особой разницы. «Мститель» послал курьера с новостью о случившемся в Центр, так что Эн Барик так или иначе обо всем узнает.
Порой я задавалась вопросом, почему Эн Барик остался на станции после того, как мы получили временный нейтралитет. Тем более что на Иокасте царит довольно недружелюбное отношение к представителям «Четырех Миров» и вряд ли он чувствовал здесь полный комфорт. Жителям не нравилось превосходство инвиди и союзников, впрочем, как и сам факт того, что станция управляется Конфедерацией.
Если только он не ждал нашего возвращения из прошлого!.. Вероятно, наше возвращение было достаточно большим «узелком» на их безупречной ткани прошлого. Он знал о прибытии «Калипсо», о моем сооружении «Калипсо-2» и участии Серата в ловушке. Возможно, если бы Барик находился здесь, Серат бы не приехал.
Что же заставило экс-наблюдателя покинуть станцию в критический момент нашего возвращения? Может, в самой Конфедерации произошло нечто из ряда вон выходящее? Нечто, противоречащее планам Серата? Или, наоборот, наше возвращение на корабле не так опасно, как я предполагала?!
– А Стоун знает, что тебе известно о его переписке с Эн Бариком? – спросил у Вича Мердок.
– Думаю, да.
В глазах мелота появилось искреннее выражение невинного ребенка.
Люди запрограммированы на то, чтобы понимать многое из взгляда другого существа. К сожалению, мелоты передавали свою подсознательную информацию другими способами. Например, с помощью движения антенн и частей тела. Чтобы привыкнуть к подобным знакам, пришлось некоторое время хорошенько понаблюдать за ними. Я немного отвыкла от подобного общения, а потому не очень понимала, что же все-таки думает Вич о сложившейся ситуации и как действительно относится к Стоуну. Когда я попала на Землю, то бесконечная вереница лиц, мелькавшая передо мной за день, действовала угнетающе. Другие обитатели Вселенной всегда вносят свои особые черты и нюансы в общение. Существа другого цвета, вида, мышления разбавили однотонную бесцветную гамму человеческого мира. На самом деле только сейчас я поняла, как мне не хватало такого общения. Странно, но я даже отвыкла понимать те или иные движения и жесты инопланетян.
Вич выглядел более спокойным, нежели в момент обсуждения Стоуна. Он до сих пор даже не подал намека на то, чтобы мы тоже рассказали что-нибудь в ответ.
– Ты имеешь в виду, что не сказал ему? – сдаваясь, спросил Мердок. – Так же, как не сказал Хэлли, что читал ее личную корреспонденцию?
Я подумала, что Мердоку не следовало поднимать сейчас этот вопрос. Прошло уже некоторое время с тех пор, как в конце блокады сэрасов произошли некоторые неприятные события, связанные с кчинами.
Вич выглядел вполне спокойным.
– Я не обсуждал детали с мистером Стоуном, однако думал об этом. Он достаточно профессиональный и хороший администратор, он осведомлен о моих мерах.
– Тебе нравится работать с ним? – спросила я.
– Мистер Стоун показывает некоторое понимание сложных концептуальных вопросов организации жизни станции. Представители вашей расы обладают отличными организаторскими способностями. Это впечатляет.
– Это должно облегчать твою работу, – едко заметила я.
– Это снимает многие задачи. Такие, например, как перепроверку операций. И, возможно, смягчает интерактивный аспект моей работы.
– Уже поздно, – заметил Мердок.
Он протянул руку и обнял меня за талию. Этот открытый собственнический жест поразил меня почти так же, как и Вича. Антенны управляющего резко выпрямились.
– Давай продолжим разговор утром. Нам надо поспать хотя бы пару часов, – невозмутимо продолжил Мердок.
Вич взял в руку переговорные устройства и прижал их к груди.
– Да, это самый лучший подход. Спокойной ночи, командир, шеф!
– Спокойной ночи, Вич, – хором ответили мы.
Через несколько секунд входная дверь плавно закрылась.
Я чувствовала теплую мужскую руку на своей талии. Нет, сейчас не время возбуждаться! Нельзя медлить, следует поскорее идти на старый склад и заняться изучением корабля. Войска Конфедерации и Эн Барик могут прибыть гораздо быстрее, чем мы предполагаем, и тогда я потеряю шанс исследовать механизмы корабля. Но я так устала…
Мне совсем не нравилось собственное бессилие и физическая слабость. Я гневно встряхнула головой. Куда же делась вся та энергия, которая помогла мне и станции выстоять блокаду? Может, начал давать знать о себе возраст?
– Что случилось? – ласково спросил Мердок, заметив перемену на моем лице.
– По-моему, старею…
– Это все из-за путешествий во времени. Они просто высасывают энергию!
– Я должна пойти немедленно и начать исследование корабля.
– В полусонном состоянии ты все равно ничего не сможешь сделать! Давай присядем, – потянул он меня за руку.
– Билл, совсем нет времени. Мы не знаем, в какой момент нагрянут войска Конфедерации…
Он снова потянул меня за руку. Я присела, но только чтобы удержать баланс и не упасть прямо на диван. Мягкое сиденье оказалось очень кстати. Я прислонилась к плечу Мердока так же, как делала много раз в трудные минуты в трущобах. Когда-то, обнявшись, мы смотрели телевизор в гостиной Левина. Но в доме Левина были еще и Грейс и Уилл, а теперь остались только мы вдвоем. Господи! Мы же целовались в тот момент, когда пришел Вич!
Не самый подходящий момент начинать интимную связь. Никто из нас не знает, где мы будем завтра. Поэтому о будущем говорить сейчас просто нелепо. Каждый раз, когда Мердок касался моего тела, невидимое присутствие Геноита становилось все сильнее и отчетливее. Столько проблем, а тут еще это невыносимое чувство, как будто кто-то копается в моей голове и одурманивает остатки сознания.
– Активизировать секретный замок! – отдала я голосовую команду.
Интерфейс издал пикающий звук, что означало выполнение приказа.
Я повернулась к Мердоку, наблюдая, как выражение его лица медленно сменилось от удивленного к настороженному.
Билл, думаешь, это хорошая идея? – едва не спросила я, однако вовремя остановилась.
Мердок положил руку мне на шею и нежно погладил. Затем осторожно дотронулся до бедра и притянул к себе.
Договорить мне так и не удалось. Дыхание стало прерывистым. Я попыталась успокоиться, однако это оказалось невозможно. Руки мгновенно оказались на груди Мердока, его жаркие губы прильнули к моим, и мы слились в страстном поцелуе.

Позже я лежала, прижавшись к теплому телу Мердока, и смотрела, как неизменное ночное освещение станции окрашивает комнату в темно-голубой свет.
Мы так хорошо знали друг друга во всем, но не в этом. Я даже не представляла, какой он нежный и изобретательный любовник. Билл словно заранее знал все мои тайные желания и умел искусно их выполнять. Я с жадностью отзывалась на каждую его ласку. Но отчасти это была и реакция на Геноита. Мердок, конечно, не догадывался. Он видел лишь мою ответную реакцию и думал, что причиной столь необузданной женской страсти является только он.
– Ты чувствуешь то, что чувствую я? – раздавался где-то в голове шепот Геноита.
Его невидимые прикосновения возбуждали совершенно невероятные по силе эмоции. Всё, от ритма биения сердца до продолжительности оргазма я разделила вместе с ним. Да, я чувствовала все, что чувствовал он, и видела в тот миг мир его глазами. Я попала в какой-то водоворот ощущений; открытое космическое пространство, в котором чувствовала себя лишь маленькой частью чего-то невероятно огромного. Там я перестала быть человеком и превратилась в сгусток горячей энергии. Это невозможно описать или передать словами: в человеческом языке не существует слов, которыми можно передать то, что чувствовало в тот момент мое подсознание. Я окунулась в Геноита и стала частью него – того, кто физически уже не существовал!..
Это нечестно по отношению к Мердоку. Когда я в порыве страсти прижималась к нему всем телом и окуналась в волны безудержного наслаждения, то мысленно обнимала горячее тело Геноита и чувствовала его дыхание в себе. В ту секунду я хотела быть Геноитом.
Ну почему он не оставит меня в покое? Как же тяжело сопротивляться такому… Я ворочалась на кровати, все еще чувствуя запах Геноита, все еще слыша отзвуки его голоса.
Дело даже не в том, что он обладал некими необычными эротическими свойствами неземного происхождения, которыми доводил человека до невероятного по силе возбуждения, хотя именно так принято считать. О непонятной власти хдигов над людьми слагались легенды. Однако репродуктивные функции у представителей этой космической расы практически гермафродитные. Женские представители этого вида вынашивали ребенка только раз в жизни. Наверняка, чтобы проконтролировать этот процесс, существовали определенные физиологические механизмы, о которых можно было лишь догадываться.
Нет, большая часть возбуждения вызывалась во мне феромонами. Именно они превращали тело в волшебный инструмент наслаждения. Наверное, некая часть его души поселилась где-то в глубине моего существа и потому заранее могла предугадывать требования моего тела.
И все же, когда я была с другим мужчиной, мне вовсе не хотелось думать о Геноите. Мердок оказался невероятно нежным и внимательным. Каждое движение, каждая ласка вызывала во мне бурю эмоций, даже несмотря на то что подогревались они другим, невидимым источником. Казалось, я разделилась надвое и испытываю две разные волны страсти. Геноит неотступно находился рядом, однако я отчетливо ощущала и ласки Билла. Как же все это странно!.. Когда это прекратится?
Я повернулась на другой бок, вытянула ноги и вновь прильнула к Мердоку. Положив голову ему на грудь, я закрыла глаза, чтобы не видеть надоевший синий фон комнаты. Его грудь мерно опускалась и поднималась под моей щекой, а биение сердца отдавалось в ухо так громко, что вскоре отогнало все посторонние мысли и надоевшие страхи…

Глава 21

Раздался звонок в дверь. Я с трудом открыла глаза и удивилась, что мне все же удалось хоть немного поспать.
Мердок лежал на другом краю кровати. Открыв глаза, он встал и пошатывающейся походкой направился в гостиную. Я услышала, как он зевнул, затем застонал:
– Сейчас только семь утра! Интересно, нам удастся когда-нибудь поспать?
Всю ночь мы спали рядом! Я перекатилась на освободившееся место. Простыни еще хранили тепло его большого сильного тела. Как же здорово! Я закрыла глаза, пытаясь навсегда сохранить в памяти волшебное ощущение, прежде чем оно станет частью прошлого или… чем-то обыденным.
– Доброе утро! – раздался голос Вича.
Время идет. Вставай-ка побыстрее, Хэлли!
Я приподнялась на кровати и через секунду стала медленно нащупывать разбросанную одежду. Самым трудным оказалось найти брюки. Куда же я кинула их прошлой ночью? Вернее, сегодня рано утром. Наконец после третьей попытки я обнаружила их скомканными под кроватью.
– Можно войти? – спросил Вич. – У меня есть некоторая информация, которую, думаю, вам необходимо знать.
Дверь в спальню со свистом закрылась. Я надела брюки и заправила в них рубашку; однако, увидев, что неправильно застегнула пуговицы, переоделась снова.
Когда я выглянула в гостиную, Вич стоял у входной двери, там же, где и прошлой ночью. Мердок тер сонные глаза.
Антенны мелота вытянулись вверх.
– Капитан Хэлли, учитывая сложившуюся обстановку, я счел нужным прийти пораньше.
– Да, обстановка не самая лучшая…
В голове вновь всплыли странный корабль инвиди-торов, Руперт Стоун, Эн Барик, бендарлы на «Мстителе», нависшая угроза со стороны Конфедерации. Я вспомнила, как нежно обнимал меня Мердок…
– Здесь есть кофейный аппарат? – спросила я.
Билл зевнул и показал на нишу в стене за стульями.
– Разрешите мне, – сказал Вич.
Он подошел к встроенному буфету и нажал несколько кнопок на автомате.
Я вернулась в спальню, затем прошла в ванную, чтобы умыть лицо в гигиеническом отсеке струями воздуха. Зеркало в ванной, как почти все бытовые предметы на станции, имело голосовое управление, поэтому я постаралась ничего не произносить. Если я выглядела хотя бы в половину того, как ужасно себя чувствовала, то не желала слушать об этом.
Наконец, окончательно проснувшись, я снова вышла в гостиную. Пахло кофе. Мердок сидел в кресле с чашкой горячего напитка, Вич примостился на соседнем диване. В комнате горел свет. Искусственное освещение создавало эффект наступающего утра.
Я взяла со столика свою чашку и, отхлебывая мелкими глотками кофе, постепенно раскладывала мысли «по полочкам». Прежде всего следует направиться в доки и исследовать корабль. Необходимо выяснить принципы работы его механизмов. Почему же все-таки он представлял такой огромный интерес для Эн Барика и других инвиди? Что заставляло их угрожать нам ворваться на станцию, нарушив временный нейтралитет?
Вич поправил воротник. Почти незаметный жест, но тем не менее необычный. Движение символизировало первый тревожный звонок. Управляющий Иокасты хотел о чем-то поговорить прошлой ночью, но мы были не в состоянии слушать его.
– О чем ты хочешь поговорить? – спросила я Вича натянуто-вежливым тоном.
– Мне бы хотелось узнать некоторые детали вашего внезапного исчезновения и такого же необъяснимого появления. Я не могу закончить отчет, не располагая информацией о вашем местопребывании за последние месяцы.
Я нахмурила брови.
– Вич, в данный момент я не могу ответить. Это вопрос, который имеет отношение к инвиди.
– В каком смысле?.. – начал он, однако Мердок перебил.
– Вы имеете в виду отчет об эксперименте «Калипсо-2»? – спросил он управляющего, повысив тон. – Вы должны выполнить этот приказ, чтобы трех инженеров перевели на другой объект, так? Когда я спросил, что произошло с докладами инженеров, вы не смогли ответить на мой вопрос. Вы даже не знали, кто в тот момент занимал должность хранителя архивов с документацией. Что касается грузового судна Финке… – Мердок стукнул кулаком по столу. – А как насчет моего перевода на другой объект? Вы предложили это, нимало не сомневаясь в правильности своего предложения, да?
Вич слегка отпрянул.
– У меня нет данных на приказы по переводу служебного персонала станции.
Мердок фыркнул.
– Вы – главный управляющий станцией, не так ли? В тот момент на Иокасте не было даже исполняющего обязанности главы станции. Потому, если вы не возражали против того или иного решения, никто другой возразить не мог!
– Шеф Мердок, вы должны понять, что я действовал, как того требовали обстоятельства. Лично меня произошедшее привело в замешательство. Я не был готов вести себя согласно протоколу.
Допив кофе, я резко поставила чашку на столик. Я никогда не сомневалась в верности Вича или его понимании.
– Тогда кто?
Вич повернулся и вновь затеребил в руках коммуникаторы.
– Что вы имеете в виду?
– Кто отдал приказ скрыть это?
Управляющий замешкался, затем нервно разложил все до одного электронные устройства на столике.
– Приказ пришел из пятого сектора, а именно – из третьего отдела.
Пятый сектор – отдел управления Конфедерации, отвечавший за порядок в «Девяти Мирах». Третий отдел отвечал за безопасность.
– Приказы были отданы… – Вич сделал паузу, затем медленно продолжил: – Эн Бариком. Он посоветовал строго их придерживаться, что я и сделал.
Мы с Мердоком переглянулись. Значит, Эн Барик хотел, чтобы мой эксперимент с «Калипсо-2» остался в секрете. Все мгновенно прояснилось: если информация об эксперименте просочится и станет известно, что представитель одного из «Девяти Миров» использовал технологии перехода времени, то инвиди и трем союзникам придется объяснять, как это стало возможно и почему другие миры до сих пор не имеют доступа к этим технологиям. Вероятно, существовало и другое объяснение: Эн Барик знал, что окно в гиперпространство, которое активизировалось механизмами «Калипсо», существовало вне Главной Сети, и хотел сохранить этот факт в тайне. Тогда почему он не помешал мне получить детали «Калипсо» и создать «Калипсо-2»? Напрашивался только один вывод: Барик хотел, чтобы я отправилась в 2023 год и вызвала серию событий, в результате которых на Земле появились инвиди.
– Уверен, вы понимаете, что даже при желании я не мог поступить иначе.
– И почему же ты хотел поступить иначе? – подозрительно спросил Мердок. – Тебе-то что до всего произошедшего?
По всей видимости, вопрос не смутил Вича, а наоборот: мелот счел его разумным и обоснованным.
– Если все жители Вселенной смогут беспрепятственно пользоваться гиперпространством и любой желающий получит доступ к использованию этих технологий, то статус-кво в Совете Конфедерации может существенно пошатнуться. В этом случае существует большая вероятность того, что миры, не состоящие в Конфедерации, получат немалую экономическую и иную выгоду.
– Есть другой вариант? – спросил Мердок.
– Политический переворот пробудит беззаконие, которое раньше сдерживалось Конфлотом. Наступит хаос и насилие.
Билл повернулся, и я вспомнила его вчерашние слова: «Как это может помочь нам в сложившейся ситуации?»
– Однако я детально все обдумал и считаю, что вряд ли результат принесет особо пагубные последствия для станции и всей системы Абеляра.
Вич посмотрел на нетерпеливого шефа безопасности.
– Итак, – продолжил он, и антенны удовлетворенно вытянулись, – эта станция не на самой окраине зоны Конфедерации, разве что на некотором физическом отдалении. Насколько мы знаем, такое положение влияет в основном только на импорт и систему транспортировок, которая зависит от перемещений в гиперпространстве. В принципе Иокаста близко расположена к точкам, где находятся туннели гиперпространства. Этот факт делает станцию важным стратегическим объектом, равнозначным в этом плане и Земле, и Чине, и Руарле и другим центральным системам различных инопланетных цивилизаций.
– Ты хочешь сказать, что если мы усовершенствуем внутренние системы обслуживания, то можем стать одним из самых больших и влиятельных центров данного сектора Галактики? – не веря своим ушам, спросил Мердок.
– Да, однако если мы не получим постоянный нейтралитет, это вряд ли станет возможно, – заметила я. – Конфедерация будет по-прежнему контролировать все входящие и выходящие из туннелей корабли, и мы никогда не сможем пригласить на станцию специалистов, способных модернизировать наш интерфейс и сделать Иокасту одним из ключевых точек сектора!
– Это слишком упрощенно, однако я считаю, что суть проблемы изложена, – сказал Вич. – Не думаю, что инвиди потеряют монополию над полетами в зоне действия Конфедерации. Мой опыт подсказывает, что Конфедерация непременно направит сюда войска и силой возьмет шаттл, на котором вы прибыли. Они сделают это, чтобы не дать вам возможность исследовать его и получить секретную информацию. Однако таким образом они поставят свою репутацию под сомнение и продемонстрируют «Девяти Мирам» и жителям Вселенной, не состоящим в Конфедерации, что «Четыре Мира» позволяют себе нарушать собой же установленные правила, чтобы защитить свои интересы. В этом случае мы сможем получить большее количество голосов в поддержку нашего нейтралитета.
– Думаешь, кто-нибудь из «Девяти» поддержит нас? – спросил Мердок.
– Если вас интересует мое личное мнение, то… – Вич сделал паузу, очевидно, размышляя над тем, не обяжет ли впоследствии к чему-нибудь его ответ, – мы можем рассчитывать на поддержку диров, которые яростно отвергают монополии кчеров. Возможно, нас поддержат и теллы, но причину этого, к сожалению, не знаю. Не исключено, что свою положительную роль в этом важном для нас вопросе сыграет и Нерондерон, однако его власти непредсказуемы. Помимо перечисленных космических видов, вероятно, нас поддержат и ахелианцы: их новые лидеры проявляют стремление стать во главе «Девяти Миров».
– Конечно же, инвиди и трое союзников проголосуют «против»! – сказал Мердок.
– Вы же знаете: бендарлы ненавидят терять территории, кчеры боятся упустить рынки сбыта своих товаров и лишиться бизнеса. Мои сородичи придерживаются разных мнений, однако в большинстве своем поддерживают идею предоставления высших технологий и другим космическим нациям. Ну а инвиди… – На этой фразе Вич замолчал.
– Что инвиди? – спросила я.
– Трудно выразить… – Его антенны медленно превратились в спирали, затем вновь распрямились. – Они напоминают детей, которые упрямо продолжают играть с опасным животным, не желая понимать, что перед ними вовсе не игрушка. Я считаю, что они проявляют здоровое любопытство к жизни других видов и хотят сотрудничать с ними в самых разных сферах. Однако, когда «партнеры» начинают поступать так или иначе, возбуждая опасения у инвиди, последние теряют интерес. Это довольно интересный факт их отношения к другим жителям Вселенной.
– Если не терпишь жара, не подходи к реактору! – проворчал Мердок.
– Да, но если бы не они, у нас и не было бы реактора! – напомнила я.
– Ладно, все эти разговоры о «Четырех» и «Девяти» ни к чему не приведут. Ты – один из них. Почему же ты предаешь сородичей? – саркастически поинтересовался Билл.
Антенны Вича в тот же миг гневно превратились в маленькие пружины, немигающие зрачки сузились.
– Ничего такого я не делаю. Просто продолжаю добросовестную работу.
После блокады сэрасов мы много размышляли о том, отзовут ли Вича снова в Центр Конфедерации. Видимо, ответ все же отрицательный.
– Если получим нейтралитет, ты попытаешься занять максимально высокий пост на Иокасте, не так ли? – едко бросил Мердок.
– Теперешняя должность вполне меня устраивает, и я хотел бы сохранить ее. – Управляющий опустил глаза. – Сегодня я пришел к вам как раз обсудить дело, которое касается непосредственно моих обязанностей.
Мердок выглядел все еще сонным, но взгляд стал настороженным.
– Мы слушаем, – кратко сказал он.
– Вам знаком торговец по имени Кувай Триллит? – спросил Вич.
Мы кивнули, и собеседник продолжил:
– Двадцать пять дней назад он пришел ко мне и спросил, не смогу ли я посодействовать решению некой проблемы, связанной с хранением его товаров. Груз представлял собой особый вид высококачественного топлива для ракеты-носителя. Насколько я понял, топлива настолько много, что оно просто не умещается на выделенных складах. Возможно, я допустил ошибку, но согласился предоставить кчеру одно из свободных хранилищ на восьмом уровне центра станции.
Вич остановился, чтобы проверить, насколько внимательно мы его слушаем. Я не могла понять, к чему он ведет разговор.
– По-моему, в данный момент это вовсе не важно, – начала я.
– Думаю, к концу рассказа вы поменяете свое мнение.
Он слегка наклонил голову, и я вспомнила раздражение, с которым мне часто приходилось терпеть его долгие нудные рассказы и протокольные объяснения.
– Тогда переходи сразу к делу, – сказал Мердок, откинувшись на спинку кресла.
– Если я перейду к делу, предварительно не рассказав предысторию, вы не сможете понять суть проблемы, – сказал Вич.
Я нетерпеливо поерзала. Вич, очевидно, понял намек.
– К сожалению, хранилище не числится как официальная территория. Я сделал для Триллита исключение, принимая во внимание его прошлые заслуги перед станцией.
– Ты разрешил ему воспользоваться официальной территорией без разрешения командования станции и даже бесплатно! – подытожил Мердок. – Ну и что дальше? В данный момент нас волнует возможность санкций со стороны Конфлота и грозящий арест. Твои игры в кошки-мышки сейчас не слишком уместны!
– Мне не знаком этот земной архаизм, но, уверяю вас, рассказ имеет отношение к вашему положению.
– Ты не хочешь, чтобы об этом узнал Стоун, – поняла я. – Или он уже узнал, и ты боишься, что он выдвинет против тебя обвинения в превышении должностных полномочий.
Вич любезно склонил голову.
– Может, вы смогли бы объяснить мистеру Стоуну, как трудно удовлетворять потребности различных социальных и этнических групп на станции…
Мердок громко захохотал, однако смех был отнюдь не веселый.
– Ты попросту теряешь время зря.
– В принципе, думаю, есть несколько вопросов, в которых мистер Вич мог бы нам помочь, – задумчиво произнесла я, пытаясь подать Биллу знак взглядом. – Конечно же, ты сможешь объяснить Стоуну, что санкции на использование хранилищ в непредвиденных обстоятельствах даются высшими должностными лицами станции после предварительной проверки или что-нибудь в этом роде.
– Триллит чертовски жадный, когда дело касается его товаров, – прогремел Билл.
– Посмотрим, что можно сделать.
Я улыбнулась.
– Может, Вич просветит меня в некоторых вопросах. Например, как поступают инвиди с теми, кто нарушает правила их общества. У них есть система наказаний, как у нас? Система компенсаций?
Я хотела узнать, что означает тот факт, что Серат не прибыл на станцию за своим кораблем. Может, другие инвиди не позволили?
Управляющий откинулся на спинку кресла и поправил костюм.
– Инвиди? Я не эксперт по этому вопросу!
– Но ведь ты только что рассказывал нам про них, – сказал Мердок.
– По роду своей деятельности в качестве управляющего я многое изучил о различных народах Конфедерации. Должен сказать, что инвиди весьма сдержанны и осмотрительны, представляя свое общество на чужой территории. Как бы то ни было, основывая свою аргументацию на событиях 2119 года…
– Не стоит вдаваться в детали.
– Короче говоря, у инвиди не существует системы мер пресечения, таких как лишение свободы. Они считают, что не имеют права ограничивать действия другого существа. Возможно, я ошибаюсь в своих оценках, но это факт. Могу добавить, что, наблюдая за поведением Эн Барика, пришел к выводу, что эта характеристика подтверждается.
Мне не оставалось ничего другого, как согласиться с ним. Эн Барик был почти отшельником и отказывался лишний раз контактировать даже с представителями своей расы и трех союзников. Когда на станцию прибыл «Калипсо», Барик попытался заполучить ее механизмы прежде всех и для этой цели использовал моего друга Квотермейна.
– Почему Эн Барик уехал? – спросила я.
– Не знаю.
Я вернулась мыслями к голосованию о нейтралитете станции.
– А как насчет хдигов? – спросила я, опять вспомнив Геноита.
По спине пробежала дрожь.
– Думаешь, они проголосуют?
Вич подумал, затем ответил:
– Внутренняя политика их мира достаточно изменчива. Однако сейчас высшие посты наблюдателей Конфедерации в их мире занимают достаточно консервативные представители власти. Поэтому скорее всего они проголосуют «против», желая сдержать нарастающие настроения в поддержку Нового Совета. В последнее время очень многие примыкают к этой террористической организации.
Я вновь вспомнила Геноита. Он стал рьяным последователям Нового Совета.
– В Новом Совете еще есть кчины?
Мердок хотел что-то сказать, однако передумал. Вич поднял почти невидимый кусочек пуха с колена и принялся его рассматривать.
– Хороший вопрос, командир! Боюсь, что ответ в заявлении. Кчины – детища генной инженерии, каста воинов теперь несуществующей империи кчеров. В конце войны между кчерами и инвиди, за четыре земных года до создания Конфедерации, в 2065 году, кчеры подписали соглашение, в котором пообещали не создавать больше кчинов. Галактика наконец вздохнула спокойно. Кчины были не просто воины, а настоящие кровожадные убийцы. Бывшая империя кчеров использовала эти адские создания, их невероятную силу и безумную ненависть, чтобы поддерживать порядок в колониях и держать их население в постоянном страхе и ужасе.
Когда один из этих генетически смоделированных инопланетных чудовищ появился на станции в конце блокады сэрасов, мы приготовились к самому худшему. Он успел убить пятерых землян и одного кчера. Однако «новый» кчин выглядел совсем не так, как первоначальные кровожадные воины. Он умел мыслить, ждать и прятаться. За годы своего долгого существования чудища перестали быть просто биологическими машинами-убийцами.
Новый Совет сумел достать генетический материал кчинов и создал убийц «нового поколения». Однако генная инженерия в лучшем случае наука не точная. Новый Совет ставил целью создать не просто беспощадных убийц, а существ, безоговорочно подчиняющихся дисциплине и приказам свыше, а «детища» оказались не совсем такими, как планировалось. Кчины превратились в хитрых убийц, желания и цели которых никто не мог предугадать.
– Новый Совет будет «интересоваться» нами только в случае, если мы получим нейтралитет, – сказал Мердок.
Я кивнула, полностью соглашаясь. В конце блокады Геноит прибыл на станцию, чтобы заключить сделку и использовать станцию в качестве опорной базы Нового Совета.
– По этой причине многие делегаты проголосуют «против». Они считают, что, пока здесь находятся военные силы Конфедерации, Новый Совет и кчины не сунутся. А ведь Иокаста лакомый кусок: она находится в зоне действий нескольких туннелей гиперпространства.
– Да, и представляет особо важную стратегическую точку!
Вичу, судя по всему, понравились наши выводы.
– Я считаю, что мы потеряем голоса Земли и Хдига именно по этой причине. Извините меня, теперь я должен идти. Было приятно поговорить с вами, капитан. Шеф Мердок, беспорядки среди населения в «Дельте», сектор третий, за ночь удалось прекратить…
– Какие еще беспорядки? – обернулась я к Мердоку.
Он пожал плечами.
– Жители протестуют против временно введенных новых правил доступа в доки и хранилища. В качестве дополнительного уровня безопасности мы увеличили режим проверок, и теперь процедуры занимают большее количество времени.
– …а новая система огнетушения будет испытана в 14:00, а не в 9:00, как планировалось ранее, – закончил Вич.
– Спасибо, – сухо отозвался Мердок и без намека на благодарность в голосе.
Управляющий поклонился и вышел. Билл резко встал с кресла.
– Этот парень всегда пытается манипулировать другими! В его голове постоянно зреют какие-то планы, и хорошо, если ты успеваешь их понять, прежде чем они сами свалятся тебе на голову.
– Может, в этот раз он действительно искренен? – Мой голос прозвучал не слишком уверенно. – Думаешь, Вич прав насчет кчинов? Неужели они все еще существуют?
– Такие слухи ходят.
– Вопрос в том, насколько они правдивы.
Мердок пожал плечами:
– Тебе лучше знать, ведь твой бывший муж дружил с Новым Советом!
Я едва не подскочила от неожиданности. Вдруг он догадался о чем-то прошлой ночью? Странно… Он затронул тему Геноита?!
– Если волнуешься, может ли станция защититься от монстров, лучше не трать время и нервы зря, – продолжал Мердок. – Мы не можем противостоять этим тварям. Если корабли Нового Совета попросят стоянки в наших доках, мы предоставим им возможность. Таким образом, беспокоиться о нападении кчинов не придется.
– Да, возможно, ты прав. Однако проблема самозащиты по-прежнему стоит перед нами даже в случае получения нейтралитета.
Мердок кивнул.
– Видимо, у нас есть только два варианта. Первый: мы создаем собственный военный флот или пытаемся сделать станцию более выгодной для стоянки кораблей таких организаций, как Новый Совет, и не вызывать у них желания атаковать нас. В конце концов станция не владеет какими-то особыми ценностями, которые привлекли бы интерес кчинов.
Вряд ли эти чудовища так же логически рассуждали. Но в данный момент следовало думать лишь о корабле. Я зашла в спальню и принялась надевать ботинки.
– Билл! – позвала я. – Ты надолго приставил ко мне этого охранника? По-моему, не стоит зря тратить время своих подчиненных!
– Правила! – раздался голос Мердока.
Застегнув мундир, он подошел к дверям.
– Если мы решили доказать, что я действительно арестовал тебя, то охрана просто необходима! Только таким образом мы сможем противостоять попыткам арестовать тебя вновь. Следует хорошенько придерживаться всех правил, если хочешь, чтобы правда и сила закона оставались на нашей стороне.
Он поправил пояс и взял со стола несколько коммуникаторов и мини-мониторов для связи.
– Можем отпустить тебя под залог. Это будет означать, что ты заплатила определенную сумму и дала подписку о невыезде, а также обязательство не вступать в связь с кем-либо из внешних источников. Тогда сможешь спокойно перемещаться в пределах станции.
– Я уже заплатила Финке!
Билл ухмыльнулся.
– Думаю, ты можешь заняться этим кораблем!
– Но ты ведь должен охранять его, как похищенную собственность! – сказала я, чувствуя, что это звучит нелепо.
Стоуну мои действия вряд ли понравятся, и я это отлично понимала.
– Это проблема Конфедерации! – ответил Мердок почти весело.
Этим утром он пребывал в каком-то странном настроении…
– Как скажешь.
Он отошел к столику и нажал на панель связи.
– Подойди на минутку и посмотри сюда!
Я выглянула через его плечо. Он зашел в запретную зону архива службы безопасности.
– Ладно, покажу тебе подробно.
Билл показал мне на сетчатку.
– Взгляни сюда, и он сразу проверит твои документы и данные.
Я смотрела на сетчатую пластину до тех пор, пока не заслезились глаза. Наконец загорелся сигнал подтверждения. Помассировав затекшую шею, я отошла назад.
– Билл, расскажи мне о Стоуне. Где он работал, прежде чем прибыл на станцию?
– Да какая разница?
– Мне необходимо это знать, чтобы предугадать, как он поведет себя в случае, если Конфедерация решит «нажать» на нас.
Мердок вышел из секретного архива и выключил устройство.
– Вряд ли он посмеет встать на их пути. Стоун был главой ревизионной комиссии при Министерстве иностранных дел Земли в течение трех лет. До этого работал заместителем министра финансов, еще ранее занимал различные высокие посты.
– Он работал только на Земле?
– Нет, на Марсе тоже.
Не удержавшись, я фыркнула.
– Конечно, я знала, что на Земле меня не особенно жалуют, но кому пришло в голову, что Стоун годится для управления огромной космической станцией, где толком ничего не знает?
– Земля хочет сделать нас экономически жизнеспособными до того, как пройдет голосование по поводу нашего нейтралитета, чтобы потом заявить: «Зачем беспокоиться о нейтралитете, ведь вы и так получили свободу!»
Билл искоса посмотрел на меня.
– Если бы ты не покинула станцию пять месяцев назад, сейчас бы здесь не было никакого Стоуна!
Я ничего не ответила. Тяжелый груз совершенных ошибок и упущенных шансов опустился на мои плечи, сметая на своем пути радость прошлой ночи. Снова заныл желудок, а имплантат сэрасов проснулся и дал о себе знать. Он действовал на нервы, словно ответ на давно мучившие меня вопросы. Как же работают механизмы, активизирующие вход в гиперпространство? Ответ кроется в загадочном корабле, который ждет меня в одном из старых хранилищ.
Мердок как будто ждал чего-то. Немного постояв в раздумьях, он пожал плечами и подошел ко мне почти вплотную.
– Ты пойдешь к шаттлу?
– Да.
– Больше никому не будешь сообщать об этом? Если хоть один узнает, то информация дойдет до Конфедерации быстрее, чем мы думаем.
– Да, я понимаю, но…
Чем больше я думала о раскрытии секретов механизма перехода, тем сложнее представляла результат. Внезапно меня осенила мысль.
– А ведь мои личные коды доступа больше не действуют, так?
– Точно. Я скажу Элен, чтобы она снова занесла твои данные в систему, но я смогу дать тебе только доступ среднего звена. Официально ты до сих пор считаешься пропавшей, и пока твой статус не изменится, доступ в главную систему командования для тебя останется закрыт.
– Да, понимаю, – сказала я, пожалев о том, что помогла Техническому корпусу разработать такие меры безопасности.
В свое время мы столкнулись с взломом кодов и использованием индивидуальных кодов пропавших или погибших членов персонала различными мошенниками и бандитами. Тогда мы усложнили систему доступа к информации и ввели новые правила пользования интерфейсом и механизмами станции.
Я попыталась немного отодвинуться, однако Мердок не отступал. Он улыбнулся и обнял меня.
– Хэлли, ты уверена, что это не опасно? В прошлый раз ты даже потеряла сознание!
– Все должно пройти хорошо. Как видишь, после первого контакта с кораблем никаких последствий не наблюдается. Тем более что я вовсе не собираюсь на нем куда-либо лететь! Просто возьму диагностические приборы и попытаюсь побольше узнать о его механизмах.
Мне очень хотелось остаться в теплых объятиях Билла, наслаждаясь его сильными надежными руками, однако корабль тянул меня к себе как магнит. Я почти физически слышала зов и понимала, что должна во что бы то ни стало раскрыть секрет его механизмов. К тому же мне вовсе не хотелось через несколько секунд объятий с Мердоком вновь услышать ненавистный шепот Геноита.
– Ладно. Тогда увидимся позже, – сказал Билл и нехотя отпустил меня.
– Хорошо!
В последовавший неловкий момент мы несколько минут стояли, молча глядя друг на друга, и не решаясь поцеловаться. Наконец он уверенно припал к моим губам, и двухдневная щетина слегка кольнула мою щеку.

Глава 22

Когда я шла по коридору мимо Пузыря к ближайшему трапу в другие отсеки, на часах уже было 08:00. Кольцевой лифт должен доставить меня прямо к той части станции, где раньше располагались стоянки и доки, в которых стояли эскадры земных военных кораблей. Во время блокады сэрасов многие важные стратегические помещения разгромили, и теперь они превратились просто в старые склады. Сасаки сказала, что поместила корабль туда. Вероятно, она сделала это по нескольким причинам. Во-первых, старый склад в данный момент – самое надежное место, где можно скрыться от любопытных глаз; во-вторых, достаточно близко расположен к центру командования и, соответственно, его достаточно легко контролировать. Если военные силы Конфедерации надумают захватить корабль, сигналы других кораблей на складе и близко расположенная активная зона реактора запутают поисковые механизмы и сенсорные датчики. К тому же в доках большое количество ремонтных отсеков.
Сасаки сообщила, что корабль бендарлов не предпринял никаких опасных для станции действий после того, как отправил гонца через гиперпространство. «Мститель» продолжил патрулирование космической территории. Возможно, удастся выиграть еще немного времени. В это время года орбита мертвой планеты, вокруг которой вращалась Иокаста, находилась на максимально отдаленном от туннеля в гиперпространство расстоянии. Конечно же, войскам Конфедерации не придется потратить много времени на пересечение дополнительного расстояния, но мне может помочь даже лишний час работы с кораблем.
Я перешла в ту часть станции, которая представляла собой аккуратную, открытую территорию между кольцом «Альфа», где располагались высшее командование и госпиталь, и кольцом «Дельта». Вокруг редкая растительность окаймляла двойные дорожки. Люди в гражданской одежде и военной форме сидели на скамейках или проходили мимо, спеша по своим делам. Впереди дорогу перекрывал огромный стержень лифта. Зеркала, которые отмечали верхнюю границу «Альфы», посветлели, и «небо» над головой стало бледно-золотистого цвета, однако слишком яркое, чтобы смотреть вверх без защитных очков. Посмотрев ввысь, можно увидеть центр станции, смоделированный в форме цилиндра. От кольцевого лифта расходились небольшие линии, по которым вверх-вниз перемещались маленькие лифты – карикары. За цилиндром виднелись другие спирали станции.
Вспомнились слова Вича. Действительно, мы так привыкли считать Иокасту периферией и довольно незначительной частью галактики, что почти поверили в это. На самом же деле станция является для Конфедерации важным стратегическим объектом. Туннель гиперпространства располагается достаточно близко к станции, потому что во время войны торов и инвиди здесь находился эпицентр конфликта. Вероятно, в то время у каждой из четырех рас имелись свои собственные механизмы перемещений в космическом пространстве. Все, что мы знали: у торов существовали особые системы. Только этот факт объясняет, каким образом столь внезапно попали сюда серые корабли сэрасов.
Интересно, найдем ли мы где-нибудь поблизости вход в гиперпространство, созданный торами? Я предполагала, что эта точка должна находиться рядом с тем местом, где радары впервые заметили серые корабли. Возможно, корабли инвиди не владели механизмами для активизации данного туннеля, а вот корабль-гибрид, созданный Эн Сератом…
Я резко остановилась, внезапно потрясенная догадкой. Вероятно, Серат действительно создал проект корабля, который сможет пробраться в тыл врага и воспользоваться его туннелями в гиперпространстве. Однако если он разрабатывал шаттл для столь полезной цели, то почему скрыл это от остальных? Почему сохранил в тайне и собранный мной «Калипсо-2»?
Кругом звучали голоса проходивших мимо жителей станции. Навстречу мне шла группа из нескольких людей и инопланетян. Скорее всего обслуживающий персонал центра, направляющийся на свои рабочие места. Впереди группы шагал долговязый молодой человек в гражданской одежде. Я узнала его сразу, еще до того, как услышала знакомый голос. Дэн Флорида, основатель единственной частной информационно-вещательной компании на Иокасте. В настоящий момент он является членом парламентской делегации станции, направлявшейся в Совет Конфедерации.
Я до сих пор сожалела, что уговорила обитателей станции выбрать Флориду делегатом в Совет Конфедерации. Дэн проявил невероятное любопытство к проекту «Калипсо-2», и я сочла нужным направить его интерес в другую сторону. Например, занять общественной работой. Кроме того, Иокаста многого добилась благодаря его таланту в качестве делегата – он проявлял настойчивость и владел даром убеждения.
– Вы должны запомнить, что эта часть станции – одна из первых построенных, – слышался голос Флориды по мере его приближения. – А этот зал первоначально служил командным центром.
Группа с интересом оглядывалась вокруг и особенно заинтересовалась зданием, на которое показывал Флорида. Оно представляло собой ничем не примечательную одноэтажную постройку общественного назначения. Теперь здание служило в качестве склада для различных товаров. Я не застала те времена, когда здесь располагался командный центр; с другой стороны, я стала главой станции только на третий год после ее основания. До моего назначения на главный пост Иокасты произошло две трагедии, о которых ходили слухи до сих пор. После того как первый командир станции уволился, двое его преемников один за другим покончили жизнь самоубийством, а третьего отравили неизвестные.
Группа экскурсантов, которую вел Дэн Флорида, очевидно, состояла из представителей Совета Конфедерации, о которых говорила Сасаки. Среди гостей станции были одна женщина-землянка в ярком восточном платье, двое мужчин в коричневых костюмах, пятеро диров в одеждах с откинутыми капюшонами, двое покрытых мехом ахелианцев и леовин, очевидно, принадлежавший к высшей касте своей расы, так как его сопровождала свита маленьких рабов.
Все считали, что леовины – дальние родственники кчеров, однако сами они это категорически отрицали. Эти существа были двуногими, однако с тем же успехом благополучно двигались и на четырех конечностях. В отличие от кчеров, имеющих щупальца, у леовинов были соединенные между собой передние лапы. Брюшная полость и грудная клетка этих существ представляла собой единое целое. Леовин был одет в платье, похожее на одежду диров, однако ткань выглядела более яркой и узорчатой.
– Привет, Дэн! – поздоровалась я.
Почему-то, увидев его, я вспомнила, как полгода назад мы с Флоридой сопровождали экипаж «Калипсо» в их первой экскурсии по станции.
Флорида удивленно оглянулся.
– Не могу поверить своим глазам! – крикнул он и бросился вперед, крепко, по-дружески, обняв меня.
Я почувствовала себя лимоном в соковыжималке. Флорида не изменился: энергия так и била из него фонтаном.
– Как здорово, что вы вернулись! – прогремел он прямо в ухо.
Я улыбнулась и тоже попыталась обнять его в ответ, надеясь, что он не заметит слез радости в моих глазах. Действительно, как же здорово, что я снова дома!
– Некоторые из моих делегатов, – сообщил Флорида, показав в сторону группы экскурсантов. – Среди них консул Рео с Ахелла и его свита, леовин Амартиджар, граф Куарианус и его помощники, советник Саркадия с Земли. Господа, это командир Хэлли, глава… экс-глава станции.
Я поклонилась ахелианцам, кивнула графу и дирам. Последние одним взглядом окинули меня с ног до головы, начиная от формы и заканчивая частями тела. Леовин меня проигнорировал. Впрочем, это их обычное отношение к инопланетным расам.
Саркадия пожала мою руку. Поправив красивые пепельные волосы, она посмотрела на меня удивительно умными глазами. Вероятно, эта женщина сделала хорошую карьеру и имела богатый жизненный опыт: от нее веяло мудростью. Светлое платье развевал легкий искусственный ветерок.
– Капитан, а говорили, что вы числитесь пропавшей!
– Небольшое недоразумение.
– Вероятно, вы сможете прояснить эту ситуацию.
– Безусловно.
Саркадия кивнула. В этот момент подошли два ее спутника.
– Это мои помощники.
У мужчины было бледное прыщавое лицо и редкие рыжие волосы. Он грубо пожал мою руку, как это обычно делают североамериканцы. Женщина, заметив, как я потерла заболевшую от сильного пожатия руку, едва дотронулась до моей ладони и сделала странную гримасу. Она чем-то походила на лейтенанта Ли: такая же элегантная строгая женщина, только старше.
– Мы идем к саду, – сообщил Флорида.
Повернувшись к остальной группе, стоявшей немного поодаль, он сказал:
– Пойдемте, а то пропустим самое приятное время утра.
После небольшой ссоры пятерых диров с рабами леовина группа плавно последовала за Флоридой.
– Где же вы пропадали? – прошептал он, прежде чем догнал своих экскурсантов.
– Это не очень интересно, – так же тихо ответила я. – Дэн, мне надо поговорить с тобой о Совете Конфедерации.
Необходимо срочно получить от Флориды информацию о том, какие слухи ходят там о возможных результатах голосования о нейтралитете Иокасты, а затем сравнить его слова с мнением Вича. Флорида слишком дерзкий и надоедливый, однако он всегда умел заводить полезные знакомства, и его красноречие – несомненное преимущество в любых словесных баталиях.
– Приходите сегодня вечером на ужин. Там будут некоторые важные персоны. Прием проводится в наблюдательном отсеке станции, рядом с обсерваторией. – Он махнул рукой туда, где на верхних ярусах находился третий уровень.
– Но там нет наблюдательного пункта! – сказала я, в тот же момент вспомнив вчерашние слова Сасаки.
Он усмехнулся.
– Э-э… я хотел подловить вас! Ну так вы придете?
– Если смогу. – «Если еще буду здесь и если успешно проведу исследование корабля инвиди!» – хотелось добавить мне.
– Новый глава станции… – начал он.
– Исполняющий обязанности главы станции, – поправила я.
Флорида вскинул брови.
– Да, исполняющий обязанности главы станции решил, что будет весьма впечатляюще сидеть и смотреть на звезды за вечерней трапезой. Я бы не хотел пропустить подобного зрелища.
– Ты мог бы использовать для этой цели одну из строительных платформ, – проворчала я, подумав о лишних затратах на материально-техническое снабжение и перепланировку третьего уровня.
– Да, но он хочет, чтобы там установили гравитационное поле. Нельзя допустить, чтобы столь важные гости во время еды ловили беспорядочно летающие вокруг порции блюд.
Да уж, а потом получить массу жалоб от путешественников, которые не хотят выходить из своих апартаментов, пока вокруг сохраняется земная гравитация.
– Подожди минутку! Это официальный прием?
– Угадали! Вечерняя одежда, старинные столовые приборы, утонченные беседы и так далее.
– Ах ты пройдоха! Ты же знаешь, что я терпеть не могу подобные мероприятия!
Флорида усмехнулся:
– А я считаю, что это будет замечательный шанс вновь блистательно появиться на публике! Почувствуете себя в атмосфере Совета Конфедерации…
– Вот этого я вообще хочу меньше всего! Поэтому-то и отправила туда тебя!
– А я-то думал, вы просто стремились избавиться от меня. – Он улыбнулся, но взгляд его стал настороженным.
– Ты подходишь для этой миссии гораздо лучше, чем я.
– Возможно, я верю в наш нейтралитет больше других, – заявил он.
Лицо Дэна стало серьезнее, однако у меня создалось впечатление, что он насмехается надо мной.
– Что ты хочешь этим сказать?
Мы дошли до сельскохозяйственного сектора, и Флорида нажал рукой на пульт управления над входом. Он дружески похлопал по плечу, однако мне стало не по себе.
– Не волнуйтесь, командир. Я постараюсь, чтобы вы не сильно там опозорилась, – пошутил он.
Дверные панели с голубыми эмблемами Земного Флота распахнулись, и теплый, богатый кислородом воздух вырвался наружу. Здесь царил мир растений. Огромные клумбы с овощами, фруктами и грибами располагались в виде террас до самого золотистого «неба». Приятный рассеянный свет заливал все пространство вокруг. Поначалу сады занимали лишь восьмую часть теперешнего сельскохозяйственного сектора и создавались только с целью снабдить станцию свежей растительной пищей. Конфедерацию эта часть станции мало интересовала. Во время блокады сэрасов многие жители приложили немало усилий для спасения растительности.
– Прекрасно, просто потрясающе! – пришла в восторг Саркадия.
– Да, очень мило, – согласился ахелианец.
Один из диров что-то нажал на своем портативном коммуникационном устройстве и затем показал изображение сородичам.
– Дэн, мне надо идти, – сказала я.
– A-a, наверное, к загадочному кораблю инвиди, который вернул тебя обратно? Но самих-то инвиди там ведь не было, так?
Боже, я совсем забыла, с какой скоростью распространяются слухи на станции!
С высоты своего роста Флорида посмотрел на меня изучающим взглядом.
– А вы знаете, что некоторые офицеры даже поспорили о причине вашего исчезновения?
Я недовольно нахмурилась. Вероятно, им просто делать больше нечего!
– А знаете, какая версия считалась самой популярной до того, как вы с Биллом Мердоком благополучно вернулись? – настаивал он.
– Думали, что я погибла?
– Нет. Говорили, будто вы использовали механизмы «Калипсо», а затем передали их Новому Совету.
– Что?!
Ассистентка Саркадии повернулась к нам и посмотрела крайне удивленным взглядом. Я дружелюбно улыбнулась и заговорила более тихим голосом:
– С чего бы это?
– А как сами думаете? Все потому, что в прошлый раз это почти случилось!
Мне захотелось ударить его.
– Тогда была совсем другая ситуация. Если бы спасение станции зависело от нашего союза с Новым Советом, то я бы согласилась, но подобное невозможно. И конечно же, я никогда не вступлю в союз с организацией, в рядах которой состоят кчины!
Судя по выражению лица Флориды, я не убедила его.
– По-моему, вы слишком много протестуете. Я думаю, что вы все же могли предоставить им модели тех механизмов! А теперь вот в ваших руках оказался некий корабль инвиди, и вы хотите каким-то образом сохранить его в тайне от Конфедерации…
Должна ли я выслушивать этот бред молча, или следует немедленно осадить наглеца?
– Дэн, нельзя распространять такие гнусные, причем неподтвержденные слухи! Это неэтично и непрофессионально с твоей стороны!
Флорида вспыхнул.
– Это же шутка! А как вы хотите, чтобы люди воспринимали столь внезапные исчезновения и загадочные появления? К тому же власти никогда не дают точной информации!
– Я не свободна в своих действиях, и тебе придется жить с этой неприятной мыслью дальше.
– Ну, тогда не обижайтесь на меня, если жители начнут повторять еще более невероятные сплетни!
Мы молча смотрели друг на друга. Дэн намного выше меня, поэтому моя шея постепенно затекала, и приходилось максимально задирать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Ты ведь никогда не сдаешься, не так ли? У тебя что, мало работы в Совете? Думаю, тебе следует заняться своими делами и не распространять дурацкие слухи.
– У меня очень много работы, но спасибо, что вы напомнили мне об этом, – саркастически заметил он. – Может, вас удивит, командир, но я хочу нейтралитета так же, как и вы! Я много общаюсь с простыми жителями станции и даже скажу больше – в данный момент я прибыл сюда нелегально. Прекрасно помню времена, когда станция целиком и полностью зависела от Конфедерации. Уверен, будет ничуть не хуже, когда мы от нее отделимся.
– Интересно, как распространение всяких слухов про Новый Совет сможет помочь нам получить большинство голосов за нейтралитет?!
– Конечно, это действует против нас. Я сказал это, чтобы вы знали, что многие из нас вложили сюда инвестиции и в случае получения нейтралитета не хотят терять капиталовложения. Как мне кажется, ваши исследования… могут стать на пути всего этого!
– Не волнуйся! Обещаю, ты будешь первым, кто узнает об утечке информации. Однако эта история гораздо более запутанная, чем твои сплетни про союз с Новым Советом. Надо лишь подождать.
Он помедлил, затем неохотно кивнул.
– Надеюсь, это будут хорошие новости!
– Просто сенсационные!

Старые военные доки находились «на юге» центральной части станции. Они располагались в том месте, где Пузырь выступает из защитного кокона колец и спиралей. Дальний конец командного центра установлен среди нескольких ответвлений, издалека напоминавших крылья, и специальных зеркальных платформ-рефлекторов, собирающих солнечную энергию. Это важнейшие объекты станции: они не только собирают энергию, но хранят ее, перерабатывают и автоматически пускают на нужды станции. Есть здесь и другие важные для жизнедеятельности объекты.
Лифт поднял меня на шестой уровень. Обычно там всегда шумно из-за постоянной активной торговой деятельности, однако сегодня в качестве профилактики активировали гравитационное поле. Раздавались шумные крики недовольства, стук тяжелых коробок и неповоротливых контейнеров. Гравитационное поле, несомненно, увеличивало время ожидания. Одна группа должна ждать, пока другая пройдет и освободит путь. Большинство выходивших оттуда людей направлялись на первый или четвертый уровни, где стояли корабли. С нижних уровней также можно попасть во внешние доки и на орбитальные корабли. Выйдя в коридор, я вызвала маленький карикар, спускавшийся с шестого уровня. К моменту остановки на восьмом уровне я осталась единственным пассажиром. Именно там находился корабль Серата.
У двери на склад № 12 стоял часовой. Он кивнул мне и пропустил внутрь, не задав ни одного вопроса. Я закрыла за собой дверь и оказалась в огромном зале с тусклым освещением. Место походило скорее на пещеру, чем на один из отделов сектора станции. Дверь за мной плавно закрылась, и в стене не осталось и намека на то, что здесь располагался вход. Контейнеры и оружие стояли вдоль стены несколькими готовыми партиями. Несмотря на недавние разрушения в этом отсеке, очевидно, станция готовилась к экстренному запуску кораблей в космос без использования вспомогательных двигателей внутреннего сгорания и поэтому втайне начала моделирование отсека для нового проекта. Линии на нижней поверхности помещения указывали на наличие «пола» во время активации гравитационного поля. Линии другого цвета на остальных поверхностях зала указывали на места, где должны располагаться ремонтные и обслуживающие машины. Даже сплошной серый цвет не мешал складу производить довольно приятную рабочую атмосферу.
Корабль стоял в дальней части склада на предохранительных подушках, слегка приподняв носовую часть. Его стоянка располагалась на территории, где не действовало гравитационное поле. Гладкий серебристый корпус выглядывал из-под защитного покрытия. Вокруг стояло множество других шаттлов, маленьких челноков и разных механизмов. Корабль инвиди напоминал детскую игрушку в орудийной башне.
Рядом с кораблем находились три человека: Мердок, еще один военный и Руперт Стоун. Последний стал для меня полной неожиданностью. Его присутствие застало меня врасплох, если не сказать больше. Я предполагала, что мне дадут хотя бы немного времени поработать с кораблем в спокойной обстановке. Однако вместо этого меня, видимо, ждет новая волна споров по поводу дальнейшей судьбы корабля инвиди.
Мердок и Стоун о чем-то разговаривали, то и дело показывая на корабль. Долговязый солдат по фамилии Томс слонялся вокруг судна.
Вероятно, им стало известно, что в скором времени сюда прибудут военные отряды Конфедерации. Меня охватила волна отчаяния. Скорее всего на исследование остается не больше часа.
– Что происходит? – Мой голос прозвучал довольно громко под сводами огромного зала.
Билл оглянулся назад и улыбнулся.
– А я уж думал, что ты не придешь… Поторопить тебя не мог: скорее всего твою личную линию связи прослушивают.
– Кто? Шпионы Конфедерации? – спросила я.
– Не знаю, – задумчиво ответил Мердок.
Он подождал, пока я подойду поближе, затем кинул мне в руки что-то маленькое и твердое.
– Томс позвонил мне. Я предупредил его, чтобы он немедленно отрапортовал в случае, если сюда кто-нибудь явится. Стремглав прибежал сюда и обнаружил тут его, – сказал Мердок, кивнув в сторону Руперта. – Он пытался установить эту штуку на корпус корабля.
Стоун неотрывно переводил взгляд с меня на Билла. Казалось, он еще более сосредоточен на чем-то, нежели вчера.
– Что она вообще здесь делает? – поинтересовался он. – Экс-командир должна находиться под арестом. Черт побери, Мердок, я арестую и вас, если это потребуется!
– Она помогает мне, – сухо ответил шеф безопасности. – В частности, в ее обязанности входит защита станции от разного рода угроз и посягательств. Это также касается данного корабля и этого устройства!
Он показал взглядом на прибор в моей руке.
Небольшое овальное устройство, лежавшее в ладони, оказалось довольно интересным экземпляром. У него не было никаких видимых особенностей, знаков, трещин или вмятин. Материал на ощупь теплый и немного скользкий. Никаких признаков металла – холода или твердости в нем не чувствовалось. Оно походило на устройство инвиди, которое когда-то дал Эн Барик в руки моему другу Квотермейну, чтобы тот взломал наши охранные замки и похитил механизмы «Калипсо». Именно эта безобидная вещица в итоге привела несчастного к гибели.
– Для чего это? – спросила я Стоуна.
Он высокомерно на меня взглянул и промолчал.
– Последний человек, который попытался использовать точно такое же устройство на станции, погиб не своей смертью, – мрачно заметила я. – Вы хотите последовать его примеру?
Стоун нервно обернулся на стоящего рядом охранника. Очевидно, он понял, что военные могут выполнять не только его приказы, но и своего непосредственного начальника.
– Вы что, смеете угрожать мне?
– Не ведите себя как идиот! – зарычал Мердок. – Она говорит правду. Вы не можете доверять инвиди и их гнусным устройствам!
– Где ты нашел эту штуку? – спросила я Билла.
– Он пытался прикрепить его на корпус корабля. Кстати сказать, в весьма незаметном месте! У нас нет данных о таких механизмах, разве что немного информации, которую мы собрали в связи с гибелью Квотермейна, – сказал он и гневно посмотрел на Стоуна.
– Да, но мы ведь не успели исследовать то устройство!
Мердок заговорил тоном, который, вероятно, считал саркастически-веселым:
– Руперт! Не валяйте дурака! Мы все здесь в одной лодке. Эн Барика нет, есть только мы. Расскажите-ка нам по-честному, что там между вами происходит.
– Я действую согласно приказам начальства, – наконец выдавил Стоун. – Ваши люди, очевидно, совсем забыли, как нам нужны инвиди! Нам просто необходимы их защита и покровительство! Земляне – их вечные должники.
– Эн Барик отправил приказ непосредственно вам или передал информацию через корабль бендарлов?
Мердок встретился со мной взглядом и расстроенно потер лоб. Теперь не важно, каким способом Стоуну передали приказ. Скорее всего это произошло через радиоперехват секретных линий связи. Они сумели обмануть многоступенчатую систему защиты. Да, неприятно и унизительно: инвиди чувствуют себя в наших системах как рыба в воде.
Стоун молчал.
– А что, если это бомба? – спросил Мердок.
Я тут же отдала ему прибор.
– Вы подвергли опасности всех жителей станции! И с какой целью? Решили поиграть в шпиона? – продолжил ехидничать Билл.
Я подумала о подозрениях Дэна Флориды насчет меня. Эх, он явно подозревает не того, кого следует!..
– Нет, это не бомба. Мне передали, что это устройство блокировки механизмов. Ничего опасного, – проговорил Стоун.
– Это значит, мы не можем пользоваться кораблем и должны ждать момента, когда они придут за ним. Очень любопытно! Ха, вы поверили им?
– Не знаю… – смутившись, ответил Стоун.
Да, здесь крылся гораздо больший смысл, чем он мог подозревать. Инвиди никогда не делают грязной работы, предпочитая оставлять ее другим. Когда надо воевать, они используют бендарлов и Конфлот. Для выполнения мелкой работы «в тылу врага» они всегда находят доверчивых людей вроде Квотермейна и Стоуна, которые всегда рады выслужиться перед ними. До недавних пор я тоже считала, что мы – вечные должники инвиди, и испытывала к ним искреннюю благодарность. Еще во время блокады, если бы Эн Барик попросил моей личной помощи, я бы не задумываясь выполнила любую просьбу. Многие придерживались того же мнения, что и Стоун: инвиди помогли нам, и мы тоже должны всегда помогать им. Я вспомнила, как обстояли дела на Земле до появления пришельцев. Да, отчасти я понимала Стоуна. Если бы не могущественные пришельцы, мы бы в конце концов уничтожили себя и все живое на своей планете.
– Билл, может, забудем об этом инциденте? – предложила я.
Мердок недовольно нахмурился. Выражение его глаз говорило мне: «Ты с ума сошла?» Однако через несколько минут сменилось любопытством: «Что ты задумала?»
– Я хочу сказать, что… мистер Стоун полагает, что поступил абсолютно правильно… – медленно начала я.
– Да, я всегда поступаю правильно! – почти закричал Стоун. – Это вы оба подвергаете станцию опасности!
– …однако это можно расценить и как диверсию! – закончила я, не обращая внимания на гневные реплики Стоуна.
Дослушав до конца мою фразу, он захлопал глазами и притих. Пусть думает, что мы загнаны в тупик. Если бы Стоун не помыкал Мердоком и не упрекал нас в захвате корабля инвиди, никто не стал бы обвинять его в тайной связи с Эн Бариком и подрывной деятельности на станции.
Мердок понял, куда я клоню. Теперь за Стоуном будет глаз да глаз.
– Согласен, постараемся обойтись с мистером Стоуном максимально благородно, но… только на этот раз! – Билл махнул рукой в сторону выхода и перевел взгляд на Стоуна. – Пошли, Руперт. У нас с вами есть кое-какая работа. Комитет хочет провести пожарные учения, надо обсудить обстановку вокруг корабля бендарлов и так далее…
– Вы собираетесь оставить Хэлли наедине с кораблем?
Стоун попытался вырвать руку у Мердока.
– У нее здесь свои дела!
– Но… но она же под арестом!
Стоун чуть не плакал от досады, и мне стало почти жаль его.
– Вы правы, но она дала мне слово, если вас это успокоит!..
– Нет, не успокоит! – едко заметил Стоун, однако перестал вырываться и последовал к выходу.

Глава 23

Они оставили меня наедине с кораблем. Наконец-то я вздохнула более или менее спокойно. Почти всю жизнь я прожила в одиночестве, и большую ее часть провела за решением самых разных технических проблем, исследуя различные устройства и механизмы. Иногда я даже думала, что с машинами мне гораздо легче найти общий язык, чем с людьми.
Может, именно поэтому личная жизнь стала сплошной неразберихой? Нет никакой неразберихи. Мои супружеские проблемы с Геноитом произошли в основном из-за его подрывной деятельности в составе Нового Совета. Это никак не связано с работой.
Я встряхнула головой, чтобы отогнать неприятные мысли, и медленно обошла корабль. В голове всплыли воспоминания о том, как мы с Мердоком бежали к судну, стучали, звали и, наконец, проникли внутрь… Корабль выглядел точно так же, как и на Земле: правильная форма ромба, никаких внешних опознавательных знаков, выступов или крупных выпуклостей на гладком корпусе.
Жаль, что со мной нет сейчас Герона и двух других коллег, работавших над проектом «Калипсо-2»! Они могли бы помочь разобраться в его механизмах, и мы бы сэкономили уйму времени. Я не могла попросить никого из нынешнего технического персонала помочь мне в исследовании: их либо арестуют впоследствии за содействие, либо переведут на другой объект вслед за моей предыдущей командой. Как только мы стабилизируем нелепую ситуацию, я пообещала себе заняться поисками Герона и обязательно рассказать о том, что же со мной случилось.
Я коснулась корпуса корабля, приложив ладонь к прохладной поверхности. В памяти всплыли какие-то забытые детали… Вспомнился первый раз, когда я дотронулась до загадочной металлической обшивки. Смутное ожидание… Возможно, сейчас я более привычна, однако чувствовалось некое напряжение. В голове мгновенно появилось имя: «Провидец». Я повторила услышанное вслух. Да, корабль слушал меня. Он ждал, как верный пес, навострив слух. Какое странное сравнение пришло мне в голову! Но ведь у кораблей нет ушей, они не могут слышать!
Значит, это «Провидец»!
В голове мелькнула идея попытаться использовать отобранный у Стоуна маленький механизм, чтобы открыть люк, однако риск слишком велик! После такого непредсказуемого вмешательства судно может вообще полностью выйти из строя. Лучше попытаться открыть его своими способами. Взглянув на настенный интерфейс, я убедилась, что вход на склад закрыт. Внешний выход в космос и запасные люки задраены, все защитные механизмы активированы. Индикатор, контролирующий количество кислорода в помещении, горел зеленым огоньком.
Из шкафчиков с оборудованием, стоявших вдоль стен, я выбрала набор инструментов. Затем включила добавочное освещение рядом с «Провидцем» и снова обошла вокруг величественного корпуса. Настроив коммуникатор на запись голосовых данных, я начала доклад.
– Металл обшивки достаточно гладкий, однако более подробное исследование поверхности показывает некие небольшие впадины и выпуклости около миллиметра в диаметре и такой же глубины. Микроскопические детали вряд ли являются частью какого-либо запрограммированного рисунка на поверхности корабля. Очевидно, структура поверхности достаточно однородна, – продиктовала я.
Сделав паузу, я вынула из набора инструментов сверхчувствительный датчик. Он может уловить хоть какую-то информацию, которую пропустили стандартные датчики на моем портативном поисковом устройстве на руке.
– Когда я воспользовалась этим судном в первый раз, оно открылось без каких-либо команд. Я лишь дотронулась до одной из этих микроскопических выпуклостей рукой и мысленно подумала о необходимости открыть люк. Теперь попробую сделать то же самое снова…
И вновь у меня получилось! Часть переднего корпуса на уровне моей шеи немного выдалась вперед и открылась.
– Дверь не раздвижная. Она словно исчезает в корпусе корабля, оставляя открытое пространство, – я посмотрела на датчик, – размером один метр восемьдесят сантиметров. Захожу внутрь.
Все осталось без изменений. Такой мне кабина и запомнилась. От пола до потолка располагались светящиеся поверхности различных пультов управления, приборов необычной формы и странных механизмов. Четко обозначался пол, который явно принадлежал технологиям инвиди, так как в отличие от многих других космических рас они всегда используют в кораблях гравитационное поле. Свет внутри, как и в других кораблях инвиди, был золотистым с неким оранжевым оттенком и достаточно тусклым для человеческих глаз.
– Сначала попытаюсь исследовать с помощью датчика.
Как оказалось, особого эффекта от первого метода не последовало. Системы корабля отказались распознать все универсальные коды датчика. Честно говоря, корабль вообще проигнорировал присутствие высокочувствительного прибора в кабине. Никакой реакции систем не последовало. Возможно, причина такого результата проще, чем я сначала предположила: «Провидец» построили в то время, когда таких датчиков и, соответственно, кодов к ним не существовало. Однако шифр разработан инвиди для усовершенствования систем доступа к различному оборудованию кораблей, поэтому я все же надеялась, что современное диагностическое устройство сможет хоть что-то уловить. Нет, несмотря на все усилия, панели приборов остались тусклыми и безжизненными.
– Поскольку реакции не последовало, попробую использовать тот же метод доступа, что и в прошлый раз, а именно – прямой физический контакт с одной из панелей управления.
Это оказалось более действенным. Панель загорелась, и на ней появилась информация. По руке побежали неприятные покалывающие волны, достигли шеи и сконцентрировались в мышцах плеч.
На любом из кораблей инвиди, имеющих двигатели, способные активировать переход в гиперпространство, а также на кораблях кчеров, мелотов и бендарлов трудно получить доступ непосредственно в секретные системы. На большинстве подобных кораблей эти тайные механизмы не связаны с остальными системами, а представляют собой отдельную программу.
Когда я работала простым инженером, основная задача заключалась в поддержании двигателей различных космических кораблей в хорошем состоянии. Я знала, что механизм перехода достаточно негативно сказывается на других системах кораблей, в том числе и на двигателях. После каждого перемещения в гиперпространстве судну требовалось перепроверить все без исключения системы и отрегулировать их заново. Даже мельчайшая утечка антивещества может повлиять на время перемещения и завершить полет гораздо раньше. Работа техников очень трудна и ответственна. Кроме того, владельцы всегда торопили инженеров побыстрее закончить проверку и привести корабли в порядок, а также по возможности увеличить их скорость. Мне довелось немного «пообщаться» с кораблем, способным перемещаться в гиперпространстве по-настоящему лишь один раз – когда я пилотировала «Калипсо-2». Тогда я в полной мере ощутила, насколько может быть неконтролируема ситуация в таком аппарате.
У кораблей, имеющих механизмы активации туннелей гиперпространства, имеются различные добавочные приборы и схемы на панели управления, да и у самой кабины особая форма. Двигатель такого космического корабля имеет загадочную связь с так называемыми временными воронками и воротами в гиперпространство. Видимо, энергия для подробных операций бралась непосредственно из топливных и других ресурсов корабля. Об этом красноречиво говорил тот факт, что после каждого перемещения корабли немного «выходили из строя», нарушался внутренний баланс всех систем его жизнеобеспечения. Я и раньше делала попытки разгадать секреты данного механизма. Как ни странно, приходилось регулировать внутренние программы шаттлов, не зная сути таинственного устройства. Даже работая внутри судна, инженеры не имели доступа к этой системе, и оставалось лишь догадываться о причинах произошедшего сбоя или поломки.
Даже на «Калипсо-2» пришлось немало потрудиться, чтобы добиться хоть каких-то результатов. Первая сложность – корпус корабля. Мы использовали корпус одного из старых списанных кораблей, в котором инвиди заранее удалили систему активации туннелей гиперпространства. В освободившуюся нишу мы поместили предположительно такую же систему, взятую с «Калипсо», и попытались соединить ее с другими системами корабля. Мы немного перестроили обычную схему судна и модифицировали двигатели «Калипсо-2» некоторыми добавочными элементами. После того как корабль «унес» меня на Землю в 2023 год, мне, как обычно после таких перемещений, пришлось перепроверять