прежде - какие-то бумажные шарики под непонятным лифчиком.
У меня вырвался вздох облегчения.
- Как ощущения? - поинтересовалась Ведьма.
Я сделал вид, что не услышал вопроса, тем более некогда мне было. Я смотрел на свое отражение и пытался увидеть что-нибудь, выдающее фальшь. Ничего. Как будто передо мной стоит сама кинозвезда. Я отвернулся от зеркала.
Минуточку! Я понял, в чем дело. Несмотря на явное сходство, в моем новом лице была какая-то незаметность. Едва я отвернулся от зеркала, как образ Памелы Андерсон тут же померк. Я вновь посмотрел в зеркало и попробовал посмотреть по-новому - не внимательным, а обычным взглядом. Точно. Лицо какое-то расплывчатое и, если специально не присматриваться, какое-то незаметное. Прямо как у...
Я удивленно посмотрел на четырех девушек, стоящих в стороне. А ведь у них и у тех, которые меня привезли, такие же неприметные, но чем-то смахивающие на кинозвезд лица. Они тоже подделки!
Мама моя... тогда кто же вчера ко мне в постель пытался залезть?
- Налюбовался? - вернула меня к действительности Бельма. - Пойдем в машину, по пути я тебе расскажу, что от тебя требуется.
Я был настолько шокирован, что послушно последовал за Ведьмой и девушками (или не девушками) в уже знакомый мне джип. Только сев на заднее сиденье вместе с двумя из них, я очнулся и попытался отсесть от них подальше. Мало ли что. У меня конечно же ничего не получилось, места и так едва хватало на нас троих, и не потому, что на заднем сиденье не могли уместиться три человека. Если кто видел «Хаммер», то знает, что в него и в два раза больше человек поместится. Просто кроме нас троих на заднем сиденье лежали какие-то странные свертки размером с человека.
В мою душу закрались некоторые подозрения, и я постарался к этим сверткам не прикасаться.
- Сейчас мы приедем в уже знакомое тебе здание, - начала вещать Бельма с переднего сиденья, когда мы выехали из ворот гаража. - То, в котором ты Посвящение проходил. Так вот, там ты должен будешь все время быть с моими девочками, никак среди них не выделяясь. То есть молча ходить за мной и зорко смотреть по сторонам. Они тебе подскажут, если что.
Я покосился на сидящих рядом со мной девушек. Да из них же слова не вытянешь. Подскажут они, как же.
- Когда я подам сигнал, ты должен будешь тихо сказать: «И таул». Запомнил? И таул.
- Это еще зачем? - подал я голос.
- Чтобы спала личина, - объяснила Бельма. - Точно запомнил?
- И таул, - спокойно повторил я.
- Идиот, - вскричала Бельма и тут же зашептала под нос очередную тарабарщину. - Не произноси этих слов, пока я не подам тебе знак. Если ты сделаешь что-либо не так, тебя убьют. Не я, так они.
Кто эти самые «они», я спрашивать не стал. Сомневаюсь, что она что-нибудь мне объяснит.
- Я нечаянно, - соврал я с честным лицом провинившегося идиота.
- Как бы там ни было, когда я дам тебе знак, ты говоришь эту фразу и личина спадает...
- Все пугаются и убегают, - продолжаю я за нее.
- Нет, все отвлекаются, и мне хватает времени на то, что мне нужно сделать. Ясно?
- Неясно, - честно ответил я. - Все отвлекаются на меня для чего? Чтобы порубить в капусту? Я что, похож на смертника?
- Не похож, ты и есть смертник, - злорадно пояснила Бельма. - Ты делаешь то, что я сказала, а дальнейшее - твое личное дело. Как-то же ты умудрился выжить на Посвящении и в схватке с Константином.
Так вот как Колдуна зовут.
- То есть я отвлекаю их внимание, а они убивают меня ровно столько, сколько зачем-то нужно тебе, - задумчиво проговорил я. - Что-то мне это не нравится.
- У тебя нет другого выхода, - нагло улыбнулась Ведьма. - Если ты выживешь, я даю тебе противоядие и мы расходимся по домам. Если не выживешь, сам виноват.
Гениальная логика.
- А если я прямо сейчас возьму и откажусь? - тоскливо спросил я. - Если я вот сейчас скажу. «И таул», и хоть режьте меня, никуда не пойду?
- Идиот, - вновь заорала Ведьма и зашептала все ту же тарабарщину. - Я и так на тебя уже черт те сколько сил извела, а он все балуется. Если ты не сделаешь, о чем я прошу, то...
Ее лицо на секунду расплылось, как будто у меня расфокусировался взгляд, а спустя секунду на меня смотрела Лида. Точно Лида. Даже выражение глаз такое же задорное и веселое...
- То она и многие другие твои знакомые, скажем так, пострадают.
Ах ты... тварь такая. Так. Спокойно, не нервничать. Я все понял, я согласен.
- Я все понял, я согласен, - будто робот сказал я.
Ну ты меня достала. Я тебе все испорчу. Еще не знаю как, но испорчу. Обязательно. Ты еще не знаешь, насколько я злопамятный.
- Вот и отлично, - произнесла «Лида». Черт, даже голос ее. Она прикусила губку:
- Интересно, а если бы я сегодня утром пришла к тебе в таком виде, ты был бы благосклоннее?
Меня невольно прошиб пот. Да уж, что бы было тогда, боюсь даже представить. Говоришь девушке, которая тебе нравится, что ты ее любишь, а она превращается в смеющуюся издевательским смехом ведьму. Я бы, наверное, в окно выбросился... ах да, там же решетки были...
Я решил больше не разговаривать. Никакого желания нет, вот честное слово смертника.
Вообще-то странно. Зачем я ей нужен? Неужели нет другого способа отвлечь от чего-то этого Колдуна... или как там его... Константина. Зачем со мной столько нянчиться? А? Словно ни меня еще из Агентства выкрали. Зачем, спрашивается? Неспроста это. Видимо, она темнит и не говорит всей правды. А то и вовсе врет. Когда приедем туда, нужно держать ухо востро. Кстати, если мы едем все в то же здание, то почему там было пусто, когда я туда приезжал? И, по словам Сергея Ивановича, когда они меня оттуда забирали, не было там никаких намеков на комнаты и зал.
Как всегда, миллион вопросов и ни одного ответа. Хотя, безусловно, многое уже прояснилось.
- А что со мной случилось? - не удержался я, вспомнив о Вельхеоре. - Что со мной было до того момента, как я очнулся, съел чертов пирог и прочитал вашу записку?
- Ты был в коме, - обернулась ко мне Бельма.
- Это, в общем-то, понятно. А почему я был в коме? - не сдавался я.
Бельма задумалась на несколько секунд, которые показались мне часами.
- Есть такой ритуал, называется «изгнание души», - наконец ответила она.
- Изгнание души? - переспросил я.
- Именно, - кивнула Бельма. - Так вот, именно этот ритуал над тобой и провели.
Тогда понятно, почему Вельхеор говорил, что его попросили удалиться. Изгнали его.
- Кто? - Я уже догадывался, какой будет ответ.
- Константин, кто же еще? Он у нас главный вроде как.
У кого «у нас», я спрашивать не стал. Все равно правды не скажет. Вопрос в том, зачем она вообще мне ответила? Зачем ей отвечать на мои вопросы, если, по ее мнению, я с большой вероятностью умру. А если и не умру, то тем более зачем ей отвечать? Странно как-то. Если только она не считает, что может узнать что-то ценное от меня.
- А ты не помнишь что-нибудь? Не помнишь, как ты очнулся? Что ты вообще чувствовал все то время, когда лежал в коме? - как бы невзначай поинтересовалась Бельма.
Ага. Все понятно. Она надеется вытянуть из меня что-нибудь важное, например, как я смог выжить после «изгнания души». А вот фиг тебе. Ничего ты не узнаешь.
- Видел белый свет, - как можно честнее начал я. - Кто-то всеобъемлющий и добрый вызывает меня к себе, но я отказываюсь, я прошу его...
- О чем ты его просишь? - тут же вскинулась Вельма.
- Чтобы он... дал мне сил надрать чью-то холеную, задницу, - нагло заканчиваю я.
Сидящая рядом со мной девушка больно бьёт меня под ребра локтем.
- Сама дура, - не остаюсь я в долгу.
- Хватит! - рявкнула Бельма. - А ты, ты еще свое получишь.
- Очень надеюсь, - отвечаю я. - Ты мне еще аванс не дала обещанный.
И откуда во мне столько наглости-то? От безысходности наверное.
Остаток пути мы проделали в тишине. Я все, что хотел и мог узнать, узнал, а Бельма думала о своем. Планы свои черные небось строила. Я так понимаю, она хочет главного в их секте сдвинуть и сесть на его место. Вот только до главного-то ей далеко, иначе ей бы не понадобилось придумывать какие-то финты ушами. В прямом столкновении она с Колдуном справиться не может, и ей зачем-то нужен я. Вот только зачем? Хотя... если предположить, что она считает, что способности Вельхеора еще при мне... эх-х... если бы я был вампиром, я бы им сейчас показал. Кстати, что это я тут к смерти готовлюсь? Вельхеор же обещал мне помочь. Все, что мне нужно, - это немного чего-нибудь расслабляющего, в идеале наркотик, и громкая (м-да) мысль о Вельхеоре. А дальше он со всеми разберется, насколько я понял. Ведь они проводят там у себя какие-то исследования, и я им пока нужен. Пригожусь еще на что-нибудь.
Значит, если Колдун с Вельмой друг друга не поубивают, что было бы просто идеально, тогда в дело вступит Вельхеор. Вопрос только в том, где взять наркотик. У Вельмы просить бесполезно. Да и не хочется. Но что же делать-то?
Мы подъехали к уже знакомому мне зданию с единственной входной дверью. Деревянной и очень тяжелой. Точно, то самое здание. Вот только мы не в центре! Мы в каком-то довольно заброшенном районе.
Выбравшись из машины, я огляделся. Сплошные новостройки, все здания вокруг не ниже десяти этажей. Все, кроме этого. Оно одиноко стоит среди этих махин и привлекает внимание не только своей маленькой высотой, но и старинным стилем. Не то барокко, не то рококо. В общем, ничего общего с цветастыми и оквадратненными монстрами современного строительства.
Ведьма пошла вперед, а я, как и было приказано, остался с девушками.
- А это точно тот же дом? - с сомнением спросил я у одной из них.
- Не знаю, что ты подразумеваешь под «тем же домом», но это дом «Братства по крови», - нехотя ответила одна из девушек, та, что походила на Джулию Роберте.
Все сходится. Это что же, у них что-то вроде «дома на колесах»? Или этот их дом перемещается в пространстве? Я уже могу поверить во что угодно, будь то исчезающий дом или ведьмы, изменяющие свои лица.
- Вы немногословны, - заметил я девушкам.
- Так положено, - ответила другая.
- Ты не один из нас, - объяснила третья.
- Был, - закончила четвертая.
А они вовсе и не зомби. Однозначно. Только девушки могут говорить с такой скоростью.
- Ага. А теперь, значит, я временно один из вас, - протянул я.
- Именно.
Я даже так сразу и не определю, кто из них это сказал.
- Если мы не будем общаться, то кто-нибудь может что-то заподозрить, - объяснила Джулия Роберте.
Дверь перед Вельмой открылась, и девушки, показав мне жестом следовать за ними, вошли. Я, все еще сомневаясь в том, что делаю, последовал за ними.
Внутри помещение было точно таким же, как я его запомнил во время Посвящения. Единственным отличием было то, что вдоль стен теперь стояли люди в черных плащах с капюшонами, закрывающими лица. Чем-то они напоминали Кельнмиира в его одеянии или его учеников. Нет, несоответствия были, но незначительные.
- Встань слева от меня, - прошептала мне на ухо Джулия Роберте.
Я послушно встал к стене рядом с девушкой, напротив четырех фигур в черном.
Бельма скрылась за дверью, которая, как мне помнилось, вела в показное жилище Колдуна.
- А... - хотел было спросить я девушку, но она поспешно шикнула на меня, и я решил пока что помолчать.
Так мы и стояли истуканами. Четверо, судя по всему, мужчин, и четыре девушки.
Тьфу ты, вот ведь мерзость-то. Если ко мне начнет приставать один из мужиков, если это, конечно, мужики и я не ошибся, то мне точно плохо станет. Сгоряча могу и убить кого-нибудь. Вот только кого? Тут любой скорее убьет меня, чем даст до себя хотя бы пальцем дотронуться. Так что придется убивать того, кого смогу, то есть себя, любимого. Нужно будет попытаться сбежать отсюда и доехать до Агентства. Вдруг они смогут мне помочь. Хотя... есть и у меня одна шутка... что-то вроде туза в рукаве.
Вопреки моим опасениям, никто ко мне приставать не стал. Вообще, никто даже не говорил. Девушки лишь переминались с ноги на ногу, а черные фигуры и вовсе, кажется, даже не дышали. Тишина становилась просто-таки зловещей. А язык мой так и чесался. Так и хотелось громко ляпнуть какую-нибудь глупость, чтобы все рассмеялись. Чтобы оказалось, что все это лишь фарс, что девушки - это обычные студентки, которых наняла какая-нибудь программа вроде «Скрытой камеры», а фигуры в черном манекены. И из двери напротив неожиданно выскочит Бельма и скажет коронную фразу: «Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера».
Кстати, скрытая камера нас действительно снимала. Из левого 'угла. Хотя какая же она скрытая, если я ее отлично вижу?
Интересно, а может быть, мне попросить у этих черных косячок? Вдруг завалялся, а то ведь они и вправду чем-то обдолбанных напоминают. Сейчас единственный, кто может мне спасти жизнь, - это Вельхеор, а он далековато. В другом мире или в другой галактике, уж не знаю где. И все, что мне нужно, - небольшой косячок. Впервые жалею, что никогда эту гадость не пробовал. Вот если бы попробовал, может, мне бы понравилось и сейчас у меня был бы с собой один. Ах да, я же со своей одеждой распрощался больше недели назад. То военная форма, то форма охранника, то ведьмочки в костюмчик переодели, а теперь и вовсе... юбочка да колготки черные. Хорошо еще, что черные. А то они бы еще и ноги брить заставили, с них бы сталось.
В голову стали лезть совсем уж глупые мысли. Все от нервов. Моя жизнь, можно сказать, на волоске висит, а я тут стою в коридоре у стенки с четырьмя зомби и не менее странными ведьмами. Интересно, а у них только Бельма что-то умеет или они все фокусницы?
- Все готово, - послышался из-за двери громкий голос Ведьмы, и дверь распахнулась.
- Ты уверена? - уточнил мужской голос, и в поле моего зрения возник Колдун. Лицо у него было самое что ни на есть беспечное.
- Конечно, - поспешила заверить его Бельма, идя в полуметре позади. Как совсем недавно за ней шли девушки и я. Сразу видно, кто здесь главный.
- Тогда пойдем в зал, - кивнул Колдун, как раз поравнявшись со мной.
Он кинул на меня ленивый взгляд, и что-то промелькнуло в его глазах. Может, это было удивление? Или злость? Нет, мне почему-то показалось, что он удивился. Неужели узнал?
Целую секунду я разрывался между возможностью произнести чертово слово и предстать перед Колдуном в облике себя и сдать ему Бельму со всеми потрохами и возможностью оттянуть момент спада личины на, пусть и не далекое, но все же будущее. Но он прошел мимо, а я так ничего и не решил. Страх - великая штука. Хочется оттянуть долго-нежданный момент как можно дальше.
- За мной, девочки, - скомандовала Бельма.
Колдун лишь мельком взглянул на фигуры у стены, и они совершенно синхронно последовали за ним.
Девушки не так эффектно поспешили следом. И я вместе с ними. А куда деваться-то?

ГЛАВА 22

Мы вошли в уже знакомый мне зал. Ты глянь-ка, отреставрировали все это дело после меня. Даже статую новую поставили. Надеюсь, эта-то не оживет?
На помосте стояли уже привычные кубки со странной жидкостью, а напротив статуи и помоста замерло пять фигур в черных одеяниях. Точно таких же, как и на тех четверых, что зашли вместе с нами.
Мы - четверо в черном, девушки и конечно же я пристроились к пяти фигурам. Естественно, мы образовали полукруг. И естественно, я почему-то опять оказался в центре.
Позади нас встали Колдун и Бельма. Почему-то они решили встать поодаль и не принимать участия в таком занимательном процессе очередного Посвящения.
- Ты уверена в своей тринадцатой? - тихо поинтересовался Колдун.
Почему-то я сразу понял, что это он обо мне. Даже несмотря на то, что воспринимать себя как существо женского полу не то что непривычно, а просто страшно. Право же, так ведь и привыкнуть можно. Нужно через плечо плюнуть.
- Как в самой себе, - заискивающе ответила Бельма. Выражения ее лица я не видел, но перед моим взором тут же предстала ее улыбка. Скажем так, не очень приятная улыбка.
- Это я так, по привычке беспокоюсь. Не хотелось бы повторять свои ошибки, - пояснил Колдун, немало меня удивив. В его голосе звучала легкая насмешка. Поскольку ни над кем, кроме себя, он смеяться не мог, я сделал вывод, что ему свойственна самоирония. Не очень типичная черта для главного злодея. Он должен бы полыхать огнем и подлость во все стороны рассыпать.
- Сам же его выбрал, - фыркнула Бельма, явно издеваясь. - Лицо ему знакомым показалось. Даже испытаниям его не подверг, а теперь жалуется.
Колдун вновь тихо рассмеялся.
Странно как-то. Кто из них главный-то? Колдун совершенно спокойно терпит ее насмешки и только смеется.
Стоп, о чем я думаю-то? Меня же сейчас опять посвящать будут. Интересно, что со мной произойдет на этот раз? Вот бы Вельхеор опять смог появиться. Мы бы с ним во второй раз здесь все разнесли. Кстати, о повторах. Мне опять черный костюмчик не достался. Вечно на мне экономят. Вернее, на нас. Девушки-то тоже без костюмчиков. Это ж дискриминация по половому признаку! Девушки ничем не хуже мужчин и имеют право на свою черную рясу! Э, куда меня понесло-то? Нервное это, нервное.
- Начнем, что ли? - то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал Колдун.
- Начнем, - с легким нетерпением выдохнула Бельма.
- Начнем, - прокатился по залу тяжелый баритон из ниоткуда.
А, старый знакомый. Интересно, а где он отсиживался, когда мы со статуей в салочки играли? И щас он, кстати, где?
- Готовы ли вы вступить на следующую ступень? - пророкотал голос.
- Да, - послышался в ответ тихий, но на редкость стройный хор голосов, только я, как всегда, все испортил и немного запоздал.
- А она точно прошла все испытания? - спросил за моей спиной Колдун. Надо думать, обращался он к Бельме.
- Конечно, - поспешила уверить его Бельма. - Причем с очень, - она выделила это слово, - хорошими результатами.
- Верю, - сказал Колдун таким тоном, что даже стоящей напротив меня статуе стало понятно, что ни чуточки он не верит. Не только Бельме, а кому-либо вообще.
- Готовы ли вы стать теми, кто охотится в ночи, моими детьми?
Опять он свою волынку завел. Разве я уже не должен был стать охотящимся в ночи в тот раз? Мне казалось, что это следующая ступень. А тут повтор какой-то. Станьте моими детьми... кстати, что-то я давненько родителям не звонил. Стыдно как-то.
- Да! - На этот раз даже я умудрился рявкнуть в унисон со всеми.
Позади послышалось одобрительное покашливание Колдуна. По какой-то причине для него имеет большое значение именно ритуал.
- Так выпейте же напиток смерти, дающий жизнь!
«Эк он завернул-то, - подумал я, подходя со всеми к помосту с бокалами. Просто промоушн-акция какая-то по дегустации нового напитка».
- Пейте, - пророкотал голос.
Я послушно поднес кубок к губам. Знакомый пряный запах ударил в нос, и я чуть было не чихнул.
Что-то подобное я уже пил. Результат был тот еще. Минуточку... да ведь это наверняка наркотик! Говорят, что в сектах всех поят наркотиками. Тогда становится понятно, почему в прошлое Посвящение появился Вельхеор. Он же ведь без проблем появляется, только когда я под кайфом. И в первый раз он связь со мной установил именно в тот момент, когда мне Нестеров, подлец, кольнул какую-то гадость. То есть как только я выпью этот напиток, я могу спокойно громко подумать о Вельхеоре, и он придет.
Придя к такому успокаивающему выводу, я залпом выпил содержимое кубка. В глазах слегка поплыло, но в целом стало приятно и легко.
- Повернитесь ко мне, - властно проговорил Колдун. И куда пропали веселые нотки в его голосе?
Мы послушно повернулись. Вернее, они послушно повернулись, а я, как всегда, опоздал немного.
- Теперь вы ступили на следующую ступень затемнения, - начал объяснять Колдун. - Только одна ступень отделяет вас от высшей ступени нашего Братства.
Хм... ступень затемнения? Это что-то вроде противоположности просветлению, что ли? Вот шутники-то. Да, кстати, пора бы и о Вельхеоре подумать. Громко подумать.
Вельхеор!!!
Ам-м... я уже не я? Нет, вроде бы ничего не изменилось. Черт, неужели не сработало?
Тут Бельма, стоящая по левое плечо распинающегося Колдуна, начала активно мне подмигивать. Ага, вот он - этот сигнал.
А что я сказать-то должен. И... что-то... Хоть убей, не помню. А ведь и вправду убьют, если не вспомню. Вон как Бельма мигает, любой светофор позавидует.
- Вы осознаете всю важность момента? - спросил Колдун, и где-то в его темных глазах вновь промелькнул веселый огонек.
- Да, - хором ответили двенадцать.
- Прям весь насквозь проникся, - неожиданно для самого себя ляпнул я.
Тишина обрушилась на всех, находящихся в зале. Больше всего, как мне кажется, досталось именно мне. За то короткое время, в течение которого все приходили в себя от моей наглости, я успел поблагодарить свой длинный язык аж двадцать четыре раза. Причем поблагодарить далеко не рядовыми выражениями. Не вслух, конечно, но все же.
- Проникся? - тихо переспросил Колдун, сделав ударение на окончании, выдающем мою принадлежность к мужскому полу.
Я сделал вид, что ничего не заметил.
- Ага, проникся до самых чакр. Все каналы энергетические аж засорились.
Бельма за спиной Колдуна прямо-таки светилась радостью. Параллельно с освещением помещения радостью она спешно и как можно незаметнее делала какие-то пассы над головой Колдуна.
- Ты вообще кто будешь-то? - Удивленным, как, впрочем, и недовольным, Колдун совершенно не выглядел. У меня возникло такое подозрение, что ему откровенно любопытно, и не более того. О страхе я вообще молчу, мне кажется, он и не знает, что это такое.
- Я это... - Я судорожно продолжал вспоминать заклятие, бормоча себе под нос разные варианты: - Этил, Этап, и стул, и стол, и там... и тау... А! И таул!
Результат я видеть не мог, ведь зеркала-то рядом нет, но, судя по совсем удивленному лицу Колдуна, все получилось.
- Это что? - наконец спросил он и неожиданно расхохотался. - Ты что, из этого... Шоу? Какое шоу? Ой не могу... как в рекламе. Шоу трансвеститов.
Колдун чуть ли не согнулся пополам и откровенно заржал. Бельма, все еще активно размахивающая руками у него за спиной, от неожиданности сбилась, испугалась небось.
Я еще не решил, злиться мне или обижаться, но, когда Колдун не перестал смеяться и спустя минуту, я решил, что одно другому в общем-то не мешает.
«Вельхеор!» - как можно громче подумал я.
Никакой реакции. Жаль.
- Ты зачем маскарад-то устроил? - наконец немного успокоился Колдун.
Его вопрос почему-то поставил меня в тупик. Неужели он забыл, как убить меня хотел? И как душу мою того... ну, не мою, но он-то думал, что мою!
- Я разобраться с тобой пришел, - пояснил я. Колдун опять рассмеялся, но уже как-то вяло.
- Ты-то? Один? Здоровья не хватит.
Тут он прав вообще-то. Здоровья у меня и вправду маловато. Вот если бы Вельхеор... Ах да, Вельхеор!
Опять ничего. Может, наркотик не подействовал? Да нет, подействовал вроде бы, иначе я бы тут уже от страха сознание потерял. А тут даже наглость откуда-то взялась.
- А я вашу подружку запряг, чтобы она мне помогла, - нагло соврал я. Хотя почему соврал? - Прости, слегка исказил действительность, на самом деле все как раз наоборот.
Колдун даже не обернулся посмотреть на Бельму.
- Эту-то? - Он не глядя ткнул пальцем за спину. - Так она весь последний год пытается что-нибудь со мной сделать. С тех пор как я ее азам магии научил, с тех пор и пытается.
Ведьма так и застыла статуей с поднятыми в странном жесте руками.
Ага, не ожидала?! Так тебе и надо.
- Ты тут еще вылез, - как-то огорченно сказал Колдун. - Теперь опять придется тебя убивать.
- А может, не надо? - неожиданно осипшим голосом спросил я.
- А куда деваться? - развел руками Колдун. - По закону жанра придется мне закончить то, что я начал.
Жанр у него, видите ли! Мне не по фигу, какой у него там жанр? Я-то жить еще хочу
- Вельхеор! - крикнул я и даже сам не сразу понял, что ору вслух.
- Чего разорался-то? - недовольно спросил Колдун. - Раньше надо было думать.
Когда это раньше, я спросить так и не сподобился.
- А ты куда собралась? - спросил он у Ведьмы, которая все это время медленно, но верно отходила к двери.
- Так я это, - затараторила она, поняв, что ее застукали. - Пойду посмотрю, как там снаружи, все ли в порядке?
- В порядке, в порядке, - обнадежил ее Колдун. - Все вокруг уже давно окружено.
- Кем?! - вскрикнула Бельма, невольно шарахнувшись от двери, к которой только что так стремилась.
Фигуры в черном впервые зашевелились и тоже начали поглядывать на дверь. Девушки же и вовсе поспешили спрятаться за спины фигур в робах.
Мне даже смешно стало. Сектанты повели себя как мелкие воришки, пойманные на месте преступления. Даже Вельма и та не знала, куда деваться, стоя в нерешительности перед дверью. А еще ведьма...
- Щас вас всех повяжут, - как можно зловеще пообещал я. - Я вызвал подкрепление.
Колдун, единственный из всех не проявивший ни намека на страх, рассмеялся:
- Ага, повяжут целую кровавую секту во главе с ведьмой. М-да, хорошая концовочка нашей истории. Ты - героически погибаешь, Вельмочку гребут, и она мотает полный срок, а я преспокойненько исчезаю и попиваю коктейли где-нибудь в Бразилии.
- А почему в Бразилии? - спросил я по инерции. Нет, однозначно, варево на меня подействовало еще как. Всякая дурь на язык лезет, а в голове ни одной дельной мысли.
- Потому что там много диких обезьян, - процитировал Колдун. - Хочется так потому что. Я не нашел что ответить. Да, кстати, раз уж меня убивать собрались... Вельхеор!
- Ладно, засиделся я с вами, пора мне уже, - неожиданно заторопился Колдун, - А то сейчас тут такое начнется. Боевик, натуральный Петросян!, Драки, фу... неблагородно это. - Он повернулся ко мне. - Ты как хочешь умереть? От старости, я хотел было сказать, что лучше всего умер... но вовремя вспомнил, что передо мной маг. Этот что хочешь устроит.
- Я хочу умереть, лежа в постели, - начал я. - Вокруг меня должны стоять: моя жена, трое моих сыновей, две дочки, адвокат, который заверит мое завещание, в котором я перевожу все свои восемнадцать машин, две яхты, четыре особняка...
Колдун начал зевать.
- ...остров, шестнадцать вертолетов, собственный самолет...
Я так могу хоть весь день перечислять.
- Ты это, заканчивай, - не выдержал Колдун. - Время поджимает.
- Не, сам спросил, а теперь рот затыкает, - обиделся я.
Вельхеор!!! Где ты, гаденыш?!
Со стороны единственного входа в зал послышался тихий шорох. Вернее, он бы показался тихим в обычных условиях. Сейчас же, когда все только и ждали чего-то подобного, он прозвучал что выстрел в тишине. А ведь тихо-то у нас не было.
- А что, если... - начала Бельма до того момента, как прозвучал этот шорох, и замолчала, так и не закончив предложение.
Все замерли, прислушиваясь. Я с надеждой, девушки и Бельма - со страхом, а черные рясы - тех вообще не поймешь. Что же касается Колдуна, тот на все смотрел с постоянным интересом, как на хорошее кино, будто все происходящее вокруг его не касалось.
Как я уже говорил, черные рясы за все время нашего общения даже с места не двинулись. Только головы несколько раз повернули. Вот и сейчас они всего лишь повернулись туда, поэтому понять, что они думают, и думают ли вообще, было просто невозможно. Входная дверь располагалась очень удачно: на возвышении в центре противоположной от нас стены, а к этому самому возвышению вела небольшая лестница. То есть обзор был стопроцентный, и посмотреть действительно было на что.
Дверь чуть-чуть приоткрылась, и через образовавшуюся щель появилось маленькое зеркальце.
- Что ты видишь? - послышался нетерпеливый шепот из-за двери.
- Подожди ты, зеркало еще настроить нужно, - шепотом ответил другой голос.
- Быстрее давай, вдруг они нас заметят и разбегутся. Лови их потом...
- Не говори под руку, - огрызнулся первый. - Я все по учебнику делаю, как в главе «Скрытая слежка с помощью подручных средств».
Если бы они знали, что выход отсюда всего один.
- А камеру слабо было взять? - спросил второй.
- Кто же мне ее даст-то? - осведомился первый. - Последняя камера сгорела в доме этого... который за Лидкой приударил, как, кстати, и предыдущие восемь. На складе мне ни за что не дадут больше ни одной. Хорошо, у меня зеркало с собой оказалось.
- Зачем это нормальному мужику зеркало? - подозрительно спросил второй.
- Не твое дело, - огрызнулся первый и, по всей видимости, наконец настроил свою систему скрытого слежения, в простонародье именуемую зеркалом.
Возникла короткая пауза, а затем первый голос произнес трагическим шепотом:
- Мне кажется, они нас заметили.
- Идиот! - выругался второй. - Системы слежения он тут использует. От тебя что требовалось?
- Узнать, сколько там человек и их расположение в пространстве зала, - виновато ответил первый.
- Вот. А ты нам чем тут мозги пудришь? Докладывай о местонахождении противника.
- Так точно, - браво шепнул любитель скрытого слежения. - Четыре... нет, пять девушек и девять фигур в черном. Половую принадлежность фигур определить не могу.
Я, кстати, тоже. А где это он пять девушек-то нашел? Ах да, издалека и не определишь, кто я (как он сказал?) по половой принадлежности. А Колдуна им, соответственно, не видно, потому что он в стороне стоит.
- И что они делают?
- На нас смотрят, товарищ капитан, - бодро ответил солдат.
- Так что же ты тут расселся со своим долбаным зеркалом, идиот?!
- Но я же говорил, что...
- Отставить разговорчики! Немедленно начинаем захват!
Дверь распахнулась от удара ногой, и в нее вкатился мужик в черной форме спецназа с зеркальцем в руках. Вслед за ним в зал начали вбегать люди в такой же черной форме.
- Ничего себе подвальчик? - восхитился незадачливый шпион, поднимаясь с каменного пола. - Да тут же стадион целый.
- Всем оставаться на местах! - гаркнул самый щуплый и, судя по всему, самый главный из всех спецназовцев. - Руки держать над головой.
Девушки во главе с Вельмой покорно подняли руки.
- А вам, дамочка, особое приглашение нужно?
Я даже не сразу понял, что это он меня дамочкой обозвал. А ведь заклинание личины-то уже не действует. Совсем слепой, что ли?!
Фигуры в черном стояли все так же неподвижно и ни о каком поднятии рук, а тем более над головой, даже не помышляли. Колдун, кстати, тоже.
- Я сказал руки - над головой держать! - еще раз рявкнул капитан.
Я поспешно поднял руки, а вот рясоносцы даже не шелохнулись. Капитан уже собрался было разразиться злобной тирадой, как его взор уткнулся в фигуру Колдуна, стоящего в сторонке и наблюдающего за всем происходящим с беспечной улыбкой. В капитанской голове прошли нехитрые математические операции, и он понял, что Колдун является неучтенной единицей противника.
- Ты! - Он резко повернулся к спецназовцу, бережно убирающему ценное зеркальце, кстати веселого красного цвета, в карман. - Почему недосчитал боевую единицу противника?!
Спецназовец с испугу выронил зеркальце, и оно с негромким щелчком разбилось о каменный пол.
- Дык я... - начал оправдываться он.
- После операции пойдешь зрение проверять, - пообещал ему капитан.
- Слушаюсь, - вяло козырнул солдат. Капитан жестом приказал солдатам взять Колдуна на мушку.
- Руки поднять, - в очередной раз скомандовал он.
Колдун пожал плечами и поднял руки. Теперь все внимание капитана было обращено к девяти черным фигурам.
- Если через три секунды вы все не поднимете руки, будут произведены предупредительные выстрелы в головы... тьфу, в ноги.
Все девять фигур совершенно синхронно повернулись к нему, но больше не двинули ни одной частью тела. Особенно они не двинули руками (солдатский юмор).
- Издеваться будете? - покраснел от злости капитан, и у него на шее забилась жилка толщиной с небольшой канат.
Нервный он какой-то. Чего нервничать-то? Вот я, например, если меня случайно не пристрелят, скоро умру от яда. Я же не нервничаю и не ору ни на кого.
Кстати... Вельхеор!
Тем временем фигуры в черном стояли себе, никак не реагируя на угрозы капитана.
- Все, сами напросились, - наконец сделал вывод капитан. - Стрельните вот этому в ногу, - он наугад ткнул в одного из рясоносцев.
Один из десятка спецназовцев послушно направил свой пистолет на фигуру и выстрелил.
Рясоносец даже не почесался. Как стоял, так и стоит.
- Совсем оборзели, - резюмировал капитан. - На стрельбище давно не были, так промазать.
Капитан достал свой пистолет, наверняка именной, и выстрелил навскидку в того же многострадального сектанта.
Опять никакой реакции. Только одна из девушек нервно хихикнула, но мигом сникла под злым взглядом, брошенным капитаном.'
Он озадаченно перевел взгляд с девушки на свой пистолет, затем на черную фигуру... и, не мудрствуя, произвел еще пять выстрелов.
Все вокруг, включая Ведьму и девушек, затаили дыхание. Только Колдун зевнул, всем своим видом показывая, что капитан определенно занимается совершеннейшими глупостями.
Черная фигура все так же зловеще стояла напротив помоста, не выказывая ни малейших признаков жизни. При знаков смерти, впрочем, сектант также не выказывал. Только в рясе появилось несколько дыр на уровне ног.
Нервы капитана не выдержали. Он с криком схватился за автомат и начал поливать сектанта очередями, пока не кончились патроны.
- А-а-а... - еще некоторое время кричал он, продолжая тупо жать на курок.
У всей группы захвата вид был не намного лучше, чем у капитана. Лица у всех побледнели, а девушки, которых я совершенно ошибочно считал настоящими ведьмами, и вовсе попадали в обморок. Самой стойкой оказалась Бельма, но и ту била мелкая дрожь. Хотя у меня такое подозрение, что пугали ее вовсе не рясоносцы, а сам Колдун, продолжавший улыбаться как ни в чем не бывало.
Я перевел взгляд на фигуру в рясе, вернее в ошметках, которые отдаленно напоминали рясу. Сам же человек, если это был человек, стоял все так же невозмутимо.
- Что за фигня? - неизвестно у кого спросил капитан, дрожащей рукой утирая пот со лба.
Кроме Колдуна и еще, может быть, Ведьмы на его вопрос вряд ли кто-нибудь ответит. Я бы мог сделать несколько предположений, но, черт возьми, мне не до этого. Что же делать-то? Когда начнет действовать яд? Сейчас? Через минуту, через час или, может быть, через день?
Лучше попробую подождать их начальство.
- Ребята, посмотрите, он что, в бронежилете? - приказал капитан.
Ребята желанием пообщаться поближе с только что расстрелянным практически в упор сектантом не горели, но пришлось. Приказ есть приказ.
- Эй, - неуверенно сказал один из солдат, ткнув пальцем в балахон. - Ты как, жив?
Фигура отрицательно покачала головой.
Солдат издал непонятный звук - смесь визга с кашлем и отскочил от фигуры метров на десять. Отпрыгивая, он задел рукой капюшон на голове сектанта, и он соскользнул вниз.
Под капюшоном обнаружилось молодое конопатое лицо. Вот только взгляд был не очень молодым. При взгляде на черные как угольки глаза возникало желание бежать отсюда как можно дальше.
- Да он совсем мальчишка еще, - удивился капитан.
Колдун, хотя на него никто не смотрел, кроме меня и Вельмы, согласно закивал головой. Затем он как-то по-хитрому махнул рукой, и тут все началось.
«Совсем мальчишка» схватил ближайшего к нему спецназовца за грудки и швырнул его через весь зал (добрых полсотни метров!).
Тут все задвигались. Будто в замедленной съемке я увидел, как Колдун растворяется в воздухе. В следующую секунду Бельма бросилась со всех ног к выходу, и три девушки поспешили за ней. Но это все я увидел лишь мельком. Все мое внимание было приковано к девяти черным фигурам. Удивительно плавно, но при этом невероятно быстро они заскользили по залу, раскидывая спецназовцев как кукол. Застрочили автоматы, и я поспешил залечь на пол. Из этого положения мне не было видно ничего, кроме каменного пола, поэтому мне осталось только молиться... довольно специфической молитвой... Вельхеор! Спасай, сое, хелп! Где ты, предатель?!
Над моею головой еще некоторое время полетали пули, и вскоре все стихло. Я, переборов страх, поднял голову и увидел всего лишь в метре перед собой стоящих полукругом сектантов. Капюшоны больше не прикрывали их лица, и на меня смотрели совершенно разные люди, схожие лишь одним - взглядом. У всех у них были черные как уголь глаза. В остальном это были люди разного возраста и пола. Три девушки и шесть мужчин. И все смотрели на меня.
- А-а... как дела? - не очень уверенно спросил я, впрочем не ожидая получить ответ на свой вопрос.
Все девять фигур совершенно синхронно склонили головы.
Чего это они? Завод кончился, что ли?
Темнота позади зловещих фигур начала сгущаться и вскоре сгустилась настолько, что превратилась в Колдуна собственной персоной.
Он брезгливо отряхнул руки, будто только что хватал ими что-то гадкое и противное, и неторопливо направился ко мне.
- Чего разлегся-то? - спросил он, старательно обходя тела спецназовцев.
Интересно, они вообще-то живы? Лучше об этом сейчас не думать, как и о том, буду ли жив я спустя несколько минут.
Отвечать на вопрос Колдуна я, естественно, не собирался.
- Вставай, уж коли жив остался, - кивнул он мне, - встречай смерть как подобает мужчине.
Я, будто получив удар под дых, судорожно вздохнул, но все же поднялся.
- Так-то лучше, - удовлетворенно сказал Колдун. - Ребята, аккуратненько утихомирьте его.
Услышав эти слова, я, несмотря на то что ноги стали ватными, бросился к выходу. Не успел я сделать и пары шагов, как кто-то схватил меня за шкирку, будто нашкодившего котенка, и потащил обратно в центр зала. Я отчаянно упирался в меру своих скудных сил, но толку было мало. Если быть точным, то никакого толку не было.
Меня подтащили к Колдуну и поставили перед ним, не забывая придерживать за плечи, чтобы я вновь не попытался смыться.
- Вот что ты все брыкаешься, а? - Колдун развел руками. Я, ожидая, что сейчас он жахнет каким-нибудь очередным заклинанием, зажмурился, но оказалось, что это он всего лишь чувства выражает. - Все время только брыкаешься и брыкаешься. Нет чтобы спокойно умереть и другим жизнь не портить. И ведь важного ничего в тебе нет, просто мешаешься ты. Мелкая букашка, которая портит общую картину. Мелкая, а, поди ж ты, живучая. Так бы и жил себе, никем не замеченный, если бы не случай. И если бы не что-то еще...
Колдун задумался.
- Вот это самое что-то меня и волнует. Почему ты такой живучий, а? Просто сверхъестественно живучий. Хотя... в моих устах это звучит немного лицемерно, не находишь?
Я философски пожал плечами. Мне уже было все до фени. Говори теперь сколько хочешь, все равно ты меня уже не убьешь. Я уже практически мертв, скоро начнет действовать яд. Не знаю почему, но я в этом уверен.
- И ведь когда я тебя наконец убил, я даже пожалел. А вдруг в тебе все-таки есть что-то, что связывает тебя со мной? Да, да, именно связывает. У нас есть что-то общее, именно поэтому тебя пригласили на Посвящение. Потому что мне показалось, что в тебе есть что-то такое, что есть и во мне. Кого-то ты мне напоминаешь... из моей прошлой жизни.
Чегой-то он такой откровенный? Видимо, уже точно решил, что пора меня убивать.
Я тяжко вздохнул.
- Знаешь... - Колдун посмотрел на меня так, как будто только что увидел что-то новое... во мне, на мне, в общем, что-то он решил со мной сделать такое, что ему очень понравилось. - Я ведь так и не решил, убивать тебя или нет. И все еще решал, до этого момента. А теперь решил.
Он сделал паузу, для эффектности. Откуда ему знать, что мне уже все равно, что он там решил. У меня уже начала кружиться голова, а это явный признак начала действия яда. Если, конечно, это не от той гадости, которую я пил здесь. Но если бы виноват был напиток, то это началось бы сразу. А значит... значит, яд начал действовать.
- Я решил вот что, - провозгласил Колдун. - Если ты и в этот раз выживешь, то я больше не буду пытаться тебя убить. Мне кажется, что это достойная награда за твое упорство.
Если он ожидал бурю радости с моей стороны, то он явно прогадал. Я едва сдерживался, чтобы не вывернуться наизнанку. В глазах уже все начало плыть, в ушах звенеть, а в мозгах плавиться. Кстати, уже второй раз меня травят. Сначала Сорняк, теперь Бельма. Какой же я везучий...
- Так что... - у меня закружилась голова и половину я не понял, - ... готов. Ребята, гуляйте, а я.....
Колдун сказал еще что-то и вновь начал растворяться в воздухе. Дело-то привычное в общем-то.
Ребята отпустили мои плечи, и я с облегчением бухнулся на пол.
- Добивайте, короче, - приказал полурастворившийся в воздухе Колдун.
Вот незадача-то. Вельхеор! Пиявка-переросток, где ты?! Меня сейчас добивать будут!
Но прежде чем меня начали добивать, со мной произошло то, чего я так боялся все последние часы. Яд начал действовать.
Тело начало скручивать судорогой, и я, лежа на полу, выгнулся дугой. Боль, скажу я вам, просто адская. Перед глазами все покраснело. Скорее всего это лопнули капилляры глаз, а пальцы мои невольно начали скрести по каменному полу.
- Чего это он? - озадаченно спросил Колдун, перестав растворяться в воздухе и так и оставшись полу исчезнувшим. Вопрос, надо думать, был риторическим.
Я бы с радостью объяснил, что со мной, но мне было не до того. Мой мозг взорвался множеством самых разнообразных картин, будто желая отвлечь меня от боли. И я действительно немного отвлекся. Среди всей какофонии замысловатых образов один страшнее другого иногда проявлялись мои воспоминания. В основном те, которые были связаны с событиями последних двух недель. Мне вспомнился мой прыжок из окна морга, после которого у меня были переломаны почти все кости, но боль, если честно, была так себе. Когда в меня стреляли из автомата, я и вовсе ничего почувствовать толком не успел, а сразу провалился в забытье. Вообще, когда я еще был связан с Вельхеором, боль была будто игрушечной.
Если честно, то мои мысли не были столь четкими. Они были хаотичны, и лишь изредка мой мозг извергал связные фразы, из которых и составилась общая мысль.
Если бы я был таким, как неделю назад, то этой боли бы не было, - пронеслась нечеткая мысль...
О чудо! Эта мысль стала той соломинкой, которая смогла меня немного вытянуть из агонии.
«Если бы я и сейчас был вампиром», - вновь подумал я, на сей раз сосредоточившись на этой мысли и, если мне не показалось, получил слабый отклик. Не знаю откуда послышался тихий голос, повторяющий мою фразу. И сразу стало легче.
«Если бы я был вампиром!» - молча вскричал я и тут же понял, что Вельхеор имел в виду, когда говорил «громко подумай».
Эта фраза начала множиться в моем мозгу, бегая из одного уголка сознания в другой.
Если бы я... вампиром... был... если бы... вампиром.
Эту фразу уже повторяла сотня голосов. Все громче и громче...
Неожиданно все стихло, и я понял, что больше не ощущаю никакой боли. Я и тела-то не ощущаю.
Я что, опять умер?
- Мир его пуху, - раздался совсем рядом голос Колдуна. - Вернее, пух его праху...
Стоп. Если я слышу, значит, я жив? И тут меня будто вышвырнуло из темноты, как я успел заметить - это меня из моего тела вышвырнуло, и я увидел все ту же картину. Колдун, по-прежнему видимый лишь наполовину, девять сектантов, стоящих полукругом надо мной, за их спинами тела спецназовцев и, собственно, себя самого. Вернее, мое тело. Я сам-то оказался в метре от Колдуна. Тот, что характерно, меня не замечал. Правильно, я же теперь призрак.
- Финита ля комедиа, - на всякий случай уточнил Колдун и начал окончательно растворяться в воздухе.
- Кто тут меня обижает?
Знакомый голос. Ой! Это же я. Уже встал с пола. Будто это не меня только что крутило и месило. Бодренький такой, красными глазами посверкиваю. Стоп. Так ведь это же Вельхеор наконец-то прибыл на помощь. А я, значит, выдворен из своего тела и теперь вольный призрак - так, что ли?
Колдун от удивления материализовался обратно и, ничуть не смутившись, показал пальцем (а ведь это неприлично, между прочим!) на девятерых сектантов:
- Они вот.
- Та-а-ак, - протянул Вельхеор, поворачиваясь лицом к сектантам и плавно выдвигая из верхней челюсти свои клыки. Боевая форма - это вам не хухры-мухры.

ГЛАВА 23

Если бы я не знал, что сектанты бесчувственные зомби, то решил бы, что они застыли в нерешительности. Но нет, конечно же нет. Они застыли в ожидании приказа.
- Давайте, что ли, - пожал плечами Колдун, и все девять сектантов неожиданно исчезли. Вернее, они просто очень быстро скользнули вперед. Так быстро, что в том месте, где они были всего секунду назад, даже не успела осесть пыль. Даже у меня - призрака - не хватило реакции усмотреть их движение. Зато у Вельхеора хватило.
Почему-то даже в нелепой женской одежде Вельхеор умудрился выглядеть внушительно. Это притом, что я во всем этом был похож исключительно на огородное пугало.
Я видел лишь размытые движения, похожие на движения Чина Кхо во время показательной драки с Хазом, только еще быстрее и проворнее. Лишь иногда на пол падало тело одного из сектантов. Кстати о телах, будучи призраком, я наконец-то смог осмотреть поле боя сектантов со спецназом. Оказывается, вопреки всем моим опасениям, спецназовцы были живы. Побиты изрядно, но живы, хотя без надлежащей медицинской помощи в ближайшее время все может и измениться.
Вообще, я начал видеть многие интересные вещи, обращать внимание на которые мне просто было некогда. Например, Колдун почему-то смотрит на Вельхеора и морщит лоб, будто пытается что-то вспомнить. Второе открытие оказалось куда интереснее и хуже первого: сектанты вскоре после безвольного падения на пол исчезали. Таяли как снег, только что лужиц никаких не оставалось. И еще я заметил, что, хотя Вельхеор уже успел раскидать определенно более девяти сектантов (уж и не знаю, как такое возможно), их количество не уменьшилось.
Но это все я видел постольку-поскольку, потому что главным, что занимало меня на данный момент, было мое состояние призрака. Насколько я понял, я был сейчас в том же состоянии, в котором был Вельхеор в своем мире после изгнания из моего тела. А значит, длительная задержка в этом состоянии грозит мне потерей рассудка. Оставалось надеяться, что Вельхеор справится быстро и, самое главное, после этого вернет мне мое тело.
Я сделал несколько шагов и подошел к Колдуну. Было немного страшновато стоять напротив него, не успокаивало даже осознание того, что он меня не может видеть. Для проверки я скорчил ему рожу, но он, естественно, ничего не заметил. Чтобы уж наверняка удостовериться в том, что я призрак, я решился попробовать коснуться рукой Колдуна. Рука прошла сквозь него совершенно свободно. Так и есть, я призрак.
Чего я только ни ощущал за это время, но призраком еще не был. Так что пусть Вельхеор здесь разбирается сам, а я пока осмотрюсь.
В нерешительности остановившись перед стеной, я взял себя в руки и, зажмурившись, шагнул сквозь нее.
Темнота.
Ах да, мы же под землей. Куда же я собрался сквозь эту стену идти-то?
Я сделал быстрый шаг назад и вновь оказался в зале.
Уф, повезло. Не хотелось бы потеряться где-то под мостовой. И чего меня на сомнительные эксперименты потянуло?
Особых изменений в обстановке за мое отсутствие не произошло: Вельхеор все так же раскидывал сектантов, а Колдун все так же размышлял о чем-то, наморщив лоб. Нет, он определенно что-то вспоминает. И что же такое он вспоминает, что даже внимания не обращает на то, что происходит вокруг?
А вокруг с моим прибытием начали разворачиваться интереснейшие события. Хорошо, что я вовремя вернулся и ничего не пропустил.
Началось все с того, что один из доселе недвижимых спецназовцев очнулся. Очнулся и зашевелился. Причем зашевелился в сторону Колдуна. Прытко так зашевелился, но без лишнего шума и с явно недобрым намерением. Умный парень, сразу понял, кто здесь во всем виноват.
Колдун задумался настолько, что даже не заметил этого самого шевеления. Поэтому, когда спецназовец совершенно беззвучно бросился на Колдуна, тот лишь удивленно хрипнул и упал на пол, накрытый тяжелым спецназовским телом. Вот только Колдун и сам не уступал спецназовцу телосложением, и завязалась ожесточенная борьба.
В это же время из-за входной двери появилась красная от усердия физиономия Нестерова.
- Ну дела, - только и сказал он и вновь скрылся за дверью.
Вместо его головы тут же появилась чья-то рука, сжимающая что-то круглое. Ой! Это же граната! Они нас что, взорвать решили?.. Хотя мне-то что, я же призрак...
Граната полетела по идеально ровной параболе прямиком в центр зала, прямо под ноги Вельхеору, а за ней потянулся газовый след.
Ага, значит, граната газовая. Интересно... нет, серьезно. А газ на кого-нибудь подействует?
Весь зал заволокло неким подобием тумана.
«Хана всем?» - пронеслась шальная мысль, но тут же стала исчезать вместе с газом.
Когда газ рассеялся, выяснилось, что ничего, в общем-то, не изменилось. Вельхеор все так же мордовал сектантов, которые даже и не думали травиться каким-то там газом.
Единственным, кто пострадал, оказался тот самый спецназовец. Он премило захрапел, лежа на Колдуне, который брезгливо пытался столкнуть его с себя.
В дверь вновь просунулась голова Нестерова.
- Однако, - тем же тоном произнес он и вновь скрылся за дверью.
Я не стал ждать очередной газовой гранаты, а решил подойти к двери и посмотреть, что там за ней происходит. Зажмурившись, я прошел сквозь дерущихся сектантов и Вельхеора и подошел к двери.
Кстати, интересно, а почему именно подошел? А почему это я не летаю, как полагается призракам?
Я подпрыгнул на месте, но почему-то все равно никуда не полетел.
Обидно, хотя, мне кажется, это дело привычки. Привык ходить по земле в жизни, не полетишь и став нематериальным. Без надлежащей помощи по крайней мере.
До двери-то я дошел, но едва наконец собрался заглянуть сквозь нее в прихожую, как она распахнулась прямо сквозь меня. Я с непривычки чуть заикой не стал. В двери появился все тот же Нестеров (вечно он вокруг меня вертится, надоел уже, спасу нет) и еще с десяток человек в форме уже знакомого мне спецназа, только не черной, а защитной. Среди прочих оказались и два спецназовца, привезшие меня в Агентство вчера вечером (один из них светил свежим фонарем под глазом, я аж залюбовался). Кроме них присутствовало еще молодцев десять в камуфляже. Вслед за ними в зал вошли Сергей Иванович собственной персоной и Лида.
Ой, Лида, Лида. И куда тебя понесло-то? Сидела бы за компьютером себе. Эх... и ведь красива как всегда, даже в камуфляже. Со смешинкой в глазах и легкой улыбкой на губах.
Я залюбовался и сам не заметил, как пошел следом как привязанный.
- Какие предложения? - спросил Сергей Иванович у Нестерова.
Тот пожал плечами:
- Расстрелять.
- Всех? - удивился Сергей Иванович.
- А что делать? - Нестеров изобразил искреннее сожаление. - Проверенный способ, даже на Светлова подействовал.
- А если Виктора заденем? - резонно спросила Лида. Ох как резонно. Только Виктор вообще-то нематериален и стоит у вас за спиной. Да не важно...
- Восстановится, куда денется, - отмахнулся Нестеров, дав знак спецназовцам. - Ему даже полезно будет.
Ага, я те дам полезно. Я тебе еще такое полезно устрою.
- Огонь, - махнул рукой Сергей Иванович, и десяток автоматов дружно затарахтели, изрыгая очереди одну за другой на сектантов, не минуя, впрочем, и Вельхеора.
Но сектанты-то, как я уже понял, после смерти исчезали, а на их месте появлялись новые. А Вельхеор то один-одинешенек. Таким образом, единственным, кто пострадал от «помощи» новоприбывших, оказался Вельхеор.
- Совсем офигели, - резюмировал Вельхеор и взмыл в воздух над сектантами.
Те, потеряв цель, мигом нашли новую и двинулись на нее. Новой целью оказались те самые «помощники».
- Ой, - запоздало удивился Нестеров, и на них запрыгнули сектанты. Их, как и до этого, было ровно девять.
Никто из них даже не успел высказать удивление по поводу полета Вельхеора. Даже на женскую одежду вроде бы никто внимания не обратил. Хотя нет, вон Лида успела бросить удивленный взгляд на парящего в воздухе Вельхеора, вернее, она-то считает, что это я. И я в женской одежде, стыдно-то как! Что Лида подумает... Или, может быть, она меня не узнала издалека? Да что же это я?! Лида! Черт, там же Лида! Сектанты же напали на Лиду!
Я, понимая, что в нематериальном состоянии ничего сделать не смогу, подбежал к Вельхеору.
- Ты чего остановился? Быстрее помоги тем, которые только что пришли! Это же союзники, блин.
Вельхеор никак не отреагировал на мой крик и продолжил висеть в воздухе, задумчиво наблюдая за сектантами.
Он же меня не слышит! Чтобы он услышал меня, я должен отразиться в чем-либо. Но зал-то весь разбит в который раз. Если что и было, в чем я смог бы отразиться, так давно уже покрошено и расстреляно.
Тем временем сектанты медленно, но верно крушили спецназовцев. Именно крушили, потому что оружия у них не было и действовали они исключительно кулаками. Зато как действовали! Спецназовцы отстреливались остервенело, и сектанты практически не могли приблизиться к ним, но, если кто-то из сектантов все же дотягивался до спецназовца... тот мигом оседал на пол, оглушенный сильнейшим ударом. Понятно, почему вся предыдущая группа спецназа осталась жива: их же просто слегка в пол вбили, и все.
Четверо спецназовцев уже свалились под ударами сектантов, и отстреливаться им становилось все сложнее и сложнее. А ведь среди них была и Лида. Она ловко увертывалась от ударов кулаков сектантов и стреляла из какого-то пистолета. Но долго это продолжаться не могло.
А что я мог сделать? Я же нематериален. И Вельхеор - предатель, висит тут, отдыхает.
Вельхеор будто услышал мои мысли. - Слышь, - проговорил он, вися под потолком. - Я знаю, ты где-то рядом. Мне сейчас некогда, я подбираю заклятие, чтобы успокоить этих живчиков. А ты, если хочешь помочь тем придуркам, а особенно той симпатяшке, попробуй воздействовать- на материальные предметы. У тебя должно получиться. А еще лучше вселись в кого-нибудь. Только этот кто-нибудь должен быть без сознания. Просто попробуй слиться с телом, и все должно получиться само собой, твой дух уже должен привыкнуть к переселениям, так что автопилотируемое вселение тебе обеспечено.
Слиться с телом... само собой. Легко ему говорить. Я даже представления не имею, как это сделать. Тем более, что толку, если я вселюсь в тело спецназовца? Что я сделать-то смогу? Нужно думать быстрее, а не то будет поздно.
Я посмотрел на отбивавшихся от сектантов спецназовцев. Вот это профессионалы. Несмотря на то что число сектантов не уменьшалось, они умудрялись сдерживать их. Четыре спецназовца уже лежали без сознания, а еще двое едва держались на ногах. Колдун почему-то ничего не предпринимал и все еще задумчиво смотрел на парящего в воздухе Вельхеора. Вельхеор же продолжал бормотать что-то себе под нос, причем явно не на русском языке. Больше никого и ничего в зале не было, что бы могло как-то пригодиться мне и помочь осажденным агентам. Хотя погодите-ка...
Есть еще статуя каменная. А ведь это же мысль! Сознания в этой каменной глыбе точно нет, а вот можно ли в нее вселиться - это нужно срочно выяснить.
Я торопливо подошел к статуе, гордо скалившей свою пасть с высоты полуметрового постамента. Проведем проверку.
Я протянул к статуе руку. Так и есть, рука прошла сквозь камень без проблем. Значит, и я сам смогу.
Зажмурив для храбрости глаза, я шагнул в статую. Опять темнота.
Ах да, нужно же глаза открыть... нет, все равно темнота. Что же теперь делать? По законам литературной магии и самой обычной йоги, нужно расслабиться и попробовать слиться с камнем. Я расслабился и начал сливаться, но то ли меня подводило воображение, то ли слиться с неживым предметом просто невозможно... короче, ничего у меня не получалось. Хм... а может, вселяться и не нужно? Можно попробовать ею просто управлять, как куклой, только каменной? Эх, жаль, что я не искусник и даже не Ремесленник. Но время-то идет! Я должен помочь Лиде... ну, и остальным заодно... просто обязан!
Я отчаянно захотел сделать то, что задумал. Умей я молиться, я бы помолился. Только кому? Может быть, этому Кровавому богу? Ведь это его ж статуя. Попросить бы его: дескать, помоги, Кровавый бог, нужно твоих же слуг по самую тюбетейку в землю вбить, ты уж не поскупись - одолжи статую на денек.
- А вот возьму и одолжу, - появилась в голове странная мысль. Явно не моя. Но тогда чья же? А, не важно, главное, что после этого у меня получилось!
Я будто только распахнул глаза после сна. Еще секунду назад я был в темноте, и вдруг вокруг меня начал формироваться окружающий мир. Он как бы выплывал из тумана вокруг меня, и я удивленно осмотрелся.
Как выяснилось, за мое отсутствие ничего не изменилось.
Я почесал затылок.
И что это было? Опять глюки? Странный голос неизвестно откуда, который обещает мне что-то одолжить... И что это за странный скрип такой?
Я удивленно обернулся, мигом перестав чесать затылок. Никого нет, да и звук странный уже исчез.
И снова глюки? Э-э-э... и почему в зале стало неожиданно тихо?
Я резко повернулся к еще секунду назад отбивающимся от сектантов спецназовцам. Ой. Они все застыли и удивленно таращились на меня. Вернее удивленными были лишь Лида и Сергей Иванович. Все спецназовцы во главе с Нестеровым таращились на меня с явным страхом, а сектанты со странным благоговением. Минутку, а зомби разве могут благоговеть? Тем более если учесть, что я призрак и увидеть меня нельзя.
Я подозрительно оглядел себя с головы до ног.
Эге. Все каменное.
Ну дела, у меня и вправду получилось. Я теперь в статуе. А ведь я не чувствую никакого физического тела - лишь каменные кандалы на руках и ногах.
Так, осталось лишь разобраться с сектантами. Их всего-то девять. Правда, их всегда «всего-то девять», сколько ни убивай, но это уже мелочи.
Я взревел и бросился на них, вот только рева моего никто не услышал, потому что каменный рот статуи вряд ли был способен произносить какие-либо звуки.
А сектанты... сектанты впервые повели себя как самые обычные люди и бросились врассыпную. Спецназовцы тоже повели себя не очень культурно - пальнули в меня из автоматов. Вот неблагодарные-то.
Не обращая внимания на неблагодарных спецназовцев и уже успевшую испугаться Лиду, я подошел к ним вплотную, оставив за своей спиной сектантов. Мое движение сопровождалось жутким скрежетом и грохотом. Затем я повернулся своей каменной мордой к сектантам и приготовился рвать их на части.
Но, видимо, сектанты не хотели быть порванными на эти самые части, вместо этого они почему-то бухнулись передо мной на колени.
- Повелитель, ты вернулся! - хором проговорили они.
Вот ведь интересно, они же и вправду не зомби. И они определенно приняли меня за своего повелителя, вновь вселившегося в каменную статую. Может быть, они и на моем прошлом Посвящении были? Лиц-то я тогда не видел, так что с уверенностью ничего сказать не могу.
Я молча склонил каменную морду, дескать, вот он я, любимый. Говорить-то статуи не могут. Интересно, а как все-таки говорила статуя, когда ожила в прошлое Посвящение?
Пауза тем временем начинала затягиваться.
За моей спиной послышался шепот Нестерова, предлагающего перестрелять всех сектантов, пока они сидят на полу, а статую взорвать осколочной гранатой. «Почему осколочной-то?» - осведомилась Лида. «А потому, что другой я с собой не взял» - нетерпеливо объяснил Нестеров.
Вот ведь недалекий человек-то, неужели до сих пор не понял, что сектантов автоматом не возьмешь? Да и взорвав меня, то есть статую, осколочной гранатой, они совершат просто-таки массовое самоубийство. Осколки гранаты и собственно меня разлетятся по всему залу со скоростью пули.
Тут над сектантами воспарил Вельхеор.
- Напрыгались, теперь вам пора баюшки, - проворковал он и взмахнул руками на манер феи из какой-нибудь детской сказки. Действительно, чем-то на фею он был похож... только эта фея довольно странной ориентации.
Но несмотря на внешний вид феи, ее, тьфу, его заклинания подействовали. Непобедимые сектанты начали зевать и укладываться спать прямо на каменном полу. Спустя минуту зал стал похож на спящее царство. Причем на полу лежали не только спецназовцы и сектанты, но и новоприбывшая группа спасения во главе с Сергеем Ивановичем, Нестеровым и конечно же Лидой. Вельхеор явно слегка перестарался.
Я поднял свою каменную руку и повертел пальцем у виска, показывая Вельхеору, что думаю по поводу его заклинания.
- Чего ты тут показываешь? - заметил мой жест Вельхеор. - Так надо. Незачем им видеть и слышать то, что будет дальше происходить.
А что будет-то? Я что-то упустил?
Я огляделся.
Ах да, я же совсем про Колдуна забыл. Он так незаметненько в уголке о чем-то думал, что я и внимания-то на него не обратил.
- Пойдем пообщаемся, - кивнул Вельхеор в сторону Колдуна и поплыл к нему.
Я последовал за ним. Каждый мой шаг сопровождался легким грохотом и скрежетом, но я к этому уже почти привык и внимания особо не обращал.
Мы подошли (вернее, Вельхеор подлетел, а я пригромыхал) к Колдуну, а тот - вот ведь нахал - даже не сразу среагировал на наше приближение.
- А, это ты, - непонятно кому сказал он, подняв на нас глаза. - Вот скажи мне, где я тебя видел?
- В гробу, - тут же среагировал Вельхеор. Мне осталось лишь пожалеть о том, что я ничего сказать не могу, иначе я бы тоже высказался.
- Нет, серьезно. Вот именно сейчас, когда ты взмыл в воздух, мне показалось, что я это уже когда-то видел. Давным-давно, где-то в прошлой жизни...
- Ты уже и эту жизнь можешь считать прошлой, - сказал Вельхеор, плавно опускаясь на пол перед Колдуном и ощерив клыки.
Я согласно кивнул каменной головой, издав очередную серию скрежетов и хрустов.
- Ведь ты не Виктор Светлов, я правильно понимаю? Ты кто-то другой, занявший его тело.
Я поднял свой полутонный кулак и потряс им перед собой, показывая, что пора заканчивать болтовню и раскатывать этого засранца по каменному полу в три слоя.
- Подожди-ка, - отмахнулся от Колдуна Вельхеор. - Тут мой друг что-то жаждет тебе сказать.
Ох как жажду. Что он тут с ним рассусоливает? Этот Колдун уже столько напакостил, что его сразу...
- ...давить нужно, а не слушать его бредни, - неожиданно услышал я свой голос.
- Так-то лучше, - обрадовался Вельхеор, и я только сейчас понял, что, пока я вел внутренние монологи, он производил передо мной какие-то пассы. Наколдовал, выходит.
- А это, надо думать, сам Виктор Светлов, - отчего-то обрадовался Колдун.
- Он самый, - грозно рявкнул я. - И я тебя щас тут затопчу просто на месте. Будешь знать, как Посвящения некачественные устраивать.
- Ах да, это ведь ты из Посвящения черте что устраиваешь, да еще в этом мире, совершенно не готовом к внедрению Искусства, - опомнился Вельхеор. - А у тебя лицензия от Международной Ассоциации Искусства есть?
Ну вот, опять. Вельхеор какой-то странный вообще-то. Свихнулся, должно быть, из-за своих скитаний, когда он духом бесплотным был. Какое-то у него поведение неустановившееся, то туда, то сюда. Вот и непонятно, шутит он сейчас или действительно этой чертовой лицензией озабочен.
- Какое разрешение, когда я всего лишь воссоздавал то, что видел несколько сот лет назад, - неожиданно начал оправдываться Колдун.
Сколько лет?! Э-э-э... да у мужика крыша поехала. От страха, что ли?
- Это где ты такое видел? - подозрительно осведомился Вельхеор, и у меня возникло такое ощущение, что вампир ему верит. С чего бы вдруг?
- Слушай, давай его быстренько по стенкам размажем, и по домам, - решил я внести ясность в наши намерения.
- Слушай, ты чего такой кровожадный стал, а? - удивился Вельхеор. - Это ты от меня, что ли, нахватался? Или с Кельнмииром переобщался? С чего столько злости?
- С того, что меня тут травят, бьют, в меня стреляют, мне угрожают, меня даже унижают. И после этого я должен прикидываться ангелочком? - огрызнулся я.
- В чем-то он, конечно, прав, - неожиданно согласился Колдун.
- Значит, мы тебя сейчас... того? - Я с надеждой посмотрел на Колдуна.
- Но «того» меня все же пока что не надо, - огорчил меня Колдун. - Давайте сначала сядем и поговорим, а затем уже решим, кто кого и за что.
Я незатейливо ругнулся.
- Поговорим, - махнул рукой Вельхеор. - Только ты недолго. Мне скоро домой пора уходить, а я еще должен убедиться, что младшему ничего не угрожает...
Хм... младший - это, видимо, я. В общем-то в сравнении с его тремя тысячами лет я не то что младший, я младенец еще. Но все равно не очень приятно.
- Кстати, о безопасности, - неожиданно вспомнил я. - Меня же это...
- Отравили, - кивнул Вельхеор. - Все уже сделано. Желудок, конечно, немного покрутит, но жить будешь.
Я облегченно вздохнул, на радостях проглотив хотевшее вырваться высказывание на тему «да разве ж это жизнь?»
Как можно вздыхать, не имея легких, - тоже тот еще вопросец.
- Тогда поговорим, - смилостивился я и грузно сел на подобие алтаря. Не потому, что устал (чему уставать-то?), а потому, что просто привык говорить на серьезные темы, сидя на чем-нибудь удобном. А что для каменной статуи может быть удобнее, чем каменный же постамент?
Вельхеор брезгливо оттолкнул ногой спящего спецназовца и выудил прямо из воздуха небольшой, но удобный деревянный стул.
Колдун лишь поднял бровь и проделал ту же самую операцию.
Вот жуки-то, а о бедной ходячей статуе никто не позаботился и даже стульчика не предложил. Ну и что, что вешу я десяток тон? Все равно обидно.
- Ну давай, рассказывай, как ты дошел до такой жизни, - спросил Вельхеор таким тоном, будто являлся обвинителем в суде. Может быть, это именно так и было. Сейчас решалась судьба Колдуна, и Вельхеор, вполне возможно, на этом процессе был и обвинителем, и судьей, и палачом.
- Детства своего я не помню, - послушно начал излагать Колдун. - Хотя, как мне говорили мои знакомые, которых, кстати, я тоже не мог вспомнить, они (в смысле родители) у меня были. Мне рассказывали, что я ударился головой и потерял память. Где и как я ударился, я также не помнил и не помню до сих пор, а характер повреждений доктора определить не смогли. Да и доктора-то тогда были так... врачеватели-теоретики. Ни снимков не сделали, ни анализов не взяли... год тогда был где-то 1701-й, если не ошибаюсь.
- Ну, ты как Дунька Маклауд, - не удержал я нервного порыва глупо пошутить. - Головы никому не рубил?
Вельхеор удивленно посмотрел на меня, явно не поняв шутки. Да и откуда ему знать-то? За то время, что он был в моем мире, разве ж поймешь чего? А вот Колдун понял и лишь грустно усмехнулся в ответ, скорее просто из приличия.
- Ага, щас. Останется только один.
Вельхеор еще раз удивленно хлопнул глазами.
- Слышь, ты бы юбку поправил, - неожиданно сказал Колдун, глянув на Вельхеора.
- А что такое? - удивился тот. - Что-то не так?
- Знаешь ли, ты похож на извращенца, - пояснил Колдун.
Вельхеор аж подпрыгнул.
- Спасибо за комплимент, конечно, но тогда уж это не я, а Виктор. Я-то тут при чем?
- Ни при чем, ни при чем, - не выдержал я издевательств над собой. - А юбку поправь.
- Поздно вообще-то уже, - неожиданно передумал Колдун и повернулся ко мне. - Ты чего вообще так вырядился-то?
Я передернул каменными плечами:
- Заставили меня. И сюда приехать тоже заставили. Эта ваша Бельма, ведьма проклятая. Она еще и смыться умудрилась.
- А... -отмахнулся Колдун. - Да ладно. Чего она сделает-то? Она была моей ученицей всего-то десяток лет и, видимо, решила, что стала достаточно крутой, чтобы тягаться со мной. Толку-то? Если бы я захотел, то я бы ее как комара прихлопнул, только неинтересно это как-то.
- А меня, значит, убивать интересно?! - разозлился я.
- Еще как, - отчего-то обрадовался Колдун. - До сих пор никак убить не могу. А ведь положено.
- Кем это? - осторожно поинтересовался я, слегка поостыв.
- Жанром положено, - объяснил Колдун. Я слегка опешил:
- Не понял.
- Видишь ли, последнюю сотню лет я разыгрываю сценарии, в которых играю ту или иную роль. Когда-то я играл героев, когда-то помощников героев, я играл в политические, экономические игры. Черт побери, если бы не эти игры, я бы спятил от скуки.
- Та-а-ак, - протянул я, переваривая полученную информацию. - И какой же жанр был в моем романе?
- Современная фантастика с элементами боевика.
- А почему именно такой? - ударил я кулаком по алтарю, и он явственно хрустнул, но пока что остался цел. - Почему было не выбрать эротику, а? Я бы порадовался. Или там любовный роман? Почему фантастика?!
Я чуть ли не сорвался на крик. Шутка ли, кто-то играет с тобой как с оловянным солдатиком.
- Так ведь это неинтересно, - подал голос Вельхеор. - Я правильно понял?
Колдун радостно кивнул.
- Значит, - еще больше распалился я, - ты тут сюжетец развиваешь, да? А ты у нас, я полагаю, герой?
- Я? Э нет. - Колдун брезгливо поморщился. - Тошнит меня уже от этого героизма. Захотелось вот мне злодея сыграть. Никогда не играл, а тут вот захотелось вдруг.
- А ты у него, выходит, герой, - хлопнул меня по каменному плечу Вельхеор. - Тебе это должно льстить.
- Ага, весь мир театр, - пробурчал я, - а люди в нем актеры. Но у меня вопрос такой: а кто же режиссер?
На время воцарилась тишина, а затем послышались одинокие аплодисменты. Хлопал Колдун.
- Зришь в корень.
- Вот и ладушки, - потер руки Вельхеор. - И какой же конец у этого романа?
- Печальный. Ведь это же «современный» роман. А в современности чаще побеждают силы зла, нежели света.
- Но не в данном случае, - напряженно, чуть ли не по слогам произнес Вельхеор, буравя Колдуна острым взглядом.
- Не в этом, - вздохнул Колдун. - Под влиянием непредвиденных обстоятельств придется закончить роман хеппи-эндом.
- Так бы и сразу, - кивнул Вельхеор. - Пора мне уже. Дела, знаете ли.
- Но у меня есть условие, - поспешил добавить Колдун.
- Какое это условие? - чуть ли не в один голос проговорили мы с Вельхеором.
- Объясни мне, где я тебя видел?
Мы с Вельхеором переглянулись. Вернее, он бросил взгляд на мою каменную голову, я - то и так смотрел на него.
- Меня? - одновременно спросили мы.
- Нет, именно тебя. - Он ткнул пальцем в Вельхеора. - Не Виктора Светлова, а тебя. Ты вообще-то кто?
- О-о-о, это долгая история, - вздохнул Вельхеор.
- А я не тороплюсь, - заверил Колдун.
- Зато я тороплюсь, - отрезал Вельхеор. Атмосфера начала накаляться.
- Эй, ребята, - поспешил вмешаться я. - Удивляюсь я, на вас глядя. Живут черте сколько, а ведут себя как дети.
Вельхеор обиженно насупился, а Колдун, напротив, даже обрадовался:
- Правильно, вот поэтому мы себя так и ведем. Разве ж серьезный человек сможет выдержать тяжесть веков? Да что там, вспомним пресловутого бога. Разве он не вел себя как ребенок, то разрушая, то создавая? Если он и существует, то он именно вечный ребенок, потому что всезнающее существо просто не смогло бы жить. Представьте себе жизнь, если вы знаете все. Не просто все, а ВСЕ. Нет жизни. Жизнь- это развитие. А какое развитие будет без любопытства? У всех свои средства борьбы с повседневностью, но именно долгоживущие должны достигнуть в этом совершенства, иначе им не выжить. Вот я, - Колдун скромно вздернул подбородок, - нашел свой способ, я создаю сюжеты. Не в книгах, не в кино, а в реальном мире.
- Мысль довольно интересная, - задумчиво пробормотал Вельхеор.