когда та попала под обстрел «Роко Мари».
- Помни об «Ангельской Удаче»! - решительно приказала она себе. - Твоя цель - «Ангельская Удача»! Ты должна добраться до нее, а по сторонам, если тебе не нравится, можешь и не глазеть!
Роз стиснула кулаки так, что ногти больно впились в ладони, и двинулась вперед.
Вскоре она уже могла отчетливо разглядеть ужасающую дыру в полу - пролом трехметровой ширины, тянувшийся от одной стены зала до другой. Заглянув в эту, похожую на зияющую рану трещину, она поразилась обилию рваных проводов, кабелей и труб в межпалубном перекрытии. Мысль о том, что ей придется перепрыгивать через эту оскалившуюся рваными металлическими листами пасть, ужаснула Роз. Она прикинула, не проще ли ей будет спуститься вниз и снова подняться, но нижняя палуба, судя по всему, пострадала еще больше, и пол ее сплошь покрывала омерзительная черная жижа, от запаха которой женщину едва не выворачивало наизнанку. Стараясь не дышать, она еще раз заглянула в дыру, силясь понять, что же явилось причиной всех этих разрушений. Ах, если бы она хоть немного разбиралась в конструкции звездолетов!…
Хотя, с другой стороны, чего ради ей ломать себе голову над причиной аварии? Она должна пробраться на «Ангельскую Удачу» и, так или иначе, попадет туда! Роз отодвинулась от пролома, чтобы ее ненароком не вытошнило. Сейчас она находится в хорошей форме. Такой уверенной и сильной она не чувствовала себя уже давным-давно, со школьных времен, и, конечно же, сумеет перебраться через эту щель. Она просто перепрыгнет ее, ведь три метра при пониженной силе тяжести - это не так уж много. Надо только выбрать место, где изорванные листы полового покрытия не торчат, словно рифы, - напорись она на такой вот, с позволения сказать, заусенец, и все будет кончено…
Медленно двигаясь вдоль края трещины, Роз присмотрела подходящее местечко для прыжка, и тут пол под ее ногами чуть заметно дрогнул. Сквозь свист бьющего из вентиляционных труб воздуха до Роз постоянно доносились какие-то подозрительные скрипы, скрежеты, похрустывания и пощелкивания, и теперь она уяснила их зловещий смысл. Что-то в деформированном чреве лайнера продолжало рушиться, расползаться, разваливаться. Она все время ощущала слабые толчки, но была слишком взволнована, чтобы осмыслить их происхождение, а ведь они означали… Ну так и есть! Стоило ей повнимательнее присмотреться к зияющей у ее ног трещине, как она обнаружила, что та сделалась заметно шире.
Даже в самом узком месте она уже почти достигла четырех метров. А отходившие от нее мелкие, бывшие прежде волосяными, трещинки расширялись на глазах. Еще минута-две, и ей придется возвращаться. Идея эта показалась Роз заманчивой, но она тут же запретила себе думать о возвращении. Трусость - скверная подруга, и она не пойдет у нее на поводу. Вернуться - значило предать Винтерса и Вонна, а предательницей она никогда не была и становиться не собиралась!
Если бы здесь хотя бы имелось место для разгона… Но пол зала был завален всякой дрянью, листы покрытия походили на нагромождения торосов, и о том, чтобы разбежаться, оставалось только мечтать. Трясясь, как лист, Роз отступила возможно дальше от трещины, повернулась и, ощутив очередной предательский толчок пола, что есть силы ринулась вперед.
Стены зала содрогнулись и со страшным скрежетом раздвинулись.
Сильный порыв ветра подкинул Роз, она непроизвольно вытянула руки в стороны, как будто надеялась, что они превратятся в крылья, и тут же радостные мгновения полета оборвал болезненный удар.
Она ударилась о палубу животом, подпрыгнула и, ударившись об пол еще раз - теперь уже грудью, скользнула к краю трещины по залитому жгучей черной жидкостью металлу. Она удержалась, чудом уперевшись туфлей в какую-то неровность пола - тот самый заусенец, наткнуться на который боялась больше всего на свете. Из горла ее вырвался нервный смешок, и она поспешно поползла прочь от трещины.
Уже поднимаясь на ноги, она обнаружила, что во время приземления потеряла вторую туфлю, но ничуть этому не огорчилась. Нервно рассмеялась и, тряхнув ногой, скинула оставшуюся туфлю в зловеще скалящуюся расщелину, сделавшуюся за эти мгновения еще шире. Больше стала и трещина в потолке: искореженные фермы и перекрученные балки производили столь тягостное впечатление, что Роз, не мешкая, двинулась в глубину зала. Путь назад был отрезан, а слушать усиливающийся вой воздуха и наблюдать за тем, как увеличивается страшная трещина, она не имела ни малейшего желания.
- Вперед, навстречу «Ангельской Удаче»! - подбодрила она себя, мельком подумав, что если трещина и дальше будет расти с такой же скоростью, то дела «Хергест Риджа» плохи, и на «Ангельской Удаче» она окажется в большей безопасности, нежели здесь.
Пробираясь к противоположному концу зала, она не сразу поняла, что ей приходится карабкаться по наклонной плоскости. Благодаря тому, что она шла босиком, уклон пола сначала был незаметен, но потом сделался круче, Роз остановилась и огляделась, чтобы понять, в чем дело, и едва не закричала. Трещина, через которую она только что с таким трудом, можно сказать, с риском для жизни, перепрыгнула, начала уменьшаться! Корабль не хотел умирать, в движение пришли какие-то скрытые системы восстановления, и под их влиянием разорванные края чудовищной расщелины стали сдвигаться, при этом та часть зала, в которой она оказалась, накренялась все ниже и ниже…
- Нет, - прошептала Роз, чувствуя, как сердце ее сжимают тиски ужаса. - Не сейчас! Подожди… Дай мне шанс выбраться отсюда!
Скрип, треск и скрежет становились все громче.
- Нет! Нет, во имя Пятой Сферы!…
Дверь, к которой она стремилась, поползла вверх, а Роз повлекло вниз, к жуткому провалу. Закричав, она попыталась уцепиться за вспученные, расходящиеся листы пола, но пальцы соскользнули, и она ухнула вниз. Левую ногу пронзила острая боль. Разрывая одежду, до крови обдирая колени, она съезжала все ниже и ниже. Спасения не было, и все же, ломая ногти, она продолжала судорожно цепляться за неровности пола и, наконец, ухватилась-таки за колючий край рифленого металлического листа.
Повисла на одной руке, шаря другой в поисках дополнительной опоры, вцепилась во что-то мягкое и скользкое, и тут часть пола, на которой она лежала, неожиданно приняла горизонтальное положение.
- Господи!… - прошептала Роз. - Господи, помоги! Да когда же это кончится?
Некоторое время она неподвижно лежала на животе, приходя в себя. Дверь, к которой ей так и не удалось пробраться, вознеслась на недосягаемую высоту. Расщелина в потолке закрылась, точнее, стала не видна, поскольку один край межпалубного перекрытия наехал на другой. Молодая женщина обернулась, чтобы понять, не удастся ли вернуться, - теперь это уже не казалось ей глупостью или слабодушием - но пути назад тоже не было. Дальний край расщелины задрался вверх и походил теперь на гребень зубастых скал, дотянуться до которых она не смогла бы ни за что на свете. Роз перевела взгляд на предмет, который все еще сжимала в левой руке. Испачканный в черной жиже, он показался ей странно знакомым. Она повертела его так и этак…
Это была оторванная человеческая рука. Огромная, украшенная непонятной татуировкой рука, на которой отсутствовало три пальца, из-за чего Роз и не догадалась сразу, чем на самом-то деле является ее страшный трофей.
Пронзительно заорав, Роз отшвырнула изувеченную руку и, поднявшись на четвереньки, рванулась прочь.
Металлический лист под ней прогнулся, она раскинула руки и ноги, словно хотела прилипнуть к нему. Ей это удалось, но лист продолжал прогибаться, а потом наверху что-то отчетливо хрустнуло и он скользнул вниз. Роз даже не успела как следует испугаться, прежде чем рухнуть на пол нижней палубы. Высота оказалась вовсе не так высока, как ей мерещилось и, главное, она не попала в следующий пролом.
«Спасена! - пронеслось у нее в голове. - Я спасена и напрасно так трусила! С этой палубы мне будет, пожалуй, даже проще добраться до «Ангельской Удачи». Вот только отлежусь немного, приду в себя и…»
Острая боль в левой ноге заставила ее вскрикнуть. Роз помнила, что вроде бы ободрала ее, а потом перестала чувствовать. Она попыталась сесть, и тут раненую ногу свела судорога.
- О, черт! - простонала Роз, извиваясь, словно раздавленная гусеница.
Когда боль отпустила, она осмотрела ногу - икра была разодрана и сильно кровоточила, но перевязать ее было нечем. Одежда Роз превратилась в лохмотья, измазанные черной вонючей жидкостью. А ведь хорошо было бы перевязать и ободранные, горящие ступни и исцарапанные щиколотки!
- Надо срочно выбираться отсюда! - морщась от боли, прошипела она, переворачиваясь на правый бок и оглядываясь по сторонам. - В «Ангельской Удаче» я найду необходимые лекарства, вот только бы добраться до нее…
Она приземлилась на гору каких-то разбитых агрегатов и, приподнявшись на локте, могла видеть, что дверь в зал, хотя и задралась вверх, открыта, и проход к ней относительно свободен. А где-то за ней находится док, в котором стоит «Ангельская Удача». Ей оставалось лишь слезть с вершины завала и как-нибудь доковылять до торгового корабля, где она…
Мысли Роз смешались, когда взгляд ее наткнулся на лежащее среди искореженных конструкций тело. По-видимому, этот мужчина, так же как и она, упал с верхней палубы, но приземление его не было столь же успешным. Молодая женщина попыталась встать, перенеся основную тяжесть на правую ногу. Скрипнула зубами от пронзившей ее боли и заставила себя сделать несколько шагов.
Она понимала, что мужчина, скорее всего, мертв, но не могла не осмотреть его. Это было бессмысленно, поскольку ей самой необходима помощь и, если бы он чудом оказался жив, сделать для него она бы все равно ничего не сумела. Роз сознавала это и все же, морщась, кряхтя и постанывая, доковыляла до неподвижного тела. Склонилась над ним и тихонько ахнула. Вот уж кого она меньше всего ожидала здесь увидеть!
- Герцог! - позвала она, ощупывая влажной от пота ладонью его лицо. - Герцог!…
Новая волна боли скрутила ее и заставила упасть на груду искореженного металла рядом с телом торговца. Минут пять Роз боролась с охватившей ее слабостью, боясь провалиться в черную пучину беспамятства и, наконец, собравшись с силами, привстала и ухватила Герцога за плечи. Тряхнула раз, другой, третий, чувствуя, что каждое движение отдается в раненой ноге жгучей болью.
- Герцог! Ну очнись же, черт бы тебя побрал! Оживи! Что ты валяешься, как дохлая крыса!… - ей казалось, что она кричит во весь голос, кричит так, что ее и мертвый услышит. На самом-то деле хриплый, прерывающийся шепот ее не разбудил бы и младенца.
Голова Герцога безжизненно моталась из стороны в сторону, а Роз все трясла и трясла его, бормоча глупые, ненужные, бесполезные уже слова.
- Герцог! - яростно рявкнула она, окончательно выведенная из себя его неподвижностью, и что есть мочи шлепнула ладонью по щеке. - Кончай придуриваться, идиот ты этакий!
Измазанная черной жидкостью и каким-то похожим на пепел порошком голова Герцога дернулась. Лицо его исказила гримаса боли, и Роз всхлипнула и едва не заревела от облегчения.
- Живой! Я знала, чувствовала… Ну давай! Очнись, хватит трупом прикидываться! - она вновь хлестнула его ладонью по лицу.
Голова Герцога снова дернулась, он тихо застонал.
- А, чтоб тебя! - Роз занесла руку для очередного удара и замерла. Ресницы Герцога дрогнули. Затем он медленно, словно нехотя, раскрыл глаза, заморгал и взгляд его сделался осмысленным. В нем мелькнул огонек узнавания, и он чуть слышно прошептал:
- Роз?
- Живой?
- Нет, притворяюсь, - проворчал Герцог, и на губах его появилась слабая улыбка.
- Это хорошо. Значит, жить будешь, - Роз почувствовала, что вновь вот-вот потеряет сознание и, сделав чудовищное усилие, скомандовала: - Поднимайся! Нам надо как можно быстрее добраться до «Ангельской Удачи».
Герцог поднялся на локте, потом сел и с удивлением осмотрелся. Похоже, он даже не ранен, и это очень кстати, подумала Роз.
- Мы сделали это? - спросил Герцог. - Мы оторвались от Юэ-Шень?
- Я расскажу тебе об этом позже, - сказала Роз, балансируя на краю беспамятства. - Помоги мне добраться до «Ангельской Удачи»…
Она скрючилась, охватив руками раненую ногу.
- Что с тобой? Ты поранилась? - Герцог с тревогой оглядел ее и поднялся на ноги.
- Проклятье! - процедила Роз сквозь стиснутые зубы и тоже попыталась встать, но тут же со стоном опустилась на искореженный металл.
Герцог наклонился и помог Роз подняться, обхватив ее одной рукой за талию. Огляделся по сторонам и издал невнятное восклицание.
- В чем дело?
- Закинь руку мне на шею. Мы на «Хергест Ридже», верно?
- Да, - ответила Роз, всей тяжестью наваливаясь на Герцога, потому что ноги ее уже не держали.
- Я как-то плохо соображаю, что к чему…
- Слушай. Давай отложим разговоры на потом? Нам надо скорее попасть на «Ангельскую Удачу»!
- А ты знаешь дорогу?
- Да. По этому коридору до дока. - Она закусила губу, борясь с накатывающими волнами темноты.
- Тогда вперед.
Он почти нес ее на себе, а перед внутренним взором Роз мелькали какие-то несвязанные между собой, разрозненные картины. Вот они с Вонном бегут по коридорам «Гирлянды», потом Питер Чиба помогает ей проникнуть в каюту Винтерса, а затем Герцог бесцеремонно тащит сквозь искореженное нутро «Хергест Риджа»…
Когда она снова открыла глаза, они были уже на «Ангельской Удаче». Герцог перевязывал ей ногу и бормотал что-то успокаивающее, навевающее сон, которому так трудно было противиться…


13

- Капитан, ваш план сработал! - радостно сообщил Тесла, не отрывавший глаз, как и все находящиеся в ходовой рубке, от тактического экрана. Образовывавшие правильную полусферу корабли боевиков, разом нарушив боевое построение, устремились навстречу катапультированным с лайнера спасательным модулям. Путь к Консулу-5 был свободен. Это превосходило самые смелые ожидания Маргарет О'Хирн. И все же капитан «Хергест Риджа» хмурилась, и тревогу ее разделяли все знавшие о происшедшей на лайнере аварии.
- Мы без труда натянули бы им нос, если бы могли развить нужную скорость, - мрачно сказала Дориен Джунелл. - Однако, сомневаюсь, что нам удастся выжать из уцелевших двигателей хотя бы половину крейсерской.
- Связи с Консулом по прежнему нет? - спросила О'Хирн.
- Раз уж мы их не слышим, так они нас и подавно.
- Стало быть, надо рассчитывать только на себя. Пока мы можем лишь наращивать скорость и надеяться, что, даже разгадав наш замысел, боевики будут продолжать отлавливать спасательные модули. В конце концов, большинство из них звездолетчики и знают, что капитан, не ответивший на призыв о помощи, безвозвратно теряет лицензию на полеты и подвергается остракизму товарищей до конца жизни. Быть может, среди них есть и злодеи, и продажные шкуры, но вряд ли их так уж много, - рассудительно проговорила О'Хирн. - Миссис Джунелл, выведите на экран данные о коррекции курса.
- Да, мэм, - отозвалась Джунелл, не поднимая головы от панели управления. - Нижний график соответствует прогнозируемой скорости. Средний - той, которую нам удалось достичь на данный момент. Мы…
Корабль вздрогнул, и первый офицер умолкла, вдавленная в кресло мгновенно возросшей перегрузкой.
- Что это было? - обеспокоенно спросил Мэй.
- Заданная корректировка курса, - сказал Тесла.
- Мне казалось, что на корабле такого размера это должно быть менее ощутимо… - с сомнением в голосе пробормотал Мэй.
- Это вообще не ощутимо при всех работающих двигателях, - назидательно ответила О'Хирн.
- Двадцать процентов крейсерской скорости, - сообщила Джунелл.
- Неплохо. Капитан Мэй, что поделывают боевики?
- «Вазак» показывает, что большинство из них то ли по приказу главаря, то ли следуя букве закона, осматривают спасательные модули.
- Большинство? - уточнила О'Хирн.
- Группа кораблей - около дюжины - движется нам наперерез.
- Так почему же ты?…
- Внимание, один из кораблей выпустил серию трассирующих снарядов! - прервал капитана Тесла.
- Вижу, - холодно сказала О'Хирн. - Он подает своим людям сигнал, игнорировать который им не удастся. Тут уж ссылки на плохую связь не помогут.
- Группа, о которой я говорил, выстроилась в боевой порядок. Так называемый «трезубец», - доложил Мэй. - Намерения их не вызывают сомнений. Орудия к бою готовы. Начинать?
- Нет. Подождем, когда они сделают первый выстрел, - приказала О'Хирн.
- Мегги… - Мэй запнулся. - Капитан, ударив сейчас, я изжарю всю компанию!
- Ни в коем случае! Болтовня Грязного Свина, - хм-м! - я имею в виду мистера Свейна, еще не дает нам права палить по встречным кораблям! - веско сказала О'Хирн. - Пока они просто летят в нашу сторону, в этом нет ничего предосудительного. А вот если откроют огонь, тогда дело иное. Согласитесь, что от ругани до драки дистанция огромного размера. Не так ли?
- Так. Но, судя по показаниям «Вазака», эти одноместные корабли - вакуумные истребители типа «Вакк». У них превосходная маневренность, а сейчас они в кучке и представляют собой превосходную мишень! - кровожадно заявил Мэй. - Потом такой прекрасной возможности обидеть их всем скопом может не представиться.
- «Хергест Ридж» переживет их атаку. Это вам не «Ангельская Удача», и мы можем позволить себе роскошь соблюдать приличия. Точнее говоря, мы обязаны их соблюдать, иначе найдутся мерзавцы, которые будут утверждать, будто именно мы спровоцировали эту заваруху. И никакие пленки с речами Грязного Свина не заставят их заткнуться.
- Как вам будет угодно. Я беспокоился о «Ридже». Ни одному капитану не нравится, когда кто-то стреляет по его кораблю. Даже если стреляют из рогаток.
- Это политика флота ОИЗ, - со вздохом сказала О'Хирн. - И «Ридж» приписан к флоту ОИЗ.
- Двадцать пять процентов крейсерской скорости, - доложила Джунелл. - Тристан Свейн вызывает лайнер.
- Включите связь, - разрешила О'Хирн, - послушаем, что он имеет нам сказать.
Прозвучал требовательный сигнал вызова, и голос Свейна спросил:
- С кем имею удовольствие говорить?
- Капитан лайнера «Хергест Ридж» флота ОИЗ Маргарет О'Хирн слушает.
- Вы, без сомнения, обратили внимание на наши предупредительные выстрелы? - любезно осведомился Свейн. - Я еще раз призываю вас к сотрудничеству. Отдайте нам арколианцев и летите с миром. Остальные пассажиры лайнера будут возвращены вам в целости и сохранности.
- Знаете ли вы, что стрельба по терпящему бедствие кораблю - худшее из того, что вы можете предпринять? Неужели вы думаете, что это сойдет вам с рук? Мистер Свейн, сделав хоть один выстрел по пассажирскому лайнеру, вы подпишете приговор как себе, так и своим людям. И, смею вас уверить, окажете тем самым очень плохую услугу антиарколианской фракции.
- Доставив ксеносов на Консул, вы окажете очень плохую услугу всему человечеству! - воскликнул Свейн. - Вы предаете память тех, кто сражался и погиб, защищая землян от этих богопротивных тварей! Вы предаете свою расу, свой народ и идеалы человечества! Вы предаете своих братьев и сестер…
- Чушь! - прервала боевика О'Хирн. - Мы хотим мира. Арколианцы тоже хотят мира. Война с ними была страшным недоразумением, связанным с чудовищным непониманием. Сейчас, к счастью, многое изменилось. Мы наконец нашли общий язык и начинаем более правильно судить друг о друге.
- Отдайте нам этих монстров, и ваше имя войдет в историю. Вспомните свое детство. Неужели все, что вы слышали об арколианцах, было враньем? Трусы и предатели готовы носить этих тварей на руках. Они с радостью будут петь им дифирамбы и прославлять их гуманизм! Ради своих сиюминутных интересов они согласны боготворить бездушных убийц! Неужто вы хотите, чтобы ваши дети играли в арколианцев, спали на простынях с их изображениями, пили из кружек, на которых намалеваны их хари?
- Не вижу в этом ничего ужасного. Лучше уж моим детям играть в арколианцев, чем стать пушечным мясом и погибнуть в войне с ними, - тихо промолвила О'Хирн. - Вы сказали достаточно красивых слов, а теперь признайтесь, сколько денег вложено вами в акции военных заводов? Кто больше всего заинтересован в сегодняшних событиях?
- Мы не позволим арколианцам высадиться на Консуле, - твердо сказал Свейн.
- Вы не посмеете обстреливать терпящий крушение звездолет, - возразила О'Хирн. - Никакие ссылки на арколианцев не спасут вас, если вы решитесь на это, и никакой суд не оправдает.
- Так вы сдадите нам арколианцев?
- Их нет на борту лайнера.
- Капитан, трезубец разворачивается, - сообщил Мэй. - Они готовятся к атаке.
- Тогда позвольте нам подняться на борт и убедиться в этом собственными глазами, - сказал Свейн.
- Осмотрите спасательные модули, которые вы все равно обязаны доставить на Консул. Это лучшее, что вы можете сделать в сложившейся ситуации. Попытка проникнуть на борт лайнера будет расценена нами, как пиратское нападение со всеми вытекающими последствиями.
- Если мы обнаружим на лайнере арколианцев, то вздернем весь экипаж «Хергест Риджа». Вы все, до единого человека, несете ответственность за попытку навязать нам позорный мир с этими бездушными тварями! Вы пожалеете…
- Довольно, выключите связь, - распорядилась О'Хирн.
- С удовольствием, - улыбнулась Джунелл.
- Это настоящий Грязный Свин! И к тому же красноречивый…
- Трезубец разворачивается для атаки, - доложил Мэй.
- Какова наша скорость, миссис Джунелл?
- Двадцать восемь процентов крейсерской.
- Мало. От истребителей нам не уйти, но я бы не хотела иметь дела с танкером. Врубите форсаж.
- Нас потрясет, мэм. К тому же это может вызвать необратимую реакцию в уцелевших двигателях…
- Догадываюсь, - усмехнулась О'Хирн. - Если танкер и истребители ударят по нам одновременно, дела наши будут и вовсе плохи. Двигатели можно заменить, тогда как людей…
- Я поняла, мэм. Застегните ремни, начинается езда по ухабам.
- Давно пора, - проворчал Мэй, не отрывая взгляд от тактического экрана.


14

Дав Роз обезболивающего, Герцог промыл и перевязал ей царапины и рану на ноге. Удостоверился, что молодая женщина заснула, и застегнул откидной клапан медицинской койки. Он сделал для нее все, что мог и, уменьшив освещение, вышел из комнаты. Постоял в задумчивости минуту-другую и двинулся к шкафу с медикаментами.
Он помнил «Ангельскую Удачу», и медицинский отсек, и Роз, но как-то смутно и отрывочно. Крепче всего сидела в памяти мысль о том, что ему почему-то надо охранять этот шкаф, в котором не могло быть, на первый взгляд, ничего ценного.
Поколебавшись, он подошел к шкафу и растворил дверцы. Теперь он вспомнил, что здесь должна стоять коробка с ампулами, наполненными янтарной жидкостью.
Шкаф оказался пуст, и это открытие почему-то потрясло Герцога до глубины души. Ноги его задрожали, к горлу подкатила тошнота, как это часто, слишком часто, случалось с ним в последнее время.
- Нет, - прошептал он со слезами в голосе. - Только не это! Ну почему, почему мне так плохо?…
На него навалилась усталость и апатия. Он хотел спать. Спать долго-долго и желательно без сновидений.
- Не раскисай! - одернул его невесть откуда взявшийся внутренний голос. - Пошли отсюда! У нас есть дела поважнее, чем рыться в дырявой памяти и вспоминать полузабытые сны!
- Отстань, - вяло отмахнулся от него Герцог, направляясь к комнате, где спала Роз. Он займет вторую койку и будет спать долго-долго. - Я не хочу тебя слышать. И не говори о моей дырявой памяти. То, что я помню, не было сном. Напрасно ты стараешься меня в этом уверить.
- Разве я первым заговорил о снах? Это твои слова, а не мои.
- Врешь. Ты все время врешь и втягиваешь меня в неприятности. И все это случилось из-за этих ампул. - Герцог указал пальцем себе за спину, туда, где стоял опустевший шкаф.
- Ты сам видел, что там ничего нет. Это все сны, на воспоминания о которых у нас нет времени. Подумай лучше о Диксе, о Нарофельде. Ну, пошли!
- Нет. Убирайся, - устало проговорил Герцог, распахивая дверь в комнату, где спала Роз.
- Погоди! Послушай меня! Ты должен выслушать меня!
Герцог хлопнул себя по щеке и нетвердым шагом двинулся к свободной койке.
- Нет! - взревел внутренний голос. - Ты не можешь так просто от меня отмахнуться! Одумайся, Герцог! Ты не смеешь!
- Смею. Еще как смею. - Герцог повалился в койку и замер в позе зародыша. - Если ты сейчас же не оставишь меня в покое, я позову Лей Бренд. Ты понял меня, ублюдок? Лей Бренд!
Внутренний голос смолк. Несколько минут Герцог лежал, бессмысленно пялясь в темноту и зябко обнимая себя руками за плечи, потом глаза его закрылись, и он погрузился в глубокий сон.


15

- Ну что, дружище? Мы свое дело сделали, и теперь можем почивать на лаврах, - Вонн самодовольно ухмыльнулся и подмигнул Винтерсу. - Ты пристегнут к креслу, я пристегнут к креслу и арколианцы тоже засунуты в свои подобия кресел. Так или иначе, мы летим на Консул Пять.
Он протянул руку и пожал Винтеру большой палец, как это было принято у наемников. Великан ответил ему таким же пожатием.
- Мы заслужили небольшой отдых. В особенности ты, - лицо Винтерса озарила добродушная улыбка.
- Не скромничай, брат. Что бы я делал без тебя? - проворчал Вонн, смежая веки.


16

Заключенный в регенерационный кокон Питер Чиба спал самым лучшим сном - без сновидений.


17

- Тридцать процентов крейсерской скорости, капитан.
- Этого недостаточно.
- Они приближаются, - сказал Мэй. - Трезубец готов атаковать. Если мы не ударим по нему сейчас, потом будет поздно…
- Прекратите истерику! Мы не откроем огонь, пока Свейн не вынудит нас к этому. Он нарочно провоцирует нас, чтобы отыскать для своих последующих действий хоть какое-то оправдание.
- Я предупреждаю, промедление может дорого нам стоить. Имейте в виду, лайнер поврежден, и энергии накопителей надолго не хватит.
- Хватит, Мэй! Это вопрос не тактики и стратегии, а политики. Мы не должны, не можем и не будем стрелять первыми. Мы выступаем на стороне закона и действуем законными методами. Этот Грязный Свин специально подставляет своих людей под удар, он готов пожертвовать их жизнями, чтобы дать демагогам шанс обвинить нас в агрессивности и еще Бог весть в чем. Совершенно очевидно…
- Они стреляют по нам! - закричал Тесла прерывающимся от волнения голосом. - Трезубец рассыпался, поздно спорить!
Мэй склонился над пультом и нажал нужные клавиши. Низкое хум пронеслось по кораблю, освещение на мгновенье погасло, и на тактическом экране возникла бегущая от «Хергест Риджа» цепь алых огоньков.
- Проклятье, Джеймс! - гневно воскликнула О'Хирн. - Я не разрешала открывать огонь!
- Хватит валять дурака! Ты ждала первых выстрелов - они прозвучали. Чего тебе еще надо?
Из динамиков, подключенных к внешним микрофонам, донесся низкий металлический вой и треск.
- Они бьют по корме лайнера, считая ее нашим самым уязвимым местом, - сообщил Тесла, хотя это и без того было видно всем, находящимся в рубке.
- Залп кормовыми орудиями! - скомандовала О'Хирн. - Не давай им заходить нам в хвост!
- Не учи ученого! - прошипел Мэй.
На экране возникла фиолетовая вспышка, и Тесла восторженно ударил кулаками по подлокотникам кресла:
- Есть один! Довыпендривался!
- Мы видим это, лейтенант, - с укоризной в голосе заметила Джунелл.
Чирп. Чирп. Чирп.
Доносящийся из динамиков звук показался Мэю на редкость пакостным и зловещим. Он взглянул на экран, показывавший состояние обшивки лайнера, и горестно поджал губы.
- Мы позволили им подойти слишком близко. Теперь под ударом носовая часть лайнера. Они бьют по нам в упор, и я…
- Третий! Так их наглецов! Так! - не мог удержаться от одобрительных возгласов Тесла.
- Можете вы прибавить скорость, миссис Джунелл? - раздраженно поинтересовалась О'Хирн. - Кажется, вы обещали половину крейсерской? Так где же она?
Чирп. Чирп.
- Еще один! Глядите, они уходят! - заорал Тесла и тут же тоном ниже добавил: - Точнее, разворачиваются для нового захода…
- Тридцать три процента крейсерской скорости, - доложила Джунелл. - Прибавка скорости требует постоянной коррекции курса. Если мы откажемся от маневра, то превратимся в слишком удобную цель.
- Они опишут круг и еще раз зайдут нам в хвост, - проворчал Мэй. - Танкер впереди, истребители сзади - они явно хотят сделать нам коробочку!
- Джунелл, рассчитайте курс в обход танкера! - потребовала О'Хирн.
- Расчеты готовы, но из этого ничего не выйдет. Взгляните на модель, - предложила первый офицер, выводя прогнозируемую схему сражения на тактический экран, - стоит нам уклониться в сторону, и у остальных истребителей появится возможность атаковать нас. Они превосходят нас в скорости и…
- Черт побери! Почему молчит Консул? Не может же этот Свин ослепить и оглушить все станции слежения? - гневно вопросила О'Хирн. - Не верю я, что у антиарколианской фракции столь длинные руки!
Ответа на риторический вопрос не последовало.
- Проклятый танкер портит нам всю игру! Он оказался значительно прытче, чем мы предполагали. В ремонт этой развалины кто-то тоже вбухал немалые денежки, - пробормотал Тесла, чтобы как-то нарушить напряженную тишину, наступившую в рубке после слов О'Хирн. Затем из внешних динамиков донесся громкий треск, стук и скрежет.
- Мы вошли в зону обломков, оставшихся от истребителей, - сказал, ни к кому не обращаясь, Мэй. - Миновав ее, хорошо было бы сделать рывок.
- Миссис Джунелл?
- Капитан, это рискованная затея, - с сомнением в голосе ответила Джунелл.
- Они уходят, у нас есть шанс проскочить! - радостно воскликнул Тесла, глядя на результаты проделанных расчетов.
- Танкер на подходе, - предупредил Мэй. - Перед нами осталось семь истребителей. Если мы готовы сделать рывок, то сейчас самое время.
- Мэм, работа двигателей не до конца сбалансирована. Это рискованно…
- Знаю, Джунелл! И все же прошу вас - полный вперед!
- По вашему приказанию…
Перегрузка вдавила людей в кресла, внешние динамики захлебнулись ревом и свистом. На обзорных экранах замелькали хищные силуэты проносящихся мимо вакуумных истребителей.
- Мы прорвались! - возбужденно крикнул Тесла.
- Задай им, Джеймс! - азартно потребовала О'Хирн. - Покажи зубы! Пусть знают, как тявкать и кусать «Ридж» за пятки!
- С удовольствием! - Мэй задействовал кормовые орудия, поймал в перекрестье прицела четыре зеленых огня, упорно следующих за лайнером, и вдавил клавишу в панель. Индикатор готовности к стрельбе мигнул желтым глазом и тут же полыхнул тревожным алым светом.
- Что за чертовщина? - буркнул Мэй, щелкая клавишами пульта в надежде, что сбой в работе системы имел место из-за неточного наведения на цель.
Вслед за первым алым огоньком вспыхнуло еще несколько. Лазерные пушки бездействовали, требуя подзарядки, в то время как с накопителей шел сигнал о постоянной подкачке энергии. Мэй попробовал другую комбинацию команд, обеспечивавшую аварийную подзарядку орудий. Тот же результат.
- В чем дело, Мэй? Ты вспомнил воскресные проповеди или содержание пацифистских брошюрок? - нетерпеливо обратилась к нему О'Хирн.
- Что-то не так, - мрачно сообщил он. - Перебои с подачей энергии. Я…
Дальнейшие слова его были заглушены воем сирены. Несколько экранов отключилось, на панелях управления замерцали янтарные и рубиновые огни.
- Включить вспомогательные контуры! - бледнея, приказала О'Хирн.
Мэй перекрыл доступ энергии к орудиям правого борта, надеясь таким образом запитать батареи кормовых лазеров, но это не дало желаемых результатов. Резкое увеличение скорости привело к тому, что двигатели сожрали все, что могли дать накопители. Сирена выла и мешала ему сосредоточиться.
- Джунелл! - крикнула О'Хирн. - Каков выигрыш в скорости?
- Скорость падает. Двигатели в следствие разбалансировки работают в противофазе. Нам нужно время, чтобы наладить…
- Уцелевшие двигатели правого борта вышли из строя, - доложил Тесла. - Тридцать процентов дублирующих энергокабелей перебиты. Взрыв распределителя плазмы повредил ряд коммуникаций, и нам не удается компенсировать разрушения за счет резервного оборудования.
- Всю энергию накопителей - на двигатели. Сбалансируйте их работу, миссис Джунелл. Мы проиграли гонку, но не сражение. Капитан Мэй, отдохните. Пока…- О'Хирн вытерла тыльной стороной ладони выступившую на лбу испарину.
Джунелл сгорбилась над панелью управления, а Мэй откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Динамики изрыгали свист и скрежет.
- Они нагнали нас и лупят по корме, - сказал Тесла. - Хотят вывести из строя оставшиеся двигатели.
- Наращиваю скорость, - сообщила Джунелл. - Все не так уж плохо.
- Мегги, - тихо сказал Мэй, уловив странное похрустывание и поскрипывание, которое издавали, казалось, стены рубки. - У нас серьезная проблема. Частотный резонанс погубит корабль вернее всяких истребителей.
- Это невозможно! При такой скорости…
- Все будет в порядке, когда двигатели заработают в унисон, - успокоила их Джунелл. - Мы медленно наращиваем скорость, и если бы нам удалось каким-то образом уменьшить массу «Риджа»… - похрустывание и поскрипывание сделались громче, и теперь их слышал уже не только Мэй, но и все остальные. Первому офицеру пришлось повысить голос, чтобы быть услышанной.
- Мы вновь набрали двадцать пять процентов крейсерской, - громко сказала Джунелл. Дрожь, сотрясавшая стены, сделалась сильнее, перегрузка нарастала и О'Хирн, переводя взгляд с одного экрана на другой, проговорила:
- После катапультирования спасательных модулей лайнер облегчен до предела. «Ридж» не ящерица и не может сбросить хвост. Тесла, предупредите арколианцев, чтобы ни под каким предлогом не покидали амортизационных кресел.
Ответ Теслы затерялся в шуме.
Изучая экран, на котором высвечивались данные о боевом обеспечении корабля, Мэй мог лишь кусать от бессилия губы. Батареи орудий были пусты, и пока Джунелл не сбалансирует работу двигателей, он ничего не сможет сделать. Проклятые истребители продолжали жалить безответный лайнер, подобно огромным комарам, и ему нечем было их отпугнуть. Но это было еще полбеды, настоящей бедой была громада имперского танкера, приближавшегося с каждым мгновением. Теперь уже было очевидно, что встречи с ним «Риджу» избежать не удастся, а о том, чем она может кончиться, Мэю даже думать не хотелось. Если бы только они сумели изыскать дополнительный источник энергии или в полтора раза увеличить скорость…
Он пробежался по функциональным схемам корабля в поисках незадействованных резервов энергии, и взгляд его привлекла пометка над доком: ЦЕННЫЙ ГРУЗ. Челюсть Мэя отвисла. Сначала он, естественно, подумал о фиалах сущности, лишь минутой позже сообразил, что под грузом подразумевалась «Ангельская Удача».
- Ну, разумеется, - пробормотал он, - в настоящий момент мой корабль как раз и является грузом.
- Мэм, - словно вторя его мыслям, обратилась Джунелл к Маргарет. - Ситуация ухудшается. Нам не избежать встречи с танкером, даже набрав максимально возможную в нашем положении скорость. Мы окажемся между молотом и наковальней, поскольку истребители не отстают от нас ни на миг.
- Что вы хотите услышать от меня, Джунелл? - раздраженно поинтересовалась О'Хирн. - Если вас интересует, не припрятано ли у меня где-нибудь пара-другая накопителей или распределителей плазмы, то говорю вам откровенно: нет, не припрятана!
Мэй между тем щелкнул по клавишам, и на экране возникла надпись: СВЕДЕНИЯ О ЦЕННОМ ГРУЗЕ. НАХОЖДЕНИЕ - КОРАБЕЛЬНЫЙ ДОК. МАССА 129,418 ЕДИНИЦ ПЛЮС-МИНУС 5,72%…
- Капитан Мэй, зарядите батареи носовых орудий. Нам потребуется, чтобы вы сделали хотя бы один полноценный залп.
Мэй вздрогнул.
- Хорошо. Миссис Джунелл, вам удалось сбалансировать работу двигателей?
- Частично, но излишков энергии не предвидится, если вы задействуете еще и кормовые орудия.
- Джунелл, вызовите на связь мистера Свейна, - попросила О'Хирн.
- Есть, мэм.
Стиснув зубы, Мэй смотрел на экран, где высвечивались попадания истребителей в кормовую часть «Хергест Риджа». Видя свою безнаказанность, они совершенно обнаглели, и один залп мог бы сильно проредить эту стаю стервятников, которая рано или поздно продырявит-таки сверхпрочную шкуру лайнера.
- Капитан, если бы мы чуть потеряли в скорости, то смогли бы кое-чему научить этих наглецов, - промолвил он лязгающим от сдерживаемой ярости голосом.
- Не беспокойтесь о них. Они свое получат, - загадочно ответила О'Хирн. - Скоро на их пути возникнет много-много всякого хлама. Некое подобие минного поля, которое избавит нас от преследователей.
Много-много всякого хлама? Мэй не стал повторять этого вслух и переспрашивать О'Хирн, зная, что когда его бывшая жена говорила таким голосом, выпытать у нее что-либо было совершенно невозможно. Ну что же, он попытается догадаться сам…
- Тридцать пять процентов крейсерской, - доложила Джунелл. - Частотный резонанс усиливается.
- Не волнуйтесь, это не продлится долго, - ответила О'Хирн.
«Это и не может продлиться долго!» - мрачно подумал Мэй. В нормальных условиях «Хергест Ридж» мог нести на борту дюжину таких кораблей, как «Ангельская Удача». Но в нынешнем состоянии даже она одна была для него слишком тяжела и непозволительно снижала скорость лайнера.
- Капитан, мистер Свейн готов говорить с вами.
- Оставьте всякие попытки избежать встречи с танкером, миссис Джунелл. Раз уж нам суждено с ним встретиться, попробуем извлечь из этого максимум пользы. Вы меня поняли?
- Да, мэм, - ответила Джунелл с поразившим Мэя спокойствием. Откуда оно взялось, он решительно не мог понять. Ситуация, по его мнению, катастрофически ухудшалась с каждым мгновением, и вера первого офицера в своего капитана выглядела сейчас, по меньшей мере, странно.
- Тогда давайте сюда Грязного Свина!
Мэй потер затекшую шею и с обреченным вздохом положил пальцы на панель управления. Пора решаться. Что бы ни задумала Маргарет, ей не вытащить их из беды без его помощи. Непослушными пальцами он отстучал приказ, который должен был свести на нет усилия многих людей и сильно осложнить его и без того не простую жизнь: «ПОДГОТОВИТЬ СБРОС ЦЕННОГО ГРУЗА».
- Капитан О'Хирн? - голос Свейна перекрыл шум внешних динамиков, напоминавший о непрекращающихся атаках истребителей на безответный лайнер. - Как хорошо, что вы вышли на связь. Полагаю, вы прислушались, наконец, к голосу разума?
- Я собиралась задать вам тот же самый вопрос, - сухо сказала О'Хирн.
Мэй потряс головой. Вибрация явно усилилась. Наращивать скорость при разбалансированной работе двигателей мог только сумасшедший или самоубийца. Мэй отдал приказ открыть шлюзы дока и составил программу для экстренного катапультирования «Ангельской Удачи». Теперь оставалось только выбрать подходящий момент, и его корабль не только избавит лайнер от лишнего груза, но и разнесет в щепы один, а то и два нахальных истребителя…
- У вас нет оснований сомневаться в моем здравомыслии, - заявил Свейн. - Ваш корабль получил несколько пробоин, и не нужно большого ума, чтобы сделать из этого правильные выводы. Мои люди докладывают…
- Ваши бойцы, - уточнила О'Хирн. - Наемники или, лучше сказать, террористы?
- …что все двигатели правого борта лайнера вышли из строя. Даже ребенок способен вычислить…
- Причина, по которой я с вами связалась, - вновь перебила его О'Хирн, - вовсе не в этом. Я сделала это ради того, чтобы сообщить: за пять минут вы должны убрать танкер с нашего пути.
- Что? - удивленно спросил Свейн.
Мэй стиснул зубы. Он должен пожертвовать «Удачей», иначе всех их ждет гибель. Мегги не отдаст арколианцев, это ясно как день. И из попытки ее сбить предводителя боевиков с толку вряд ли выйдет что-либо путное. Ей не удастся испугать его настолько, чтобы он приказал танкеру уйти в субпространство и освободил «Риджу» путь к Консулу-5. Этот блеф поможет им выиграть несколько минут, не более того. Если же лайнер освободится от «Удачи», у них появится хоть какой-то шанс.
Он щелкнул по предохранителю и уставился остекленевшим взглядом на рычаг, под которым было написано: ЭКСТРЕННОЕ ОПОРОЖНЕНИЕ ДОКА.
- Лайнер и впрямь серьезно поврежден, - сообщила О'Хирн Свейну. - У нас возникли проблемы, которые надо решить в кратчайшие сроки, и потому, если танкер немедленно не уйдет с нашего пути, мы вынуждены будем пройти сквозь него.
Наступила долгая пауза.
- Капитан О'Хирн, - промолвил Свейн, - надеюсь, вы шутите?
- Нет, я предупреждаю вас совершенно официально. Мой корабль искалечен, и в этом виноваты ваши люди, проникшие на борт «Хергест Риджа», - холодно сказала О'Хирн. - Вы вынуждаете меня прибегнуть к крайним мерам, и я не буду слишком огорчена, если они придутся вам не по вкусу.
- Во имя Пятой Сферы, капитан! Одумайтесь! Вы погибнете сами и угробите нас всех!…
О'Хирн удовлетворенно улыбнулась и прошептала:
- Он на танкере. Значит, попробует спасти свою шкуру, и у нас в самом деле появится шанс. Верно, Джеймс? - она повернулась к бывшему мужу и, увидев, на каком рычаге лежит его рука, попыталась рывком встать с кресла. Ремень безопасности не позволил ей сделать этого, и она металлическим голосом спросила: - Что это ты затеял, капитан? Джунелл, выруби Свина!
Рука Мэя сильнее стиснула рычаг.
- Мы должны выбросить за борт «Ангельскую Удачу», Мегги! Это единственный способ набрать скорость! - крикнул он, чтобы быть услышанным в стуках, шорохах и скрежете, создаваемыми вибрацией и внешними микрофонами. - Это даст нам возможность уйти от танкера и отпугнуть истребители. Других шансов спастись у нас нет!
- Прекрати самовольничать! - О'Хирн погрозила бывшему мужу пальцем. - Не смей распоряжаться на моем корабле.
- Я отдам тебе твою долю! - пообещал Мэй. - Ты ведь всегда мне доверяла! И у тебя нет причин сомневаться в моих словах!
О'Хирн сделала Джунелл незаметный знак, и та кивнула в ответ, без слов поняв приказ своего капитана.
- Дело вовсе не в этом, Мэй!…
- «Ангельская Удача» моя! Это было частью разводного соглашения!
- Я вложила много сил и изрядный кусок жизни в этот корабль, Джеймс! И мой он или нет, я не могу видеть, как ты собираешься погубить его!
- Я починю его. Потом…
- Боевики разнесут его на части.
- Ну так и пропади он пропадом! - Мэй повернул злополучный рычаг. - В чем дело?
На расположенной перед ним панели управления не горело ни одного огонька.
- Проклятье! Ты погубишь экипаж и погибнешь сама! - рявкнул Мэй. - Отмени свой дурацкий приказ!
- Хватит паясничать! - одернула его О'Хирн и обратилась к первому офицеру: - Джунелл, измените в бортовом журнале запись, сделанную в тот день, когда мы подобрали «Удачу». Запишите: потерпевшее крушение и не подлежащее ремонту торговое судно было взято на борт лайнера с целью утилизации и использования в интересах флота ОИЗ. Решение согласовано с капитаном судна.
- Это противозаконно! - возмутился Мэй.
- Сделано, мэм, - с плотоядной улыбкой сообщила Джунелл, вводя соответствующее сообщение в бортовой журнал.
- Теперь, капитан Мэй, - решительно сказала О'Хирн, - вы понимаете, что не можете распоряжаться «Удачей» по своему усмотрению. Если вы обещаете больше не самовольничать, миссис Джунелл включит вашу панель управления, и мы сможем завершить, наконец, операцию по доставке арколианской делегации на Консул Пять.
- Хорошо, обещаю, - Мэй устало пожал плечами, показывая тем самым, что сделал для спасения экипажа лайнера все от него зависящее.
- Миссис Джунелл, позаботьтесь о панели капитана.
- Сделано, мэм. Мистер Свейн хочет говорить с вами.
- Хм-м… Да, нас прервали несколько неожиданно. Хорошо, включайте связь.
- Капитан О'Хирн, я прошу вас пересмотреть ваше решение. Вы назначили нереальный срок для маневра. Мы не сможем выполнить ваше требование так быстро!
- Сочувствую, мистер Свейн, но вы должны были обдумать все последствия вашего пиратского нападения до того, как его совершать, - проговорила О'Хирн.
- Неужели вы готовы пожертвовать жизнью ради ваших дурацких принципов? - главарь боевиков явно усматривал в словах О'Хирн какой-то подвох. - Я вам не верю!…
- Вам все-таки придется поверить, - строго сказала О'Хирн. - У вас осталось две минуты, чтобы убрать танкер с моего пути.
- Капитан, во имя Пятой Сферы!…
- Мы попусту тратим время, - прервала его О'Хирн. - Отключить связь.
- Носовые орудия готовы, - доложил Мэй.
- Вибрация усиливается, - сообщил Тесла. - Мы достигли критического уровня, автоматика откажет через несколько минут. Некоторые датчики уже зашкаливает.
- Этого хватит, чтобы привести мой план в исполнение.
- Капитан, вы это серьезно? - сдержанно поинтересовалась Джунелл.
- Да, - ответила О'Хирн. Джунелл кивнула.
- Этот трюк может удастся, если у них пустые трюмы, и орудия ударят в центр корабля. После залпа у нас должно быть тридцать секунд до столкновения, иначе будет большой бум.
- Справедливо. Мэй, Тесла, примите слова первого офицера к сведению.
- Есть, мэм!
- Мэй, приготовьтесь ударить, когда «Ридж» станет перпендикулярно корпусу танкера. Тесла, просканируйте содержание его трюмов.
- Джунелл, скорректируйте движение лайнера. Мы идем встречными курсами под слишком острым углом, - попросил Мэй, проверив готовность носовых орудий.
- Сделано. Мэм, - обратилась Джунелл к капитану. - Я могу направить часть энергии на подзарядку кормовых орудий. Капитан Мэй прав, пришло время избавиться от их опеки.
- В этом нет необходимости. Они не последуют за нами. - сказала О'Хирн. - А если все же решаться, обломки танкера поумерят их прыть.
- Хм! Надеюсь, это будут обломки танкера, а не чего-то другого, - пробормотала первый офицер, заметно бледнея.
- Я в этом уверена, - ободряюще улыбнулась ей О'Хирн.
- Трюмы танкера пусты, - доложил Тесла.
- Замечательно. Именно на это я и рассчитывала, - весело сказала О'Хирн. - Если бы они оказались заполнены, к примеру, песком, из нашей затеи ничего бы не получилось, а теперь… Мэй, угол, под которым мы идем, годится для атаки? Тогда - огонь! Миссис Джунелл, перебросьте излишки энергии на носовые орудия для второго залпа.
Мэй вдавил клавиши в панель управления, и мощные носовые излучатели ударили в борт танкера. Убедившись, что залп достиг цели, Мэй нанес еще один удар, выбирая из батарей последние крохи энергии.
- Джунелл, сколько до танкера?
- Самое большее - минута.
- Обшивка танкера вспорота и расползается, как гнилая ткань! - радостно завопил Тесла. - Мэй, долбани еще раз, и он разломится на две части!
- Как только подзаряжу орудия, - серьезно пообещал Мэй.
- Капитан, с вами хочет говорить Свейн, - сообщила Джунелл.
- Поздно. А впрочем, пусть его, включите связь.
- Мы стараемся освободить вам путь! - закричал Свейн. - Ваши выстрелы лишили нас возможности произвести требуемый вами маневр! Дайте нам еще времени, обогните нас, мы не можем…
- Мы тоже, - хмуро сказала О'Хирн. - Теперь уже ничего нельзя исправить. Джунелл, отключите связь.
- Подождите!… - голос Свейна взлетел и смолк.
- Капитан Мэй, прожгите дыру в его чреве. Но помните о тридцати секундах…
Корабль содрогнулся, один из экранов погас, нервы находящихся в рубке потряс вой сирены.
- Эт-то что за напасть?! - прохрипела О'Хирн.
- Один из истребителей таранил лайнер, целясь в бортовой иллюминатор, - доложил Тесла.
Раздался еще один взрыв, корабль тряхнуло так, что крепления кресел жалобно заскрипели.
- Нас таранили в нос, - доложил Мэй. - Я не успел его сжечь…
- Еще один! - взвизгнул Тесла. - Они что, с ума посходили?!
- Не обращайте внимания, - устало промолвила О'Хирн. - Это агония. Им уже не остановить нас, что бы они ни предприняли. Отлично, Мэй! Это не дыра, а настоящая триумфальная арка!
- Двадцать секунд до столкновения, - доложила Джунелл.
- Столкновения не будет. Мы пройдем сквозь ошметки танкера, как нож сквозь масло. Будь добра, выключи сирену, у меня от нее уши болят.
Первый офицер выполнила приказ, и в рубке наступила относительная тишина, вслед за которой раздался оглушительный треск. Чудовищная сила рванула людей из кресел, вновь взвыла сирена, заглушенная скрежетом, с которым металл продирался сквозь металл. От ужасного рева и визга люди затыкали уши, изо всех сил стискивали зубы, шипели и придушенно ругались. А потом в рубке вновь воцарилась тишина. Внешние микрофоны, антенны и датчики были сорваны, смяты и расплющены, половина экранов мигала мертвенным голубым светом.
Лежавшие в креслах люди наслаждались тишиной и покоем, еще не вполне сознавая, что худшее осталось позади, и «Хергест Ридж» прошел-таки, как и обещала О'Хирн, сквозь танкер.
Затем, в который уже раз, взвыла сирена, напоминая о нанесенных лайнеру повреждениях. Джунелл привычным движением отключила ее, а зашевелившийся в своем кресле Мэй чуть слышно произнес:
- Мы пролетели. Надо же! А я был уверен, что нас ждет геройская смерть.
- Миссис Джунелл, мы избавились от частотного резонанса? Вот видите, как все просто. Лейтенант Тесла, я бы хотела, чтобы вы проверили состояние арколианской делегации.
- Да, мэм.
В ушах у Мэя все еще трещало и скрежетало, и он потряс головой, чтобы избавиться от наваждения. Тело было легким и словно бы чужим - стало быть, корабль шел без ускорения. Он вывел кресла из аварийного режима и, положив руки на панель управления, окинул беглым взглядом действующие еще экраны.
- Что мы имеем, капитан?
- Истребители потрепали лайнер, а проклятый танкер едва не полностью ослепил и оглушил его, - доложил Мэй. - Однако, раз мы в состоянии следовать нужным курсом, все это не столь уж важно.
- А как там боевики? Вы, кажется, опасались, что они будут долбить нас до самого Консула?
- Капитан, скорость упала до двадцати пяти процентов крейсерской, - сообщила Джунелл. - Двигатели правого борта не подлежат восстановлению, но накопители работают исправно. Если нам не помешают, сбалансировать работу двигателей левого борта не составит особого труда. Теперь это вопрос времени.
- Нам не помешают, - помедлив, ответил Мэй. - Танкер раскололся на две части, которые остались на месте столкновения и крутятся вокруг своих осей, как собака, пытающаяся поймать свой хвост. Истребителей же «Вазак» пока вообще не обнаружил.
- Хорошо. Джунелл, не надо наращивать скорость. Займитесь балансировкой двигателей. Мы полетим медленно, спешить нам теперь незачем. - О'Хирн закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. - С главной проблемой мы справились, а мелкие могут подождать.


18

Выслушав Ревела Теслу, Вонн отключил связь с рубкой и, поднявшись из кресла, медленно двинулся к двери, ведущей в каюту арколианцев. В висках у него пульсировало, правая рука горела, все тело ныло от пережитых перегрузок. Бесконечные рывки и броски лайнера заставили его в этот раз страдать больше, чем обычно. Избитому, напичканному лекарствами телу нужен был настоящий отдых, а не эта карусель. И вот, извольте радоваться, в довершение всего ему еще предстоит разговор с арколианцами. Ну что за собачья жизнь? Ни минуты покоя!
- Ты чего такой кислый? Нездоровится? - поинтересовался Винтерс, выбираясь из своего кресла и аппетитно, с хрустом потягиваясь.
- Меня доконали проклятые перегрузки. Ужасное путешествие. Я-то, дурень, рассчитывал подремать и собраться с силами, а тут…
- По-моему, ты преувеличиваешь. - Винтерс протяжно зевнул и улыбнулся, радуясь силе, переполнявшей его громадное тело. - У меня бывали полеты и похуже.
- Послушай-ка, здоровяк, - ухмыльнулся Вонн, с любовью разглядывая своего простодушного приятеля. - У тебя сложились отличные отношения с этой дипломатической братией. Почему бы тебе не навестить посла и не удостовериться, что он и его свита живы и здоровы?
- А как же иначе? - удивился Винтерс. - С чего бы им болеть?
Он прошел мимо Вонна и включил свет. Затем задумался, и улыбка сошла с его лица.
- Вонн? Ты думаешь, с ними что-то не в порядке? Ты думаешь, они ранены?
- Полагаю, с ними ничего не случилось. - При мысли об арколианцах Вонну стало еще хуже и захотелось рухнуть обратно в кресло. - У них отличное снаряжение, но все же было бы неплохо, если бы ты навестил Мистербоба.
- Черт возьми! Ты что-то скрываешь! - Винтерс схватил приятеля за плечи. - А что, если они…
- Мертвы?
Винтерс кивнул.
- Тогда мы выпьем и помянем их добрым словом, - ухмыльнулся Вонн.
Глаза Винтерса округлились.
- Да нет же! - поспешил успокоить его Вонн. - Я пошутил. Говорю тебе, с ними все в порядке. Иди и сам в этом удостоверься. Ну же, вперед!
- Хорошо, - Винтерс подошел к двери в каюту арколианцев и нажал на звонок. Дверь открылась, в нос ему ударила смесь запахов, заставившая его вспомнить о горелых спичках.
Недоверчиво принюхиваясь, великан протиснулся в каюту и увидел стоящие вдоль стен саркофаги, похожие то ли на огромные коконы, то ли на яйца. Винтерс замер и негромко позвал:
- Мистербоб?
- Нет необходимости для страха, - прокрякал один из коконов. - Мы все, как вы говорите, целы и неповреждены.
- С вами все в порядке? - спросил Винтерс, которого несколько смутил вид неподвижных коконов.
- Да. Мы действительно неповреждены. Ваш запах выдает ваше беспокойство, но, повторяю, для него нет причин. Однако я почему-то не ощущаю…
- Чего? - поинтересовался Винтерс.
- Ах, вот в чем дело! - донеслось из кокона. - Вы тот, кого Морисвонн называет «здоровяком». У вас нет сложных запахов, в которых так интересно разбираться.
- Вонн и правда часто зовет меня здоровяком, - подтвердил Винтерс. - Но я не понимаю, о каких запахах вы говорите.
- Действительно. Это ошибка, мне не следовало упоминать о них. - Одетая в хитиновый покров рука высунулась из кокона, а вслед за ней появился и сам Мистербоб. Соскользнул на пол и выпрямился во весь рост. - Как вам понравилась последняя часть нашего приключения? Я имею в виду проход через маленькие, не пускавшие нас корабли. Наверное, это было самое интересное?
- Это было неплохо, - согласился Винтерс. - Однако, когда «Ангельская Удача» отпинала «Роко Мари», то было еще круче.
Мистербоб покачал головой и пробормотал:
- Действительно. Это вопрос, который надо задать. Здоровяк, я верно ощущаю исходящее от вас чувство радостного настроения?
- Вы ощущаете? - спросил Винтерс. - И как же?
- Я чувствую запах вашего настроения. Вы испытываете удовольствие, когда говорите о сражениях, не так ли?
- О да! Хорошая драка - это здорово. А здесь ничего подобного не происходит…
- Насколько я понимаю, - спросил Мистербоб, - это общее для всех ваших людей чувство?
- Это вы про хорошую драку? Да, пожалуй, - подумав, признал Винтерс. - Большинству из нас нравится хорошая драка.
- И вы с Мистергерцогом и Морисвонном испытали эту радость на вашей Ангельскойудаче?
- Во всяком случае, полет на ней не назовешь скучным, - осторожно ответил Винтерс.
- Какие любопытные создания. Мне нужно изучить этот опыт некоторое время.
- Тогда вам следует присоединиться к нам. С Вонном, Герцогом и со мной вам скучать не придется. Мы постоянно э-э-э… развлекаемся, и это получается у нас неплохо.
- Действительно. Думаю, я могу сделать это. Мне нужно посоветоваться с остальными. Такая волнующая возможность - изучить разумные А-формы в их среде.
Винтерс издал восторженный вопль и вылетел из комнаты.
- Эй, Вонн! - орал он. - Мистербоб в порядке! Угадай, что он задумал? Он решил присоединиться к нашей компании!
Букет испускаемых Вонном запахов и звуков, вызванных сообщением Винтерса, убедил арколианца в том, что ему еще многое надобно усвоить, прежде чем он научится достаточно хорошо понимать этих удивительных созданий.


19

Девятью часами позже «Хергест Ридж» вышел на орбиту Консула-5. Три корабля боевиков достигли планеты раньше изувеченного лайнера и доставили на орбиту взятые на буксир спасательные модули. Здесь пассажиры с «Хергест Риджа» перебрались на высланные им навстречу корабли флота ОИЗ, а буксирные суденышки, окружив лайнер, довели его до орбитальной ремонтной базы. После того, как они благополучно доставили «Риджа» к причалу, безотлучно находившаяся все это время в ходовой рубке Маргарет О'Хирн сочла необходимым уделить несколько минут урегулированию своих сугубо личных дел. Поручив первому офицеру встретить официального представителя штаба флота и показать ему все, что тот пожелает увидеть, она вышла из рубки в сопровождении Мэя и направилась к лифтовому холлу.
Мэй не собирался задавать каких-либо вопросов, решив предоставить инициативу своей бывшей жене, но все же, когда та остановила лифт между палубами, не удержался и спросил:
- В чем дело? Неужели мы не можем найти для разговора по душам какое-нибудь более подходящее место?
- Во-первых, я не собираюсь разговаривать с тобой по душам. Во-вторых, у меня нет времени для долгих бесед. А в-третьих… Я в бешенстве! - неожиданно закончила О'Хирн. - Я вне себя и просто не знаю, что делать. С одной стороны, тебя следует поблагодарить, а с другой - убить тебя, негодяя, мало!
Мэй терпеливо ждал. Он знал, что его бывшая жена любит говорить загадками, но сама же все и разъяснит, если ее не поторапливать.
- Можешь ли ты допустить, что я не понимаю причину твоего кипения?
- Могу! Собственно говоря, я так и думала! Ты никогда не пытался кого-либо понять! Ты всегда делал только то, что доставляло тебе удовольствие. И если это кому-то шло на пользу - его счастье, а если нет…- О'Хирн уперла руки в боки, успокаиваясь так же неожиданно, как и вскипела. - Прости. Я не хотела обидеть тебя. Однако ты должен понять, что вызываешь во мне весьма противоречивые чувства. Я признаю, что не смогла бы пройти через все это без тебя…
Мэй благоразумно промолчал. Сказать нечто приятное, перед тем как окатить ведром помоев, - прием широко распространенный, и он приготовился к худшему.
- В то же время с появлением тебя на «Хергест Ридже» у меня появилась уйма проблем. Ты, разумеется, сделал все от тебя зависящее, чтобы помочь мне с ними справиться, но не будь тебя, не с чем было бы и справляться. - Маргарет внимательно посмотрела на Мэя и, убедившись, что тот не вполне понимает, о чем идет речь, снизошла до объяснений. - Вот тебе простенький пример. Если бы на лайнере не появился Вонн, я спокойно отдала бы арколианскую делегацию боевикам, не испытывая по этому поводу ни волнений, ни угрызений совести. Понимаешь?
- Нет, - сказал Мэй. - не понимаю. Ты ведь не хотела отдавать их боевикам?
- И все же вынуждена была бы это сделать. Если бы Вонн не уничтожил большую часть диверсантов и не нарушил их планы, у меня не было бы выбора. Я прилетела бы на Консул Пять без арколианцев, и все же никто бы меня за это не осудил. Случившееся не украсило бы мой послужной список, но и седых волос, и морщин у меня бы за этот рейс не прибавилось в таком количестве…
- Что ты, Мегги! Я не вижу ни седины, ни морщин! - запротестовал Мэй. - Ты отлично выглядишь!
- Не перебивай! - сверкнув глазами, одернула его О'Хирн. - Ты не понимаешь, что для меня этот рейс еще не кончился. И вот сейчас я принуждена буду врать. Ведь не могу же я в докладе моему начальству описать все так, как оно было на самом деле! Мне, например, придется сказать, что этот самый Вонн получил от корабельной службы безопасности специальное задание внедриться в ряды заговорщиков, дабы предотвратить похищение арколианцев. Кстати, подтвердив эту версию событий, он только выиграет. Ему будет хорошо заплачено за труды и зачтется когда-нибудь впоследствии, если он влипнет в какую-нибудь грязную историю. А этого ему, сдается мне, никак не избежать.
- Невероятно! - искренне восхитился Мэй изворотливости Маргарет.
- Поверь, мне еще придется здорово покрутиться, чтобы свести в этой истории концы с концами. И, если ты думаешь, что мне этим хочется заниматься, то глубоко ошибаешься.
- Я не улавливаю, зачем…
- Вот-вот, об этом-то я и говорила! Ты не улавливаешь. Но попытайся все же понять. Из-за тебя я вынуждена буду писать, что корабельная служба безопасности получила сведения о готовящемся заговоре и…
- Но почему бы тебе не написать правду? - не понял Мэй.
- Ты что, с ума сошел? Представив события в нужном свете, я хоть что-то сумею получить в порядке компенсации за моральный ущерб, а изложив все, как было, в лучшем случае, отделаюсь выговором. И все, между прочим, из-за тебя и твоей шайки!
- Но разве мы виноваты, что ты собираешься рассказывать своему начальству сказки?
- Я собираюсь сказать ему то, что оно желает слышать! И избавить тем самым твоих парней от крупных неприятностей. Причем с Вонном сделать это будет не трудно, а вот что касается Герцога, то объяснить его пребывание в двигательном отсеке - задача не из легких. И я бы за нее не взялась, если бы не арколианцы, которые стоят за него горой и ожидают моей помощи.
- Герцог хотел сделать как лучше, - попробовал заступиться за товарища Мэй. - Он думал…
- Кого интересует, о чем он думал? Но арколианцы устроят скандал, если кто-нибудь тронет его хотя бы пальцем. И мне, чтобы, избави Бог, не прогневить их, придется сочинить очередную небылицу.
- Но ты же знаешь, что все это случилось из-за Эрика Диксона! Герцог не виноват!
- Брось ты мне втюхивать! - отмахнулась Маргарет. - Ему, насколько я знаю, никто не вкалывал эту дрянь насильно. Он сам… Впрочем, это уже не важно. Я придумала выход из этой поганой ситуации, правда, мне опять придется врать, врать и еще раз врать. А я этого, ты знаешь, ой, как не люблю!
- Мегги, ты не должна делать это ради меня…
- Господи, да о чем ты? Я делаю это вовсе не ради тебя! - резко сказала она. - Ты думаешь, я буду плохо спать, если на твою шею накинут петлю и спихнут тебя, скажем, в лифтовую шахту? Да ничуть не бывало! Я хочу лишь спасти доброе имя флота ОИЗ и свой престиж. И если мои действия совпадают с твоими интересами, то благодари за это Бога, а не меня. Я…
- Ты собираешься свалить взрыв в двигательном отсеке на Бэчмана? - поспешно вставил Мэй. Он видел, что Маргарет начинает заносить, и понял - пора менять тему, иначе ничем хорошим их разговор не кончится.
- Я уверена, Вонн будет счастлив подтвердить мои слова, поскольку у Герцога нет иной возможности избежать суда и тюрьмы.
- И словам Вонна поверят? Ведь Герцог…
- Поверят моим словам! Словам капитана лайнера флота ОИЗ! А Вонн всего лишь подтвердит их, - холодно сказала О'Хирн.
- А что ты скажешь об экстракте, я имею в виду, о фиалах сущности?
- Ни слова. Это не имеет отношения ко всему случившемуся. Любое упоминание о них только повредит нам. Более того, если ты намерен остаться живым, получив за эти фиалы все, что собираешься получить, позаботься о том, чтобы никто не узнал о твоей к ним причастности. Проболтавшись, ты предашь не только себя, но и Винтерса, Вонна, Роз и Герцога. Помни об этом.
- Спасибо за совет. И за все, что ты для нас сделала, - с чувством сказал Мэй.
- Не за что, капитан Мэй. Мы помогали друг другу, как могли, потому что нам пришлось играть в одной команде.
- Нет, Мегги, я признаю, что все мы больше путались у тебя под ногами, чем помогали.
- Иногда мне тоже так казалось. И все же порой твоя поддержка была неоценима. Кое-что ты всегда делаешь хорошо. Ты умеешь поддержать падающего… - Маргарет потупилась, и Мэю на мгновение показалось, что она вот-вот заплачет.
- Ну, брось, не преувеличивай! - пробормотал он, не глядя на нее.
- Ты был готов расстаться с «Ангельской Удачей», чтобы выручить нас. Я знаю, чего тебе стоило принять такое решение.
- Так или иначе, я с ней расстался, - вздохнул Мэй. - Теперь она принадлежит флоту ОИЗ. - Он печально улыбнулся. - Ты решила заполучить ее как сувенир? На память обо мне?
- Не надувай губы, - проворчала О'Хирн. - У меня кое-что придумано и на этот счет. Я знаю, как можно исправить это положение.
- Другая официальная версия? - без особого интереса спросил Мэй.
- Нет, та же, что записана в бортовом журнале, только слегка подправленная. Твои бумаги на владение «Ангельской Удачей» недействительны. Ты опоздал с оплатой векселей и, следовательно, не можешь предъявлять претензии к флоту ОИЗ, который в лице созданной мной комиссии определил судьбу этого корабля. Он может быть продан любому, кто заплатит за него назначенную комиссией цену.
- А ты подумала о том, что на «Удачу» могут заявить свои права ребята из Юэ-Шень?
- Они не станут этого делать. Твоя «Удача» сейчас в таком состоянии, что им нет резона марать об нее свои и без того не слишком-то чистые руки. Заяви они о своих претензиях, и кое-кто вспомнит о «Роко Мари», погибшей при весьма странных обстоятельствах. Нужно ли им это? - О'Хирн подмигнула Мэю и продолжала: - К тому же комиссия назначила за останки «Удачи» столь смехотворную цену, что любому дураку ясно - навара с этого лома не получишь.
- Останки? Лом? И это ты говоришь о моем корабле? - возмутился Мэй.
- Да знаешь ли ты, что нынешняя стоимость твоего бывшего корабля равна затратам на заполнение бумаг, необходимых для его продажи и выплаты соответствующего налога? Так вот, цена его - стой на ногах крепко! - сто кредитов!
Мэй вытаращил глаза на свою бывшую жену.
- Этого не может быть!
- С офицерами флота ОИЗ случается многое такое, чего не случается со свободными торговцами, - грустно сказала Маргарет О'Хирн. - Потому-то ты идешь по жизни своим путем, а я предпочитаю идти своим. Заплати сто кредитов и владей своей «Удачей» по праву.
- Господи, Маргарет, так ты сделала это для меня?…
- Нет, ты точно сумасшедший, - вздохнула О'Хирн. - Я сделала это, чтобы избавиться от тебя раз и навсегда. Кстати, ремонт «Ангельской Удачи» и впрямь обойдется недешево, имей это в виду, капитан Мэй!
- Да-да, я знаю. Но прежде мне надо выкупить ее у флота. - Мэй сунул руки в карманы, как будто намеревался обнаружить там сотню кредитов.
- Я дам их тебе взаймы, - сказала О'Хирн.
- Ну, уж на это-то у меня хватит денег!
- Ты не понимаешь, - тихо промолвила она. - Ты вечно меня не понимаешь, капитан.
Мэй изучающе посмотрел на нее и хотел было что-то сказать, но Маргарет опередила его:
- Когда лифт остановится, я выйду, чтобы проводить экипаж. А ты останешься тут. Двери закроются, и мы снова расстанемся. Надеюсь, навсегда. Теперь ты меня понял?
- Да, - чуть слышно ответил Мэй.
О'Хирн нажала на кнопку, и лифт устремился к нижним ярусам звездолета. Прохладный воздух обдул Мэю лицо, и он подумал, что, быть может, стоит поговорить с Мистербобом и попросить у него крохотную скляночку с тем самым феромонным ароматом, который тот использовал в тюремном отсеке?…
Лифт остановился, двери открылись. Капитан О'Хирн вышла в холл и, не оглядываясь, двинулась к ожидавшим ее людям.
Нет, решил Мэй, когда двери закрылись. Это будет неправильно. Единожды выбрав свой путь, надо идти по нему не оглядываясь, а не метаться из стороны в сторону с жалобным визгом, словно пес, потерявший хозяина.
Глубоко вздохнув, он закрыл глаза и привалился спиной к стене.
- Прошу прощения, - ворвался в его мысли чей-то вежливый голос.
Мэй открыл глаза. Лифт был пуст.
- Не хотелось бы вас беспокоить, но вы еще не сказали, куда желаете попасть? - спросил механический голос автомата, которыми снабжены были все лифты, предназначенные для пассажиров лайнера.
- Назад, - сказал Джеймс Мэй. - На двадцать пять лет назад.


20

- Здорово ему досталось, - сказал Герцог, выглядывая в окно лифта. - Подумать только, мы ведь тоже приложили к этому руку.
- Его починят. Так же как и «Ангельскую Удачу», - ответил Мэй, критически осматривая потрепанный лайнер.
Герцог положил руку на плечо товарища.
- С тобой все в порядке?
Мэй кивнул.
- Приятно слышать. - Герцог прочистил горло. - Послушай, мне надо тебе кое-что сказать, прежде чем мы доберемся до челнока.
- Я не заглядывал на «Ангельскую Удачу», если это то, о чем ты хочешь спросить, - прервал его Мэй. - Сейчас нам лучше не высовываться. Подождем, когда шум по поводу нашего возвращения утихнет, и тогда…
- Конечно, - согласился Герцог, прекрасно понимая, что имеет в виду Мэй. - Но то, о чем…
- Пройдет, по крайней мере, месяц, прежде чем я составлю смету и заключу контракт на ремонтные работы, - продолжал Мэй. - А как только ремонтники приступят к работе, мы отвезем фиалы их хозяевам и получим причитающиеся нам деньги. После всего, через что нам пришлось из-за них пройти, мы, сдается мне, заслужили обещанное вознаграждение.
- Но это не…
- И мы попросим хозяев фиалов осмотреть тебя. Не беспокойся, они не будут на нас в претензии за отсутствие нескольких ампул. А к тебе, надобно думать, отнесутся с особым вниманием. Им ведь захочется знать, что испытывает и на что способен человек под воздействием их снадобья.
Герцог вздохнул и вновь попытался что-то сказать, но его прервал механический голос робота-лифтера, объяснивший правила посадки на орбитальный челнок, после чего двери лифта открылись.
- Мэй, послушай…
- Я понимаю, что тебе пришлось туго. Кстати, ты выяснил, не нужно ли тебе наложить на руку новую заживляющую повязку? И как это тебе удалось отделаться одной шишкой во время столкновения с танкером? Ты выглядишь бледным. - Мэй оттолкнулся от стены и шагнул в жерло переходника.
- Врачи выпустили меня, и слава Богу, - отмахнулся Герцог. - Но я хочу…
Мэй переступил порог челнока и что есть мочи завопил:
- Вонн, старый кобель! Как я рад тебя видеть! Мы сделали это! Мы будем богаты!
Дав Мэю и Вонну обняться и поорать, Герцог подобрался к капитану «Ангельской Удачи» и сказал:
- Мэй, я никак не могу…
- Роз! - радостно воскликнул тот, заключая в объятья вошедшую в салон молодую женщину. - Как здоровье Питера Чибы?
- Хорошо. Его отправили на планету первым рейсом.
- Я слышал, ты спасла Герцога. А потом он тебя. Что за перелет выдался, черт бы его побрал!
Вонн тронул Герцога за руку, и лицо его приняло озабоченное выражение:
- Ты сказал ему?…
Герцог пожал плечами:
- Я пытался, но он болтал как заведенный. Не дал мне и слова вставить.
- Винтерс! - Мэй с чувством пожал руку простодушному великану. - Ты всегда оказываешься там, где нужен. Я слышал, ты помог Вонну выпутаться из скверной переделки. - Он обнял Винтерса и повернулся к остальным. - Ну вот, мы снова вместе. Я так счастлив видеть вас всех!
- Ддаааааа, - прокрякал хорошо знакомый Мэю голос. - Это будет очень поучительно.
Мэй обернулся и рухнул в оказавшееся за его спиной кресло. Прямо напротив него сидела незамеченная им прежде скособоченная фигура, отличительной приметой которой являлась большая, совершенно круглая голова.
- Мистербоб! - воскликнул он, не делая даже попыток скрыть свое удивление. - Вы-то что здесь делаете?
- Это и есть то, о чем я собирался тебе сказать, - промолвил за его спиной Герцог. - Он захотел лететь вместе с нами.
- Я пригласил его, и он принял приглашение! - гордо сообщил Винтерс.
Все еще ничего не понимая, Мэй посмотрел на арколианца и тупо спросил:
- Для чего?
- Разумные А-формы на Консуле Пять рады быть нашими хозяевами, - начал Мистербоб. - Они, безусловно, покажут нам все самое замечательное. Однако это может быть не главным. Действительно, то, что тебе стремятся показать, не всегда есть то, что ты хочешь видеть. Путешествие с вами позволит получить ту информацию, которая не будет предоставлена нам гостеприимными хозяевами. Не так ли?
- Другими словами, вы хотите посмотреть на нас изнутри? Увидеть