давала ему надежду на выигрыш драгоценного времени. Приземлившись, они сразу же отправились к корпусу, в котором временно был размещен позитронный робот-мозг.
Но, видимо, этот день приносил только проблемы. Петр Коснов попросил Родана переговорить с ним.
«Снаружи у энергетического экрана ждет человек, с которым Вы должны обязательно поговорить, — объяснил он. — Полчаса тому назад он прилетел на самолете, который отослал назад. Он дал мне понять, что тот ему больше не понадобится, поскольку он собирается долгое время гостить у нас».
«Этот человек назвал свое имя?»
«Он сказал, что его имя — это звук и дым. Он якобы Ваш хороший друг, мистер Родан».
«Впустите его и приведите ко мне в мой кабинет».
Родан сказал остальным, что они встретятся примерно через полчаса у робота-мозга. Потом он поспешил к своему дому, где стал ждать неизвестного посетителя.
Коснов на несколько секунд поднял энергетический экран и послал к границе машину роботов. Когда таинственный гость появился перед ним, Коснов на мгновение потерял дар речи.
«Полковник Меркант! Вы откуда?»
«Прямо из Гренландии. Добрый день, мистер Коснов! Как дела?»
После обмена этими словами русский стал вдруг очень сдержанным. — «Спасибо, сэр! Идите за мной, пожалуйста! Мистер Родан уже ждет Вас».
Коснов провел Мерканта в кабинет Родана, где руководитель Третьей власти приветствовал своего посетителя холодно и сдержанно.
Меркант сел в предложенное ему кресло и сказал с оттенком иронии в голосе: «Во время нашей последней встречи Вы были гораздо более открытым и приветливым ко мне. Я хочу Вам сказать, что понимаю перемену в Вашем настроении. Я говорю Вам это потому, чтобы Вы видели, что я играю в открытую. Вы обиделись на меня за случай с мистером Флиппером, то есть с Анне Слоан, не так ли?»
«Конечно», — кратко сказал Родан.
Меркант продолжал: «Я знал, что Анне Слоан не слишком надежна. По крайней мере, не для той задачи, какую поставил перед ней Каатс. Если же я, несмотря ни на что, дал ей это поручение, то Вы можете легко догадаться, на чьей стороне находятся мои симпатии».
«Я не принимаю сегодня льстецов», — холодно сказал Родан.
Мерканта это, по всей видимости, не тронуло. — «Если я пришел сюда, то только потому, что симпатизирую Третьей власти. Меня заботит благополучие нашего человечества. Я пришел сюда, потому что убедился, что никто другой, кроме Вас, не в состоянии успешно отразить вторжение из Космоса».
«Надолго?» — осведомился Родан.
«Это решать Вам, мистер Родан».
Эти откровенные слова произвели на Родана впечатление. — «Ну хорошо, мистер Меркант, посмотрим. Сначала я должен распорядиться, чтобы Вам предоставили жилье. Позже мы сможем подробно обо всем поговорить. Но сейчас прошу извинить меня».
«Я видел перед этим, как Вы приземлились на корабле арконидов и не сомневаюсь в важности Вашей работы. Но послушайте меня еще минуту! Это не каприз с моей стороны, что я пришел к Вам именно сейчас».
С этими словами Аллан Д. Меркант поставил на стол свой дорожный чемодан и открыл его. Родан увидел необычные части тела, которые его посетитель привез с собой из Гренландии, и инстинктивно почувствовал, насколько значима была эта находка».
«Что это, Меркант?»
«Это я хотел бы узнать от Вас. Или от Крэста. Мы нашли неизвестное сооружение в форме ледяной хижины к северу от фьорда Уманак и взорвали его. Под ним мы нашли останки этого неземного существа».
Перри Родан тотчас же подошел к радиоустановке и пригласил Крэста, Маршалла, Хаггарда и Тору к себе. Вскоре все трое мужчин явились. Арконидка не пришла.
После краткого представления и приветствия Аллан Д. Меркант подробно рассказал о событиях в Гренландии. Судьба капитана Циммерманна и содержание его чемодана всех взволновала. Никто из присутствующих уже не сомневался, что Земле предстоят решающие перемены в ее судьбе. Все вопросительно смотрели на Крэста.
Арконид серьезно сказал: «Вряд ли необходимо запрашивать робот-мозг, потому что это объясняет мне все. Капитан Циммерманн не был ни изменником, ни предателем, мистер Меркант. Он стал всего лишь жертвой этого существа».
«Это ведь не фантаниды, не так ли?»
«Нет, интервенты куда опаснее и вероломнее. Автоматический сигнал тревоги, включенный в результате уничтожения нашего большого корабля арконидов, видимо, привлек к этому сектору Космоса внимание большого числа разумных существ. Нам следует смириться с тем, господа, что положение Земли в Галактике стало известно и что многие пиратские народы, из побуждений любопытства, корыстолюбия или из жажды разрушения, прилетят в Солнечную систему. За фантанидами придут ДЛ-ы. Но ДЛ-ы обладают стадным чувством, и там, где появился один, надо ждать многих других».
«Что такое ДЛ-ы?» спросил Родан.
«Я хотел бы объяснить это Вам на примере капитана Циммерманна. Название этих существ непроизносимо на языке арконидов. Поэтому мы просто называем их ДЛ-ы, то есть деформаторы личности. Могу заметить, что эти существа являются самыми опасными врагами нашей Империи. Врожденная способность позволяет их сознанию покидать свое тело и переходить в другое. Их Я может поэтому надолго оставаться в другом существе, причем таким образом, что в течение этого отрезка времени личность изменяется. Капитан Циммерманн, видимо, встретился в Гренландии с таким существом. Когда он посетил Вас на Вашей станции, мистер Меркант, он был поражен волей ДЛ-а. Его тело продолжало лежать далеко севернее, в хижине, и тело при этом одновременно служило Циммерманну тюрьмой».
«Ужасно! — сказал доктор Хаггард. — Вы не знаете, Крэст, не сочетаются ли эти невероятные способности ДЛ-ов с метаболическими способностями?»
Крэст покачал головой. — «Вы имеете в виду органическое подражание, доктор? Вы думаете о полном захвате, включая собственную протоплазму? Нет, это не так. В метаболическом отношении деформации не происходит. Но захват нашего тела чужим сознанием представляется мне достаточно жутким».
Остальные могли только присоединиться к мнению Крэста. Однако, Хаггард размышлял дальше, невольно отступив на шаг от полковника Мерканта. Так же быстро он взял в руку пистолет и направил его на посетителя.
«Мы очень интересно рассуждаем о ДЛ-ах, господа, забывая о том, что Меркант незадолго до смерти Циммерманна был вместе с таким существом».
Крэст сразу понял ход мыслей Хаггарда, и успокаивающе махнул ему рукой.
«Уберите оружие, доктор. ДЛ-ы могут перепрыгнуть на другого только из своего собственного тела. Для каждой новой деформации им нужно сначала вернуться в себя самих. Поэтому исключено, что ДЛ с наступлением смерти Циммерманна перешел в тело Мерканта».
«А где остался ДЛ?» — хотел знать Хаггард.
«Он умер. Возврат в собственное тело требует определенной подготовки сознания. Средоточия сил, хотел бы я сказать. Это один из немногих исходных пунктов для нас, с помощью которого мы можем уменьшить их превосходство».
«То есть мертвы оба — ДЛ и Циммерманн?»
Крэст кивнул.
Вскоре после этого дискуссия была окончена. Меркант упомянул еще, что деформация Циммерманна, видимо, будет не единичным случаем, и Крест подтвердил это опасение.

Час спустя.
«Пришел Тако, — сказал Родан Мерканту и доктору Хаггарду, оставшимся в его кабинете. — Они привезли с собой мутантов».
«Мутантов?» — медленно произнес Меркант.
«Мутантов для Третьей власти, полковник. Экипаж нашей станции, или лучше сказать — число жителей нашего нового государства — долгое время должно будет оставаться ограниченным. Отсюда следует, что мы заменяем количество качеством. Я создам корпус мутантов, полковник. Армию, которая будет меньше и незаметнее любой другой, но быстрее, сильнее и надежнее».
«Корпус мутантов, — сказал пораженный Меркант. — Мы в контрразведке тоже знали, что существуют одаренные в смысле парапсихологии люди. Но мы так и не нашли их».
«Может быть, тогда для этого еще не пришло время», — ответил Родан.
Меркант взял себя в руки. — «Я чувствую Ваше доверие ко мне. Я Ваш человек, мистер Родан».
«Спасибо, полковник! Я много дней мечтал об этом».
Оба мужчины обменялись крепким рукопожатием, чего не сделали, встретившись. После этого было объявлено о посадке транспортной машины.
На несколько секунд защищающий энергетический экран закрытой зоны открылся. Самолет коснулся земли и вырулил на послепосадочный пробег. Тако первым сошел с борта и направился к Перри Родану. Он вручил ему список с именами всех прибывших, которым предстояло в дальнейшем образовать корпус мутантов.
«Булли прибудет после меня на другой машине и доставит еще один парапсихологический талант из Германии», — сказал Какута в заключение.
Первая встреча Родана с мутантами прошла гораздо менее драматично, чем это можно было себе представить.
«Приветствую Вас, дамы и господа, в качестве гостей Третьей власти, — начал Родан свою речь. — Я прошу прощения за своеобразный способ нашего приглашения. Вы должны знать, что никто из Вас не подвергается ни малейшему ограничению свободы. Вы будете в течение восьми дней жить в наших удобных жилищах. В течение этого времени у Вас будет возможность пройти курс обучения арконидов, имеющий своей целью раскрыть Ваши подлинные духовные силы. Открыть их для Вас самих, дамы и господа! Можете быть уверены, что все Вы вряд ли знаете о своих собственных способностях. Рассматривайте это как безобидную, увлекательную игру, в которой Вы принимаете участие. Через восемь дней я снова буду в Вашем распоряжении и охотно отвечу на Ваши вопросы. Через восемь дней этот самолет снова будет готов отвезти Вас обратно домой, если Вы этого захотите».
Перри Родан еще раз кратко поприветствовал мутантов, а затем передал их на попечение уже испытанной команды, состоящей из доктора Хаггарда, доктора Маноли и Джона Маршалла, телепата.

Во время обеда поступило новое предупреждение от Крэста.
«Космический корабль ДЛ-ов снова приближается. Он находится на той же орбите, что и сегодня утром. У Вас ведь была какая-то идея, Родан, правда?»
Родан вскочил, уронив столовый прибор. — «Да, у меня есть идея».
Он по радио позвал Какуту, приказав ему придти в корабль арконидов. Через несколько минут он тоже отправился на центральный пост управления стального шара.
Какута, телепортант, уже вошел, и Крэст закрыл стартовое устройство. Перри напрасно высматривал Тору. Видимо, она была в своей кабине.
Заслон энергетического экрана был опущен. «Добрая надежда» поднялась вертикально вверх. Заслон закрылся. Ускорение 50 метров на секунду в квадрате. Старая игра, всегда новый полет, о котором мечтал человек. Расстояние Земля — Луна чуть ли не меньше, чем за час!
Выход на орбиту спутника, несмотря на огромную центробежную силу. И только потом энергия торможения. Действия и приказания Перри Родана были краткими и точными.
В то время, как Тако Какута, снабженный точными инструкциями, садился в небольшую вспомогательную лодку длиной не более пяти метров, направляясь на ней к шлюзовому отсеку, поступило радиосообщение из Гоби. Это было печальное известие от Петра Коснова.
«Алло, Родан! Я только что получил сигнал о помощи от Булля. Он подлетает на маленькой транспортной машине к закрытой зоне. Он жалуется на сильные головные боли и просит помощи. Он не в состоянии управлять самолетом. Что нам делать?»
«ДЛ-ы!» — воскликнул Крэст.
Родан отреагировал мгновенно. — «Немедленно переведите разговор с Буллем на Ваш усилитель, чтобы я мог сам поговорить с ним! — приказал он. Сразу после этого он связался со своим другом. — Хэлло, Булли! Ты меня слышишь?»
«Перри! Помоги мне! Я уже не могу думать. Я не знаю, что со мной происходит». — Голос Булли выдавал его отчаяние.
Приказание Родана Тако Какуте: «Немедленно прыгать и в течение десяти секунд попытаться осуществить телепортацию!»
Ответ Родана Реджинальду Буллю: «Защищайся, Булли, защищайся! Это не головные боли! Это вторжение интервентов в сознание. Мы находимся на орбите Луны и в этот момент атакуем противника. Ты меня слышишь, Булли? Отвечай!»
Из громкоговорителя послышался только хрип.
«Перри! Я больше не могу! Это невыносимо. Моя голова раскалывается… Я…»
«Возьми себя в руки! Ты сильнее их. Ты прошел гипнообучение арконидов. Если ты сейчас сдашься, ты погибнешь. Соберись, Булли! Еще полминуты, и ты будешь спасен».
Перри Родан обещал что-то, сам не зная, сумеет ли это выполнить. Только бы удался его тактический прием, с помощью которого он хотел одолеть ДЛ-ов.
Первая атака ранним утром показала, что внешней атакой ничего достичь не удастся. Защитный экран вокруг корабля ДЛ-ов противостоял любому обстрелу из энергетического оружия.
Выйдя на своей вспомогательной лодке из материнского корабля, Тако Какута, маленький японский телепортант, с той же скоростью приближался к кораблю ДЛ-ов. А космический корабль-шар после попытки световой атаки с безуспешным лучевым обстрелом отошел, направившись в обратный полет к Земле.
Первая часть плана Родана удалась. ДЛ-ы на сей раз не посчитали энергетический обстрел поводом для того, чтобы поспешно исчезнуть. Они вели психическую атаку на Реджинальда Булля прямо над Гоби и потому должны были удерживать свою теперешнюю позицию.
Это был момент для телепортации Тако!
Как только корабль арконидов исчез из непосредственной близости ДЛ-ов, их бдительность ослабла. Лодка Тако была слишком мала, чтобы можно было сразу определить ее местонахождение.
Инопланетяне чувствовали себя уверенно и отключили поглощающий энергию защитный экран своего корабля.
Японцу потребовалось четверть минуты, чтобы окончательно выровнять свою скорость. Удаление от корабля ДЛ-ов составляло семь тысяч километров.
Затем Тако Какута прыгнул и приземлился точно в помещении центрального поста управления противника.
Одной секунды ужаса находившихся там пяти деформаторов личности было достаточно для Тако, чтобы поджечь бомбу. После чего он телепортировался обратно в свою лодку, услышав в тот же момент взрыв овального корабля.
Вместе с ним это услышали многие другие: экипаж корабля-шара, наземная станция в Гоби и Реджинальд Булль, который словно чудом вдруг снова почувствовал себя свободным от какой бы то ни было опасности.

Сообщение о новой победе Перри Родана над вражеским космическим кораблем появилось на Земле на первых страницах газет. Симпатии к Третьей власти, до сих пор все еще считавшейся чем-то сомнительным, моментально возросли во всех странах.
Тем временем в Гоби подходил к концу один из самых необычных в истории человечества курс обучения. В уже построенном роботами зале заседаний собрались все одаренные с точки зрения парапсихологии люди, находящиеся в закрытой зоне Третьей власти.
Перри Родан сказал несколько слов по случаю завершения курса обучения.
«Вы все оказали мне такое доверие, на какое я не решался и надеяться. Я гарантировал Вам свободное возвращение домой. После того, как все Вы без исключения решили поступить на службу к Третьей власти, Вы конечно, через определенные промежутки времени, будете получать отпуск. Гипноблок никогда не заставит Вас выдавать какие-либо секреты во внеслужебное время. Теперь Вы члены Корпуса мутантов Третьей власти, который сегодня, в день своего официального создания, состоит пока еще из восемнадцати человек. Все Вы во время предыдущих бесед доказали, что Вам ясно историческое значение нашей новой организации с точки зрения космических связей. Вам известны пределы возможностей человечества, которые мы немного расширили первым полетом „Стардаста“. Но Вам известны также большие надежды, которые питает человечество в связи с распахнутыми воротами во Вселенную. Вы знаете, что скоро мы уже проникнем в самые глубокие тайны, о которых еще несколько лет тому назад ни один житель этой планеты не мог и мечтать. От Вас будет зависеть, как скоро мы проникнем в Космос».
Все разошлись. Перри Родан с огорчением увидел, что Тора ушла одной из первых. Он вообще-то был удивлен, увидев ее на этом собрании.
«Что с ней? — обратился он к Кресту. — Я хотел сблизиться с ней. В последнее время с ней все-таки уже можно было нормально поговорить, а кроме того, она сама сказала мне, что у нее есть даже чувства. Но вот уже почти неделю она не разговаривает со мной и постоянно меня избегает».
«Может быть, Вы слишком заботитесь об Анне Слоан», — сказал арконид.
Родан только посмотрел на него. У него было ощущение, что Крэст на сей раз ошибается, так как гордая арконидка не была ревнива.
Крэст тоже ушел, и Родан остался один. Но потом он вдруг почувствовал присутствие в помещении человека и обернулся. Далеко позади, в углу комнаты, стоял Хоумер Дж. Адамс. Со своей почти карликовой фигурой и большой головой, наклоненной вперед, словно под тяжким грузом, министр финансов Третьей власти выглядел почти застенчиво.
«Ну, Адамс, устал от поездки?» — приветливо спросил Родан.
Невысокий человечек подошел ближе и покачал головой.
«Что значит поездка из Нью-Йорка в Гоби на Ваших машинах, Родан? Меня беспокоит другое. Я не хочу скрывать своих талантов, но хороший министр финансов еще далеко не мутант. Тем не менее, Вы приняли меня в Корпус. Не было ли это ошибкой?»
Перри задумчиво улыбнулся. — «Скажите, Адамс, сколько будет 2.369,7 в третьей степени?»
«13.306.998,873.»
«Вы так быстро это сосчитали?»
«Нет, конечно, нет. Но Вы уже задавали мне этот вопрос несколько дней тому назад».
«И Вы запомнили результат?»
«Разумеется», — ответил Адамс.
«Ну хорошо, — сказал Родан. — Ни один нормальный человек не запомнит такого числа, о котором мы мимоходом упомянули в споре. Ни один человек с пятью органами чувств! Но Вы запомнили. У Вас фотографическая память».
Адамс задумался на минуту, потом его лицо озарила улыбка. Он выглядел очень довольным — собой и целым светом.

7.

Глаза мужчины вдруг расширились от ужаса, словно он увидел нечто невероятное. Но они смотрели в пустоту, в бесконечность синего неба над небольшим лесным озером. Потом они застыли, уже ничего не выражая.
Его рука, в которой он держал удочку, не дрожала. Она будто окаменела и не никак не отреагировала, когда пловца резко потянуло в глубину.
Если бы кто-нибудь мог всмотреться в черты лица мужчины, то в ужасе отпрянул бы. Страх смешался в нем с огромным удивлением — в течение пяти секунд. В эти пять секунд никто не узнал бы в мужчине обычного служащего Сэмми Дерринга, который уже в течение нескольких лет, к удовольствию своего начальства, исполнял свои обязанности в Министерстве обороны Западного блока. Он был холостяком и регулярно ездил на выходные на маленькое лесное озеро, чтобы наловить для своей хозяйки форелей. Сам он не очень любил рыбу, но придерживался мнения, что рыбная ловля успокаивает нервы. Свой небольшой спортивный автомобиль, второе хобби Сэмми, он припарковал на лесной дороге.
Сэмми Дерринг в эти пять секунд был почти мертв.
Его сознание, его рассудок или его душа — можно называть это как угодно — покинули тело.
Не добровольно. Его вынудили к этому. Нечто более сильное, непостижимое захватило его мозг, попросту проникло в него и вытеснило оттуда то, что в нем было.
В эти пять невероятных секунд Сэмми Дерринг мог сам себя видеть сидящим на берегу озера. Он незримо поднялся в виде голого сознания на несколько метров в высоту, глядя оттуда на себя. Он не понимал, что он видит. Собственно говоря, он — или скорее, его тело — должно было упасть. Но он продолжал сидеть, даже не заботясь о попавшейся на крючок рыбе.
В сознании Сэмми шевельнулась необходимость вытащить удочку, но застывшее под ним тело уже не слушалось его приказов. Кроме того, у него не хватило времени. Пять секунд прошли. Перед глазами Сэмми — хотя были ли у него еще глаза? — проплыла картина мирного лесного озера и исчезла. Невидимая сила унесла его с собой. На мгновение ему показалось, что он видит под собой огромный, выпуклый шар, а потом стало абсолютно темно. Он чувствовал, что его куда-то затягивает; затем неожиданно снова появились двигательные рефлексы. Он ощущал свои конечности, мог ими двигать.
Несмотря на темноту, он опять мог видеть. Он понял, что это не абсолютный мрак; помещение, в котором он находился, было слабо освещено. И тут ему в голову пришел вопрос о том, как он попал сюда, но ответ вдруг стал ему безразличен. Он пережил приступ слабости и находился в больнице. Другого объяснения не было.
Он был болен. Его охватила усталость. Почему никто не заботится о нем? Он догадывался, что кто-то находится совсем рядом. Он попытался подняться, но ему это не удалось. Значит, они нашли его на озере и принесли сюда? Как долго он был без сознания? Разве он не видел себя самого, сидящего там на озере? Его глаза привыкли к темноте, но свет стал еще более тусклым. Он почувствовал, что засыпает. Но опять было что-то, что не давало ему успокоиться. Какой-то сделанный им вывод. Прошло много секунд, пока он достиг его сознания.
Его пальцы… его ноги!
Он из последних сил открыл глаза и в ужасе уставился на концы своих четырех рук. Это были сильные когти с присосками.
А потом он увидел свое тело — сильно суженое в середине, как у осы, покрытое тонкими волосами. Вид монстра, в которого он так неожиданно превратился, был настолько невероятным, что он со вздохом облегчения закрыл свои черные граненые глаза и вытянул обе ноги.
Конечно же, все это было сном. Как он раньше об этом не подумал!
Но когда его потом пронзила мысль, что человек во время сна никогда не осознает, что он спит, было уже поздно.
Его сознание, заключенное в тело неземного существа, погрузилось в похожий на смерть сон.

Когда пять секунд прошли, Сэмми Дерринг вытащил удочку. Он посмотрел на полуторапудовую форель на крючке и бросил ее обратно в воду. Удилище он небрежно положил в траву рядом с деревянным мостиком, а потом несколько неуверенной походкой, так, словно он несколько недель пролежал в постели, пошел к своему автомобилю. Здесь тоже было короткое замешательство. Но с буквально через секунду он получил желаемую информацию из накопителя памяти интеллекта, который находился до него в этом теле.
Сэмми Дерринг, который уже не был Сэмми Деррингом, завел мотор своей машины и медленно поехал по ухабистой лесной дороге к основному шоссе. Короткого взгляда на указатель дорог было достаточно. Несколько минут спустя спортивный автомобиль мчался в направлении города.
Сара Ваббл удивилась, увидев, что ее жилец вернулся так точно. Ее удивление еще больше возросло, когда Сэмми всего лишь коротко кивнул ей и закрылся в своей комнате. Никакого приветствия, никаких форелей, ничего.
Тот, кто был Сэмми Деррингом, чувствовал себя легко, когда между ним и людьми была закрытая дверь. Его опыт по переходу в другие организмы оставлял еще желать лучшего. К тому же жители этой планеты обладали таким интеллектом, который не так легко было выключить и сохранить. Проще было бы полностью обезвредить их, но приходилось следовать приказам командира.
Этот командир находился не на Земле. Далеко вдали, в космическом пространстве, кружило по орбите овальное, металлическое, мерцающее летательное тело третьей планеты Солнечной системы. Этот космический корабль придумали и построили не люди, а нечеловеческие, но несмотря на это, не менее способные насекомые. Разум, который управлял шестисуставными конечностями почти двухметровых насекомых, отдаленно напоминающих ос, можно было вполне сравнить с человеческим. Если же принять во внимание определенные умственные способности насекомых, то можно с полным правом утверждать, что они превосходили людей.
Одна из их способностей заключалась в том, что сознание этих неземных существ могло покидать собственное тело и входить в чужое. При этом происходил полный обмен. Сознание захваченного тела могло стать укрощенным и пойманным только тогда, когда его заключали в собственное тело. Только тогда можно было располагать свободой действий и делать все, что угодно, находясь в захваченном теле. Если же его хозяин умирал раньше, чем его покидало чужое сознание, оно умирало вместе с ним. Точно так же неизбежно происходило и в том случае, когда собственное тело насекомого с заключенным в нем сознанием захваченного человека насильно разрушалось.
Несмотря на эти ограничения, зловещие насекомые были одними из самых опасных народов Вселенной, но об этом не мог догадываться человек, всего лишь полгода тому назад совершивший первую посадку на Луне. Он ничего не знал о многих разумных народах Млечного пути, о галактических империях, которые создавались и вновь распадались.
Однако, те, кто знал насекомых, называли их из-за их зловещих свойств деформаторами личности или короче: ДЛ-ами.
И вот теперь ДЛ-ы добрались до Земли. Эта абсолютно незнакомая планета на краю Млечного пути стала неожиданно центром событий, масштаб которых пока нельзя было измерить. Аварийные сигналы крейсера арконидов привлекли внимание ДЛ-ов. Аркониды, правители безмерно огромной звездной империи, были заклятыми врагами инсектоидов. Борьба против арконидов была бы безнадежной, если бы не удалось по одному выследить и атаковать их корабли. И вот такая возможность представилась. Исследовательскому крейсеру арконидов пришлось совершить здесь вынужденную посадку. Однако, к удивлению ДЛ-ов третья планета Системы была заселена разумным народом, который уже прошел начальную стадию космических полетов.
Исключительно по этой причине командир ДЛ-ов приказал осуществить проникновение на Землю. Он был абсолютно уверен, что в самое короткое время он захватит важнейшие позиции и ключевые точки земной политики и науки. Но люди ни о чем этом не догадывались. Они знали, что вблизи лунной орбиты был обнаружен и уничтожен чужой космический корабль, но они не знали, что у ДЛ-ов был не один корабль, а больше. Прежде всего они, за небольшим исключением, не знали, кто такие ДЛ-ы и каковы их намерения.
Когда Сэмми Дерринг утром в понедельник вошел в Министерство и поздоровался со своими коллегами, никто по его виду не заметил в нем изменений. Он покопался в бумагах и позвонил своей секретарше.
Молодая женщина вошла и приготовила блокнот. Сэмми покачал головой и сказал:
«Принесите мне все дела по обороне страны. Я также хотел бы получить документы о достижениях в области исследования космического пространства и ракетостроения. В первую очередь меня интересует дееспособность нашей контрразведки. Что Вы так уставились на меня? Идите и поторопитесь!»
Секретарша всхлипнула и покраснела.
«Но, мистер Дерринг…»
«Вы что, не поняли меня?»
Она хотела сказать еще что-то, но увидев выражение глаз Сэмми, вышла из комнаты. Довольный Сэмми Дерринг — или тот, кто внешне был Сэмми Деррингом — остался один.
Секретарша закрыла за собой дверь и с минуту стояла неподвижно. Потом покачала головой и, решившись, направилась к начальнику отдела, человеку по имени Джон Мантелл.
«Вы уверены, что мистер Дерринг не шутил?»
«Абсолютно уверена. Он говорил это серьезно. А потом — это выражение его глаз. Я еще никогда в жизни не видела такого выражения лица».
Мантелл внимательно посмотрел на нее.
«Очень странно. Он хотел видеть документы по обороне страны. Он ведь хорошо знает, что они доступны только министру обороны, но не рядовому служащему. Может быть, у него появилась мания величия?»
Секретарша в первый раз улыбнулась.
«Я не могу припомнить, чтобы мистер Дерринг когда-либо шутил на тему того, что он чуть ли не министр обороны. Он считал, что может быть иногда его могли принимать за него…»
«Уж это-то Сэмюэль Дерринг сразу бы запретил, — пробормотал Мантелл. — Совпадение имен — это еще не причина, чтобы позволять себе такие шутки. Я поговорю с Деррингом. Скажите ему, пусть придет ко мне в одиннадцать часов».
Она медлила.
«А что мне теперь сказать ему?»
«Что хотите. И дайте мне теперь спокойно поработать».
Секретарша медленно вышла из комнаты, но не вернулась в свой кабинет. Несколько минут она боролась сама с собой, а потом решила обратиться к уполномоченному контрразведки.
Мистер Смит был очень удивлен, узнав о происшедшем. Он воспринял этот случай гораздо серьезнее, чем мистер Мантелл, который по всей видимости уже забыл о нем. Он попросил секретаршу подождать в приемной. Едва дверь за ней закрылась, он предпринял самые активные действия. Из одного из стенных сейфов он достал телефон, набрал номер и нетерпеливо ждал ответа. Ему пришлось дважды называть номер, пока наконец не отозвался нужный ему человек.
«Говорит Смит из министерства обороны. Произошло нечто странное, сэр. Абсолютно непостижимое, если это только не шутка. Но три дня тому назад я получил Ваше указание, согласно которому следует наблюдать за каждым, кто ведет себя необычно и…»
Его собеседник перебил его. Был задан точный вопрос. Смит весь подтянулся. Видимо, он питал к своему собеседнику невероятное уважение.
«Так точно, сэр. Служащий Сэмми Дерринг требует показать ему тайные планы обороны страны. Кроме того, он хочет заглянуть в программу космических полетов. Свое пожелание он выразил на полном серьезе. Его секретарша утверждает, что еще никогда не замечала за ним подобной решительности. Кроме того, она говорит, что выражение его глаз стало чужим…»
Снова короткий вопрос.
«Как зовут этого человека?»
«Сэмми Дерринг, сэр».
«А как зовут министра обороны?»
«Сэмюэль Дерринг, сэр. Но — Вы ведь сами это знаете…»
«Спасибо, Смит. Мое распоряжение таково: Вы не подаете вида. Секретарша принесет Деррингу требуемые документы — старые и давно неактуальные, разумеется. У Дерринга не должно возникнуть никаких подозрений».
«Так точно, сэр. Что-нибудь еще?»
«Ни слова ни одному человеку, понятно? Я через два часа буду у Вас».
«Вы хотите сами…»
Смиту отказал голос. Этого еще никогда не случалось. Аллан Д. Меркант, всемогущий шеф западной контрразведки, утруждал себя из-за смешного пустяка. Из этого явно следовало, что этот Сэмми Дерринг позволил себе пошутить, поскольку его звали так же, как министра обороны. Смит вспомнил, что в последние дни о Мерканте ходили разные слухи. Поговаривали, что шеф контрразведки присоединился к Третьей власти.
«Да, я прибуду сам! — подтвердил Меркант. — Повторяю еще раз: строгое молчание! Скажите это и секретарше. Все!»
Смит поставил аппарат обратно в шкаф. Когда он позвал женщину в кабинет, лицо его было озабоченным. Он попросил ее сесть. А потом строго произнес:
«Вы не должны говорить об этом случае ни одному человеку. Кажется, мистер Дерринг — э-э-э — болен. Может быть, это один из видов безумия. Через десять минут я пошлю Вам стопку документов. Вы дадите их Вашему начальнику. Вы поняли?»
«Да, но…»
«Никаких но! Скажите мистеру Деррингу, что документы затребованы и находятся в пути. Ни слова ни одному человеку об этом».
Про себя секретарша подумала о начальнике отдела, которому она уже кое-что сказала. Но Мантелл, кажется, вовсе не собирался этим заниматься. Может быть, он даже забыл об этом. Она кивнула.
«Хорошо, мистер Смит. Я скажу это мистеру Деррингу. Если только он при этом не посмотрит на меня опять так же странно. Я боюсь его».
«Ерунда, мисс…»
«Томпсон. Клара Томпсон».
«Ничего не бойтесь, мисс Клара. Я думаю, что мистер Дерринг страдает временным психическим расстройством. Вчера было довольно жарко, и может быть, он слишком много находился на солнце».
Клара Томпсон не сочла это, однако, достаточной причиной для того, чтобы вдруг посчитать себя министром обороны, но ничего не ответила. Кивнув головой, она попрощалась и вернулась в свой кабинет. Начальник отдела Мантелл совсем забыл о ней.
Когда она вошла, Сэмми поднял голову.
«А, Вы принесли документы?»
«Еще нет, сэр. Они поступят через десять минут».
«Спасибо. Не заставляйте меня долго ждать».
«Хорошо, сэр».
Клара была рада закрыть за собой дверь. По крайней мере, Сэмми Дерринг выглядел вполне нормально. Странный блеск в глазах отсутствовал. Но идиотский приказ принести ему секретные документы оставался в силе.
Десять минут спустя курьер принес бумаги. Они были сложены в красную папку, на которой стояла надпись: «Строго секретно».
Клара уставилась на папку. Почему Смит затеял с ней эту детскую игру? Может быть, за этим скрывалось нечто большее, чем причуда?
Она взяла красную папку, постучала в дверь кабинета Дерринга и услышав его голос, вошла. Молча положила требуемые документы на стол и посмотрела на него. В его глазах, как она заметила, светился триумф. Но было в них еще и что-то другое, чего она не могла определить. Что-то чужое, бесконечное. Ей показалось, что она заглянула в бездну, которая была так глубока, что упав в нее, можно было кануть в бесконечность. Она растерянно отвернулась и вернулась в свою приемную.
Сэмми Дерринг подождал, пока дверь закроется, и только потом открыл папку и начал изучать документы. Уже первый взгляд на них показал ему, что его миссия удалась. Тут, перед ним, лежали секреты этой планеты, по крайней мере, секреты одной Великой державы. Другие ДЛ-ы будут также успешно действовать в других частях света. Уже завтра командир узнает, какими возможностями обороны располагают люди и где можно удачно осуществить вторжение. Потому что они действовали не только путем захвата тел этих незадачливых двуногих. Они должны были остаться самостоятельными, хотя бы и под началом других хозяев.
Пока он изучал документы, с удовлетворением отмечая, что они намного переоценили возможности землян, время неумолимо шло вперед. Стрелки часов передвинулись на одиннадцать часов.
На несколько кабинетов дальше Джон Мантелл вспомнил о своем разговоре с Кларой Томпсон. Минуту он боролся с мыслью забыть об этом случае и не тратить на шутку своего служащего драгоценного времени, но потом подумал о своих обязанностях. Как просто такая шутка могла вызвать неприятные осложнения. Он нажал кнопку своего настольного аппарата. Через несколько секунд отозвался женский голос.
«Мисс Томпсон? Что там с Деррингом? Вы сказали ему, что я хочу поговорить с ним?»
Клара уже почти забыла о Мантелле. Она, заикаясь, выговорила: «Может быть, было бы лучше, мистер Мантелл, если бы Вы забыли об этом случае. Мистер Дерринг наверняка пошутил. Не следует придавать этому значения и…»
«Тогда не надо было приходить ко мне. Итак, в чем дело? Вы не собираетесь сообщить мистеру Деррингу, что я хочу переговорить с ним?»
«Я… я…»
Мантелл уже не слушал, в раздражении положив трубку. Потом резко встал и вышел из кабинета. Он встретил Клару у дверей приемной. Она испугалась, увидев его.
«В чем дело? Куда Вы?» — накинулся он на нее.
Она растерялась еще больше.
«К… к Вам, мистер Мантелл. Я хотела попросить Вас не мешать сейчас мистеру Деррингу. У него важная работа».
Мантелл удивленно поднял брови вверх.
«Важная работа? Да? Ну, давайте посмотрим».
Он прошел мимо Клары и открыл дверь. Он увидел, что перед его подчиненным высится гора документов. Дерринг сердито поднял голову и непонимающе посмотрел на вошедшего, пока его лице не появилось выражение узнавания.
«А, мистер Мантелл! Чем могу служить?»
Мантелл уперся обеими кулаками в стол.
«Скажите, мистер Дерринг, Вы, видимо, сошли с ума, если позволяете себе подобные шутки. Вы требуете секретные документы, словно речь идет о туалетной бумаге. Вы ведете себя так, будто Вы министр обороны. Даже он не имеет права, вот так запросто… Что с Вами?»
С Сэмми произошла страшная перемена. Сначала его глаза непонимающе уставились на неистовствующего начальника отдела, потом стали пустыми и тусклыми. Когда их блеск вернулся, они были жесткими и беспощадными. Хриплым голосом Сэмми спросил:
«Как зовут министра обороны?»
Мантелл глотнул воздуха. Он ничего не понимал.
«Дерринг! Вы сошли с ума! Не хотите ли Вы сказать, что забыли, как зовут нашего шефа?»
Сэмми кивнул.
«Да, я забыл. Как его зовут?»
Хотя Мантелл не собирался исполнять любое желание сумасшедшего, холодные глаза его визави вынудили его к этому.
«Дерринг, Сэмюэль Дерринг. Вам это лучше известно, чем мне, Дерринг, так как из-за сходства Ваших имен уже не раз происходила неприятная путаница. Но это еще далеко не причина…»
Он умолк. Сэмми вскочил из-за стола. Он показал на документы, лежавшие перед ним на столе. — «Если я не министр обороны, почему мне принесли затребованные документы?»
Мантелл взглянул на бумаги. Он и сам этого не понимал. Но прежде, чем он успел высказать предположение, дверь позади него открылась. Вошел Смит, сопровождаемый Кларой Томпсон. Лицо Смита было злым. Мантелл испугался. Он знал, что этот неприметный Смит обладал огромными полномочиями. Неужели он совершил какую-то ошибку?
«Что здесь происходит? — спросил Смит. Он обратился к Мантеллу. — Разве мисс Томпсон не сказала Вам, что Вы ничего не должны предпринимать?»
«Он меня не послушал», — вставила Клара.
«Она пришла ко мне и сказала, что мистер Дерринг позволил себе пошутить, — защищался Мантелл. — Я хотел попросить Дерринга не допускать в будущем подобных шуток. Сходство имен с министром обороны не может служить поводом к тому, чтобы…»
Никто не обращал внимания на Сэмми Дерринга. Он снова сел, и жизненная сила в его глазах неожиданно погасла. Он сидел за письменным столом с неподвижно поднятой головой. Глаза безучастно смотрели в пустоту. Это продолжалось пять секунд, ни мгновением больше. Потом жизнь вернулась в них.
ДЛ с невероятной быстротой покинул чужое тело, узнав о своей роковой ошибке. Все это происходило в панике. Он мог собственными силами устранить ошибку. Но предпочел вернуться обратно в свое спящее тело и выпустить оттуда захваченный разум. Сознание Сэмми возвратилось в собственное тело. Воспоминание о том, что произошло, стерлось в его памяти, за исключением отдельных деталей, которые казались сном.
Только что он еще сидел у лесного озера, держа удочку и вот он уже за своим письменным столом. Перед ним стоял начальник отдела Мантелл, рядом Смит, а от двери на него растерянно смотрела Клара Томпсон.
Что произошло за это время?
«Вы что-то хотели, господа? — машинально спросил он. Потом его взгляд упал на раскрытые документы, лежавшие перед ним. Он узнал красную папку. Ничего не понимая, он обратился к присутствующим. — Как сюда попала эта папка?»
Прежде, чем Мантелл успел выразить свое удивление, вмешался Смит. Его ум отреагировал молниеносно. Хотя он и не понимал причин, но вспомнил о том, что Меркант был на пути сюда. За безобидным на вид случаем скрывалось нечто большее, чем он или кто-то другой мог предполагать.
«Это устаревшие доклады, мистер Дерринг, которые я прошу Вас просмотреть. Министр дал нам поручение доверить это надежному сотруднику».
Сэмми выглядел все еще удивленным, но кивнул в знак согласия.
«Я очень благодарен Вам и мистеру Деррингу за оказанное мне доверие. Когда нужно выполнить поручение?»
«Не торопитесь, мистер Дерринг. Пойдемте, мистер Мантелл. И Вы тоже, мисс Томпсон. Не будем мешать мистеру Деррингу».
Он вытащил ничего не понимающего Мантелла из кабинета и закрыл за Кларой дверь. Потом облегченно вздохнул.
«Еще раз обошлось. Послушайте, мистер Мантелл, Вы чуть было не совершили огромной глупости. Я, правда, не знаю, что за этим кроется, но мистер Меркант уже на пути сюда».
«Шеф западной контрразведки? — удивился Мантелл. — Это невозможно».
«Тем не менее! Возвращайтесь в кабинет и не думайте больше о мистере Дерринге. Это приказ. Министр обороны ничего не узнает о происшедшем. Вы, мисс Томпсон, тоже держите язык за зубами. Сегодня вечером я все Вам объясню».
Он видел, что в ней что-то происходит, но она не задала больше никаких вопросов. Смит надеялся, что скоро он получит разумное объяснение, может быть — от Мерканта.
Между тем Сэмми Дерринг сидел в своем кабинете перед давно уже устаревшими документами и усиленно размышлял о том, что он должен делать с этой Бессмыслицей.
Насколько он мог вспомнить, он только что сидел у лесного озера, проводя там свои выходные. Как он очутился теперь в своем кабинете, было для него полной загадкой. Или он грезил наяву? А эта большая страшная нора с чудовищем, которое выглядело, как огромная оса. Он сам был этим чудовищем!
Неужели он потерял рассудок? Он вздохнул, решив не думать больше об этой загадке. Ненужные вопросы только вызвали бы подозрение. Министерству не нужен полусумасшедший сотрудник. Он, видимо, спал, потому что не мог вспомнить, что кто-то принес ему документы.

Аллан Д. Меркант готовился к встрече с человеком, тело которого было захвачено ДЛ-ом. Это была его не первая встреча такого рода. Всего несколько дней тому назад один из ДЛ-ов попытался, проникнув в тело его ближайшего сотрудника, вывести его из строя. Только его молниеносная реакция и, видимо, имеющиеся у него телепатические способности спасли его.
Итак, ожидаемое вторжение, о котором догадывалось лишь небольшое количество людей, началось. Для Мерканта было ясно, что в Солнечной системе действовало много кораблей ДЛ-ов. Один из них был разрушен Перри Роданом с помощью телепортанта Тако Какуты, но при этом были обезврежены далеко не все интервенты.
Меркант присоединился к Родану, но несколько дней тому назад вернулся на базу в Гренландию, потому что в качестве шефа контрразведки западного мира он мог больше сделать для Третьей власти.
Мысли Мерканта были прерваны приземлением машины. Быстрый автомобиль доставил его в Министерство обороны. Его сразу же провели к Смиту, который уже ждал его.
«Ну, Смит, что случилось? Где он?» — нетерпеливо спросил Меркант.
«Он ни о чем не догадывается, сэр. Провести Вас к нему?»
«Да, пожалуйста».
К своему удивлению Смит заметил, что Меркант снял свое оружие с предохранителя и наизготове положил его в правый карман. Он хотел было сказать своему начальнику, что нет более безопасного человека, чем Дерринг, но потом воздержался от этого и молча шел впереди. Меркант следовал за ним тоже молча.
Сэмми Дерринг с удивлением увидел, что дверь вдруг открылась. Смита он знал, но мужчина с безобидным лицом был ему неизвестен.
«Сэмми Дерринг? — спросил неизвестный. — Оставайтесь сидеть и отвечайте на мои вопросы. Не медлите с ответом. При малейших признаках подозрительных движений я застрелю Вас. Мое имя Меркант».
Сэмми был ошеломлен. Открыв рот, он растерянно уставился в черное дуло пистолета, с трудом выдавив из себя: «Что — что Вы хотите от меня?»
«Почему Вы затребовали документы, находящиеся в распоряжении лишь министра обороны?»
«Документы? О Господи, эти документы мне принесли мистер Смит и мистер Мантелл. Я должен проработать их. Я затребовал их? Но это абсолютно исключено».
«Так, значит, Вам их принесли? Вы решительно отрицаете, что Вы затребовали их?»
Дерринг спрашивал себя, не началась ли новая фаза его кошмарного сна.
«Я ничего не знаю об этом. Вообще, все это так странно. Мне кажется, что я сплю».
«Объясните, — потребовал Меркант и в напряжении наклонился вперед. Он не потерял бдительности. Рядом с ним стоял Смит.
Сэмми медлил. Вся эта история представилась ему настолько неправдоподобной, что он охотно умолчал бы о ней. Наконец, он решился. Что-то такое было в этом деле, иначе остальные не отреагировали бы подобным образом.
«Я ловил рыбу, — начал он и поспешно добавил, заметив удивленное лицо Мерканта, — я ловил рыбу на лесном озере. Должно быть, это было вчера. Вдруг меня охватило странное чувство. У меня было такое ощущение, будто я могу покинуть свое тело. Несколько секунд спустя я оказался в большой пещере. На мгновение мне показалось, что я вижу землю глубоко под мной — это был ужасный сон. Когда я проснулся, то сидел в своем кабинете, а Смит как раз принес эти документы. Это правда, хотя я и не могу ничего понять. Я не знаю, что произошло в промежутке между вчера и сегодня».
Меркант кивнул.
«Такое иногда случается, — подтвердил он вежливо. — Но в Вашем случае было бы хорошо, если бы мы могли докопаться до истины».
«Моя хозяйка, — предложил Дерринг. — Можно спросить у нее».
«Спросим». — Меркант дал Смиту несколько указаний. Смит вышел в приемную и переговорил с возвратившейся как раз Кларой Томпсон. Пять минут спустя он снова вернулся в кабинет.
«Мистер Дерринг был эту ночь дома. Он вернулся вчера с отдыха после обеда, раньше, чем обычно, не принес рыбы — такого еще никогда раньше не случалось, — подчеркнула миссис Ваббл, — был каким-то странно изменившимся и сразу же лег спать. Сегодня утром она больше ничего странного в мистере Дерринге не заметила».
Меркант посмотрел на Дерринга.
«Вы можете поклясться, что Вы — это Вы?»
«Что я — что?» — Дерринг уставился на него.
«Я хочу знать, нормальны ли Вы сейчас. Ясно, что в Вашей памяти есть пробел. Со вчерашнего дня после обеда и до сегодняшнего, за исключением последних двух часов, Вы делали и говорили вещи, о которых ничего не помните. Кто-то захватил Ваше тело и играет Вашу роль».
Дерринг начал понимать, что то, что он считал кошмарным сном, было страшной действительностью.
«Вы стали жертвой инопланетянина», — добавил Меркант.
«Это аркониды?» — воскликнул Сэмми.
Меркант покачал головой.
«Я думаю, это так называемые ДЛ-ы, насекомоподобные существа, которые умеют пересаживать Ваше сознание в другое тело. В Вашем случае ДЛ допустил основательную ошибку. Он посчитал Вас за министра обороны. Дерринг звучит почти также, как Дерринг. Неземное существо пробралось не в того человека. Это все, мистер Дерринг. Вы оказали миру неоценимую услугу — благодаря Вашему имени».
Меркант уже давно убрал свое оружие в карман. Ему было ясно, что ДЛ покинул захваченное тело. Сэмми Дерринг производил впечатление здорового, нормального человека. Итак, предположение о том, что никто не может перенести подобную процедуру обмена, было ошибочным. Но в то же время Мерканту было ясно, что на министра обороны Дерринга будет предпринята новая атака. Его нужно немедленно взять под строжайшую охрану. Одновременно с этим, пока не произошло следующего нападения, нужно было известить обо всем Перри Родана.
Меркант дал Смиту несколько указаний. Агент исчез, чтобы принять соответствующие меры. Хотя он и не понимал всего, что произошло, но привык немедленно выполнять все указания. Тем временем Меркант связался через центральный коммутатор со своей штаб-квартирой в Гренландии. Оттуда его переключили на базу Перри Родана в пустыне Гоби.
Мерканту сказали, что с Перри Роданом поговорить нельзя. Основатель Третьей власти отправился на корабле арконидов на Венеру.
«А пока, — озабоченно подумал Меркант, — ему придется самому решать проблему ДЛ-ов».

8.

В центре ровной пустыни лежал огромный обломок скалы. На него светило солнце. Мерцающий раскаленный воздух поднимался вверх, не было ни малейшего ветерка, который мог бы разрядить его.
И вдруг произошло нечто невероятное!
Обломок скалы пришел в движение, будто поднятый невидимой рукой. Он начал очень медленно подниматься вверх.
Скала весила, быть может, двадцать центнеров, но, казалось, законов силы тяжести для нее не существовало. Словно наполненный газом шар она поднималась все дальше ввысь, немного уходя в сторону, потом вдруг обрушилась на землю, подняв облако пыли. Это выглядело так, будто невидимая рука уронила глыбу.
Обломок скалы лежал тихо, словно никогда и не двигался таким страшным образом. Но это продолжалось не долго. Скала не успокоилась. Она снова пришла в движение, но на сей раз быстрее и увереннее. Она поднялась в высоту на десять метров и улетела в боковом направлении. Не останавливаясь, она приблизилась к берегу соленого озера. Когда обломок скалы вертикально рухнул в озеро и исчез в нем, по нему кругами разошлись волны.
В двух километрах оттуда стояли три человека и смотрели в сторону озера. Старший из них, седовласый мужчина с необычайно высоким лбом и бледной кожей, удовлетворенно кивнул. Рядом с ним стояла молодая женщина. Маленького роста японец рядом с ней смущенно пожал плечами.
«Я неумеха, — сказал он. — Я просто не смогу этого сделать, мисс Слоан».
Девушка обратилась к седому мужчине. — «Тут ничего не поделаешь, мистер Крэст. Тама Йокида слишком скромничает. Детектор частоты указывает на него, как на мутанта, и без сомнения, он и есть им. Он поднял в высоту на расстоянии двух километров обломок скалы весом в несколько тонн — только усилием воли. Он обладает способностью телекинеза, пусть даже и в начальной стадии. Мне потребовалось много лет, чтобы достичь моего нынешнего уровня. Тама, если Вы хотите быть терпеливым учеником, Вы тоже добьетесь этого».
Арконид еще раз кивнул.
«Вы не должны отчаиваться, Йокида. У Вас нет тренировки, вот и все. В конце концов, Вы обладаете способностью, которая может сделать Вас необыкновенным человеком».
Тама Йокида скромно улыбнулся.
«Я согласен с Вами, Крэст. Я должен быть благодарен за то, что подарила мне природа. Вы хотите продолжить занятия?»
Крэст задумчиво посмотрел вдаль на ставшую снова спокойной поверхность соленого озера. Потом медленно кивнул, но начав говорить, смотрел на Анне Слоан.
«Вы сбросили скалу в воду, мисс Слоан. Ваши телекинетические силы огромны. Сможет ли Тама повлиять на невидимую отсюда скалу?»
Анне посмотрела на японца.
«Не знаю. Во всяком случае, я могу в любое время заставить скалу подняться в воздух. Найдет ли ее Тама там, где она сейчас лежит? Соленое озеро не глубоко».
«НАСКОЛЬКО оно глубоко? — спросил Тама. — Мне нужно это знать».
Крэст уже говорил что-то в крошечный универсальный прибор, укрепленный у него на руке в виде широкого металлического браслета.
«Доктор Хаггард? Не будете ли Вы так любезны и не пошлете ли к нам Иши Матсу?»
Анне Слоан все поняла.
«Это не та маленькая японка с необычайным даром смотреть сквозь твердые предметы?»
Крэст кивнул.
«Да, совершенно верно. Я бы назвал ее телевидцем. Она сможет обнаружить скалу на дне озера и таким образом определить глубину воды. Ее способности также необходимо развивать. Если уж она в состоянии оптически проникать сквозь крупные части земной коры, то, значит, у нас в Корпусе мутантов есть живой телевизор».
Тама улыбнулся.
«Моя маленькая коллега и я отлично дополняем друг друга, — сказал он. — Если работу Корпуса мутантов можно будет координировать, то в мире не будет силы, которая сможет нам противостоять».
«Именно так дело и обстоит сегодня», — сказал Крэст и посмотрел в даль на кучку невысоких строений, сгруппировавшихся вокруг корпуса приземлившегося здесь несколько месяцев тому назад «Стардаста». Вокруг с радиусом в десять километров простирался невидимый энергетический купол, питаемый неиссякаемыми реакторами арконидов. К группе ожидающих людей приближалась маленькая, щуплая фигурка. — «Но речь не о том, чтобы наша группа противостояла силе людей, а в первую очередь о том, чтобы оказать сопротивление неземным противникам. Роковые сигналы бедствия нашего крейсера на спутнике Земли — Луне привлекут еще много космических кораблей. Боюсь, что изолированности Земли пришел конец». — Он оборвал свои слова, чтобы поприветствовать Иши Матсу.
Симпатичная маленькая японка была в джинсах и белой блузке, отчетливо подчеркивавших ее хрупкую, но стройную фигурку. Тама Йокида с удовольствием смотрел на девушку. Он чувствовал к ней симпатию и знал, что она отвечает ему взаимностью.
«Вы звали меня, Крэст?» — спросила она приятным голосом.
«Да, хотя Ваши занятия на сегодня уже окончены. Тама сделал интересное предложение о координации отдельных способностей мутантов. В этом озере, примерно там, где стоит засохший куст, в двухстах метрах от берега лежит на дне озера обломок скалы. Иши, попытайтесь определить глубину воды. Таме нужны эти данные, чтобы выполнить свое задание. Вы меня поняли?»
Девушка кивнула. Она ободряюще улыбнулась своему новому другу и закрыла глаза. Концентрация воли проложила глубокие складки на ее обычно ровном лбу. Тама стоял совсем близко к ней, почти касаясь ее. Она схватила его за руку. Йокида чувствовал, что в него проникает дополнительная сила.
«Я вижу его! — воскликнула он вдруг. Его глаза были широко раскрыты, он смотрел на озеро. — „Я вижу обломок скалы. Он лежит на дне среди нагромождения других камней. Глубина составляет двадцать метров, ни в коем случае не больше“.
Крэст довольно улыбнулся.
«Хорошо сработано, Иши. Итак, Вы можете передавать свои способности. Тама, теперь Ваша очередь».
Тама понял, чего от него хочет Крэст. Обучение мутантов было задачей арконидов. Перри Родан доверил эту особую группу Крэсту, потому что тот умел осторожно обращаться с этими людьми.
Немного погодя над тем местом, где был погружен обломок скалы, поднялось облачко тумана, сначала медленно, потом становясь все сильнее. Вода забурлила. Отдельные небольшие волны ударялись в берег, другие терялись вдали на водной поверхности. А потом из озера поднялась скала.
«Достаточно, — тихо сказал Крэст. — Тама, этого действительно достаточно. Я думаю, мы можем на сегодня окончить занятия».
Крэст хотел сказать что-то еще, когда его прервало тихое гудение. Он поднял руку с универсальным прибором и ответил.
«Да, здесь Крэст!»
Это был доктор Франк М. Хаггард, специалист-медик из Австралии и создатель антилейкемической сыворотки, с помощью которой был вылечен Крэст. Он говорил из «Стардаста».
«Крэст, неприятные сообщения от Мерканта. ДЛ-ы снова зашевелились».
«Я так и думал. Где?»
«В США. Должен был быть захвачен министр обороны. В последний момент Мерканту удалось предотвратить худшее, но он не в силах противостоять всем случаям, которые останутся неизвестными. Он спрашивает, не можем ли мы ему помочь».
Крэст нахмурился.
«Конечно, мы поможем. Жаль только, что Перри еще не вернулся. У Вас есть связь с ним?»
«Со времени последней радиограммы уже нет. Они должны быть на пути сюда».
«Попытайтесь связаться с „Доброй надеждой“ и оповестить Родана. Может быть, он обнаружит овальный корабль ДЛ-ов и сможет его уничтожить. С ним Тако Какута».
«Я постоянно нахожусь у приемника, — ответил Хаггард. — Я пошлю через передатчик позывные. Но пока мы должны что-то предпринять».
Крэст бросил взгляд на Анне Слоан.
«Да, мы должны это сделать. Для чего же тогда Корпус мутантов? Боюсь, что ему предстоит первое большое испытание».
Пронизанные испарениями джунгли Венеры осели, и планета стала огромным серебряным серпом, блеск которого превосходил солнечный. Разумеется, это впечатление было обманчивым, потому что в действительности солнце было ярче. Но плотный облачный покров отражал ее свет с такой интенсивностью, что было почти невозможно смотреть невооруженным глазом на вторую планету Солнечной системы.
Сухопарая фигура мужчины у телеэкрана была неподвижной. С мечтательным выражением серых глаз наблюдал он за перемещающейся планетой, которую включил теперь в свои далеко идущие планы. Перри Родан знал, что Земля стала слишком мала для человечества.
Постоянно молчаливый доктор Эрик Маноли сидел рядом с Перри в своем кресле. Его небольшая фигура была почти не видна за массивной спинкой. Маноли тоже посвятил все свое внимание бесконечности оседающей планеты, которая была так похожа на ту Землю, какой она могла быть тысячу миллионов лет тому назад.
Меньшее впечатление это произвело на третьего мужчину, находящегося в помещении центрального поста управления «Доброй надежды». На своей койке лежал Реджинальд Булль, небольшой, коренастый, инженер списанного «Стардаста». Его взгляд скользил по строчкам какой-то книги. Иногда по его широкому лицу пробегала усмешка. Венера на телеэкране, казалось, абсолютно его не интересовала.
Но он же был тем, кто нарушил благоговейное молчание. Покачав головой, он захлопнул книгу, и лег на живот. Теперь можно было увидеть обложку. На ней были изображены джунгли. В центре из трясины торчал тонкий космический корабль, наполовину увязший. В открытом шлюзовом отсеке стоял мужчина и с помощью оружия-излучателя защищал свою жизнь от чудовищ, которые выглядели, как ящеры.
«Парня следовало бы посадить в тюрьму, — сказал он. — Утверждаю, что подобные фантазии вредны».
Перри Родан не отрывал взгляд от телеэкрана. Не поворачивая головы, он спросил:
«Кого надо посадить в тюрьму?»
«Парня, виновного в написании этого романа».
«Какого романа?»
Булли вздохнул.
«До вот — „База Венера“ — утопический роман. Представь себе, ему уже десять лет. Ни один человек тогда и не думал лететь на Венеру. Парень бодро опережает время, заставляет кого-то строить корабль и по-хозяйски направляет его на Венеру, после чего тот увязает в трясине. Героическая борьба с ящерами и жара, пока наконец его друг не прилетает на втором космическом корабле и не освобождает его. Поистине невероятно».
Перри Родан опустил кресло и посмотрел Булли в глаза. Он все еще продолжал удивляться, как безобидно выглядел этот Булли. И это при том, что кроме него и Булли не было ни одного человека, обладавшего таким высоким уровнем интеллекта. Этим они были обязаны гипнообучению арконидов, которое в течение нескольких дней дало им столько знаний, сколькими не располагало все человечество, вместе взятое. В головном мозге обоих мужчин были сосредоточены знания тысячелетней культуры и цивилизации. Но этого нельзя было сказать по виду Булли, наоборот, даже Перри зачастую недооценивал своего друга, глядя в его безобидное лицо. Однако, он слишком хорошо знал, что скрывалось за взглядом синих глаз.
«А что в этом невероятного? Разве автор не оказался прав? Разве на Венере нет трясин и ящеров? Разве там не жарко?»
Булли еще раз вздохнул.
«В том-то и дело! Все, о чем парень пишет, правда. Венера точно такая, как он ее изображает. Можно подумать, что он уже был там раньше нас. — Он приподнялся, опершись на правый локоть. — Это подлость!»
Булли снисходительно улыбнулся.
«Ты просто завидуешь. Ты не можешь простить автору, что он в своем воображении еще десять лет тому назад пережил то, что нам удалось только сегодня. Он опередил свое время, и потому ты злишься».
«Но оружие-излучатель — какая чушь. Десять лет тому назад не было даже теоретических основ для подобного оружия».
«И тем не менее, мы используем его».
На лице Булли отразилось смущение.
«Дорогой друг, МЫ еще не открыли законов излучения!»
«Какое это имеет значение? У нас ЕСТЬ это, пусть даже от арконидов. Без них мы не были бы сейчас здесь, потому что тогда у нас не было бы „Доброй надежды“.
Булли сдался.
«Не хочу спорить. Писатель — гений, он опередил свое время, создал бессмертные творения и даже перегнал нас. Если бы он хоть немного ошибся и изобразил Венеру как пыльную планету! Но нет, его описания точны до мелочей! Черт возьми, я не могу успокоиться. Мы не сможем рассказать людям ничего нового».
Родан весело посмотрел на него.
«Если тебя это так злит, зачем ты тогда вообще читаешь эту писанину?»
На этот вопрос у Булли не было ответа. Он и не успел бы дать его, так как воздух между ним и Перри начал вдруг мерцать, и в том месте, где до этого ничего не было, появился человек. Японский мутант Тако Какута материализовался без предупреждения, потому что был слишком ленив, чтобы, как нормальный человек, пройти несколько шагов, отделявших радиорубку от центрального поста управления.
«Добрая надежда» была вспомогательной лодкой огромного крейсера арконидов, уничтоженного на Луне. Эта вспомогательная лодка была по земным понятиям необычайно велика. Ее диаметр составлял 60 метров, она имела форму шара и развивала сверхсветовую скорость. Гравитационные нейтрализаторы вызывали снижение любого прижимающего усилия, так что в случае необходимости скорость могла быть еще увеличена. Вооружение превосходило все земные представления. Радиус действия, как объяснил Крэст, составлял около пятисот световых лет. Крэст и Тора не могли поэтому с помощью данного корабля добраться ни до своей родины, ни до базы Империи.
Радиорубка этого корабля была настоящим центральным постом управления. Какута довольствовался тем, что использовал свой маленький радиоаппарат, который генерировал обычные радиоволны, а также принимал их. С его помощью можно было установить связь с Землей. Могли пройти еще месяцы, пока он понял бы назначение других устройств и приборов на базе в Гоби.
Некоторое время связь с базой в Гоби была прервана. Расстояние между Землей и Венерой стало слишком большим. Но теперь, когда они с невероятной скоростью летели обратно к третьей планете, позывных доктора Хаггарда нельзя было не услышать.
Булли, так и не привыкший к паранормальным способностям японца, вздрогнул при неожиданной материализации Какуты. Не каждому дано вот так неожиданно вдруг увидеть перед собой возникшего из ничего человека.
«Нельзя ли что-нибудь сделать, чтобы этот парень не появлялся везде без предупреждения?» — сердито спросил он.
Тако приветливо улыбнулся.
Перри Родан прервал обычные дебаты с Булли.
«У Вас есть связь с Гоби?»
«Потому я и пришел, — сказал японец. Его улыбка исчезла, и выглядел он серьезно. — Хаггард уже несколько часов пытается связаться с нами. Плохие новости, Родан. Вторжение ДЛ-ов началось. Меркант доложил о нескольких случаях, когда ДЛ-ы захватывали тело ответственных людей. Простое обнаружение тут не поможет, как сообщает Хаггард. ДЛ-ы уходят и ищут новые жертвы».
Булли отодвинул в сторону книгу, которая несколько минут тому назад вызывала такое его неудовольствие, и сел. Его глаза стали жесткими.
«Вторжение? Но мы же уничтожили корабль интервентов!»
Перри Родан повернулся к Маноли. — «Оставим пока Венеру в покое, Эрик. Поколдуй-ка, чтобы мы увидели на телеэкране Землю. Самое большое ускорение. Похоже на то, что мы имеем дело с несколькими кораблями чужаков».
Изображение на телеэкране изменилось. На нем появилась зелено-голубая звезда, а рядом крошечная светящаяся точка — Луна.
Перри снова обратился к Тако.
«Еще что-нибудь?»
«Крэст требует немедленного возвращения в Гоби. Он хочет задействовать Корпус мутантов, так как не видит другой возможности бороться со вторжением. Он хотел бы поговорить с Вами».
«Идем», — кивнул Родан и пошел вперед. Тако бросил на Булли короткий взгляд, на его лице мелькнула улыбка, потом он исчез. Когда Перри вошел в радиорубку, японец уже ждал его около приборов.
«Здесь Родан», — отозвался он.
«Здесь Хаггард. Минуточку. С Вами хочет поговорить Крэст».
Перри ждал.
«Здесь Крэст. Послушайте, Родан, положение чрезвычайно серьезное. Меркант в растерянности. Он попросил о поддержке».
«Мы поторопимся», — пообещал Родан.
«Может быть, Вы обнаружите один из кораблей ДЛ-ов, — с надеждой сказал Крэст. — Тогда Какута смог бы действовать уже испытанным способом».
«На этот раз они будут осторожнее, Крэст. Они получили предупреждение. Только бы они не привели с собой союзников».
«Исключено. Менталитет ДЛ-ов запрещает им союзничать с другими народами. Они считают себя достаточно умными, чтобы справиться с любым противником. Я считаю почти невозможным, чтобы нам удалось победить их».
«Вы опять-таки недооцениваете нас, Крэст. Между прочим: я нашел на Венере подходящее место. Мы создадим там свою вторую базу и ускорим обучение мутантов».
«Это пока терпит, — сказал Крэст. — Сначала нужно отразить вторжение. Люди еще не догадываются, что им предстоит. Боюсь, что у ДЛ-ов есть постоянная база на Земле, откуда они и действуют. Было бы слишком сложно использовать в качестве базы движущийся корабль».
«Есть ли какие-нибудь предположения, где это может быть?»
«Никаких. Вы должны поговорить с Меркантом, он получил несколько сообщений от людей, которые были захвачены ДЛ-ами, а потом отпущены».
Перри растерялся.
«Я думал, что каждый человек, захваченный ДЛ-ами, должен умереть. Что-то изменилось?»
«Мы ошибались. Для захваченных это не имело никаких вредных последствий».
«Отлично, в этом наше преимущество. Еще кое-что, Крэст: Вам, видимо, ясно, что мы не можем терять нашего главенствующего положения по отношению к Великим державам. Только наше существование содействует объединению. Без Третьей власти Земля снова будет ввергнута в хаос уже преодоленных конфликтов. Поэтому я считаю жизненно необходимым отразить вторжение. Если это не удастся, наш престиж упадет».
Родан слышал, как Крест с натянутой улыбкой сказал:
«Пропал бы не только наш престиж, но и все человечество. И мы тоже. Позитронный мозг предупредил, что мы находимся в кризисе».
«А что он говорит о наших перспективах?»
«Пятьдесят на пятьдесят. Это уже кое-что».
Перри задумался. Потом спросил:
«Добрая надежда» имеет радиус действия в пятьсот световых лет. Нельзя ли добраться до родной планеты ДЛ-ов?»
Крэст вздохнул.
«Они развивают пугающую активность, Родан. Позже можно было бы подумать о такой возможности, но сегодня это представляется мне безнадежным. ДЛ-ы обладают несокрушимой обороной».
«Посмотрим. — Перри не оставлял этой мысли. — Свяжитесь пока с Меркантом. Я жду его или его уполномоченного на базе, как только вернусь. Мы выработаем план. Есть что-то еще?»
«Нет, в настоящий момент ничего. Тора ведет себя хорошо».
Перри пожал плечами. Ему было неловко, что Крэст завел разговор о Торе.
Он задумчиво вернулся в центральный пост управления. Командир экспедиции арконидов была необыкновенной женщиной, хотя и страдающая болезненными предрассудками. В ее глазах люди были полузверьми. Только под нажимом она согласилась сотрудничать с Роданом. Она знала, что оказалась брошенной в чужую ей Солнечную систему и без помощи людей никогда не смогла бы вернуться на свою родину. Ее собственный народ, высокоцивилизованный, но деградировавший, не пошевельнет и пальцем, чтобы отыскать и спасти ее. Может быть, никто даже не заметил потери исследовательского крейсера.
Тора была необыкновенно красивой женщиной. Хорошо, что Крэст был на его стороне и часто объяснял ему психологическую подоплеку непонятного поведения Торы.
Перри Родан еще раз пожал плечами и вошел в помещение центрального поста управления. На телеэкране уже была видна Земля. Меркант прибыл не сам. Ответственность за безопасность Западного блока лежала на нем таким тяжелым грузом, что он уже не покидал своей крепости в недрах Гренландии. Отсюда он руководил операциями, используя своих сотрудников.
Одним из них был капитан Клейн, самый способный сотрудник службы контрразведки и союзник Родана. Меркант назначил его своим личным связником с Роданом.
Капитан Клейн был впущен под энергетический купол и несколько минут спустя стоял перед Роданом, который еще пять часов тому назад находился на Верене. Крэст тихо, молча сидел позади рядом с Торой на кушетке. Булли и Маноли тоже были здесь, точно так же, как и доктор Хаггард и телепат Джон Маршалл.
Перри кивнул Клейну.
«Докладывайте. Могу предположить, что Меркант наделил Вас всеми полномочиями и что Вы информированы о положении. Насколько оно плохо?»
«Достаточно плохо, поскольку последствий осуществленных в абсолютной секретности вторжений еще нельзя предсказать. К тому же ДЛ-ы набираются опыта. Сначала они вели себя действительно неумело и могли быть легко раскрыты, хотя и это не слишком помогало, так как они сразу же покидали захваченное тело, возвращая ему его собственное мышление. У людей не остается при этом никаких воспоминаний о том промежутке времени. Но ДЛ-ы ищут новых жертв. Сегодня можно с уверенностью сказать, что они ведут себя настолько хитро, что обнаружить их практически невозможно. Если захваченный человек не будет сразу же убит, ДЛ-а никогда нельзя будет обезвредить. Мы не видим выхода».
«Но он все-таки есть, — серьезно сказал Перри. — ДЛ-ы имеют на Земле базу, на которой они хранят свои тела. Эти тела служат человеческому сознанию тюрьмой. Если мы найдем эту базу и уничтожим тела, то и ДЛ-ы будут обезврежены. Им необходима связь со своим телом, чтобы иметь возможность существовать — это сложная вещь, но у нас есть бесспорные доказательства того, что это так. — Перри минуту помолчал. Сзади Тора шепталась с Крэстом, настойчиво убеждая его в чем-то. Ее золотые глаза подозрительно блестели. Неужели она снова настраивает Крэста против людей? Перри охватила злость, но он взял себя в руки. В один прекрасный день эта женщина поймет, как нужны ей люди. — Продолжайте, капитан Клейн, что предлагает Меркант?»
«Постоянное наблюдение за всеми важными деятелями, чтобы там не произошло просачивания. А больше никаких предложений».
Все взгляды обратились на высокого ученого, глаза которого странно горели, чего раньше за ним никогда не наблюдалось. Немного хриплым голосом он сказал:
«Тора смогла убедить меня в том, что любая борьба с ДЛ-ами бесполезна. У нас есть такой опыт. До сих пор они завоевывали каждую Солнечную систему, которую обнаруживали. Если бы мы не создали вокруг нашей галактической Империи плотного закрытого пояса сигнальных устройств и не уничтожали бы при приближении к нам все овальные корабли, то никакой Империи уже не существовало бы. Ни одна сила Вселенной не может остановить ДЛ-ов».
Перри нахмурился.
«Зачем Вы нам это рассказываете, Крэст? Вас уговорила Тора?»
Крэст немного беспомощно оглянулся. Тора вскочила. Она стояла, как Богиня мести, ее золотые глаза сияли. Светлые волосы едва отличались от бледной кожи, которая только-только начала постепенно загорать под воздействием земного солнца. Она была красива, по-неземному красива.
«Да, я уговорила его, Перри Родан. Вы так же хорошо, как и я, знаете, что продолжительная болезнь ослабила его, особенно его мозг. Если мы останемся на Земле и поведем безнадежную борьбу с ДЛ-ами, мы растратим наши последние силы. Я предложила Крэсту покинуть эту систему и найти другую, еще не открытую ДЛ-ами. Крэст согласился с моим предложением. Тут уже ничего нельзя изменить».
Перри бросил Булли предупреждающий взгляд. Слишком импульсивный порой инженер-электронщик уже собирался броситься на Тору.
«То есть Вы хотите бросить Землю в беде, — сказал Перри по-деловому твердо. — Ту самую Землю, которая была готова помочь Вам».
«Кто кому помог?» — гневно воскликнула командирша.
«Это как посмотреть. Без нас Крэст был бы уже мертв».
«Без Вас был бы еще жив экипаж, погибший на Луне в результате коварного нападения. Мы квиты».
«Вовсе нет, Тора. Но — другой вопрос, на который я прошу ответить честно: эти ДЛ-ы, они стоят в Вашей классификации выше арконидов? Их оценка выше?»
Тора покраснела.
«Как Вам приходят в голову подобные вопросы? Конечно, насекомовидные ДЛ-ы относятся к примитивному народу, который не стоит того, чтобы населять Космос».
«И Вы бежите от них? — насмешливо перебил ее Родан. — Удивительно. Это не ранит Вашу гордость, Тора?»
По лицу Крэста пробежала улыбка. Было очевидно, что ему очень неловко во всей этой ситуации и что он радовался данному Торе отпору.
«Нас вынуждает к этому необходимость. У нас здесь нет оружия, чтобы победить ДЛ-ов».
«Тогда это случится без такого оружия. Мы создадим оружие. Человечество Земли ни за что не согласится считать вторжение ДЛ-ов неотвратимым. Мы будем защищаться и прогоним их. А Вы, Тора, поможете нам в этом».
«Вы не сможете меня заставить». — Она высокомерно посмотрела на него.
«Смогу, — невозмутимо кивнул головой Родан, — я смогу. Без „Доброй надежды“ Вы бессильны, Тора. С этого момента ни Вы, ни один из Ваших роботов не войдет в