с дерьмовой командой на борту!
- Питер, угомонись! - Зак толкнул приятеля локтем в бок. - Извините ребята, мой напарник устал и слегка съехал с катушек.
- Ну, если вы собираетесь стрелять, то не тяните волынку. Или спрячьте свои поганые пушки и поговорим о деле, - нарушил затянувшееся молчание Чиба.
- Спасатели…- задумчиво пробормотал Герцог. - И откуда же вы тут взялись?
Чиба не удостоил его ответом, и Зак поспешно сообщил:
- С лайнера «Хергест Ридж», приписанного к флоту Объединенной Империи Землян.
- Как громко звучит! - презрительно фыркнул дикарь. - Прямо все - с большой буквы. А на деле выходит, что флот ОИЗ сует свой нос в каждую дыру.
- Спасатели с «Хергест Риджа», говоришь? - Мэй поставил оружие на предохранитель.
Чиба промолчал, а Зак радостно кивнул и подтвердил:
- Пассажирский лайнер, регистрационный номер два-семь-семь-один.
- Мне надоела эта болтовня! - раздраженно заметил дикарь.
- Сделай милость, помолчи, - Мэй поднял палец, требуя внимания. - Как вас зовут и кем вы посланы?
- Я - лейтенант Зак Парсонс. Нас послала сюда первый офицер - Дориен Джунелл. А это…
- Довольно, - остановил его Мэй. - Кто старший на лайнере?
- Капитан Маргарет О'Хирн! - кашлянув для солидности, провозгласил Зак.
Мэй задумался.
- А как вы нас нашли? - спросил Герцог.
- Мы уже говорили. Корабельная СВСС обнаружила незарегистрированное скопление частиц. Определила их как радиоактивные, состоящие из обработанных металлов. К тому же стало известно, что на этой трассе исчезло три корабля, и мы были отправлены на разведку.
- А другие корабли вы нашли? - спросил дикарь.
- Мы выяснили, что составляющие облако обломки - все, что осталось от дредноута «Роко Мари». Что вы сделали с этим кораблем?
- Не знаю, как вы, а я верю этому парню, - сказал Мэй, пропустив вопрос Зака мимо ушей. - Думаю, он не врет, и они действительно наткнулись на нас случайно.
Дикарь запротестовал было, но умолк под пристальным взглядом Мэя.
- Тебе что, так понравилось на моем корабле? Я лично сыт этим дрейфом по горло. К тому же раз нас обнаружили, то все равно не оставят в покое. Придется довериться этим парням.
- Я согласна с Мэем, - сказала женщина. Дикарь устремил на нее тяжелый, немигающий взгляд.
- Извини, Вонн, - пробормотала она, - но ты не представляешь, как я стосковалась по горячему душу.
Лицо Герцога смягчилось, и он взглянул на спасателей с пробудившимся интересом:
- А что, парни, у вас там, небось, не только горячий душ, но и горячая еда имеется?
- Тонны, - заверил его Зак.
- Мэй прав, ничего хорошего мы здесь не высидим, - Герцог опустил оружие и хлопнул стоящего подле него верзилу по плечу. - Ты с нами, Винтерс?
- Меня мутит от здешней вони! - проворчал верзила и швырнул пистолет на пол. - Я с вами.
- Делать нечего, - вздохнул Вонн.
Мэй бросил оружие и, подойдя к Питеру Чиба, протянул ему руку в знак примирения.
- Извини, если что не так. Мы тут, видишь ли, слегка одичали. Добро пожаловать на борт «Ангельской Удачи».


3

Двумя часами позже Чиба с Заком вернулись в «Джемминг Дженни», запустили двигатели и, взяв «Ангельскую Удачу» на буксир, устремились к «Хергест Риджу». Доложив о результатах разведки первому офицеру, они удостоились разговора с вызванным в ходовую рубку капитаном лайнера. Переговорив со спасателями, О'Хирн поблагодарила их за проделанную работу. Джунелл почла за лучшее не заострять внимание на том, что они беседовали через ее голову с оператором центрального корабельного компьютера, и даже сам адмирал Студебейкер произнес прочувствованную речь, посвященную блестяще проведенной спасательной операции. Слышавшие ее, даже арколианцы, были растроганы.
Команда «Ангельской Удачи» собралась в рубке поврежденного корабля, чтобы решить, каким образом она переправится на «Хергест Ридж». Просмотрев данные уцелевшей аппаратуры, Джеймс Мэй разворчался, заявив, что спасатели испортили корабельный переходник, но Вонн убедил его, что это не так. Спасатели проникли на «Удачу» через шлюз, а переходник был поврежден еще раньше, и ему давно было известно, что эвакуироваться с его помощью им не удастся.
Наступило молчание, во время которого все собравшиеся в рубке с интересом смотрели в иллюминатор на приближающийся с каждым мгновением звездолет.
- Здоровый, - уважительно сказал Винтерс.
- Больше чем раздолбанная нами посудина Юэ-Шень, - задумчиво сообщил Вонн.
Скрестив руки на груди, Герцог оглядел друзей, таких же усталых и грязных, как он сам. Голова у него болела все сильнее и сильнее: кровь в висках стучала так, будто хотела выплеснуться наружу. Ему было больно даже думать, а не то, что говорить, и все же до перехода на «Хергест Ридж» им следовало кое-что обсудить.
- Мэй, тебе не кажется, что сейчас самое время потолковать о наших проблемах?
Мэй с неудовольствием оторвал взгляд от окна:
- У нас будет еще много времени для разговоров.
- Но только не о фиалах, - сказал Герцог, пересекая рубку, и плюхнулся в кресло второго пилота.
Вытянул ноги и обратился к остальным: - Что мы собираемся сказать о них нашим дорогим спасателям?
- Ничего, - ответил Вонн. - Если мы обмолвимся о них хоть словом, эти парни потребуют свою долю прибыли.
- Я вовсе не уверен в этом, - мягко проговорил Мэй.
- Трудно предсказать, как они поступят. Но даже если не наложат на них лапу, неизбежно возникнет множество вопросов. Дело получит огласку, а нам это совершенно ни к чему. Нет, по-моему, им лучше ничего не знать о нашем грузе.
- Ли обещал, что вытащит нас из любой заварухи, - напомнил Винтерс.
- Ли мертв, - ответил Вонн.
- Это единственное, что могло удовлетворить Юэ-Шень, - Мэй наклонился к иллюминатору и скопировал позу Герцога с вдохновенно простертой к слушателям рукой.
- Помните, что он сказал о них? Когда им кажется, что их предали, они становятся беспощадными.
- Значит, Ли - настоящий самоубийца, - сказала Роз. - Он пошел против своих…
- Ли рассчитывал, что сумеет добиться своего, - пожал плечами Мэй. - Многие, не задумываясь, поставили бы на кон жизнь в надежде сорвать столь изрядный куш.
- Они вмонтировали следящее устройство ему в череп, - громко произнес Вонн. - И туда же поместили бомбу. Прошу не забывать, с кем мы имеем дело!
- Но они уверены, что мы мертвы, - торжественно сказал Винтерс.
- И нам не следует разубеждать их в этом.
- Итак, мы пришли к тому, что нам надо держать язык за зубами и не болтать о том, что у нас есть фиалы сущностей.
Собравшиеся в ходовой рубке одобрительно загудели.
- Желательно также, чтобы имена наши не стали достоянием общественности.
- Капитану лайнера придется сделать начальству доклад о спасении «Ангельской Удачи» по всей форме, - предупредил Мэй. - Единственный способ избежать огласки и сохранить наши имена в тайне - это вломиться в штаб флота ОИЗ и, угрожая оружием, потребовать уничтожения этого файла.
- Нет-нет, это нам не поможет! - горячо запротестовал Вонн. - Вспомните о пресловутой свободе печати, гласности и праве граждан на информацию. Обычные спасательные операции не привлекают внимания общественности, но если во время одной из них удалось спасти чью-то жизнь, о ней начинают трубить все средства массовой информации. Это же их деньги! Их хлеб и млеко, и они будут доить эту корову до полного истощения.
- Я поговорю с капитаном «Хергест Риджа», - пообещал Мэй. - Возможно, она прислушается к моим словам и засекретит информацию о случившемся до тех пор, пока мы не получим вознаграждение за фиалы сущностей.
- Бред! Чего ради она пойдет на это? - отмахнулся Вонн.
- Не каркай! - сердито оборвал его Мэй. - Быть может, у тебя есть другое предложение? И ты знаешь способ, как заставить молчать капитана лайнера? Разумеется, я не могу гарантировать, что мне удастся ее убедить, но попробовать стоит. А уж если из этого ничего не выйдет… Ну что же, тогда и будем ломать головы. Верно я говорю?
- Ты шеф - тебе виднее, - согласился Вонн без особого энтузиазма.
- Мы будем молчать, пока Мэй не поговорит с капитаном, - подвел итог Герцог.
- Никому ни полслова о фиалах, - подтвердил Вонн, одарив Винтерса тяжелым взглядом. - Понял?
Винтерс кивнул.
- А что по поводу нашей истории? - спросила Роз.
Мужчины вопросительно уставились на нее.
- Даже если Мэю удастся договориться с капитаном лайнера, остальные, безусловно, захотят знать, как мы оказались около «Роко Мари». И что послужило причиной ее гибели, - пояснила она. - Два пострадавших на трассе корабля - а может и три, если принять во внимание судно ребят Эбицуки - это вам не шутка, и байки о случайном совпадении никого не убедят.
Мэй некоторое время изучал лица товарищей и, наконец, промолвил:
- Вопрос действительно не простой, и надобно позаботиться о том, чтобы рассказ наш прозвучал правдоподобно. - В глубокой задумчивости он вперил взгляд в летящий им навстречу лайнер, казавшийся издали сверкающей детской игрушкой. - Давайте-ка, напряжемся и сочиним что-нибудь удобоваримое, благо - время для этого у нас еще есть. Предлагаю рабочую версию: мы случайно оказались поблизости от двух сражающихся кораблей, и нам досталось несколько плазменных ударов…
У них оставалось четыре часа, чтобы измыслить непротиворечивую версию случившегося. «Джемминг Дженни» продолжал вести «Ангельскую Удачу» к лайнеру, и когда расстояние между звездолетами сократилось до тысячи метров, от «Хергест Риджа» отделились еще два катера и устремились в сторону торгового судна. Крис с помощью центрального компьютера руководила всеми тремя катерами, а Дориен Джунелл контролировала маневры «Ангельской Удачи», зависшей над причалом «Хергест Риджа». В последний момент катера отошли от борта торгового звездолета, причал изменил полярность и, превратившись в громадный электромагнит, притянул к себе «Ангельскую Удачу».
Бригада швартовщиков вышла в вакуум, разворачивая сборно-разборный эвакуационный трап. Соединив наружные люки звездолетов, бригадир связался с Мэем, который вместе с товарищами ожидал команды у дверей шлюзовой камеры.
- Они готовы нас принять, - обратился Мэй к своим спутникам. - Все будет очень просто. Они уменьшат гравитационное поле в конце переходника, и мы плавно опустимся в их распростертые объятия. Сейчас я выключу наш гравигенератор и открою шлюз, после чего нас втянет в «Хергест Ридж». Материал переходника достаточно эластичный, так что можно не бояться членовредительства, синяков и ссадин и двигаться по нему хоть вниз головой. Спешки нет, но чем скорее мы переберемся на лайнер, тем лучше. Вопросы есть?
Вопросов не было, и Мэй указал рукой в сторону шлюза:
- Тогда вперед, а я догоню вас чуть позже. Винтерс первым прошел в шлюзовую камеру, за ним последовали Роз и Герцог. Вонн подождал, пока за ними закрылась дверь, и обнял Мэя за плечи:
- Куда ты спрятал фиалы?
- Можешь не беспокоиться, они в надежном месте. Их не найдут, - заверил его Мэй.
- И что же это за место?
Мэй покачал головой:
- Лучше, чтобы о нем никто, кроме меня, не знал. Давай, ты не будешь спрашивать.
- А если с тобой что-нибудь случится? Мне нужно будет снять их с «Ангельской Удачи» вовремя.
- Почему ты думаешь, что со мной должно что-то произойти?
Вонн покосился на дверь шлюза:
- Все может быть. Но хоть Герцогу-то ты сказал?…
- Я никому ничего не сказал. Даже Герцог не знает, куда я их спрятал. И Винтерс тоже.
- Об этом-то я говорю! Хоть кому-то из нас ты мог бы довериться, Мэй.
- Нет, так будет лучше. Эти ребята могут перевернуть «Удачу» вверх дном, и все равно ничего не обнаружат. Поверь, я поместил их в очень надежное место.
- Боюсь, что на звездолете в принципе не может быть очень надежных мест, - проворчал Вонн и шагнул к двери шлюза.
Мэй связался с гравигенератором и, уменьшив искусственное тяготение, присоединился к товарищам в тот самый момент, когда Герцог собирался открыть наружный люк.
Винтерс, с сомнением поглядывая на бездействующую аппаратуру, нервно поинтересовался:
- Ты ведь не собираешься нас прикончить, Герцог?
- Неужели ты думаешь, я для этого спасал вас от парней из Юэ-Шень? - усмехнулся тот.
- Надо было надеть гермошлемы и не пороть горячку, - хмуро промолвил Винтерс.
- Не трусь, это будет даже забавно, - Герцог распахнул наружный люк, и перед ними открылся призрачный голубой тоннель. Прохладный свежий воздух ворвался в шлюз, и собравшиеся в нем люди невольно начали щуриться и улыбаться.
- Господи, как хорошо! - пробормотал Винтерс.
- Ну, я пошла! - Роз приблизилась к люку, нырнула в него вперед ногами и радостно взвизгнула.
- Поглядим, так ли это забавно, - промолвил Вонн, делая шаг к люку.
Герцог махнул рукой, подзывая Мэя, но тот попятился и произнес:
- Капитан покидает корабль последним.
- Давай, Винтерс, такому большому мальчишке, как ты, это придется по вкусу.
Винтерс улыбнулся и занес ногу над люком.
- Держись за верхний край, тебе будет удобнее, - подсказал Герцог.
Винтерс уцепился за верхний край люка, опустил в него другую ногу и заворчал от удовольствия, которое доставил ему свежий поток воздуха.
- А теперь отталкивайся.
- Представьте себе, мне страшно!
- Давай-давай, обещаю, тебе это понравится, - подбодрил его Герцог.
Пальцы, цеплявшиеся за край люка, разжались, и Винтерс скользнул в глубь переходника.
Герцог повернулся к Мэю и помахал ему заключенной в заживляющую повязку рукой:
- Встретимся на «Ридже».
Схватившись за срез люка, он прижал колени к груди и опустил ноги в тоннель. Разжал пальцы и нырнул в люк. Ноги его ударились об изгибающуюся стену переходника, и он заскользил вниз. Схватился, чтобы замедлить падение, за одно из толстых колец, образовывавших некое подобие ребер, но тут лее рассмеялся над этим непроизвольным движением и, отпустив руки, позволил прохладному потоку воздуха увлечь себя вперед.
Переходник сделал поворот, и полет замедлился, хотя ветер все еще свистел в ушах и развевал волосы. Внезапно до Герцога донеслось чье-то хныканье, а вслед затем он увидел Винтерса, отчаянно сучившего тщетно ищущими опору ногами и судорожно цеплявшегося за кольцо каркаса переходника.
- В чем дело? - окликнул товарища Герцог, делая отчаянное усилие, чтобы замедлить чудесный полет.
- Я не хочу падать! - простонал Винтерс, отчаянно вращая глазами.
Уцепившись за кольцо каркаса, Герцог напряг зрение и увидел, что аварийный трап тянется еще метров на тридцать и заканчивается шлюзовой камерой. В ней собрались встречающие, вглядывавшиеся, запрокинув головы, в глубину эластичного тоннеля.
- Ты не можешь упасть при таком слабом тяготении, - терпеливо объяснил Герцог товарищу. - У тебя нет причин для беспокойства.
- Но они стоят на потолке!
- Нет, это пол. Если бы они могли тебя видеть, то им показалось бы, что ты висишь вниз головой. Здесь все относительно, - он посмотрел в расширенные глаза Винтерса и мягко сказал: - Не будь ребенком, поверь мне, они не дадут нам упасть.
- Ты уверен в этом? - недоверчиво спросил Винтерс, опасливо вглядываясь в глубину тоннеля.
Герцог приложил руку к сердцу и поклялся, что аварийный трап - самое надежное приспособление из всех, изготовленных когда-либо человечеством.
- Ну ладно, - проворчал Винтерс, готовясь отпустить спасительное кольцо.
Герцог остановил его и посоветовал спускаться вперед ногами, а не головой, чтобы опуститься на пол шлюза, как должно.
Винтерс перевернулся и нетвердым голосом вопросил:
- А что теперь?
- Теперь - вперед! - Герцог подтолкнул Винтерса, и тот с громкими причитаниями устремился в глубь переходника. Наконец из противоположного конца тоннеля донесся жалобный вопль, возвестивший о том, что Винтерс добрался-таки до шлюзовой камеры.
- Что тут у вас стряслось? - раздался за плечом Герцога голос нагнавшего его Мэя.
- Пустяки, все в порядке, - ответил Герцог и, отпустив кольцо, понесся в направлении «Хергест Риджа». Он летел в праздничном голубом сиянии, пока не ощутил, что стены тоннеля исчезли. Мощный воздушный поток закрутил его, словно перышко и опустил на пол.
В глазах у него потемнело, но прежде чем он успел испугаться, чьи-то заботливые руки уже подхватили его и помогли встать на подкашивающихся ногах.
- Спасибо, - пробормотал Герцог, поддерживавшим его с двух сторон мужчинам в гермокостюмах.
- Красивое приземление, - сказал один из спасателей.
- Эффектное, - подтвердил другой.
Вслед затем оба они уставились на потолок, где в отверстии люка возникли ноги Мэя. Ухватившись за срез, он замедлил полет и плавно опустился на пол под действием гравитационного поля «Хергест Риджа».
- Ловко! - порадовался за товарища Герцог. - Очень ловко!
Один из находившихся в шлюзовой камере спасателей выступил вперед и обратился к прибывшим с «Ангельской Удачи» со следующими словами:
- С благополучным прибытием, парни. У вас будет время, чтобы почистить перышки и ознакомиться с корабельными порядками, а сейчас с вами хочет говорить капитан лайнера.
Он прошел в просторный предшлюзовой холл, и остальные: спасатели и спасенные - последовали за ним. Не прошло и минуты, как дверь распахнулась, и появившийся на пороге офицер возвестил:
- Внимание, капитан лайнера, Маргарет О'Хирн!
Одетая в форму офицера ОИЗ Маргарет О'Хирн вошла в предшлюзовой холл в сопровождении лейтенанта Теслы. Выстроившиеся в шеренгу спасатели замерли по стойке «смирно», и пятеро спасенных с «Ангельской Удачи» невольно последовали их примеру.
О'Хирн прошла вдоль шеренги и остановилась около Мэя, стоящего последним в строю. Несколько мгновений она пристально всматривалась ему в лицо, а потом промолвила:
- От имени флота Объединенной Империи Землян я приветствую вас на борту «Хергест Риджа». Я - капитан лайнера - Маргарет О'Хирн, а это - лейтенант Ревел Тесла. Мы рады быть полезными вам и постараемся сделать ваше пребывание здесь настолько приятным, насколько это возможно. Каждый из вас будет снабжен всем необходимым, я уже распорядилась, чтобы вам предоставили пять кают…
- Нам нужно только четыре, - сказал Вонн и, улыбнувшись, взял Роз за руку.
Оставив эту реплику без ответа, О'Хирн продолжала:
- Вам будут отведены отдельные каюты, согласно соответствующему параграфу Межгалактического Транспортного Устава. Мы не намерены ограничивать ваше перемещение по кораблю, и вы будете пользоваться всеми правами пассажиров. Надеюсь, вы получите удовольствие от путешествия на «Хергест Ридже», во всяком случае, экипаж лайнера сделает все возможное, чтобы оно вам понравилось.
Она вновь двинулась вдоль мимо спасенных с торгового судна. Тесла следовал за ней с фотоаппаратом в руках. Дойдя до Роз, он остановился и попросил:
- Улыбнитесь, пожалуйста.
- Лейтенант изготовит для вас нагрудные значки - бэджи, которыми вы будете пользоваться во время перелета до Консула Пять. Они понадобятся вам, чтобы заказывать еду и для доступа к персональным компьютерам. Предъявив их, вы получите три смены белья и положенное количество напитков, которые можете приобрести в корабельных магазинах или барах. Мы же со своей стороны просим вас следовать правилам, установленным на нашем корабле для пассажиров.
О'Хирн умолкла и добавила, обращаясь непосредственно к Вонну:
- Буклет с перечислением услуг, которые мы предлагаем пассажирам, и правил, которые им не следует нарушать, вы найдете в отведенных вам каютах.
Спасенные с торгового корабля утвердительно закивали.
- Улыбнитесь, пожалуйста, - попросил Тесла, останавливаясь напротив Вонна, мерящего лейтенанта сердитыми взглядами.
- Кто из вас старший? - поинтересовалась между тем О'Хирн.
- Джеймс Мэй к вашим услугам, мэм, - сказал Мэй, делая шаг вперед, и учтиво поклонился.
- Отлично, - проговорила О'Хирн, возвращая ему вежливый поклон. - Нам надо выяснить, что произошло с вашим кораблем. Обговорить кое-какие детали и составить необходимые документы. Если вы полагаете, что в процессе спасательной операции вашему кораблю был причинен какой-либо ущерб, флот ОИЗ готов возместить его.
- Мы благодарим вас за проявленную о нас заботу, - галантно ответил Мэй.
- Думаю, однако, что мы займемся этим позже. Сейчас вы, наверное, хотите принять душ и как можно скорее добраться до кроватей. Лейтенант Стэнс проводит вас в пассажирский отсек и проследит, чтобы вы получили одежду и предметы первой необходимости.
- Улыбнитесь, - попросил Тесла Винтерса.
- Мистер Мэй, когда вы будете готовы встретиться со мной, позвоните в административный отсек и назовите себя.
Мэй шуточно отсалютовал капитану лайнера, вскинув два пальца к виску.
- Наслаждайтесь отдыхом, - пожелала О'Хирн и вышла из предшлюзовой.
Сфотографировав Герцога и Мэя, Тесла последовал за ней, и дежурный офицер скомандовал:
- Вольно!
Все расслабились.
- Я лейтенант Стэнс, - представился дежурный офицер. - Следуйте за мной, пожалуйста.
- С удовольствием, - произнесла Роз.
- Потрясающе! - пробормотал Вонн, когда они двинулись к двери. - Неужели ты будешь обсуждать наши проблемы с этой женщиной?
- Почему бы и нет? Разве она не показалась тебе достаточно рассудительной? - удивился Мэй.
- Рассудительной - да. Но при наших обстоятельствах одной рассудительности может оказаться мало, - настаивал Вонн.
- На мой взгляд, капитаны флота ОИЗ обладают всеми мыслимыми достоинствами, и то, что она женщина, лично меня ничуть не смущает.
- Я имел в виду вовсе не это! Но ты же понял, какая она? Она из старой гвардии. Из тех, кто не идет ни на какие компромиссы!
- Ей и не придется этого делать, - сказал Мэй. - Услышав полный доклад, она признает, что самое разумное - поддержать нас.
- Ради этого ей придется поступиться кое-какими правилами и нарушить кое-какие инструкции. Думаешь, она пойдет на это? Ты уже имел дело с подобными людьми?
- Я знаком с ней по Торговой академии.
- Вот оно что! - рассмеялся Вонн. - Ну и как она? Всегда была сухой, фригидной сукой или раньше имела хоть каплю женственности?
Ухватив Вонна за ворот, Мэй как следует тряхнул его и, притиснув к стене, процедил сквозь зубы:
- Думай, прежде чем разевать пасть! И упаси тебя Бог говорить о ней в подобном тоне!
Рот Вонна приоткрылся то ли от ужаса, то ли от удивления:
- Прости, я не знал. Она что-то значила для тебя?
- Она моя бывшая жена, - коротко ответил Джеймс Мэй, явно не желая развивать эту тему.


4

- Не пора ли нам заняться чем-нибудь интересненьким?
Освеженная душем, сияющая и донельзя довольная жизнью, Роз накинула на плечи полотенце и потянулась к стопке чистой одежды.
Вонн одарил ее кривой улыбкой. Он уже вымылся, побрился и надел выданную ему синюю форму ОИЗ флота.
- Что ты думаешь по поводу моего предложения?
- Меня оно не вдохновляет, - отрезала Роз. - Я иду спать.
- Так ведь и я о том же! - Вонн дернул за край укрывавшего ее полотенца.
Она отшатнулась и твердо заявила:
- Одна. И не смотри на меня, как кот на сливки.
Лицо Вонна окаменело.
- Я вся извелась из-за тесноты, в которой нам пришлось жить последние три недели. Я так соскучилась по простору… - пробормотала Роз и чуть погодя добавила: - Я почти не знала тебя до того, как мы покинули «Гирлянду»…
- Зато теперь ты знаешь меня достаточно хорошо.
Роз взяла выданную ей одежду и отступила в душевую кабину.
- Вонн, я не хочу тебя обижать, но мне нужен перерыв. Когда мы попали на «Ангельскую Удачу», я была вне себя. Я была потрясена и только теперь начинаю оживать. Как подумаю, что все неприятности остались в прошлом…
- Они вовсе не остались в прошлом, - возразил Вонн.
Роз вышла из душевой. Она одевалась наспех, не вытершись, как следует, и одежда облепила ее тело, обрисовав грудь и дерзко выпиравшие ягоды сосков.
Глядя на них, Вонн прерывисто вздохнул и мысленно выругался.
- Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, - продолжала Роз. - Они думают, что мы мертвы, и не станут нас разыскивать.
- Не понимаю, что изменилось с тех пор, как мы покинули «Ангельскую Удачу»?
- Многое, Вонн, многое… Я была сама не своя, когда прибежала на «Удачу». И, кроме того, этот проклятый страх смерти! Я… - она замолкла, озираясь вокруг, словно надеялась отыскать в обстановке каюты что-то, способное подсказать ей нужные слова. - Я очень нуждалась в тебе. Мне была необходима твоя сила…
- Значит, ты просто использовала меня?
- Что за глупое слово: «использовала»? Ты же не вещь, - она улыбнулась и покачала головой. - Пойми, мне просто нужно немного побыть одной, вот и все. Я должна разобраться в своих чувствах. Теперь, когда нам ничего не угрожает, когда все так изменилось, изменятся, скорее всего, и наши отношения…
- Почему они должны меняться? Ты разлюбила меня? Вот так, сразу?
- Нет, я еще люблю тебя, - Роз подошла к нему и поцеловала в щеку. Но поцелуй был так холоден и мимолетен, что Вонн почувствовал себя отвергнутым и оскорбленным в лучших чувствах.
- Спокойного сна. Я позвоню тебе, когда проснусь, обещаю, - прощебетала Роз, скрываясь в своей спальне.
Вонн мрачно уставился на захлопнувшуюся перед его носом дверь, невольно прислушиваясь к легкому потрескиванию снимаемой с тела одежды.
Затем он улыбнулся, подумав, что, может быть, Роз его разыгрывает, и дверь вот-вот откроется. Это было бы замечательно.
После пяти минут ожидания Вонн понял, что дверь не откроется.
- Черт побери! - прошептал он, до боли закусив губу.
Скрестил на груди руки, нащупал бэдж и, отцепив его от лишенной нашивок формы, рассеянно поднес к глазам. На одной стороне его была полоска с кодом и объемной фотографией, сделанной лейтенантом Теслой. С другой стороны была цветная надпись, уведомлявшая, что он является гостем флота ОИЗ до прибытия на Консул-5. Ниже имелась памятка: «Питание/не огр.; Личное/не огр.; Одежда/ три смены; Напитки/огр».
Вонн мрачно уставился на последнюю надпись. Ну вот, ему не удастся даже по-настоящему расслабиться. Впрочем, от двух или трех рюмок на душе все же сделается легче.
Со вздохом он вышел в холл и остановился, оглядываясь, у кого бы спросить дорогу к ближайшему бару. Какое все же свинство, что они ограничили его в выпивке! Хорошо бы ему посчастливилось найти на борту этого лайнера родственную душу, имеющую доступ к здешним полкам со спиртными напитками… А пока… Пока ему надо пропустить хотя бы пару рюмок. Провести, так сказать, местную анестезию, раз уж о полной приходится только мечтать…


5

На следующее утро, Джеймс Теодор Мэй пришел в административный отсек и заявил о том, что готов к разговору с О'Хирн. Ему указали нужную дверь и, подойдя к ней, он надавил на кнопку звонка.
Дверь открылась, и Мэй вошел в уютную комнату, залитую мягким, приглушенным светом. Кабинет капитана лайнера ничуть не походил на унылые служебные помещения и коридоры «Хергест Риджа», традиционно окрашенные в синий цвет, повсеместно используемый на звездолетах ОИЗ флота.
Услышав звук закрываемой двери, сидящая за столом женщина вскинула коротко остриженную голову, а затем и сама поднялась навстречу вошедшему.
- Рада тебя видеть, Джеймс.
Он медленно приблизился к столу, не зная, как вести себя с капитаном лайнера. О'Хирн же приветливо улыбнулась ему, обошла стол и обняла бывшего супруга. Смущенный и растерянный Мэй закрыл глаза и, положив руки ей на талию, крепко прижал к себе.
- Мегги… - пробормотал он растроганно.
Она легко освободилась из его объятий и отступила к столу:
- Я сразу же подумала о тебе, когда получила сообщение об исчезновении «Ангельской Удачи» на трассе «Гирлянда» - Джубило. Хотя название достаточно распространенное…
- О нет, новые корабли называют иначе! - с улыбкой возразил Мэй. - Я трезвонил тебе всю прошлую ночь.
О'Хирн сделала еще один шаг назад и уселась на свое место за столом.
- Я намеренно игнорировала звонки, Джеймс.
- Вот как? А я думал, что мы все еще друзья, - проговорил он, пытаясь поймать ее взгляд.
- Конечно, мы друзья! - рассмеялась Маргарет. - Но я не должна забывать о приличиях. И о том, что на звездолете полно любопытных. Единственное место, где можно от них спастись - это мой кабинет.
- Я понимаю - звание обязывает, - согласился Мэй и, подойдя к столу, уселся на один из предназначенных для посетителей стульев. - Приятно снова тебя увидеть.
- Рада, что с тобой все в порядке, - сказала Маргарет, и глаза ее затуманились.
- И я рад, что ты преуспеваешь. - Он окинул ее кабинет выразительным взглядом. - Капитан лайнера - это здорово! Ты пошла в гору.
- Расскажи мне, что случилось с «Удачей», Джеймс? - спросила О'Хирн, чувствуя неприятную пустоту под ложечкой.
Мэй откашлялся, набрал полную грудь воздуха и посмотрел ей прямо в глаза.
- Я не хотел бы тебе лгать. Я обещал, что никогда не буду делать этого…
- Давай не вспоминать про прежние обещания. Что прошло, то прошло. Будь моя воля, я бы не стала вмешиваться в твою жизнь. Но обстоятельства требуют, прости… - сказала О'Хирн, не глядя на собеседника.
- Да нет, все верно. Долг превыше всего. Я знаю, начальство потребует от тебя подробный рапорт о случившемся. Однако по ряду причин мне бы не хотелось вдаваться в подробности. Нельзя ли ограничиться сообщением о том, что на моем корабле был поврежден двигатель?
- А что ты скажешь о корабле, принадлежащем Юэ-Шень?
Мэй вздрогнул.
- О чем?
Она долго смотрела на него и, наконец, промолвила:
- Насколько я понимаю, мне следует написать, что вы случайно попали под огонь двух сражавшихся между собой звездолетов и стали жертвой разборки, - ни участники, ни причины которой вам неведомы?
По спине Мэя побежали мурашки. Это была та самая история, которую они придумали, покидая: «Ангельскую Удачу».
- Такая версия кажется тебе недостаточно правдоподобной?
- Нет, почему же. Случайности играют в нашей жизни важную роль, - ответила О'Хирн. - Напиши мне кратенькую записку о злоключениях «Ангельской Удачи», и я не буду копать вглубь. И еще мне бы хотелось получить от тебя официальное подтверждение того, что обломки дредноута обладают повышенной радиоактивностью. На тот случай, если тебя, а, может статься, и нас, попробуют обвинить в том, что мы тайно разжились каким-то добром на месте гибели «Роко Мари». Что ты на это скажешь?
- Меня это устраивает. Я, право же, не надеялся, что ты сумеешь удержаться от проявления вполне естественного любопытства.
- Зачем усугублять ситуацию и вынуждать тебя громоздить одну ложь на другую?
Их взгляды встретились и, погружаясь в фиолетовое сияние ее глаз, Мэй ощутил, что возвращается в прошлое, в те незабываемые времена, когда они вместе учились в Торговой академии. Пытаясь отогнать наваждение, он тряхнул головой и медленно произнес:
- Скажи мне, Мегги…
- Да?
Ему все же удалось взять себя в руки. Обволакивавшее его фиолетовое сияние исчезло, и он закончил вопрос совсем не так, как собирался:
- …как много ты о нас знаешь?
Возвращаясь к действительности, О'Хирн вздрогнула и, стараясь скрыть смущение, в свою очередь спросила:
- Что ты имеешь в виду?
- Ты ведь, наверное, попыталась навести справки о моей нынешней команде?
Она покраснела, склонилась над клавиатурой и нарочито деловым голосом сказала:
- Ты как всегда прав. Мы сделали запрос, попросив идентифицировать твоих спутников по снимкам сетчатки глаз.
Мэй привстал со стула.
- Ты шутишь! Когда вы ухитрились это сделать?
- Когда мой лейтенант фотографировал вас для бэджей. Мы использовали вмонтированный в камеру многопрофильный микросканер, который дал нам избыточную информацию для стандартного запроса.
- У вас нет на это прав…
Сцепив пальцы, О'Хирн подняла голову и, не дрогнув, встретила гневный, испепеляющий взгляд Мэя.
- Прав-то у меня, как раз, более чем достаточно. Будучи капитаном корабля, я обязана заботиться о его экипаже и пассажирах. Я не могу бросить на произвол судьбы горстку людей, обнаруженных на терпящем бедствие корабле, но, взяв их на борт, должна удостовериться, что они не являются злоумышленниками или бандитами.
Они не бандиты, - поспешно заверил ее Мэй.
- Посмотрим, - пробормотала О'Хирн, и пальцы ее запорхали над клавишами. - Читаю. «Морис Вонн, возраст - двадцать девять лет. Торговец, наемник. Последние места жительства: Беринге Гейт, система Пегас Дарквинд, Солина Восемь…» Если ты следишь за событиями хотя бы по «Межпланетным новостям», то не можешь не заметить, что это все - самые горячие точки в галактике. В файле говорится, что он обвинялся по восьми статьям Межпланетного Кодекса. Ему предъявляли обвинения, но так и не признали виновным в: саботаже, поджогах, убийстве, краже, владении запрещенным оружием и незарегистрированным оружием для служебного пользования. А также в занятии контрабандой, побеге из-под стражи и похищении детей с целью шантажа.
- Стой, погоди! Послушай, я же не утверждаю что он образец добродетели! - воскликнул Мэй. - Но это еще не значит…
- Ангелов я среди твоих парней обнаружить не надеялась, но сведения, полученные в ответ на наш запрос, удивили даже меня. - О'Хирн нажала клавишу и на экране возникла новая страница текста. - «Ирвин Винтерс. Точный возраст неизвестен: приблизительно тридцать пять лет. Обладает интеллектом двенадцатилетнего. Последние места проживания: Харвест Ноум, Кипрус Тринадцать, Солина Восемь…»
- Помилосердствуй! К чему ты все это читаешь?
- «Розалинда Кейн, возраст двадцать два года, исчезла с базы Картланд, подозревается в нечистой игре…» - О'Хирн снова щелкнула клавишей. - «Вильям Уэшли Арбор, двадцать три года, кличка; «Герцог». Разыскивается властями Тетраса. Обвиняется в обмане доверившихся ему девиц и мошенничестве, подозревается в краже и грабеже». Вина его не доказана, но собранная информация наводит на невеселые размышления.
- Ну что ты тарахтишь? Сейчас я тебе все объясню, - попытался остановить Маргарет едва сдерживавший раздражение Мэй.
- Неужели ты и впрямь сумеешь это сделать, Джеймс? «Ангельская Удача» была взята под наблюдение на основании заявления некого Хиро, обвинившего экипаж судна в разбойном нападении, предумышленном банкротстве и пиратстве. После этого он погиб на «Роко Мари», и это произошло в непосредственной близости от твоего корабля.
Мэй уставился в пол.
- Понимаешь, я попал в беду…
- Я вижу это, Джеймс. И готова тебе помочь, но для этого мне надо знать, что же с тобой случилось на самом деле.
- Мой второй пилот здорово подвел меня. По его милости я оказался не просто на мели, но еще и по уши в долгах.
- И я должна этому верить?
- Мой корабль был конфискован. За неуплату долгов.
Щеки пристально глядевшей на него Маргарет начал заливать румянец.
- Как же ты допустил, чтобы нашу «Удачу»?…
- Это дело рук Рюити Хиро. Он подловил меня, чтобы забрать не только «Удачу», но и груз говядины, который рассчитывал продать с хорошим барышом.
- Но как ты мог рисковать нашим кораблем?!
- Ты ведь согласилась с тем, как мы разделили имущество при разводе. Так или иначе, я выплачу тебе долю, вложенную тобой в «Удачу». Можешь на этот счет не беспокоиться.
- Да, но мы так усердно работали, чтобы выкупить его…
- Выкупить? Я работал, как проклятый, двенадцать лет и все еще не могу назвать его своим, - горько усмехнулся Мэй. - Ты бы на моем месте тоже приняла предложенный Вонном план, позволявший одним ударом избавиться от всех кабальных обязательств.
- Неужели на этот раз ты сам ничего не мог придумать? - покачала головой О'Хирн. - Насколько я помню, обычно ты был более изобретательным.
- Приятно слышать, что у меня были хоть какие-то достоинства, - пробормотал он.
О'Хирн снова взглянула на экран.
- Подожди минутку. Кажется, я начинаю понимать. Хиро, это тот маленький восточный человечек, которому ты ежегодно выплачивал некую сумму за аренду корабля?
- Рюити Хиро был председателем Главной Малазийской Корабельной Компании.
- И он пожелал заполучить «Ангельскую Удачу». А ты был столь туп, что угодил в приготовленную тебе ловушку, дав повод обвинить тебя в неуплате долгов, пиратстве и еще Бог знает в чем.
- Мегги… - Мэй снова вскочил со стула.
- Так вы напали на его корабль? Но как, хотела бы я знать, вам удалось взорвать «Роко Мари»?
- Мегги! - взревел не на шутку разъяренный Мэй. - Опять ты за свое! Ты задаешь вопросы и сама же на них отвечаешь, не позволяя мне раскрыть рот! Неужели тебе так важно допереть до всего самой, что ты не считаешь нужным выслушать меня? Все было совсем не так, как ты думаешь!
Ошарашенная его вспышкой, О'Хирн замерла с открытым ртом.
- О, Джеймс, прости.
Он придвинул стул поближе к столу и опустился на него, твердо решив не давать воли чувствам.
- Я тоже прошу прощения. Тебе, наверное, нелегко и хотелось бы от меня избавиться…
- Нет-нет, конечно же, я не хочу избавляться от тебя! Веришь ты этому или нет, но я рада, что ты здесь. Этот рейс для меня - серьезное испытание.
- Я хорошо тебя понимаю, - улыбнулся Мэй, радуясь тому, что разговор уходит в сторону от щекотливой темы. Он понимал, что рано или поздно ему придется поговорить с Мегги начистоту, но пока еще не чувствовал себя достаточно к этому подготовленным.
- Видишь ли, это не совсем обычный рейс. Дело в том, что на борту лайнера находится арколианское посольство, за безопасность которого я отвечаю.
- Каждый рейс на таком корабле, это… - он умолк, не закончив фразу. - Арколианцы?
- Дипломатическая делегация. Послы. Представители, уполномоченные вести переговоры на самом высоком уровне. И получившие к тому же все мыслимые гарантии безопасности, поскольку чувства к ним люди, как на Консуле Пять, так и на других планетах, испытывают самые противоречивые. Я вынуждена была установить охрану перед отведенным им помещением. Каждый на корабле осмотрен и трижды проверен, хотя это, разумеется, не убережет нас от инцидентов, которые могут произойти, когда мы войдем в систему Консула.
Мэй протянул руку и успокаивающе коснулся пальцами руки Маргарет.
- Не беспокойся об этом прежде времени. Я постараюсь не создавать тебе проблем и помогу чем сумею.
Она слабо пожала протянутую руку и тихо промолвила:
- Боюсь, это не в твоих силах. Дело в том, что арколианцы непременно захотят с тобой встретиться.
- Со мной? Зачем бы им это? - изумился Мэй, которому вдруг показалось, что стены кабинета сдвигаются и дышать становится труднее.
- Они не понимают, почему люди рискуют собственными жизнями, пытаясь кого-то спасти. Узнав, что мы послали спасателей, они решили, что вы какие-то особенные. Они желают встретиться с вами и убедиться, что вы и впрямь ничем не примечательные торговцы.
- Ну-у-у… Если так, то я полагаю… Мы встретимся с ними… - промямлил Мэй.
- Если кто-либо из твоих людей страдает ксенофобией, я отнесусь с пониманием к его отсутствию на предстоящей встрече с арколианцами. Но тебе следует быть там обязательно. И Роз, если она сможет пережить эту встречу. Арколианцы с большим интересом относятся к представительницам прекрасного пола.
- Уму непостижимо! - проворчал Мэй. - Многие годы мы видели в них беспощадных врагов и считали угрозой для человечества…
- Постарайся не подвести меня и подготовь своих товарищей ко встрече с арколианцами, хорошо?
- Когда ты намерена пригласить нас к ним?
- Мы планируем устроить прием, на котором они могут встретиться не только с вами, но и с другими пассажирами. Я дам тебе знать, как только согласую с нашими гостями время приема.
- Отлично, - Мэй сцепил руки на груди, подумав, что спрятанные на «Ангельской Удаче» фиалы оказались более тяжелым бременем, чем он предполагал.
- Джеймс, - О'Хирн вышла из-за стола, чтобы проводить его до двери. - Если у тебя есть, что рассказать мне…
К горлу Мэя подкатил комок.
- Я прошу тебя… Если твои люди представляют угрозу для арколианцев, я должна об этом знать.
Он сглотнул и заставил себя кивнуть.
- Я отвечаю за их безопасность и не могу допустить, чтобы им был причинен вред.
- Да, конечно, я понимаю.
Они остановились около двери. О'Хирн положила руку на ручку двери, и тут Мэй не выдержал. Пережитое за последний месяц и беспокойство за сохранность драгоценных фиалов здорово истрепали ему нервы, а Маргарет Фейс О'Хирн всегда готова была выслушать его и придти на помощь.
- Мегги… - начал он, взяв ее за руку. Она терпеливо ждала продолжения. - У меня есть, что тебе сказать.
- Слушаю тебя.
- Я думаю… - его глаза снова встретились с ее глазами, и он вновь почувствовал, что тонет в их фиолетовой глубине. Словно окунувшись в прошлое, он увидел себя в шеренге выпускников Торговой академии, застывших перед собором с поднятыми в приветствии жезлами.
- Джеймс?
Он тряхнул головой, возвращаясь в кабинет капитана лайнера, и пристально взглянул на свою бывшую жену. Да, за прошедшие годы она достигла многого. Стала капитаном огромного корабля - одного из лучших во флоте ОИЗ. Ей поручена важная миссия - доставка арколианского посольства на Консул. Ей сопутствует удача, и если он скажет несколько слов, вскоре в ее руках окажутся еще и фиалы сущностей.
- Мегги, я…
Нет, он не может этого сделать. Пока еще не может. Как-нибудь потом. Позже, но только не сейчас…
Мэй обнял ее, прижал к себе и крепко поцеловал. Она не сделала попытки освободиться из его объятий.


6

Добравшись до отведенной ему каюты, Мэй рухнул в кресло и вытащил из пакета бутылку Тресельской водки. Обычно он употреблял ее, не разбавляя, и это помогало ему снять напряжение.
- Мерзавец! - прорычал он и, откупорив бутылку, сделал большой глоток. Прислушался к своим ощущениям и понял, что лучше ему не стало. - Ты не лучше Вонна.
Он сделал второй глоток, затем третий, но на этот раз испытанное средство не помогало.
- Ты просто ублюдок. Проклятый наемник и ничего больше…
Поставив бутылку на пол, он скрючился в кресле, в отчаянии обхватив голову руками.


7

- Черт побери! - выругалась Маргарет О'Хирн, расхаживая из угла в угол своего кабинета. Ведь он же хотел ей что-то сказать, она видела! Он уже и рот открыл, но что-то остановило его! Почему же он смутился? Почему промолчал? Ах, как это скверно и как непохоже на Мэя!
Она шумно вздохнула и закусила нижнюю губу. Беда была в том, что она все еще любила его, но чтобы возобновить прежние отношения, ей пришлось бы пожертвовать слишком многим. Об этом, конечно же, не могло быть и речи - добиться нынешнего поста стоило ей великих трудов, и она не собиралась ломать свою жизнь из-за минутной слабости. Пусть даже не минутной, но все равно слабости. Начальство из штаба флота ОИЗ доверяет ей не зря. Оно знает, что уж чем-чем, а карьерой своей она ни за что не пожертвует.
- Черт побери! Черт бы его побрал!
О'Хирн снова вздохнула, подошла к столу и нажала на кнопку.
- Да, мэм.
- Сержант Прайс, я собираюсь заняться составлением предварительного отчета о причинах вынужденной задержки. Позаботьтесь о том, чтобы меня не беспокоили до моего особого распоряжения.
- Слушаюсь, мэм.
Она нажала другую кнопку, и кабинет затопила яростная и грозная музыка, напоминавшая рев штормового прибоя, с неистовым гневом обрушивающегося на прибрежные утесы. Сделав звук еще громче, О'Хирн опустилась в кресло, запретив себе думать о чем-либо, и закрыла глаза, надеясь, что музыка успокоит ее разбушевавшиеся чувства.

Глава вторая

На этот раз ты устроил не сцену. О нет! Скандал - значительно более подходящее слово.



1

- Вы желаете получить всю свою норму сразу?
- Да, - нетерпеливо рявкнул Вонн.
Бэдж выскочил из окошка, и Вонн прикрепил его к нагрудному карману. В ту же минуту заслонка, расположенная в верхней части робота, отъехала в сторону, и из его чрева выдвинулся поднос с рюмками. Одна из рук робота поднялась, и из вмонтированного в нее наконечника полилось виски, мигом наполнившее три рюмки.
- Этим вечером я не смогу вам налить больше ни капли, - еще раз напомнил робот. - Вы исчерпали свой суточный лимит.
- Да знаю я, знаю, будь ты проклят! - прорычал Вонн. - Давай шагай отсюда, мне надо побыть одному.
Робот укатил обслуживать другого заказчика, а Вонн опрокинул в рот первую рюмку. Не чувствуя вкуса, залпом выпил вторую. Пробормотав что-то маловразумительное, опустошил третью и, поставив ее со стуком на стол, вытер ладонью губы.
Это должно было подействовать. Виски - не водица, он ощутил, как крепкий напиток обжег рот, но тем, похоже, все и кончилось. На душе было по-прежнему мерзко, в голове ясно.
Несмотря на выпитое, перед внутренним взором его неотступно стояла вышедшая из душевой Роз в облипающей тело одежде. Когда же, сделав над собой титаническое усилие, он сумел стереть ее образ, перед ним возник Андерс. Он увидел брата в холле «Ангельской Удачи». В тот самый миг, когда выстрел охранника достал его и развернул лицом. Вонн отчетливо видел, как пистолет выпал из рук брата, и тот привалился к стене, силясь устоять на подкашивающихся ногах.
- Мне плохо…
Вонн вскочил на ноги, несмотря на вцепившегося в него мертвой хваткой Винтерса. Стряхнул его с себя и бросился к раненому брату. Перед глазами его еще стоял Медведь, у которого выстрелом развалило череп, и он не мог допустить, чтобы такая же участь постигла Андерса.
Опираясь спиной о стену, брат еще несколько мгновений держался на ногах, а потом соскользнул на пол, оставляя на светлом покрытии размазанную полосу крови.
- Андерс? Андерс…
- Вонн…- прошептал непослушными губами Андерс. - Обещай мне… Не так глупо…
Вонн схватил его за плечи, но было уже поздно. Андерс уронил голову, и кровь хлынула у него изо рта. Глаза закрылись, и Вонн понял, что опоздал - брату теперь уже ничем не поможешь и, хоть криком кричи, он не услышит никаких обещаний…
Три выпитых рюмки не принесли ему облегчения. Виски нынче не брало его, и Вонну захотелось взвыть во весь голос.
Он прислушался к слабому жжению в желудке и тихонько икнул. Отыскал взглядом проходившего мимо робота и жестом подозвал к себе, теша себя явно несбыточными надеждами.
- Я же предупреждал вас, - произнес робот бесчувственным, как и следовало ожидать, голосом. - Сегодня я не могу вас больше обслуживать.
- Чтоб ты попал под дождь и заржавел! - в сердцах промолвил Вонн.
Остановившийся над ним робот вежливо напомнил:
- Я ведь предупреждал вас, и теперь…
- У вас какие-то затруднения, сэр?
Вонн повернулся. Незнакомый мужчина придвинул к себе стул и уселся рядом. Поманил робота пальцем, вставил в приемное окошка свой бэдж и заказал два двойных Мальтийских виски. Наемник попытался встать, глядеть, как кто-то наслаждается выпивкой, было выше его сил, но незнакомец остановил его, положив руку на плечо.
- Минутку.
Робот вернул бэдж, наполнил две рюмки и двинулся прочь.
Незнакомец протянул одну из рюмок Вонну.
- Это для вас.
- Я уже исчерпал свой лимит, - пробормотал Вонн, не сводя глаз с протянутой ему рюмки.
Мужчина поднял свою рюмку и, сделав маленький глоток, произнес:
- Бармен проверяет ваш бэдж, а не уровень алкоголя в крови.
- Логично, - согласился, поднимая рюмку, Вонн.
- Логично, но не по той причине, которая пришла вам в голову. Здешнее начальство не волнует, напьетесь вы или нет, оно просто избегает лишних трат. - Незнакомец слегка пожал плечами. - На моем бэдже, как видите, нет ограничений.
Вонн осушил рюмку и поинтересовался:
- Вы очень любезны. Могу я узнать, чем обязан?…
- Я не люблю пить один, - ответил незнакомец, приканчивая содержимое своей рюмки.
- Меня зовут Вонн, - наемник подал незнакомцу руку.
- Зови меня Бэчманом, - незнакомец протянул руку, но вместо рукопожатия стиснул в кулаке большой палец Вонна. Тот не замедлил повторить условный жест.
- Может быть, следует называть тебя «брат»? - улыбнулся Вонн.
- На сегодня - Бэчман, - охладил его пыл незнакомец.
- И что же тебя сюда занесло?
Бэчман нажал кнопку вызова робота.
- Вот уже неделю ты приходишь сюда по вечерам. Берешь обойму из трех рюмок, с завидной быстротой отстреливаешься, пялясь в стену и не видя ничего вокруг, после чего уходишь восвояси. Мысленно я окрестил тебя братом по оружию, у которого возникли проблемы.
- Едва ли мои заботы тебя заинтересуют, - пробурчал Вонн.
- Почему бы тебе не поделиться ими со мной?
- Было б чем! - фыркнул Вонн. - Все дело, как обычно, в женщине.
- Врешь, - сказал Бэчман.
- Зачем бы мне врать? Она очаровательная женщина, и у нас все было хорошо до появления здешних спасателей. А теперь она не желает иметь со мной ничего общего. Говорит, ей нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах. «Прости, извини, пойми» - тьфу, слышать этого не могу!
- Так ты один из тех, кого спасли с торгового корабля? - спросил Бэчман.
- Да, - подтвердил Вонн.
Подошедший робот остановился возле Бэчмана, и тот распорядился повторить предыдущий заказ, после чего обратился к Вонну со следующими словами:
- А не хочешь ли ты попасть на прием, который состоится нынче вечером? Познакомиться с пассажирами и командой, потрясти лапы ксеносам?
- Мочился я на них! - проворчал Вонн. - На тех и на других.
- Уж не ксенофоб ли ты часом?
- Нет. Но знакомиться с этими типами не стремлюсь. Да и чего ради? Они мне без нужды, до меня им тем более дела нету. А раз у нас нет общих интересов…
- Значит, говоришь, не ксенофоб?
- Можешь привести собак, если ты не веришь, - сказал Вонн, кладя руку на сердце.
Смеясь, Бэчман заказал еще две рюмки.
- Если я их приведу, они больше заинтересуются ксеносами. Ты насквозь пропах виски.
- Нет еще, - ухмыльнулся Вонн. - Но я работаю над этим.
Бэчман поднял рюмку и попытался рассмотреть ее содержимое на свет.
- Друг мой, ты излишне чувствителен. Мужчины, слишком сильно переживающие разрыв со своими любовницами, не должны их заводить вообще. Женщины приходят и уходят, а ты остаешься. Так стоит ли расстраиваться из-за этого? Заведи себе новую подружку, и всех делов-то!
- Нет, ты не понимаешь, - насупился Вонн. - Мне вообще не везет с женщинами. У лучшей из них должен был родиться ребенок. Может быть, и родился, хотя я не видел его. Странно, правда? Мы просто души друг в друге не чаяли, но когда она обнаружила, что забеременела, все изменилось. Она не пожелала меня видеть. Она прогнала меня…
Голос Вонна дрогнул, он едва сдержал подступившие к глазам слезы.
- Господи, прошло уже столько лет! А я никак не могу ее забыть…
- По-моему, ты слишком много выпил, - заметил Бэчман, прихлебывая из своей рюмки.
- Возможно, ты и прав. - Вонн хлопнул собеседника по плечу и попытался подняться со стула. - Благодарю за участие. Но, пожалуй, мне и впрямь следует вернуться в свою берлогу.
Бэчман схватил его за руку.
- Ну, брось, ты же сам только что сказал… - начал Вонн.
- Я передумал. Кроме того, я ведь говорил, что не люблю пить один. И вообще, после того, как ты рассказал о своих заморочках, мог бы хоть из приличия поинтересоваться моими.
Вонн тяжело вздохнул:
- Если тебе нужен партнер, то ты ошибся адресом. Неужели ты до сих пор не сумел найти приятеля среди команды или пассажиров лайнера?
- Мне действительно нужен партнер. Но не сексуальный, а деловой.
Вонн со смешком вывернул карманы.
- Прости, но и тут я ничем не могу тебе помочь. Я пуст как эта рюмка.
- У меня достаточно денег, - успокоил его Бэчман, - и я готов расстаться с некоторой их частью. Но я хотел бы потратить их с пользой и в компании с хорошим человеком.
- Премного благодарен, но я не собираюсь тратить чьи-то деньги. Нет, благодарю, в конце концов, я и сам не нищий, - Вонн почувствовал, что мысли у него начинают путаться, и попытался взять себя в руки. - Хотя работа, которой я занимался последнее время, была - хуже не придумаешь. И к тому же я потерял моего лучшего друга…
- Если ты богат, то зачем тебе этот дрянной бэдж?
- Потому, что я не таскаю свои капиталы при себе.
Бэчман хихикнул и заставил-таки Вонна опуститься на стул.
- Брось трепаться! Мы оба знаем, что сказанное тобой - величайшая во Вселенной ложь! Неужто ты и в самом деле так пьян, что даже складно врать не в состоянии?
- Я вовсе не пьян! - набычился Вонн.
- Так чего же тогда ты пудришь мне мозги? Не нужно кончать академий, чтобы, единожды взглянув на тебя, понять, что же с тобой случилось!
- И что же со мной случилось? - мрачно спросил Вонн, чувствуя неприятный холодок под ложечкой.
- На мой взгляд, сбор трофеев - дурацкая работа. Риск большой, а навару - кот наплакал. Особенно, если твое судно получает пробоину, а то, чем ты рассчитывал поживиться, оказывается высоко радиоактивным… Тогда дело и вовсе дрянь. Ты оказываешься на мели, да к тому же еще и по уши в долгах. И тут, естественно, не только друзья, но и женщины начинают шарахаться от тебя, как от прокаженного.
Вонн несколько раз кивнул. Предположение Бэчмана не вполне соответствовало истине, но окончание историй совпадало, и это в настоящий момент было главным.
- Тебе не откажешь в проницательности, - нехотя признал он.
- Стало быть, ты заинтересовался моим предложением?
- Предложением? Но я не услышал до сих пор ничего определенного!
Бэчман поманил пальцем проходящего мимо робота и велел ему вновь наполнить рюмки.
- Услышишь еще. Выпей и расслабься. Наконец-то ты начинаешь походить на настоящего мужчину, а не на кандидата в самоубийцы. В целом же работа будет зависеть от твоей ловкости и от того, в чем ты поднаторел и к чему чувствуешь особую склонность.
- Я могу делать все что угодно. Следить, грабить, работать надсмотрщиком…
- Не здесь, - сухо прервал его Бэчман и опасливо огляделся по сторонам.
- Чего ты боишься? - ухмыльнулся Вонн. - За тобой следят или этот бар облюбован корабельными стукачами?
- И у стен, как общеизвестно, есть уши, - ответил Бэчман без тени улыбки на лице.
Вонн покосился на заново наполненные рюмки.
- Я понял. Когда ты решишь, какое именно грязное дельце тебе надобно провернуть прежде всего, тогда и состоится настоящий разговор. Ты знаешь, где меня искать.
- Отлично, - сказал Бэчман, сползая со стула. - Тогда до завтрашнего или до послезавтрашнего вечера. Мне нужно навести о тебе справки.
- Едва ли ты что-нибудь сумеешь разнюхать, не засветившись.
- Ну, это уж мои заботы.
- А если ты не покажешься тут завтра или послезавтра?
На лице Бэчмана появилось некое подобие улыбки:
- Тогда до конца рейса у тебя не будет никаких проблем. Равно как и денег… - он еще раз оглянулся по сторонам и вышел из бара прежде, чем Воин успел придумать достойный ответ.
- Можно ли назвать эту встречу удачной? - задумчиво спросил сам себя наемник. Взгляд его упал на две нетронутые рюмки, до краев наполненные чудесным Мальтийским виски, и он решил, что, пожалуй, можно. Без излишней торопливости он опорожнил одну рюмку, потом вторую и откинулся на спинку стула, чувствуя, как обмякает лицо, и душу обволакивает долгожданный покой.


2

Мэй критически осмотрел шейный платок Герцога, поправил его воротник, стряхнул с формы невидимые пылинки и одобрительно проворчал:
- Замечательно! Ты смотришься на миллион!
- А чувствую себя все еще неуютно. Когда я надевал форму последний раз, она принесла мне много неприятностей.
- Успокойся, без бляшек и нашивок она смахивает на костюм музыканта. Во всяком случае, даже в ней вид у тебя сугубо штатский. Кроме того, ты не должен забывать, - Мэй легонько пихнул Герцога под ребро, - мы здесь гости из ужастика и нужны исключительно для создания колорита.
Герцог повел плечами и без всякой нужды одернул на себе костюм.
- Не знаю, зачем им это нужно. Они важные персоны, а я простой парень с Тетроса.
- Люди, владеющие фиалами сущностей - не менее важные особы, - заверил его Мэй. - Если бы кто-нибудь проник в нашу тайну, ты стал бы знаменитостью, с которой каждый желает познакомиться. - Он похлопал Герцога по спине, и они направились в комнату отдыха.
Сзади послышался шум, приятели обернулись и увидели догонявшую их Роз, на ходу закалывавшую собранные в пучок волосы яркой заколкой.
- Подождите минутку, я с вами.
- А где Вонн? - спросил Герцог.
- Я что, мать ему или нянька? - сердито поинтересовалась Роз. - Извини, но я действительно не знаю. Он надулся на меня, когда я сказала, что мне иногда хочется побыть одной, и с тех пор мы не виделись. Отрывается где-нибудь, надо думать, по полной программе.
- Ох, отыщет он приключения на свою задницу!
Роз опустила руки, и маленький серебряный лучик блеснул в ее волосах.
- А где Винтерс?
- О'Хирн сочла, что ему лучше не приходить, - ответил Мэй. - Уровень его контактности равен тринадцати Пси.
Роз и Герцог озадаченно уставились на него.
- Только не говорите мне, что вы слишком молоды, чтобы помнить о Пси-коэффициенте!
- Наверное, я и правда запамятовал, - развел руками Герцог.
- Тогда вспомни тот маленький тест, который был предложен нам этим утром. Он позволяет определять профиль психологических тенденций каждого индивидуума. Судя по числу набранных баллов, Винтерс склонен к ксенофобии, и потому его присутствие на приеме было сочтено нежелательным. Последнее, что нам нужно - это проблемы с арколианцами.
- Сдается мне, он немного потеряет, - заметила Роз.
- Что касается меня, то я не жду от этой вечеринки ничего хорошего! - буркнул Герцог.
- Чепуха, - промолвил Мэй, останавливаясь перед дверью комнаты отдыха. - Это будет ночь, которая запомнится нам надолго.
Дверь отворилась, и они очутились в роскошно убранном, ярко освещенном помещении. Собравшиеся в нем люди встретили появление Герцога, Роз и Мэя вежливыми аплодисментами.
- Что все это значит? Чем мы заслужили столь восторженный прием? - недовольно процедил Герцог, не раскрывая рта.
- Мы здесь самые интересные гости после арколианцев, которые, кстати, еще не появились, - прошептал Мэй. - Друг на друга тут уже успели насмотреться, а вновь прибывшие всегда пользуются успехом.
Капитан О'Хирн пожала им руки и еще раз поздравила с благополучным прибытием на «Хергест Ридж», выразив надежду, что появление их здесь окажется приятной неожиданностью для пассажиров лайнера. Мэй поблагодарил ее, затем склонился в галантном поклоне и поцеловал руку Маргарет. Собравшиеся одобрительно загудели и наградили Мэя громкими аплодисментами.
Следующим подошел адмирал Студебейкер, и глаза Герцога чуть не вылезли из орбит. Трясущейся рукой адмирал почти раздавил руку Арбора.
- Надеюсь, что случившаяся с вами неприятность не заставит вас покинуть космос. Нам здесь нужны отважные и решительные юноши, - проговорил он с широкой улыбкой.
Герцог порозовел и, выбрав момент, отсалютовал адмиралу двумя пальцами.
Собравшиеся вновь разразились дружными аплодисментами.
А затем к спасенным с «Ангельской Удачи» стали подходить члены экипажа и пассажиры лайнера. Офицеры и ученые, кинозвезды, владельцы казино, заводов и целая вереница скучающих, обрюзгших женщин, Бог весть откуда взявшихся на борту «Хергест Риджа». Подходившие улыбались, представлялись, говорили обычные в таких случаях любезные, ничего не значащие слова.
- Мы та-а-ак рады, что они смогли вытащить вас из этого ужасного корабля. Мы думаем, что это было та-а-ак страшно - стать жертвами кораблекрушения. Мы не смогли бы находиться там та-а-ак долго. Ваша история - та-а-ка-а-я волнующая, вам непременно следует выступить и рассказать о своих переживаниях в какой-нибудь передаче…
- У меня такое ощущение, будто нас рассматривают, как диковинных зверушек, - поделился Герцог своими впечатлениями с Роз.
- Ну, до некоторой степени так оно и есть, - ответила она с застывшей на лице улыбкой. - Мы попали в компанию людей, входящих в пресловутые пять процентов избранных. И для них это единственная возможность взглянуть на представителей оставшихся девяносто пяти процентов человечества.
- Вот ведь зар-разы! - с чувством промолвил Герцог, не забывая одаривать окружающих улыбками.
- Нет, это ты зря. Зрелище по-своему впечатляющее. Обрати внимание на украшения - они стоят просто безумных денег! А духи? Я кое-что в этом понимаю, и, клянусь тебе, один флакончик стоит столько же, сколько содержимое всех трюмов «Ангельской Удачи» в самый ее удачный рейс. Взгляни на эти меха. Они не просто экзотические, фирма «Нимрев» заплатила за каждую шкурку жизнью своего служащего.
- Ой, ну ты уж скажешь! - отмахнулся Герцог.
- Мигель Делвин, - представился подошедший к нему толстяк.
- Вильям Арбор, - ответил Герцог, пожимая его пухлую, короткопалую руку.
- Тот самый Мигель, который создал компанию «Система совершенной переработки», - пояснил толстяк.
Герцог тупо кивнул и спросил:
- Это должно что-нибудь для меня значить?
Мужчина громко рассмеялся:
- Это должно кое-что значить для тебя, сынок, если тебе приходилось сталкиваться с агрегатами, выпускаемыми моей компанией. Они широко распространены, и мы даже вынуждены были выпустить книгу, целиком посвященную их назначению и техническим характеристикам.
Герцога передернуло от его дыхания, в котором смешались запахи чеснока, гвоздики и дыма. В глазах у него защипало, он моргнул и смахнул набежавшую слезу.
- Если будешь работать на одной из моих машин, сынок, можешь сказать своим друзьям, что тебе посчастливилось встречаться со мной. Лично.
Отстранившись как можно дальше от зловонного толстяка, Герцог вдруг почувствовал странное оцепенение, охватившее мизинец его правой руки.
- Так ты говоришь, Мигель из ССП? - спросил он зловеще, и бусинки пота выступили на его верхней губе.
- Сынок, ты меня не понял. Я и есть ССП, - хихикнул толстяк и замолк под тяжелым взглядом Герцога.
- Ах ты, сучий сын!…
Рот толстяка приоткрылся от изумления.
- Герцог! - одернул товарища Мэй.
- Что ты сказал? - возмутился Мигель.
- Ты никогда лично не испытывал ни одной из твоих машин, не так ли? - спросил Герцог.
- Зачем? Их проверяют на моей фабрике…
- С помощью роботов, в идеальных условиях. Но никогда в условиях реальной жизни. - Мизинец на заключенной в заживляющую повязку руке Герцога совершенно онемел. Подогнув его к ладони, он сунул руку под нос Мигелю. Глядя на нее, толстяк должен быть решить, что палец у Герцога оторван, и произошло это по вине одного из его агрегатов, что почти соответствовало действительности.
Шипя, Мигель попятился и растворился в толпе.
- Герцог! - Мэй тряхнул его за плечо и раздраженно спросил: - Какого черта ты завелся? Чего ты с ним не поделил?
- О чем это ты? - поинтересовался Герцог с самым невинным видом.
- Н-да… Смешно и грустно. Однако, если мы продержимся до открытия буфета, то сможем взять реванш. Тарелка тутошних бутербродов и рюмка чего-нибудь этакого будет стоить денежным мешкам значительно дороже, чем бычья туша на «Сен-Врене».
Роз рассмеялась, и Герцог с Мэем с удивлением посмотрели на нее. Они разговаривали вполголоса, и слышать их она никак не могла. Роз и не слышала, она была слишком поглощена беседой с каким-то второстепенным актером, очень серьезно демонстрировавшим ей свои грудные мышцы.
- Мой дорогой, ты вылитый супермен! С такими-то бицепсами и мускулатурой!…
- Не будь дурой, не давай ему гладить свои руки! - прошептал Мэй.
Герцог между тем массировал внезапно онемевший мизинец, рассеянно слушая подошедшего к нему мужчину спортивного вида. Сделав над собой усилие, он терпеливо внимал разглагольствованиям этого профана об участи «Ангельской Удачи» и даже ухитрялся в нужных местах кивать головой и поддакивать. Памятуя призыв продержаться до открытия буфета, он более или менее успешно изображал интерес к желавшим перекинуться с ним парой общих фраз людям и испытал величайшее облегчение, когда по прошествии сорока пяти минут Мэй положил ему на плечо руку и сообщил, что пришла пора перекусить.
- Должен заметить, не для протокола, естественно, - сказал он, - что я, кажется, был единственным, кто поговорил с этой свиньей Мигелем. А ведь некогда одна из его дьявольских машин едва не оторвала мне руку.
Приятели невесело рассмеялись, и Герцог последовал за Мэем в соседний зал, куда уже потянулись остальные приглашенные на этот необычный прием. Любопытно было отметить, что люди, совсем недавно пожимавшие ему руку и непринужденно болтавшие о каких-то пустяках, как с ровней, теперь старательно отводили от него глаза. Исполнив свой долг, они едва ли не демонстративно сторонились спасенных с «Ангельской Удачи», и не заметить это мог разве что слепой.
- Объясни мне, зачем ты к ним подлизываешься, Мэй? Мы с ними разного поля ягоды, и все это видят с первого взгляда. У нас нет и не может быть с ними ничего общего. А ты ведь и раньше встречался с высокопоставленными особами «У Доктора Бомбея», - произнес Герцог, припоминая бар на Тетросе, где он познакомился с Мэем.
Тот придирчиво осмотрел стойку, уставленную всевозможными закусками, и протянул Герцогу тарелку с бутербродами, предупредив:
- Не жадничай, иначе будешь плохо соображать. Без привычки к такой гравитации от обильной еды тебя скоро потянет в сон.
Они отыскали уголок, где бы им никто не помешал, и принялись закусывать, продолжая начатый разговор.
- Мэй, я хочу сказать, что «Доктор Бомбей» был дьявольским местом по меркам Тетроса. Ты знаком с торговцами и наемниками, ворами и проститутками, но, хотя это звучит дико, у многих из этих людей золотые сердца. И попавшему в беду другу они, не задумываясь, отдали бы последнюю рубашку. В то время как эти… - Герцог махнул рукой в сторону закусывающих пассажиров и не закончил фразы, полагая, что и без того все ясно.
Мэй поднес к носу полную ложку кеслианской сырной пасты и с наслаждением вдохнул ее запах.
- А ведь кому-то это стоило пару сотен кредиток, - с улыбкой пробормотал он.
Герцог ухватил его за руку в тот самый момент, когда Мэй намеревался отправить сырную пасту в рот и насладиться ее изысканным вкусом:
- Ты слышал хоть слово из того, что я сказал?
- Разумеется, слышал. Но ты ведь не новорожденный, и сам все должен понимать. У этих людей есть деньги, которые могут принести неизмеримо больше пользы, чем чья-то поношенная рубашка. И торговцу, перевозящему товары с планеты на планету, приходится иметь дело именно с ними.
- И все равно они мне омерзительны, - сказал Герцог, краснея от негодования. - Даже когда эти толстосумы вкладывают свои деньги в дело, сулящее огромные прибыли, им все равно удается смотреть на нас сверху вниз с таким видом, будто они занимаются благотворительностью.
Мэй поднес полную ложку сырной пасты к лицу Герцога.
- Попробуй, это восхитительно.
Герцог оттолкнул ложку, измазав кончик носа пастой.
- Я не голоден!
- Будь терпимей, - проникновенно посоветовал Мэй. - Мы знаем, чего стоит большинство присутствующих здесь, но это еще не повод поднимать шум. Умей наслаждаться моментом. Расслабься. Выпей. А потом попробуй отыскать третьего, кроме нас с тобой, настоящего человека в этой компании… сам знаешь кого.
- Ну что же, выпить - это хорошая мысль, - Герцог потер кончик носа и был слегка удивлен цветом, который приобрел его палец. - Я пойду добывать выпивку, а заодно поищу человека, о котором ты говоришь.
Он повернулся и, едва не сбив с ног какого-то предпринимателя, направился через весь зал к Маргарет О'Хирн, чтобы выразить ей свою признательность за сказанные в их адрес теплые слова. Капитан лайнера приветливо улыбнулась ему, и он подумал, что уж она-то точно одна из настоящих.
Вместо того, чтобы выслушивать славословия в свой адрес, Маргарет О'Хирн взяла салфетку и, мило улыбнувшись, стерла с носа Герцога остатки сырной пасты. Причем сделала это так, что не только не смутила его, а напротив, очаровала и еще больше расположила к себе. Он от души поблагодарил ее за заботу, а она шутливо чмокнула его в щеку, чем покорила окончательно, так что, отходя от нее, Герцог проникся к ней прямо-таки сыновними чувствами.
Пройдясь по залу, Герцог облюбовал стойку подле маленького декоративного фонтана. Взял из держателя салфетку и еще раз вытер нос, поскольку никак не мог избавиться от запаха кеслианской сырной пасты. В носу продолжало свербеть, и отчаянно хотелось чихнуть. Заметив удивленный взгляд бармена, он недовольно сморщился и пояснил:
- Это все проклятая сырная паста! Кеслианский деликатес! Не могу поверить, что люди могут ее есть и нахваливать! А-а-ап-чхи! Да что же это за напасть такая? - жалобно вопросил он и потянулся за новой салфеткой.
- Легче всего избавиться от привязчивого вкуса или запаха, перебив его выпивкой. Не желаете чего-нибудь заказать? Любой известной в галактике напиток, а? - предложил бармен.
Герцог бросил салфетку в корзину для мусора.
- Чтобы почувствовать себя здесь как дома, мне необходимо несколько глотков Дулианского пива.
- Да, дом - это не кеслианская сырная паста, - сочувственно согласился бармен. - Вероятно, с ним больше ассоциируется картошка и рис?
- Из напитков - Дулианское пиво! - твердо сказал Герцог.
- Жаль, что у меня его нет. Но я могу предложить кое-что получше. Позвольте приготовить для вас нечто незабываемое, - бармен повернулся к уставленной бутылками полке и тут чей-то голос громко поинтересовался:
- Пиво? Кто спрашивал пива?
Герцог едва успел схватить новую салфетку, как его снова разобрал чих. Тело его сотрясалось, из глаз текли слезы.
- Пиво, - задумчиво повторил голос. - Традиционное питье трофейщиков, не так ли?
Повернувшись, Герцог увидел человека примерно одного с ним роста, с «площадкой» на голове и имплантантами ночного видения. Из ноздрей его шли трубки-очистители, соединенные со спрятанным в нагрудном кармане фильтром.
- Пиво пьют не только трофейщики, - рассудительно заметил Герцог, не делая попыток разубедить незнакомца в том, что «Ангельская Удача» оказалась подле места гибели дредноута вовсе не из-за желания покопаться в радиоактивных обломках. - Вы ведь ученый, исследователь, не так ли?
- Сказать исследователь, это значит - ничего не сказать, - возмущенно произнес мужчина, выпуская изо рта дым. - Я - изобретатель.
- Отлично, - Герцог снова повернулся к бармену, который старательно смешивал содержимое двух разных бутылок, но изобретатель положил ему руку на плечо, явно желая продолжать разговор.
- Двенадцать оригинальных систем носят мое имя и разработаны исключительно благодаря моему интеллектуальному потенциалу, - важно сказал мужчина.
- Когда я вернусь на Тетрос, - равнодушно ответил Герцог, - две девушки будут носить мою фамилию и балдеть от моего физического потенциала.
Бармен поставил перед Герцогом стакан с напитком и с беспокойством взглянул на изобретателя:
- Стин, не заводись. И не дури парню голову, нам все о тебе известно.
Стин пожал плечами, не удостоив бармена ответом. Герцог сделал несколько глотков приготовленного барменом пивного коктейля.
- Хотел бы я знать, - продолжал Стин, - почему ты окружен здесь таким вниманием? Разве ты совершил что-то из ряда вон выходящее? Как тебе удалось добиться расположения корабельного начальства, которое смотрит на меня, как на пустое место?
- Может быть, это связано с тем, что ты не пьешь пива? - предположил Герцог, стремясь уйти от неприятного разговора, и поднял в знак приветствия стакан. - Не желаешь попробовать? Есть мнение, что все наши душевные и физические качества зависят от того, что мы едим и что пьем.
- Ты маленький слизняк…
Герцог подозвал пальцем бармена.
- Угостите этого парня таким же пойлом, какое приготовили мне.
Стин погрозил бармену пальцем и тот попятился.
- Замри! - велел Стин. - Я не пью пиво.
В воздухе заклубился голубой дым.
- Что