толпу и подошла к нему.
– Констебль! – Мой голос прозвучал немного хрипло. – Вы послали за подкреплением?
Он посмотрел на меня, изучая количество звездочек на погонах.
– Да, мэм. Но не думаю, что в центре есть свободный резерв солдат.
– Я как раз направляюсь в главный штаб. Постараюсь что-нибудь предпринять.
Он кивнул и повернулся к дирам. Одна из коробок раскрылась, и маленькие, похожие на крабов животные резво пустились по дороге. Это слегка напугало толпу, послышались ругательства и недовольные крики.
Звуки вокруг существенно изменились со вчерашнего дня. Еще день назад станция гудела так, как я ранее не слышала: оживленная, мирная, вся в своих больших и маленьких заботах. Прошло семь лет с тех пор, как я прибыла на Иокасту. Мы испытали много трудностей, нападений, атак, блокаду, пожары. Не помню, было ли здесь когда-нибудь полноценное мирное сосуществование разных культур. Сегодня все вновь возвращается на круги своя. То и дело где-то срабатывала сигнализация, раздавались хлопки и постукивания приборов. Системы станции начали бороться за выживание.
Я чувствовала себя горько, слабо и испуганно. И это тоже в данный момент абсолютно нормально. То ли смеяться, то ли плакать…
Интересно, капитан эскадрильи Нового Совета Веннер знала Геноита? Почему она прибыла сюда с Эн Сератом? Вполне очевидно, что инвиди использовал их, чтобы получить «Провидца». Мердок рассказывал, что, когда искал меня, обнаружил Серата на одной из планет-колоний хдигов. Может, именно Серат в свое время проложил туннель в гиперпространстве между Центром Конфедерации и Руарлой, главной планетой цивилизации хдигов?!
Где же найти ответы на все эти вопросы? Наверняка в каких-нибудь секретных архивах инвиди, но никто из девяти нижестоящих цивилизаций не мог получить доступ в такие системы данных. Может, кто-то все-таки знает? Попытаюсь спросить хдигов: вдруг в их исторических архивах больше информации о первых контактах с инвиди, чем у нас?
В общем-то вряд ли Веннер потрудится ответить на вопросы. Почему они все еще здесь? Судя по тому, что я видела, Стоун пытался сохранять видимость спокойствия, но большинство жителей понимали, насколько ситуация опасна. Если Новый Совет надолго здесь обоснуется, то Конфлот примчится и атакует Иокасту. Станция окажется в прямом смысле между двух огней. Почему Эн Серат не возьмет свой корабль и не уберется отсюда со своими новыми друзьями? Если, конечно, это возможно… Вряд ли инвиди предоставил Веннер и ее товарищам секрет технологий использования гиперпространства, иначе Веннер не подвергла себя опасности, ожидая прибытия военных сил Конфедерации.
Я остановилась у пункта связи и попыталась найти на голографической карте станции местонахождение биосигналов инвиди или хдигов, но интерфейс сообщил, что доступ к информации для меня закрыт.
– Тогда скажи хоть, где же сейчас Эн Серат! – застонав, мысленно попросила я.

Глава 30

В главном штабе службы безопасности кольца «Альфа» за столом в приемной сидел сержант Рик Банна. Увидев меня, он сразу показал рукой на второй этаж. Человек маленького роста, с носом похожим на клюв птицы и коротко постриженными серыми волосами, Банна прибыл на Иокасту в числе состава первых исследовательских отрядов с Земли. В то время станция состояла всего из полутора колец.
Отправив меня наверх, дежурный принялся разбирать жалобу сидящих перед ним отчаянно жестикулирующих гарокианцев. Я подождала, пока они сделают паузу, и сообщила сержанту о ситуации в кольце «Гамма» и о том, что констеблю требуется подкрепление. Наверху, в зале брифингов, собралось более тридцати человек. Зеленые мундиры сотрудников службы безопасности станции и небольшая группа людей в синей форме Конфлота. Я вошла в приоткрытую дверь и незаметно встала у стены. Передо мной с ноги на ногу переминалась пара здоровяков в форме оливкового цвета.
Зазвучал голос лейтенанта Сасаки:
– …Помните, что нам надо растянуть свои ресурсы как можно дольше. Так что постарайтесь проявить чудеса экономии.
Я протиснулась между констеблями и увидела, как место Сасаки занял Мердок. Позади него на стене светилась голографическая карта станции в виде хитросплетений и тонких нитей ярких значков. Желтые обозначали дороги, зеленые – коридоры, синие – вертикальные каналы связи между ярусами, включая лифты и шахты. Красные звезды обозначали расположение постов службы безопасности. Судя по карте, военные находились в самых разных частях станции, но в центре их почти не было.
– Хорошо, я еще раз кратко опишу ситуацию, затем – вы свободны, – начал Мердок медленным спокойным тоном. – Первое – кчины.
Раздались тихие тревожные возгласы.
– Знаю, знаю, – сказал Билл. – Придется оставить их в покое, пока они не атакуют нас первыми. Если они вообще атакуют нас… Вы уже слышали доклады сержанта Квона и констебля Сина. Кчины, которые прибыли с кораблями Нового Совета, ведут себя не так, как их предшественники. Они меньше размером, по-другому реагируют на окружающие объекты и, вполне возможно, слушаются приказов начальства из Нового Совета.
Мердок остановился, кивнул кому-то в толпе, затем продолжил:
– Я опросил нескольких членов команды погибшего «Мстителя». Они подтвердили, что эти кчины ведут себя не столько как машины-убийцы, сколько как разумные существа.
– Сэр! А правда, что они могут разговаривать? – спросил один из офицеров.
Мердок покачал головой.
– С точностью утверждать нельзя. Согласно данным экипажа «Мстителя», они вполне понимают приказы. Зафиксирован лишь единичный случай, когда якобы слышали их речь, однако при всем моем почтении к констеблю Пуи достаточных доказательств нет. В любом случае не советую вам приглашать кого-нибудь из головорезов на чашку чая или поговорить «о жизни»!
В зале раздался смех. Билл умел поднять дух своих подчиненных даже в самые трудные моменты.
– Так что оставим их в покое, – повторил Мердок уже серьезным тоном. – Но мы должны быть готовы, что в любой момент на станции начнут резню. Главные объекты мы уже эвакуировали. Отряд сержанта Десая проведет работу в инженерном отсеке. На время надо ограничить перемещение жителей между секторами. Никаких проходимцев, которые «должны спасти старую реликвию покойной бабушки из другого отсека», не пропускать!
Раздался еще один взрыв хохота. Подобное уже происходило, когда некоторое время назад мы опечатали ряд отсеков.– Надо ограничить все перемещения!
– Здания будем закрывать? – раздался чей-то вопрос.
– Если они находятся в запретной зоне или зоне риска, то, безусловно, да! Активируйте на опасных территориях все системы защиты и сигнализации. Нам надо ограничить передвижение подонков из Нового Совета. Хочется надеяться, что эти уроды будут вести себя хотя бы не хуже, чем тот, которого мы видели в последний раз…
Я не могла согласиться с таким заявлением. Кчин, появившийся на Иокасте незадолго до конца блокады сэрасов, атаковал и убил троих землян в кольце «Дельта». У чудовища было подобие крыльев, которые оно использовало для плавного перемещения с верхних ярусов на нижнюю палубу. В «полете» кчин успевал разрезать на части несколько невинных жертв. По этой причине убийц иногда даже называли «мечами».
– Сэр, а они могут проходить через перегородки в секторах, расплавляя металл? – спросил молодой голос, пытаясь сдержать возбуждение.
– Мы не знаем, – ответил Мердок. – Кто-то говорил, что такое возможно только в вакууме. Например, когда они атакуют корабль извне. Не думаю, что могу в данный момент ответить на этот вопрос. Подождем и будем надеяться, что в скором времени они покинут станцию.
Так же, как и Билл, и все остальные в зале, я понимала, что простое ожидание – недостаточно для безопасности станции. Мы не могли эвакуировать всю станцию, тем более в короткий срок. Даже при наличии необходимого транспорта и убежища такая задача по меньшей мере нереальна. Иокаста слишком густо населена!
– Параллельно с этим все патрули и резервы должны контролировать территорию между кольцами. Надо позаботиться о том, чтобы все жители располагали информацией о том, где в случае экстренной ситуации находятся спасательные корабли. Население должно знать, куда бежать в случае необходимости немедленной эвакуации.
Мердок сделал паузу, обвел присутствующих взглядом и махнул рукой в сторону голограммы.
– Мы не сможем справиться с этим в одиночку. Даже не пытайтесь противостоять им. Еще раз прошу вас проинформировать всех о местонахождении спасательных шлюпок в разных секторах. Не позволяйте никому впадать в панику, толпиться в коридорах и у выходов. Думаю, мне не следует напоминать, насколько это важно.
– А как насчет атаки кчинов, сэр?
Мердок обвел собравшихся задумчивым взглядом, но меня не заметил.
– Это зависит от масштаба атаки. Если одному из них удастся пройти в секторы станции, ваша главная задача – по возможности эвакуировать всех находящихся поблизости жителей. Обычное плазменное или радиационное оружие бессильно перед ними. Его применение только усугубит ситуацию и повредит жилым секторам. Вы можете начинать огневую атаку только при необходимости защиты мирного населения.
Тишина. Отряды службы безопасности станции должны сделать все возможное для защиты Иокасты. Вероятно, многим военным придется пожертвовать жизнью, защищая мирных граждан от инопланетных убийц.
– Я и сержант Родс занимаемся разработкой новых отвлекающих маневров. Как только выработаем действенный план, я дам знать. Есть какие-нибудь вопросы?
Все молчали.
– Тогда все свободны. Возвращайтесь к своим обязанностям.
Комната быстро опустела. Я подождала, пока последние сотрудники покинут зал, затем подошла к Мердоку и Сасаки. Они смотрели на голограмму, повернувшись спиной к двери.
– Ну и какие у тебя отвлекающие маневры? – спросила я.
Билл резко повернулся.
– Ты в порядке?
Его нескрываемая радость сразу же подняла мой тонус. Я улыбнулась в ответ.
– Очень даже!
– Как хорошо, что вы вернулись! Снова к нам вернулись! – сказала Сасаки.
Мердок прищурился и внимательно посмотрел на меня.
– Что произошло? – спросил он и вытянул руку, собравшись прикоснуться к моей щеке.
Я отстранилась, стесняясь Сасаки.
– Отравление хладагентом. Элеонор говорит, что антидот – или как там это называется – начнет действовать в ближайшие часы.
Взглянув на полированную поверхность стола, я увидела, что лицо сплошь в синяках. Их как будто становилось все больше и больше. Господи, на кого я похожа!
– Черт! – выругался Мердок. – Сколько всего свалилось на твою голову!
– Сейчас не время жалеть себя! Я все же глава… – Фраза оборвалась на полуслове.
– Правильно! Ты – не глава станции, так что тебе вовсе не обязательно вмешиваться и подвергать жизнь опасности! Отдохни немного.
– Ага, и жди спокойно, когда кчины найдут тебя, да? Это ты хочешь сказать? Никто не может сейчас считать себя в безопасности, пока монстры на станции! Ты и сам ведь это понимаешь!
– Хэлли, ну какая может быть от тебя помощь, если ты…
Сасаки кашлянула и вмешалась в диалог:
– Шеф, мне передать Родсу, чтобы он начинал?
– Да, сделай это, пожалуйста, Элен! Я скоро буду!
Сасаки подняла брови и, кивнув мне, удалилась. Я и Мердок напряженно смотрели друг другу в глаза.
– Ну и какие у нас меры? – снова спросила я, пытаясь улыбнуться.
Он круто развернулся к голограмме, провел пальцем по одной из синих колонок и остановился на белом очерченном квадрате.
– Здесь!
– Хранилище кораблей на восьмом уровне?
– Да, «Сигма-41», если быть точнее.
Название поразительно знакомое, однако я никак не могла вспомнить откуда.
– А при чем здесь кчины?
– В этом секторе Вич позволил Триллиту оставить избыточные запасы топлива.
Огромные контейнеры с быстровоспламеняющимся и взрывоопасным газом находились именно там. Хранилище «Сигма» предназначалось для хранения особо опасных веществ. Очевидно, Мердок имел в виду, что в случае атаки мы можем попытаться заманить их туда и сжечь. Однако в этом случае топливо надо предварительно модифицировать и приспособить для использования в подобных помещениях. Нельзя допустить деформацию обшивки станции.
– Можно использовать огонь. Распространить дым, а не химические вещества. Установим небольшое взрывное устройство и направим волну по коридору к местонахождению объекта!
Билл высказал предложение довольно быстро и непринужденно, однако в его глазах читалась крайняя озабоченность и неуверенность в решении.
Я вздрогнула.
– Но тогда мы уничтожим на этом уровне и все остальное, а может, пострадают и близлежащие отсеки. Один лишний градус – и мы получим неправильный угол! А о масштабах последствий такой ошибки остается только догадываться.
– Мы заранее эвакуируем население и службы того сектора. Подготовим механизмы, чтобы в случае непредвиденного просчета перенаправить волну по нужному курсу. К тому же саморегулирующиеся функции оболочки активированы, и это снижает риск лишних повреждений станции. Предыдущих ошибок нельзя повторять!
Мердок недовольно потер руки.
– Против кчинов подействует либо что-то очень современное, к чему они еще не успели выработать ответную реакцию… либо что-то настолько примитивное, что они окажутся не готовы.
Триллит пришел бы в ярость, если бы узнал, что собираются сделать с его бесценным товаром. Но он сам виноват. Если бы кчер позаботился о грузе и провез его легальным способом, распределив в небольших емкостях и специальных хранилищах, то вряд ли бы такой план стал возможен. Однако хитрый торговец предпочел сделать все наоборот. Что ж, нам это сыграет на руку. Триллит пытался обхитрить, а в итоге поможет нам!
Я вспомнила случай в «Сигме-41» и грустно усмехнулась. Это то самое хранилище, в котором нашли тело Кевета после того, как несчастного зарезали кчины во время блокады сэрасов. Кевет стал еще одним кчером, которого Триллит предал и оставил умирать. А теперь Мердок использует имущество того же Триллита, чтобы убить хоть нескольких монстров, и в том же самом месте! Да, весьма символично!
– Отличное место для проведения операции!
Мердок улыбнулся.
– Я знал, что ты оценишь!
– Сколько их на станции?
Билл покачал головой.
– Точно сказать не могу. Квон видела двоих, когда сопровождала Стоуна на беседу с капитаном Нового Совета. Еще одного заметили в секторе-два. Так что можно сказать, что их не меньше трех. Однако большинство тварей, видимо, еще пирует на «Мстителе». В иллюминаторы отчетливо виднеются их пристыкованные корабли.
– Ну и как же ты собираешься заманить трех кчинов в хранилище?
– Пока еще работаем над этим, но есть некоторые ограничения.
– Какие?
– Мы втайне прослушиваем каналы связи между отрядом Нового Совета на Иокасте и кчинами, находящимися вне станции, и в курсе всех приказов, которые отдаются им капитаном Веннер. Оказывается, она вынуждена повторять свои команды по нескольку раз. Эти твари не проявляют особого послушания. Ей даже пришлось соврать им в некоторых вопросах.
– Например? – удивилась я.
– Она сказала, что на станции нет представителей «Четырех Миров».
– Ты же знаешь, как кчины ненавидят кчеров. Скорее всего Веннер осознает последствия и не хочет, чтобы все монстры ринулись сюда и устроили кровавую резню. Ярость ослепит их и без того безмозглые головы, и они оставят вход в гиперпространство открытым. Таким образом, войска Конфедерации смогут беспрепятственно пересечь туннель и оказаться здесь.
– Да. Возможно, ты права. Однако Новый Совет прослушивает нашу связь тоже.
– Они не догадываются, что мы тоже не дураки?
– Видимо, нет. По крайней мере приборы показывают, что они не засекли утечку сведений. Повстанцы так уверены в себе, что не особо заботятся о засекречивании информации.
– А нам следует быть осторожными!
– Поэтому я и приказал, чтобы связь происходила только посредством личных коммуникаторов.
Я подумала о кораблях кчинов, которые присосались к умирающему кораблю бендарлов. Сотни, тысячи пытались бежать на спасательных челноках, однако почти все погибли.
– Билл, сколько народа спаслось из экипажа «Мстителя»?
– Мы просканировали туннель, и оказалось, что он открывался не более десяти раз.
Да уж, немного.
– А корабль Эн Барика?
– Центр командования станции доложил, что они поймали сигнал корабля инвиди, однако не знают точно, проскочил ли он в туннель, или его уничтожили.
Я постаралась отвлечься от мыслей о Барике и вспомнить, что еще можно предпринять против взлома наших систем.
– А их личные каналы связи мы можем прослушивать?
Учитывая непредсказуемость развития дальнейших событий, это станет весьма полезно, но в то же время и невероятно сложно. Вокруг в космическом пространстве кружило множество кораблей, экипажи которых переговаривались и между собой, и с другими кораблями. К тому же на самой станции присутствовало множество транспорта на стоянке, и их экипажи часто использовали собственные автономные каналы связи.
– Солдаты Нового Совета почти не используют личные каналы.
– Билл, а где Эн Серат? Я видела его, когда вышла из «Провидца».
– Не знаю и знать не хочу! – Он строго посмотрел на меня. – Насколько известно, он где-то в центральной части станции. Это чертов корабль тоже там. Хэлли, моя голова полностью занята тем, как лучше обеспечить безопасность обитателей станции. Оставь чертовы механизмы инвиди, пусть они и дальше прячут свои секреты! По крайней мере хоть на время забудь об этом! Ты нам нужна сейчас как техник и инженер, а не борец за права нижестоящих рас!
– Но почему?
– Есть большие проблемы с ядром! Никаких видимых нарушений в системе, однако несколько часов назад произошли крупные сбои в кольцах «Дельта» и «Гамма». В их внутренних системах повредились линии транспорта и некоторые системы жизнеобеспечения. Главный инженерный отдел пришел к выводу, что это следствие повреждений в ядре станции. Солдаты Нового Совета никого не пропускают туда, чтобы определить и устранить неисправность. Стоун должен сейчас поговорить с Веннер и объяснить, что сбои довольно опасны и в следующий раз заклинит двери в отсеке, где находится и она. Однако трудно сказать, послушают они его или нет.
– Может, послушают меня?
– Я настаиваю, чтобы ты держалась от них подальше. Именно ты помешала им тогда получить «Калипсо». Не думаю, что к тебе испытывают особое дружелюбие!
Хороший аргумент, но Мердок прав: если системы выйдут из-под контроля, мы окажемся в большой беде.
– Я свяжусь с Геймет и постараюсь узнать, в чем конкретно заключается проблема, – сказала я.
Билл с облегчением вздохнул и провел рукой по волосам.
– Спасибо, а я поработаю над мерами.
– Тебе не кажется, что Новый Совет слишком многое поставил на карту и даже среди «Девяти» у него найдется немало врагов. В конце концов остальная галактика узнает о том, как они сейчас терроризируют Иокасту.
– Я вообще не понимаю, что они здесь делают. Это просто не имеет никакого смысла. Зачем так подвергать себя опасности, ведь каждую минуту могут прибыть войска Конфедерации?!
– Их привел сюда Эн Серат.
– Да, видимо, он решил использовать адскую силу кчинов, чтобы получить обратно свой корабль. – Мердок нахмурился. – Если это так чертовски важно, то…
– Помнишь, что я говорила про туннели, существующие вне системы?
– Думаешь, Серат провел корабли Нового Совета по такому туннелю?
– Нет. Они прибыли по туннелю, контролируемому из Центра. Вряд ли Серат способен создавать туннели механизмами простого корабля инвиди…
– Хочешь сказать, что подобный феномен возможен только с помощью «Провидца»? Выходит, Серат объединяется с Новым Советом, чтобы вернуть этот чертов корабль. В прошлый раз его опередили Барик и Конфедерация. Почему же тогда он все еще здесь? Дожидается Конфлота?
Мердок отошел к стене и выключил голографическую карту. Яркая светящаяся схема исчезла, и стена стала такой же обычной, как и все остальные.
– Да, Новый Совет действительно рискует. Может, Серат предложил им нечто такое, ради чего они готовы подвергаться столь серьезной опасности? Что-то настолько важное, что отказаться просто нельзя?
– Механизмы открытия туннелей?
– А что еще может быть важнее для них? Корабль нового поколения, которым с легкостью может управлять любой представитель «Девяти»?
– Вдруг они откажутся покидать станцию до тех пор, пока инвиди не выполнит обещания? – спросил Мердок.
– Он мог попросту сбежать на «Провидце». Нет никакого смысла ждать, пока соберутся корабли Нового Совета. Скорее наоборот: Веннер и ее команда ждут Серата, потому что самостоятельно пересечь гиперпространство не в состоянии.
– Но для «перехода», наверное, можно использовать какие-нибудь механизмы «Мстителя»… – предположил Мердок.
– Если кчины оставили там кого-нибудь в живых, что вряд ли… – сказала я и отвернулась, чтобы Мердок не увидел выражения моего лица.
Я представила, что осталось от всех живых существ на борту «Мстителя»…
Вспомнились слова Эн Барика о том, что системы «Провидца» непредсказуемы и кораблем опасно пользоваться. Может, он просто пытался воспрепятствовать тому, чтобы я воспользовалась кораблем? Или и Эн Серат понимает опасность этого эксперимента и потому не спешит экспериментировать?
– Билл, а способно ли использование «Провидца» дестабилизировать остальные туннели гиперпространства? Эн Барик, кажется, неоднозначно дал понять, насколько судно опасно… Мы должны помешать Серату.
– Но это не в нашей ответственности. Другие инвиди…
– Их здесь нет! – перебила его я. – Они не могут остановить Серата в данный момент. А мы можем!
– Я хотел сказать, что их технологии всем приносят проблемы. Что ты хочешь, чтобы я сейчас делал? Заключил под стражу? Это будет оч-чень трудно! В последний раз я его видел среди группы головорезов, которые шли и распугивали всех попадавшихся на пути жителей.
– Где «Провидец»?
– В доке на пятом уровне.
Я вспомнила, как пыталась пристыковаться к верхним докам станции, когда сбежала с «Мстителя». Смутно припоминалось, что рядом жужжал какой-то небольшой корабль, который, очевидно, и принадлежал Серату.
– Надо срочно перекрыть все выходы в космос, а также позаботиться о физическом барьере. Сомневаюсь, что Серат может взломать защитные коды станции. Кроме того, вполне целесообразно поместить снаружи беспилотную ловушку!
Иногда мы устанавливали такие беспилотные механизмы за бортом станции, чтобы очищать близлежащее пространство от космического мусора и остатков разрушенных кораблей, которые мешали подлету судов к станции. Некоторые из них довольно крупные и вмещают до двенадцати роботов на борту. Специальные механизмы всасывают в корпус судна нежелательные объекты, словно пылесосы.
– Большинство «ловушек» сейчас задействовано на сборе мусора и механизмов с погибшего «Мстителя». Свободны только один-два корабля.
Мердок хотел сказать что-то еще, но передумал. Он подошел ко мне и обнял за плечи.
Я взглянула на дверь и, никого там не увидев, немного расслабилась. Окунувшись в его объятия, даже на миг забыла обо всех проблемах. Устройство на его поясе слегка кольнуло меня в ребра, но это не важно, главное – он рядом!
Нет, сейчас не время расслабляться и нежиться! Последнее, чего мне хотелось в эту минуту, – услышать надоевший шепот Геноита и ощутить неконтролируемую реакцию собственного организма! Надо сохранять трезвую голову.
– Я так рад, что ты вернулась и с тобой все в порядке! – прошептал Мердок в мои волосы. – Мы думали, тебя держат в камере заключенных на «Мстителе».
Геноит «молчал». Как же хорошо, когда он не появляется! Так здорово таять в объятиях Билла и не бояться появления Геноита! Я опустила гудящую голову на сильное мужское плечо и наслаждалась его теплом.
– Я сбежала от солдат, как только впервые сработала сигнализация.
Да, слишком много свалилось на мою голову. Я уже не знала, какая опасность больше: Конфедерация или Новый Совет с кчинами!
Мердок убрал руки.
– Ты можешь поговорить с Техническим корпусом прямо отсюда. Когда я связывался с ними ранее, Геймет сообщила, что основная проблема в том, что техники даже не имеют возможности установить причину сбоя.
– А это самое важное!
Билл повернулся к дверям и проводил меня ласковым взглядом.
– Будь осторожна, Хэлли!
– Хорошо. Ты тоже.
Может, надо добавить что-то еще, но… что?!

Глава 31

– Технический корпус! Говорит Хэлли. Соедините меня с лейтенантом Геймет!
– Геймет слушает. Поздравляю с возвращением, капитан!
– Каковы показатели приборов? В чем заключается сбой систем?
– Незаконный доступ в ядро. Злоумышленник не отвечает на сигнал связи, а террористы не пускают нас в активную зону реакторов, чтобы решить проблему на месте.
– Что делает злоумышленник?
– Системы не дают точного ответа. Видимых повреждений не зафиксировано, но сбои продолжаются и ситуация становится сложнее с каждой минутой.
– Возможно, кто-то умышленно пытается повредить компоненты ядра.
– Возможно.
Геймет разговаривала спокойным голосом, однако в последних словах прозвучали тревожные нотки.
– Если попытаются повредить одну из жизненно важных систем, приборы покажут это.
Однако оставалось неясным: пытается некто повредить какие-то определенные системы или его выбор не осознан. Странно, зачем Новому Совету вести подрывную деятельность на станции? Они ведь пытаются убедить простых граждан, что высшее зло – это Конфедерация.
– Мы можем потерять свои позиции.
Я понимала, что означают такие слова. Потерять вращение, потерять гравитацию, потерять орбиту и погибнуть…
– В скором времени возможны сбои в системе регуляции рециркуляции атмосферы станции.
Для начала нас хотят еще и удушить?
– Лейтенант, чем могу помочь?
Геймет некоторое время молчала.
– Надо проверить все системы жизнеобеспечения в ядре станции. Может, вам удастся убедить этих пиратов…
Пошли помехи, связь начала прерываться. Послышались слова «Конфедерация», «отставить», «эти парни – самый лучший выбор». Затем через минуту снова появилась Геймет:
– …что они не должны находиться в активной зоне ядра и… Если это не они, то следует отправить в ядро отряд солдат.
– Сделаю все возможное. Держите меня в курсе событий.
– Да, мэм.
Связь оборвалась. Я попыталась связаться с Мердоком.
– Что случилось? – раздался его тревожный голос на другом конце линии.
– В центре командования все еще проблемы. Геймет считает, что Новый Совет пытается вмешаться в функционирование систем станции. Я собираюсь к Веннер, чтобы поговорить. Возможно, мои слова покажутся более убедительными, чем просьбы Стоуна. Попробую как можно более точно объяснить им суть проблемы.
– Хорошо. Жду твоего звонка в течение получаса. В ином случае буду считать, что у тебя возникли осложнения.
– Поняла.

Неудивительно, что многие прислушиваются к Новому Совету. Я заметила это по лицам жителей, пока поднималась на лифте в кольце «Альфа». Сделав небольшой крюк, зашла в госпиталь, приняла небольшой антидот против действия феромонов хдигов и сразу направилась к капитану Веннер. Думаю, она согласится, что нормальное функционирование станции и в их интересах.
Некоторые жители, симпатизировавшие Новому Совету, наверняка уже успели побывать здесь. Они видели, как мало внимания и ресурсов уделяет Конфедерация поддержанию условий для жизни на станции, и помнили то, как «Четыре Мира» оставили их справляться с блокадой в одиночестве. Эти обстоятельства повлияли на решение большинства жителей поддержать прошение о нейтралитете. Если Конфедерация проигнорирует нас и на сей раз, то, возможно, Новый Совет получит еще большее количество сторонников. Единственное, что удерживало многих от активного одобрения действий противников Конфедерации, – их террористическая и диверсионная деятельность и союз с кчинами.
Многие стали свидетелями страшных убийств. Насколько же велико разочарование в Конфедерации, что даже при таком условии население поддерживало Новый Совет! Однако я чувствовала, что они потеряют эту поддержку, как только кчины перейдут от угроз к нападению. Когда террористы начинают действовать у тебя дома – это в корне меняет отношение ко всем иным обстоятельствам. Веннер должна понимать, по какому краю пропасти ходит. Если ей удастся держать в железном кулаке этих монстров, то наверняка Новый Совет приобретет даже большее число сторонников, чем рассчитывает.
Коридоры были полны жителей, спешивших эвакуироваться из кольца «Альфа». Огромная толпа собралась у дверей кольцевого лифта и в ожидании прибытия маленьких карикаров. В одной кабине умещалось до двадцати человек. В кольцах находилось по шесть линий, на каждой из которых работали четыре карикара. Я быстро подсчитала, и оказалось, что переправка жителей в экстренном порядке займет шесть – восемь часов.
Вероятно, эта часть населения прибыла из сектора, где жили земляне. Люди тащили коробки и сумки. Я попыталась увернуться от людского потока. В толпе послышались недовольные реплики по поводу моей синей формы с эмблемой Конфедерации.
Ближе к началу коридора толпа поредела. Несколько солдат разговаривали с офицером службы безопасности станции. Другой офицер пытался починить коммуникатор связи на стене. Выругавшись от бессилия, он зло стукнул по панели прибора.
– Последний лифт поднялся вверх? – спросила я офицера.
Она повернулась и, увидев мою форму, что-то резко ответила. Ее вытянутое лицо и выразительные глаза казались знакомы, впрочем, как и расстроенное выражение лица.
Я попыталась вспомнить, откуда же знаю ее. A-a, одна из трех инженеров, с которыми я занималась разработкой доступа к некоторым отсекам.
– Казелли, не так ли?
Женщина удивленно кивнула.
– Да, мэм.
– У вас проблемы с лифтами?
– По-моему, образовался затор.
– Затор?
Я подошла к панели на стене и попыталась выяснить, в чем проблема.
– Панель не реагирует на приказы. Мы не имеем права останавливать движение лифтов, однако в этом случае все они неминуемо застрянут.
– Понимаю.
Проблема заключалась вовсе не в панели управления, а в материнской системе ядра. Диагностика и сканирование панелей недостаточны для устранения неисправности. Я подозревала, что все дело в нарушителе, который проник в ядро систем станции.
Второй офицер разговаривал по переговорному устройству. В других отсеках сложилась точно такая же обстановка. Очевидно, сбои пошли по всей станции. Устранить причину неполадок можно, только попав в ядро.
Казелли посмотрела на панель управления лифтом.
– Он снова работает, – сообщила она, обращаясь то ли ко мне, то ли к напарнику.
На схеме зажглись зеленые индикаторы – лифт снова в движении. Долгожданная кабина приближалась к нашему ярусу.
– Я поеду на этом лифте. Мне как раз надо в центр управления, – сказала я.
Офицер посмотрела на количество звездочек на моих погонах, затем вежливо улыбнулась. Я по памяти нажала несколько кнопок на панели управления.
– Мэм, извините, но нам сказали не пропускать никого в верхние секторы. Возвращаться наверх нельзя…

Мердок не сразу ответил на мои позывные. Когда он наконец отозвался, его голос прозвучал еще более напряженно, чем раньше. Я никогда не слышала такой тревоги. Он приказал констеблю посодействовать и выполнить мою просьбу. На мой вопрос о том, что произошло, Билл коротко сказал:
– Проблемы в секторе четыре. Два кчина рыскают в поисках кчеров. Поговорим позже.
Линия прервалась. Меня охватил ужас. Кажется, началось! Господи, как же остановить их? Что делать простым жителям, когда эти чудовища спустятся сюда? Страх и неизвестность свились в желудке ядовитым клубком. Мердок с такой легкостью говорил о взрыве топлива, но подобные методы невозможны в жилых секторах!.. Несколько мгновений я стояла в растерянности, не зная, куда же мне направляться в связи с последними событиями: либо возвращаться в пятый сектор и помочь Биллу, либо идти к Веннер. Однако здравый смысл все же победил. Никакой особой помощи на месте событий я не смогу оказать, а вот что реально могу сделать для предотвращения беды – так это проверить ядро реакторного отсека и найти причину неполадок в системах.
Скорее бы спустился этот чертов лифт!

Когда я поравнялась с шестым уровнем, гравитация пропала. Дверь открылась, и передо мной предстал худощавый неряшливый человек с лазерным ружьем и в защитной форме гораздо большего размера, чем следовало. Под формой виднелась обтрепанная одежда. На шлеме светилось устройство ночного видения.
Он направил на меня оружие.
– Убирайтесь отсюда! – заявил парень на ломаном стандарте Конфедерации. – Здесь запрещено находиться!
– Передайте капитану Веннер, что ко… экс-командир станции Хэлли желает поговорить с ней, – сказала я на том же языке.
Затем повторила фразу на земном стандарте.
Выражение свирепого лица немного смягчилось, когда он услышал слова во втором варианте, но дуло по-прежнему смотрело мне в голову. Повстанец сделал несколько шагов назад к дальней части коридора и активировал прикрепленный к бронежилету коммуникатор. Раздалось глухое бормотание с кем-то на другом конце линии связи. Взглядом солдат неотрывно следил за малейшим моим движением.
– Могу я выйти из лифта? – спросила я. – Кабина нужна внизу.
Он махнул ружьем, очевидно, имея в виду «да», и я вышла. Дверь лифта за мной тут же закрылась.
Я услышала слова «командир» и «лифт». Солдат разговаривал со своим начальством на гортанном марсианском диалекте земного языка.
– Подождите, – сказал он, окончив разговор.
Он прислонился к двери, ведущей в отсек, и продолжал наставлять на меня дуло ружья.
– Так я могу увидеть вашего капитана или нет?
– Подождите, – повторил он.
Я не ожидала, что он оставит свой пост, и уж никак не ожидала, что Веннер сама придет меня встретить.
Повстанец вынул что-то свободной рукой из кармана, кинул в рот и с наглым видом принялся жевать. Повеяло знакомым мне запахом ментола и мака. Трудно считать врагом человека, который является частью моего мира. Он мог бы с легкостью смешаться с другими жителями станции, и вряд ли кто-то смог бы отличить его от простых жителей.
– Почему ты вступил в Новый Совет? – поинтересовалась я.
Мутный взгляд карих глаз пробежал по моей синей форме, и губы скривились от отвращения. Затем он посмотрел мне в лицо и, немного замешкавшись, проговорил:
– А почему ты вступила в?..
– В Конфедерацию? Чтобы спастись.
– От чего?
– Просто спастись с Земли. От семьи. От ловушек, – сказала я, унесшись мыслями в прошлое.
Теперь все казалось таким далеким… Я вспомнила ту пятнадцатилетнюю девочку, которая считала предложение Конфедерации «спастись от всего» самым достойным предложением в жизни. Да, я была слишком доверчива!
Раздался иронический смех.
– Какая прелесть! Неужели у тебя была семья? А я вступил в ряды Нового Совета, чтобы вновь стать членом Конфедерации. Конфедерация сочла, что моя колония недостойна того, чтобы являться ее частью. Но эти жалкие клоны мало чего в этом понимают!
– Клоны?
– Да, клоны. Все они думают и действуют одинаково. – Он презрительно прищурился. – Все вы одинаковы!
Да, неряшливый вид имеет свои преимущества.
– Каково делить один корабль с кчинами? – поинтересовалась я с любопытством.
– А ты как думаешь? – спросил он более снисходительным тоном. – Все немного нервничают. К тому же – теснота: они занимают целый отсек.
– Да уж, не слишком приятно знать, что однажды утром ты можешь проснуться без головы!
– Но они не такие уж неконтролируемые, знаешь? По крайней мере не такие, как раньше. Мы усовершенствовали… – Он оборвал фразу, понимая, что может сболтнуть лишнее. – Все же ни один пират не рискнет напасть на тебя, когда поблизости кчины!
В глубине коридора послышались голоса, и через несколько секунд появились две фигуры. Один из пришедших оказался Дэном Флоридой, второй – таким же долговязым марсианином, как и мой собеседник.
– Дэн! – помахала издалека я.
– Командир! – отозвался он из полумрака.
Приблизившись, Дэн озабоченно посмотрел на мой далеко не цветущий вид и спросил:
– Что с вами случилось?
– Длинная история. С делегатами все в порядке?
Он посмотрел на двух солдат Нового Совета, которые принялись обсуждать какие-то свои дела.
– С делегатами все в порядке. Парочка хотела устроить скандал, однако в итоге они приняли разумное решение и направили к Веннер своего представителя с официальной жалобой.
– Что она собой представляет?
Я кивнула в сторону солдат, давая понять, что имею в виду их главаря.
– Не очень дружелюбная. А что вы здесь делаете? Вы?.. – Он замолк.
– Что?
– Вы решили присоединиться к ним?
– Послушай, Дэн, не начинай сначала! Я пытаюсь получить разрешение на допуск к ядру, вот и все! У нас сбои в разных системах по всей станции. Сейчас это самая важная проблема!
Затем, помолчав, добавила:
– Если ты начнешь снова распускать слухи о чем-нибудь, то попробуй рассказать жителям о системе туннелей в гиперпространстве.
Он нахмурился и спросил:
– Почему вы так говорите?
– Я говорю серьезно. Узнай у кого-нибудь в командовании о туннелях, через которые я и Мердок вернулись обратно.
Повстанец, пришедший с Флоридой, оборвал наш разговор:
– Эй, ты! Иди сюда! – крикнул он, показав на меня.
– Ладно, увидимся позже, Дэн! – сказала я и последовала вниз по коридору вслед за солдатом.
– Командир! – крикнул сзади Флорида. – Это и есть ваша сенсационная информация?
Я обернулась и помахала рукой.
– Это только начало!
– Замолчи, прихвостень Конфедерации! – зло рыкнул солдат.

Стоун сидел в кабинете вместе с капитаном Нового Совета. Он стоял спиной, когда мы вошли, и держался за поручень у стены.
Женщина-хдигиянка стояла рядом, сохраняя полное равновесие и невозмутимость. Одной рукой она сжимала плазменный пистолет. В телеобращении вместе со Стоуном она проявила хорошие дипломатические качества. Интересно, она и в жизни такая же?! В коричневой тунике и гетрах, с оттопыренными от оружия карманами, она, очевидно, стремилась поддержать старые представления о хдигах, которые сводились к тому, что те всегда готовы к битве. Теперь же она выглядела более «нормально». Поверх туники висел нагрудный патронташ, а сбоку – целая связка холодного оружия, многие образцы которого не были мне знакомы. Я не сомневалась, что в сапогах у нее скрывалась еще и парочка острых ножей.
Тонкое, покрытое пигментными пятнами лицо не выражало ровным счетом ничего. Глаза сосредоточились на моем плече. По мере приближения к хдигиянке я ощущала нарастающий эффект феромонов. У меня даже появилось впечатление, что начинается приступ астмы. Дышать стало труднее, но антидот, несомненно, помогал.
– Вот она! – сказал солдат и ткнул меня в спину ружьем.
Стоун издал удивленный возглас и круто развернулся.
Запах Веннер резко отличался от запаха Геноита. Он был сильнее, резче и с небольшим оттенком металла, как будто даже крови. Она грациозно наклонила ко мне голову, затем повернулась всем телом.
– Экс-командир Хэлли! Хорошо, что пришли! Я как раз хотела с вами поговорить, – сказала она на земном стандарте.
Тембр ее голоса напомнил голос Геноита, и я вспыхнула при мысли о том, какая связь таится между моим телом и этим голосом.
Стоун в отличие от капитана не выглядел столь радостным.
– Что вы здесь делаете? – недовольно спросил он, нахмурившись.
Я кивнула ему и улыбнулась так дружелюбно, как только могла. Сейчас не время для ссор.
– Для начала у меня есть просьба к капитану Веннер. Инженерам необходимо срочно получить доступ в ядро станции, чтобы устранить возникшие неполадки.
– Кто дал вам полномочия вести переговоры? – возмущался Стоун.
– И во-вторых? – продолжила мою мысль Веннер.
Если она такая же, как и все остальные хдиги, то не даст ни одного разрешения, тщательно не подумав.
– Во-вторых: два кчина спокойно разгуливают в кольце «Альфа». Вы должны немедленно отозвать их оттуда!
Стоун посмотрел на Веннер.
– Вы не сказали мне! Когда это произошло?
– Как только я поднялась сюда, – ответила вместо нее я. – Деталей происшедшего у меня нет. Ситуацией занимается Мердок.
Стоун даже не повернулся в мою сторону и продолжил обращаться к Веннер:
– Это невыносимо! Вы же утверждали, что можете контролировать эти создания!
– Может, они и под контролем, – заметила я. – Убийство одного или нескольких представителей «Четырех Миров» вроде кчеров, которые как раз сейчас находятся в кольце «Альфа», будет хорошей демонстрацией силы и, возможно, не вызовет недовольства девяти других миров.
Стоун негодовал:
– Но это вызовет мое недовольство!
– Возможно. Но не у тех, кто на протяжении долгих лет страдал от несправедливого правления Конфедерации! Даже здесь – на вашей станции! – сказала Веннер.
– Просто уберите их из кольца «Альфа»! – произнесла я более резким тоном, чем собиралась.
Да уж, о несправедливом правлении мы знаем!
– Согласно ли правление станции положительно ответить на просьбу Нового Совета о постоянном базировании на станции и допуске наших кораблей в любое время? – спросила Веннер.
Стоун настороженно посмотрел в мою сторону.
– Этот человек не имеет прав и полномочий вести переговоры! У нее нет никакого официального статуса на станции! Она сама находится под арестом и ждет дальнейшего суда по обвинению в незаконном использовании технологий инвиди!
Да я и не ожидала от него радушной встречи! Веннер повернулась ко мне, тщательно исследуя глазами, но взгляда по-прежнему избегала.
– Да-да, корабль! Я очень хочу поговорить с вами о корабле. Этот вопрос очень волнует меня и моего коллегу-инвиди.
Ха! Вряд ли Серат что-нибудь ей расскажет о своей тайне!
– Буду рада обсудить с вами все, что желаете, но сначала прошу отозвать кчинов из «Альфы» и помочь мне вернуть станции нормальное функционирование! Ситуация действительно очень серьезная, а причину сбоя мы найти не можем. Кто-нибудь из ваших солдат проникал в ядро станции?
Веннер покачала головой в манере хдигов. «Нет» был ее ответ.
– Хорошо. Это не совсем обычная система, потому что построена с помощью технологий, не принадлежащих Конфедерации. Если вы не имеете представления, с чем связываетесь, то последствия могут быть невероятно опасны.
– Я уже сказала вашей службе безопасности, что никому не советую приближаться к центральной территории и ядру, так как не могу гарантировать их безопасность. Во-первых, из-за моих товарищей-кчинов и, во-вторых, потому что мои люди начинают нервничать, когда их идентификационные данные становятся известны посторонним.
– Прошу вас пропустить только трех инженеров. А сначала я начну ремонтировать систему сама.
– Очень хорошо. Только трех невооруженных инженеров и только после нашего разговора!
Я вздохнула. Господи, сколько же еще времени мы потеряем?!
– А как насчет кчинов? – взвизгнул Стоун. – Секторы в «Альфе» очень важны!
– А как насчет нижних уровней? – спросила Веннер. – Жизнь их обитателей не так важна? – спросила она, глядя прямо мне в глаза, и мой живот сжался от волны необъяснимого страха.
– Конечно, конечно!
Взгляд Стоуна прыгал от меня к Веннер и обратно. Он пребывал в явной растерянности. Лоб и шея покрылись потом, и он не успевал их вытирать.
Видимо, Руперт не принял антидот.
– Может, она просто не в состоянии отозвать их оттуда? – сказала я Стоуну. – Видимо, Новый Совет вовсе не контролирует действия своих подчиненных…
Мы оба метнулись взглядами к капитану «Свободы». Она пропустила мое колкое замечание мимо ушей, явно устав от словесного поединка, и махнула рукой одному из повстанцев.
– Я хочу поговорить с Хэлли. Наедине! – потребовала она на упрощенном варианте стандарта Конфедерации и показала на меня рукой в обычной манере хдигов.
Стоун то ли успокоился, то ли настолько впал в нерешительность, что позволил выпроводить себя в коридор. Он даже не посмотрел на меня. Скорее всего тоже подозревал, что я пришла сюда для заключения сделки с врагами. Да уж, если меня подозревает Флорида, то Стоун и подавно!..
– Это все, о чем вы хотели поговорить со мной? – спросила Веннер.
Я хотела спросить ее о «Провидце» и об Эн Серате, но в то же самое время надо скрыть от нее свои намерения.
– Почему вы все еще здесь? – поинтересовалась я.
Веннер вскинула брови и посмотрела в том направлении, в котором удалился Стоун.
– Он считает, что причина этому – наше желание беспокоить Конфедерацию.
– Убийство сотен людей и захват судов действительно весьма способствует такому мнению.
Капитан сделала вид, что не заметила сарказма. Геноит тоже всегда так делал.
– А какие у вас предположения на этот счет?
Я сделала глубокий вдох и быстро обдумала ответ. Лицемерить? Попытаться узнать какую-либо информацию? Но пока мы здесь занимаемся болтовней, кчины, возможно, уже начали свое кровавое дело, а в ядре станции произошли еще большие нарушения.
– Я считаю, что Серат убедил вас прибыть на станцию, предложив в обмен на силу и поддержку какие-то секретные технологии, которые вам нужны. Думаю, вы не можете открывать туннели в гиперпространстве, а значит, не способны самостоятельно вернуться обратно. Вам нужна его помощь, чтобы проскочить мимо Центра Конфедерации какими-то окольными путями. Долго вы здесь оставаться не сможете, так как в скором времени прибудут силы Конфедерации. Не важно, гарантирует ли вам Стоун доступ на Иокасту или нет, – Конфедерация все равно не уважает нейтралитет!
Я сделала паузу, давая возможность ответить, однако капитан молчала. Через несколько секунд я продолжила:
– Вы не хотите пользоваться обычными космическими путями, потому что здесь, на самом краю Конфедерации, нет ничего для вас интересного. Здесь можно годами находиться в полном одиночестве. Ваше самое мощное оружие кчины уже начали вырабатывать собственное индивидуальное мышление. Чтобы держать под контролем всю станцию, вам надо усилить контроль над собственными отрядами. Капитан Веннер! Думаю, в скором времени вы попросите у меня помощи. Вы в тупике!
Она стояла недвижно, а лицо не выражало абсолютно ничего. Однако в запахе произошли некоторые изменения. Даже сквозь пелену антидота я почувствовала эту перемену, и моя шея внезапно заледенела.
– Вы забываете, что мы одержали огромную победу. Мы показали девяти расам и всем необъединенным мирам, что Флот Конфедерации не всесилен. Новый Совет захватил один из самых больших и мощных кораблей Конфлота.
– Однако чтобы пользоваться гиперпространством, вы по-прежнему нуждаетесь в кораблях инвиди или бендарлов. Все равно в тупике!
– Как и вы!
Она обошла меня вокруг и встала сзади. Чтобы видеть ее лицо, мне пришлось развернуться. Мы стояли так близко, что я могла тщательно разглядеть пигментные пятна на ее лице. Я пришла к выводу, что следы были оставлены каким-то взрывом или радиационным излучением. Скулы чересчур вогнуты, как будто во время сна случайно смялись внутрь.
– Конфедерация считает вас предателем. Вы украли технологии инвиди и отдали их нам. Они никогда снова не станут доверять вам. Так что оставайтесь с нами! – сказала Веннер.
Вспомнив подозрения Флориды и враждебный взгляд Стоуна, я едва не рассмеялась. Кажется, события разворачиваются так, что некие силы настойчиво кидают меня в объятия Нового Совета. В объятия Веннер. Идея вступления в террористическую организацию настолько привлекательна в такой момент, что я невольно отступила назад, опасаясь собственной неконтролируемой реакции на феромоны. Антидот все же подводил меня… А может, рядом опять появился невидимый Геноит?
– Я только однажды попросила у вас помощи. И попросила бы снова, если бы не ваша связь с кчинами. Принять их в качестве партнеров невозможно. Мы все знаем, что они сделали.
Некоторое время в кабинете царило молчание. Зрачки Веннер медленно сузились, и это весьма меня обеспокоило. Настолько человеческий жест я не ожидала увидеть у хдигиянки. Геноит никогда так не делал. Не представляю, что бы это могло значить: либо кчины ей тоже не нравятся, либо она не хотела признать очевидное.
– Предполагаю, вы в курсе моих личных связей с вашей организацией?
Вовсе не хотелось затрагивать тему Геноита, однако почему бы и нет, если это может как-то помочь станции.
– Вы были связаны брачными узами с Геноитом, – сказала она, растянув его имя на хдигский манер, с рыком большой кошки. – Скажите, командир, вы смогли забыть своего мужа?
– Почему вы спрашиваете? – удивилась я и попыталась разглядеть хоть что-нибудь в каменном выражении ее лица.
– Просто подумала, что вам может понадобиться несколько советов по поводу соблюдения наших правил. Я тоже потеряла супруга и представляю, как такая потеря может повлиять на жизнь инородца.
– Спасибо, но я могу получить совет и у других хдигов.
Веннер лениво вытянула шею.
– Да, но они не скажут вам того, что вы жаждете услышать. Вам скажут, что вы связаны навсегда, до скончания времен, что его душа ждет вашу душу где-то между настоящим и вечностью, и когда ваша душа покинет свое время – присоединится к нему, и вы вместе продолжите свой путь в бесконечности.
– В бесконечности?
Капитан пожала плечами.
– Да, где-то там, за пределами возможного. Это называют по-разному, у каждой расы несколько названий, но суть в принципе одна. Мне больше близка мысль о том, что, когда моя физическая оболочка умрет, я стану маленькой частью Вселенной.
– И будете вместе разлагаться в той самой неизвестности?
– Да, именно так… Он говорил, что это навсегда, не так ли? – спросила она.
«Даже смерть не разлучит нас». Я потрясла головой, пытаясь избавиться от эха голоса Геноита.
– Да, но в нашем языке подобные слова значат лишь, что люди хотят быть всегда вместе, а не…
«Не имеют реальной силы», – хотела сказать я.
– Если вы примкнете к нам, я помогу превратить эту фразу просто в слова.
– Даже если бы я поверила, что уже само по себе достаточно сложно, то не понимаю, каким образом вам это удастся?! Вы уже делали подобное?
– Не знаю, возможно ли подобное в случае с инородцем, но могу попробовать.
Да, я очень хотела избавиться от постоянного, мучительного, невидимого присутствия Геноита в моей жизни! Очень!
– А что в этом случае происходит с душой, которая… ждет там?
– Не знаю, – ответила Веннер. – Некоторые говорят, что она парит, не в силах перелететь Грань, и в конце концов превращается в одну из темных сущностей, которые посещают в кошмарах.
– А вы?
– Имеете в виду мою душу?
Капитан положила руку на поручень рядом с моей и придвинулась ближе.
Она испытывала меня. Наблюдала, не начну ли я в скором времени соглашаться со всеми ее словами.
– Моя душа… – медленно начала Веннер, – лучше пусть проведет вечность в одиночестве, чем с бывшим супругом. Вам не хочется того же?
Тревога от присутствия Геноита становилась все сильнее. Тело протестовало, однако, как всегда, было бессильно. Пот заструился по спине. Я чувствовала, как одежда начинает прилипать к телу.
– Как вы можете жить с партнером, который в любую минуту способен от вас отвернуться?
– Как отвернулась от вас Конфедерация? – спросила Веннер. – Насколько я понимаю, ваш супруг привел сюда кчинов, чтобы спасти станцию от блокады, в то время как Конфедерация ничего не сделала!
– Я уже тогда ответила ему, а сейчас отвечаю и вам: мы не заключаем сделок с террористами!
«Слишком многим жертвуете в настоящем для своего идеального будущего», – хотелось мне добавить. В памяти появилось лицо Уилла перед тем, как он последовал за солдатами ООН из двери ангара. А я стояла с Сератом и даже не попыталась что-то объяснить мальчику, даже не попрощалась с ним…
– Если они арестуют вас, то остаток жизни вы проведете в восстановительной колонии. Я видела лагеря заключенных Конфедерации и лучше убью себя, чем позволю затащить туда, – ровным голосом сказала Веннер.
Хдиги никогда не нервничают.
– Мое будущее – это мое дело. В данный момент я являюсь членом экипажа этой станции, и нам крайне необходимо, чтобы вы отозвали кчинов из кольца «Альфа».
Веннер резко выпрямила и без того прямую спину. Да, вот когда она покажет свое истинное лицо!
– Скажите мне кое-что, и тогда я отзову их.
– Что вы хотите знать?
– Почему инвиди так сильно желает получить корабль, который вы похитили у Конфедерации?
– Какой инвиди?
– Экс-командир, ни у кого из нас нет времени на эти игры. Я должна знать, почему он захотел прибыть на эту станцию и что его здесь держит!
– Серат не хочет участвовать в вашей великой победе?
Ее прямые безволосые брови недовольно изогнулись.
– Я имею в виду победу в битве, а не во всей войне. Мы взяли «Мститель». Теперь надо отступить, но инвиди не хочет поторопиться.
Я развела руками в недоумении, надеясь, что она поверит в искренность жеста.
– Не знаю, почему он еще здесь. Почему бы вам просто не оставить его?
– Мое начальство… – Она прервала фразу. – Как вам удалось похитить этот корабль? Это ведь невозможно!
– В то время усовершенствование его систем было не завершено. Теперь, я думаю, Серат доделает оставшуюся работу.
– Механизм перехода в гиперпространство?
– М-да.
Я не могла позволить себе даже намекнуть на то, что «Провидец» способен перемещаться по туннелям вне основной сети Конфедерации. Для Нового Совета эта новость будет означать окончательное принятие решения.
– Вы работали с Сератом. Если у вас есть информация о его планах, помните, что в ваших же интересах наше скорейшее отбытие со станции. А мы покинем станцию только с Эн Сератом. Наш корабль без него не пересечет гиперпространство.
– Где он сейчас?
– По-моему, в центральной части станции, – беззаботно ответила капитан.
– Но вы ведь сказали мне, что никто из ваших людей туда не проникал!
Не удержавшись, я со злостью ударила кулаком по железному поручню и едва не взвыла от боли – удар пришелся на синяк.
– Он – не член моей команды.
– Мне необходимо найти его и проверить, что он успел там повредить. Вы сказали, что пропустите меня к ядру.
Она склонила голову.
– Если вы сможете убедить его покинуть станцию, то сделайте это, а если он предоставит какую-либо информацию, я требую, чтобы вы сообщили ее мне.
– А как насчет кчинов?
– Попытаюсь отозвать их, но только после вашего ухода.
Я вышла из приемной в коридор сектора и, оглянувшись, увидела, как Веннер помахала мне рукой.

Глава 32

Попытки связаться с Мердоком оказались тщетными: видимо, кольцо «Альфа» оторвано от линии коммуникаций. Я шла по коридору от Веннер, снова и снова вызывая Мердока. Меня не волновало, что Новый Совет прослушивает мою линию. Единственное, что оставалось в данный момент, – надеяться, что Веннер сдержит свое слово и отзовет кчинов обратно в «Свободу». Моя главная задача сейчас – устранить неполадки в ядре, а следовательно, и все сбои систем станции.
В центре я не встретила ни одного кчина, впрочем, и по дороге вверх тоже. Я поднималась к восьмому уровню в сектор-два. Когда эти твари были на станции в последний раз, я шла проверять ядро в полной темноте и при отсутствии гравитации.
Пройдя лестницы, я миновала коридор и лифты. Мимо мелькало множество дверей в те или иные отсеки и секторы. В конце концов мои ботинки опустились на неустойчивый пол внутреннего коридора, который одновременно являлся одной из стен ядра. Я посчитала насечки под ногами и двери комнат над головой. Названия секторов были аккуратно написаны на тонких табличках. Коридоры пустовали, панели излучали тусклый серый свет. Многие замки дезактивировались и позволяли свободный доступ внутрь помещений. Обычно простые жители здесь не бывали, доступ имели только обслуживающий персонал и командование.
Я попыталась сконцентрироваться и правильно посчитать секции. В голове крутился план проверки ядра, однако слова Веннер не выходили из головы. «Конфедерация считает вас предателем!» Мердок однажды сказал, что я могла бы стать отличным пиратом, однако это, конечно же, был не самый удачный комплимент. Новый Совет боролся за то, во что всегда верила и я, – за равноправие всех рас независимо от того, являются они членами Конфедерации или нет. Я просто не согласна с их методами… Средства, которые мы могли использовать, – мирный протест, воздействие на членов Совета Конфедерации, разработка новых связей между «Четырьмя» и «Девятью». Однако эти методы были неэффективны.
Из головы не выходили и слова о Геноите. Неужели я действительно могу избавиться от его присутствия? Было бы так здорово жить с Мердоком и знать, что Геноит не стоит больше за плечом и не вмешивается в мою жизнь! В тот момент я даже не знала, кто возбудил во мне желание – Мердок или Геноит. А может, я возбудила Мердока? Феромоны вполне могли подействовать на него через меня. Какая-то чертова каша! Однако условия Веннер неприемлемы, да и ее суждения о душе не звучали особенно вдохновляюще. Я не верила в такие сказки, зато в них верил Геноит. Для представителей его расы жизнь после смерти все же продолжалась, пусть и в другой форме. Я вовсе не хотела проклинать его и обрекать на такой страшный конец, но и не могла больше терпеть эту мучительную связь.
Уже почти на месте… Еще одна секция…
В ядре станции еще осталось многое от технологий торов, которые использовались при ее строительстве. Иокаста стала своего рода неким экспериментом между торами и Конфедерацией. А главная раса в Конфедерации – инвиди. Именно по этой причине здесь и находится Серат! Ему что-то нужно от ядра станции, но что?!
Быстрое биосканирование показало, что в центре ядра вообще никого нет, в том числе и меня, и солдат Нового Совета на входе. Поняв, что приборы использовать бессмысленно, я выключила биодатчик и направилась в сектор-два, где находился лифт ко всем уровням ядра. Обычно кабину использовали для поднятия оборудования и тяжелых деталей. Я подозревала, что некоторые хитрые торговцы вроде Триллита использовали лифты и для своих тайных махинаций.
Серат мог попасть в ядро только через большие люки. Остальные предназначались для меньших по размеру существ, в частности, людей. Однако первоначальные люки были и того меньше. Никто, кроме «Четырех Миров», никогда не видел торов и не знал, как они выглядят, но инвиди не рассказывали об этом. Я предполагала, что торы маленькие, даже меньше людей, и, возможно, с большим числом конечностей, как кчеры или леовины.
Наконец я добралась до грузовых люков, которые отличались большими размером и были сделаны из особенно прочного материала. Нажав кнопку «Открыть» на панели у двери люка, я удивилась, как быстро она сработала. Люк открылся. Длинная шахта уводила влево и вправо, а в сером туннеле виднелись очертания труб и кабелей. Я осторожно спустилась вниз. Оттуда виднелись другие люки и дорога, спускавшаяся к главному системному обеспечению.
Помимо основной дороги, вниз вела узкая тропинка между кабелей и проводов. Освещение очень тусклое, как перед самым заходом солнца. Я уже и забыла, как скользят ботинки на этой поверхности, какой металлический здесь воздух!
Огромная фигура перегородила впереди коридор.
– Эн Серат! – крикнула я, не желая приближаться к нему сзади, крадучись, как вор. – Что ты здесь делаешь?
Он не повернулся и, кажется, даже не узнал меня.
– Уходи! – послышался ответ.
Я прошла вперед еще несколько шагов.
– Не знаю, что ты пытаешься сделать с системами станции, но это надо немедленно прекратить! Ты подвергаешь опасности жизни всех обитателей станции!
Никакого ответа. Его антенны вращались около одной из секций, по цветным кабелям которой я узнала системы переработки воздуха в Дыме. Пурпурные и зеленые провода торчали во все стороны. Мелкие искры бегали по прозрачной поверхности основного блока.
– Что ты делаешь?
– Выясняю дальше. Транодариана, – раздался гулкий звук транслятора на его груди.
– Мне не знакомо это название. Переведи! – сказала я.
– Ты знаешь, о ком я говорю. О тех, кого вы называете торами. Они здесь.
– Нет, они не могут здесь быть. Мы тщательно проверили станцию, прежде чем позволили ее заселять, и ликвидировали все их механизмы. Никто не хотел жить на станции, системы которой зависят от непредсказуемых и смертоносных механизмов.
Приборы торов не имели необходимых инструкций по эксплуатации, впрочем, как и многое другое, что так и осталось для нас тайной. Как в человеческом организме вся биологическая информация содержится в молекуле ДНК, так и в механизмах торов таилась их неведомая остальным видам сущность. Когда модифицировали Иокасту, основная задача техников заключалась в перемещении и изменении старых механизмов, а также их адаптация под коды Конфедерации. Возможно, Эн Серат пришел сюда в поисках чего-то, упущенного в свое время нами. А если мы действительно что-то забыли и механизмы торов могли трансформироваться дальше, то вся станция в опасности. Когда выяснится, что наша система вовсе не «чиста», придется эвакуировать всю станцию, ибо жизнь ее обитателей висит на волоске.
– У меня есть методы, которые ты не можешь постигнуть, – сказал Серат.
– Возможно. Но я помогала строить эту станцию и знаю, что и где здесь находится!
– А я знаю торов. Ты и твои ограниченные сородичи не могут превзойти их!
Я вспомнила серый корабль торов с его системами-ловушками, которые погубили неосторожных сэрасов. Прямая сила этого корабля подчинила меня, я не успела продержаться и нескольких секунд. Неудивительно, что инвиди понадобились десятилетия для победы над столь могущественным противником. Если Эн Серат потратил целые годы на противостояние системам торов и попытки склонить системы «Провидца» на сторону инвиди, несомненно, он гениален.
Я даже не могла представить, как можно использовать технологии торов, поэтому и воздержалась от таких экспериментов с «Провидцем». Эти шифры так быстро подчиняли себе, так стремительно поглощали другие системы, что без длительной подготовки рисковать нельзя.
– Что такого важного тебе здесь понадобилось? Зачем ты решил поставить под угрозу всю станцию?
– Для моих решений есть важные причины и доказательства. Твое прибытие – тоже доказательство.
– Прибытие куда?
– В твой мир.
Только спустя несколько минут я поняла, что он имеет в виду, и только сейчас осознала, как страстно желала получить ответ на свой вопрос.
– Ты имеешь в виду, почему я прибыла раньше, чем следовало? До того, как на Землю прилетели инвиди?
– Торы задержали «Калипсо». У торов есть власть. Я сказал Барику.
Голос транслятора инвиди звучал торжествующе.
– Торы…
Во время блокады серые корабли сэрасов были здесь и застали момент прибытия «Калипсо». Получается, туннель соединял между собой девяносто пять лет… Но ведь туннель длиной девяносто девять лет тоже существовал! Он начинался почти в той же самой точке. Если первый туннель протянут в прошлое по той же самой дистанции, это может объяснить, как я оказалась на Земле в 2023 году, а не 2027-м. Хотя…
– Ты хочешь сказать, что торы поменяли местами туннели, и «Калипсо» прибыла в 2122 год?
– Да!
– Но почему?
Ответа не последовало.
Итак, Серат отправил «Калипсо» в туннель длиной девяносто девять лет. Затем туннель деформировался, вызвав сокращение расстояния на четыре года, и соединил 2122-й с 2023 годом. Потом я пересекла его на «Калипсо-2» и обратно на «Провидце». Нет… а как же тогда вспышка радиации, зафиксированная 16 мая? И как насчет разницы в координатах? Должно все-таки существовать две пары туннелей совсем рядом друг с другом! По крайней мере в течение двух дней…
– «Провидец» открыл новый туннель в гиперпространстве между Землей и Иокастой?
– Ты использовала работу. – Голос электронного переводчика в механизме прозвучал недовольно.
– Ты должен был заметить, что один из туннелей дестабилизировался, и произошло нечто, вызвавшее вспышку радиации. Означает ли это, что один из двух туннелей исчез?
Ответа не последовало.
– Эн Серат, пожалуйста, перестань вмешиваться в работу систем станции! Что ты пытаешься сделать?
Если он способен открывать туннели в гиперпространстве, то мог создать и собственную систему межгалактических перемещений. Такую систему, которая не имела бы ничего общего с системой туннелей Конфедерации и могла бы изменяться по его личному желанию. Если Новый Совет когда-либо узнает правду о «Провидце» и о туннелях в гиперпространстве, то непременно попытается воспользоваться кораблем и его невероятными возможностями. И все же какая цель у Серата?!
– Я могу пойти туда, – сказал он.
– Куда?
– Ты использовала мой корабль. Ты видела место без дорог и в то же время со всеми дорогами.
У меня появлялись странные видения, когда я использовала «Провидца». Но не про вечность… Какие дороги инвиди имеет в виду?! В моем голосе прозвучало разочарование.
– Я не видела этого места. По крайней мере я не думаю, что видела. Может, не заметила?!
Его антенны качнулись.
– Конечно. Нельзя ожидать таких способностей от ограниченных существ…
– Эн Барик сказал, что использование корабля дестабилизирует космическое время.
По крайней мере так я поняла из слов экс-наблюдателя.
– Барик не прав.
– А почему я должна верить тебе, а не ему?
Какая-то маленькая часть меня хотела отомстить за то, что он мог получить от «Провидца» намного больше, чем я. В этот момент я как никогда остро чувствовала себя действительно значительно ниже по уровню развития.
– Твое космическое время пострадало?
Этот странный вопрос застал меня врасплох. Я ничего не ответила.
К моему дальнейшему удивлению Серат продолжил:
– Барик не понимает. Другие ничего не понимают. Технологии торов могут сочетаться с технологиями инвиди.
– Но когда мы строили станцию, то заменили первоначальные механизмы, потому что они основывались на порабощении и подавлении всех иных технологий. Насилие заложено, закодировано в каждой мельчайшей частице их строительного материала.
– Вы – не инвиди. У вас нет власти.
– Тогда как же мне удалось воспользоваться кораблем?
– Другие космические виды могут пользоваться технологиями торов. Это нежелательно, но возможно. Я исправлю это.
Его щупальца снова дотронулись до проводов открытой секции и продвинулись дальше вглубь хитросплетений проводов. Он потерял интерес к разговору со мной.
Я пошла следом за ним еще несколько метров вдоль прохода. Оглянувшись назад, я заметила, что желтый свет кабины лифта в шахте тускнеет.
– Эн Серат, ты должен остановиться! Пожалуйста! Ты подвергаешь опасности все системы жизнеобеспечения станции!
Никакого ответа.
– Мы попытаемся достать тебе нужный материал где-нибудь в другом месте.
Инвиди снова промолчал. Я подошла ближе и дотронулась до поручня рядом с ним.
– Послушай меня! Возможно, у нас есть нетронутые механизмы торов где-нибудь в старых хранилищах. Детали кораблей, механизмов. Ты можешь использовать!
В следующий момент что-то произошло… Я ничего не почувствовала. Быстрая вспышка яркого света метнулась перед глазами, и сначала показалось, что Серат повредил один из проводов. Однако в следующую минуту я очнулась, лежа на металлической поверхности пола.
Острые выпуклости покрытия больно впились мне в ребра и щеку. Сердце билось неистово, дышать стало трудно. Я боялась, что сейчас снова начнется приступ. Какого черта? Что произошло?
Дыши. Дыши спокойно. Вдох – выдох. Вдох – выдох.
Кажется, я пролежала так несколько часов, прежде чем смогла сосредоточить свой взгляд на каком-то отдельном предмете; и еще больше, прежде чем смогла принять вертикальное положение и понять, что же случилось. Постепенно становилось легче. Похоже на облегчение, которое обычно наступает после ненавистных приступов. В голове все перемешалось, я с трудом могла вспомнить последние минуты до того, как оказалась на полу. Однако на самом деле прошло лишь несколько минут. Я на Иокасте, в ядре станции и пришла сюда для определения причин сбоев в системах. В последний миг перед внезапным падением я разговаривала с Эн Сератом.
Перед глазами все встало на свои места. Осторожно выпрямившись, держась за поручень, я посмотрела вглубь коридора. Там не было ничего, кроме тусклого света в узком проходе и проводов. Серат ушел? Я посмотрела назад, чувствуя свинцовую тяжесть в теле. Он был сзади, медленно катился по проходу к шахте, вырывая по пути провода из механизмов ядра. Вероятно, он просто «оттолкнул» меня, чтобы пройти мимо. Я поразилась пришедшей в мою голову простой и вместе с тем невероятной мысли. Меня ударил инвиди! Инвиди никогда не применяли против кого-либо физической силы. По крайней мере при прямом контакте с другим существом. Мы даже не знали, что они способны на грубые действия! Чем он ударил меня? Оружием? Или использовал свою внутреннюю энергию? Может, даже некий биоэлектрошок, судя по моему сердцебиению и дрожи в руках.
Враждебный инвиди… Никогда прежде никто не предполагал, что инвиди способны проявить агрессию!
– Почему ты это сделал? – крикнула я так громко, как только могла.
Его щупальца слегка колыхнулись, но ответа не последовало.
– Инвиди никогда не причиняют вред другим существам!
– Я не такой, как все.
– Почему?
– Я постигаю освобождение от действий. Действие освобождает меня из клетки знаний.
– Не понимаю.
Серат резко развернулся, и весь проход затрясся.
– Действия затуманивают пути. Я не вижу сеть. Я получаю свободу.
– Но тогда ты теряешь видение будущего! Как ты можешь функционировать?
– Как и ты.
Он скатился под уклон в шахту, и я увидела, как инвиди вкатился в близлежащий коридор. Медленно, держась за поручень, я направилась в ту же сторону.
Тихий гул указывал на то, что шахта все еще функционирует. Кабина, спускавшаяся вниз на стальных тросах, на миг затмила свет. Когда я приблизилась к тому месту, где еще несколько секунд назад видела Эн Серата, он уже исчез.
Мы знали, что у наблюдателя произошел конфликт с другими инвиди, во главе которых стояли Эн Барик и Конфедерация. Они хотели получить «Провидец» и поймать Серата, потому что он нарушил законы. Возможно, слишком далеко зашел в своих экспериментах. Я не знала, в чем суть конфликта, и лишь по словам Барика догадывалась о возможных причинах. Неужели «Провидец» действительно способен деформировать космическое время? Однако до недавних пор Серат ничем не отличался от остальных представителей своей цивилизации. Если сказанное им – правда, то это обстоятельство не противоречит морали инвиди, которая не позволяет им вмешиваться в подобные дела. Такие конфликты ставили в опасность прежде всего нас – простых обитателей Иокасты. Никто не знал, на что способны инвиди, потому что они никогда ничего решительного не предпринимали.

Следующие сорок минут были самыми огорчительными в моем походе. Система связи все еще не работала, я не могла связаться с Мердоком, чтобы сообщить о беседе с Веннер. Интересно, сдержала ли капитан данное мне слово, отозвала кчинов из «Альфы»? Кроме того, я не могла связаться с Техническим корпусом и попросить спуститься для диагностики ядра трех инженеров. Куда подевался Эн Серат? Исходя из общего состояния ядра, я думала, что он покинул эту часть станции. Вдруг он направился к «Провидцу» или уже успел покинуть станцию?
Прошло несколько минут после исчезновения Серата, и в кабине лифта из шахты поднялся солдат Нового Совета. Крупный, с круглым лицом, в татуировках и с короткой стрижкой. При виде меня нахмурился и стал ждать, пока закончу осмотр.
Я сосредоточила свое внимание на ближайшей подсистеме