ей понять, что не стоит пока накалять обстановку и похлопал её по руке.
— Мы просто хотим спокойно позавтракать, — мягко сказал Лис. — Заметьте, мы не нарываемся на неприятности.
Рожа парня расплылась в самодовльной ухмылке. Смотрел он теперь только на Монру, как будто Лиса не существовало вовсе.
— Голуба! — Парень просто цвёл, уставившись на Монру и показывая пару золотых зубов впереди. — Чувак у тебя явно не тот, не тот! Заказывать тебе икру под такое говно! Я видел, что вы сперва взяли: это же не коньяк, его чурки из всякой параши гонят. В общем, давай, подседай к нам, мы тебя не обидим. Ты тёлка высший класс, а мы ребята не последние и здесь, и в Свердловске, между прочим. Мы тебе не то, что пойло хорошее сбацаем, мы тебе марафету кайфового подтянем… Чувак твой пусть канает себе, мы же против него ничего не имеем, в натуре…
Как ни хотел Лис сдержаться, это оказалось просто невозможно. Не поворачива головы, он бросил быстрый взгляд на столик, где осталась троица. Мужчины глазели на развитие событий, развалясь на стульях и явно забавляясь, готовые подключиться в любую секунду. Барменши за стойкой не было: очевидно, она не хотела вытупать сведетелем. «Ну, это даже лучше», — подумал Лис.
— Слушай, — тихо сказал он парню, — ты в кого такой наглец? Тебя, что, вообще не учили, как надо разговаривать с людьми, тем более, с незнакомыми?
Парень не удостоил Лиса вниманием. Он на мгновение скользнул по нему глазом и снова уставился на Монру.
— Чувак у тебя непонятливый. — Он протянул руку и хоте взял ладонь Монры, собираясь её погладить. — Он чё нарывается? Ему же сказали, что пора отсюда канать…
Обладатель шортов не успел закончить фразу. Правая рука Монры была свободна и именно ей она сделала резкое короткое движение. Хорошо поставленный точный прямой удар в переносицу опрокинул парня вместе со стулом. Удар был, видимо, настолько хорошо выполнен, что парень, свалившись набок, больше не двигался.
— Возможно, ты поторопилась, — быстро сказал Лис, не в силах, тем не менее, сдержать усмешку над распростёртым на полу пьяным хамом, который самоуверенно полагал, что все вокруг должны плясать под его музыку…
— Ты чё, падла!? — крикнули за соседним столиком.
Бугай в майке вскочил, и его руке что-то щёлкнуло. Лис увидел нож с выкидным лезвием длиной сантиметров пятнадцать. Остальные два мужика тоже поднялись и медленно двинулись, обходя Лиса и Монру с краёв.
— Ты на кого, блядь, руку поднял? — Бугай двинулся на Лиса, будучи уверенным, что ударил его собутыльника именно он, а не женщина.
Лис понял, что уйти «без шуму и пыли» опять не удастся.
— Зря вы, ребята, к нам прицепились, — сказал Лис, вытаскивая из кармана маленький лучемёт.
Детина скользнул быстрым взглядом по чему-то, напоминавшему авторучку, ожидая, очевидно, увидеть, как минимум, нож. То, что Лис вытащил из кармана, его совсем не испугало.
— Да я тебя, падла, сейчас раком поставлю, петух ты, ёбанный… — начал бугай, надвигаясь на Лиса. Его подручные приближались чуть сзади с боков.
Лис, продолжая зло усмехаться, спокойно перевёл оружие на оглушающие удары так называемого «твёрдого света» и сказал:
— А вот ругаться нехорошо: надо уметь себя вести в общественных местах. — Ты чё, пидар, лопочешь… — начал бугай. — Ты щас ва-аще сосать тут будешь, козёл ты…
— Размечтался, — хмыкнул Лис и выстрелил.
Луч ударил детину в лоб, и он, отлетев назад, рухнул на столик, за которым только что сидел. Зазвенело битое стекло, на пол посыпалась посуда, сметаемая уже бесчувственным телом. Дружки громилы на мгновение застыли, как вкопанные.
Лис не дожидаясь продолжения разговора, свалил обоих выстрелами в солнечное сплетение и дополнительно оглушил импульсами в голову.
Стало очень тихо, настолько, что слышно было, как стекает на пол пролитая на столе водка.
— Надеюсь, шейные позвонки у него выдержали удар, — сказал Лис, сплюнув в сторону детины в майке.
— Меня это не волнует, — ответила Монра, поднимая свою сумку с пола и оглядываясь по сторонам. — Похоже, мы уже позавтракали?
За стойкой бара кто-то шевельнулся, и Лис даже вздрогнул от пронзительного крика:
— Помогите, убили!!! — завизжала повариха-барменша, выскочив через проход из подсобного помещения. Совершенно очивидно, она была знакома со всей компанией.
— Не ори! — грозно сказал Лис. — Они первые начали. Заткнись, не поднимай шума, тебя мы не тронем.
Он лихорадочно соображал, что делать в подобной ситуации. Весь его многолетний опыт в мире граней сейчас не помогал. Здесь была совершенно другая жизнь, совершенно другие законы, иная мораль. В любой момент в помещение могли войти новые посетители с улицы, знакомые барменши, да мало ли кто? Если они просто побегут, то барменша наверняка сейчас же вызовет милицию, а это означало уже прямое преследование со стороны властей, которое только усложнит ситуацию, особенно если считать, что их уже ищет таинственный «Он», хозяйничающий на Земле.
— А-а-а! Убили!… — вопила барменша, выскакивая из-за стойки: секундное замешательство Лиса придало ей смелость и, похоже, уверенность, что её-то не тронут. — А-а-а…
Крик барменши оборвался: Монра заткнула ей рот выстрелом из такого же как у Лиса лучемёта, который она тоже установила на оглушающую мощность.
— В безоружных женщин ты, конечно, стрелять не можешь, — язвительно сказала Монра.
— Пошли, пошли отсюда поскорее. — Лис потянул её за руку.
Они выскочили из блинной и зашагали прочь. Метров через сто Лис обернулся. Белая иномарка остановилась напротив входа в закусочную, и из неё вышли двое. Лис потянул Монру в промежуток между двумя пятиэтажками.
Они прошли дворами на соседнюю улицу.
— Чёрт возьми! — выругался Лис. — Здесь и скрыться-то трудно. Это же просто большая деревня.
— Понимаю, — кивнула Монра. — Маленький населённый пункт, всё на виду. Пройдём к тому месту, где мы будем садиться на автобус?
— Если нас будут искать, то это будет одно из первых мест. Пойдём в другую сторону.
Лис направился к центру городка, ещё плохо представляя, что они будут делать. Ситуация в блинной скоро обнаружится, а отделение милиции, насколько он помнил, тут совсем недалеко за углом, если только оно не перекочевало куда-то за прошедшие годы. Значит, будет задействована и официальные стражи порядка.
И хотя оглушённые придут в себя не скоро, чтобы давать показания, но начнутся опросы возможных свидетелей, например продавцы фруктов, мимо которых проходили Лис и Монра, и которые могли заметить как они заходили в блинную и выходили из неё. Да и машина, остановившаяся вскоре у здания закусочной, Лису совсем не нравилась. Хотя, возможно, что мужчины из «Тойоты» не заходили в помещение, где разыгралось сражение.
Сзади заурчал мотор, и Лис резко обернулся, но это оказалась обыкновенная вазовская «шестёрка» красного цвета, довольно быстро проехавшая мимо.
Они прошли уже метров четыреста по улице, и никто их не преследовал. Становилось совсем жарко и не только от погоды, но и от волнения. Чуть в стороне в проулке Лис увидел водопроводную колонку и обрадовался. Он объяснил Монре, что это такое и предложил попить простой воды и умыться.
Лис нажал на рычаг, и Монра с явным удовольствием подставила ладони под тугую, почти ледяную струю.
Лис уже заканчивал плескать себе на лицо, когда рядом скрипнули тормоза. Он отфыркнулся и поднял глаза. Метрах в десяти у обочины дороги остановилась та самая белая «Тойота».
В машине по-прежнему сидело три человека. Передняя правая дверца открылась, и наружу выбрался мужчина в светлом летнем пиджаке. Тяжёлое грубоватое лицо его излучало безмятежность и олимпийское спокойствие. Он немного лениво взглянул по сторонам, не выпуская, однако, Лиса и Монру из поля зрения.
Лис тоже быстро дёрнул глазами вправо-влево. В Сысерти и так редко можно было увидеть множество прохожих на улицах, а тут в начале проулка было совсем пусто, лишь вдалеке у ворот одного из домиков какой-то пожилой мужчина возился со стареньким «Запорожцем».
Мужчина дружелюбно улыбнулся Лису и махнул рукой.
— Ребята! — Он сделал шаг к ним, всё так же широко улыбаясь. — Не скажете, у меня тут адрес записан… Улицу не могу найти…
Мужчина держал какую-то бумажку, разворачивая её пальцами одной руки, а второй делая движение, как бы призывающее Лиса и Монру приблизиться и посмотреть на листок.
Возможно, в какой-то другой ситуации Лис и купился бы на открытую улыбку и на такую естественную, казалось бы просьбу подойти и посмотреть на каракули, намалёванные кем-то на бумажке, чтобы рассказать, где эта улица, где этот дом, особенно, если бы он знал это, но сейчас ему стало понятно, что мужчине необходимо было подманить их как можно ближе к машине.
Сейчас же зрение, улучшенное в медицинских лабораториях Дворца и зоркость, отточенная на равнинах и в лесах мира Терпа, не подвели Лиса: когда мужчина выбирался из «Тойоты», под его лёгким летним пиджаком он успел заметить кобуру с пистолетом.

ГЛАВА 3

Лис не знал, поняла ли Монра что-либо в этой ситуации, но надеялся на сообразительность подруги, которую та уже не раз проявляла. Он быстро выхватил из нагрудного кармана рубашки маленький лучемёт и направил оружие на мужчину.
— Сядь в машину, — сказал Лис негромко, — и валите отсюда!
Мужчина немного опешил, но также как и бугай в блинной не понял назначение странного, небольшого и совсем не страшного на вид предмета.
— Я просто хотел… — Мужчина улыбнулся уже совершенно натянуто и сделал ещё шаг по направлению к Лису.
— В машину! — В голосе Лиса зазвучала такая угроза, что мужчина всё же остановился.
Он как бы в растерянности взглянул в сторону, но этот манёвр не обманул Лиса: тут был явный расчёт на то, что и он невольно посмотрит в том же направлении и потеряет очень ценную сейчас секунду-другую. Правая рука мужчины медленно и небрежно начала скользить к кобуре, висевшей под пиджаком. Лис нажал на кнопку, активирующую оружие.
Мужчину швырнуло о борт машины. Он приложился так, что на плоскости задней дверцы, там, где ударилась его голова, на тонком металле образовалась заметная вмятина. Бесчувственное тело скатилось в канаву под уклон и осталось лежать в высокой траве, растущей в небольшой лужице, куда стекала вода из колонки.
Лис приготовился выстрелить в тех, кто был в машине, справедливо ожидая, что они могут вмешаться. Монра рядом с ним уже сориентировалась и тоже изготовилась к стрельбе, но машина неожиданно резко рванула, так, что взвизгнули шины, и, подняв облако пыли, умчалась по проулку, пугая разгуливающих кое-где кур.
Лис посмотрел по сторонам: на их счастье никого из случайных прохожих вблизи не было. Мужичонка, возившийся с «Запорожцем» метрах в трёхстах от колонки, озирался, привлечённый резко промчавшимся автомобилем, но явно не понимал, что случилось. Он помотал головой, сплюнул и снова занялся своим драндулетом. Тело, упавшее в канаву, никто не заметил.
Лис быстро подскочил к лежавшему в углублении мужчине и вывернул его карманы. Стараясь не оставлять отпечатков пальцев, он исследовал и кобуру с пистолетом: он ещё помнил детективные фильмы, виденные в своё время на Земле.
Пистолет был обычным пистолетом Макарова, но с навёрнутым глушителем, который торчал сквозь прорезь внизу. Карманы неизвестного оказались практически пустыми, не считая мятого носового платка, маленькой связки ключей и бумажника. Поскольку содержимое бумажника рассматривать было некогда, Лис сунул его в карман, и они быстро удалились с места происшествия.
Пройдя по маленькому непроезжему проулку, имевшему скорее статус тропинки между убогими покосившимися заборами, они очутились на улице, выходившей к небольшой площади перед местным колхозным, как его называлм, рынком, хотя колхозные продукты на нём практически никогда не были представлены. В основном здесь торговали частники, продававшие то, что произрастало и выкармливалось на их личном подворье.
Возле рынка почти всегда царило значительное оживление, и здесь даже были шансы на какое-то время затеряться среди народа. Пройдя немного по улице, поднимавшейся в горку, они миновали самый крупный в Сысерти ресторан и оказались у входа в местный парк, расположенный на берегу пруда.
В парке среди нескольких незатейливых аттракционов Лис увидел небольшое летнее кафе, расположенное так, что с улицы многие столики закрывались кустами. Он усадил Монру за один из столиков, который не просматривался из-за низенького декоративного заборчика парка, и заказал пива у молоденькой продавщицы, выполняющей одновременно и обязанности официантки. Времени было в обрез, но им требовалось успокоиться и подумать, как действовать дальше.
Миловидная девушка протёрла столик, поставила заказанное пиво в высоких запотевших пластиковых стаканах и ушла, стрельнув любопытным взглядом по парочке. Лис подождал, пока она отойдёт, и вытащил трофейный бумажник.
Прежде всего, Лиса привлекло водительское удостоверение, выданное на имя Замарова Олега Николаевича 1958 года рождения. Удостоверение было точно такое же как и в сумке Ингвара Яновича, маленькое с цветной фотографией.
Кроме водительских прав из документов нашлось также удостоверение частного охранника от охранной фирмы «Магна» и разрешение на ношение оружия — пистолета Макарова, а также небольшая пластиковая карточка на имя того же Замарова от Мосбизнесбанка с трёхцветным флажком, на котором была пометка латинскими буквами «Visa». Поразмыслив, Лис вспомнил, что это, очевидно, так называемая банковская кредитная карточка. «В России и это появилось», — подумал он.
Удостоверение частного охранника позволило ему вздохнуть облегчённо: оглушённый мужчина не являлся сотрудником каких-либо государственных органов, поскольку не было удостоверения МВД или, не дай бог, КГБ, и это было хорошо.
Ещё в бумажнике оказались наличные деньги на сумму около полутора тысяч рублей «новыми» и небольшой листок бумаги с номерами телефонов, против которых стояли какие-то непонятные пометки и инициалы.
— Информации не много, — констатировал Лис, сложив всё, кроме листка с телефонами, обратно в бумажник. — Этот список мы постараемся проверить позже.
Монра, внимательно следившая за манипуляциями Лиса и успевавшая посматривать по сторонам, сказала:
— У меня всё-таки такое впечатление, что нам нужно как можно скорее убраться отсюда.
— Наши впечатления поразительно совпадают! — хмыкнул Лис. — Я думаю о том же, но автобус отпадает: там мы будем как в западне. Однако просто топать по улицам туда, — Лис махнул рукой на выезд из городка, — нам тоже нежелательно: мы будем на виду.
Он стукнул с досады кулаком по столу:
— Перемудрили мы, планируя наш отъезд. Надо было просто ловить попутную машину на шоссе вдогонку за Терпом: уже бы в Свердловске были.
— В Екатеринбурге, — поправила Монра, — этот город теперь ведь так, кажется, называется?
— Ну да, — машинально кивнул Лис.
— А если поймать эту самую машину где-нибудь тут, на улицах?
— Здесь маленький городишко, тут никто, может, и не повезёт до Сверд… до Екатеринбурга. Вот чёрт! — усмехнулся он. — Раньше я сам всегда говорил, что город должен называться Екатеринбургом, поскольку это было историческое название, а сейчас — не могу привыкнуть!
— Ничего, ещё успеешь. Если дадут… — мрачно пошутила Монра.
— Да уж… Но, может быть, ты и права: попробуем поймать кого-то, кто согласиться увезти нас отсюда, а мы хорошо заплатим. Я думаю, стоит поговорить с водителями возле рынка: там много машин, возможно, и найдём кого-нибудь. Ведь чем дольше мы сидим тут, тем вероятнее, что в блинной поднялся шум. Да и эти на «Тойоте», наверное, уже сообщили своим, что мы располагаем кое-какими нестандартными средствами обороны. Хотел бы я знать, кто они? Не думаю, что частные охранники ищут тоже бандитов. В этот раз на нас, похоже, вышли, именно те, кого мы опасаемся.
— Пойдём искать транспорт? — предложила Монра.
— Да, — кивнул Лис, — только сделаем так: я иду впереди, а ты метрах в пятидесяти сзади. Если кто-то нас ищет, то, возможно, чисто механически ищут двоих — мужчину и женщину. Слабоватый трюк, конечно, но может сработать, и нас, по крайней мере, не сразу заметят. Я пойду, а ты через полминуты за мной!
Лис вышел из парка и не спеша двинулся к базарной площади. Метров через пятьдесят у низкой ограды он как бы невзначай обернулся: Монра как на прогулке шла через парк, лениво посматривая по сторонам.
По мере того, как субботний день приближался к своему пику, оживление в районе рынка становилось значительным. У обочин уже стояло изрядное число автомобилей, а движение на улице стало куда более оживлённое, чем во времена, которые помнил Лис. Среди машин было много знакомых «жигулей» и новых «лад» такого же типа, что и машина, на которой Лис и Монра приехали в Сысерть. Некоторые из подобных автомобилей были обычными «седанами», но большинство имели укороченный сильно скошенный задок, на котором располагалась пятая дверь. Лис назвал бы их «универсалами» также как давным-давно знакомые ему модели ВАЗ-2102 и 2104, но наклон задка был гораздо более пологим, и Лис смутно вспоминал, что такой тип кузова имеет своё специфическое название. Привлекши на помощь свои познания в английском, он вспомнил, что такие машины называются «хэтчбэками» — «люк сзади». По шильдикам с надписями на задних дверях и крышках багажников, Лис отметил, что машины эти называются «Лада-Спутник».
Один раз Лис заметил совершенно иную машину тоже с вазовской эмблемой на решётке радиатора, но уже с совершенно иными формами. На крышке багажника имелась надпись «лада 110», поэтому, несмотря на достаточно тревожную ситуацию, Лис не мог не потратить пары минут на изучение автомобиля.
Машина красивого бирюзового цвета сперва показалась Лису самой настоящей иномаркой, и он уже готов был сказать про себя что-то вроде «Ну вот, научились, кажется, делать, как надо!». Но, подойдя поближе, Лис увидел плохо подогнанные стыки кузовных панелей и отклеивающиеся уплотнители лобового и заднего стекла, несмотря на то, что по состоянию краски кузова машина явно только недавно сошла с конвейера.
Немного изучив машину сбоку, Лис пришёл к выводу, что заднее крыло непомерно высокое, а колёсная арка низкая, что придаёт всей задней части автомобиля тяжеловесный и неуклюжий вид, и сделал заключение, что «Made in the USSR» сильно проступает через неплохие, в целом, задумки дизайнеров.
Разглядывая автомобиль, Лис успевал бросать косые взгляды на Монру. Та ленивой походкой двигалась вслед на условленной дистанции, а после того, как Лис задержался, рассматривая автомобиль, Монра тоже приостановилась и стала глазеть по сторонам, небрежно перебрасывая свою сумку с одного плеча на другое. Она медленно двинулась вдоль лотков, которых было множество вдоль улицы, как бы изучая их содержимое.
У одного прилавка лотка Монра задержалась. Какой-то кавказец, торговавший бананами, видимо, выращенными на берегах Терека, настойчиво начал совать ей целую гроздь, но Монра ухмыльнулась с таким выражением лица, что даже у такой нахрапистой личности, как этот продавец, не достало наглости продолжить свои домогательства.
Вернувшийся владелец заинтересовавшей Лиса машины подозрительно покосился на человека, который пялился на его сокровище. Лис поинтересовался, не довезёт ли хозяин его до Сверд…, то есть до Екатеринбурга, разумеется, за хорошую плату. Мужчина немного странно посмотрел на Лиса, категорически отказался, сел в машину и укатил.
Походив минут двадцать взад-вперёд, Лис понял, что найти шофёра, который согласится везти их за пятьдесят километров, не так-то просто. Основной контингент водителей легковушек здесь составляли либо дачники, приехавшие прикупить провизию, либо местные жители, озабоченные своими проблемами.
Только один раз, услышав его разговор с владельцем сильно потрёпанной «тройки», свои услуги предложил парень на «ИЖе-пикапе», но у него было только одно место в кабине. Услышав, что пассажиров будет двое, парень только развёл руками, несмотря на два «стольника», обещанных Лисом:
— Извини, друг, да хоть триста: второго-то пассажира я куда дену? У меня в кузове товар будет, туда никак не влезешь.
Однако разговор с этим шофёром навёл Лиса на мысль поискать не легковое, а грузовое средство передвижения. Не так комфортно, конечно, зато, возможно, менее заметно.
Честно говоря, Лис уже начинал нервничать. Ему хотелось как можно быстрее оказаться в большом городе, где можно намного легче, чем в маленькой Сысерти, раствориться в массе людей. Бродя по улице от машины к машине, он чувствовал себя открытым всем любопытным взглядам. Если их преследователь или преследователи оказались настолько могущественными и осведомлёнными об их перемещениях, что почти сразу же после прохода в мир Земли послали для уничтожения маленькой группы вертолёт, а потом выследили их и в Сысерти, то с минуты на минуту можно было ждать новых неприятностей. Тем более что Лис и Монра нисколько не желая того, успели, что называется, «наследить» в блинной, давая повод вмешаться и легальным правоохранительным оргнизациям.
Кроме того, Лис чувствовал, что за прошедшие тут на Земле пятнадцать лет многое изменилось, и он не всё понимает и не всегда умеет себя правильно вести, чтобы не привлекать лишнего внимания. Мир Земли стал ему в такой степени незнакомым, что в Мире Граней он чувствовал бы себя сейчас куда более уверенно. Поэтому ему хотелось поскорее вновь оказаться рядом с Терпом, который давно обосновался на Земле, был в курсе всех событий и мог подсказать, как нужно действовать в той или другой ситуации. Вообще ему с Монрой уже давно полагалось бы быть в Сверд…, то есть, дьявол, в Екатеринбурге. Столько времени прошло!
Тут Лис вспомнил, что необходимо обзавестись часами.
Прямо напротив рынка находился магазин «Промтовары», который существовал тут много лет, и всё ещё действовал. Лис показал знаками Монре, чтобы она следовала за ним, и вошёл в магазин.
Внутри его уже не удивило разнообразие товаров, в основном импортных. Он увидел прилавок с часами, и подошёл к витрине. Выбрав пару электронных часов «Casio», показавшихся ему практичными и удобными, Лис расплатился у кассы, настроил часы с помощью продавца (молодого парня, чего никогда не было тут раньше: за прилавком в былые годы работали только женщины) и вручил одни часы Монре.
— Теперь мы можем назначать друг другу свидания и быть уверенными, что придём вовремя! — пошутил он.
— Лучше бы нам поскорее уехать отсюда, — вздохнув, сказала Монра.
Лис кивнул: ему не нравилось, что их пребывание в Сысерти затягивалось, показываться на автовокзале теперь не стоило, а уехать быстро на «частнике» всё не получалось.
Прикидывая, как же лучше действовать теперь, они довольно рассеянно рассматривали товары на полках и прилавках.
Развивая свою мысль о грузовых машинах, Лис уже хотел, было, начать прощупывать все «УАЗы» и даже «ЗИЛы», появляющиеся в поле зрения, когда заметил сквозь стекло витрины медленно проехавшую по улице знакомую белую «Тойоту». В машине сидели только двое.
Лис спокойно, чтобы не привлекать внимания, встал в дверях и посмотрел, куда направилась машина. «Тойота» проехала вниз по улице метров сто пятьдесят и остановилась у обочины.
Водитель вышел из неё, и Лис сделал, было, шаг назад в магазин, но человек просто подошёл к уличному киоску и купил сигареты
Лис думал, что «Тойота» сразу же тронется с места, но неизвестные не торопились уезжать. Они курили, сидя в машине, и, очевидно, совещались. Лис видел струйки дыма, которые периодически выпускались из окон. И тут он принял неожиданное решение.
Возможно, получасом ранее, Лис, убедившись, что люди в автомобиле их не видят, схватил бы Монру за руку и потащил в узенькие переулки, в которых, однако, скрыться было не так-то просто. Но нервное напряжение достигло к данному моменту такого предела, когда, на счастье, у Лиса на подсознательном уровне включалась мощная интуиция действия. Он не мог дальше терпеть неизвестность, не мог просто убегать, не зная толком, от кого бежит, тем более, когда был уверен, что бежит не от КГБ, что являлось бы самым страшным, по его мнению, в данной ситуации.
Такой неизвестности следовало положить конец, а сделать это сейчас можно было только резкой, стремительной атакой. Когда не располагаешь мощью для ведения размеренного планомерного наступления, многое может дать быстрый решительный бросок, острый, как укол шпагой. Или встретишь быструю смерть, или добьёшься результата.
Поэтому Лис сказал:
— У меня появилась сумасшедшая идея…
Монра вопросительно посмотрела на него и окинула взглядом улицу, прикидывая, куда можно дать дёру.
— Предлагаю покататься с нашими преследователями… — выпалил Лис.
— Ты с ума сошёл! — Монра вытаращила глаза.
— Ещё не совсем, но эта неизвестность сводит меня с ума! Слушай, сейчас они нас явно не заметили. Предоставь всё мне. Я пойду один, и если, не дай бог, что-то не выйдет, у тебя есть адрес обоих квартир Трепа в… э-э… Екатеринбурге. Постарайся, во что бы то ни стало, добраться до Терпа. А пока встань вон за тем киоском и следи. Если не получится то, что я планирую, действуй дальше по обстановке, тебя учить не надо. После того, как я сяду в машину, если всё будет нормально, я махну рукой из окна. Тогда быстро подходи и садись тоже. Я пошёл!
И, не давая Монре сказать ни слова возражения, Лис быстро двинулся к белому автомобилю.
Азартное возбуждение охотника вновь охватило его. Ему надоело быть дичью, роль которой он играл в последнее время слишком часто. «Я из вас выбью всё, что потребуется!» — зло подумал он, стараясь как можно более небрежно и вместе с тем быстро передвигать ноги по неровному сысертскому тротуару.
Когда до автомобиля, стоявшего у обочины, оставалось метров двадцать, Лис точно понял, что сидящие в машине его не видят. До этого он допускал, что, возможно, они тоже играют с ним в кошки-мышки.
Люди в автомобиле были настолько заняты разговором, что вообще не обращали внимания на происходившее вокруг. Двое мужчин ожесточённо спорили. Лис также заметил, что ошибся, решив, что в машине они одни. Там был и третий человек, отрешённо привалившийся на заднем сиденье — явно тот, которого уже успели подобрать из канавы.
За несколько секунд Лис рассмотрел этих людей лучше, чем в момент стычки у водопроводной колонки. Этим двоим было на вид лет тридцать пять — сорок. Крепкие, хорошо сложённые мужчины, с такими надо действовать быстро, чтобы не позволить действовать им.
Лис вытащил свой миниатюрный лучемёт, рывком распахнул заднюю дверь и уселся на сиденье рядом с уже знакомым ему господином Замаровым, который после лучевого удара и последовавшего столкновения головы и бока машины явно не реагировал на происходящее.
— Привет! Всем сидеть тихо! — решительно скомандовал Лис.
Для водителя и единственного пребывавшего в сознании пассажира появление незнакомца было настолько неожиданно, что на мгновение оба лишились дара речи.
Но чувствовалось, что в себя такие люди приходят быстро. Тот, который сидел впереди справа помедлил секунду-другую, выбросил окурок сигареты в приоткрытое окно, явно пытаясь отвлечь этим движением внимание Лиса, и медленно начал вести освободившуюся правую руку за пазуху, рассчитывая, что сидящий сзади до поры до времени не заметит этого.
— Не дури, приятель! — Лис легонько ткнул его лучемётом. — Руки на переднюю панель! А водитель — на руль!
— Вы по какому праву садитесь в чужую машину! — повышая голос, начал пассажир, продолжая медленно скользить рукой явно к висевшей под мышкой кобуре.
— Я тебя предупреждал, дурак! — сказал Лис и послал импульс мужчине в затылок.
Он немного не рассчитал мощность лучемёта на малой дистанции внутри салона. Удар получился настолько сильным, что мужчину толкнуло так, что он припечатался к лобовому стеклу, чуть не выбив его частью своего черепа, по которой это самое стекло получило своё название, и обмяк в кресле.
Водитель, который оказался более покладистым и держал руки на руле, испуганно вскрикнул:
— Вы что, с ума сошли! Кто вы, чего вы хотите?
— Пока я желаю узнать, что хотите вы, — сказал Лис. — И не ори, я зря не убиваю. Ты уже, наверное, убедился, что товарищ Замаров, жив. Жив и этот придурок, оклемается часа через три-четыре, разве что лёгкое сотрясение получит.
Он быстро осмотрелся, но, похоже, никто на улице не обратил внимания на маленький инцидент внутри автомобиля. Высунув руку наружу, Лис сделал условленный знак. Затем он опустил кнопку двери водителя, чтобы тот не мог быстро выскочить из салона.
После того, как Монра уселась рядом, Лис приказал ей не спускать глаз с водителя, а сам забрал оружие у обоих мужчин. Он также вытащил пистолет у бесчувственного Замарова и вернул в карман его пиджака взятый ранее бумажник.
— Как видишь, мы даже не грабители, — сказал Лис, показав бумажник водителю.
Разрядив пистолеты, Лис вытер отпечатки пальцев на них платком Замарова, свалил оружие в карман на спинке одного из передних сидений и приказал:
— Теперь поехали!
— Куда? — нервно спросил водитель.
— Пока прямо! Выезжай на тракт и дуй в сторону Екатеринбурга. По дороге будешь отвечать на вопросы.
— Какие вопросы, что вам надо, ребята? Вам, что, машина нужна?
— Не валяй дурака, — оборвал его Лис, — всё ты понимаешь! Поехал, кому сказано!
Водитель завёл мотор и тронул машину.
— Ребята! — снова начал он. — У меня семья… Не трогайте меня, я ведь…
— Никто тебя трогать не собирается! Расскажешь, что знаешь — и всё, отпустим! Но без глупостей, если хочешь назад к семье, — предупредил Лис.
Машина подъехала к выезду на старый тракт Свердловск — Челябинск и повернула налево.
— Первый вопрос, — с расстановкой начал Лис, — кто вас послал следить за нами? — Ребята, по-моему, вы меня с кем-то спутали, — с облегчением, которое выглядело слишком наигранным, сказал водитель. — Вы сели не туда. Вы на каких-то «крутых», наверное, работаете? Кого-то для разборки вытаскиваете? Мы просто приехали сюда в гости и искали дом…
Лис не совсем понял, что означают слова «крутых» и «разборки», но мягко похлопал мужчину по плечу:
— Много говоришь, и всё не по существу. В гости приехали, значит, с «пушками» под мышками? И с глушителями каждая? Не завидую тем, к кому вы в гости собрались.
Водитель немного сник, но тут же снова начал подавать свою «легенду»:
— Мы же частные охранники, работаем в серьёзной фирме, поэтому с оружием. Если наш босс узнает, что вы на нас напали, он вас из-под земли достанет. Я не хочу пугать, но, ей богу, не шучу. Отпустите меня и, так и быть, я не буду ему докладывать. Если вот только ребята не доложат… Придётся вам денег нам дать. Как бы компенсацию, значит.
— Посмотри, как он о нас заботится, — усмехнулся Лис. — Да ещё и денег с нас получить желает. Ну, в общем, так, ещё раз: не мели языком зря, отвечай на вопросы. Если по дороге попытаешься выкинуть какой-нибудь номер, например, заорать, начнёшь тормозить, где не нужно или что-то такое — пеняй на себя! Этой штукой, — Лис ткнул в плечо водителя лучемётом, — можно не только оглушить, а действительно убить. Если у меня не останется другого выхода, я так и сделаю. Ты понял?
— Понял… — Водитель кивнул и покосился на лучемёт.
— Будь начеку, — сказал Лис Монре на языке Творцов, — не сомневаюсь, он только делает вид, что напуган, а сам будет ждать момента. Парни они крепкие и, судя по всему, бывалые.
Монра кивнула.
— Вы что, иностранцы? — искренне удивился водитель. Лис снова наклонился вперёд и сдавил плечо мужчине: — Ужас, какой ты дурак. Тебе же сказали: помолчи, не открывай рот, пока тебя не спросят. Не твоего ума дело, хоть кто мы — иностранцы, пришельцы, черти, дьяволы. А мы пока посмотрим, кто вы такие и почему мы вас так интересуем. С частью анкетных данных вашего приятеля мы познакомились, теперь с ваши узнать пора…
С этими словами Лис покопался в карманах переднего пассажира, а затем, стараясь не мешать вести машину, обшарил пиджак водителя и занялся изучением найденного.
Оба оказались частными охранниками той же фирмы. Водителя и пассажира звали Артём Иванович Смирнов и Александр Михайлович Шкурко, 1959 и 1954 года соответственно. У обоих кроме водительских прав и удостоверений охранников оказались так же и паспорта. Шкурко был прописан в городе Каменск-Уральский, а Смирнов в Екатеринбурге на улице Ясной. Других любопытных вещей в карманах не нашлось, кроме заинтересовавшей Лиса продолговатой коробочки с коротким стержнем на одном из торцов, и жидкокристаллическим дисплеем и кнопками с цифрами. Он догадался, что это какое-то устройство связи.
— Неплохая рация, — сказал Лис, взвешивая маленькую коробочку на ладони.
Водитель немного удивлённо посмотрел на него:
— Это же телефон, «сотик"…
— М-да? — протянул Лис и вспомнил, что это, судя по всему, так называемый сотовый телефон: ещё в начале восьмидесятых он читал о системах сотовой связи разрабатываемых в странах Европы и в Америке. Значит, и это в России появилось.
— Сам знаю, — почти оправдываясь перед водителем, сказал Лис и ещё раз осмотрел сотовый телефон. На обратной стороне устройства он заметил длинный номер, написанный какой-то несмываемой ручкой. Это мог быть либо инвентарный номер аппарата, если он принадлежал организации, либо его собственный абонентский номер.
— Какой номер у телефона? — спросил Лис.
Водитель снова покосился на него:
— Там сзади записан. У этого через восьмёрку надо набирать. Вы его можете, конечно, забрать, но учтите, что, как только узнают о пропаже, номер сразу аннулируют, и вам он будет без пользы.
— Понимаю, — сердито сказал Лис, засовывая телефон в карман, — и снова говорю: отвечай только тогда, когда я тебя спрашиваю. Поменьше комментируй, умник.
Водитель замолчал и продолжал вести машину.
Они как раз выезжали из Сысерти — кончались последние домики. Лис снова ехал тем же маршрутом, что попал сюда, и впереди снова лежала неизвестность. Если только водитель не прояснит ситуацию, а он, похоже, парень достаточно крепкий и артистичный, из него так просто много не выбьешь. Где-то нужно будет остановиться, ведь не в городе же его допрашивать…
— Сейчас повернёшь налево, — сказал Лис. — Метров через двести будет съезд с дороги, там карьер.
— Ты хочешь его допросить, как следует? — спросила Монра снова языке Творцов.
Лис кивнул.
— Может быть, лучше не тратить время: допросим по дороге. Нам же нужно было быстрее попасть к Терпу.
— По дороге может возникнуть масса непредвиденных обстоятельств, а я хочу не только быстрее попасть в город, но и узнать как можно больше. На ходу это всё-таки не то, согласись, нужна более спокойная обстановка.
— Ты собираешься сделать ему укол?
— Ну, конечно! Он наверняка постарается что-то скрыть или недосказать, а «выбивать» из него признания действительно нет времени. Да я и не очень люблю это делать, признаюсь.
Особенность «препарата правды», которым располагали Творцы, заключалась в том, что получивший инъекцию, не впадал в состояние наркотического опьянения, он оставался с виду совершенно нормальным человеком и у него полностью сохранялась координация движений. Он также не становился излишне болтливым, но лишался способности не ответить или солгать на поставленные вопросы. Нужно было только задавать эти вопросы правильно: сам допрашиваемый не будет ничего рассказывать, и если человека в таком состоянии не спросить о чём-то конкретно, то он может и промолчать по этому поводу.
Карьер, который имел в виду Лис, был очень удобным местом для таких целей, и он ещё существовал. Машина свернула с шоссе и закачалась на грунтовке, ведущей в котлован, который начинался недалеко за плотной стеной соснового леса, почти скрывавшего его из виду, если смотреть с шоссе.
Карьер имел форму неправильного круга с диаметром в самом широком месте не более трёхсот метров и не был постоянно действующим. Здесь при необходимости брали крупный песок или дресву для строительных нужд района. По тишине, царившей сейчас в котловане глубиной в среднем пять-шесть метров, Лис понял, что такое положение дел сохранилось.
Водитель притормозил перед большой лужей, занимавшей почти всю середину проезда:
— Куда ехать-то?
— Вперёд! — приказал Лис. — Объезжай лужу проедешь подальше вглубь карьера и встанешь, где место поровнее.
В основном дно карьера было ровным и плотным, так что машине негде было буксовать. Здесь, правда, имелось великое множество луж, которые после дождей сохранялись очень долго, но их ничего не стоило объехать. В местах, где были более глубокие ямы, скопились целые озерца воды, которые существовали настолько долго, что там росли даже камыши.
Машина медленно двигалась по дороге, накатанной через карьер грузовиками. Лис приказал водителю свернуть за большую кучу пней, сдвинутую бульдозером на край огромной лужи, и встать за корягами на почти ровной площадке, упиравшейся метров через тридцать в обрыв, из которого торчали корни сосен.
Попросив Монру не спускать глаз с водителя, Лис вытащил его бесчувственных спутников из машины. Осмотрев багажник, он нашёл кусок верёвки и связал незадачливых охранников. Пистолеты и обоймы Лис выбросил в стоячее озерцо.
Взяв из своей сумки устройство для инъекций, Лис приказал водителю выходить из машины, снять пиджак и закатать рукав рубашки. Мужчина подозрительно покосился на иньектор:
— Я не хочу, чтобы вы меня кололи… — Он замотал головой. — Я отвечу на ваши вопросы, если я что-то знаю!
Лис вздохнул:
— Слушай, Артём Иванович, не заставляй меня применять силу. Я не хочу тратить на это время, да и, поверь, ты будешь чувствовать себя паршиво: взгляни на своих друзей. Я тебе просто сделаю укол препарата, который позволит нам получать правдивые ответы, не прибегая к пыткам. Может быть, ты мазохист и предпочёл бы издевательства над собой, но у нас нет времени доставлять тебе такое удовольствие. Давай!…
Артём Иванович нехотя подчинился. Начав подгибать рукав рубашки, водитель на секунду замешкался и бросил быстрый взгляд по сторонам.
— Не глупи, Тёма, — почти ласково посоветовал Лис, — тем более, если семья есть. Не глупи.
Через пятнадцать минут Лис и Монра знали всё или, вернее, знали, что они почти ничего не узнали.
Все трое действительно числились частными охранниками в так называемом обществе с ограниченной ответственностью «Магна». Охраняли же они не само это общество, а работали на его владельца некоего Фахрутдинова Марата Валерьевича, который держал их, как и ещё троих парней для специальной работы. Смирнов считал, что Фахрутдинов работал не сам по себе, а действовал от лица кого-то другого, но кого конкретно Смирнов не знал: просто он несколько раз слышал, как Фахрутдинову звонили и приказывали сделать то-то и то-то, значит, над ним имелся некто более главный.
Так было и на этот раз: приказали задержать людей, мужчину и женщину по писанию похожих на Лиса и Монру. То, что преследователи нашли их так быстро, тоже объяснилось просто: Фахрутдинов и четверо его людей как раз находился в своём коттедже в паре километров от Сысерти. Поступил телефонный звонок, и босс приказал Смирнову, Шкурко и Замарову немедленно выехать и найти Лиса и Монру. Один человек остался с Фахрутдиновым в доме.
Лис спросил, живёт ли в коттедже ещё кто-то. Оказалось, что нет. В принципе, Фахрутдинов был женат, но жена и дети здесь никогда не бывали, для этого у Фахрутдинова была вторая дача на озере Балтым. Сейчас же его семья вообще находилась на отдыхе в Испании.
— Вы должны были нас убрать? — спросила Монра.
— Нет-нет, — замотал головой Смирнов, — мы должны были под любым предлогом заставить вас поехать с нами, хотя бы и силой, а если бы это не получалось по ситуации, то проследить, куда вы направляетесь. В крайнем случае, было приказано стрелять по ногам.
— А на кого всё-таки работает твой босс?
— Я не знаю, даже не догадываюсь, это не наше дело. Марат Валерьевич нам платил, а лишних вопросов он не любит. Как-то раз, правда, Шкурко говорил, что слышал, что Марат Валерьевич называл человека, звонившего ему, Михаилом Петровичем. Это всё, что я когда-либо слышал.
— Сколько он вам платил?
— Две тысячи баксов, плюс бесплатная кормёжка и одежда, кроме того, все рабочие расходы, автомобиль в нашем распоряжении, премии иногда.
— М-да, ничего, — задумчиво сказал Лис, который даже по отрывочной информации, полученной от Терпа, и по ценам, которые он успел увидеть сам, уже понимал, что такая зарплата для нынешней России просто более чем высокая.
Он подробно записал адреса Фахрутдинова и офиса фирмы «Магна» в Екатеринбурге, а также все телефоны, которые знал Смирнов. Телефоны на бумажке, которую Лис нашёл в кармане Замарова, оказались телефонами для связи с другими людьми Фахрутдинова и некоторыми нужными для работы инстанциями.
Смирнов ничего не слышали про вертолёт, и, насколько он мог судить, не знал об этом и Фахрутдинов. Это озадачило Лиса, поскольку он полагал, что в таком случае босс Смирнова должен был действовать как-то иначе. Это свидетельствовало о том, что, либо Фахрутдинов тоже был исполнителем не слишком высокого уровня, либо… Лис пока даже не мог предположить, что может стоять за этим вторым «либо».
Везение в данной ситуации можно было считать то, что Смирнов и Шкурко после инцидента с Замаровым пока ничего не успели доложить боссу, поскольку боялись его гнева за провал в, казалось бы, простой ситуации. Забрав из канавы своего друга, они повертелись немного по Сысерти, прикидывая, нельзя ли вообще скрыть то, что произошло. Сказать, что они просто никого не нашли, было нетрудно, но только вот чем объяснить боссу состояние Замарова? Когда Лис захватил их врасплох, они как раз обсуждали варианты действий, куря сигарету за сигаретой.
Лис задумался. Монра тоже молча и в ожидании смотрела на него.
— В общем, так, — сказал, наконец, Лис. — Когда увидишь своего шефа…
— Вы меня отпустите? — с плохо скрываемой надеждой в голосе спросил Смирнов.
— Сказал же, что отпустим.
— А я бы никого из них не отпускала, — негромко сказала Монра на языке Творцов. — Я хочу постараться доказать, что мы никому не хотим делать плохо, и, может быть, удастся как-то договориться, — ответил Лис. — Ведь уже ясно, что это не шаровики, а, возможно, кто-то из ваших. Кто знает?…
Монра пожала плечами.
— Ну, а ты скажешь своему боссу, — продолжал Лис по-русски, — чтобы он связался с тем, кто им командует, с этим, как его, Михаилом Петровичем…
— Я не могу ему говорить про Михаила Петровича! Это ведь Шкурко слышал такое имя и сказал мне, а Марату Валерьевичу не понравится…
— Хорошо, не упоминай имён! Просто передай, что люди, которых хотел выследить твой босс, желают говорить с его хозяином, именно с его хозяином, а не с ним. Больше ни от тебя, ни от твоего Фахрутдинова ничего не требуется. Но это — потом, когда увидишь своего босса.
Пока же Лис приказал Смирнову вызвать шефа по радиотелефону и доложить, что разыскиваемые заметили слежку и ушли в лес. Шкурко и Замаров по легенде Лиса отправились преследовать беглецов.
Фахрутдинов оказался несколько растерян таким сообщением. План Лиса потянуть время полностью удавался, поскольку, судя по поведению Фахрутдинова, он теперь явно хотел доложить о подобном повороте событий тому, кто им командовал. Приказав Смирнову жать вызова, Марат Валерьевич отключился.
— Ну, вот и прекрасно, — сказал Лис. — А теперь повезёшь нас в Екатеринбург.
Он переключил иньектор на усыпляющие уколы и вкатил связанным Шкурко и Замарову по дозе снотворного.
Когда машина выезжала из карьера, Монра сказала Лису на своём языке:
— Я всё-таки поражаюсь, как быстро этот Он или Они нас выследили. Откуда там могло иметься описание нашей внешности? И почему речь шла только о нас двоих.
— Это меня тоже волнует, — кивнул Лис, — и именно поэтому я начинаю тревожится за Терпа.

ГЛАВА 4

Несмотря на опасности, которые в нынешнем положении могли подстерегать их на каждом шагу, Лис с любопытством разглядывал окрестности, проносившиеся за стёклами машины. И дело было не только в том, что внимания к окружающему требовала сама ситуация.
Как ни пытался все эти годы сам себе доказывать Лис, что его не тянуло на Землю, сейчас его живо интересовали изменения, которые произошли здесь за пятнадцать лет. Возможно, этот интерес был меньше, если бы волею обстоятельств Лиса сейчас забросило в районы Земли, где он до этого никогда не бывал. Но он оказался на своей родине, там, где провёл детство и раннюю юность, и желание понять, что нового появилось здесь за время его отсутствия, оказалось огромным.
Правда, каких-то глобальных перемен, которых Лис внутренне ожидал (особенно после поразившего изобилия товаров на прилавках в Сысерти), он не увидел. Хотя деревня Кашино, через которую они проехали, обросла массой новых домов и коттеджей, и особенно вдоль тракта в сторону Екатеринбурга, но это не было на взгляд Лиса существенным изменением.
Качество асфальтового покрытия дороги за эти годы не изменилось в лучшую сторону. Лису даже показалось, что дефектов, заделанных наспех, сейчас было больше, но он мог и ошибаться. Кое-где от шоссе в сторону отходили новые дорожки и проезды с твёрдым покрытием, ведущие к дачным массивам, но это не меняло общей картины: главная магистраль оставляла желать лучшего.
Качественное изменение опять же из сферы потребительского рынка бросилось Лису в глаза рядом с заправкой на въезде в деревню. Заметив сквозь деревья на изгибе дороги знакомый ему ещё, так сказать, по прошлой жизни силуэт заправочной станции, Лис с интересом стал смотреть на приближающуюся АЗС и окончательно убедился, что проблем с бензином на ней нет. Как, наверное, и на всех остальных заправках страны. Собственно, Лис начал догадываться об этом ещё в той же Сысерти.
В последние годы его пребывания на Земле заправка горючим, так же как и многое другое в стране Советов вошла в категорию дефицита. Сам Лис покупал бензин у знакомой девицы, которая работала на заправочной станции, расположенной практически за городом, и брал запас литров по сто-сто пятьдесят, набивая машину канистрами.
Сейчас у знакомой ему заправки Лис увидел большой щит с информацией о наличии бензина и ценах на него. Против всех табличек — и «д\т», и «АИ-76», и «АИ-92», и даже «АИ-95» красовались слова «Есть»! И только у одной из колонок стоял автомобиль — здоровенный импортный джип.
Объехав большой стационарный пост ГАИ на новом шоссе Екатеринбург-Челябинск, машина вновь свернула на старый челябинский тракт. Ранее, пока водитель находился под воздействием «наркотика правды», Лис узнал, какой путь в город является оптимальным с точки зрения возможности встречи с постами автоинспекции. По словам Смирнова, получалось, что лучше всего было двигаться именно по старой дороге через городок Арамиль и птицефабрику: там теперь практически не было ни одного стационарного поста ГАИ.
Когда автомобиль уже мчался по старому тракту, в кабине запел сигнал вызова на аппарате, установленном между передними сиденьями. Взглянув для уверенности на часы и убедившись, что препарат точно уже не действует и Смирнов снова способен лгать, Лис приказал ответить, включив имевшуюся громкую связь.
Это, как и ожидалось, оказался Фахрутдинов.
— Ну, как, Артём? — поинтересовался он. — Ребята вернулись?
У Фахрутдинова был густой несколько вальяжный голоса с тембрами человека, имеющего некоторое количество подчинённых. Лис сделал Смирнову рукой отрицательный знак.
— Да рано ещё, Марат Валерьевич, — довольно естественно, по мнению Лиса, ответил Смирнов. — Те от них оторвались прилично, а из «Макара» да тем более с глушителем издали не достанешь.
— Так-так, — сказал Фахрутдинов, что-то смачно откусил и захрустел. — Вы только смотрите, не пристрелите их, придурки, только по ногам. Они мне живые нужны, поняли? Я же вам говорил! Без премии, блин, оставлю!
— Да мы поняли, Марат Валерьевич, вы же сразу сказали. Всё будет в ажуре, — ответил Смирнов: красноречия ему добавлял лучемёт Лиса, нажимавший на печень.
— Ну, вот и хорошо, — промурлыкал Фахрутдинов. — Сделаете всё, как надо, я устрою тут пикничок оторваться. Если заслужите.
— Спасибо, Марат Валерьевич, — подобострастно сказал Смирнов.
— Всё, действуйте! — Фахрутдинов отключился.
С минуту Лис сидел молча. Машина продолжала катиться по шоссе.
«Что-то не вяжется», подумал Лис, только он никак не мог понять — что. Вертолёт и Фахрутдинов, Фахрутдинов и вертолёт… Нет, судя по тому, что рассказал Смирнов, и то, как сейчас разговаривал Фахрутдинов, он не мог быть человеком, вызывавшим вертолёт. Может быть, вертолёт вызывал босс Фахрутдинова? Но тогда почему, имея возможности бросать на уничтожение троих людей вертолёты, он сейчас банально приказывает выслеживать их на машине простым и не очень далёким охранникам какой-то частной фирмы? Они конечно ребята крепкие, но до великих профессионалов им явно далеко. Почему с вертолёта открыли стрельбу без предупреждения, а этому, или кто там за ним стоит, мы нужны только живыми?
Лис посмотрел на Монру, сидевшую на заднем сидении. Она поняла его немой вопрос и пожала плечами, демонстрируя, что тоже теряется в догадках.
Лис снова бросил взгляд на часы. С момента их расставания с Терпом прошло уже более трёх часов, так что их друг давно должен был добраться до одной из своих конспиративных квартир.
— Останови машину! — вдруг приказал Лис.
— Зачем? — насторожился водитель.
— Фу, какой ты нудный! Тебе же сказано — останови!
— А где? Сворачивать куда-то?
— Господи! — покачал головой Лис. — Не понимаю, как ты работал у своего босса? Тоже ему без конца вопросы задавал? Да вот тут, у обочины и останавливайся.
Тут до Лиса дошло, что Смирнов просто-напросто боится.
— Ты не бойся. Я же сказал, что если не выкинешь никакой глупости, то останешься цел и невредим, — заверил он мужчину.
Водитель машинально кивнул, притормозил и остановился, съехав с асфальтового покрытия на отсыпанную мелким гравием обочину.
Лис достал сотовый телефон и несколько секунд смотрел на панель с кнопками, соображая, как включается аппарат. На удивление, кое в чём система перекликалась с панелями управления, знакомыми ему по Дворцу.
Лис попытался включить телефон, но сигнала свободной линии в трубке не было: раздавались только шум и шипение. Смирнов покосился на Лиса:
— Он здесь не берёт, далеко. Это джи-эс-эмовский телефон, он хорош по городу: его не прослушать, а здесь уже не берёт. Если вы хотите звонить, звоните по транковой.
— По какой? — переспросил Лис, которому также ничего не сокращение «Джи-эс-эмовский».
— Ну, по транковой связи. — Смирнов кивнул на телефон, установленный в машине между первыми сиденьями, по которому только что звонил Фахрутдинов.
Лис посмотрел на аппарат:
— Ну-ка, набери мне номер в городе… — Лис достал записку Терпа и продиктовал номер телефона первой квартиры.
Смирнов кивнул и, вызвав оператора станции, попросил соединить с указанным номером. Телефон не ответил.
Лис переглянулся с Монрой и продиктовал водителю второй номер. На этот раз трубку сняли после третьего гудка. Смирнов, не говоря ничего, как ему и приказали, протянул трубку Лису.
— Слушаю! — Голос был совершенное незнаком Лису. — Говорите, кого вам?
Лис на мгновение задумался: голос не был голосом Терпа.
— Простите, — медленно сказал он, — это номер… — и назвал номер второй, который записал Терп.
Казалось, это несколько озадачило человека на том конце радиотелефонной линии.
— М-м-да, да, этот, — первое мгновение как-то неуверенно, а затем поспешно ответил незнакомец. — Вам кого?
— Иванова, — быстро сказал Лис первое, что пришло на ум, — Сергея Ивановича.
— А вышел он, — В этот раз мужчина ориентировался уже быстрее. — Позже будет. Вы кто? Ему что передать?
— Передайте, звонил Петров, я пошёл к Сидорову, — медленно произнёс Лис и повесил трубку.
— У Терпа на квартире засада, — сказал Лис Монре на её родном языке. — Его либо взяли, либо он скрывается. Одно ясно: нам там появляться нельзя.
— Ты думаешь, что он не попался все эти годы, а теперь вот так глупо дал себя взять? — удивилась Монра.
Лис подал плечами:
— Кто знает, что изменилось? Я теперь даже не знаю, что нам делать…
— Но если Терп жив, нам нужно придумать, как с ним связаться, — сказала Монра.
— А если он в плену, — продолжил Лис, — нам нужно придумать, как его вытащить. И даже если он мёртв, нам всё равно нужно разобраться с теми, кто его убил.
— Ты сумасшедший! — Монра покачала головой. — Я же вижу: ты тут давно не был и во многом не ориентируешься. Тут даже появились незнакомые тебе средства связи, как я заметила. Даже Терп лучше был знаком с положением дел.
— Естественно! — согласился Лис, — Но что же ты предлагаешь? У нас опять получается старый разговор. Ты же прекрасно понимаешь, что обратной дороги уже нет. Если мы спрячемся в одном из ваших миров, то нас рано или поздно найдут. Не хочу я провести остаток жизни зверем, скрывающимся от охотников, да и ты, полагаю, тоже.
— Охотником, конечно, быть лучше, — невесело усмехнулась Монра, — даже если тебе просто думается, что охотник ты. Но какой у тебя план? Если он вообще есть.
— Никакого чёткого плана пока нет, — сказал Лис. — У нас недостаток информации, поэтому нужно собрать её как можно больше, пока нас слишком не обложили со всех сторон, и у нас есть свобода манёвра. Значит так: меняем направление движения, нужно тряхнуть его босса, — Лис кивнул на водителя: — И выбить всё, что тот знает, а там посмотрим.
— Где это ты собираешься его тряхнуть? — удивилась Монра. — Сунуться прямо к нему в дом?
— А почему бы и нет? Он нас не ждёт, а из того, что рассказал шофёр, ясно, что Фахрутдинов тоже не главная фигура, но уже может кое-что знать, существенное для нас. Этот парень, — Лис снова кивнул на Смирнова, — никогда не видел людей главнее, чем его босс, значит, в дом Фахрутдинова они не приезжают. Сейчас этот тип там только с одним охранником. Вот мы с ними и разберёмся.
— Ну а потом?
— Потом — суп с котом!
— Что?! — удивилась Монра. — Это, что, ты всё шутишь?
— Да я имею в виду, что видно будет, в зависимости от того, что узнаем. А сейчас я другого варианта не вижу. Ехать в Екатеринбург? Но что делать там, с чего начать? Единственная зацепка — квартиры Терпа, но там засада, во всяком случае, на одной точно. Нам туда, скорее всего, придётся сунуться, но для начала надо узнать побольше от Фахрутдинова. Ты согласна?
Монра думала несколько секунд.
— Что ж, почему бы и нет? — наконец сказала она. — Я уже заразилась твоей методикой: нас там не ждут, точнее, ждут, но не думают, что мы знаем о том, что они знают, что мы знаем… — Она усмехнулась. — Так можно попробовать и на квартиру налететь неожиданно. Может, начать прямо оттуда?
Лис посмотрел на свою подругу вполоборота:
— Ты начинаешь шутить, и мне это нравится, значит, шансов у нас будет больше. Но если серьёзно, я думаю, что там, на квартире уже могут догадываться, что мы знаем о засаде: я ведь туда звонил. В общем-то, мысль, конечно, тоже неплохая. Хотя я не думаю, что Терпа будут держать именно там, значит, кого-то из боссов, так сказать, там не будет, а люди в засаде на квартире, безусловно, такие же пешки как наш водитель. Фахрутдинов же, как никак, рангом явно выше и, я уверен, знает больше. Начнём с него.
Лис приказал Смирнову связаться с боссом и выдать следующую версию: женщина уже схвачена, а мужчину, раненого в ногу, Шкурко возьмёт с минуты на минуту.
Фахрутдинов несказанно обрадовался и подтвердил распоряжение как только операция будет закончена, тащить обоих к нему в коттедж.
Когда водитель, сказав «Есть!», повесил трубку, Лис хлопнул Смирнова по плечу:
— Ну, вот! Теперь тебе не надо будет ничего придумывать своему боссу.
— Я вас не понял, — неуверенно сказал водитель, — вы что хотите?
— Хочу, чтобы ты нас к своему боссу и доставил. Прямиком. Он один в своём коттедже?
— С ним был только Серёга Уваров, это наш четвёртый, и вроде никого не ждали.
— Вот и прекрасно, смотри, если врёшь: человек я не злой, как ты уже убедился, но первым тебя положу, если обманываешь. Эта штука, повторяю, — Лис помахал лучемётом перед носом Смирнова, — не только оглушает, но и прожигает насквозь. В общем, разворачивайся и поехали к твоему боссу!
На обратном пути Лис подробно расспросил о подъезде к коттеджу Фахрутдинова, о том, как открываются ворота (он был уверен, что ворота есть, и не ошибся), кто их открывает и где бывает сам хозяин дома, когда во двор въезжает машина. Узнал Лис и про общее расположение участка, про высоту забора и тому подобные вещи.
Коттедж Фахрутдинова стоял не в самой Сысерти, а по дороге к посёлку Асбест в группе из ещё десятка домов. Участок, принадлежащий Фахрутдинову, имел площадь почти в двадцать соток и был обнесён высоким забором. Кроме того, он был самым крайним: остальные дома находились достаточно далеко.
Они мчались назад, и уже когда снова проехали Кашино, Лис сообразил:
— Завернёшь ещё раз на карьер за своими друзьями, — сказал он Смирнову и добавил для Монры: — Теперь, думаю, их стоит забрать с собой. Вдруг кто-нибудь наткнётся на них, и раньше времени поднимется шум.
— Ребята, — несколько смущённо спросил Смирнов, — а что вы мне такое вкололи? Я ведь всё помню, что говорил, и я бы вам многое просто так не рассказал, а тут вы меня спрашиваете, я не хочу говорить, но… не могу не ответить. И наврать ничего не могу…
Было видно, что эта проблема мучает его с самого начала допроса, но спросить он решился только сейчас.
Лис засмеялся:
— Армянский коньяк мы тебе ввели внутримышечно! Устраивает такое объяснение?
Водитель растерянно хмыкнул, но больше задавать вопросов он не стал и молчал до самого карьера.
Замарова и Шкурко они нашли там, где и оставили. За сравнительно короткое время никто сюда не наведался, так что Лис с помощью Смирнова под пристальным наблюдением Монры затолкали тела в довольно объёмистый багажник «Тойоты».
— Твоим коллегам будет не очень удобно, — сказал Лис Смирнову, — но придётся потерпеть. Тем более они пока ничего вообще не чувствуют. Будем считать, им повезло: в том, что нас ждёт впереди, они участвовать не будут, а потому больше вряд ли пострадают.
Смирнов невесело пожал плечами. Было видно, что его больше заботит собственная судьба: он был в сознании, и пострадать боялся. Кроме того, его, безусловно, тяготила необходимость потом, когда всё, так или иначе, закончится, объясняться со своим боссом. Получалось, что он чуть ли не добровольно выполнил все требования людей, которых должен был выследить и схватить.
— А ты, друг, послушай сюда, — сказал Лис, искоса следивший за написанными на лице водителя переживаниями. — Если ты служил у своего босса подручным для разного рода тёмных делишек, то знал, на что идёшь. И если ты сейчас думаешь о своей семье, то, повторяю, веди себя тихо и делай то, что мы тебе будем говорить. Попытаешься предупредить своего патрона или охранника, когда мы будем подъезжать к дому, пеняй на себя! Будешь благоразумен — семья тебя не потеряет…
— О, боги! — сказала Монра на языке Творцов. — Как ты много говоришь! Нашёл с кем объясняться.
— В конце концов, я рассчитываю на то, что он поймёт, и не наделает глупостей в неподходящий момент. Он же человек, хочет жить, поэтому должен мыслить, пока существует, как говорится.
Он ещё раз объяснил Смирнову, что от него потребуется и в довершение всего, достав из сумки более мощный лучемёт наподобие того, каким его в своё время стращал Ингвар Янович, продемонстрировал действие оружия на средних размеров сосёнке, росшей на краю карьера метрах в сорока от того места, где они стояли. Перерезанный в нескольких местах за секунду ствол дерева рухнул с обрыва. Водитель вытаращил глаза, и когда упавшая последней крона с шуршанием сползла вниз сказал:
— У меня… м-м… только есть одна просьба: с шефом мне потом будет объясняться сложно. Вы не могли бы устроить мне пару синяков на морде? Конечно, лучше бы не таких, как у Сашки, — Он кивнул на багажник, где покоился Шкурко, на лице которого расплывался один громадный синяк, — но что-нибудь убедительное? А то, сами понимаете, меня обвинят в помощи вам. Фахрутдинов такое не простит…
— Устроим, — согласился Лис, — обещаю.
Проехав через Сысерть от тракта несколько кварталов направо, они свернули на вполне приличную асфальтовую дорогу, ведущую к Асбесту. Миновав кладбище и красивый сосновый бор с купальней на берегу речки, машина минут через пять подъехала к явно новому посёлку из дюжины домов, выложенных из облицовочного красного кирпича.
— Дом Фахрутдинова последний, — сказал водитель.
— Делай, как договорились, — кивнул Лис и приготовил лучемёт.
«Тойота» свернула с дороги на отдельный проезд, ведущий наискосок к последнему дому, который, несмотря на свою высоту, только последним третьим этажом высовывался из-за высоченного забора.
Смирнов по приказанию Лиса подрулил так, чтобы телекамера, установленная на левом столбе ворот хорошо показывала только его самого на водительском месте и, опустив стекло, помахал в объектив рукой. Через несколько секунд массивные деревянные ворота, перехваченные металлическими
полосами, медленно распахнулись, и машина въехала во двор.
Лис присвистнул и даже на секунду отвёл глаза от Смирнова, за которым следил: участок и дом Фахрутдинова, которые было невозможно разглядеть из-за забора, больше похожего на крепостную стену, впечатляли.
Не то, чтобы Лис не видел подобного — в мире Терпа и в самом Дворце ему приходилось видеть куда более завораживающую роскошь. Но для страны с названием СССР или Россия, да ещё не в Москве, а на Урале подобная усадьба казалась чем-то из ряда вон выходящим.
От ворот в глубину двора вела широкая асфальтированная дорожка. Справа от дорожки вдоль забора тянулись какие-то хозяйственные постройки, явно включавшие гараж, в который мог въехать не один автомобиль. Слева метрах в десяти находился самый настоящий бассейн, оформленный как бассейны, которые на Земле Лис видел только в зарубежных фильмах. Возле бассейна даже стояли шезлонги, над которыми торчали два пляжных зонтика, и Лис подивился, зачем они тут нужны: не настолько уральское лето продолжительное и жаркое, чтобы прятаться под зонты от солнца, когда оно светит.
Площадка за бассейном щетинилась кустами малины и смородины, но больше каких-либо огородных посадок видно не было — все свободные площади покрывала подстриженная трава. Вдоль забора по периметру участка росли сосны, которые, видимо, были оставлены от росшего на этом месте естественного леса. Кое-где виднелись молодые ёлочки и берёзки.
Асфальтовая дорожка заканчивалась просторной площадкой, на которой свободно мог развернуться грузовик. К площадке небольшим водопадом под навесом спускались ступени крыльца.
Коттедж из красного гладкого кирпича имел три этажа, включая цокольный, облицованный светлыми пластиковыми панелями. Крыльцо поднималось на обширную застеклённую веранду, над которой располагался большой балкон-лоджия, украшенный по краям резным деревянным орнаментом.
Лис мысленно вздохнул: пятнадцать лет назад такие дома можно было встретить только на картинке в каком-нибудь импортном журнале, а теперь, судя по тому, что он уже видел, их стало довольно много, по крайней мере, на первый взгляд.
С крыльца к машине спускался крепкий коротко стриженый мужчина в пиджачке, на лице его играла кривая усмешка. Солнце очень удачно светило ему в глаза, а поскольку стёкла в «Тойоте» были слегка тонированы, мужчина не сразу мог чётко разглядеть, кто сидит в машине. Но через приспущенное стекло со стороны водителя он видел Смирнова, явно ничего не подозревал и был спокоен. Лис понял, что это и есть четвёртый охранник Уваров.
Как заранее приказал Лис, Смирнов махнул рукой и спросил:
— Где шеф?
Охранник скабрёзно ухмыльнулся и показал рукой куда-то в дом:
— С Маринкой он… Нервничал очень, весь испсиховался, что вы этих ещё не взяли, а как ты позвонил и сказал, что всё в ажуре, сразу Маринку за жопу — и дерёт её сейчас наверху. Нервное напряжение снимает, стало быть. Сказал, что, как приедете, мужика этого с бабой запереть в чулане — и можете отдыхать.
Уваров подошёл вплотную к машине и наклонился к окошку водителя, заглядывая в салон. То, что он там увидел, сильно его озадачило.
— А ребята где…? — охранник на мгновение растерялся.
Соображал он чуть дольше, чем требовалось. Монра выстрелила, и оглушённый Уваров упал на дорожку. Он не успел даже потянуться за пистолетом.
— Так где, значит, Фахрутдинов? — спросил Лис водителя.
— Ну, шеф обычно… пилит тёлок на втором этаже. У него там спальня, оборудованная как надо.
— «Пилить тёлок» — это значит «совершать половой акт с женщиной»? — спросила Монра. В словаре, который она выучила под гипнозом во Дворце таких идиом не было.
Смирнов нервно хихикнул.
— Ты права как никогда, — усмехнулся Лис. — Окна спальни куда выходят?
— Туда, на лес. — Водитель показал за угол здания.
— Хорошо, — удовлетворённо кивнул Лис, — всё замечательно. Но почему ты не сказал, что тут ещё есть какая-то Марина?
— Да это же девка, она не в счёт, — пожал плечами Смирнов. — Она у Фахрутдинова вроде как домохозяйка: готовит, если надо, убирает. Она официально секретарём числится в фирме.
— Ну-ну, — покачал головой Лис. — Российский, стало быть, помещик Фахрутдинов. Поместье у него, домоуправительница… Марина-то — чёрт с ней, а вот ещё каких-нибудь дворецких, слуг и прочих у него здесь нет?
— Нет-нет, больше никого, — замотал головой Смирнов. — Шеф вообще довольно скрытно живёт, я же рассказал. Если не верите, вколите мне ещё раз вашей штуки.
— Понравилось, что ли? — усмехнулся Лис. — Только у нас сейчас и времени, чтобы тебе уколы ставить. А вот ты, Артём, если помнится, хотел себе алиби заработать? — Лис немного повернул регулятор на маленьком лучемёте, снижая мощность.
— Что? — Смирнов вскинул глаза, и Лис выпустил импульс «твёрдого света» прямо в лоб водителю.
— Сам же хотел, а я обещал! Так что не обижайся, синячина в половину хари тебе обеспечен. Я — наверх, займусь их боссом, — сказал он Монре. — А ты забери у охранника оружие.
— Я пока их ещё для верности обездвижу и уберу с глаз. — Монра уже вытаскивала иньектор, устанавливая регулятор на усыпляющий укол.
Лис послал ей воздушный поцелуй и, выскочив из машины, быстро взбежал по ступенькам, выложенным какими-то очень красивыми и гладкими керамическими плитками.
С веранды вело две двери: одна была затворена, а через другую виднелся коридор и лестница на верх. Лис толкнул закрытую дверь. Там оказалась тоже довольно широкая лестница, но ведущая вниз, должно быть в какие-то подсобные помещения. Лёгкий запах влажного нагретого дерева подсказал, что там, очевидно, находится и сауна.
Держа наготове лучемёт, Лис двинулся в коридор, ведущий к лестнице на второй этаж.
Он опасался, что деревянные ступеньки будут поскрипывать, но массивные полированные доски были настолько хорошо встроены в металлический каркас с коваными завитушками, что ни одна не издавала даже намёка на посторонний звук. На втором этаже Лис попал в обширный холл, украшенный двумя большими пальмами в каменных вазонах. На стенах висело несколько картин самого разного толка. Вдоль широкого окна, выходившего на сторону, откуда они подъезжали к дому, громоздился широченный диван чёрной кожи и два таких же объёмных кресла со столиком, на котором стояли нарды. В углу поблёскивал громадный телевизор с экраном, больше которого Лис видел только экраны во Дворце Терпа. Хотя конечно, там они были не такие: принципы воспроизведения изображения у Творцов основывались не на электронно-лучевых трубках, а на структурах особых полей.
Из холла в глубь второго этажа вёл темноватый коридор, в котором вдоль стен горели два бра и видны были двери в другие комнаты. Прикинув, с какой стороны должна быть комната, где Фахрутдинов выпускал пар со своей секретаршей, Лис двинулся туда.
Все двери были плотно закрыты, но, несмотря на хорошую звукоизоляцию, вступив в коридор, Лис чётко определил, где же находится парочка: из-за одной двери неслись приглушённые женские стоны и вскрикивания.
Лис аккуратно нажал на золочёную ручку в виде львиной лапы, и красивая то ли под дуб, то ли действительно дубовая дверь приоткрылась.
Крики зазвучали в полную силу. Стали слышны также звучные шлепки одного голого тела о другое: секретарша Марина отрабатывала свою зарплату. Лис невольно ухмыльнулся, поскольку даже в его время секретарш часто называли секретутками, и осторожно заглянул в спальню.
Он ожидал увидеть действие, происходящее на кровати, но ошибся. Кровать в комнате имелась, и какая! Огромная, шириной, наверное, метра три, под красивым кружевным пологом, который поддерживали резные тонкие колонны. На кровати поверх изумительного шёлкового покрывала цвета морской волны с переливами и рядом на полу, полностью устланном ковровым покрытием, в беспорядке валялась разнообразная одежда: брюки, светлая рубашка, бледно-фиолетовое маленькое женское платье, трусики, лифчик, носки, туфли.
На одной из больших прикроватных тумбочек Лис заметил какую-то красивую импортную бутылку, два пузатых бокала на низкой ножке и пепельницу, в которой ещё дымилась сигарета. Сладкий дымок, плывший по комнате, навёл Лиса на мысль, что это была анаша или что-то в этом роде.
Но в данный момент кровать, этот сексодром, как назвал бы в студенческие годы подобное лёжбище Лис, была пуста. Крики и шлепки доносились со стороны правее кровати, от окна. Стволом лучемёта Лис потихоньку толкнул дверь, которая идеально беззвучно поворачивалась на петлях.
У большого окна, действительно выходившего, как и говорил Смирнов, на лес, стоял голый мужчина среднего роста с сильно выступающими жировыми складками на талии, с короткими темными волосами, в которых на затылке поблёскивала начинающаяся лысинка. Мужчина энергично двигал бёдрами, отчего его упитанные, слегка поросшие тёмным волосом ягодицы подрагивали в напряжении. Соотнеся сказанное охранником, с тем, что он наблюдает, Лис заключил, что это и есть Фахрутдинов.
Перед мужчиной в необычном устройстве на канате, спускающемся с крюка, вбитого в потолок, находилась особа женского пола. Устройство, явно заводского производства, представляло собой какое-то сплетение верёвок и лубков, в которых покоились растянутые в стороны ноги и руки девушки. Её голова была запрокинута назад, так что длинные светлые завитые волосы касались пола. Широкая лента поддерживала спину, и девушка как бы висела в неком подобии люльки.
Мужчина, прочно упираясь ногами в пол, энергично дёргал люльку, обхватив ладонями ляжки партнёрши и сладострастно хакая каждый раз, когда соприкосновение его бёдер и промежности девушки издавало шлёпающий звук.
Лис машинально сразу отметил, что девушка весьма привлекательна и очень пластична, если судить по тому, как она растянута на этой установке. Длинные, загорелые широко раскинутые ноги имели хорошую форму и пропорции. Довольно