Эку, - мягко пожурила Рикор, - вы слишком хорошо образованы и
умны, чтобы считать, будто на свете существует всего один изобретатель,
способный подарить миру какое-то определенное изобретение. Или один
художник, способный рисовать картины. Или один философ, который в
состоянии придумать социальную систему.
- И снова вы радуете меня, - проговорил сэр Эку. - Однако я все равно
не могу поверить, что какой-нибудь ученый или даже группа ученых в
состоянии разрешить проблему АМ-2. Насколько мне известно, Тайный Совет
потратил на это немало сил.
- Тайный Совет представлял собой - и опять я вынуждена употребить
очень сильные с семантической точки зрения слова - Тайный Совет
представлял собой зло. Менее напряженное слово было бы слишком личностным.
Так что я употреблю именно это - зло. Зло, как противоположность добра, по
определению есть близорукость, соблюдение собственных интересов, лень и
бесчестность. Поэтому поиски Тайного Совета были с самого начала обречены
на провал.
- Рикор, как вы можете оставаться оптимисткой, имея столь обширный
жизненный опыт? - удивленно спросил Эку. - Лично мне приходилось не один
раз видеть победу зла над добром. В конечном счете, добро побеждает далеко
не всегда.
- Килгур сказал бы на своем примитивном диалекте, который он считает
понятным языком, что чистая душа дарит человеку чистое тело. Вот так-то.
Ну а теперь, - вздохнула Рикор, вылезая из воды на скалистый выступ и
устраиваясь в гравикресле, - не возражаете, если мы с вами переберемся на
верхние этажи, где вас ждет еда и еще немного моей смеси? Пока не стоит
впадать в панику. Даже энтропия продвигается вперед очень медленными
осторожными шагами.
Эку летел над гравикреслом Рикор, поднимаясь наверх, в самое сердце
скалы, и продолжал обдумывать все, о чем они только что разговаривали. Оба
совершенно спокойно приняли тот факт, что Императора необходимо убрать
или, по крайней мере, обезвредить. Если не считать проблемы АМ-2,
следующий вопрос заключался в том, кто покончит с этим всемогущим
ублюдком.
В сознании сэра Эку снова промелькнуло имя.
Тот, кто хотел, чтобы все люди могли летать.
Стэн.



33

Эхо взрыва, от которого погибли имперские солдаты, еще не стихло, а
Искра уже начал предпринимать шаги для консолидации и расширения своей
власти. Приказ Императора, не допускавший в созвездие Алтай журналистов,
сыграл ему на руку. Средства массовой информации, надрываясь, поносили
безымянных предателей, которые унизили созвездие Алтай, трусливо напав
из-за угла на миролюбивые вооруженные силы Императора. Искра объявил
военное положение. Назначил комендантский час, который начинался за час до
захода солнца и заканчивался через час после восхода. Запретил
демонстрации, публичные протесты и забастовки. Искра также намекал на
"другие меры", о которых будет "сообщено" в надлежащее время. Он
заканчивал свои речи холодным обращением ко всем гражданам, призывая их
поискать в своих душах и душах соседей, нет ли там измены.
После многих поколений жестоких репрессий жители Джохи знали, что
произойдет дальше. Кое-кто распорол матрасы и вскрыл тайники, чтобы
достать припрятанные на черный день деньги. Другие же составляли списки
врагов, с которыми они собирались посчитаться. Однако большинство сидело
по своим домам, со страхом ожидая, когда в их двери застучат кованые
сапоги и приклады винтовок.
Впрочем, хорошо знакомые с политикой страха жители созвездия Алтай не
были готовы к тем испытаниям, которые им уготовила судьба.


Стройный юноша по имени Милхуз гордо вышагивал в новенькой черной
форме. На голове у него красовался берет, а на груди значок с надписью
"Студенты за Искру". На одном плече у него были погоны капитана, на другом
знак Корпуса Очищения.
Он вытащил пистолет и выкрикнул несколько приказов своим молодым,
переполненным энтузиазмом солдатам.
- Я хочу, чтобы вы точно рассчитали время. Займете позицию -
бесшумно, черт возьми! А когда я подам сигнал, мы одновременно бросимся на
них. Ясно?
Послышался нестройный хор голосов:
- Да, сэр.
Милхуз сделал величественный жест рукой. Корпус Очищения поспешил
выполнить его приказ.
Потрепанный штурмовой отряд двинулся вперед. Милхуз с основными
силами остался немного позади. Они рысцой бежали по темной, усаженной
деревьями, аллее к центральной библиотеке Рурика. Луны Джохи тускло
освещали им путь.
В библиотеке горел свет. Главный библиотекарь - пожилой торк по имени
Порей - потратил немало сил, чтобы получить разрешение остаться на работе
после наступления комендантского часа. Официальная причина: проверить, вся
ли литература, запрещенная декретом Искры, подготовлена к уничтожению.
На самом же деле библиотекарь собирался спасти как можно больше книг.
Порей и его коллеги позвонили всем своим единомышленникам среди
интеллигенции. Они часто проводили подобные операции во времена правления
Хаканов. В прошлом именно таким образом удалось спасти наиболее ценные
библиографические тексты.
Когда отряд Милхуза сосредоточился возле здания, Порей в очередной
раз оказался перед проблемой выбора. Он не сможет спасти все. Чтобы
продемонстрировать лояльность интеллигенции, надо представить большое
количество запрещенных книг.
Порей посмотрел на тележки, забитые книгами, которые он собирался
спрятать в тайных подвалах под библиотекой. С другой стороны лежали книги,
предназначенные для сожжения.
Их было слишком мало.
Порей вздохнул. Он плохо справляется со своей задачей. Нужно быть
жестче.
Старик взял два старых тома. Настоящие книги - единственные
экземпляры в библиотеке. Одна из них - потертое издание "451 по
Фаренгейту". Другая - "Здравый смысл", книга, написанная мыслителем
древности Томасом Пейном.
Порей ненавидел роль, которую был вынужден играть. Старого
библиотекаря мучила мысль, что его вкусы окажут решающее влияние на то,
какие книги будут спасены.
Он снова посмотрел на "Здравый смысл". Потом на "451 по Фаренгейту".
Пожал плечами. Брэдбери отправился на тележку с книгами, которые будут
спасены. "Простите меня, сэр Пейн", - подумал Порей.
В этот момент послышался звон бьющегося стекла - Милхуз нанес удар.
Порей с изумлением уставился на юнцов в черной форме, ворвавшихся в
библиотеку. Его помощники закричали от страха.
- Покончим с интеллигенцией! - завопил кто-то.
Вынимая на ходу пистолет, Милхуз побежал к Порею. Тот инстинктивно
поднял Томаса Пейна, закрываясь им, как щитом.
Милхуз выстрелил.
Порей упал.
Он был так же мертв, как и "Здравый смысл".


Очередь в магазин растянулась на полкилометра. Сотни и сотни голодных
существ стояли с продовольственными карточками наготове, дожидаясь, когда
откроются двери.
Они находились здесь с того самого момента, как закончилось действие
комендантского часа. Таким образом первые в очереди стояли уже семь часов.
Под лучами палящего солнца.
- С каждым днем открывают все позже и позже, - проворчала пожилая
женщина.
- А продуктов становится все меньше и меньше, - пробормотал ее сосед.
- И все тухлое, - сказал третий. - Доктор Искра должен был бы прийти
сюда и посмотреть на это безобразие. Он бы голову оторвал хозяину магазина
за воровство!
Прежде чем кто-нибудь успел ответить, вся очередь устремилась вперед.
- Открывают! - закричал кто-то.
Внезапно очередь снова остановилась. Послышались возмущенные
возгласы. Люди, стоящие в хвосте, вставали на цыпочки, пытаясь понять, что
происходит.
Магазин не открывался.
А с соседней улицы трусцой приближался отряд солдат с оружием
наперевес. Голос офицера, усиленный громкоговорителем, разнесся над
толпой:
- Всем оставаться на местах. Проверка документов. Продовольственные
карточки держите в левой руке, остальные бумаги - в правой.
Толпа недовольно заворчала, но приказ выполнила.
Однако пожилая женщина, которая жаловалась на долгое ожидание в
очереди, имела другие намерения. Она вышла из толпы и заковыляла к
офицеру.
- Вам должно быть стыдно, молодой человек, - заявила она. - Мы все
голодны. Мы простояли тут много часов, чтобы купить еду для наших семей.
Офицер без долгих разговоров застрелил ее. А потом пнул ногой ее тело
и сказал:
- Вот так-то, бабуля. Теперь тебе больше не нужно ждать.


Командир отряда богази, охранявшего жилой район, шла вдоль баррикады,
проверяя ее надежность; кроме того, ее интересовала бдительность
караульных. Баррикада была такой же надежной, как и тогда, когда она
проверяла ее в предыдущий раз, а солдаты исправно несли службу.
Она огляделась по сторонам - богази спят, ни одно окно не светится,
нигде не слышно ни звука. Хорошо, очень хорошо. А потом она услышала
какой-то звук у себя за спиной и резко обернулась. Ничего. "Воображение, -
подумала она. - Какая я глупая".
Боевой катер возник прямо над баррикадой, прогремели орудия.
Командир баррикады погибла, не успев даже поднять тревоги.
Еще два катера появились из темноты и начали обстреливать район.
Через несколько минут гнезда богази горели, а их обитатели с воплями
выскакивали наружу. Кто-то был ранен. Некоторые несли на руках потерявших
сознание родственников. Теперь здесь царил страх.
Солдаты джохианцы прорвались сквозь баррикаду. За ними следовали
гравитолеты.
Через час оставшихся в живых богази погрузили на гравитолеты, которые
умчались в ночь. На следующий день по району прошлись бульдозеры, смешав
мертвые тела с дымящимися развалинами. К вечеру здесь была голая земля.
Средства массовой информации Джохи объявили, что для "достойных
граждан" появилась новая территория, где они могут строить свои дома. А
еще через день вся территория уже была занята.


Письмо саппер-майора Шейз Марля Директор-руководителю С'Кт, командиру
Седьмого Фронта:

"...и хотя посылая это письмо, я нарушаю военную субординацию, я не
знаю никого, обладающего достаточной властью, чтобы разобраться с
проблемой. Обращаюсь к вам не как командир к верховному
главнокомандующему, а потому что помню, как много лет назад то порождение
зла, что правило нами - Хакан (будь проклята его память), заставил вас
подать в отставку. Вы выступали перед нами, когда я был на первом курсе
Академии Куишев и на всю жизнь запомнил ваши слова. О том, что долг
офицера часто выходит за рамки приказов - это долг перед его честью и
народом. Мое письмо - последний шанс выполнить свой долг.
Впервые проблема возникла, когда нашему отряду было приказано
возглавить операцию по очистке Окио-9, одного из Спорных Миров Сектора
Семь вверенного вам фронта. Там находились не сложившие оружие военные
подразделения суздалей, которые настаивали, что планета по праву
принадлежит им, хотя всем хорошо известно, что она с давних пор является
владениями Джохи. Меня ввели в курс дела, указали территорию, где я должен
был навести порядок, выделили дополнительные войска, в том числе Третий
Ударный Отряд Особого Назначения под командованием капитана Л'Мердинга.
Прежде чем принять новые отряды под свое командование, я осмотрел их
и пришел к выводу, что солдаты вполне могут отправляться прямо на парад, а
люди Л'Мердинга, кроме того, прекрасно экипированы для борьбы с
партизанами. В то же время у меня сложилось впечатление, что они не прошли
необходимой подготовки, да и младшие офицеры не внушали должного доверия.
Конечно, я ничего не сказал капитану Л'Мердингу, а только приветствовал
его отряд и заявил, что постараюсь предоставить им возможность
продемонстрировать все свои достоинства и послужить армии Джохи и доктору
Искре.
Капитан Л'Мердинг ответил лишь, что они получили соответствующие
приказы и выполнят их.
В этот момент мне следовало обратиться к своему командиру, полковнику
Эллмену, и потребовать разъяснений. Я этого не сделал. Мы высадились на
планете и направились в сельскохозяйственные районы, населенные торками,
джохианцами и суздалями. Именно здесь и находились бандитские формирования
суздалей. Суздали, как обычно, отчаянно сопротивлялись (см. отчет
12-341-651-06, месяц третий, недели первая, вторая и третья), и мои силы
понесли некоторые потери. Нам почти не удалось взять пленников, поскольку,
как вам известно, суздали не сдаются, предпочитая плену смерть.
Первая проблема с Третьим Отрядом возникла в тот момент, когда
капитан Л'Мердинг отказался ввести своих солдат в этот район, заявив, что
главными врагами являются не эти твари - его точные слова, - а гнусные
заговорщики, которые стоят за ними и прячутся в городах. Я не стал вникать
в это странное заявление, поскольку я все-таки солдат, а не политик.
Все мое внимание было сосредоточено на военных действиях,
естественно, и прошло целых три недели, прежде чем мне сообщили сведения,
в которые я сначала не мог поверить, но сразу понял, что должен провести
немедленную проверку, дабы защитить честь солдат джохианцев.
Отряд Особого Назначения обвинялся в совершении невероятных
злодеяний. Я самолично отправился в тот регион, за который отвечал капитан
Л'Мердинг, и обнаружил, что все обвинения совершенно справедливы. Отряд
Особого Назначения действительно убивал мирных суздалей, нарушая все
законы военного времени. Их жертвами, главным образом, являлись
образованные суздали, в особенности учителя и юристы. Кроме того, их
интересовали те суздали, у кого было большое состояние. Эти существа
просто исчезали из своих домов. Капитан Л'Мердинг отказался дать мне
объяснения о дальнейшей судьбе этих суздалей, однако у меня не было ни
малейших сомнений.
Я получил несколько абсолютно достоверных сообщений об убийствах
детей, актах насилия над джохианскими гражданскими лицами и разграблениях
зданий. Кроме того, средь бела совершались убийства мирных суздалей, а их
тела солдаты бросали прямо посреди улицы. Мне стало совершенно очевидно,
что в этот так называемый Отряд Особого Назначения входят бандиты нубийцы.
Капитан Л'Мердинг развесил повсюду приказ за своей подписью, запрещающий
употребление как устного, так и письменного суздальского языка, а суздалям
было запрещено собираться в группы, состоящие более чем из двух существ.
Нарушение этих распоряжений влекло за собой расстрел на месте.
Он также развесил множество других, таких же противозаконных
приказов, худшим из которых был следующий: в ответ на любое преступное
действие суздаля будут приняты самые жесткие меры, включающие уничтожение
дома этого суздаля, всей его семьи и ста выбранных случайным образом
суздалей. Я сказал капитану Л'Мердингу, что снимаю его с должности. Он
только рассмеялся в ответ. Я попытался арестовать его. Меня и моих людей
разоружили, избили и приказали покинуть охраняемую отрядом Л'Мердинга
территорию, если мы не хотим быть расстрелянными.
Я вернулся в свое собственное подразделение и известил командира
батальона о действиях капитана Л'Мердинга, после чего попросил выслать
специальные войска, которые арестовали бы этого бандита и его головорезов.
Сначала полковник Эллмен приказал мне не совать нос в чужие дела. Я
принялся было возражать и тогда получил распоряжение оставить мерзавцев
Л'Мердинга в покое. Более того, полковник Эллмен поставил меня в
известность, что отряд Л'Мердинга подчиняется только высшему командованию
и выполняет малоприятные приказы, необходимые для успешного завершения
нашей миссии. Я отказался смириться с этим и через голову полковника
Эллмена обратился к командиру бригады, а когда никакой реакции не
последовало, к командиру дивизии.
Мне сказали, что я виноват в нарушении субординации и что мое
поведение позорит офицеров Джохи. Увидев, что я продолжаю настаивать на
своем, меня совершенно незаконно понизили на сто позиций в списке
офицеров, подлежащих повышению, причем сделали это без суда и следствия. Я
в полном отчаянии, вы моя последняя надежда.
Неужели в созвездии Алтай не осталось больше людей с честью? Неужели
наша некогда благородная раса потеряла чувство собственного достоинства? А
армия, которой я посвятил всю свою жизнь, превратилась в наемных убийц,
стреляющих в спину мирных граждан?"

Ответа на свое письмо он так и не получил.
Шесть недель спустя саппер-майор Шейз Марль был убит. В отчете его
подразделения говорилось, что произошел случайный выстрел, виновного
обнаружить не удалось.
Саппер-майор Марль получил повышение - посмертно. Он был награжден
лентой и звездой и с почестями похоронен на Окио-9.


Главная дорога, ведущая в космопорт Рурика, была заполнена
несчастными жителями Джохи. Тысячи существ брели вперед под проливным
дождем, а солдаты джохианцы подталкивали их прикладами.
Здесь не было деления на расы: суздали, богази и люди, с трудом
передвигая ноги, тащились по дороге.
Толпа беженцев была такой плотной, что даже если кто-то окончательно
терял силы, его тело продолжало двигаться дальше. Люди плакали, скорбя по
членам своих семей, или просто от горя.
В космопорте беженцев ждали десятки древних грузовых кораблей. У
трапов стояли солдаты, заталкивавшие несчастных внутрь. По сигналу люки
переполненных кораблей закрывались, и производился старт. Не успевало одно
судно выйти на орбиту, как стартовало другое.
Профессор Искра наблюдал за происходящим с напряженным интересом.
Нажимал рычаги, переключал экраны: заполненные живыми существами
проспекты, крупный план тоскливых, потерявших надежду лиц, и снова
перспектива космопорта. Когда взлетел один из грузовых кораблей. Искра
откинулся на спинку стула и позволил себе сделать большой глоток любимого
травяного чая. Потом бросил взгляд на Венлоу, и на его губах появилось то,
что считалось у него улыбкой.
- Надеюсь, ты понимаешь, что сейчас перед нашими глазами творится
история, - объявил Искра. - Кто мог представить, что такой исход возможен?
Замечательное очищение нашего любимого мира!
Венлоу только фыркнул.
- Послушай, - настаивал на своем Искра, - разве я не заслуживаю хоть
небольшого, скромного комплимента за то, как ловко я справляюсь с
возникшими проблемами?
- Это не входит в мои обязанности, профессор, - ответил Венлоу. -
Кроме того, у вас и без меня достаточно обожателей.
Искра был слишком доволен собой, чтобы разозлиться.
- Ладно. Я и не рассчитывал на понимание со стороны столь
невежественного существа, каким ты являешься.
Венлоу нажал на кнопки, контролирующие экраны.
- Вы называете это гениальным решением?
- А как назовешь это ты, мой необразованный друг?
- Безумием, - резко бросил Венлоу. - Или самой обычной глупостью.
- Ой-ой-ой. Твое холодное сердце плачет вместе с остальным
человечеством.
- Я вам не советую путать профессиональное мнение с нежным и мягким
сердцем, профессор, - сказал Венлоу. - Только педантичному дураку до сих
пор не понятно, что от ваших действий становится еще хуже. Ваши приказы не
просто бессмысленны, они опасны. Всякий раз, когда вы поступаете таким
образом, - он ткнул пальцем в изображение солдата, избивающего несчастного
беженца, - вы наживаете себе пять или шесть новых врагов.
- А я не собираюсь ни с кем соревноваться в популярности, - со
смешком ответил Искра. - По правде говоря, мне казалось, тебе это
понравится. После того, что произошло в бараках, я думал, ты будешь рад
тому, как мы отомстили за наших бедных погибших гвардейцев.
- Только не надо сваливать это на нас, - предупредил Венлоу. - Вас
никто не уполномочивал на подобные действия. Не стоит впутывать сюда
Императора.
- Это уже случилось, - промурлыкал довольный Искра. - Все заметили. К
тому же Империи известно, какую важную роль я играю. - Он показал на
видеоэкран. - Очень скоро жители Алтая узнают, ради кого принесены жертвы.
Глаза Венлоу сузились.
- О чем вы говорите?
- Это только начало. - Искра засмеялся. - Да, потребуется сделать
немало, чтобы очистить Алтай.
- Что вы хотите сказать?
- Посмотришь мою следующую видеотрансляцию, - ответил Искра. - Мне
кажется, даже на тебя произведут впечатление новые декреты.
Венлоу не выдержал и отвел глаза. Он не мог смотреть на кривую
ухмылку Искры. Его взгляд упал на видеоэкран: из толпы выскочил очередной
беженец и быстро развернул самодельное знамя. Прежде чем солдаты сбили
несчастного с ног и начали его топтать, Венлоу успел прочитать надпись на
знамени: "Где Император?"



34

- Ваше Величество, никто не мог предвидеть, что Искра превратится в
такое чудовище, - сказал Венлоу, подпустив едва заметное сочувствие в свой
голос, - в том числе и вы. Ведь вам приходится заботиться о проблемах
огромной Империи.
На лице Вечного Императора возникло странное выражение. Удивление,
что кто-то заботится о нем?.. Венлоу не мог - да и не стал бы - трактовать
то, что он заметил на экране. Уже через несколько мгновений лицо
властителя выражало обычную холодную уверенность.
- Да, - согласился он. - Ты прав, Венлоу. Ты понимаешь реальность, с
которой вынужден сталкиваться правитель. Теперь я вижу, почему Махони так
хорошо о тебе отзывался, хотя ты и воевал на противоположной стороне.
Пришел черед Венлоу вспомнить о своем умении играть в покер. На самом
деле Ян Махони не только отказался пожать ему руку, как это принято у
джентльменов после того, как игра закончена, но и заявил, что он с
удовольствием убил бы Венлоу. Медленно. Венлоу эту поверил.
Казалось, Император не заметил, что лицо Венлоу приняло отрешенное
выражение.
- Последние действия доктора и его правительства, о которых ты, Стэн
и... другие агенты доложили мне, свидетельствуют о том, что Искра
превратился в маньяка, - продолжал Император. - Поэтому необходимо быстрое
и прямое вмешательство.
- Да, Ваше Величество. Благодарю вас за то, что вы прояснили
ситуацию. Боюсь, я не знал, какой путь мне следует выбрать, - солгал
Венлоу, который сознательно пошел на это, чтобы посмотреть, какой будет
знаменитая реакция Императора на очевидную лесть.
Император, однако, отвернулся к другому экрану - Венлоу не мог
разглядеть, что на нем происходит.
- Я просмотрел твои предложения на случай резкого изменения плана
действий. Очень тщательно подготовлено, Венлоу. Мои поздравления.
- Благодарю вас, сир.
- Очень скоро я сообщу тебе, какие средства ты должен будешь избрать.
И еще одно. Нужно внести кое-какие изменения. Я хочу, чтобы ты участвовал
в этом непосредственно. Такого рода операции невозможно контролировать
издалека. Тут нельзя допустить ошибку.
Венлоу слегка ощетинился.
- Ваше Величество, мои операции редко терпят фиаско, и я всегда имею
как минимум один запасной вариант.
- Иными словами, если дерьмо начнет падать тебе на голову, ты успеешь
слинять в безопасное место.
- Меня до сих пор еще ни разу не обвиняли в трусости, сир. Причина,
по которой я предпочитаю руководить операцией со стороны, иная: я хочу,
чтобы никто не смог заподозрить, кто является моими клиентами. Даже если
одного из моих оперативников поймают и он во всем признается, это не будет
иметь ни малейшего значения, поскольку никого, кроме Дары агентов,
сознательно снабженных ложными сведениями, не схватят на месте
преступления.
Венлоу не стал говорить вслух, что его планы были настолько хороши,
что в свое время ему удалось поймать самую крупную рыбу из всех возможных:
Вечного Императора. Венлоу никогда не был самоубийцей.
- Я не об этом, - сказал Император. - Ты должен там быть, я
приказываю. Потому что тебе надлежит лично исправить ошибку, если она
будет допущена.
- Есть, сир.
- Вот и отлично. Я уже говорил тебе, с каким поручением Махони
отправляется на Алтай. Кстати, он ничего не знает о нашем плане. Я хочу,
чтобы ты как можно быстрее покинул созвездие - сразу после завершения
операции. Учитывая предстоящее появление Махони, тебе следует решить
несколько задач. Первое: доктор Искра должен быть убит. Немедленно. И он
не должен ничего заподозрить до самого последнего момента.
- Естественно, сир.
- Второе: Махони будет гораздо легче выполнить мои приказы, если
часть легковесных искателей власти - о которых сообщал мне в своих
донесениях Стэн, - те, что вьются вокруг Искры, исчезнут вместе с ним. В
глазах Империи их замена будет достойным деянием.
- Правильно ли я понял, что Ваше Величество выбирает варианты "К" или
"Р"?
- Правильно. И ты поймешь, на каком именно варианте я остановился,
когда узнаешь о последнем условии. Империя не должна быть вовлечена в эту
акцию. Мы не можем допустить возникновения даже малейших слухов. Если один
из наших лучших и благороднейших слуг погибнет во время этих событий, мы
наверняка сумеем избежать каких бы то ни было подозрений.
- Вы имеете в виду... полномочного посла Стэна, сир?
- Да, - ответил Вечный Император. - Мы все созданы для того, чтобы
служить. И это будет его величайшей услугой мне и Империи. Стэн должен
умереть.




КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ. ВИХРЬ


35

Венлоу был уверен, что легко справится с заданием Вечного Императора
- по крайней мере, в той части, что касалась убийства Искры и джохианских
политиков. А вот идея прикончить Стэна, чтобы создать иллюзию заговора, не
вызывала у него ни малейшего энтузиазма. И вовсе не потому, что Венлоу
переполняли нежные чувства - именно Стэн и Махони нашли тайное убежище
Венлоу, после чего его подвергли отвратительной процедуре сканирования
мозга, - просто он считал, что Император перестраховывается.
С точки зрения Венлоу, никто за пределами созвездия Алтай не обратит
ни малейшего внимание на смерть какого-то паршивого диктатора. А многие
наверняка обрадуются - несмотря на подозрения, что Вечный Император
приложил к заговору руку.
Однако приказ есть приказ. Следовательно, Стэн умрет.
Чем больше Венлоу размышлял об этом, тем больше он убеждался в том,
что ему выгодно убить Стэна, который слишком хорош в двойной и тройной
игре и которого почти невозможно подловить на ошибках. Без Стэна ему будет
легче убраться отсюда.
Венлоу по-прежнему злился на Императора, приказавшего ему принять
непосредственное участие в заговоре. Полнейший идиотизм!..