Предатель! - Герцог лязгнул зубами. Выхватил из кармана баллон «Ресткура» и нажал на клапан, направив струю газа в лицо охранника. Тот вскинул руки к лицу, отшатнулся и медленно начал оседать на пол. Шарахнувшийся прочь от голубоватого облачка Герцог с ненавистью пробормотал: - Такие, как ты, подонки продали нас этим бездушным тварям! Жаль, что у меня нет с собой пистолета!
Пока истаивало облачко голубого дыма, он попытался понять, каким образом его угораздило очутиться на звездном лайнере, но так и не нашел этому разумного объяснения. По-видимому, он и прежде знал, что арколианцы находятся в лайнере, поскольку слова охранника не вызвали у него сомнений. Что-то случилось с его памятью, но это еще не повод для бездействия. Напротив, это веская причина драться лучше и жестче, чем когда-либо. Он еще не знал точно, что предпримет в ближайшее время, но первые наметки грандиозной диверсии уже забрезжили в его мозгу. Попав в двигательный отсек, он доберется до сердца корабля и сможет причинить арколианцам и их пособникам немало бед…
Сунув баллон с усыпляющим газом в карман, Герцог обшарил охранника и нашел магнитную ключ-карту. Вставил ее в специальное отверстие на двери, и та открылась. Теплый, пахнущий машинным маслом ветерок ударил ему в лицо, и он отчетливо услышал могучее гудение. Шагнул через порог и сделал три шага вперед, после чего в глубине огромного помещения взвыла сирена и механический голос прогремел:
- Вы вошли в зону повышенной опасности! Повторяю, вы в зоне повышенной опасности!
- О, черт! - Герцог вздрогнул и быстрым шагом двинулся в глубь отсека.
Справа и слева от него вздымались металлические кожухи каких-то гигантских агрегатов, на расположенных перед ними контрольных панелях сияли огоньки и шкалы. Пол содрогался все отчетливее, а мерный гул стал настолько сильным, что сквозь него едва пробивались сигнал тревоги и механический голос, вещавший о повышенной опасности.
Выскочив из прохода, Герцог оказался в огромном зале и остановился как вкопанный. Прямо перед ним, посреди просторного, высокого помещения, находился распределитель - гигантский полупрозрачный цилиндр, в глубине которого бурлил и пульсировал столб малиновой плазмы, похожей на чудовищное живое существо. Она-то и создавала вибрацию и гул, от которых у Герцога екало и вздрагивало в животе и закладывало уши.
Вибрация пронизывала все его тело, усиливаясь по мере приближения к распределителю, выглядевшему настолько внушительно, что Герцог невольно замедлил шаг и, запрокинув голову, едва ли не с благоговением прошептал:
- Сердце! Вот уж действительно истинное сердце корабля!
Он сделал еще несколько шагов к распределителю, и вибрация, гул и жар усилились. До полупрозрачного цилиндра оставалось метров пять, когда перед глазами Герцога вспыхнул ослепительный свет, и он ощутил мощный толчок, отшвырнувший его назад, на покрытый рифлеными металлическими плитами пол.
- Болван! - выругался он, с опозданием сообразив, что наткнулся на силовое поле, которое, собственно, и удерживало и формировало гудящий столб плазмы. - Тупица! Я же прекрасно знал, что к нему нельзя приближаться!
Поднявшись с пола, Герцог исследовал языком разом занывшие зубы и попятился от распределителя. И тут на него обрушилась темнота. Нет, он не потерял сознание, но мгновенно ослеп. Подавил накатившую волну страха и продолжал пятиться, убеждая себя в том, что это не продлится долго.
Добравшись до стены распределительного зала, он привалился спиной к какому-то металлическому кожуху, ожидая, когда к нему вернется потерянное зрение. Это произошло через несколько минут, показавшихся Герцогу вечностью, хотя он доподлинно знал, что ничего страшного с ним случиться не должно. Случалось, у обслуживающих распределитель механиков, не соблюдавших правила техники безопасности, начинали крошиться и выпадать зубы, но ему не доводилось слышать, чтобы кто-нибудь из них ослеп.
Герцог протер глаза, покрутил головой, приводя в порядок расстроенные чувства, и неожиданно увидел невесть откуда взявшегося человека. Крупный мужчина в рабочем комбинезоне уже пересек зал и быстро приближался к нему. Он явно был чем-то разгневан и здорово напоминал Салливана, убитого на «Гирлянде» молодчиками из Юэ-Шень.
Мужчина остановился в нескольких метрах от Герцога, и они изучающе уставились друг на друга. Механик, дежуривший в распределительном зале, был коренаст и широкоплеч. У него была короткая толстая шея, мрачное лицо, и вблизи он уже ничуть не походил на Салливана. Разглядывая Герцога, механик демонстративно поигрывал похожим на лом инструментом, оскалив в зловещей улыбке два ряда золотых зубов, подтверждавших, казалось, истории о том, что случается с людьми, плюющими на инструкции.
«Парень явно не дурак подраться. Он понимает, что охранник не по своей воле отдал мне магнитную ключ-карту, - пронеслось в голове Герцога. - Хорошо, если он понадеялся на собственные силы и не вызвал охрану, иначе и мне, и всем моим замыслам придет скорый и бесславный конец».
- Ты ошибся дверью, дружок, - угрожающе промолвил мужчина, блеснув золотыми зубами. - Это случается довольно часто, не мни себя самым догадливым и предприимчивым. Одни пробираются сюда, чтобы свести счеты с жизнью, полагая, что оригинальная смерть искупит их бледное и бесцельное существование. Другие преследуют более корыстные цели, надеясь поправить свои дела с помощью шантажа. Похоже, ты из их числа.
«А этот тип догадлив!» - с досадой подумал Герцог, не сводя глаз с металлического стержня в руках механика. Он не мог определить, для чего предназначен этот инструмент, но догадывался, каким образом тот будет использован в ближайшее время.
- Я не спрашиваю у тебя, как ты разжился ключ-картой, - продолжал, явно развлекаясь и упиваясь своим красноречием, механик. - Мне плевать на горе-охранников, считающих главной своей обязанностью - разводить по каютам упившуюся до потери сознания жирную сволочь. Если ты заглянул сюда просто полюбоваться распределителем плазмы - клянусь Пятой Сферой, зрелище того стоит! - то тебе это удалось, и теперь самое время вернуться и поделиться своими впечатлениями с товарищами. Если же у тебя какие-то иные намерения, я искренне советую тебе от них отказаться.
«Похоже, этот болтун не вызвал охранников, - решил Герцог. - Он слишком любит трепаться и слишком верит в собственные силы. Убедившись, что я один, он не воспринимает меня всерьез, и это мой шанс».
- Поверь, мне ничего не стоит вышибить тебе мозги вот этой штукой, - золотозубый угрожающе взмахнул металлическим стержнем, - И никто не поставит мне это в вину, поскольку твое пребывание здесь является грубейшим нарушением всех мыслимых и немыслимых правил и инструкций. Ну, ты все слышал и, я надеюсь, все понял. Имей, кстати, в виду: вот эту штуку я могу бросить так, что она войдет в твой череп между глаз, а выйдет из затылка. Хочешь проверить?
- Герцог, разреши мне с ним разобраться. Я сделаю этого трепливого говнюка в один миг. Клянусь, он у меня до конца своих дней через задницу будет дышать! - произнес внутренний голос в голове Герцога.
- Хорошо, но не переусердствуй.
- Проклятье, Герцог, он нарывается на это!
- Я хочу сказать, не убивай его. Не надо впадать в крайности. Я не стану помогать тебе, если не буду уверен, что он останется жив.
- Хорошо. Будь по-твоему. Но ты чертовски осложняешь собственную жизнь.
Герцог поднял глаза на ожидающего его ответа механика и вызывающе ухмыльнулся. Затем притронулся указательным пальцем к переносице и спросил:
- Ты утверждаешь, будто может попасть своей штукой вот сюда? А ну-ка попробуй.
- Расслабься и постарайся мне не мешать!
- Ну что ж, ты сам напросился. - Механик перехватил стержень так, словно это было метательное копье, и пустил его в Герцога.
Эрик Диксон отпрыгнул в сторону и металлический стержень с грохотом стукнулся о кожух стоявшего за его спиной агрегата. Герцог содрогнулся от ужаса, а Диксон быстро подхватил с пола упавший стержень.
- Хорошая попытка. - Эрик крутанул стержень в левой руке, приноравливаясь к его весу. - А теперь посмотрим, как это получится у меня.
- Ты обещал не убивать его!
Лицо механика окаменело, мускулы напряглись, и он совершил гигантский прыжок, показавшийся Герцогу особенно большим из-за пониженной силы тяжести. Уходя от удара, Эрик откачнулся влево и стремительно ткнул нападавшего стержнем в живот.
Механик взревел и с грохотом покатился по рифленому металлическому полу.
- Тебе надо поработать над своими рефлексами, парень, - обратился Эрик к Герцогу.
- Это было великолепно! - восхитился Герцог и отбросил стержень в сторону. - У меня бы так ни за что не получилось! Отличная работа!
Механик застонал, перевернулся на живот и посмотрел на Герцога сузившимися от боли глазами:
- Ты находишь это очень смешным?
- Герцог, у нас неприятности. Я полагал, что уже охладил его пыл, но у тебя на редкость дряблые мускулы. Напрасно ты выбросил этот стержень.
- Что ты хочешь сказать? - с тревогой спросил Герцог.
- Ты сделал один хороший удар, - ответил, вскакивая с пола золотозубый. - Но этого недостаточно, чтобы получить приз.
- Твой ход, Герцог.
- Мой? Но я не умею драться!
- Ты же запретил мне убивать этого говнюка. И выбросил стержень. Вот и разбирайся с ним дальше сам.
- Эрик! Я не смогу поставить этому жлобу даже синяка!
- Так зачем же ты лез мне под руку и ставил дурацкие условия?
- Сейчас не время пререкаться! Сделай что-нибудь, пока он нас не прикончил!
- Сделай сам, раз уж ты такой умный.
- Но что я могу?
- Все что угодно. Можешь поиграть с ним в догонялки и потянуть время.
- Черт возьми! Ксеносы схватят и выпотрошат нас, а ты, вместо того, чтобы помочь мне, валяешь дурака и строишь обиды! Эрик!
Механик прыгнул на Герцога, и тому чудом удалось увернуться от просвистевшего перед его носом кулака. Новый удар заставил Герцога отпрыгнуть в сторону, а проклятый механик и не думал униматься. Третий удар он направил Герцогу под дых, но тот в самый последний момент скакнул влево, с трудом устоял на ногах и понесся в сторону распределителя.
- Куда же ты, дружок? - окликнул его пустившийся вдогонку золотозубый. - Ты ошибся, соревнования спринтеров проходят в другом месте!
Избежав четвертого удара, Герцог озлобился и вспомнил об аэрозольном баллоне. Вытащил его из кармана и, резко остановившись, направил в лицо подбегавшему механику. Но как раз в этот миг золотозубый прыгнул, нога его взлетела и выбила баллон из руки Герцога.
- О, ч-черт! - прошептал тот, невольно провожая глазами летящий к распределителю аэрозольный баллончик.
- Берегись! - рявкнул Диксон и покатился по полу, уходя от целой серии сокрушительных ударов.
Пораженный тем, что его противник все еще цел, механик замешкался, поднял глаза и с изменившимся лицом простонал:
- Сукин сын!…
- Бей, пока он старается нас отвлечь!
Герцог вскочил с пола и хотел уже броситься на золотозубого, но представив, к чему это может привести: перебитый нос, сломанные ребра, руки и ноги - замер на месте.
- Герцог, ты только что сдался! Не зря я говорил, что ты не в состоянии даже задницу себе подтереть!…
- Баллончик… - пробормотал механик с таким отчаянием и ужасом в голосе, что Герцог невольно оглянулся, оставив без внимания истошные вопли Эрика. Диксон продолжал орать, ожидая завершающего удара, но его так и не последовало.
Аэрозольный баллон вспыхнул в силовом поле распределителя и закрутился, словно шутиха, разбрасывая по сторонам ядовитую жидкость.
- Нет. Нет! Не-ет! - заорал механик, и тут баллончик взорвался. Из полупрозрачного цилиндра плеснуло малиновым пламенем, и Герцог зажмурился от непереносимой боли, инстинктивно закрывая глаза руками.
Когда же боль прошла, и он решился открыть слезящиеся глаза, о происшедшем напоминало только голубое облачко, расползавшееся в разные стороны от распределителя. Герцог попятился от него и едва не столкнулся с механиком, лицо которого осунулось и сморщилось, словно он в считанные мгновения постарел лет на десять.
- Господи, помоги нам! На Тебя, Единого, уповаю… - прохрипел золотозубый и потянул Герцога за рукав. - Уходим. Сейчас здесь станет жарко.
Ярко-малиновый столб плазмы все так же гудел и вибрировал. Странная, похожая одновременно на живое существо и на плотное пламя, субстанция бурлила и вскипала, но несколько проплавленных в постаменте распределителя дыр объяснили Герцогу тревогу механика. Хлынувшая из уродливых отверстий густая черная жидкость на его глазах расширила их и ударила тонкими струями, а потом фонтаном. Воздух стал тяжелым и душным. Капли похожего на нефть охладителя взлетали до металлических ограждений шедшего по периметру зала балкона, оседали на лицах и одежде, а фонтан все бил и бил, и черная жидкость лениво растекалась по полу, словно гигантская чернильная лужа.
- Скорее! - поторопил Герцога механик.
- Может быть, мы сумеем исправить повреждения? - спросил его торговец и, повинуясь Диксону, шагнул в сторону распределителя плазмы, но золотозубый решительно ухватил его за пояс.
- Ничего не выйдет. Охладитель закачан в резервуар под давлением, и компенсаторы не рассчитаны на утечку его в таких количествах. Поспешим, иначе будет поздно.
Герцог весьма смутно представлял себе, к чему может привести утечка охладителя, а Диксон, разумеется, сбежал именно тогда, когда его знания и умения был особенно необходимы. Ужас механика был, однако, достаточным аргументом в пользу того, что задерживаться в распределительном зале не стоит. Решив отложить расспросы до лучших времен, Герцог последовал за недавним противником, но не успел сделать и десяти шагов, как за спиной раздался странный чмокающий звук, заставивший его вздрогнуть. На скотобойне дяди ему тысячи раз доводилось слышать подобное сырое чмоканье, с которым мясо отделяется от костей. И хотя произвели этот звук, конечно же, не разделочные автоматы, Герцог ощутил, как по спине его побежали мурашки и прибавил шагу.
Чмоканье сделалось громче, и Герцог с механиком, не сговариваясь, перешли на бег. Распределительный зал быстро наполнялся едкой черной жидкостью. Бежать становилось все труднее: они скользили, падали, помогали друг другу подняться и снова неслись вперед, а охладитель уже залил пол широкого прохода и вытекал в коридор через дверь, оставленную Герцогом открытой.
Они были уже всего в трех метрах от двери, когда сзади что-то громко ухнуло, пол под ногами вздрогнул, и порыв горячего ветра швырнул Герцога на переборку. Бежавший впереди золотозубый тоже споткнулся, но сумел удержаться на ногах, в то время как ноги Герцога разъехались, и он ткнулся лицом в черную жижу.
Он попытался подняться, но измазанные охладителем руки и ноги скользили по металлическому полу. Дергаясь и извиваясь, как корова на льду, он фыркал и отхаркивался черной ядовитой влагой, попавшей ему в рот, в нос, в туфли, и растворившей заживляющую повязку на правой руке. А потом вдруг ощутил, как неведомая сила сгребла его за шкирку и подняла в воздух.
Герцог дрыгнул ногами, скосил глаза и увидел, что спасителем его был механик, оказавшийся и впрямь здоровенным парнем.
- Довольно, поставь меня на ноги! - Герцогу хотелось отдать силачу шуточный салют и вместе с тем обругать его за бесцеремонность. - Спасибо за помощь!
- Не за что, - ухмыльнулся золотозубый. - Я должен вытащить тебя отсюда, чтобы предъявить капитану. Кто-то же должен ответить за то, что произойдет с минуту на минуту.
- Отпусти меня! Дальше я пойду сам! - крикнул Герцог, испытывая неловкость из-за того, что механик держит его за шкирку, словно нашкодившего котенка.
Ответа он не услышал, поскольку замолкшая было сирена взвыла с новой силой, а ее, в свою очередь, заглушил раздавшийся в распределительном зале взрыв. Вспышка света ослепила их, воздушная волна швырнула в дверной проем, а последовавший вслед за тем удар исполинского кулака размазал по рифленому, залитому черной жидкостью полу.


8

- Лейтенант, сколько у нас осталось времени? - спросила Джунелл, нервно вышагивая по ходовой рубке.
Ревел Тесла взглянул на тактический экран.
- Десять минут по Свейну. Хотя, я полагаю, не меньше пятнадцати.
- При чем тут ваши предположения? - раздраженно поинтересовалась Джунелл. - Показания бортового хронометра вызывают у вас сомнения? Вам что, приходится делать какие-то хитрые расчеты и вносить поправки, когда вы хотите узнать, который час?
- Несколько мне известно, бортовой хронометр работает исправно, но я не думаю, что боевики начнут атаку минута в минуту, - нехотя ответил лейтенант. - Я не склонен воспринимать слова Свейна буквально и внимательно слежу за траекторией движения танкера. Он изменил направление и летит нам наперерез. Если скорость его не изменится, он выйдет на предельную для стрельбы дистанцию через… пятнадцать минут.
Джунелл выругалась.
- Где капитан О'Хирн? Почему она не отвечает на экстренный вызов? Как проходит эвакуация пассажиров в автономные модули?
- Согласно аварийному расписанию, мэм. - доложил Тесла. - Служба безопасности оповещена, и посты охранников контролируют основные коммуникации.
- Почему не отвечает капитан? - настаивала Джунелл. - Пошлите охранников в тюремный отсек. Необходимо немедленно разыскать ее…
- В поисках нет необходимости, - проговорила Маргарет О'Хирн, появляясь в ходовой рубке в сопровождении Джеймса Мэя. - Что за спешка, миссис Джунелл? Боевики вышли, наконец, на связь?
Тесла включил запись переговоров первого офицера с командующим Свейном. Потом О'Хирн внимательно просмотрела запись того, как вакуумные истребители уничтожили старый торговый корабль, и задумчиво покачала головой.
- . Этот Свейн рисковый парень. Для того чтобы сотворить это маленькое чудо, кому-то пришлось расстаться с большой кучей денег, - проговорила она, усаживаясь в капитанское кресло и пристегиваясь ремнями безопасности. - Ну что ж, это их проблема. Что касается меня, то мне бы хотелось, чтобы Тристан Свейн, прежде чем расстаться со своей удалой головой, подробно рассказал нам о своих подчиненных и особенно о спонсорах и организаторах этой затеи.
- Вы полагаете, у нас есть шанс заставить его сделать это? - удивленно спросил Тесла.
- Ваше мнение, капитан Мэй? - обратилась О'Хирн к капитану «Ангельской Удачи». - Что, по-вашему, нам следует предпринять?
Мэй прокашлялся.
- Вакуумные истребители меня не особенно пугают. Вряд ли они способны нанести значительный ущерб нашему лайнеру. Уничтожить их не составит особого труда при том количестве вооружения, которое имеется у нас на борту. Однако меня беспокоит имперский танкер. Бог весть, какой дрянью они его начинили. А ежели еще учесть, что на «Ридже» находится группа диверсантов…
- Короче, капитан. Что вы рекомендуете сделать?
- Я уже высказывал свое мнение, и оно не изменилось, - ответил Мэй. - Я бы сбежал. Ну, например, - он кинул взгляд на схему субпространственных трасс, - в систему Кейбаса. Галактика не взорвется, если переговоры с арколианцами начнутся несколько позже назначенного срока. Возможен, разумеется, и другой вариант. Если вы хотите во что бы то ни стало доставить арколианских дипломатов на Консул Пять вовремя, можно отстрелить автономные модули и, используя их в качестве щитов, пойти на прорыв…
- Вы предлагаете спрятаться за спины пассажиров? - ужаснулась Джунелл.
- Нет, конечно же! - досадливо поморщился Мэй. - Мы попросим пассажиров вернуться в их каюты и отстрелим пустые спасательные модули, но боевики не будут об этом знать. Во всяком случае, они не будут уверены, что эвакуационные отсеки пусты, и не посмеют их уничтожить. Наличие этих модулей лишит их маневренности, и у нас появится возможность…
- Придумано неплохо, но нам это не подходит, - с сожалением прервала его О'Хирн.
- Почему? - удивился Мэй, - Проклятый танкер потеряет скорость, стая «Вакков» не сможет вцепиться в нас всем скопом, а это самое главное.
- Они, не задумываясь, расстреляют спасательные модули, поскольку не поверят, что в них могут находиться люди, - хмуро сказала О'Хирн. - Даже ради арколианских дипломатов ни один капитан флота ОИЗ не подвергнет опасности жизни доверившихся ему пассажиров - это прописная истина, которая, безусловно, известна боевикам.
Маргарет повернулась к тактическому экрану и твердым голосом приказала:
- Миссис Джунелл, мы идем на Консул Пять, но сначала нам надобно оторваться от танкера. Рассчитайте траекторию полета, при которой мы, уйдя от него, будет иметь дело с наименьшим числом истребителей. Режим двигателей - предельно допустимый.
- Есть, капитан! - Джунелл склонилась над клавиатурой, а Тесла связался с центральным компьютером, прося подготовить двигатели к переводу в режим форсажа.
- Лейтенант Орбисон.
- Да, мэм.
- Передайте капитану Мэю управление бортовыми орудиями. Он имеет опыт работы с ними, а вас я прошу быть вторым номером и помочь ему в случае необходимости.
Молодой лейтенант пересел в кресло дублера, а Мэй занял его место и, положив пальцы на клавиши, уставился на монитор, знакомясь с вооружением и защитными системами лайнера.
- Вы участвовали в боях с пиратами, капитан? - с уважением обратился к нему лейтенант Орбисон.
- Можно сказать и так, - не стал вдаваться в подробности Мэй.
- Капитан Мэй - вояка хоть куда! - ободрила его Маргарет, припомнив рассказ бывшего мужа о дуэли «Ангельской Удачи» с «Роко Мари» и, уже совсем другим, жестким, не терпящим возражений голосом, закончила: - Если увидите, что кто-то пытается преградить нам путь, не миндальничайте с ним. Избавьте спасателей и врачей от лишней работы.
- Есть, мэм! - отрапортовал Мэй.
- Программа готова, капитан. Мы начинаем поворот, - сообщила Джунелл.
- Начинайте, - ответила О'Хирн, бросив взгляд на тактический экран. - Лейтенант Тесла, свяжитесь с центральным компьютером, пусть подготовят нам расчет для выхода в субпространство, на трассу Консул-Кейбас. Надеюсь, до этого дело не дойдет, но подстраховаться никогда нелишне.
- Есть, мэм, - растерянно пробормотал Тесла, не отрывая взгляд от экрана.
- Что-нибудь не так, лейтенант?
- Да, - он указал на экран. - Дипломатический отсек не готов перейти к автономной системе жизнеобеспечения. Аварийная обстановка в трех машинных залах.
- Скверно! Все они расположены правее двигательного отсека, и это явно не случайно. Запросите, в чем там дело.
- Капитан, автоматика залов вышла из строя, - доложил Тесла. - Дежурный механик не выходит на связь.
- Герцог! - рявкнул Мэй, поворачиваясь вместе с креслом к Маргарет. - Он удрал! Этот арколианский сукин сын заставил нас забыть о нем… Он воспользовался этим и сбежал!
Руки О'Хирн вцепились в подлокотники кресла.
- Лейтенант! - дрожащим от ярости голосом скомандовала она. - Срочно снимите охранников с «Ангельской Удачи». Половину отправьте в двигательный отсек, остальных - в дипломатический.
Тесла завис над панелью связи и начал передавать требуемое сообщение, когда корабль вдруг тряхнуло. Невидимая рука выдернула его из кресла и швырнула в дальний конец рубки. Вслед за ним вылетела из своего кресла миссис Джунелл, совершила немыслимый кульбит и рухнула в объятья полубесчувственного лейтенанта.
Ремень безопасности впился в тело Мэя и удержал его на месте. Щелкнув клавишей, он привел кресло в состояние «аварийного режима» и, взглянув на экран, удивленно поднял брови.
- Доложить обстановку! - потребовала О'Хирн, не отрывая глаз от суммирующего экрана.
- Орудия готовы, но цель отсутствует, - доложил Мэй.
Джунелл освободилась из объятий Теслы и прыгнула на свое место.
- В зоне видимости нет цели, - повторил Мэй. - Нас не обстреляли. Это случилось внутри лайнера.
- Взрыв в двигательном отсеке! - хрипло сообщила Джунелл. - Значительные разрушения…
Лампы, освещавшие рубку, погасли, а затем снова вспыхнули, залив ее тревожным красно-оранжевым светом.
- Двигательный отсек не откликается на вызовы, мэм, - промолвил Тесла, успевший вернуться на свое место и с потерянным выражением лица взиравший на мигающий красными огнями экран экстренной связи. - Похоже, у нас крупные неприятности…
- Внимание, это не тренировка! - прервал его механический голос. - Аварийная ситуация! Частичная разгерметизация лайнера! Пассажиров просим немедленно перейти в спасательные модули. Немедленно! Повторяю, это не тренировка!…
- Чертовы диверсанты! - проскрежетала Джунелл.
- Господи, пассажиры! - прошептал Тесла.
- Неужто это натворил Герцог? - спросил сам себя Мэй.
- Арколианцы! - пробормотала капитан О'Хирн.


9

Вместо того, чтобы поспешить к спасательному модулю, Роз направилась к Винтерсу, воспринявшему на этот раз вой сирены совершенно спокойно. Не задавая лишних вопросов, он последовал за Роз, ничуть не удивляясь тому, что они идут навстречу потоку пассажиров, спешащих к эвакуационным выходам.
В лазарете их ждало разочарование. Охранники не пропустили Винтерса и молодую женщину внутрь, заверив, что беспокоиться им не о чем: больные уже отправлены в спасательный модуль. Мистеру Чибу обеспечен надлежащий уход, а вот Роз и ее спутнику надлежит немедленно позаботиться о себе и не создавать трудностей экипажу лайнера. Согласно соответствующим инструкциям они давно должны находиться в эвакуационном модуле, а вместо этого путаются под ногами у занятых людей.
- Пошли, - сказала Роз Винтерсу. - Они правы, лучшее, что мы можем сделать, это позаботиться о себе.
Сирена не умолкала ни на миг, коридоры и холлы лайнера заметно опустели. Самые нерасторопные пассажиры торопливо двигались к спасательным модулям, подбадриваемые нетерпеливыми окриками охранников, по словам которых эвакуационные шлюзы могут быть закрыты в любую минуту, и тогда им придется возвращаться в свои каюты.
Когда они добрались до лифта, Роз обратила внимание на озабоченный вид Винтерса. Сгорбившись и засунув руки глубоко в карманы, он хмурился и беспокойно оглядывался по сторонам, словно пытаясь что-то припомнить, уловить ускользавшую мысль, казавшуюся ему чрезвычайно важной.
- Что-нибудь не так? - обратилась она к нему в лифте. - Тебя беспокоит сирена или есть нечто более существенное?
- У меня предчувствие чего-то нехорошего, - с трудом выдавил из себя простодушный великан.
- Не волнуйся, мы успеем. Без особой на то причины эвакуационные шлюзы не закроют, пока не удостоверятся, что все пассажиры заняли свои места. А спасательные модули совершенно безопасны, это же всем известно!
- Не в том дело. - Винтерс беспомощно покрутил головой. - У меня такое ощущение, будто я забыл что-то очень важное, а из-за того, что не могу о нем вспомнить, случится какая-то неприятность, и даже беда.
- Все будет хорошо.
Лифт остановился, двери с шипением открылись, и они вышли в холл, а из него двинулись по коридору, ведущему к эвакуационному выходу.
- Надеюсь, мы не опоздали, - сказала Роз, стараясь побудить Винтерса ускорить шаг.
- Нет, погоди! - он остановился и умоляющим жестом протянул к ней руки. - Роз, мы должны вернуться назад! Я чувствую, что нам необходимо вернуться!
- Винтерс, не дури! - она потащила его за собой. До эвакуационного выхода, через который они могли попасть в один из спасательных модулей, оставалось меньше пятнадцати метров. Дверь все еще была открыта, и стоящий возле нее охранник махал им рукой, призывая поторопиться.
- Я вспомнил! - Винтерс уставился на Роз широко распахнутыми глазами. - Мы должны охранять лекарство! - сказал он громким шепотом. - Ты понимаешь, какое лекарство я имею в виду?
- О чем ты говоришь? Мы ведь даже не знаем, где спрятаны эти фиалы! - она почувствовала, что начинает злиться и вновь дернула Винтерса за рукав. - Пошли!
- Ты должна выслушать меня. - Винтерс набычился, и молодая женщина поняла, что на этот раз ей не удастся его разубедить. - Мэю, Герцогу и Вонну сейчас не до них. Но ведь именно из-за фиалов мы попали на «Ангельскую Удачу», а потом сюда. И мы не можем забывать…
- Ладно. - Она тяжело вздохнула. - Давай сделаем, как ты хочешь, хотя я не представляю, как охранять их, если мы не знаем, где они находятся.
Она последовала за Винтерсом, повернувшим назад, к лифтовому холлу, и за их спинами раздались протестующие крики охранника, требовавшего, чтобы они немедленно шли к спасательным модулям. Винтерс ускорил шаги, так что Роз едва поспевала за ним.
- Фиалы спрятаны на «Ангельской Удаче», - сказал Винтерс, подходя к лифту. - Нам не нужно их искать. Нам надо только проследить за тем, чтобы их не взял кто-нибудь другой.
Он нажал кнопку вызова лифта, и Роз вынуждена была признать, что какой-то смысл в словах простодушного гиганта имелся. Во всяком случае, в «Ангельской Удаче» они смогут переждать охватившую лайнер суету ничуть не хуже, чем в спасательном модуле.
Двери открылись, и Роз пронзительно вскрикнула.
Из лифта вывалился нетвердо державшийся на ногах мужчина в удивительном наряде, состоящем из форменных брюк охранника и кое-как стянутого пояском медицинского халата, сшитого на человека значительно меньших размеров. Одежда мужчины была изорвана и окровавлена, правая рука висела на перевязи.
Винтерс, в отличие от Роз, не испугался. Рот его расплылся до ушей, и он громким, радостным голосом пробубнил:
- Вот так встреча! Вонн, ты замечательно выглядишь! Словно сбежал из какого-то сериала!
- Рад вас видеть, ребята, - пробормотал Вонн, прислоняясь к стене, чтобы собраться с силами. - Сбежать-то я сбежал, но…
Придя в себя, Роз шагнула к нему и растерянно спросила:
- Вонн? Что с тобой стряслось? Что за странный наряд и откуда на тебе кровь?
- У меня нет времени на объяснения, - прохрипел Вонн, переводя взгляд с молодой женщины на Винтерса. - Мне нужна твоя помощь, брат. У меня проблемы, и одному мне с ними не справиться.
- Лекарство?! - торжествующе вопросил Винтерс.
- Господи, Вонн! Тебе срочно надо показаться врачу! На тебе же просто лица нет! - Роз осторожно тронула наемника за плечо, словно боясь, что тот вот-вот потеряет сознание.
- Я уже был в лазарете. - Он оттолкнулся от стены и встал прямо. - Я вколол в себя столько ампул, что теперь неделю буду ходить на автопилоте. А для завершения одного дельца мне понадобится всего лишь час. И ваша помощь.
- Конечно, ты получишь ее! - заверил товарища Винтерс, все еще широко улыбаясь.
- Мне нужно, чтобы ты сделала кое-что, - обратился Вонн к Роз. - Я хочу, чтобы ты пробралась в «Ангельскую Удачу». Затаилась там и, если туда явится кто-нибудь за фиалами сущности, убила его.
- Черт возьми! Ты говоришь слово в слово, как Винтерс! - удивленно воскликнула Роз. - Почему это вам вдруг пришло в голову, будто кто-то попытается завладеть фиалами именно сейчас?
- Крупную рыбу лучше всего ловить в мутной воде, - многозначительно промолвил Вонн. - Прошу тебя, возьми это на себя, а мы с Винтерсом отправимся на охоту.
- На какую еще охоту? Ты еле на ногах стоишь!… - запротестовала Роз.
- Сделай, как я тебя прошу, а об остальном предоставь позаботиться нам, - устало прервал ее возражения Вонн.
- Н-ну, хорошо…
- Спасибо. - Вонн шагнул в кабину лифта и поманил Винтерса за собой. - Пошли, парень, время не ждет.
Двери лифта закрылись, и Винтерс спросил:
- Почему ты доверил Роз охранять лекарство? Не лучше ли было бы нам самим…
- Нам придется поработать здесь, - ответил Вонн. - На этом корабле есть несколько человек, которые собираются учинить большую бузу. По их вине может пролиться немало крови и возобновиться война с арколианцами. Мы должны остановить их.
Винтерс кивнул.
- Как ты намерен это сделать?
- С помощью вот этой пукалки, - Вонн невесело рассмеялся и показал пистолет, отнятый Герцогом у надзирательницы. - К ней есть десять патронов. Плохие парни вооружены пистолетами Ксегга, и на них бронежилеты, которые из этой пукалки не пробить. Придется вышибать им мозги, иначе их не остановишь.
- Это будет опасно, - заметил Винтерс.
- Андерс говорил то же самое, но я послал его к черту.
- Андерс?
- Ну да, я говорил по этому поводу с Андерсом, а в чем дело? - не понял Вонн.
- Хм… - смутившись, Винтерс отвел глаза.
- Ты хочешь сказать, что он мертв? - уточнил Вонн. - Я пошутил, не бери в голову.
- Слушай, с тобой и правда все в порядке?
- Говорю тебе, забудь. Не беспокойся об мне, парень. Я всегда шучу не слишком удачно, когда предстоит горячее дельце.
Лифт, наконец, остановился, но Вонн не позволил дверям открыться.
- Перед тем, как мы начнем, мне хочется сказать тебе, что ты хороший парень и настоящий друг. Работать с тобой было настоящим удовольствием, и если тебе когда-нибудь понадобится партнер, я в твоем распоряжении. - Вонн обхватил Винтерса здоровой рукой и тут же отстранился, словно устыдившись собственной сентиментальности. - Думаю, ты меня понял.
- Спасибо, - улыбнулся Винтерс. - Не пой отходную, мистер Вонн. Как-нибудь выкрутимся.
Двери лифта открылись, и приятели вышли в холл. Вонн поднял зажатый в левой руке пистолет, делая вид, что прицеливается, и тут же опустил его.
- Проклятье, - проворчал он. - Стрелок из меня нынче никакой. А как у тебя с оружием?
- У меня его нет, - ответил Винтерс.
- Тогда возьми мой пистолет. - Вонн передал свое оружие великану. - Меня так трясет, что я не могу даже нажать на курок. Но помни, у этих парней бронежилеты. Стрелять надо в голову.
- Понятно.
- Есть еще одно обстоятельство, о котором я должен тебя предупредить, Винтерс. Быть может, узнав о нем, ты не захочешь мне помогать. И все же…
Винтерс проворчал что-то невразумительное.
- Мы собираемся помогать арколианцам. Именно им плохие парни хотят подгадить больше всего.
Великан снова заворчал.
- Тебя это не смущает?
- Я подумаю об этом, - пообещал Винтерс, - когда мы покончим с плохими парнями. - Он остановился на перекрестке и глубоко втянул носом воздух.
- Что ты учуял?… - начал Вонн, но Винтерс жестом призвал его к молчанию.
- Кто-то есть поблизости. Опасность. Чувствуешь?
Вонн покачал головой.
- Кровь и оружие, - уточнил Винтерс. - Неужели твой нос не подсказывает тебе это?
Вонн зажмурился и глубоко вдохнул. Да, пожалуй, в воздухе и впрямь пахло потом, кровью и порохом. Он открыл глаза и посмотрел на Винтерса.
- Ты уверен?…
- Да. Я пойду первым. - Взяв пистолет наизготовку, великан свернул в коридор, из которого пахло опасностью, и тотчас позвал: - Иди-ка, взгляни.
Охранник лежал мертвый в луже собственной крови. Вонн присел на корточки и осмотрел его. На бронежилете отчетливо было видно три дыры, в каждую из которых мог пролезть палец. Пистолет Ксегга был ненадежным оружием, но пули его обладали сокрушительной силой.
Вонн с трудом извлек из рук охранника бластер и проверил его заряд. Убитый не успел им воспользоваться, батареи были заряжены до предела. Засунув ствол бластера под перевязь, удерживавшую на весу его правую руку, Вонн попробовал, получится ли у него нажать на спусковой крючок пальцами левой, и мрачно усмехнулся. Выглядело это смешно, спору нет, но оружие придало ему сил и уверенности в себе.
- Винтерс, - прошептал он. - Хочешь надеть этот бронежилет?
Винтерс не ответил, прислушиваясь, он склонил голову и указал Вонну в сторону холла, из которого они только что пришли. Вонн оглянулся и увидел одного из Бэчмановских парней. Похоже, тот не ожидал их здесь увидеть и замешкался, выхватывая пистолет. Вонн поднял бластер, но приноровиться к стрельбе из такого положения было не так-то просто.
- Нагнись! - крикнул он Винтерсу, судорожно пытаясь справиться с бластером, упорно не желавшим повернуться в нужную сторону.
Винтерс бросился на пол в тот самый момент, когда прозвучали первые выстрелы. Пули со звоном срикошетили от стальной переборки, а вслед за тем прозвучал сухой треск пистолета Винтерса. Голова заговорщика раскололась, как спелый арбуз, и Вонн поморщился.
- Помнится, ты говорил, что не слишком ловко обращаешься с пистолетом, - проворчал он, направляясь к подстреленному заговорщику.
Вместо ответа Винтерс пожал плечами.
- Так ты точно не возьмешь бронежилет?
- Нет смысла, если их пули пробивают его, как рубашку.
- Верно, но с ним ты чувствовал бы себя увереннее.
Винтерс промолчал и, опустившись на колени перед трупом заговорщика, поднял пистолет Ксегга.
- Можно я возьму его?
Ощутив пульсацию боли в правой руке, Вонн отрицательно покачал головой.
- Нет, брат, ежели не хочешь остаться без пальцев, не бери.
Винтерс вынул из пистолета Ксегга затвор и сунул в карман, а бесполезное теперь оружие бросил на пол.
- Хорошо, пальцы мне еще пригодятся.
- Человека, которого нам нужно убить, зовут Бэчман, - сообщил Вонн. - Он хочет похитить арколианскую делегацию, и ему все равно, сколько людей при этом пострадает. Мы должны найти способ остановить его.
- А что ты скажешь по поводу фиалов?
- Надеюсь, мы доведем это дело до конца.
Винтерс перевернул труп и снял с его пояса маленькую черную коробочку.
- Как ты думаешь, можем мы воспользоваться их телефоном? - с гордостью спросил он, протягивая передатчик Вонну. Улыбаясь, тот включил его и прислушался к беседе заговорщиков.
- Замечательно. Теперь мы будем знать, где находятся люди Бэчмана, и не напоремся на них…
- Ты думаешь это вся польза, которую мы сможем из него извлечь? - Винтерс нахмурился и взял телефон у Вонна. - Мы используем его таким образом. - Быстро осмотрев холл, он нажал на кнопку вызова. - Мне нужна помощь! Срочно пришлите подкрепление, я нахожусь в лифтовом холле на уровне посольского отсека! - закричал он в микрофон. - Охранники наседают, как бешеные!
Он отключил связь и подмигнул Вонну:
- Сейчас мы им устроим достойную встречу!
Используя ключ-карту убитого охранника, они втиснулись в один из стенных шкафов, предназначенных для ремонта аппаратуры, и замерли, ожидая, когда заговорщики появятся в холле.
- Слышишь? - Вонн многозначительно поднял палец. - Явились! Когда я скажу - откроешь дверь.
- Давай сделаем наоборот. Дай мне бластер, две руки - это все же не одна левая. Поколебавшись, Вонн согласился.
- Ладно, верни мне мой пугач.
Они обменялись оружием. Долетавшие из-за двери голоса сделались громче, и Винтерс стал медленно считать. На счет «три» он сделал знак Вонну, и тот распахнул дверь.
Выскочив из шкафа, Винтерс включил бластер, и раскаленный луч чиркнул по фигурам заговорщиков. Покрытие стен вспучилось и почернело. Винтерс снял палец со спускового крючка и окинул взглядом четыре трупа, лежащих посреди холла в изломанных, противоестественных позах.
- Это действительно страшная штука, - пробормотал он, часто мигая.
- Хотел бы я пожать руку тому, кто научил тебя так стрелять! - похвалил товарища Вонн.
- Это была женщина.
- Бластер хорош всем, вот только боеприпасами после него не разживешься, - проворчал Вонн, обыскивая обгорелые трупы заговорщиков. - А теперь самое время двинуться к дипломатическому отсеку. Он расположен в двадцати пяти-тридцати метрах отсюда, первый коридор направо. И у дверей его стоят охранники. Их охранники.
- Сколько?
- Первоначально Бэчман хотел поставить троих. Но мог увеличить число их до четырех или пяти.
Винтерс вздохнул.
- Одному из нас придется отвлечь их внимание, тогда другой…
- Нет, это не годится, - возразил Вонн, - Слишком большой риск. Ребята у Бэчмана шустрые, и единственный наш шанс - застать их врасплох.
- Ладно, поглядим, что можно сделать, - буркнул Винтерс, закончив подзарядку бластера.
Они двинулись к дипломатическому отсеку, причем Вонн некоторое время прижимал телефон к уху, надеясь услышать переговоры заговорщиков. Из динамика, однако, не доносилось ни звука и, сунув телефон в карман, наемник разочарованно проворчал:
- Чудны дела твои, Господи! Почему они не пытаются связаться с нами или с посланным сюда подкреплением? Другая группа должна докладывать Бэчману о результатах похода к двигательному отсеку, если, конечно, он не изменил свои планы в последний момент. Остается предположить, что его парни прорвались к арколианцам, но и тогда…
Бормотание его прервали отдаленные стук и скрежет. Товарищи остановились, чтобы разобраться в происходящем, и Вонн первым сообразил, что означали эти звуки. Кто-то безуспешно пытался вскрыть запертую дверь, ругаясь на чем свет стоит и проклиная Бэчмана.
Сердце Вонна подпрыгнуло - стало быть, догадки его были верны, и Бэчман действительно подставил своих подельщиков! Он стиснул зубы, стараясь унять охватившее его волнение, но не выдержал и взволнованно прошептал:
- Вот ведь сукин сын! Всех вокруг пальца обвел, чертов выродок!
- Я не понимаю…
Вонн приложил палец к губам, но, видя недоумение Винтерса, решился все же кратко обрисовать ситуацию:
- Молчание телефона и эта ругань означают, что Бэчману удалось проникнуть в дипломатический отсек. Он заперся там, не желая делиться добычей с заговорщиками, а они ломятся внутрь, видя в этом единственный шанс спасти свои шкуры. Послушай только, как они его поносят!
Винтерс прислушался к потоку несшихся из холла ругательств и ухмыльнулся.
- Ну и что мы теперь будем делать?
Вонн протянул Винтерсу свой пистолет:
- Я называл их братьями и должен дать им шанс выпутаться из этой истории.
- Ты здорово рискуешь, - Винтерс положил руку на плечо Вонна.
- Послушай-ка, здоровяк, если со мной что-нибудь случится…
- Нет, не говори так!…
Вонн хлопнул Винтерса здоровой рукой по плечу:
- Закончи это дельце сам. Так же, как с теми, другими, в холле. Потом найди Мэя. Он позаботится о тебе лучше, чем я. Может быть, даже лучше, чем Медведь.
Винтерс кивнул и глаза его наполнились слезами.
Набрав побольше воздуха в легкие, Вонн двинулся к холлу, расположенному перед дверями в дипломатический отсек. Окинул беглым взглядом тела охранников с «Хергест Риджа» и двух парней из команды Бэчмана. Еще двое, уцелевшие после налета, пытались открыть дверь в отсек и так увлеклись, что не заметили его появления. Один пытался открыть дверь магнитной отмычкой, второй просто колотил ее кулаком и изощрялся в сквернословии. Ни у одного из них не было в руках оружия, а именно этого Вонн опасался больше всего.
Из-за ранения и лошадиной дозы лекарств Вонна вновь начал бить озноб, но, сделав чудовищное усилие, он заставил руки и ноги не трястись. Выйдя на середину холла, он мысленно пожелал себе удачи и насмешливо обратился к незадачливым наемникам:
- Как дела, парни? Похоже, у вас серьезные проблемы?
Оба заговорщика разом обернулись и уставились на Вонна выпученными от изумления глазами.
- Ты?!
- Я безоружен, - быстро сказал Вонн. - И пришел заключить сделку.
- Бэчман желает видеть тебя мертвым.
- Бэчман желал бы и вас видеть мертвыми. Вам это не приходило в голову? Странно, что вы еще этого не поняли. Почему бы иначе ему не пустить вас в дипломатический отсек - единственное место, где вы могли бы спастись после всего, что тут натворили?
Наемник, специализировавшийся на ругани, шагнул к Вонну:
- Ты грязная…
- Прекрати молоть языком и напряги извилины! - рявкнул на него Вонн. - У нас нет времени на препирательства и пустую болтовню!
- Он говорит дело, - промолвил наемник, орудовавший магнитной отмычкой и соображавший не в пример лучше своего приятеля.
- Помните Хеггиса? - продолжал Вонн. - И Стьюбинг? Они были прекрасной парой, а сейчас оба мертвы.
- Такова наша работа…
- Работа? Ты, верно, шутишь? Это Бэчман отравил их, когда они угодили в тюрягу. Он вовсе не собирался брать нас с собой и делить выигрыш на всех. Я сказал это ему в лицо, и потому-то он и хотел моей смерти!
Наемники обменялись растерянными взглядами.
- Не понимаю, почему это вас удивляет? Он решил обойтись с вами точно так же, как и со мной, оставив вас тут разбираться с парнями из службы безопасности. Взгляните же, наконец, правде в глаза! Он получил от вас то, что хотел, и теперь вы ему не нужны.
- Почему мы должны слушать тебя?
- Потому что я здесь, с вами. А не с ним и не с охранниками, которые очень скоро сюда заявятся. Я делаю вам лучшее предложение из всех, которые только можно сделать в подобной ситуации. Разумеется, если вы все еще верите этому подонку, можете попытаться меня убить. Но это не избавит вас от грядущих неприятностей.
Они снова переглянулись.
- Охранники, которые будут здесь с минуты на минуту, возможно, и не станут вас убивать. Кинут сюда пару газовых гранат и возьмут вас тепленькими, чтобы было на кого свалить вину за все происшедшее. Это роскошный корабль, и поэтому вы будете выглядеть на показательном суде, как Роскошные Пираты. Это будет громкое дело. Вас обвинят в совершении террористического акта и массовых убийствах. В незаконном хранении и использовании незаконно сделанного оружия. В попытке похищения и шантажа, подстрекательстве к галактической войне и, следовательно, в государственной измене…
- Хватит! - крикнул тот, кто специализировался на ругани. - Что ты предлагаешь?
- Свободу. Мы братья, и потому я предлагаю вам лучший из вариантов.
- А взамен?…
- Я пришел не торговаться, а помочь. Вам нечего мне предложить, - сухо сказал Вонн. - Бросьте оружие и поспешите в спасательный модуль, к которому вы приписаны. В случае необходимости наврите что-нибудь. Этому-то, я надеюсь, вас учить не надо?
- Хм-м… А что будешь делать ты?
- Пристрелю Бэчмана. Я был первым из преданных им и, следовательно, имею право первым проделать в нем подходящее количество дыр.
- Так тому и быть, - проворчал умелец работать отмычкой и, бросив пистолет Ксегга на пол, двинулся к Вонну. Он прошел уже метра три, прежде чем его примеру последовал второй наемник.
- Я рад, что вы приняли верное решение, - улыбнулся им на прощанье Вонн. - Живите долго, пейте в меру.
- Спасибо, брат, - недружно ответствовали наемники.
Вонн крикнул Винтерсу, чтобы тот пропустил двух человек и, когда те скрылись в глубине коридора, направился к двери в дипломатический отсек, чтобы узнать, каких успехов достигли заговорщики. Минуты через две к нему присоединился Винтерс.
- Они ушли. Я проводил их до лифтового холла.
- Спасибо, здоровяк. Бэчман заблокировал дверь изнутри, и никакими отмычками ее не откроешь, нечего и париться, - проворчал Вонн. - Непонятно другое: почему он до сих пор не отстрелил этот отсек от лайнера? Ведь ради этого-то все и затевалось…
Он поднял с пола два пистолета Ксегга и вручил их Винтерсу, попросив отдать его оружие.
- Пукалку или бластер? - поинтересовался озадаченный поведением товарища Винтерс.
- Пукалку, - ответил Вонн. - Я вовсе не желаю разносить дипломатический отсек вдребезги.
- Вонн, я чего-то не въезжаю. Объясни мне…
- Потерпи минутку, и ты все поймешь, - пообещал Вонн. Достал из кармана телефон, нажал кнопку вызова и произнес: - Бэчман? Это говорит Морис Вонн. Надеюсь, ты меня еще помнишь? Я - та самая колючка, которую тебе никак не удается вытащить из своего зада. Мы довольно уже поиграли и поломали игрушек. Пора перейти к делу.
Он подождал ответа, но его не последовало.
- Бэчман, я одолжил телефон у одного из твоих ребят и хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз, - продолжал Вонн. - Я стою у двери дипломатического отсека. Если ты не отзовешься, мне придется попортить имущество флота ОИЗ. И, поверь, тебя это огорчит значительно больше, нежели капитана лайнера.
Вонн поднял пистолет и выстрелил. Черное, паукообразное пятно появилось на облицованной белым пластиком поверхности двери. Полюбовавшись на дело своих рук, он засунул оружие под халат и снова поднес телефон ко рту.
- Это было предупреждение. Следующие выстрелы по двери будут сделаны из пистолета Ксегга. После того, как я проделаю в ней несколько дырок, этот отсек потеряет герметичность, и убежать из него тебе удастся разве что в могилу. - Вонн сделал паузу и закончил: - Мне надоело ждать, и через минуту-другую я начну превращать эту дверь в сито.
- Чего тебе от меня надо? - спросил спустя несколько мгновений Бэчман.
Вонн улыбнулся.
- Чего тебе нужно от меня? - повторил Бэчман.
- Прежде всего, мне не нравится говорить по телефону. Я хочу войти в отсек, а уж там мы обсудим все остальное.
Первая дверь открылась.
- Обе двери сразу, - потребовал Вонн.
Вслед за наружной открылась внутренняя дверь, и из глубины отсека донесся голос Бэчмана:
- Входите.
- Ты не совсем верно меня понял. Мой товарищ останется снаружи, чтобы быть уверенным, что переговоры пройдут успешно. - Вонн передал телефон Винтерсу.
- Один ты будешь или с приятелем, мне все равно. Но поторопись.
- Если я не позову тебя через десять минут, - прошептал Вонн, - изрешети обе двери так быстро, как сумеешь. И, если тебе удастся пробраться в отсек…
- Убей Бэчмана, - закончил за товарища Винтерс.
Кивнув, Вонн направился к дверям отсека. Миновал шлюз и оказался в гостиной. Это было центральное помещение отсека, и он сразу заметил, что большая часть мебели сдвинута к стенам, поскольку арколианские Е-формы не пользовались стульями или кушетками. Двери в каюты арколианцев были закрыты, и единственным живым существом в гостиной был Бэчман. Он стоял перед встроенной в стену панелью управления, и маска с фильтром, который должен был уберечь его от воздействия арколианских феромонов, свободно болталась у него на груди.
- Возникли непредвиденные трудности? - поинтересовался Вонн.
- Какой-то кретин вытащил из панели блок дешифратора, без которого я не могу включить систему автономного функционирования отсека, - сухо сообщил Бэчман. - У меня нет доступа к стыковочным узлам. Мы оказались в ловушке, и если ты намеревался удрать отсюда вместе со мной, то жестоко просчитался.
Вонн окинул гостиную взглядом и едва удержался от восклицания. Столь необходимый Бэчману дешифратор лежал на низком столике, придвинутом к составленным у стены кушеткам. Не заметить его было невозможно, и все же… Он быстро отвел глаза от дешифратора, чтобы не привлечь к нему внимания Бэчмана.
- Ты рассчитывал обхитрить всех? Голову под пули не подставлять, а денежки за похищение арколианцев получить? Идея недурна, я недооценил тебя, но судьба переиграла нас обоих, - продолжал Бэчман, лишенным выражения голосом.
- Нет, почему же? По-моему, дела идут не так уж плохо, - проговорил Вонн, все еще недоумевая, кто вынул дешифратор из панели управления и как Бэчман не заметил его.
- Ты сошел с ума! В любой момент сюда нагрянут охранники и убьют нас обоих.
- О нет, только не меня! - возразил Вонн.
- Это почему же?
- Потому, что на борту лайнера есть, по крайней мере, три человека, которые подтвердят чистоту моих намерений. Двое из них - мои братья и должники. Они очень пригодились бы тебе в этой ситуации, если бы ты их не предал.
- О чем ты говоришь?
- Ты понял бы меня лучше, если бы чаще имел дело с наемниками. У них есть одно неписаное, но свято чтимое правило. Вне зависимости от того, на чьей ты стороне, за кого или против кого дерешься, ты должен заботиться о своих людях. Если ты обращаешься с ними, как должно, и выполняешь свои обязательства, они будут стоять за тебя горой и, коли придется, не дрогнув, пойдут на смерть. Вместо этого ты, - Вонн обличающем жестом ткнул в сторону Бэчмана пальцем, - решил всех нас предать. Ты вел себя словно чокнутый злодей из боевика, а все они, как известно, кончают плохо. И, знаешь, кто те двое, которые будут свидетельствовать в мою пользу? Это твои люди, те, кого ты оставил за дверью.
- Наивные дурни!
- Я бы так не сказал, но не в этом суть. Дурни или нет, они будут жить, а тебе лучше повеситься до прихода охранников. Кстати, я могу помочь тебе в этом. Если только ты не…
- Если что? - заинтересованно склонил голову на бок Бэчман.
- Если ты не собираешься покаяться в содеянном. Рассказать о своих работодателях и хотя бы материально компенсировать тот вред, который нанес своим прежним товарищам и семьям погибших по твоей вине.
- И что тогда? - на губах Бэчмана блуждала снисходительная улыбка.
- Тогда тебя, может быть, не прикончат, как ядовитую гадину, хотя ты этого заслуживаешь, а приговорят к пожизненному заключению, - обнадежил его Вонн.
- Над этим стоит подумать. - Бэчман обернулся к панели управления и повернул какой-то рычажок.
За спиной Вонна послышались шипение и свист, означавшие, что двери в дипломатический отсек закрылись. Вонн попытался выхватить из-под халата пистолет, но был остановлен Бэчманом.
- Не делай этого, - произнес тот наводя на Вонна пистолет Ксегга. - Ты разочаровал меня. Таких благоглупостей я от тебя услышать никак не ожидал. Взгляни-ка лучше на тот столик. Видишь дешифратор?
«Что за дьявольская игра? - пронеслось в голове Воина. - Если он знал о дешифраторе, то почему не поставил его на место и не катапультировался вместе с арколианцами? Ни-че-го не понимаю! До чего же неудобен этот халат, и как погано, когда работает только левая рука. Ай-ай-ай!»
- Ты зря запер двери. Пройдет всего несколько минут и мой нетерпеливый друг начнет превращать их в решето, - хладнокровно промолвил Вонн. - И не пугай ты меня, ради Бога, этим самопалом!
Бэчман нервно сглотнул слюну, а Вонн, как ни в чем ни бывало, продолжал:
- Ты плохо информирован о том, как ведут дела наемники, и еще меньше знаешь об оружии, которое держишь в руке. Ни один профессионал, будучи в здравом уме, не станет пользоваться Ксегговыми самопалами. Слов нет, патроны к нему обладают изрядной силой, но оно страшно ненадежно. Им пользуются только отбросы общества, которым уже нечего терять, самоубийцы или начинающие террористы. К какой группе причисляешь себя ты?
- Твоя предсмертная речь слишком затянулась!
- У тебя не будет шансов произнести свою, если ты нажмешь на спуск. То, что произошло со мной, - Вонн приподнял висящую на перевязи руку, - не было случайностью. И мне еще повезло, могло бы оторвать и голову. Эти самопалы разрывает в четырех случаях из десяти, и тебе следовало бы навести справки, прежде чем использовать их в деле…
- Заткнись! - гаркнул Бэчман.
- Исключая меня, никто из твоих людей пока что не пострадал, - продолжал Вонн. - А это значит, вероятность взрыва весьма и весьма высока. Не сорок, а, я бы сказал, все восемьдесят с лишним процентов.
- Черт бы тебя побрал…
- Ну, хорошо, давай проведем эксперимент, - предложил Вонн, отводя правую руку, чтобы открыть грудь. - Стреляй, и мы поглядим, что из этого получится. Немалый опыт подсказывает мне, что, в лучшем случае тебе оторвет руку, а в худшем… Не хочу каркать, но, сдается мне, ты будешь умирать долго и мучительно…
Ствол Ксеггова пистолета задрожал.
- Чего ты ждешь? Размышляешь, какая смерть предпочтительнее?
- Чтоб ты сдох! - крикнул Бэчман, отбрасывая пистолет. - Чтоб вы все сдохли, поганые уроды!
Вонн сунул левую руку под халат и вытащил пистолет.
- Ублюдок! - прохрипел Бэчман, отыскивая глазами брошенное им оружие, наполовину утонувшее в длинном ворсе ковра. - Мне давно уже следовало приказать Брутусу убить тебя.
- Да, - согласился Вонн. - Это было бы верным решением.
Левая рука у него дрожала, и ему пришлось выстрелить четыре раза, чтобы не заставлять Бэчмана мучиться.


10

- Через три минуты истечет отпущенное нам Свейном время, - сказал Тесла. - Состояние готовности спасательных модулей восемьдесят девять процентов.
- Распределитель плазмы уничтожен, двигатели правого борта вышли из строя, - доложила Джунелл. - Если мы попытаемся уйти в субпространство, корабль развалится на части.
- Перестрелка около дипломатического отсека закончилась. Туда отправлена часть снятых с «Ангельской Удачи» охранников. - Мэй взглянул на приборную панель. - Орудия готовы к бою, подзарядка их по мере надобности будет осуществляться из резервов накопителей.
- Ситуация ясна, - ответила О'Хирн. - Мы не можем убежать и не можем обойти эскадру. Что же нам остается?
- Не сдаваться, - бодро сказал Ревел Тесла.
- Разумеется. Мы не отдадим арколианцев в руки заговорщиков.
- Придется драться. Рано или поздно о происходящем будет доложено властям Консула и, если нам повезет, помощь подоспеет вовремя, - заключил Мэй.
- Таким образом мы подвергнем опасности жизни пассажиров, находящихся в спасательных модулях, - заметила О'Хирн. - С другой стороны, мне не хотелось бы сбрасывать их, когда…
Сигнал экстренной связи не дал ей договорить, поскольку, едва он отзвенел, в динамике послышался хриплый мужской голос:
- Это ходовая рубка? Привет, мне нужен капитан лайнера.
- Кто на связи? - строго спросила Джунелл. - Представьтесь и сообщите, что вам нужно.
- Поговорить с капитаном по поводу арколианцев.
- Говорите, капитан О'Хирн слушает!
- Меня зовут Морис Вонн, и я нахожусь в дипломатическом отсеке…
- Господи, неужели он посмел?!. - простонал Мэй, хватаясь за голову.
- Вы может отозвать своих охранников, - продолжал Вонн. - В присутствии их нет особой нужды. Мы с Винтерсом навели здесь порядок и перебили тех, кто хотел похитить арколианцев.
- Похитить? - изумленно повторила О'Хирн. - Что вы хотите этим сказать?
- Это длинная история, но арколианцев мы спасли. Скажите им, как обстоят дела, Мистербоб.
- Действительно, - донесся из динамика голос арколианца. - Морисвонн издает запах правды. Маргаретхирн, вы должны делать, как он говорит, чтобы помочь спасению товарищей по разуму на этом корабле.
- Как я могу быть уверена, что посол говорит это не по принуждению? - недоверчиво спросила О'Хирн.
- У вас есть основания верить, - ответил арколианец. - Вам с Джеймсмэем знакомы некоторые мои способности.
- Верно, способности у него имеются, - подтвердил Мэй, краснея.
- Хорошо, если с этим покончено, перейдем к следующей проблеме, - нетерпеливо сказал Вонн. - Дешифратор дипломатического отсека неисправен. Я вставил его в панель управления, и система полностью вышла из-под контроля. В случае необходимости мы не сумеем перевести отсек в режим автономного жизнеобеспечения, не говоря уже о том, чтобы катапультироваться.
- Дешифратор и правда сломан, - подтвердил Тесла. - Это случилось, когда во время учебной тревоги дверь отсека была заблокирована и, чтобы открыть ее, пришлось вызывать группу ремонтных рабочих. Я распорядился заменить вышедший из строя дешифратор, но, по-видимому, это не было сделано своевременно…
- Интересно, - задумчиво протянула О'Хирн. - Ну что же, это меняет дело.
- Что вы задумали, капитан? - осторожно спросил Мэй.
- Тесла, распорядитесь, чтобы спасательные модули были готовы к катапультированию.
- Мэм? - вопросительно произнесла Джунелл.
- Пора воспользоваться одним из планов капитана Мэя. Внеся в него, естественно, необходимые поправки. Произошедший на лайнере взрыв наверняка не ускользнул от внимания Свейна. Его наблюдатели видели, что у нас появилась реальная причина для катапультирования спасательных модулей. И теперь, ежели среди боевиков нет умалишенных, они не посмеют по ним стрелять. Больше того, корабли их устремятся к спасательным модулям в надежде найти там арколианцев, в то время как мы, использовав уцелевшие двигатели и резервы накопителей, постараемся доставить их на Консул Пять.
- И все же боевики наверняка обстреляют лайнер… - встревоженно сказал Тесла.
- Пусть себе обстреливают. Ремонтной базы нам теперь все равно не миновать.
- А танкер? - спросила Джунелл.
- Если танкер не присоединится к кораблям, которые будут вылавливать спасательные модули, и погонится за нами, мы его обстреляем, - без колебаний сказала О'Хирн. - Но, я надеюсь, до этого дело не дойдет. Миссис Джунелл, задействуйте оставшиеся в рабочем состоянии двигателей на полную мощность.
- Спасательные модули готовы к катапультированию, - доложил Тесла.
- Начать катапультирование. Джунелл, корректируйте курс.
- Есть, мэм.
- Капитан Мэй, насколько вы доверяете Вонну? Можем ли мы оставить арколианцев под его защитой до прибытия на Консул Пять?
Мэй незаметно щелкнул клавишей экстренной связи, надеясь, что слова его будут услышаны в дипломатическом отсеке, и произнес:
- Вас интересует, можно ли полагаться на мистера Вонна? Думаю, что да. Он хорошо себя зарекомендовал во время полета на «Ангельской Удаче» и, попав на «Хергест Ридж», сделал все возможное для раскрытия антиарколианского заговора.
- И все же вы не ответили на мой вопрос, - настаивала О'Хирн.
- Я готов поручиться за него собственной головой, - торжественно сказал Мэй. - Он честный человек. Кроме того, ему известно, что за проваленное дело награды давать не принято. И, если он напортачит, я собственноручно вытащу ему позвоночник через горло…
- Это уже лучше, - пробормотала О'Хирн. - Свяжитесь с ним и скажите, что он отвечает за жизнь и здоровье арколианцев. Пусть носа не высовывает из дипломатического отсека и не пользуется дешифратором. А что касается посланных туда охранников… Дай Бог, чтобы они оказались лишними.
- Не отзывать? - уточнил Мэй.
- Нет. Пусть находятся поблизости. Подстрахуют вашего Вонна в случае чего. Довольно уже с нас сюрпризов. И еще, капитан, - сменила тему О'Хирн. - Если начнется сражение, не стреляйте на дальней дистанции. Подпустите боевиков поближе и бейте наверняка - энергии у нас в обрез. Покажите этим ублюдкам, что мы их не боимся и сумеем за себя постоять.


11

Вонн вздрогнул и выключил экстренную связь с ходовой рубкой.
- Все хорошо, - хрипло сказал он. - Вы слышали капитана…- Он нерешительно взглянул на неуклюжую фигуру стоящего перед ним арколианца. - Я полагаю, пора пристегнуть вас к креслу.
- Нннннннн… - прогудел Мистербоб. - Пристегнуть к креслу? Я не ощущаю эту идею.
- Ну, давайте тогда назовем это как-нибудь иначе, - вздохнул Вонн, чувствуя, что покрывается гусиной кожей. В горле у него першило, словно там застрял комочек пищи. - Я говорю о том, что вам надо обеспечить безопасность. Лайнеру, вероятно, придется маневрировать, и если мы не хотим, чтобы нас швыряло по комнате, как… прыгуна на батуте…
Он замолчал, подумав, что арколианец, конечно же, не имеет ни малейшего понятия ни о гимнастах, ни о батуте, и снова вздохнул. С трудом поборол тошноту, подступавшую к горлу всякий раз, когда взгляд его падал на закованное в красный хитиновый панцирь существо, и, сделав судорожное глотательное движение, промямлил:
- Скверно. Чувствую себя, как последний пьянчуга…
- Действительно, - невпопад сказал Мистербоб. - Маргаретхирн беспокоится о нашем безопасном прибытии и считает, что мы должны сначала нюхать. Мы будем уважать ее просьбы.
- Замечательно. Тогда вам надо последовать моему совету и занять ваши кресла. Или что там у вас их заменяет. - Вонн рванул душащий его воротник халата. И без того тесный, тот насквозь пропитался потом и сделался, казалось, на два размера меньше.
- Полагаю, я должен вас слушаться, - смирился с неизбежным Мистербоб. - Однако прежде мне хотелось бы уточнить, что имел в виду Джеймсмэй, говоря об операции на вашем позвоночнике, которую надлежит сделать через горловое отверстие? Мой народ использует похожую процедуру в целях исправления болезни коры головного мозга. Но ведь у вас, насколько я могу ощущать, нет этого заболевания?
- О нет, Мэй имел в виду нечто совсем иное, - сказал, подавляя улыбку, Вонн. - Но пусть уж он сам объяснит вам смысл своих намерений. Звездолет может начать маневр в любое мгновение, и всем нам следует к этому подготовиться.
- Как много смыслов содержат ваши изречения! - пропел Мистербоб. - Удивительные создания. Я заинтригован!
С этими словами он удалился в свою каюту.
- Мы придем и проверим, как вы пристегнулись, Мистербоб! - весело крикнул ему вслед Винтерс.
Вонн смахнул со лба испарину и сделал несколько глубоких вдохов. С уходом арколианца он почувствовал себя несколько лучше и, окинув гостиную дипломатического отсека оценивающим взглядом, произнес:
- Пора приниматься за дело. Давай приберемся тут, прикрепим все, что можно, к полу и стенам и принесем амортизирующие кресла.
- Давай, - согласился Винтерс и, насвистывая что-то легкомысленное, принялся запихивать тело Бэчмана в герметический мешок. Туда же он кинул его оружие и подобранные с полу гильзы. Вонн закрепил мебель, а два глубоких кресла установил перед панелью управления.
Осмотревшись по сторонам, он счел, что настала пора перевести дух, и со стоном облегчения опустился в одно из кресел. Подошедший вскоре Винтерс, широко улыбаясь, расположился в соседнем.
- Ну чего, скажи на милость, ты лыбишься? Что с тобой происходит? - обратился к нему Вонн.
- Со мной все в порядке. А что тебя смущает? - недоумевающе спросил Винтерс.
- Меня смущает многое. Но больше всего то, что я, - Вонн ткнул себя в грудь большим пальцем левой руки, - имею безупречный психический рейтинг. Если верить тестам, я остаюсь спокоен, как скала, в ситуациях, когда самые сдержанные люди выходят из себя. Мой ксенофобический показатель соответствует нулевой группе - ниже просто некуда, и это зафиксировано во всех анкетных данных.
Винтерс продолжал безмятежно улыбаться.
- И тем не менее, когда я вижу этого мистербоба, на меня накатывает такая волна страха, что мне едва удается его скрывать. Меня так и тянет бежать сломя голову куда подальше! А ты, тринадцатибальный ксенофоб, который теоретически не может находиться на одном корабле с арколианцами, расцветаешь в его присутствии, словно с родным братом встретился! Не понимаю, как это возможно?
- Он совсем не пугает меня, - сказал Винтерс, явно удивленный словами товарища. - Да и с чего бы мне его пугаться?
- Но почему? Почему мне он внушает ужас, а тебе нет?
- Может быть, потому, что Мистербоб напоминает мне блюдо из бобов, которое я ел на Фегин Два? - простодушно предположил Винтерс.
- Блюдо из бобов? - повторил Вонн с растерянным видом. Защелкнул ремень безопасности и покачал головой: - Вот уж действительно - «Каждому свое».


12

Возникший в недрах корабля звук был поначалу низким и глухим, таким, что воспринимался скорее кожей, чем слухом. Потом он стал нарастать, делаясь выше и выше, пока не превратился в пронзительный визг, а после - в писк, переходящий границу слышимости. Затем послышалась серия хлопков, и наступила абсолютная тишина.
Тот, кто хотя бы однажды слышал нечто подобное, ни с чем не спутает эту звуковую какофонию, и Розалинда Кейн прекрасно знала, что она означает.
Это катапультировались спасательные модули «Хергест Риджа».
Молодая женщина остановилась, чтобы выровнять сбившееся дыхание и справиться с охватившим ее смятением. Причина испытываемого ею волнения заключалась в том, что, будучи маленькой девочкой, она пережила величайшее в своей жизни потрясение, оставшись на космической станции одна-одинешенька, тогда как все взрослое население покинуло ее, воспользовавшись спасательными модулями. Близкие ей люди были уверены, что девочку эвакуировали в числе первых и ничуть не беспокоились о ее судьбе, в то время как она умирала от ужаса, бродя по пустынной станции в ожидании неминуемой гибели.
Отсутствие Роз было вскоре замечено, и все кончилось благополучно, если не считать того, что еще долго-долго после этого случая ее преследовали кошмары, и она начинала чувствовать себя неважно, оказавшись вдалеке от эвакуационных отсеков. С годами ей удалось преодолеть этот комплекс, убедив себя, что ничего подобного с ней никогда больше не повторится, и вот надо же…
И как только ее угораздило связаться с Вонном? Что за каприз судьбы вынудил ее ступить на борт «Ангельской Удачи», пересечь чуть не полгалактики, попасть на «Хергест Ридж» и тут влюбиться в мужчину, попавшего в лазарет как раз тогда, когда она так нуждалась в его помощи? За какие грехи ей вновь пришлось остаться одной на покинутом людьми, терпящем крушение судне?
Тут же, впрочем, она и одернула себя. Разве влюбиться в Питера Чиба было таким уж несчастьем? И «Хергест Ридж» вовсе не терпит бедствие! Пассажиры покинули лайнер, но команда-то осталась на борту! Вонн, Винтерс Мэй - тоже, так чего же она распсиховалась? Каждый из них занят своим делом, и очень хорошо, что и для нее нашлась работа. Пусть даже не тут, а на «Ангельской Удаче».
- «Ангельская Удача», - прошептала Роз. Прислушалась к звучанию слов и повторила: - Ангельская Удача… Замечательно звучит! Надеюсь, удача будет сопутствовать и мне, если я не позволю одолеть себя глупым страхам.
Она прошла несколько коридоров и добралась до лифта, который должен был доставить ее на нижнюю палубу, где подле двигательного отсека находился ремонтный док. Именно в него, по словам Мэя, была заведена «Ангельская Удача», для того чтобы хоть вчерне залатать пробоины и тем самым облегчить доставку торгового судна в настоящие ремонтные мастерские. Нужный ей лифт, как назло, не работал, и Роз пришлось воспользоваться лестницей.
Она спустилась на несколько маршей и обнаружила, что дальнейший проход перекрыт бронированной плитой. Это показалось молодой женщине странным, и она заподозрила, что лифт отключен неспроста, однако на пути ей не встретилось ни одного человека. Спросить, что все это значит, было решительно не у кого.
Для того, чтобы добраться до соседней коммуникационной шахты, Роз пришлось углубиться в паутину коридоров, выглядевших значительно более голыми и просторными, чем те, к которым она успела привыкнуть на пассажирских палубах. Металлические стены их не были облицованы пластиком, и гулкое эхо наводило на мысль о заброшенном подземелье. В душу Роз снова стали закрадываться беспокойство и липкий, противный, необъяснимый страх.
На ее счастье, искомая коммуникационная шахта не была перекрыта. При виде ее Роз ощутила облегчение и, сбегая по ступеням лестницы, начала даже напевать что-то жизнерадостное. Она была на правильном пути, и пройти оставалось совсем немного.
Спустившись в лифтовой холл, молодая женщина подошла к двери и сверилась с висящей подле нее схемой помещений, расположенных на двух последних ярусах. Ну что же, она не ошиблась: ремонтные мастерские, двигательный отсек, проход к наружному шлюзу…
Роз нетерпеливо нажала на кнопку автоматического открывания, и дверь с шипением отъехала в сторону. Вскрикнув от неожиданности, женщина прижала руку ко рту.
В десяти метрах от двери просторный зал был чудовищно изуродован: изодранные плиты пола и потолка обнажали лопнувшие и перекошенные фермы каркаса, среди которых ранеными питонами свивались изорванные трубопроводы, линии связи и энергетические кабели. Стальные переборки были смяты, словно куски фольги, и залиты водой и какой-то черной, скверно пахнущей жидкостью, разводы и брызги которой виднелись и на полу, и на потолке. Льдисто посверкивали в свете уцелевших кое-где аварийных ламп отслоившиеся листы термопластика, осколки стекла, обрывки серебристой изоляции. Из разорванных вентиляционных труб со свистом бил воздух, отчего казалось, что по запустелым развалинам гуляет стылый осенний ветер…
Ошеломленная, Роз сделала несколько боязливых шагов к центру зала. Потоки воздуха раздували ее волосы и покрывали лицо брызгами черной вонючей жидкости.
- Нет, - пробормотала она. - Нет, нет, нет…
Она попыталась набрать в грудь побольше воздуха и закашлялась - запах черной едкой жидкости, горелой пластмассы и расплавленного металла был прямо-таки непереносим. Это был запах страха и беды, отчетливо напомнивший ей обстановку на «Ангельской Удаче»,