знакомую синюю полосу и позволяла перемещаться, стоя по всей ширине коридора. Шаровики сразу же начали полосовать Лиса установленными на постоянное излучение лучемётами. За ними выскочило ещё троё. Первые, не прекращая стрельбу, грамотно бросились на пол, чтобы не мешать новоприбывшим, а задние открыли огонь стоя.
Коридор наполнился мечущимися и перекрещивающимися смертоносными лучами. Лис, втянув голову в плечи, чтобы прикрыть возможные зазоры между воротником брони и шлемом, дважды, не целясь, активировал микрогранулы и побежал вперёд.
Сзади раздались истошные крики, и Лис зло усмехнулся, успев заметить, что двое шаровиков распростёрлись на полу, а ещё двое дёргаются, корчась от боли. В три прыжка он преодолел расстояние до точки и опустился на синюю полосу. Лучи, буравившие его броню, исчезли.
Лис оказался в другом коридоре схематично являвшимся как бы продолжением предыдущего, но, возможно, отделённого от него громадным расстоянием в обычном пространстве.
По инерции он прыгнул вперёд, уходя с точки перехода, и чуть не упал, наступив на горку из двух тел в серой броне, из-под которых натекла кровь. Впереди в нескольких шагах стоял мужчина в светлом костюме, который лихорадочно жал на спуск лучемёта.
Если бы он попал с такого расстояния прямо в лицо, то луч вполне мог пробить щиток шлема. Однако оружие не действовало. Не раздумывая и до конца не понимая, что происходит, Лис активировал микрогранулу. Конечно, тут вполне хватило бы и лучемёта Творцов, поскольку мужчина был без брони, но Лис, рассчитывая встретить по эту сторону точки перехода шаровиков, защищённых доспехами, держал наготове не лучемёт, а свой смертоносный палец.
Это было бы смешно, когда бы не было так грустно… В краткий миг Лису пришло на ум сравнение, что действия его напоминают детскую игру в «войнушку», но даже без игрушечных пистолетов. «Кых! Пух-пух!» — кричат иной раз дети, бегая по двору, целясь друг в друга выставленными указательными пальцами. — «Ты, Сашка, убит!»
Здесь всё было по-настоящему, а у Лиса не было времени кого-то жалеть и вести переговоры с ничего не понимавшим охранником, неизвестно как тут оказавшимся. Одно только могло сходиться: вполне возможно, что мужчину звали, например, Сашка, только сейчас он был убит по правде.
Охранник вспыхнул как смоляной факел, но ту же погас — интересная особенность взаимодействия энергии, выбрасываемой микрогранулой с живой тканью. В тот же миг на поясе у него что-то взорвалось и, взвизгнув, с рикошетом, ударило по стенам коридора. Инстинктивно, хоть и с опозданием пригнувшись, Лис сообразил, что это взорвалось засунутое куда-то за пояс огнестрельное оружие, очевидно пистолет.
Сварог предупредил его, что данная точка была отключаемая. На стене рядом с полосой, указывающей место перехода, виднелся красный кружок диаметром сантиметров пять. Лис провёл пальцем два раза крест на крест по кругу и перевёл дух: со стороны перехода на него уже не нападут, если, опять же, верить Сварогу. А его инструкциям, похоже, пока верить можно.
Очевидно, когда началось восстание шаровиков и они устроили охоту за Инглемазом, охранники-люди тем же путём, каким сюда вели Лиса, проникли в коридоры терминала-резиденции и столкнулись с такими непонятными явлениями, как, например, одетые в броню шаровики. Видимо этот последний человек, встреченный Лисом, подстрелил шаровиков и взял их непонятное и казавшееся более мощным оружие. К счастью для Лиса, он или не смог разобраться, как приводить боевой лучемёт в действие, или оружие оказалось разряженным. Ещё большей удачей стало то, что он не открыл стрельбу из простого пистолета. Если бы охранник сообразил, что против серой брони огнестрельное оружие куда эффективнее, то Лис мог стать третьим на полу.
Тем не менее, надо было признать, что фактор вмешательства охранников-людей сыграл для Лиса колоссальную положительную роль: по меньшей мере, трое шаровиков, если считать того, кто оставил лужу крови в первом коридоре, были выведены из строя, да и вообще «человеческий фактор» явно внёс сумятицу в ситуацию. Хотя раненый шаровик может найти себе новое тело, так что лучше считать, что пока наверняка уничтожено только пятеро, если считать по шарами.
Лис добросовестно уничтожил шары убитых шаровиков, забрал боезапас и разрядил валявшийся рядом лучемёт. Опалённый труп охранника и упавший рядом повреждённый лучемёт он осматривать не стал. Выглянув за поворот коридора и убедившись, что и там тишина, Лис подошёл к единственной имевшейся тут двери.

ГЛАВА 16

Это была нужная дверь — знаки в виде цветных круга, треугольника и квадрата, подтверждали это. Лис произвёл необходимые манипуляции и заглянул внутрь.
Просторное и очень высокое помещение действительно представляло собой нечто вроде оранжереи или огромного зимнего сада. Прямо за порогом начинался широкий полукруглый подиум, тремя уступами спускавшийся на посыпанную песком площадку. Площадку обрамляли клумбы, усыпанные невообразимыми цветами, среди которых, впрочем, угадывались и явно земные виды. Дальше сплошной стеной стояли заросли, в которых исчезали три тоже посыпанные песком дорожки. Некоторые деревья и кустарники были знакомые, а некоторые Лис никогда ранее не встречал.
Опасаясь возможной засады, он ещё некоторое время осматривал помещение из-за приоткрытой двери и прислушивался, не раздастся ли каких-то звуков. Помещение было намного шире коридора, и уходило в глубину насколько позволяли видеть заросли. Сквозь ветви и лианы на боковых стенах можно было заметить высокие полукруглые окна, из которых струился довольно яркий свет, показавшийся Лису необычным.
На внутренней поверхности двери также имелись геометрические фигуры. Лис вошёл и, прикрывая спиной свои действия на случай, если всё-таки кто-то наблюдал за ним из кустов, быстро запер дверь. Предупреждённый Сварогом, Лис не стал наступать на три ступеньки, а просто спрыгнул на песчаную дорожку.
Оказавшись у ближайшего окна, он понял, почему освещение, падающее снаружи, кажется странным. Сварог почему-то даже не намекнул, где расположено данное помещение, и неудивительно, что свет за стёклами показался Лису странным. Пейзаж, расстилавшийся снаружи, был явно неземной: какие-то острые скалы, тёмные или блестящие, отливающие местами синевой, а местами тёмно-бордовым или иссиня-чёрным, разломы, уходящие вдаль, и над всем этим — угольное космическое небо. Существенным дополнением антуража выступал огромный буро-желтоватый полосатый шар, поднимавшийся над горизонтом справа. Именно он заливал всю местность светом, сила которого почти равнялась солнечному свету на Земле в пасмурный день. Однако в пасмурный день почти нет теней, а здесь они были, и очень резкие.
Предположений, что он сейчас видит, можно было выстроить множество, но сначала следовало осмотреть помещение и убедиться, что он всё-таки попал туда, куда нужно. Лис осторожно обошёл оранжерею по периметру и для очистки совести проверил кусты. В саду никого не было, да и, судя по имевшейся у него информации, никого не должно было быть. Площадь всего зала он оценил не менее, чем в семьсот-восемьсот квадратных метров. На стене, противоположной той, на которой располагалась дверь, через которую Лис вошёл, имелись три других, помеченные соответственно кругом, треугольником и квадратом. Как и большинство дверей здесь это были обычные двери, даже ручки имелись, вполне привычные, функциональные ручки. К каждой двери подходила своя дорожка.
На всякий случай Лис подёргал за ручки, чтобы убедиться, что они закрыты. Как и на всех подобных дверях, тут не было видно никаких отпирающих устройств: ни замочных скважин, ни прорезей для магнитных карточек, ни клавиатур набора кода. Вообще идея Сварога с чирканьем пальцем по геометрической фигуре на двери начинала казаться Лису весьма интересной. Действительно, кто может догадаться, что дверь отпирается рисованием пальцем, скажем, на треугольнике, нанесённом на дверь? Лис отметил, что на дверях в камеры, где держали его и Творцов, таких рисунков не было. Там возможно, ключом служило определённое устройство, подносимое к двери, или же замки имели дистанционную блокировку. Это подтверждал прибор типа ПДУ, который он видел у Инглемаза.
Сварог не раскрыл секрет «рисовальных» замков своему собственному Иуде. Поэтому единственное, чего пока не понимал Лис, было то, как Инглемаз проник в локальный центр управления? Когда туда приводили Лиса, то очки с него сняли уже внутри, поэтому он не видел, есть ли соответствующие знаки на той двери.
Прежде чем отправиться выполнить конечное задание Сварога, Лис, даже несмотря на поджимающее время, не мог удержаться, чтобы не бросить взгляд на странную равнину за стеклом оранжереи.
Разглядывая нагромождение каменных и ледяных глыб, отливавших мертвенным грязными оттенками мрачных цветов, Лис подумал, что это место вполне может быть расположено на спутнике одной из планет-гигантов Солнечной системы. Во всяком случае, Лис помнил подобные картинки предполагаемых видов со спутников этих планет, которые он видел давным-давно в научно-популярных изданиях. Огромный шар над горизонтом, судя по цвету полос и большому пятну, очень походил на Юпитер. Значит, сад мог находиться на любом крупном спутнике этой планеты-гиганта. Почему-то у Лиса моментально возникло название «сад Ганимеда», хотя он не стал бы утверждать, видит сейчас пейзаж именно этого спутника самой крупной планеты, вращающейся вокруг Солнца. Просто он помнил что четыре самых больших спутника Юпитера, открытые ещё Галилеем, называются Ио, Ганимед, Европа и Каллисто, но почему-то слово «Ганимед» понравилось ему больше других.
Вообще, судя по тому, что он пока видел, Лису стало совершенно ясно, что система коридоров и комнат, в которой располагалась его тюрьма, и которая вела к таинственному Центру, была раскидана между разными точками пространства или пространств. Точки этим могли находиться где угодно, что красноречиво подтверждал пейзаж за окном. Лис давно уже недоумевал, чем обусловлено такое устройство помещений, в которых он оказался. Например, для чего этот сад на каком-то богом забытом спутнике? Чего добивался строитель, создавая именно здесь участок своей, так называемой, резиденции? Зачем Сварогу понадобилось именно так всё организовать, Лис мог только гадать. Ответов на подобные вопросы для него пока не существовало, или не существовало вообще.
Правда, одно было понятно: если отключить каким-то образом нужную точку или зону перехода, то, например, данный участок этого комплекса помещений оставался изолированным на далёкой планете. Лис подумал об этом и похолодел. Если за ним следили те, кто мог управлять системой переходов, то, вполне возможно, что он уже заперт на луне Юпитера. Почему-то Лис был уверен, что гигантский шар, видимый из окон, и есть эта планета.
Хотя нет, он вспомнил, что Сварог говорил, что имеющиеся точки перехода, те, которые он уже видел, отключить можно только из самого Центра или же так, как была отключена последняя. Но таких, отключаемых на месте точек и зон, очень мало, они не позволят разорвать целостность коридоров резиденции.
Насколько Лис уже знал, Творцы не успели организовать космические полёты с Земли, поэтому Сварог мог осуществить подобные проекты только с помощью Центра, в который силою обстоятельств он готов был теперь впустить и своего вынужденного союзника.
Но в данный момент мотивы действий Сварога как архитектора резиденции представляли для Лиса чисто академический интерес. Подобные гипотезы не помогали ему решить главную сейчас задачу: найти Монру и Терпа.
По краткому общению с представителем шаровиков, взломавшим его узилище, Лис понял, что они были не прочь повторить план Инглемаза и завладеть тем, что называется Центром. Однако по тому, что покойный Кормад называл это место «центром управления», Лис предполагал, что об истинном значении этого артефакта или «Центра» с большой буквы, шаровики по-настоящему не догадываются. Тем не менее, они прекрасно осознали, что, заполучив личность, против которой боролся их «Главный Помощник», они получат принципиально новые сведения как о мире Земли, так и мире вообще. Главный Помощник не мог помочь им овладеть такими знаниями, и шаровики решили пустить его в расход. Эту часть их плана Лис не мог не приветствовать всей душой.
Внимание Лиса привлёк некий объект снаружи. Он присмотрелся.
Метрах в двадцати за окном, у которого он сейчас стоял, находилась небольшая площадка, очень похожая по общему виду на полукруглый участок, через который Лис перепрыгнул при входе. Сама по себе площадка не представляла интереса, и бросалась в глаза только своими чёткими формами среди каменного крошева, покрывавшего ближайший относительно ровный участок поверхности неизвестной планеты. Но зачем-то она располагалась там.
Позади в кустах раздался шорох. Лис обернулся и присел, готовый к стрельбе, но шорох не повторился, да и не могло там быть никого. Очевидно, выпрямилась какая-то отогнутая чуть раньше им самим ветка, и Лис снова повернулся к окну, пытаясь рассмотреть, что же валялось на площадке.
Там, слегка вываливаясь за её пределы, лежала какая-то горка тряпок и чего-то, странно напоминавшего кровавое мясо. Это было довольно неожиданно: безжизненная гористая местность явно лишённая воздуха — и что-то, что недавно, похоже, было человеком, поскольку больше всего куча напоминала изуродованное человеческое тело. Однако расстояние до странной площадки и направление освещения не позволяли рассмотреть останки лучше. Лис пожал плечами и повернулся, чтобы направиться к двери, ведущей в Центр.
Уже раздвигая ветки ближайших кустов, которые выглядели совершенно обычным земным орешником, Лис ещё раз обернулся бросить взгляд на космический пейзаж, открывавшийся за окнами. Интересно, кто нашёл своё последнее пристанище на этом подиуме посреди каменистой пустыни?
У Лиса стала вырисовываться смутная догадка относительно назначения этого устройства. Вероятно, это была какая-то ловушка. Лис только теоретически мог представить как погибает человек в безвоздушном пространстве и что происходит с останками, но, судя по их внешнему виду, и брызгам, похожим на брызги крови, ему казалось, что тело попало туда совсем недавно.
— Руки!!! Стоять!!! Не двигаться!!! — Лиса чуть не подбросило от дикого крика, раздавшегося из искусственной чащи.
— Руки за голову!!! — проорал приказ неизвестный, мягко переступая ногами по опавшей листве и хвое. — Не поворачиваться! Бросить оружие и десять шагов вперёд!
Голос подрагивал от возбуждения и напряжения, очевидно притаившийся в кустах очень нервничал. «Но подкрался он тихо, профессионально, нечего сказать», — с невольным уважением подумал Лис, — «а я-то, идиот, уши развесил! Ганимед! Европа! Каллисто! А Сварог, блин, утверждал, что сюда никто посторонний попасть не может…»
Лис мягко бросил лучемёт на песок и сделал десять шагов в сторону окна, продолжая гадать, кто устроил на него засаду. Явно не Инглемаз, поскольку Лис знал его голос, а шаровики при всей похожести поведением на людей, отличались достаточным спокойствием реакций, они никогда не стали бы так орать. Приказания же незнакомца отдавали истеричностью, что, впрочем, не помешало ему грамотно подкрасться.
Держа руки на затылке, Лис медленно повернулся. Из кустов на песчаную площадку выбрался молодой парень в костюме, наставляя на Лиса автомат Калашникова. Лис узнал парня: это был его сосед по заднему сиденью, которого водитель «волги» назвал, кажется, Лёхой. Парень с изумлением косил на ландшафт, расстилавшийся за огромным окном, однако, несмотря ни на что, уверенно держал автомат.
«Автомат — это серьёзно», — подумал Лис. Как вариант он быстро прокрутил возможность прыгнуть в сторону и одновременно выстрелить микрогранулой, но это был бы почти беспроигрышный вариант, если бы парень был вооружён лучемётом. Защита брони, как уже проверялось, дала бы вполне достаточно времени, уложить парня из оружия Сварога, тем более, что сам он вообще не имел доспехов. Пули же из АКМ, и Лис это прекрасно знал, изрешетят его и в броне. Кроме того, даже если он успеет выстрелить сам, он может пострадать от взорвавшихся в магазине патронов. Пока ему просто везло на этот счёт.
— Суки, суки! — злобным, но дрожащим голосом продолжал говорить парень. — Откуда вы взялись, блядь? Оружие какое-то, бронежилеты нацепили, а против «калаша» — херня. Я там, в гараже, двоих твоих положил, блядь, понял?!! — неожиданно снова заорал парень, очевидно, стараясь криком приободрить самого себя.
— Ну, вот за это — спасибо, — негромко сказал Лис. Ещё два шаровика долой — это было ему на руку.
— Ну, чё, сука?! — За нарочитой агрессивностью парень явно старался скрыть собственный страх. — Где твои остальные? Шар твой где, блядь?! Говори!!
Он, конечно, как и все остальные охранники-люди, всех в серых доспехах принимал за шаровиков, с которыми, они столкнулись лишь сегодня. Тем более что лицо Лиса было прикрыто непрозрачным снаружи щитком. Как бы угадав его мысли, парень приказал:
— Ну-ка, лицо открой, падла!
Лис медленно высвободил руку из-за головы и поднял забрало шлема. Парень явно не узнал его в кровавом гриме.
Двигая рукой, Лис вполне мог активировать микрогранулу, но его кроме опасения взрыва магазина, удержала ещё одно соображение. Лис решил попробовать договориться. Плевать ему было на указания Сварога не вступать ни в какие переговоры с охраной — сейчас союзник ему не помешал бы. Можно снять броню с шаровиков в коридоре и одеть этого охранника. Хоть та броня и дырявая, а всё-таки…
— Кто вы, блядь, сволочи? Откуда взялись? — с надрывом крикнул парень и, видимо, не в силах сдерживать любопытство, кивнул на пейзаж за окном: — Что это за место, блядь?
«Всё, кажется, понятно», — подумал Лис. Шаровики гонясь за Инглемазом, вышли в обычное земное помещение (что там, у Сварога, было — дом, коттедж?) и с ними впервые встретились простые охранники. Конечно, они были, мягко говоря, удивлены, но, видимо, не полностью растерялись и вступили в бой. Если бы простые пули не пробивали броню Творцов, то исход сражения был бы очень быстрым, а так охрана смогла оказать сопротивление, на которое шаровики не рассчитывали. Неужели они так и не узнали, что броня хороша только против лучевого оружия, ну, разве что, против лука, а так… Обычная ошибка, имеющая следствием привычку.
С оружием парень явно умел обращаться и мог бы сейчас очень пригодиться Лису. В сущности, совершенно простой парень, ну, воевал где-то, как сейчас пишут в газетах, в «горячих точка», но что он видел и какие выводы и обобщения может делать? Образования, наверняка, почти никакого, хорошо, если десять классов, да и то, конечно, учился кое-как. Если бы его встретили мифические инопланетяне, то, скорее всего дали бы определение, как в иных фантастических романах — «ограниченно разумный».
— Послушай, — мягко сказал Лис, — я тебе всё объясню. Давай поговорим.
Он попробовал сделать шаг вперёд, но парень угрожающе затряс автоматом:
— Стой, блядь, где стоишь! Я в десанте служил, уложу сразу, блядь!
— Да ну что ты всё блядь, да блядь! — примирительно сказал Лис. — Прямо, как в анекдоте, слыхал? Там слепые идут по лесу, одному — бац, ветка в глаз. Он: «Ой, блядь!» А второй: «Здравствуйте, девочки, здравствуйте!»… Если хочешь, расскажу, но сам я не блядь вовсе! Я такой же человек, как и ты, ты меня просто не узнаёшь. Вы же привезли меня сегодня днём! Я даже помню — тебя, вроде, Лёхой зовут. А эти с шарами — они и мои враги, между прочим.
Парень сглотнул слюну и в его глазах неожиданно мелькнул интерес.
— А, ну-ка сними шлем! — потребовал он.
Лис повиновался, и парень пристально уставился на него.
— Лицо у меня в крови, я его специально вымазал, чтобы эти, если что, меня за своего хоть в первый момент приняли. Я их уже троих, если не пятерых замочил! — Лис старался говорить простыми и, как ему казалось, наиболее близкими сознанию парня фразами. — Шеф этих, что с шарами, шаровиков, то есть, ну и вроде как и ваш шеф, как вы думали, заставил меня придти к нему. Ему информация от меня нужна. На самом деле, вашего-то настоящего шеф он подставил, и тот сейчас скрывается.
Лёха заколебался.
— А кто это такие тогда? Инопланетяне, что ли?
— Не совсем, но почти… Лёха, ты успокойся, давай действовать вместе! Лёха напряг мозги, не выпуская Лиса из прицела. Наконец он приказал:
— Садись на землю! Рассказывай, кто они такие и кто ты такой!
Лис вздохнул — он терял драгоценное время, но приобретение хоть и туповатого, но, возможно, неплохо подготовленного союзника стоило того. Да и этот туповатый парень сейчас держал его под прицелом автомата.
Лис сел на песок.
— Лёха, ведь правильно? — как можно мягче спросил он, и, видя, что парень нервно моргнул, услышав своё имя, повторил: — Видишь, я даже запомнил, как тебя зовут… Выпить хочешь?
Парень снова откровенно сглотнул, и Лис по-настоящему осознал, как напуган «крутой» десантник. Напуган кучей неизвестного, свалившегося на него в одночасье, неизвестного, намного превосходившего уровень его понимания.
— Давай хлебнём немного — мне тоже, кстати, не помешает, и поговорим. Расскажем друг другу, что знаем. Я хоть тут и понимаю кое-что, но немного больше твоего.
— Предупреждаю, — продолжал ершиться парень, — чуть что — стреляю!
— Договорились! — кивнул Лис. — Я только бутылочку достану — ты уж не стреляй.
Он очень медленно двумя пальцами полез рукой в боковой карман доспехов и вытащил «REMY MARTIN». Пока выполнялось это действие, Лёха напрягся, к страшному неудовольствию Лиса елозя указательным пальцем по спусковому крючку. Когда на свет действительно появилась бутылка, парень заметно обмяк и Лис вздохнул с облегчением.
На, промочи горло! — Он хотел бросить бутылку парню.
Тот уже сделал, было, движение, готовясь ловить коньяк, но вдруг сообразил:
— А ну-ка, глотни сперва сам! А то, может, у тебя там отрава какая?
— С удовольствием, — усмехнулся Лис, — нет проблем!
Он свинтил пробку, которая оставалась ещё нетронутой, и действительно с удовольствием сделал пару глотков. Обжигающая мягкость французского коньяка пролилась по пищеводу.
— М-м? — Лис вопросительно посмотрел на парня.
Лёха несколько неловко кивнул, соглашаясь. Лис завинтил пробку и лёгким движением перебросил бутылочку. Парень поймал и тоже с заметным наслаждением припал к голышку.
Сейчас Лис легко мог выстрелить. Он уже приноровился к действию и к сектору поражения вживлённых ему устройств, однако не стал этого делать. Лёха отпил и поставил бутылку рядом с собой. Лис усмехнулся.
— Говори, ты кто? — потребовал парень.
Лис кивнул и начал рассказывать, по возможности доступнее для понимания Лёхи. Он, конечно, предпочёл бы узнать сперва его историю и, самое главное, как он попал именно сюда, но Лис пока не мог этого требовать. Втиснув в пятиминутный дайджест всю историю своих взаимоотношений с Инглемазом и Сварогом, а также эпизоды своей жизни в мире Граней, Лис перевёл дух и посмотрел на Лёху. Судя по всему, рассказ его удовлетворил, и, главное, захватил. Глаза парня загорелись, но он, тем не менее, задал вопрос:
— А откуда я знаю, что тот хозяин, о котором говоришь ты, действительно настоящий?
Лис невольно усмехнулся: не такой уж Лёха дурак, вопрос поставлен правильно.
— При прежнем, настоящем хозяине, шаровики на вас не нападали. Вы вообще не знали, кто это такие. Я пытаюсь восстановить статус кво, то есть, всё, как было. Помогаю вашему прежнему хозяину, которого подставили. А с нынешним и с теми, кто с шарами, у меня давние счёты.
Лёха задумался, переваривая полученную пищу для мозгов. Ясно, что, несмотря ни на что, его мозгам требовалось более лёгкое, так сказать, диетическое питание.
— Слушай, — сказал Лис доверительно, — нам сейчас нужно вместе выбраться отсюда, так будет надёжнее. Ваш прежний хозяин кое-что мне рассказал, а нынешний этого просто не знает. На то, что шаровики восстанут против Инглемаза, мы не рассчитывали, поэтому настоящий владелец всего этого, — Лис показал вокруг, — мне тоже не всё рассказывал. Чтобы нам выбраться сейчас, мне не помешало бы знать побольше. Расскажи мне, как ты здесь оказался.
Лёха неожиданно согласился. Видимо напряжение ситуации и её фантастичность сделали своё дело. Лису показалось, что, несмотря на нелестную характеристику, которую он мысленно дал этому парню, тому явно хотелось понять и осознать, что же происходит, а также просто выговориться. Сбивчиво и путано Лёха начал рассказывать.
Все охранники, а их было ни много, ни мало десять человек, дежурили в коттедже и в гараже. Неожиданно появился хозяин, за которым гнались двое неизвестных. Всё произошло очень быстро: шаровики, видимо, не рассчитывали на серьёзное сопротивление охранников-людей и послали только двоих, которых люди застрелили прямо в гараже, потеряв одного человека.
Несмотря на сбивчивость рассказа, Лёха отметил тот факт, что хозяин был удивлён, что пули «простого Макара» пробивают броню. Сначала он вообще хотел бежать, но потом достал три припрятанных в доме автомата и решил штурмовать секретные комнаты, как Лёха называл внутренние помещения резиденции, то есть, терминала Центра.
Лёха с автоматом и ещё один парень были оставлены охранять дом и гараж. Вполне вероятно, решил Лис, что Инглемаз опасался прорыва Сварога самым обычным способом, поэтому и не взял с собой всех охранников. Однако Лис подумал, что, видимо от отчаяния, Инглемаз может совершать и довольно смелые поступки. А, действительно, куда ему было деваться? С одной стороны Сварог, с другой шаровики.
Лёха и второй оставленный охранник ждали, как и было приказано, в гараже. Примерно минут через тридцать из двери, через которую ушли хозяин и остальные, вывалился обожжённый Витёк (как понял Лис, это был водитель «волги») и, прохрипев, что «те, с шарами» наседают, откинул концы.
Лис отдал должное Лёхе и его напарнику, оставленным в гараже. Они не бросились бежать, а решили, что кто-то должен отправиться на помощь хозяину. Конечно, не последнюю роль тут сыграли хорошие деньги, которые, как Лис уже знал, перекрывали все мыслимые зарплаты в нынешней России для людей такого уровня, но всё-таки парни, по его мнению, проявили смелость. Полностью без охраны дом они оставить не решились и, кинули на пальцах, кому идти. Первым выпало напарнику Лёхи. Когда он ушёл, Лёха подождал ещё полчаса, не выдержал и тоже вошёл в необычную, как оказалось, дверь. Он вошёл туда в полной уверенности, что входит в нечто вроде лифта, а вышел уже в саду, где и столкнулся с Лисом.
Лиса это немало удивило. Как он уже понимал из объяснений Сварога и из своей небольшой «практики», двери с несколькими фигурами либо вели в помещение, из которого, как из сада Ганимеда, было несколько выходов или точек перехода, либо помещение за дверью само являлось перенастраиваемой точкой перехода. Но кто мог перенастроить точку, которой воспользовался Лёха? Вполне допустимо, что это мог сделать Инглемаз, когда пытался произвести манипуляции с локального пульта. Сварог упоминал о такой возможности, но был уверен, что без специальных знаний это сделать почти невозможно. Однако «почти» не означает «совсем», а на старуху, и даже на старика, проруха бывает, и не раз, как показывает жизнь.
Гадать можно было долго, но сейчас это не имело значения. Из рассказа Лёхи Лис получил любопытную информацию. Если Инглемаз решил напасть на шаровиков с семью людьми, оставив ещё двоих в коридоре, то это подтверждало, что шаровиков осталось не так уж много. Возможно, конечно, что Инглемаз рассчитывал на внезапность атаки и на неожиданно открытую эффективность огнестрельного оружия против серой брони. Судя по трупам, которые пока видел Лис, у Инглемаза сейчас могло остаться максимум шесть людей, считая и сидящего здесь парня. Сам Лис ликвидировал не менее четырёх шаровиков, плюс двое убитых перед входом в оранжерею — итого шестеро. Ещё трое ранены, по меньшей мере. Они, конечно, могут заменить тела, но тела надо иметь. Сколько же шаровиков могло остаться? Ну, максимум пять-шесть, не больше. Эх, ещё бы пару микрогранул — и вопрос можно было считать закрытым.
Тем не менее, у него созрел новый план. Инглемаз настолько не хочет бежать из помещений терминала, что готов рисковать даже собственной шкурой. Если в данное время он и шаровики, которых стало существенно меньше стараниями как охранников-землян, так и самого Лиса, всё ещё ведут бои в коридорах, то почему бы не напасть на них с тыла?
Самому Лису было всё равно, на кого нападать, он не отказался бы в этой ситуации перебить и тех, и других. Ясно, что Лёхе вряд ли понравится, если они будут действовать против его товарищей. Поэтому Лис представил дело так, что следует уничтожить шаровиков, а Инглемаза захватить в плен. Если они сделают это, уверял он парня, то настоящий хозяин, Сварог, будет настолько им благодарен, что отвалит деньги, которые и не снились.
— Как думаешь, а на новый «паджерик» хватит? — совершенно серьёзно спросил Лёха, сверкая глазами. Удивительно, но он, похоже, всецело поверил рассказу Лису.
— На что? — не понял Лис.
— Да ну на «Мицубиси-Паджеро», на джип? Чё, не знаешь?
— А, — улыбнулся Лис. — Уверен, хватит не на один джип! — Слушай, — Лёха давно уже опустил автомат, — а в этот твой мир с гранями…
— Мир Граней, — совершенно серьёзно поправил Лис.
— Ну, в мир граней, туда можно будет? Это надо же — планета гранёная! Прямо как стакан! — Парень захохотал.
Лис вздохнул про себя: за пятнадцать лет он до такого сравнения не додумался. Дурак дураком, а губа не дура — запросы растут прямо на глазах. Лис не любил обманывать, но тут был именно тот случай, когда не обманывать нельзя.
— Почему нет, — сказал он, — мне и там нужен будет напарник. Мы это обсудим. Я тебе расскажу всё, что требуется…
— Да мы же там заживём, как короли! — Лёхина рожа расплылась в улыбке. — За нас! — Он подхватил бутылку с песка и, сделав приличный глоток, перебросил её Лису.
— За нас, но сейчас надо здесь дело сделать! — наставительно сказал Лис. Он аккуратно хлебнул коньяка и завернул пробку.
— Слушай, а, может, ну их всех — и этого настоящего хозяина, и самозванца? Хлопнем всех разом и сами всё замутим, а?
— Что — замутим? — удивился, не поняв, Лис.
— Ну, если там всё так, то это же можно… Да, чё там джипы… мы можем так всё устроить!
«Ну и ну», — подумал Лис, — «и как быстро соображает».
— Это мы тоже обсудим, когда закончим с шаровиками и Инглемазом. Зачем делить шкуру неубитого медведя?
— Верно, верно! Давай, говори, что сейчас будем делать. — Лёха даже заёрзал на песке от нетерпения.
Лис вздохнул. Нет, всё-таки дурак, жадный, продажный, но при этом смелый. Это очень плохо, или не смелость это, а та же глупость? Что-то он, как и Сварог, стал ошибаться, выбирая даже сиюминутных напарников… В общем, напарник, конечно, нужен, но один заряд микрогранулы нужно будет приберечь: неизвестно, что ему в башку взбредёт в самый неподходящий момент, особенно, если они доберёмся до Центра и он поймёт что-то ещё.
— Значит так, — сказал Лис, — нам сейчас надо дойти до одного места, куда хочет попасть этот самый Сварог…
— Да зачем он нам нужен? — удивился Лёха. — Давай сами без него!
— Если бы я тут всё знал! — деланно посетовал Лис. — Он мне рассказал только, как сделать так, чтобы сюда попал он.
— Ну, а мы вызовем его, возьмём за яица — и заставим всё рассказать! — не унимался Лёха.
Лис снова вздохнул. Глупый, жадный, подлый — или он, Лис, совсем разучился понимать людей Земли, или ему просто в этом пока не везёт.
— Но для этого всё равно надо до Центра добраться, а там прикинем хер к носу!
— Ну, так давай, двигаем! — воодушевился Лёха.
Он ещё хватил из бутылочки, оставив Лису совсем немного. «Как-то быстро он захмелел», — подумал Лис. — «Алкоголик, что ли, а, может, и наркоман?»
Куда подевались страх и нервозность, с которыми парень выскочил из зарослей. Очевидно, в лице Лиса он обрёл некое понимание ситуации, и мир снова стал для него простым и понятным: вот богатство, да ещё и невиданное, вот путь его достижения, да ещё, вроде, не слишком сложный. Могут убить? Ну, так его и в десанте могли убить, и совсем бесплатно, а тут риск оправдан тысячу раз.
«А тебе, наверное, ещё и просто интересно, любознательный ты наш», — подумал Лис. Хорошее качество — любознательность, по земным теориям (как оказывается, ошибочным) она из обезьяны человека сделала, вот только проблемы с напарником у него возникнут, и очень скоро.
— Сейчас мы пойдём к Центру. Мне рассказали, как туда войти…
— Кто это — «рассказали»? — неожиданно подозрительно спросил Лёха.
— Что значит — кто? — не понял Лис. — Я же говорю: настоящий хозяин, Сварог.
— А почему ты говоришь «рассказали», как будто кто-то не один? — не унимался парень.
— Да просто я так сказал, не цепляйся к словам. Так вот: там, скорее всего, засада шаровиков. Мы появимся у них за спинами, нас они оттуда не ждут. Сразу начинай стрелять.
— А, может, лучше подобрать этот, как его, лучемёт? — парень кивнул куда-то в сторону.
— Вот броню тебе нужно подобрать, а лучемёт — лишнее! Твой АКМ куда эффективнее. У меня же ещё есть пистолет. Вот, у вашего убитого подобрал. — Лис вытащил ПСМ и показал Лёхе.
— Вована «пушка»! — вытаращил глаза парень. — А ну, руки за голову, блядь!
— Я же говорю: у убитого подобрал, — Лис специально взял пистолет за ствол.
— Руки за голову, я сказал! Брось оружие! — Автомат снова смотрел Лису в грудь. — Может, ты сам его убил? — глаза Лёхи начали звереть.
Похоже, он моментально переходил из одного настроения к другому. Дурак, жадный, подлый и к тому же — псих. Букет сложных качеств…
— Лёша, ты чего? — успокаивающе сказал Лис. — Я же тебе говорил, что видел ваших убитых в коридоре. Зачем мне врать?
— А я не знаю, зачем? — Лёха встал, отходя на несколько шагов и держа Лиса на прицеле. — Вот мы сейчас и проверим. Вставай!
Лис поднялся. «Всё-таки придётся истратить заряд», — подумал он. Не прошёл Лёха конкурс на звание напарника.
— Сейчас поведёшь меня в Центр и покажешь, как там управлять…
— Лёша, я не знаю, как управлять Центром, я могу только вызвать Сварога.
— Ну, Сварога этого вызовешь — я его, блядь, говорить заставлю!
— Не слишком много ли на себя берёшь, бонопартик? — не выдержал Лис, и сейчас же под грохот автоматной очереди у его ног взлетели фонтаны песка. Лис отшатнулся, зажмуриваясь.
— Не смей так со мной разговаривать, пидар! — Лёха, естественно, не понял про «бонопартика», но уловил, что над ним издеваются. — Я его заставлю говорить, а если надо и тебя! Я боевиков в Чечне говорить заставлял! Они у меня тоже с «чеченским галстуком» походили!
«Ко всему ещё и садист», — подытожил Лис. — «Я просто потерял время».
— Не прав ты, Лёша, — с сожалением сказал он. — Надо больше доверять людям и быть с ними мягче. Так ведь к тебе никто не потянется, а чтобы работать в одиночку, нужен интеллект. А у тебя его нехватка. Знаешь такое слово — интеллект?
Оказалось, Лёха такое слово знал, потому что он вдруг криво усмехнулся и спросил:
— Это у тебя, что ли, есть интеллект? Был бы, не рассказывал, кому не попадя такие вещи, дурак.
«Ну, вот, я ещё и дурак», — подумал Лис, — «хотя в чём-то он, может быть, и прав».
— А меня таких планов, как у тебя, никогда не было — миром порулить.
— Давай так: базару поменьше. Я сейчас пойду, проверю там, в коридоре, — Лёха кивнул на дверь.
— Я запер её, — вздохнув, сказал Лис.
— Как открыть? Мне броня нужна как у тебя, — потребовал парень.
— Лёша… — начал Лис.
Новая короткая очередь заставила его снова зажмуриться. Пули легли сантиметрах в десяти от ног.
— Я у тебя что спросил? — шипящим голосом осведомился Лёха. — Как открыть дверь?
Лис вздохнул. Что ж, пусть идёт, если верить Сварогу, тут можно сэкономить заряд.
— Проведёшь пальцем по фигурам, — Лис показал, как, — дверь и откроется.
— Ага, я вас всех заставлю говорить! — ехидно сказал Лёха, — Жить-то хочется!
— Ещё как! — в тон ему кивнул Лис.
Охранник приказал ему отступить к окну. Наставляя АКМ одной рукой на Лиса, он подобрал пистолет и лучемёт, и, не спуская с противника глаз, направился к двери. Лис с сожалением смотрел на него: больше всего ему было жаль оружия.
Будущий повелитель миров Лёха поставил ногу на первую ступеньку, и ничего не произошло. Скаля зубы в ехидной улыбке, он занёс вторую ногу и оказался полностью на лесенке, которую Сварог строго наказывал избегать. АКМ он легко держал в вытянутой руке, целясь в Лиса.
Как только парень оказался полностью стоящим на ступеньках, он вдруг исчез, даже не успев крикнуть. Правда, исчез он не совсем беззвучно. На песок дорожки с лёгким стуком упала отсечённая чуть ниже локтя правая рука, всё ещё сжимавшая автомат. Из срезанных, словно большой бритвой сосудов, ударила, моментально уходя в песок, кровь, но её было немного.
На большинстве точек перехода, с которыми сталкивался Лис, поле переноса как бы охватывало обрабатываемый объект в любом направлении, повторяя его положение в исходном физическом пространстве. Там можно было не бояться наклониться в сторону, стоя, скажем, на круге. Здесь же, судя по всему, поле было жёстко конфигурировано в вертикальной проекции. Потому и рука осталась здесь, отказавшись отправиться вместе со своим бывшим хозяином. Однако Лис подозревал, что там, куда отправилось основное тело, его не ожидало ничего хорошего. Он уже догадался, куда происходит перенос с этих ступенек.
Чтобы подтвердить свои предположения, Лис повернулся и посмотрел на унылую каменно-ледяную равнину. На площадке за окном под тоскливым светом Юпитера прибавилась вторая кучка тряпья, от которой шёл парок быстро улетучивающейся в безвоздушном пространстве влаги. Теперь Лис понял, что первая кучка, видимо, принадлежала напарнику Лёхи, попавшему сюда первым. Естественно, тот охранник быстро осмотрел помещение, никого не нашёл и направился к двери. По ступенькам.
Непонятно только, почему они попали сюда? Если Лёха ничего не напутал, то, судя по двери, в которую они входили, и попасть они должны были туда, куда раньше попадал Лис. Это пока оставалось загадкой, ну, да чёрт с ней.
«Эх, Лёха, Лёха, как тебе там плохо», — подумал Лис, даже не зная, что почти точно повторил слова довольно известного одно время советского эстрадного хита. Когда эта песенка гремела, Лиса на Земле не было.
— А я тебе говорил, дурак: не ходи никуда, — сказал Лис с невольной усмешкой, вынимая автомат из скрюченных пальцев Лёхи. — Одним потенцуиальным властелином мира меньше.
Он пожалел, что запасной магазин остался у его несостоявшегося напарника — Лис видел, как обойма оттопыривает карман его пиджака. Почему-то Лёха не примотал магазины друг к другу, как обычно делают десантники. Видимо, не успел, или липкой ленты под рукой не оказалось.
Лис пересчитал оставшиеся патроны. Упражняясь в его запугивании, Лёха расстрелял почти полмагазина. Ну ладно, и то — вперёд!
Он собрался с духом и открыл нужную дверь. Эта точка перехода срабатывала сразу по закрытию двери, к которой следовало стоять лицом, чтобы при переносе он оказался также лицо к двери в Центр. Сварог сказал об этом, и Лис успел подготовиться к перемещению. Дело в том, что если он рассчитывал правильно, ему следовало оказаться к двери в Центр спиной, чтобы сразу увидеть, что происходит в коридоре.
Он очутился в отрезке коридора, который с одного конца имел дверь, соответствующую описаниям Сварога, а с противоположного стороны оканчивался тупиком. В метре от глухой гладкой стены шла знакомая синяя полоса, отмечавшая зону переноса.
Лис рассчитал правильно. Совсем недалеко спиной к нему стояли двое шаровиков, держа синюю полосу под прицелами лучемётов. Они, вероятно, почувствовали движение воздуха, которым сопровождался любой перенос, и уже начали поворачиваться, когда Лис нажал на спусковой крючок. Две короткие очереди практически в упор — и шаровиков швырнуло на пол. Они были убиты сразу, но в магазине после этого осталось патронов всего на одну хорошую серию. Лис подумал, установил переводчик огня на одиночные выстрелы и закинул автомата на плечо.
Подойдя к кнопке управления точкой перехода, которая также располагалась здесь на стене, Лис отключил переход во избежание появления не прошенных гостей.
— Пока всё получается сравнительно легко, — сказал он вслух. — Тьфу-тьфу!
Следуя указаниям Сварога, он открыл дверь и вошёл в уже знакомую маленькую комнату, которая и в данном случае (он в этом не сомневался) являлась точкой перехода. Дверь за ним закрылась сама.
— Главное — ничего не пугайся! — сказал Сварог во время инструктажа. — Центр никого не убивает — в Центре можно только самому убить себя. Так что, если не делать глупостей, ничего не случится.
— Тогда надо дать определение глупостям, — возразил Лис. — Ты же сказал, что несколько ваших погибли в своё время.
— Правильно, но тогда мы вообще не знали, что можно, а что нельзя делать, мы совались, куда не попадя. А тебе и делать-то почти ничего не надо: я объясню то немногое, что необходимо. Когда войдёшь, тебя перебросит в место, которое мы назвали «Контактный терминал». Там несколько странно, но не обращай внимания на необычность окружения, а оно с первого раза может показаться очень необычным. Правда, у разных людей, попадавших в Центр, общая картина может отличаться: даже если туда зайти вдвоём, всё равно увидишь разное. Но, скорее всего, у тебя под ногами будет обозначена дорожка — это практически неизменный атрибут. Следуй по ней, но только не сходи в сторону, ни в коем случае! Ты дойдёшь непосредственно до «терминала распоряжений» — это будет вроде круглой площадки, на которой и закончится дорожка. Это почти всё. Когда окажешься на площадке, представь себе, что необходимо задать пространственные координаты. Ты ведь знаешь письменность Творцов?
— Естественно, — кивнул Лис, — но я не знаком с таким понятием, о котором ты говоришь. И, самое главное, где я должен задать эти самые пространственные координаты.
— Вот, смотри, — Сварог взял простой лист бумаги и написал с десяток символов. — Это и есть координаты места, где мы сейчас находимся. Тебе это следует запомнить и не ошибиться.
— Я запомню, — пообещал Лис, — но я ничего не понимаю…
— Да не требуется от тебя понимать, то, что это значит, — несколько раздражённо сказал Сварог. — На площадке перед тобой появится… ну, нечто вроде светлой поверхности. На ней и надо будет написать эти координаты… Просто пальцем написать, — добавил Сварог, видя уже готовый вопрос Лиса.
— Угу, — кивнул Лис, — но я не понимаю вот чего: почему символы этих координат даются на языке Творцов? Ты же говорил, что Центр — это не ваша штучка?
— Так оно, но ответа на этот вопрос я не знаю. Центр каким-то образом распознаёт тех, кто с ним взаимодействует и использует нужные символы. Я думаю, если ты переведёшь эти буквы и цифры в русские эквиваленты, он тоже выполнит распоряжение. Но лучше не переводи, чтобы не ошибиться, — усмехнулся Сварог. — Ну а когда сделаешь это, то всё остальное по поиску заданной в пространстве точки и установлению перехода Центр выполнит сам. Можешь там меня и дожидаться.
Как только дверь за Лисом закрылась, свет погас, но в темноте он не остался. Это было совершенно необычное состояние: вокруг, действительно, было совершенно темно, то есть, просто не было вообще ничего, или Лис ничего не видел, но это должно было бы означать, что вокруг нет света. Но самым поразительным было то, что Лис видел себя, как будто из всего окружающего пространства освещался только тот объём, который занимало его тело, однако источник света отсутствовал.
Вытянув руку, Лис мог видеть её так же хорошо, как если бы светили мощные лампы, но никаких ламп не было. Ощущение было не то, чтобы неприятным, а настолько противоестественным обычным привычкам человеческого существа, что в первый момент Лис испытал даже нечто вроде головокружения, хотя никогда не жаловался на свой вестибулярный аппарат.
Лис присел и попробовал пощупать пол. К его изумлению пола не было, вообще не было ничего, на чём можно было стоять. Он находился в совершенной пустоте, но, тем не менее, не в невесомости. Он чувствовал направление верх-низ, однако, отсутствие каких-либо пространственных ориентиров вызывало ощущение, что чёрное пространство вокруг медленно начинает вращаться.
Его окружал полный мрак, в котором он не видел ничего кроме самого себя, выхваченного из пространства невидимым лучом невидимого бестеневого прожектора. Могло возникнуть предположение, что что-то или кто-то внимательно рассматривает нового посетителя.
Никакой, описанной Сварогом «дорожки» пока не было. Лис замер, справедливо ожидая развития событий, так как всё равно двигаться было некуда, а экспериментировать после предупреждений Сварога ему не хотелось. Одновременно он прислушался к своим ощущениям, однако часто упоминающихся аллегорий типа «он почувствовал, словно невидимы пальцы ощупывают каждую клеточку его мозга» в этот самый мозг не приходило.
Вдруг мрак начал менять оттенки. Лису показалось, что темнота заколыхалась чёрными, тёмно-фиолетовыми и тёмно-бордовыми волнами. Это тоже было не слишком приятно, потому что он как бы не стоял ни на какой поверхности и органам чувств не за что было «ухватиться».
Неожиданно Лису стало легче сохранять равновесие: прямо перед ним в чёрной пустоте возникла туманно-светящаяся лента шириной около метра. Она не имела чётких границ и больше всего напоминала по своей структуре брошенный под ноги Млечный Путь. Лис даже удивился, настолько точной была аналогия. Впереди на некотором расстоянии, которое он совершенно не мог оценить, туманная дорожка упиралась в самую обычную дверь с ручкой виде золотистой шишечки. Лис пожал плечами: о двери Сварог не упоминал, хотя сказал, что общая картина может различаться у разных людей.
«Есть ведомое и неведомое, а между ними двери», — вспомнил Лис когда-то давным-давно прочитанное изречение. Кому оно принадлежало, он забыл, но помнил, что именно эта фраза подсказала название лидеру известной тоже давным-давно американской рок-группы. Группа называлась «Doors», а лидера звали Джим Моррисон, он очень рано погиб от передозировки наркотиков. Впрочем, вспомнил Лис высказывания одного тоже очень известного, но вымышленного персонажа, «к науке, которую я в данным момент представляю, это не имеет никакого отношения».
Лёгкое головокружение, имевшее место, исчезло, и Лис двинулся по «Млечному Пути». Шёл он на удивление долго. Казалось, дверь находилась метрах в двадцати, не больше, но ему пришлось сделать более ста двадцати шагов, чтобы взяться за её ручку.
Прикосновение гладкого прохладного металла вернуло Лису сознание реальности происходящего, но ненадолго. Открыв дверь, Лис увидел, что «дорожка» продолжается и за ней, но уходит круто вниз под углом не менее шестидесяти градусов. Во всяком случае, было такое впечатление, что она переваливала через некую грань.
Придерживаясь рукой за косяк, Лис осторожно переступил порог и встал на дорожку, опасаясь сорваться вниз. Ничего не произошло, он даже не почувствовал какого-то изменения ощущений. Ощущение было такое, что он не перешагивал некоего гребня горы, а просто вошёл в простую дверь, которая продолжала стоять вертикально относительно любого участка «дорожки».
Впереди уже, видимо, находилось то, что Сварог называл «терминал распоряжений», но Лис не стал пытаться определять расстояние. Идти до «терминала» пришлось тоже более ста шагов.
Круглая «млечная площадка» висела в непроглядном мраке, клубящемся разными оттенками тёмных, почти чёрных цветов. Лис остановился: дорожка продолжалась и дальше. Или Сварог просто не посчитал нужным говорить об этом, либо Лис видел окружающую картину иначе.
На расстоянии вытянутой руки от лица Лиса появилась пресловутая «туманная поверхность», больше всего напоминающая зеркало с амальгамой, утратившей блеск, но сохранившей безупречную чистоту и однородность. Рамки поверхность не имела.
Лис кивнул и начал писать пальцем на рабочем планшете, чем очевидно и являлось данное устройство, символы координат тайного убежища Сварога.
Когда он закончил, ничего не произошло, да Лис и не рассчитывал, что Сварог должен будет появиться перед ним немедленно. Он не спросил, сколько нужно ждать установления перехода, но не собирался этого делать. Наверное, если бы с ним был Монра и Терп, Лис так бы и поступил, но сейчас его поджимало время.
Он оглянулся на продолжение «млечной дорожки». В его сознании не звучало какого-то таинственного голоса, приглашающего его последовать дальше, но почему-то ему показалось, что продолжение дорожки является именно таким приглашением. Довольно далеко впереди виднелась ещё одна дверь.
Лис с сожалением покачал головой. Дело было даже не в запретах или каких-то обещаниях Сварогу. Просто у него не было времени для обследования «территории» Центра.
— Может, если получится, то позже, — сказал Лис вслух и пошёл назад.

ГЛАВА 17

Вернувшись прежним путём в сад Ганимеда, Лис выбрал дверь, ведущую в Арсенал. Перенос туда осуществлялся на круг переноса и был односторонним. Держа автомат наготове, Лис появился на круге, в соответствии с пояснениями Сварога расположенном в конце прохода между стеллажами напротив входной двери. Появление сопровождалось грохотом разлетающихся предметов, которые была навалены на круг и сейчас были отброшены полем переноса, освобождавшим место перемещаемому телу. Очевидно, барахло было навалено на круг специально, чтобы предупредить о появлении непрошеных гостей. Управление данной точкой перехода внутри Арсенала отсутствовало, поэтому, скорее всего, шаровики и положили различные вещи на круг, чтобы звук падения дал знать, что кто-то прибыл.
Их ошибкой было то, что караулившие почему-то ждали не внутри помещения, а в коридоре, что дало Лису возможность сориентироваться. Как только он оказался на круге, Лис сразу же направил автомат на дверь, которая сейчас была распахнута настежь. Почерневший косяк указывал на то, как шаровики проникли в данное помещение. Когда шаровик, стороживший Арсенал, показался в дверном проёме, выставляя вперёд ствол лучемёта, он даже не успел выстрелить, поскольку две пули Лиса поразили его в грудь раньше, чем шаровик успел нажать на спуск.
В Арсенале почему-то всё было раскидано и перевёрнуто. Многие полки, на которых Сварогом было запасено кое-какое оружие и снаряжение, пустовали, а большинство вещей были раскиданы по полу. Держа дверь под прицелом, Лис подошёл и осторожно выглянул из комнаты. Длинный коридор был пуст за исключением двух тел шаровиков, валявшихся в лужах крови, и сожжённого трупа человека-охранника. Кругом было тихо. Шаровик, охранявший Арсенал, был один, что подтверждало предположения Лиса о малом числе оставшихся бывших слуг Инглемаза. Последний же своей попыткой с помощью охранников-людей отбить помещения резиденции-терминала сильно сыграл на руку Лису. Конечно, Инглемаз преследовал свои интересы и, видимо, считал, что иного выхода у него нет. В противном случае Лису пришлось бы туго, так как все силы шаровиков были бы брошены против него, а так им приходилось сражаться на два фронта.
Лис подобрал лучемёт убитого шаровика, но повесил его за спину, оставив в руках автомат. Как рассказывал Сварог, потребности, как таковой, в Арсенале у него не было, да и вообще слово «Арсенал» было слишком громким. Просто он построил комнату для хранения некоторых вещей, которые обнаруживались в Центре и назначение которых оставалось загадкой. Как эти вещи «обнаруживались», Сварог не пояснил. Потом он решил, что здесь можно складировать кое-какое оборудование и оружие, которое ему периодически бывает нужно на Земле. К сожалению Лиса автоматных патронов не нашлось, но вот пистолеты имелись, причём нескольких типов. Почти все были российского производства, за исключением одного немецкого «Хеклер и Кох». Лис посмотрел и выбрал незнакомый ему отечественный пистолет ОЦ-27 в кобуре с запасным магазином на пятнадцать патронов. К пистолету нашлась только одна запасная обойма, и Лис прихватил ещё пару коробок патронов.
Кроме того он нашёл миниатюрный бинокль ночного виденья и хитрое устройство, об использовании которого он ещё давно узнал во Дворце Терпа. Поводок представлял собой коробочку, в которой лежали две скрученные спиралью ленточки. Одна ленточка имела утолщение на конце. Поводок мог потребоваться, если потребовалось бы захватить пленника и удерживать его около себя.
Ещё из предметов, которые могли бы ему пригодиться в планируемой вылазке, Лис прихватил пару ножей, фонарик, три миниаптечки и две складные палатки, которые разворачивались в полусферу, площадью семь квадратных метров, а в сложенном состоянии выглядела чуть больше пачки сигарет. Почему-то в Арсенале имелась целая коробка таких палаток.
Он хотел взять пару фляг, поскольку был уверен, что это снаряжение нигде не будет лишним, но сколько не искал, нашёл только одну, плоскую на два литра. Лис был очень удивлён, не найдя ни антигравитационных дисков, ни хотя бы гравипатронов. Единственное, что ещё полезного он откопал, был тонкий пятидесятиметровый трос, сворачивавшийся в круглую плоскую коробку наподобие рулетки. Лис хотел бы взять ещё много разных вещей, но больше ничего, что ему могло потребоваться, не нашёл. Скидав найденное в небольшую сумку, крепящуюся на пояснице брони, он вышел в коридор.
Там он уничтожил один шар убитого шаровика, а второй забрал и повесил себе на пояс. Люди-охранники, скорее всего, откроют по нему огонь и так, достаточно того, что он в доспехах, а вот шаровиков наличие шара может поначалу ввести в заблуждение, тем более что при опущенном щитке они не увидят лица.
Ближайший путь к месту, откуда Инглемаз отправил Творцов, лежал направо мимо той части коридора, откуда его изначально приводили в эти помещения. Лис крадучись добрался до первого поворота налево, а потом до следующего. Впереди лежала синяя полоса, откуда открывался путь в коридор, где находился локальный центр управления. Приготовившись к возможным неожиданностям, Лис на всякий случай установил автомат на огонь очередями и прыгнул на полосу.
Он оказался метрах в двадцати от входа в локальный центр и попал почти в гущу боя, который шёл там. Двое шаровиков засели по разные стороны двери. Третий в стороне от дверного проёма ближе к Лису возился с установленным на гравитележке большим излучателем. Лис сообразил, что излучатель повреждён, иначе шаровики пустили бы его в ход против тех, кто скрывался в комнате.
Труда догадаться, кто там оборонялся, не составляло. Как раз, когда Лис оказался на полосе в этой части коридора, шаровик, сидевший слева от двери, попытался высунуться и выстрелить внутрь помещения. Мгновенно грохнул одиночный автоматный выстрел, и пуля, рикошетируя от стен, ушла вдаль по коридору. Именно благодаря звуку выстрела шаровики не услышали появления Лиса.
Лис сразу сориентировался. Выстрел был одиночный, и свидетельствовать это могло только о том, что у оборонявшихся кончались патроны. Кроме того, учитывая очевидный сильный рикошет при избытке боеприпасов можно было попытаться положить прячущихся за косяком просто пулями, отскакивающими от стен.
Шаровик, который сидел справа от двери, наконец, заметил Лиса.
— Эй, — крикнул он, — ну скоро там? Где вторая большая «пушка»? — А сейчас подтянут, — подыграл Лис. — Сейчас…
Тот, что возился с большим лучемётом, повернулся, разглядывая Лиса. Этот шаровик оказался бдительнее и потянулся за оружием.
— Открой лицо! — потребовал он.
— Говорю же: сейчас! — Лис понял, что спектакль с маскировкой не удаётся до конца, и открыл не лицо, а огонь.
Лис не служил в Советской Армии, но к обращению с любым оружием у него был, возможно, природный дар, да и как иначе он выжил бы в Мире Граней? Что касается огнестрельного, то ещё на военной кафедре института он получал только отличные оценки за упражнения учебных стрельб, особенно из автомата Калашникова, оружия родного для всех советских учащихся, как школьников, так и студентов. Неплохо освежить эти навыки Лису удалось при штурме Дворца.
Если бы в магазине оставалось хоть на два патрона больше, то Лис снял бы всех шаровиков одной очередью. Струя свинца полоснула по двум первым, швырнув их на пол, и оборвалась, не дойдя до третьего нескольких сантиметров. Шаровик вскочил, целясь в Лиса из лучемёта.
Наверное, Лис успел бы застрелить шаровика из пистолета, прежде чем луч прожёг доспехи, но была опасность взрыва оружия в руках, да и не успел он выхватить ОЦ-27. Шаровик, не привычный, видимо, к стрельбе из засады, сделал шаг вперёд и оказался видимым для укрывшихся в комнате. Оттуда прогремел выстрел, и шаровик, споткнувшись, кувыркнулся в сторону от двери. Лис присмотрелся: пуля пропала точно в голову.
Отбросив разряженный «калашников», Лис скинул с плеча лучемёт.
— Эй, братва, свои, что ли? — крикнули из комнаты. — Всех положили?
Они слышали выстрелы в коридоре и считали, что огнестрельное оружие есть только у кого-то из охранников-людей.
Лис подумал, что постановка вопроса странная, чисто русская, наверное. Неужели в подобной ситуации кто-то на его месте ответил бы, что нет, не свои? Но что же ему с ними делать? Убивать вроде бы не хочется, а попробуй, объясни суть дела. Ведь выйдут сейчас — и снова начнётся пальба, а время дорого.
— Да я это, Лёха! — крикнул Лис, пытаясь имитировать по памяти голос своего не состоявшегося компаньона. — Вован, ты? У меня уши заложило, почти не слышу!
— Не, Лёха, — Охранник купился на голос, — Вована они сняли почти сразу. Это я, Димыч. Мы, похоже, только с шефом и остались. Эти суки нас так, блядь, прижарили!
«Опаньки!» — чуть не воскликнул Лис. — «Вот это да, какие люди!»
В комнате завозились, и кто-то направился к двери. На всякий случай Лис присел на одно колено.
Димыч оказался плотным парнем, даже скорее уже зрелым мужчиной в пиджаке с надорванным рукавом. Лис видел его в гараже, но сейчас он казался существенно старше. Он вышел в коридор, не таясь и спокойно отмыкая магазин у автомата, настолько, видимо, удачно Лис воспроизвёл лёхин голос. Димыч, похоже, хотел точно пересчитать оставшиеся патроны.
— Последний магазин, блядь, остался, а шеф совсем пустой. Если бы не ты, Лёха, кранты нам…
Димыч увидел сидящую фигуру и замер.
— Ты чё, трофейными шмотками обзавёлся? Чё лицо-то закрыл?… — Его рука начала совать магазин на место.
— Извини, Димыч! — сказал Лис, у которого не было времени на объяснения, и нажал на спуск.
Лучемёт, установленный на режущую мощность, прожёг в груди Димыча в районе сердца аккуратную дырку, маленькую, почти незаметную. Удобнее, конечно, было ставить на сжигание — так луч получался шире, но Лису было противно видеть ещё один обгорелый труп. Лис вздохнул и подошёл к двери.
— Ну, что — громко сказал он, — снова свиделись?
В комнате царил разгром. Прямо у входа валялось два трупа шаровиков. Они, очевидно, ворвались внутрь и были срезаны из автомата. Рикошетировавшие пули изрядно попортили пульт управления, который интересовал Лиса. Кроме того, аппаратуре досталось и из лучевого оружия. С сожалением Лис увидел, что с немедленной отправкой за Монрой и Терпом будут проблемы. Единственная надежда, что Инглемаз знает координаты мира, куда он их отправил. Ну, конечно же, он их знает. Беда в том, что теперь придётся дожидаться Сварога и упрашивать его помочь вытащить Творцов: ведь нужно будет восстанавливать аппаратуру для таких переносов. Впрочем, с помощью Центра это может быть и не так сложно, только вот захочет ли Сварог помогать?
Инглемаз прятался за одной из установок в глубине помещения. «Вышибить бы ему мозги», — подумал Лис, — «но нужен пока». Видя некоторые колебания Лиса, несостоявшийся хозяин Земли мгновенно сориентировался.
— Не убивай меня! — Инглемаз поднял руки, демонстрируя, что у него нет оружия. — Я сразу догадался, что это ты. Я сообщу тебе координаты пространства, куда я отправил твоих друзей. Но это только в обмен на жизнь!
— Более того, — сказал Лис, держа лучемёт напротив груди Инглемаза, — ты мне ещё и объяснишь, как оттуда выбраться! И если ты хочешь ещё пожить, то я даже возьму тебя проводником.
Инглемаз понял, что немедленной смерти он избежал. Он вздохнул с явным облегчением и сел на полу в более свободной позе.
— Если знать, то, что нужно, то выбраться оттуда, кстати, не самое сложное, — сказал он, ухмыляясь. — Из того мира есть выходы. Когда-то я пытался его осваивать, так что кое-какие точки должны сохраниться. Я расскажу тебе как до них добраться, но одна беда: они все довольно далеко от нынешнего входа.
— Где ещё есть пульт, с которого можно отправиться туда? — спросил Лис, поигрывая лучемётом.
— Больше нигде! Нужно будет много времени, чтобы восстановить аппаратуру…
— Я полагаю, Сварогу это будет сделать проще. Придётся тебе сообщить координаты ему, а я уж с ним договорюсь!
— Нет-нет, — быстро сказал Инглемаз, — с ним я не хочу встречаться… По вполне понятным тебе причинам, — поспешно добавил он.
Лис усмехнулся:
— А он, думаю, не отказался бы пообщаться с тобой!
— К чему насмешки? — нервно сказал Инглемаз. — Мы с тобой серьёзные взрослые люди, и всё понимаем.
— Естественно, — кивнул Лис, — особенно ты: раз, эдак, в сто меня постарше. Вот уж точно говорят: бывают и молодые сволочи, и старые! Ты даже вспомнил, что я всё-таки не ванвир!
Было заметно, что сравнение со старой сволочью Инглемазу не приятно.
— Но если твои бывшие слуги разрушили этот пульт, то как я помогу Монре и Терпу без Сварога? Ваша встреча неизбежна!
— Но ты же спешишь, зачем тебе дожидаться Сварога? Если ты хочешь им помочь, действительно, следует поспешить…
— Ну, и как я могу поспешить? — перебил его Лис. — А вот, — Инглемаз, очевидно, цепляясь за любую, самую примитивную возможность избавиться от Лиса, кивнул на круг, с которого производилось отправление. — Он, к твоему счастью, ещё заряжен. Можешь отправляться прямо сейчас. Давай так: я рассказываю тебе всё: где находятся выходы, некоторые нюансы того мира, а ты оставляешь меня здесь. Что тебе этот Сварог? Дай нам с ним самим разобраться…
Несмотря на злобу, которая призывала его просто получить нужную информацию от Инглемаза, хоть бы и под пытками, Лис усмехнулся. Неужели эта скотина вот так вот, где-то изворачиваясь, где-то предавая, а где-то, конечно, и силой, сумела просуществовать на Земле не одну тысячу лет? Даже Римским императором, говорят, побывала, большевиков подкармливала!
— Складно фуфло толкаешь! — насмешливо сказал Лис. — Но или ты сам дурак, либо настолько обгадился от страха, что меня за дурака держишь. Неужели ты думаешь, будто я очертя голову, поверю твоим россказням и сам ещё раз подставлю задницу? К тебе, скотина, доверия нет ни грош. Ты отправишься туда со мной и покажешь, как найти выход.
По лицу Инглемаза Лис понял, что это не вызывает у него бурного восторга, но возразить тому тоже было нечего, а перспектива быть переданным в руки Сварога, естественно, нравилась ещё меньше.
— Могу, правда, довериться тебе при одном условии: сдам тебя Сварогу для гарантии. Будь уверен, я попрошу не убивать тебя до моего возвращения. Он о тебе позаботится.
Видно было, что такой вариант устраивает Инглемаза ничуть не больше. Он молчал с кислой рожей.
— Ну, тогда в путь! — Лис указал на круг. — Ты говорил, что он готов к переносу. Я так понимаю, что он перебросит и двоих? Думаю, не стоит терять времени.
— Подожди! — Инглемаз сделал протестующий жест рукой. — Ты плохо представляешь тот мир! Нам надо запастись кое-каким вещами. Не собираешься же ты лезть туда с такой лёгкой экипировкой?
Вполне очевидно, Инглемаз пытался выиграть время и рассчитывал, что ему может представиться какой-нибудь шанс обернуть дело в свою пользу.
— Сука, — почти без злобы сказа Лис, — чем тебя не устраивает моя экипировка? Монру и Терпа ты отправил туда вообще безо всего. Предупреждаю, ты должен из кожи вон лезть, чтобы найти их как можно скорее. Если они погибнут, я тебя пришью, гад, даже если сам там останусь — цени мою откровенность. Кроме того, вообще не советую тебе здесь задерживаться: скоро прибудет Сварог, который очень желает надрать тебе задницу. Со своей стороны могу обещать только то, что если всё получится, отпущу тебя на все четыре стороны с условием, что ты мне больше никогда не перебежишь дорогу. Хотя мне очень хочется отвернуть тебе башку. Знаешь, я, возможно, романтик, но полагаю, что убивая явную сволочь, делаешь мир лучше. Но, так и быть: даю обещание сохранить тебе жизнь, если сделаешь всё возможное.
Лис понимал, что здорово рискует, отправляясь в путь вместе с Инглемазом. В конце концов, любому человеку необходимо спать, справлять естественные потребности, а в такие моменты очень трудно следить за пленником, который только и ждёт, чтобы укокошить тебя. Однако выбора не оставалось.
Инглемаз на несколько секунд задумался. Наконец он сказал:
— Ладно, давай рискнём, я вижу, что тебе можно верить. Но, надеюсь, ты дашь и мне оружие? — Он кивнул на лучемёты шаровиков. — Там оно понадобится, ты не представляешь тот мир.
— Не надейся: я тебя слишком хорошо знаю и я тебе не верю! Я скорее кобру себе за пазуху засуну и буду думать, что она не укусит.
— Что ж, но тогда тебе придётся меня прикрывать.
— Да уж придётся, но ты мне ещё расскажешь о ближайших точках выхода. Если потом окажется, что наврал, тебе конец. Но одно ты сказал правильно — зарядов надо прихватить, сколько возможно.
Лис осмотрел лучемёты шаровиков, валявшихся у двери. Нашлось только два запасных магазина. Лис осмотрел и начатые боезапасы и, отсоединив их, сунул в сумку. Слова Инглемаза об оружии могли быть попыткой создать себе выгодную ситуацию, а могли и быть правдой. Поэтому Лис решил забрать магазины от оружия шаровиков, убитых им в коридоре и вышел туда, приказав Инглемазу сидеть на месте.
Как оказалось, вышел он в коридор очень во время. От дальнего конца, противоположному тому, откуда прибыл Лис, крадучись двигались шаровики. Их было четверо, очевидно, это были последние оставшиеся шаровики, но самое главное было то, что они толкали перед собой гравитележку с большим лучемётом. Увидев Лиса, один из шаровиков закричал.
Лис быстро подхватил автомат Димыча, валявшийся у самой двери и выпустил очередь. Автомат выплюнул несколько пуль и замолк, но Лис с удовлетворением отметил, что один шаровик повалился, схватившись за грудь. Тот, который управлял гравитележкой, всё же успел включить большой лучемёт.
По коридору полыхнула волна жара, и Лис едва успел броситься внутрь комнаты. Его вообще удивляло, почему до этого не додумались шаровики, осаждавшие Инглемаза с последним охранником. Включи они широкий сжигающий луч и направь его внутрь даже отражённым от стен, люди без брони в комнате выдержали не более полуминуты. Вполне возможно, каким-то выстрелом из автомата Димыч успел повредить большой лучемёт в самом начале.
— Скорее, отправляемся! — крикнул он Инглемазу. — Твои бывшие друзья тоже очень хотят тебя видеть! И, похоже, в виде шашлыка.
— Дай я сниму себе броню! — Инглемаз кивнул на трупы шаровиков.
— Некогда, шевелись! — Лис пнул Творца ногой, приказывая поторопиться.
Инглемаз тоже почувствовал жар, веющий из коридора. Температура в комнате нарастала.
— Давай! — Лис толкнул его к кругу и Инглемаз, чтобы сохранить равновесие, вступил на него.
«Жаль, не успел снять броню для Монры и Терпа», — подумал Лис и в следующее мгновение он, не удержавшись на ногах на очень крутом склоне, покатился вслед за Инглемазом, который в своём падении опередил его уже метров на двадцать. Лис успел сгруппироваться и катился не кубарем, а переворачиваясь через бока, прижимая к себе лучемёт.
Разглядеть что-то вокруг в таком положении было очень трудно, но, тем не менее, благодаря хорошей реакции и готовности к самому неожиданному сценарию переноса, Лис за пару секунд, ещё пока пытался сохранить равновесие, успел немного осмотреться.
Склон глинистого холма уходил крутым откосом вниз метров на двести. Точка перехода открывалась почти на его гребне, и Лис мельком увидел гряды таких же холмов, тянущихся волнами до самого горизонта. В низине, куда они сейчас катились, поблёскивала вода. В одной стороне за несколькими складками местности темнела какая-то полоса, очень похожая на растительность.
Был самый разгар дня, и очень жаркого. Маленькое злое белое солнце висело на розоватом небе почти в зените, поливая лучами уже потрескавшуюся глину склона. Катясь по сухой корке вниз, Лис жёсткими локтями и коленями брони кое-где её продавливал. Почва под коркой была влажная, и он обратил внимание, что местами вместе с пылью, поднятой его падением, в воздух летят клочья какой-то травы или даже водорослей. Сообразив, что полёт вниз можно остановить, Лис упёрся локтями в такыр, покрывавший склон, и затормозил, как якорем своими руками.
Осторожно повернувшись, он упёрся и вдавил в почву пятки ботинок, обеспечив, тем самым ещё лучшую устойчивость на крутом, не менее чем пятидесятиградусном уклоне.
Инглемаз улетел далеко вперёд. Он тоже катился довольно ловко, не рискуя свернуть шею, но остановиться не пытался. Наконец, он достиг воды и с тучей брызг плюхнулся в неглубокую протоку, тянущуюся между двумя грядами холмов.
Пробивая ногами для упора корку грунта, Лис начал спускаться вниз. Эта вторая часть пути заняла значительно больше времени, зато он мог спокойно осматриваться по сторонам.
Пока не было видно никаких животных или растений, кроме уже замеченных на склоне остатков травы. Вообще у Лиса начало складываться впечатление, что по данной местности не так давно прошлись мощные потоки воды. Об этом свидетельствовали намытости на склонах и опять же водоросли, попадавшиеся на пути. Местами из глины торчали сучья, но таких, к счастью, было совсем мало, иначе без доспехов катиться вниз было бы очень опасно.
С удовлетворением Лис отметил следы от двух тел, которые катились в том же направлении, что и он с Инглемазом. Это, без сомнения, были Терп и Монра. Кое-где впереди тело Инглемаза перепахало следы «первопроходцев», но, тем не менее, сомнений не оставалось: Творцы были здесь. Лис с удовлетворением отметил места, где они, так же как и он, остановили своё падение, хотя им без жёстких элементов брони это было сделать сложнее. Его почему-то порадовало, что, несмотря на это обстоятельство, его друзья не предпочли катиться как поленья до самого низа. Оставалась надежда, что они до конца не потеряют самообладания.
В небе, несмотря на разгар дня, проглядывались ещё два небесных тела бледные, как иногда наблюдаемая днём земная луна, но раз в десять больше в диаметре. Вполне возможно, что движение нескольких крупных спутников вызывало мощные приливы, когда волны перекатывались по поверхности этого мира. Такой факт настораживал, потому что плота в