на ноги, высунув голову из-за нависающего камня с винтовкой наготове.
Там были только три тускена, распластавшиеся на камне. Двое были неподвижны - мертвы - один тянулся за своим боевым жезлом и мычал что-то неразборчивое. Хэн пристрелил его через плечо Леи.
– Не будешь подкрадываться к моей жене. - Лея смотрела на убитых воинов пару секунд, пытаясь унять дрожь, и повернулась к Хэну.
– Кто нас только что спас? Ландо, что ли, прилетел?
– Сомневаюсь. - Хэн повернулся и указал на ближайшую скалу, метрах в двухстах: - Стреляли оттуда.
Из-за камней выглянул штурмовик со снайперской винтовкой и помахал рукой. Хэн помахал ему в ответ, и из-за камней появился второй штурмовик, с оранжевым наплечником командира отделения. Он подозвал их жестом. Лея кивнула ему и помогла Хэну оттащить трех мертвых тускенов. Потом, изобразив, что поднимает отлетевший гадерффай, Лея повернулась, чтобы предупредить Эмалу.
Сквиба не было видно.
– Снайпер, - сказала Лея в воздух. - Поберегись.
– От меня не так просто избавиться, - сказал ближайший валун. - Я знаю, что ты замышляешь. Понимая, что спорить бессмысленно, Лея обернулась и пошла за Хэном к командиру отделения. Они старались не светиться перед тускенами, которые могли скрываться за камнями, но уже не прятались. Десяток штурмовиков таким же тихим шагом направлялся по ущелью к Морю Дюн. Попытка скрыться сейчас только привлечет внимание.
– Наш план? - спросила Лея. - Подходим и стреляем?
– Если придется, - ответил он. - Но давай-ка сначала попробуем кое-что другое. У тебя еще есть блокнот из ховерскаута?
Лея повернулась к Хэну спиной, чтобы тот смог достать его из рюкзака. Они поднялись по склону - пройдя мимо еще двух тел штурмовиков - и подошли к командиру отряда, который прятался в естественном бруствере из песчаника.
Осмотрев Лею, он был удивлен плохо сидящей броней.
– Служебные номера?
– Он обучается тактике, - сказал Хэн, указывая на Лею. - Я - его тренер.
Командир отделения смотрел на Лею.
– У учебного персонала что, нет служебных номеров?
– Я из командования. Не из учебного персонала. - Лея смотрела в линзы штурмовика молча, словно уже ответила на его вопрос.
Тогда он обратился к Хэну:
– А твой?
– Не отвечать, солдат, - Лея забрала планшет у Хэна и дала ему винтовку. - Он под моим командованием, вы понимаете.
Командир отделения, совершенно очевидно не понимал и не сводил глаз с Хэна.
Хэн развел руками.
Командир повернулся к Лее:
– Агрессивный у вас настрой, молодой человек.
– Ваше следование протоколу будет отмечено, - сказала Лея, не обращая внимания на его слова. - Я лично запишу его. Ваш служебный номер?
– СТ-347, - штурмовик произнес номер почти авоматически. - Сэр.
– Спасибо, - Лея изобразила, что заносит номер в планшет. - Мы были с первой ротой до передислокации. Теперь мы работаем с вами. Нам нужно место для наблюдения за лагерем тускенов, чем ближе, тем лучше.
– Сэр?
– Нам не нужны помощники, - сказала Лея, - секретные наблюдения.
– Можете занять его место, - СТ-347 указал пальцем на снайпера. - Просматривается вся зона, и пока у нас есть пара электро…
– Чем ближе к месту действия, тем лучше, - повторила Лея с нажимом. - Нам нужно быть на месте прежде, чем первая рота передислоцируется.
– Ближе? - Он показал на планшет. - Тогда лучше берите это. И голову не поднимайте - тускены любят стрелять по нашим линзам.
Когда они были готовы, СТ-347 отвел их на гребень холма. Последние несколько метров они проползли, и с края гребня стал виден лагерь тускенов. Лея была удивлена тем, что он был довольно далеко, в песках. Пятнышко скалистой почвы у подножия большой дюны. Невооруженным взглядом она разглядела лишь тучные тела бант и маленькие хижины тускенов.
– Ближе всего с той дюны, - сказал штурмовик. - Но если вы были с первой ротой, вы должны были только что там быть.
– Отсюда эти холмы кажутся намного ближе. - Лея повернулась к Хэну: - Я говорил тебе проверить дистанцию, солдат.
СТ-347 посмотрел на Хэна из-за спины Леи, понимающе глядя на солдата, который попал под раздачу офицера. Потом он посмотрел на склон под их ногами и приказал двум проходящим штурмовикам остановиться.
– Вас проведут 789 и 636, сэр. Они позаботятся о вашей сохранности.
– Вы очень помогли, СТ-347. - Лея отвернулась от склона и посмотрела на Хэна. - Похоже, мне дали не очень-то способного помощника.
Спускаясь к своему эскорту, Лея услышала, как СТ-347 спросил Хэна:
– Что это за мальчишка? Племянник Пеллаэона?
– Хуже, - отозвался Хэн так же тихо. - Сынуля Квентона. Прямиком из академии. Он не слишком-то распространяется об этом. Сам видишь почему.
– Да, повезло тебе, братишка, - кивнул СТ-347. - Удачи. Надеюсь, ты сможешь его не потерять.
Через сорок минут Хэн и Лея крались к гребню дюны. Солнца безжалостно жгли с неба, и даже несмотря на максимальную мощность охладителя, Лея чувствовала, словно ползет по мангалу.
Она повернулась к Хэну:
– Ты как?
– Не беспокойся за меня. Эмалу видела?
– Нет, - сказала Лея. - И я не волнуюсь. Говорила я ей, что так и будет.
– Ну конечно.
– Что?
– Конечно, не волнуешься.
Они добрались до вершины и уставились вниз со стороны, где был крутой склон дюны. Внизу, метров двести от них, стояло триста хижин из шкур банты. Они стояли между скалами у ближнего края небольшого оазиса. С другой стороны лагеря стояла не временная палатка, а настоящая хижина, покрытая шкурою банты, но построенная на каркасе из костей. Рядом с ней, под возвышающимся ребром банты, лежала груда каких-то белых палок. Лее подумалось, что это не совсем палки.
Лея подняла бинокль и посмотрела на хижину возле арки из ребра банты. Стены хижины были врыты глубоко в песок, а дверь была закрыта простенькой перекладиной из кости банты.
– Посмотри на хижину возле груды костей, - сказал Хэн.
– Уже, - сухо отозвалась Лея. - Это тюрьма. Лея поняла бы это даже без перекладины. От взгляда на хижину у нее бежали мурашки по коже. Это было место пыток и смерти, место, где отчаяние и боль так пронизали Силу, что Лея чувствовала это даже с вершины дюны. У нее заболело плечо и все старые раны - особенно те, что нанес дроид - следователь в камере на Звезде Смерти.
Лея опустила бинокль и отвернулась.
– Весело будет.
– Весело? - сказал Хэн. - Ты не перегрелась? Может, тебе вентилятор подкрутить?
– Не надо, - сказала Лея. - Я чувствую, что там происходит.
– Опять Сила? - Хэн был явно недоволен, даже голосовой аппарат этого не скрыл. - Ты знаешь, что там происходило? Или будет происходить?
Лея пожала плечами:
– Не знаю. Я чувствую призрачную боль.
– Отлично… как будто настоящей боли тебе мало, - Хэн повернулся к оазису. - Может, это Китстер. Он там, наверное, если еще жив.
Лея представила лицо Китстера и заставила себя взглянуть на хижину. Боль не усилилась, но оазис стал казаться более знакомым, как Мос Эспа после отъезда из лавки Уотто: как дом Шми, где скрывалась Лея.
Внутри у нее похолодело. Через пару секунд она ощутила приглушенное временем одиночество и отчаяние от хижины, и бинокль выпал у нее из рук. Она беспомощно смотрела, как он падает вниз по склону и исчезает, заваленный песком.
– Лея! - прошипел Хэн. Он повертел головой, оглядев гребень дюны. - Что случилось? Похоже, капитан увидел, как ты уронила бинокль!
– Они держали ее здесь, - сказала Лея, все еще не отойдя от шока. - Здесь пытали Шми Скайвокер.


Глава 23

Чубакка и сквибы ехали в Мос Эспу окольными путями - сперва пришлось объехать высотки Моспика, чтобы не попасться на глаза группе ховерскаутов, летящих по пустыне к югу от города, потом пришлось промчаться через Каньонарку, чтобы сбросить хвост, который они подцепили на въезде в Лощину Зельрика. Ц-ЗПО, которому было поручено осматривать местность с биноклем, доложил, что видит непреодолимое препятствие. Имперский шагающий танк АТВ подходил закрыть пещеру, в которой был спрятан «Сокол». Чубакка добавил скорости. Та пещера, где был спрятан «Сокол», была не аркой, вроде той, где скрывался пескоход. Вход у нее был широкий, как глотка космического слизня, а внутри - два поворота, которые Чубакка с легкостью пролетел бы и вслепую. Пещера была укрыта очень надежно - она располагалась в ущелье, в конце бассейна Биды, и ее можно было заметить только с одного-единственного места на краю лощины. Из-за этого пещера стала излюбленным местом для встреч контрабандистов задолго до того, как хатты воцарились на Татуине.
– Ты меня не понял, - сказал Ц-ЗПО. - Я сказал, что танк перед нами.
Чубакка нетерпеливо рыкнул.
– Скоро тебе будет не наплевать, - резко ответил Ц-ЗПО. - Там два ховерскаута, они уже заняли позиции.
Чубакка повернулся, чтобы приказать сквибам сесть за пушку, и обнаружил, что они уже залезли на сиденье. Грис взялся за гашетку, а Слай принялся разбирать гранаты и термальные детонаторы на поясах, которые он снял со штурмовиков.
Чубакка весело рыкнул.
– Нет, это не будет весело, - сказал Ц-ЗПО. - Вообще, я настаиваю, чтобы ты немедленно выпустил меня из машины.
Вуки проигнорировал его и продолжил полет по дну бассейна. Миражи растаяли, и он смог увидеть сверкающую линию, где земля уходила вниз, - обрыв ущелья, ведущего в пещеру. Затем вуки проревел предупреждение.
– Не понимаю, какой смысл держаться. Нас разнесут на-а-а-а…
Речь дроида перешла в крик - ховерскаут рухнул на пять метров вниз с края обрыва. Грис довольно усмехнулся и открыл огонь из пушки. Чубакка посмотрел вслед его залпам - шагающий танк стоял у входа в пещеру, приготовившись стрелять. Его «голова» - кабина уже повернулась к ним. Два взвода штурмовиков спускались по канатам на землю из брюха танка. На флангах были два ховерскаута. Вход в пещеру был заблокирован.
Оба ховерскаута и танк открыли огонь, подняв такой шквал огня, что Чубакке пришлось ехать вслепую. Он пробурчал приказ.
Ц-ЗПО обернулся к Грису:
– Чубакка просит тебя отстрелить эти канаты…
– Понял! - Грис попытался прицелиться. - Ничего не вижу!
Чубакка тоже ничего не видел, но чувствовал, что приближается к входу в пещеру. Дергая и мотая машину из стороны в сторону, словно пилот истребителя, он шел в самый центр. Ховерскаут вздрогнул - в него попали дважды из легкой пушки.
Очередь прекратилась, а перед Чубаккой возникла серая громада ноги АТВ. Он дернулся, чтобы избежать столкновения, проехал по штурмовикам и внезапно оказался прямо в темноте пещеры.
Он сбавил ход и принял влево, а затем услышал позади взрывы трех термальных детонаторов и еще пары гранат, брошенных под ноги «топтуну».
Металлические пальцы Ц-ЗПО забегали по панели управления.
– Должны же у этой машины быть фары! Чубакка оттолкнул руку дроида и принял чуть влево. Перед ними предстало брюхо «Сокола», подсвеченное двумя портативными бластерами. В полумраке отделение штурмовиков все еще пыталось развернуть станковый бластер. Грис развернул турель и избавил их от ненужной суеты навсегда.
После пары контрольных выстрелов, чтобы убедиться в отсутствии выживших, они объехали «Сокол» и остановились у грузового лифта. Чубакка выпрыгнул из сиденья водителя и побежал к трапу, рыча по дороге указания Ц-ЗПО.
– Зачем мне ждать? - заворчал дроид. - Слай мог бы посмотреть за машиной!
– Мог бы, но мне надо бежать к турели… Чубакка не слышал дальнейшего разговора. Он уже взбежал по трапу, думая о заданиях, которые придется выполнить, чтобы добраться до Хэна и Леи: разогреть цепи, опустить пулемет, включить реактор. Это все он за три минуты сделает. Может, еще придется разбираться с танком, если гранаты Слая его не завалили, но для того на «Соколе» и были ударные ракеты, так ведь?


***

Лея продолжала смотреть на хижину с костяной перекладиной. Она не отвела от нее глаз с тех пор, как опустила бинокль. Ощущение боли и отчаяния прошло, но память об этом давила на нее все сильнее и сильнее. Там пытали ее бабушку - там, возможно, она умерла. И там Анакин Скайвокер нашел свою мать.
– Интересно, была ли она еще жива. - Лея вдруг поняла, что не озвучила ход своих мыслей до этого, и потому добавила для Хэна: - Тут Анакин нашел мою бабушку.
– Откуда ты знаешь? - Хэн смотрел не отрываясь - на потерянный бинокль. - Он что, оставил знак?
– Подумай. - Лея рассказала мужу о том, что сестра Беру знала о похищении Шми, и о том, как Анакин вернулся на Татуин и нашел ее тело. - Он нашел ее в этом поселке - в этой хижине.
– Так это Анакин - «злой дух»? - спросил Хэн. Лея вспомнила, что Хират рассказала об этом месте.
– Думаю, да. Изрубил на куски все племя.
– Не на ту женщину напали. - Хэн посмотрел на край оазиса, где банты собирались вокруг тихо урчащей самки. - Зачем было трогать мать джедая?
– Да ну?
Лея не чувствовала удовлетворения от того, что узнала, как жестоко была отомщена ее бабушка, - скорее наоборот. Она внезапно вспомнила о двух солнцах, палящих с неба, о жаре и безоблачном небе, сверкающем так что больно глазу, и внутри у нее стало пусто и противно.
– Вот здесь это и произошло, - сказала она. - Здесь он впервые поддался своему гневу.
– Он? - Хэн повернул голову в шлеме. - Твой отец.
Лея кивнула.
– Вполне его понимаю, - сказал Хэн.
– Это не оправдание, - голос Леи был резким, - он это прекрасно понимал.
– Ух ты, будто уоррт обозвал торга медлительными, - сказал Хэн. - Расслабься, может, этого и вовсе не произошло. Ты слишком уж доверяешь чувствам.
– Пока мое доверие оправдывалось, - возразила Лея. - Или ты забыл, что случилось бы, приди мы сюда сразу? Банты медленно шли через оазис к лагерю тускенов.
– Не забыл, - сказал Хэн. - А если он и убил их, зачем приносить в жертву новых пленников? Это ведь сделает злого духа еще злее.
– Я тебе что, тускен? - спросила Лея. - Откуда мне знать, зачем они приносят жертвы? Никто не знает, зачем песчаные люди делают то или это. Потому они и песчаные люди.
Позади них раздался голос штурмовика:
– Извините?
Лея и Хэн попытались развернуться и стукнулись шлемами. На склоне стоял штурмовик. Он покачал головой, словно не мог поверить в такую неуклюжесть. В одной руке он держал винтовку, а в другой - бинокль.
– Служебный номер? - спросила Лея, решив, что лучше перейти в наступление и сбить штурмовика с толку. - Почему подглядываешь?
– СТ-297, - ответил штурмовик. - Прошу прощения, если вмешиваюсь в секретный разговор.
Заметив уверенное поведение СТ-297, Лея решила быть повежливей.
– Извинения приняты. Что вам надо?
– Я заметил, что вы уронили бинокль. - Он поднял свой. - Я думал, вы могли бы позаимствовать мой.
– Очень полезная мысль, - Лея кивнула Хэну на склон. - Я запомню.
– Спасибо. Я уважаю капитана Квентона, - СТ-297, по-видимому офицер, передал бинокль Хэну, но не отвел глаз от Леи. - Вам еще что-нибудь нужно?
Лея притворилась, что думает, потом покачала головой.
– Вы очень помогли нам, капитан. СТ-297 слегка кивнул и сказал:
– Мой номер СТ-297. А ваш, прошу прощения? Лея выругалась. Только вызвала лишние подозрения.
Хэн быстро разобрался с ситуацией. Он подошел к штурмовику:
– Вам не нужно знать его. Это приказ.
– Это все, лейтенант, - сказала Лея. - Я прослежу, чтобы мой отец… э-э: капитан Квентон услышал о вашей эффективности.
СТ-297 словно стал на пару сантиметров выше.
– Что ж, тогда я оставлю вас. Наблюдайте.
Лея посмотрела ему вслед и взяла у Хэна бинокль:
– С такими лизоблюдами Империя обречена.
– Вот и хорошо. Нам не помешает любая помощь. - Хэн посмотрел в направлении Мос Эспа и проверил хронометр. - Что они так долго? Чубакка уже должен был выйти на связь.
Лея думала о том же, но старалась не зацикливаться на негативных вариантах. Было множество причин - Лея могла лишь верить в то, что Чубакка найдет способ справиться с любой проблемой. Она пожала плечами:
– Может, в пробку попал.
Взяв пару биноклей, Лея опять посмотрела на хижину. Теперь, когда шок от воздействия Силы прошел, она увидела, что кости банты заляпаны чем-то темным. Два ремня из сыромятной кожи свисали с костей примерно на расстоянии вытянутых человеческих рук, не оставляя сомнения в ужасном предназначении этой конструкции.
В трех метрах от алтаря лежала груда выгоревших от солнца костей и черепов. Большинство были человеческими - расколотые в тех местах, где разрубали тело, Лея с облегчением увидела, что на костях нет человеческой плоти. Банаи, возможно, еще жив.
Принцесса отвела взгляд. Хотя она была в ужасе от страданий Шми, ей было страшно смотреть на происшедшее там, на призрачное колесо убийств, которое пустил в ход ее отец. В этой куче было около ста черепов. А может, двести или триста. За жизнь матери Анакин отнял жизни десятков тускенов. На это тускены ответили новыми убийствами. Смерть, которую он посеял в тот день, продолжалась и по сей день, забирая жизни сотен людей, и Лея не видела этому конца.
– Он должен был это понимать. - Лея дала бинокль Хэну. - Он был джедаем.
– Он был ребенком, у которого убили мать. - Хэн поднял бинокль, но глядел на бант, а не на кости. - Он выместил гнев на тех, кто это сделал. Я мог бы поступить точно так же.
– Это не оправдывает - начала Лея.
– И не превращает меня в ужасного Сита, - резко перебил Хэн. - То, что он сделал, - не какое-то сверх злодеяние, а вполне человеческая реакция. Он стал Дартом Вейдером и сотворил много злых дел, но он же и убил Императора.
– Ты хочешь, чтобы я его простила? - недоверчиво сказала Лея. - После того как он заморозил тебя в карбоните?
– Я говорю, что без него Палпатин все еще был бы Императором.
– Ты говоришь, что Дарт Вейдер спас Галактику?
– Ну, Анакин Скайвокер, какая разница? Подумай сама, если бы он был хорошим парнем, смог бы он подобраться так близко к Палпатину? - Хэн продолжал смотреть на бант через бинокль. - Может, это и была его судьба… спасти Галактику, как хотела его мать. Может, не совсем так, как она думала… но он ее спас.
– Хэн, - Лея чувствовала, словно ее мир опять перевернули с ног на голову. - Хэн, иногда ты просто поражаешь меня.
– Только иногда? - Хэн передал ей бинокль. - У нас еще есть дело. Посмотри на бант и скажи, что ты видишь.
Лея навела резкость и увидела небольшую темную тушку, ползущую по земле.
– Вомпа - песчанка?
– Ага, по кличке Эмала. - Хэн взял бинокль и начал отвинчивать пластину, под которой был вход для подзарядки. Лея увидела длинный ряд штурмовиков, ползущих к ним по дюне.
– За мной тоже? - спросила она.
Хэн кивнул и достал из входа небольшой транзистор. Ей не нужно было объяснять, что это за проводки на ранце. Она навидалась жучков, чтобы узнать антенну передатчика.
– А Лейтенант-то оказался поумнее, чем мы думали, - Хэн швырнул жучок через край насыпи и спросил: - Ты как, хочешь сдаваться или прорваться?
Штурмовики за спиной Хэна подняли бластеры и побежали. Лея посмотрела в оазис, где банты осторожно входили в лагерь тускенов.
– У меня есть идея получше. За мной! - Лея подхватила бластер под мышку, сорвала портативную рацию с ремня и, прыгнув на склон дюны, поехала вниз. - Чуи нам нужен транспорт. Быстро!


Глава 24

Хэн не видел, как тускены открыли огонь. Он уже был на полпути вниз, скатываясь по крутому склону с поднятыми ногами, чтобы не потерять Лею из вида. Под ним шуршал осыпающийся песок.
В рации его шлема раздался голос СТ-297:
– Самозванцев брать живьем! Огонь по тускенам. Повторяю, только по тускенам! Прикрыть повстанцев от огня туземцев!
Позади Хэна выстрелили очередью из бластера. Выстрелы пролетели над его головой и разнесли хижины тускенов, превратив их в пепелище. Банты взвыли и начали сбиваться в группу. Лагерю песчаных людей пришел конец.
Лея повернулась к Хэну:
– Тускены стреляют в нас?
– Не знаю. Еще не видел.
Лея зацепилась ногой и покатилась, выпустив бластер из рук. Хэн поймал его и с испугом увидел, что она продолжает катиться по дюне такими дикими зигзагами, что даже тускену в них не попасть.
Не желая оставаться позади, Хэн поднял оба бластера к груди, прижал подбородок и опустил ноги.
На такой скорости ощущение было, как будто им выстрелили из торпедного аппарата. Он взлетел в воздух, перевернулся… и мир вокруг превратился в калейдоскоп из песка, синевы неба и вспышек бластеров.
Падая, он расслышал несколько голосов внутри своего шлема, которые требовали доклада о случившемся.
– В них попали? - кричал Лейтенант.
– Почему нарушаете радиомолчание? - спрашивал кто-то еще.
В этот момент Хэн пролетел через заросли кустарника и врезался в валун. Попытавшись сесть, он снова упал - что-то оглушительно стукнуло по шлему. Гдето позади него зашипел бластер, а потом тяжелое тело упало на грудь.
– СТ-297, доложите, что происходит! - сказал голос в ухо Хэну.
– Повстанцы, - ответил Лейтенант. - Мы их видим. Они бегут в лагерь тускенов.
– Что? - на этот раз другой голос - тот самый который наказал капитана первой роты за то, что тот оспаривал приказы. - Повторите.
– Они бегут в лагерь тускенов, сэр. Мы преследуем их, но наши силы ограничены.
– Преследуете, Лейтенант? Переключите бластеры в парализующий режим. Остановите их.
На секунду воцарилось молчание.
– Невозможно парализовать их, сэр, - сказал, наконец, Лейтенант. - На них похищенная броня.
– Да, самозванцы… - пробормотал голос.
– Мои снайперы держат их на мушке.
– Превосходно. Возможно, они сейчас прослушивают нашу частоту?
– Да, э-э-э - весьма вероятно.
– Действительно, весьма. Всем частям разработать способ закрытых переговоров до дальнейших приказов. И еще, Лейтенант…
– Сэр?
– Почему я не говорю с капитаном первой роты?
– Тускены, сэр.
– Да, разумеется. Продолжайте, Лейтенант. Подкрепление на пути, - сказал голос и задумчиво добавил: - Интересно.
– Хэн!
Хэну потребовался лишь миг чтобы понять - голос идет не из шлема. Он перевернулся и уставился прямо в защитные очки тускенского разбойника, который лежал на нем. Первый разбойник, которого он увидел за все время в оазисе.
– Лея?
Пара бронированных перчаток схватила тело тускена за шиворот и отшвырнула в сторону, затем Лея взяла у Хэна свой бластер.
– У нас еще много дел.
Голова все еще раскалывалась от удара по шлему. Хэн поднялся на ноги и последовал за Леей в оазис. Он был куда больше, чем казался сверху, метров двадцать в ширину и сто в длину. Они зашли со стороны дюны, по которой уже наполовину спустились штурмовики. Лея повернулась и побежала к главной хижине, поливая лагерь тускенов заградительным огнем. Хэн отстреливался от штурмовиков.
– Лея, ты хоть знаешь, куда мы бежим?
– Конечно, - сказала Лея. - Если ты тускен и у те6я картина, которая стоит пятнадцать миллионов кредиток, куда ты ее спрячешь?
– Ты же только что говорила, что никто не знает, почему песчаные люди делают то или это.
– Да, говорила, - сказала Лея. - Хочешь пойти другим путем?
Хэн посмотрел на ревущих бант через плечо. Из-за кустов и клубов пыли было ничего не разглядеть, но он был уверен, что сейчас никто не захочет оказаться в лагере тускенов.
– Нет, не хочу.
Тускены начали догонять их, когда они уже достигли края оазиса. Хэн их не видел; он просто грохнулся на землю от выстрела из винтовки. Лея тоже получила удар в ногу. Они перекатились и начали стрелять в направлении, откуда прилетели выстрелы.
– Ты в порядке? - крикнул ей Хэн.
– Синяк будет здоровый, - отозвалась Лея.
– Но ты в порядке?
– Думаю, да, - сказала она, - Эта броня неплохо защищает.
– Ага, пока кто-нибудь не выстрелит из бластера. Позади них раздалась очередь. Заряды пролетели над головами и испепелили редкий кустарник, за которым прятались тускены.
– Молодец, накаркал! - воскликнула Лея. Несколько тускенов взревели - песчаные люди не кричали, когда умирали, - и винтовки перестали стрелять. Хэн и Лея присели и принялись стрелять по склону. Хэн смог снять двух штурмовиков, которые были уже метрах в трех от них. Остальные кинулись в укрытие. Он чувствовал себя виноватым в том, что убил людей, которые только что спасли ему жизнь, но это был вообще на редкость странный бой. Кроме того, в плен им попадать нельзя - только не Соло. Он подскочил на ноги, продолжая стрелять по имперцам, схватил Лею за руку и пробежал последние несколько метров до хижины.
– Давай за картиной, я прикрою.
Он забежал за скелет банты и принялся палить в имперцев, которые продолжали стрелять в тускенов. А те продолжали высовываться, чтобы хотя бы навскидку выстрелить в Соло.
Из хижины раздался хрип.
– Кто там? Что происходит?
– Китстер? - Лея подошла к входу и попыталась поднять костяную перекладину. - Китстер Банаи? Вы еще живы?
– Я… думаю, да.
Лея начала открывать дверь, но в этот момент удар пули из древней винтовки отшвырнул ее от хижины. Раздался треск. Лея выругалась. Перекатившись позади Хэна, она опять подошла к двери.
– Больно-то как! - сказала она и крикнула через ткань палатки: - Китстер, это Лея Органа Соло. Ка…
– Лея Органа Соло? - он стал немного внятнее говорить, но ему было больно. - Голос не похож.
– А тебе какое дело? - возмутился Хэн. - Мы здесь, чтобы тебе помочь.
– Картина у тебя? - спросила Лея.
– Картина… не скажу… вытащите меня отсюда. Лея повернулась к Хэну.
– Она не там.
– Конечно, нет. Слишком бы это было просто. Идти сможешь? - крикнул Хэн, обращаясь к Китстеру.
– Не… скажу.
– Слушай, приятель, если ты еще не врубился - мы хорошие. - Хэн повернулся к жене: - Придется мне его понести.
Лея заняла место Хэна. Тот показал на камни возле жертвенной груды костей:
– Пытаются нас окружить.
Лея поднялась и дважды выстрелила. Два крика в шлемофоне.
– Уже не пытаются. Хэн подошел к хижине.
– Эй, Кит, что с картиной?
– Не… скажу, - сказал он. - Оставьте меня…
– Так, ты мне надоел. - Хэн выстрелил из бластера в крышу палатки, прожигая стенки из шкур банты.
– У вождя… в лагере.
– Спасибо.
Хэн прошел через прожженную дыру. От зрелища внутри палатки его затошнило. Китстер Банаи распластался на земле. Его черные волосы были теперь выгоревшими и светлыми, как песок. Лодыжки опухли, на теле не было живого места от шрамов и ожогов, три пальца на его руке были сломаны.
– Китстер! Как дела, дружище? - Хэн подошел и наклонился над ним. - Прости, что так задержались. Мы… э-э… думали, что ты умер.
– Я… тоже, - в темных глазах Китстера были страх и недоверие. - Вы… кто?
– Хэн Соло. Но придется поверить на слово.
Палатку прошили выстрелы. Имперцы снова открыли огонь по тускенам.
Хэн снял лазерный резак с пояса и разрезал путы на лодыжках и запястьях Китстера. Снаружи Лея вела непрерывный огонь.
– На помощь!
– Сейчас, Лея, - отозвался Хэн. - Я немного занят.
– Они пошли на штурм!
– Брось пару детонаторов, - он снял детонатор с ремня и кинул ей. - Это их приостановит.
Лея прекратила стрелять. Через миг по оазису разнеслось эхо двух мощных взрывов.
– Вот мое предложение, - Хэн поднял Китстера на плечи. Он весил совсем немного. - Нам надо захватить или уничтожить картину, поэтому я и Лея должны отправиться в лагерь. Можешь идти с нами или остаться со штурмовиками. Имперцы, наверное, посадят тебя на всю жизнь…
– С вами, - перебил Китстер, - Я еще хочу увидеть своих детей. Хэн вздохнул:
– Этого я и боялся.
– Но не надо идти, - Китстер замолчал, собираясь с силами, - в лагерь.
– Боюсь, придется, - Хэн направился к прожженной дыре. - Не надо было тебе мешать нам у Маубо. Мы бы уничтожили картину.
– Это была бы! Ужасная потеря, - пробормотал Китстер. - Но идти не надо. Обернись.
– Нет времени…
– Поверь. Обернись.
Начиная понимать, Хэн повернулся и посмотрел на потолок. Там, над головой Китстера, висел «Закат Киллика» - буря на картине все так же багровела, насекомоподобные существа поворачивали лица точно так, как запомнил Хэн.
– Ты же сказал
– Соврал, - сказал Китстер. - Думал, ты… имперец.
– Думал, я… Кит, дружище, ты настоящий ценитель искусства, что сказать. ..
Хэн снял с ремня комлинк и три раза щелкнул кнопкой - сигнал, что картина у него. Через миг Лея заглянула через дыру, все еще отстреливаясь.
– Она правда у тебя?
– Там, - Хэн ткнул в потолок. - Я прикрою, ты бери ее.
Лея заскочила в хижину, не обращая внимания на свист пуль. Хэн отошел к дыре.
– В хорошем состоянии, - заметила она.
– Тускены были поражены ее красотой, - сказал Китстер. - Они… сломали мне палец, когда надо было подлить воды… а в пустыне…
– Знаю, - сказал Хэн, подумав об изувеченных руках Китстера. - Ей надо много воды.
Он выглянул через отверстие - штурмовики были в десяти метрах, наступая, несмотря на шквал из тускенских винтовок. Один упал - ему попали в линзу. Другому в шею. Но большинство падали просто от ударов о броню и через миг были на ногах. Хэн начал снимать ближайших к хижине, пока они поднимались с земли.
С другой стороны оазиса раздался грохот взрыва гранаты. Банты взвыли, по пустыне пронесся зловещий гул.
– Это что? - спросила Лея. Хэн пожал плечами.
– Может, Эмала? - он прострелил броню штурмовика двумя выстрелами.
Два залпа отскочили. Штурмовики были в пяти метрах.
– Кому какое дело? Мы сейчас в рукопашную сойдемся, если не…
Лея начала стрелять за спиной Хэна. Тот обернулся и увидел, что «Закат Киллика» свисает с потолка на обрывках обожженной ткани. Лея сняла картину с крюков, на которых та висела, обернулась и проделала дыру с другой стороны хижины.
– Пошли!
Хэн обернулся, убегая, - пара штурмовиков забегали в старую дыру. Он выстрелил в упор, сбив одного с ног. Второй отбежал за стену. Хэн выскочил из хижины, отстреливаясь, и услышал сигнал тревоги - энергоблоки бластера истощились.
– Ну, как всегда!
Он повернулся и, вытащив энергоблок, швырнул его в палатку, а потом бросился бегом за Леей.
– Детонатор! - завопил имперец позади него. Хэн снял с пояса новый энергоблок и зарядил винтовку, присел и обернулся. По оазису раскатился гул. Он приближался. Хэн не смел повернуть глаза в направлении звука.
В шлемофоне заговорил голос:
– Вижу самозванцев. Они спасли пленника, и у них картина адмирала. Повторяю, у них картина. Ожидаю указаний.
Хэн обернулся - Лея укрылась за валуном. Повернув голову назад, он увидел штурмовика в дыре. Прострелив его из бластера, Хэн прошелся очередью по всей хижине.
– Спасают пленника? Интересно, - это был задумчивый голос, видимо голос главного. - И у них картина? Вы уверены?
– Уверен.
– Хорошо, - сказал голос. - Можете стрелять, но только по ногам.
Хэн прекратил огонь, подскочил и едва успел отпрыгнуть от того места, куда попал выстрел снайпера. Диким зигзагом, надеясь, что Банаи хватит сил удержаться, он добежал до Леи и пригнулся за валуном. Рядом с ним опять промахнулся снайпер. Он смог, наконец, посмотреть, откуда идет рев, - за лагерем тускенов, с другой стороны оазиса, двигалась трехметровая стена из шерсти и торчащих рогов, поднимая за собой клубы пыли.
– Ну что еще? - Он высунул бластер из-за камня и выстрелил вслепую. - Охотники за головами? Яма с сарлакком?
– Не так уж это и плохо. - Лея достала трос из коробки на поясе. - Эмала, может, нас спасла - только бы Чуи успел вовремя.
– Ты так думаешь?
Хэн продолжал стрелять вслепую, глядя на то, как Лея обвязала тросом свой пояс и раскрыла крюк на другом конце троса.
– Да, я так думаю.
Присев, Лея принялась отстреливаться, пока Хэн проделал ту же операцию со своим тросом. Потом, решив, что у Китстера не хватит сил удержаться, он подтянул его руки и начал связывать запястья.
– Хэн, нет времени! - завопила Лея. - Пошли!
– Я удержусь…
Заверения Китстера утонули в шуме перестрелки. Хэн посмотрел на Лею и увидел, что к ней подходят сзади два штурмовика.
– Пригнись! - он схватил винтовку.
Лея перекатилась, подхватив «Закат Киллика». Хэн выстрелил в штурмовиков позади нее и побежал. Он не знал, насколько близко к нему подобрались другие штурмовики, но те, что были за Леей, были в метрах пяти и быстро догоняли.
– Не вижу цель, не вижу цель, - начали докладывать снайпера. - Они в пыли.
Но другие имперцы с удовольствием принялись выполнять задачу снайперов, на бегу стреляя по ногам Соло, оплавив землю под ними. Хэн бешено дергался из стороны в сторону, придерживая одной рукой Банаи и крюк, а второй прикрывая Лею из бластера. Лея делала то же самое - другой рукой она держала картину. Они ни в кого не могли попасть, но, по крайней мере, из-за их огня штурмовики не могли попасть в них. Кроме того, их преследователи замедлялись. Это было главное.
– Китстер! - Хэну пришлось кричать, чтобы услышать себя в грохоте бегущего стада и трескотне бластеров.
– Близко, - сдавленно прошипел Китстер. - В пятнадцати метрах, но бегут мимо нас. Думаю, они бегут назад в…
Лея с криком рухнула на землю - ей в плечо попала пуля. Хэн бросился на помощь, и это спасло ему жизнь.
В шлеме гулко стукнуло, и он свалился на землю, уронив Китстера. В ушах звенело, голова раскалывалась, он едва не потерял сознание. Перевернувшись на спину, он увидел, что вспышки бластеров пролетают всего в метре над его головой. Попытавшись поднять винтовку, Хэн обнаружил, что выронил ее. Вспышки над его головой прекратились, воцарилась зловещая тишина. Хэн потянулся за винтовкой, но не мог ее найти. Лея лежала лицом вниз, не двигаясь.
Подле нее лежала картина. Банты были так близко, что земля тряслась под их шагами.
– Лея?
Хэн сел на колени и обнаружил Китстера в метре от его. В камнях неподалеку лежали неподвижные белые тела штурмовиков.
– Лея? Позади него раздался утробный, ликующий вой. Он обернулся и увидел трех тускенских разбойников над собой, направивших винтовки ему в лицо. За ними стояли два ребенка - тускена с игрушечными жезлами - гаффи.
Хэн пригнулся, пытаясь отвести линзы шлема от стволов. Один из тускенов хохотнул и поднес приклад винтовки к челюсти Хэна. И рухнул - Лея открыла огонь из-за спины Хэна.
Остальные тускены повернулись и подняли винтовки, чтобы расстрелять ее. Одного Хэн вырубил пинком в колено и пригнулся - Китстер выстрелил из бластера сзади. Он промазал, но отвлек воина, чтобы Лея смогла его прикончить. Тускен упал, с воем хватаясь за горло.
– Хэн! Хэн обернулся. Банаи швырнул ему винтовку. Но Лея уже опередила его, убив последнего воина.
На него посыпались легкие удары - дети тускенов принялись бить его игрушечными жезлами. Бросив винтовку, Хэн перехватил игрушечные гадерффаи и вырвал их из рук детей.
– А ну брысь отсюда!!!
Дети продолжали смотреть на него. Затем протянулись за оружием.
Хэн сломал гадерффаи, бросил в сторону.
– Вы маловаты еще! - он показал на кусты. - Я вас сейчас насильно выкину.
Дети переглянулись и побежали прочь, к бантам. Хэну показалось, что их раздавят. Но побег бант на самом деле был очень четко организован - большие звери прятали своих детенышей в центре стада и шли не быстрее, чем могли идти малыши. Дети подбежали к банте сбоку, схватились за длинную шерсть и забрались на спину зверя.
Это было куда проще, чем зацепиться за рога вожака.
Лея подошла и подняла Хэна на ноги.
– Вставай, летун. - За плечом у нее болтался «Закат Киллика», бластер был в кобуре. - Скоро гости придут.
Хэн убрал свое оружие в кобуру, повернулся, чтобы поднять Банаи, и увидел новый отряд белых фигур, продиравшихся через кусты.
– Чем там Чуи занимается? - Хэн поднял Банаи на плечи. - Планету решил кругом облететь?
– Ты же сказал ему не поцарапать корабль. Лея направилась к бантам. Хэн побежал следом, едва поспевая за ней. Когда они подошли к зверям, земля начала дрожать. Хэна затошнило от резкого запаха, с которым не справлялись даже фильтры шлема.
Китстер наклонился к микрофону в шлеме Хэна, пытаясь перекричать рев бант.
– Если я не удержусь…
– Не волнуйся, - ответил Хэн. - Я не вернусь.
– Если и вернешься, я уже превращусь в… лепешку, - сказал Китстер. - Просто передай детям, что я их люблю.
– Держись, - сказал Хэн, - ты сам им это скажешь. Перебросив картину за спину, Лея подбежала к зверю и схватила клочья шерсти. Она споткнулась, и на миг Хэну показалось, что она упадет и будет затоптана или что банта дернется и сбросит ее, но она кое-как взобралась наверх, чуть не скатившись, когда пришлось держаться на больной руке.
Хэн подбежал к следующему зверю и, пытаясь бежать с той же скоростью, подпрыгнул и схватился за шерсть. Тут же за ним полетели выстрелы бластеров. Хэн сжал зубы и сосредоточился на том, чтобы залезть на зверя, подтягиваясь, как Лея.
Был ли это шок, или тяжесть Китстера, или просто он был слабее своей жены, но он был еще на полпути вверх, когда у него задрожали руки.
Китстер почувствовал неладное и попытался забраться сам. Но он был еще слабей - он даже не мог удержаться за Хэна своей покалеченной рукой, чтобы ухватиться за шерсть здоровой. Отпустившись, он начал падать.
– Держись за меня! - завопил Хэн. - И все будет в порядке!
– Тихо, Соло! - крикнул тонкий голос сверху - Хочешь жить, Банаи? Дай мне руку.
– Эмала? - Хэн посмотрел наверх, глядя на свисающего сверху сквиба. Ее ноги были привязаны к шерсти банты. - Ты как сюда забралась?
– А ты как думаешь? Запрыгнула! - Она схватила Банаи за руку. - Было бы легче, если бы вы сразу сели на нужного банту.


***

Первые две минуты полета прошли гладко - пока имперцы не оправились от шока, который устроил им Чубакка, взорвав шагающий танк на пути «Сокола». Вуки пролетел над Великой Месой, едва не достигая порога горения - когда атмосфера раскалялась настолько, что начинала гореть вокруг корабля, - и пытался избегать поселений, где турбуленция просто снесла бы дома. Ц-ЗПО уже десять раз повторил ему, что на такой низкой высоте они поднимают за собой километровые пыльные хвосты. Ну и что? Они не собирались подлететь незаметно. Имперцы знали, куда они летят. Они будут ждать… и они подготовятся.
Первая эскадрилья встретилась им над Юндландскими пустошами, когда Чубакка поднялся, чтобы не врезаться в холмы. ДИшки зашли с двух сторон, поливая «Сокол» огнем. Грис и Слай, сидевшие за турелями, вынесли три истребителя, прежде чем в рубке зазвучали сигналы о повреждениях. Но оставалось еще девять. Один из ДИ - истребителей попытался зайти снизу, но Чубакка пролетел прямо над скалой и размазал его о камень. Больше они этого не пробовали.
«Сокол» добрался до волнистых просторов Дюнного моря, где их ждала вторая эскадрилья. Щиты еле держались, сигналы тревоги складывались в нестройный хор, словно битхи в баре, а передние направляющие панели были расстреляны, из-за чего «Соколу» было проще крутануться бочкой, чем повернуть. Чубакка знал, что еще одного удара им не пережить.
Поэтому он решил пройти низом.
Как только «Сокол» вылетел за скалы, Чуи повел корабль к земле. Ц-ЗПО завопил, но Чубакка все равно никогда не слушал дроида. Он пролетел между двумя большими дюнами, выровнял курс метрах в десяти от земли - от брюха «Сокола» до песчаных дюн оставалось как минимум три метра - и следил, как за ними летят ДИшки.
Слай прошелся по нападающим очередью - не целясь, просто расчищая место. Три машины взорвались, остальные пролетели над «Соколом», поливая щиты огнем. Они так часто задевали броню, что панель индикаторов загорелась красным, будто была вся в огне.
Потом ДИшки пролетели, попали в огромное пылевое облако за хвостом «Сокола» и врезались прямо в уцелевших из юндландской эскадрильи, которая тоже летела вслепую за «Соколом». Тактический дисплей побелел от взрывов.
Чубакка выдал ликующий рев.
– Да, будут знать теперь, как играть с вуки, - согласился Ц-ЗПО. - Но, боюсь, я не знаю, что значит «кишка тонка». Чья кишка и почему она тонка?


***

– Чубакка не мог предать нас. - Лея вынула крохотный чип из системы увлажнения «Заката Киллика» и взяла его в руку. - Вуки не предают.
– Все бывает в первый раз. - Эмала взяла чип и потерла о щеку. - Так изза этой штуковины вся беготня?
– Ну да. Хотя и картина мне тоже была нужна.
Они сидели на скале, окруженной валунами. Вокруг рикошетили пули. Два отделения штурмовиков окружали их, забираясь на скалы с левой и правой сторон. Банты, которые привели их сюда, стояли, скучившись, внизу в лощине, куда привел их бег. Охладитель Леи был поврежден выстрелом одного из тускенов, и двойные солнца безжалостно варили ее внутри собственной брони.
Но у нее был код «Теневой сети», никто еще не умер, и они поставили маячок для Чубакки. Если учесть все, что пошло не так с начала поездки, итог был не так уж плох… для Татуина. Она взяла чип из руки сквиба, проверила, что это все еще ключ к «Теневой сети», а не что-то другое, и убрала его в кулак.
Эмала вновь выхватила чип, разглядывая его:
– Так что это? Лея достала бластер.
– Ты правда хочешь узнать?
– Прости, что пыталась помочь. - Эмала вернула чип в руку Леи. - Я просто думала, действительно ли ты хочешь его уничтожить.
– Только тогда я буду уверена, что он не попадет в дурные руки, - Лея проверила чип еще раз и положила его в небольшое углубление на скале. - Попытаешься еще раз его схватить - пристрелю.
– После того как я спасла твоего мужа? - фыркнула Эмала. - Нечего грубить. Я все делаю в ваших интересах…
– Поберегись! - перебила Лея. Она направила бластер на чип и нажала на курок. Выстрел превратил чип в оплавленный шлак. Еще один выстрел - и шлак испарился.
– Вот так, - Лея вставила регулятор влажности обратно в раму картины. - Его надо наполнить. Знаешь, как?
Эмала повернула картину правой стороной и показала на небольшое отверстие в раме.
– Заливаю туда воду. Перестаю лить, когда увижу ее в дырке.
– Чистую воду, - сказала Лея, бросив последний взгляд на картину, прежде чем вернуться к стрельбе. - Это очень важно. Я тебе доверяю.
– Считай, что я родственник вуки, - Эмала открыла бутыль. - Ты не пожалеешь. Банаи выхватил бутыль.
– Я покажу ей.
Лея не могла на это смотреть. Она отошла в небольшое углубление, где Хэн лежал между двумя валунами и следил за тускенами - то есть за их бантами. Самих пустынных воинов, как обычно, было трудно высмотреть, Лея уселась рядом, задев его раненое бедро, и через динамики шлема послышался сжатый вздох.
– Ты в порядке? - спросила она. - Не сильно ранен?
– Не сильно? - он повернулся к Банаи, который объяснял Эмале, почему нельзя наполнять резервуар прямо из бутыли. - Ты и, правда, хочешь доверить Эмале «Закат Киллика»?
– Не хочу, но теперь это картина сквибов. Уговор дороже денег. Раздалось три хлопка, и три пули вонзились в камень у ее головы, осыпав шлем осколками песчаника. Лея посмотрела в лощину, но увидела лишь камни, грязь и блестящий песок. - Где они?
– Ну, вот и скажи мне, где, - отозвался Хэн. - Знал бы - так давно бы уже отстреливался.
Лея подождала пару секунд. Когда осколки вновь полетели ей на шлем, она принялась стрелять по ближайшему валуну.
– Что ты увидела? - спросил Хэн.
– Ничего. Но я не собираюсь просто лежать тут и:
– Ясно.
Хэн присоединился к ней, и вместе они разнесли валун на куски. Удивленный тускен выпрыгнул из-за разбитого укрытия и поднял винтовку - он был так напуган, что целился в небо. Лея парой выстрелов отправила его вниз по склону.
Хэн начал стрелять по другому валуну. Лея тоже, но когда валун раскололся, за ним никого не оказалось.
У края ущелья испуганно взревели банты, убегая дальше в пустыню. Внезапно стаккато ударов пуль о камень прекратилось. Пули полетели в воздухе над укрытием Хэна и Леи.
Лея повернулась, чтобы увидеть, в кого стреляют тускены - не в «Сокол» ли? Но Лея стукнулась о камень и тут же ударила головой Хэна, который тоже попытался посмотреть на небо.
– Кто-то их напугал, - пробормотал Хэн. - Должно быть, «Сокол».
Лея увидела проталкивающиеся через стадо бант белые фигуры.
Она выстрелила в землю у ног зверей, и те в ужасе побежали, затаптывая белые фигурки и разбрасывая их тела по земле, пытаясь освободиться. Штурмовики начали палить по бантам - худшее, что только можно было придумать. Банты-самцы гневно взревели и начали защищаться, кусая и топча имперцев. Самки уводили детей подальше.
Из-за скал появились тускенские разбойники. Они выстрелили в Соло раздругой и побежали к своим бантам Лея продолжала стрелять по земле, чтобы вызвать больше беспорядка и задержать имперцев.
Позади нее разорвалось несколько выстрелов. Лея продолжала стрелять и пыталась не думать о взрывах. Эмала и Банаи смотрели назад, если они не зовут на помощь - значит, штурмовики просто стреляют с противоположного холма.
В лощине штурмовики сошлись с тускенами. Они выстрелили друг в друга пару раз на бегу, а потом разошлись - Песчаные люди бросились к своим бантам, а штурмовики побежали за Соло. Задержать имперцев не очень получилось, подумала Лея.
Они с Хэном открыли огонь, и десять штурмовиков упали с прожженной броней. Еще тридцать наступали, стреляя по валунам на пути, которые разлетались вдребезги. Маленькая лапка похлопала Лею по броне.
– Пора сматываться, - крикнула Эмала. - Ваш транспорт прибыл.
Хэн начал отползать из ниши, где они прятались.
– Как раз вовремя!
Лея осталась на месте. - Если это, по-твоему, «вовремя», неудивительно, что у тебя постоянно были проблемы с Джаббой! - Она начала стрелять по штурмовикам, не целясь. - Мы не можем уйти… Она не успела сказать «пока не остановим штурмовиков» - ее голос заглушил рев приближающей ракеты. Ослепительно яркий взрыв разорвал штурмовиков на части и расшвырял останки по ущелью.


Глава 25

С шальными разрядами, пробегающими по корпусу, и столбами едкого дыма над продырявленной броней «Сокол» больше походил на мишень для полевых стрельб, чем на самый быстрый корабль в Галактике. Передние броневые панели были сбиты до дюрастилового каркаса, сопло двигателя источало бледно-синее сияние по краям, а одна из посадочных опор потеряла стопу-стабилизатор. Когда они вернутся на Корускант, Хэн будет пропадать в ремонтном ангаре пару недель. Может, даже пару месяцев.
Может, подумала Лея, стоило поговорить с Веджем о покупке военного ремонтного дроида. Это была мелочь, которую Новая Республика с легкостью отдаст за то, что сделали они с Хэном.
Опоры едва коснулись земли, и из-под брюха корабля раздался стук. Грузовой лифт опустился, и оттуда выехал флаер. Грис повис на рычагах управления, едва доставая короткими ножками до педалей. Слай стоял позади него в маленьком кузове, держась руками за спинку кресла водителя.
– Ну, мне пора, - сказала Эмала. Она наклонилась перед Леей и Хэном, показав висевший на спине «Закат Киллика». - Если выберетесь отсюда, может, еще сочтемся.
– Так чего ждать? - сказал Хэн. - Летим с нами. Доберемся до Корусканта, а там Новая Республика заплатит за картину. Мы дадим больше всех, можете не сомневаться.
– Я же сказала: если выберетесь. - Со скал полетели выстрелы бластеров, отскакивая от валунов и покореженной брони «Сокола» с металлическим треском. - А по виду вашего корабля на это можно только надеяться. Вы уж простите, но мы с имперцами.
– У вас тоже шансов немного, - заметил Хэн. - Мы окружены штурмовиками - или вы не заметили?
– О, у нас станет намного больше шансов, если МЫ скажем имперцам, что продадим им картину.
Эмала подпрыгнула на валун и помахала Грису, а затем сразу же спрыгнула, укрывшись от десятка залпов в ее направлении, флаер вылетел из-под «Сокола» и повернул к нагромождению валунов, уворачиваясь от огня.
– Вы продадите «Закат Киллика» Империи? - ужаснулся Банаи. - Эмала, ты и твои дружки - гадкие:
– Это их картина, - Лея кивнула Эмале. - Позволяю вам делать с ней, что хотите. Верхняя турель «Сокола» развернулась и полила скалы заградительным огнем, заставив штурмовиков пригнуться. Натиск врага утих, выстрелы стали неточными. Эмала с осуждением посмотрела на Лею:
– Думаешь, я не вижу, что ты делаешь? Я в тебе разочарована. Лея пожала плечами.
– Мы могли бы изобразить, что вы крадете картину, - предположила она. - Тогда вы, может, и сумеете избежать допроса с дроидом - следователем.
Помятый флаер остановился прямо возле укрытия. Эмала посмотрела на Лею, а затем кивнула:
– Хорошенько постарайтесь это изобразить. Тогда имперцы никогда не узнают о том чипе, что вы убрали.
– Пытаешься нас шантажировать? После того как мы позволили вам забрать картину? - Хэн выхватил бластер. - Ты маленькая…
Глаза Эмалы округлились, и она отпрыгнула на ближайший валун, а затем прыгнула в кузов флаера позади Слая. Хэн сумел попасть в панель управления, пока флаер отъезжал.
– Хэн! - Лея схватила его за руку. - Ты что, убить ее хочешь?
– Она сказала, чтобы мы постарались с розыгрышем, - он поднял бластер и выстрелил еще раз, добавив свой залп к огню имперцев. - Вот я и стараюсь.
– Достаточно, Хэн, - Лея наклонилась над Китстером и положила его руку себе на больное плечо. - Помоги мне с Китстером, пока они отвлеклись.
Хэн подхватил Китстера под второе плечо, и вместе они выбрались из-за валунов. Как и надеялась Лея, штурмовики были слишком заняты сквибами, чтобы заметить их. Заметили Хэна и Лею они только у самого корабля.
Из открытого грузового отсека высунулся Ц-ЗПО:
– Чубакка просит вас поспешить! Еще одна эскадрилья: - Веер бластерных зарядов ударился о днище «Сокола» и срикошетил в землю. Лея обернулась - метрах в пятидесяти полдюжины штурмовиков выглядывали из-за насыпи.
– Пошли!
Дотащив Китстера, Хэн и Лея запрыгнули в грузовой лифт.
– Поднимай, Ц-ЗПО! - Хэн начал отстреливаться вместе с Леей. - Но, капитан Соло, вы не зафиксированы:
– Сейчас же, Ц-ЗПО!
Трап начал подниматься. Вместе с ним поднялся и «Сокол», и через миг огонь бластеров исчез. Они лежали на полу, схватившись за решетку, пока лифт не поднялся на место.
– Все в порядке? - спросила Лея.
– В порядке. - Хэн уже поднялся, снимая шлем и перчатки. - Я к нижней турели. Ц-ЗПО, скажи Чубакке, что надо пролететь над сквибами. Лея, ты не могла бы.
– Да, беги, - Лея помогла Китстеру подняться на ноги. - Я тут разберусь. Только ни во что…
– Не попадать, - ответил он. - Знаю! Хэн, прихрамывая, вышел из отсека вслед за Ц-ЗПО пошел к турелям. Лея провела Китстера в спасательный отсек, потом достала куаксконский набор анализаторов, которую они обещали Хират.
– Ты понимаешь, на какой риск идешь? - Она передала ему ящичек. - Я не уверена, что Хират найдет отсек, а приземлишься ты на приличном расстоянии от цивилизации.
«Сокол» вздрогнул - Хэн начал стрелять по сквибам. Лея надеялась, что он просто хорошо имитировал, как и просили сквибы. Чубакка повел их на еще один заход. Что-то в корпусе заскрежетало. Китстер нервно уставился в потолок.
– Да, уверен. Я хочу выжить, чтобы увидеть Тамору и детей снова.
Лея усмехнулась:
– Мы будем держаться вместе, но ты - как хочешь.
– Спасибо, - сказал Китстер. - И спасибо, что вытащили меня. Думаю, имперцы бы не были столь снисходительны.
– Недооцениваешь ты их, - сказала Лея. - Уверена, их новый адмирал хочет не меньше меня узнать, зачем ты забрал картину.
Китстер повел бровью.
– Ты еще не поняла?
– Не очень, - призналась Лея. - Сначала я думала, что из-за денег, но когда Вальд сказал, что ты отказался продавать ее имперцам…
– Я сделал это ради тебя, - сказал Китстер. - Вообще-то, ради твоего отца. Но поскольку его больше нет в живых, я хотел сделать что-то доброе для его дочери. Понимаешь, когда мы с Анакином были детьми…
– Хватит, - Лея подняла руку. - Этого достаточно. Я знаю о кредитках, которые он тебе дал, - и о многом другом, что он сделал здесь.
Лицо Китстера помрачнело.
– И то, что случилось в оазисе? Лея удивленно подняла бровь.
– Мне подсказала Сила - но ты-то откуда узнал, что там произошло?
– Тускены танцевали танец-рассказ, - когда меня привезли, - объяснил Китстер. - Я уже знал, что Анакин вернулся с телом Шми, так что, когда они начали имитировать бой на мечах и издавать жужжащие звуки, я уже понял, кого они изображали.
Он помолчал, глядя на Лею, потом добавил:
– И… тебе надо кое-что знать о том, что он там сделал.
– Хочешь это оправдать…
– Это невозможно, - ответил Китстер. - Твой отец был джедаем. То, что он сделал, было неправильно. Возможно, это повлекло его на темный путь, который он избрал позже… Но он сожалел об этом.
– Сожалел? - Лея нахмурилась. - Откуда вы знаете?
– Он сказал об этом. - Китстер пристегнул ремни безопасности и продолжил, уставившись в пол: - Когда я услышал, что он искал свою мать у Уотто, я пошел на ферму Ларсов, чтобы с ним увидеться. Я не знал, что Шми похитили, но пришел почти сразу после ее похорон и отлета Анакина. Беру - она была с Оуэном:
– Я знаю, кем была Беру, - сказала Лея. - И у меня мало времени, надо закрывать люк.
Китстер кивнул:
– Да-да. Беру сказала, что после похорон Шми Анакин обратился к ее могиле, сказав, что ему не хватило сил, чтобы спасти ее, но пообещал, что не подведет ее больше.
– Больше не подведет? - удивилась Лея. - Но его мать уже умерла. Как он мог это изменить?
Китстер кивнул:
– Я тоже удивился и спросил Беру. Она сказала, что он дважды сказал, что ему не хватило сил, - сначала что ему не хватило сил спасти мать, а потом - что ему просто не хватило сил. Я думал, что он просто повторился, но теперь я не так уверен в этом. После оазиса… я думаю, что Анакин осознал, какую ужасную ошибку совершил. Думаю, он знал, что совершил проступок, недопустимый для джедая.
– Может быть, - сказала Лея. - Хотелось бы мне в это верить.
– Тогда верьте, - отозвался Китстер. - Мальчишка, которого я знал, точно сожалел бы о содеянном, и даже десять лет вдали от дома этого бы не изменили. Он всегда оставался сыном своей матери.
Чубакка прорычал предупреждение по внутренней связи.
Лея посмотрела на потолок.
– Пора. Спасибо, Китстер, - она нажала на кнопку запуска спасательного бота. - Да пребудет с тобой Сила.
– И с…
Люк захлопнулся, и Лея отошла. На душе стало тяжелее, когда она услышала глухой стук отделившегося отсека. Конечно, ей никогда не узнать, что чувствовал ее отец после случившегося в оазисе - и говорил ли он те слова, что передал Китстер. Но это было вполне возможно. И этого хватало.
Освещение в отсеке погасло, и «Сокол» так сильно тряхнуло, что Лея свалилась на пол. В ушах звенело - через миг она поняла, что это не в голове. Звон проходил через дюрастиловый потолок отсека. Она поднялась на ноги и побежала в рубку.
Там все было как обычно - Чубакка рычал, Хэн ругался, гудел сигнал тревоги, динамики шумели от электромагнитных помех, а Ц-ЗПО, как обычно, предвещал смерть.
– Госпожа Лея, нам точно не уйти на этот раз! - дроид дико махал руками и чуть не умудрился сбить ее с ног. - Там три «звездных разрушителя» - три штуки! Теперь нам точно конец!
– Ерунда.
Лея оперлась на спинку кресла Хэна и уставилась в космос через иллюминатор. Слева маячили два солнца - центры гравитационного поля системы Тату.
– Как наши сенсоры, Чуи?
Чубакка недовольно взревел.
– Хорошо, - Лея указала на солнца. - Туда.
– В систему? - Хэн посмотрел на нее, словно она сошла с ума.
Лея сжала его плечо.
– Поверь мне. У меня предчувствие.
Чубакка громко рыкнул.
– Знаю, знаю, - Хэн повернул «Сокол» в направлении солнц и начал разгоняться. - Я там тоже был! За иллюминатором разорвались новые залпы - там, где оказался бы «Сокол», не смени он курс. Лея села в кресло навигатора и включила тактический дисплей. «Химера» и ее корабли-близнецы, «Ибикус» и «Вершитель», подходили к Татуину с трех направлений, выпуская рой ДИшек и не оставляя «Соколу» никаких путей, кроме как к солнцам, где никто ничего не сможет увидеть.
Изображение расплылось в буре помех. Лея подняла взгляд и увидела, как разрастаются до гигантских размеров солнца.
– Уверен, что имперцы нас не видят, - доложил Ц-ЗПО. - Они прекратили огонь. Мы углубляемся в гравитационное поле двойной звезды с ускорением восемьдесят четыре тысячи сто семьдесят четыре километра.
– Сколько времени до точки невозврата? - спросил Хэн.
Ц-ЗПО что-то протрещал навикомпьютеру и ответил:
– Четырнадцать секунд.
– Вот тогда имперцы и начнут высматривать нас. Они ждут, что мы повернем. - Хэн обернулся к Чубакке: - Разворачиваться будем через шестнадцать секунд. Уверен, они этого не ожидают.
– Шестнадцать! - возопил Ц-ЗПО. - Капитан Соло, боюсь, вы не поняли:
Лея протянула руку и выключила дроида. Чубакка принялся рассчитывать координаты экстренного прыжка. Пока он был занят, Лея наклонилась вперед и взялась за спинку кресла Хэна.
– Хэн, я хотела у тебя кое-что спросить…
– Дорогая, мы зажаты между тремя «звездными разрушителями» и двумя звездами, - Хэн не отрывал глаз от панели с хронометром. - Я немного занят.
– Знаю. Но это важно. Я хочу узнать это на случай… если мы неверно рассчитаем прыжок.
– Неверно рассчитаем? - Хэн на миг отвернулся от панели управления. - Ты же сказала, у тебя было предчувствие!
– Было, - Лея посмотрела на хронометр. Восемь секунд. - Прошу, послушай. Зачем тебе так сдались маленькие Соло?
– Дети?! - Хэн почти вопил. - Ты хочешь сейчас о детях говорить?
– Разве я не об этом сейчас говорю? - спросила она. Три секунды. - Второго шанса может не быть.
Чубакка зарычал и отправил расчеты пилоту. Ноль секунд.
– Хорошо. Сейчас так сейчас, - Хэн развернул корабль в космос. «Сокол» неумолимо притягивало к звездам. - Наверное, в детях я вижу свое будущее.
– Видишь будущее? - спросила она.
– Ну да. - Хэн толкнул рычаги до конца, перегрузив двигатель. «Сокол» вздрогнул, дернулся… и наконец вырвался из гравитационного поля. Хэн облегченно выдохнул и включил гипердвигатель. - Верю в него.
– Хороший ответ, - Лея наклонилась к Хэну и, когда звезды за иллюминатором превратились в сияние гиперпространства, мягко поцеловала его в шею. - Я тоже верю в будущее.