У нее осталось немного поролона, которым была обложена
машина-коррелятор, когда ее доставили сюда, и она устлала им ящик изнутри.
Под ее наблюдением солдаты уложили машину в ящик и поставили его в
багажник.
- Я же говорила вам, что это не тяжело, - сказала она.
- Да, мэм. Но мы и выгрузить ее поможем. Мы ведь обещали.
- Садитесь в машину, подвезу.
- Простите, нельзя. Приказ майора - никаких поездок по территории,
только бегом.
Они затрусили вперед и уже ждали ее у дверей лаборатории, когда она
подъехала: ей пришлось ехать кружным путем. Брайан отпер дверь, и солдаты
внесли ящик на глазах у часовых, спокойно стоявших у дверей. Все оказалось
очень просто.
- У меня все время сердце было в пятках, - призналась доктор
Снэрсбрук, когда солдаты ушли и дверь была заперта.
- Лучше возьмите себя в руки - самая потеха еще впереди.
- Ничего себе потеха! По мне так уж лучше оперировать.
Машину-коррелятор вынули из ящика и осторожно поставили в сторонке.
Брайан взял электродрель с тонким сверлом и просверлил в крышке
металлического ящика отверстие.
- Свен не хочет все время сидеть там в темноте. - Он показал ей
какую-то металлическую штучку, похожую на пуговицу, от которой шел гибкий
кабель. - Это звуковой и оптический датчик. Я установлю его против
отверстия, подключу к Свену...
- ...И у нас будет ящик, который подсматривает за нами и подслушивает
наши разговоры. Это становится все больше похоже на какой-то бред.
Как только Брайан закончил, не отходивший от него Свен залез в ящик и
подключился к проводам. Он заполнил собой весь ящик, словно растекшись по
нему: каждый из мириад его суставов оказался прижат к соседнему, как
лезвия швейцарского карманного ножа на сотню предметов. Потом он еще
немного уплотнился, превратившись в почти сплошную твердую массу на дне
ящика. Втянутые глазные стебли следили за Брайаном, который уложил рядом с
неподвижным центральным корпусом робота болванку в форме головы, шляпу,
туфли и всю остальную одежду, а поверх всего - объемистую дорожную сумку.
- Готов?
- Можешь закрывать.
Брайан опустил крышку и запер ящик.
- Это первый этап, - сказал он.
- Ты снова позовешь тех солдат, чтобы они погрузили это в машину?
- Ни в коем случае! Сейчас они уже заступили на пост у ограды,
поэтому я их и выбрал. Теперь ящик намного тяжелее, чем когда они внесли
его сюда. Они непременно обратили бы на это внимание. Но нам помогут
здешние часовые. Они к нему не притрагивались и разницы не заметят.
- Какое хитроумие, Брайан! Откуда?
- Само собой появилось. Должно быть, последствия трудного детства.
Идите сюда, я познакомлю вас со Свеном-2. Он идентичен тому Свену, что в
ящике, - по крайней мере был идентичен в тот момент, когда они
разделились. Только он еще не может передвигаться, новые детали для него
еще не прибыли.
- А с этим твоим искусственным интеллектом можно разговаривать?
- Конечно. Только он теперь называется МИ - машинный интеллект.
Ничего искусственного в них нет - все только самое настоящее. В их схему
органически включены разные базы общеизвестных данных, вроде "цик-5" и
"знание-3". Впервые в одной системе удалось совместить несколько разных
способов мышления, связав их между собой перекрестными параномами. И не
пришлось насильно втискивать все столь разные типы знаний в одни и те же
жесткие, стандартные формы. Но сделать это было нелегко. Вот этого МИ
зовут Свен - от слова "севен", то есть "семь", потому что первые шесть
моделей оказались неудачными. Первое время они работали, но потом по
разным причинам выходили из строя.
- Но я не вижу тут никаких останков роботов. Что ты с ними делал?
- Да ведь с телом робота ничего не случалось - менять каждый раз
приходилось только программы.
- Позвольте мне вмешаться и кое-что добавить, - сказал Свен. -
Прежние варианты все еще частично сохранены. Я могу получить к ним доступ,
если пожелаю. МИ не умирает целиком. Когда что-то неладно, программа
корректируется начиная с того места, где возникли неполадки. Это хорошо,
потому что можно вспоминать свое прошлое.
- А еще лучше вспоминать несколько разных прошлых, - добавил Свен-2.
- Активируя некоторые группы немов, я могу припоминать многое из того, что
ощущали третий, четвертый и шестой. Каждый вариант меня - нас - работал
нормально, пока не начались сбои. И у всех сбои были разные.
Доктор Снэрсбрук с трудом могла заставить себя поверить, что это
происходит на самом деле: она беседует с роботом - или с двумя роботами? -
о первых шагах его - их? - развития, о перенесенных ими травмах, об их
важнейших переживаниях. Как тут оставаться спокойной?
- Мне кажется или в самом деле у этих двух Свенов разные характеры? -
спросила она.
- Вполне возможно, - ответил Брайан. - Безусловно, они уже больше не
идентичны. С момента удвоения они действовали в совершенно разных
условиях. Свен способен передвигаться, а у Свена-2 нет тела, а только
несколько разбросанных по разным местам датчиков и исполнительных
механизмов. Так что сейчас у них совершенно разные воспоминания.
- Но их нельзя слить вместе? Как мы слили вместе твои собственные
базы данных после того, как они прочли все эти книги?
- Может быть, и можно. Но я бы не рискнул слить семантические системы
Свена и Свена-2 - не исключено, что в них по-разному отражены
сенсомоторные ощущения.
- Я бы не советовал производить такое слияние, - вмешался Свен-2. -
Боюсь, что моя управляющая структура среднего уровня может отвергнуть
целые обширные группы образов внешнего мира. В силу принципа исключенного
компромисса.
- Это один из основных принципов, на которых основана наша работа, -
пояснил Свен. - Всякий раз, когда две подсистемы дают несовместимые
рекомендации, их координаторы теряют управление. Как только это случается,
координатор более высокого уровня находит какую-то третью систему, которая
берет управление на себя. Так получается намного быстрее и эффективнее,
иначе на то время, пока две системы борются за управление, наступает
паралич. Это случилось со второй моделью - тогда Брайан и переделал всю
систему управления, положив в ее основу принцип Пейперта.
- Ну и ну! - произнесла доктор Снэрсбрук. - Что бы там ни говорили,
это просто потрясающие машины. В них нет ничего искусственного - они во
многом поразительно похожи на людей. И почему-то обе сильно напоминают мне
тебя.
- Тут нет ничего удивительного, ведь их семантические системы
основаны на данных, которые загрузили туда из моего собственного мозга. -
Брайан взглянул на часы. - Уже семь часов, самое время кончать. Свен-2,
сейчас мы трое уходим, и я надеюсь, что вернусь не скоро.
- Желаю вам и Свену всего наилучшего и с нетерпением стану ждать
вашего подробного рассказа, когда вы вернетесь. А до тех пор займусь
своими исследованиями и чтением - этого хватит надолго. Кроме того,
поскольку я не имею возможности передвигаться, я собираюсь построить для
себя виртуальную реальность - собственное подобие трехмерного мира.
- Что ж, тебе вряд ли кто-нибудь помешает. Единственный способ сюда
попасть - это подорвать дверь, а я не думаю, чтобы "Мегалоуб" это
одобрила.
Брайан подтащил потяжелевший ящик к входной двери и отпер ее.
- Эй, ребята, не поможете доктору погрузить эту штуку?
Если солдаты и обратили внимание на вес ящика, они не подали вида из
самолюбия - они видели, с какой легкостью тащили его другие двое.
- Поезжайте вперед, доктор, - сказал Брайан. - Мы с ними пойдем
пешком.
Он заранее точно указал ей место, где поставить машину, - на стоянке
за казармой - и был уверен, что она не ошибется. Он побежал трусцой, за
ним, ворча про себя, побежали солдаты. Машина подъехала как раз в тот
момент, когда они добежали до казарм.
- Машину запирать? - спросила она, но спрятала ключи обратно в
сумочку после того, как солдаты заверили ее, что здесь все будет в полной
безопасности.
- Мне только немного сухого хереса, - попросила она, когда они
уселись за столик в клубе, и нахмурилась, увидев, что Брайан заказал себе
большую порцию виски. Смотреть на часы не было необходимости - над стойкой
висело цифровое табло, показывавшее время. Брайан щедро разбавил виски
водой и только чуть пригубил его. Они тихо разговаривали, глядя, как в
клуб то и дело входят солдаты, сменившиеся с дежурства, а другие уходят, и
изо всех стараясь пореже смотреть на табло. Однако в тот самый момент,
когда стрелка коснулась нужного деления, Брайан вскочил.
- Нет, не желаю! - громко сказал он. - Это, наконец, просто
невыносимо!
Он оттолкнул стул и стукнул кулаком по столу так сильно, что разлил
свое виски. Не оглядываясь, он большими шагами вышел, громко хлопнув
дверью. Бармен поспешно подошел с полотенцем и принялся вытирать лужу на
столе.
- Сейчас принесу еще порцию, - сказал он.
- Не надо. Я думаю, сегодня Брайан больше сюда не придет.
Она не спеша допила херес, чувствуя, как все в комнате старательно
отводят глаза в сторону. Потом достала компьютерный блокнот и начала
делать в нем какие-то заметки. Через некоторое время она взяла сумочку,
оглядела комнату и подошла к сержанту, сидевшему у стойки.
- Простите, сержант, майор Вуд сегодня здесь?
- Да, мэм.
- Вы не скажете, как его найти?
- Если хотите, могу вас проводить.
- Спасибо.


Когда дверь за Брайаном захлопнулась, ему стоило большого труда
удержаться и не взбежать по лестнице, прыгая через две ступеньки. Да,
нужно было спешить, но бежать, привлекая к себе внимание, не следовало. Он
запер за собой дверь своей комнаты и схватил со стола приготовленные
заранее кусачки. Свен заранее перепилил замок сигнального браслета у него
на руке и снова соединил его тонкой проволочкой. Брайан перекусил
проволочку, бросил браслет и кусачки на кровать и кинулся в другой угол
комнаты, стаскивая с себя на ходу брюки и чуть не свалившись при этом.
Прыгая на одной ноге, он скинул туфли и вбежал в ванную. Пластиковая
бутылка с шампунем стояла в раковине, где он ее оставил. Брайан схватил
ее, начал было открывать и выругался вслух.
- Идиот - чуть не забыл про перчатки! Все рассчитано по времени,
только бы чего-нибудь не перепутать, иначе ничего не выйдет!
Он открыл кран, сунул под него голову, потом, оставив кран открытым,
руками в перчатках неуклюже откупорил шампунь, нагнулся над раковиной,
вылил половину себе на голову и начал растирать его.
Жидкость была прозрачна, но волосы под действием ее быстро чернели.
Обычная краска для волос, купленная в магазине, - фирма гарантировала, что
она окрашивает только волосы, не затрагивая кожу. Перчатки понадобились
потому, что у ногтей и волос состав совершенно одинаковый, - а черные
ногти непременно привлекли бы внимание. Остатками краски он намазал плохо
прокрашенные места и тщательно намазал брови.
Вытерев голову полотенцем, Брайан вымыл перчатки и бутылку из-под
шампуня, которую собирался забрать с собой. Перчатки он сунул в ящик
кухонного стола, а сложенное полотенце подложил под стопку чистых. Если
план удастся, начнется расследование, и рано или поздно эксперты обнаружат
следы краски, - однако облегчать им задачу он не собирался. Он взглянул на
часы - осталось всего три минуты.
Он выдвинул нижний ящик стола с такой силой, что тот вывалился на
пол. Пусть лежит! Поверх рубашки с короткими рукавами, которую Брайан
носил обычно, он натянул солдатскую куртку, надел брюки и армейские
ботинки со шнуровкой, не без труда завязал форменный галстук защитного
цвета.
Из зеркала на него смотрел совсем другой Брайан. Он лихо заломил
фуражку, как было принято в 82-й авиадесантной дивизии, - ее эмблему он
заранее пришил на рукав. Никаких нашивок - он должен был превратиться в
обыкновенного рядового, неотличимого от остальных.
Он запихивал в карман бумажник, когда зазвонил телефон.
- Да. Кто это?
- Это доктор Снэрсбрук, Брайан. Я хотела бы...
- Мне сейчас не хочется разговаривать, доктор. Я собираюсь сделать
себе большой бутерброд, как следует выпить, посмотреть какую-нибудь чушь
по телевизору и пораньше залечь спать. Может быть, поговорим завтра. Но не
раньше. А сейчас я отключаю телефон.
Осталось две минуты. Он хотел было снова прицепить телефон на пояс,
но сообразил, что тогда его легко будет выследить, и швырнул аппарат на
кровать. Забрал бутылку из-под краски, завернутую в газету. Погасил свет,
чуть приоткрыл дверь. В коридоре никого. Запер дверь за собой. Теперь
тихо! И скорее - к пожарной лестнице. Осторожно закрывая за собой тяжелую
дверь, он почувствовал, как сильно бьется сердце.
Везение продолжалось - коридор, ведущий к запасному выходу, был
безлюден. Не спеша пройти мимо открытой двери на кухню - только не
смотреть туда! Потом тихо открыть дверь на улицу.
Он посторонился, пропуская двух поваров в белых куртках. Они были
заняты спором о бейсболе и, кажется, не заметили его. Но если что-то
случится, они наверняка припомнят, что видели какого-то солдата, который
здесь проходил. И если сейчас начнется тревога, они выведут на него
охрану.
Машина стояла в тени здания - в единственном месте, не залитом ярким
светом ртутных ламп.
Брайан быстро огляделся. Три солдата, идут в другую сторону. Больше
никого не видно. Он осторожно открыл заднюю дверцу машины, скользнул
внутрь и закрыл за собой дверцу, стараясь, чтобы замок не щелкнул. Запер
дверцу и улегся на пол, укрывшись одеялом.


- Он очень расстроен, - сказала Эрин Снэрсбрук, вставая.
- Мы знаем, - ответил майор Вуд. - И нам это тоже не нравится. Но у
нас есть приказ, и ни я, ни кто-нибудь другой абсолютно ничего не можем
сделать.
- Тогда я обращусь к вашему начальству. Что-то предпринять надо, ему
необходимо помочь.
- Прошу вас, сделайте это, и желаю вам удачи.
- Только что он очень раздраженно говорил со мной по телефону. Он
заперся у себя в комнате и не желает ни с кем разговаривать.
- Его можно понять. Может быть, завтра он немного успокоится.
- Будем надеяться.
Майор проводил ее до выхода и направился было вслед за ней к ее
машине. Она остановилась, покопалась в сумочке в поисках ключей и вытащила
вместе с ними свою визитную карточку, которую протянула ему.
- Прошу вас, майор, позвонить мне сразу же, если его состояние будет
вас тревожить. Днем или ночью, неважно. Надеюсь, нам удастся что-нибудь
сделать, пока не поздно. До свиданья.
- Обязательно позвоню, доктор. До свиданья.
Она медленно пошла к стоянке. Села в машину, не осмелившись заглянуть
за спинку сиденья. Завела мотор и огляделась. Поблизости никого не было.
- Ты... здесь? - шепотом спросила она.
- Представьте себе, здесь, - послышался приглушенный ответ.
Она подъехала к воротам, кивнула часовым, открывшим перед ней
шлагбаум, и исчезла во тьме звездной ночи.



38. 19 ДЕКАБРЯ 2024 ГОДА

Эрин Снэрсбрук пришлось включить автомат управления машиной и
установить на нем крейсерскую скорость, потому что сама она незаметно для
себя все сильнее нажимала на педаль газа и только время от времени,
спохватившись, замедляла ход. Кругом простиралась пустыня, погруженная в
глубокую темноту, и только фары бросали вперед яркую полосу света,
освещавшую плавные извивы дороги. Проехав километра два, она увидела
стоящий на обочине автомобиль. Она остановила машину рядом с ним, с
облегчением вздохнула и, обернувшись, сказала через плечо:
- Теперь ты в безопасности. Можешь вылезать.
Брайан быстро поднялся с пола и уселся на заднее сиденье.
- Чуть не задохнулся там. Я полагаю, все прошло гладко, иначе мы бы
сюда не добрались?
- Вполне. Можешь выйти из машины. Подожди, я выключу фары. И все
остальные огни на всякий случай.
Брайан вышел в теплую тьму. Свободен! Впервые за целый год! Глубоко
вдохнув сухой воздух пустыни, он позволил себе на секунду задержаться,
чтобы жадно вглядеться в небо, усыпанное звездами вплоть до темного
зубчатого силуэта гор на горизонте. Хлопнула дверца машины - доктор
Снэрсбрук вышла и встала рядом с ним. Он обернулся к ней и увидел, что у
другого автомобиля кто-то стоит.
- Кто это? Что случилось?
- Все в порядке, Брайан, - тихо ответила доктор Снэрсбрук. - Это
Шелли. Она хочет тебе помочь. Она все знает и на нашей стороне.
У Брайана подступил комок к горлу. Когда Шелли подошла, он с трудом
выговорил:
- Вы давно узнали?
- Только на прошлой неделе. Когда рассказала доктору Снэрсбрук, что
ухожу из армии из-за того, что они делают с вами. Я убедила ее, что хочу
вам помочь, и она мне поверила.
- Да, тогда я и рассказала ей, что ты собираешься сделать. Я очень
боюсь, Брайан, что ты пока еще не готов иметь дело с внешним миром один на
один. Я рискнула ей поверить - и то, что сейчас здесь она, а не военная
полиция, показывает, что я не ошиблась. Я очень о тебе беспокоилась и,
честно говоря, не хотела, чтобы ты узнал о ее участии в этом деле, пока не
вырвешься из своей тюрьмы.
Брайан с трудом перевел дух и улыбнулся в темноту.
- Вы правы, доктор. Не думаю, чтобы я на это согласился, если бы знал
заранее. Но теперь, когда все уже решено, - я очень рад. Добро пожаловать,
Шелли.
- Спасибо вам обоим за то, что позволили мне вам помочь. Я еду с
вами, не стоит вам оставаться одному.
- Мне надо будет об этом подумать. Позже. А сейчас пора двигаться. -
Он развязал галстук и стянул с себя куртку. - Майор поверил вам, доктор?
- Он к вам хорошо относится, Брайан. И все остальные тоже. Я уверена,
что до утра к вашей комнате никто и близко не подойдет.
- Надеюсь. Но когда они обнаружат, что меня нет, там такое начнется!
Знаете, я им всем очень сочувствую. В каком-то смысле я сыграл с ними
скверную шутку. Можете быть уверены, что им не поздоровится.
- А тебе не кажется, что сейчас поздновато об этом думать?
- Нет, все продумано. Я много и долго размышлял об этом, когда
разрабатывал план побега. Мне жаль их, но ведь они были моими тюремщиками
- а мне нужно было бежать из тюрьмы. Ну, какие у нас дальнейшие планы?
- Дальше командует Шелли. Я возвращаюсь в "Мегалоуб", немного
поработаю у себя в лаборатории и проведу там ночь. Это немного спутает им
карты - может быть, они даже не догадаются, что я замешана в побеге. Чем
загадочнее будет казаться это дело, тем больше шансов, что все кончится
благополучно. Я даже упакую в ящик мою машину-коррелятор и снова положу в
багажник, чтобы им не пришло в голову связать ее пропажу с твоим побегом.
Так что давай вытащим Свена и перегрузим его в машину Шелли. Чем скорее я
вернусь, тем лучше.
Как только это было сделано, они наскоро расцеловались на прощание и
разъехались. Подождав, когда машина Эрин развернется и двинется обратно,
Шелли завела мотор и поехала на запад. Брайан смотрел на проносящиеся мимо
холмы, чувствуя еще большее облегчение, чем в тот момент, когда впервые
осознал, что свободен.
- Я рад, что вы здесь, - сказал он. - Может быть, нам теперь надо
держаться вместе. По крайней мере некоторое время. - Он взглянул на часы.
- На такой скорости мы доедем до границы часам к одиннадцати, не позже.
- Вы уверены? Я никогда не ездила по этой дороге.
- Я тоже - во всяком случае, не припоминаю. Но я просмотрел множество
карт и путеводителей. Большого движения тут быть не должно, а ехать всего
сто сорок километров.
Больше они не разговаривали: говорить было не о чем, зато было о чем
подумать.
Не доезжая Броули, они свернули с 78-го шоссе и направились на юг
через Эль-Сентро и Калексико. Руководствуясь указателями, на которых было
написано "В МЕКСИКУ", они объехали центр города и подъехали к пограничному
переезду. Будки таможенников показались впереди ровно в половине
одиннадцатого. Брайан впервые проявил признаки беспокойства.
- Во всех путеводителях говорится, что переехать мексиканскую границу
проще простого. Это верно?
- Были бы с собой доллары. Меня по дороге туда ни разу еще не
останавливали, да и вообще на меня не смотрели.
Когда они пересекали границу, ни одного таможенника на американской
стороне видно не было. Офицер-мексиканец с внушительным пистолетом и еще
более внушительным брюхом бросил беглый взгляд на номер машины и
отвернулся.
- Дело сделано! - воскликнул Брайан, когда они ехали по улице,
изобиловавшей ярко разукрашенными лавочками и барами.
- Это точно! А что дальше?
- Прежде всего, изменение в плане. Сначала предполагалось, что доктор
высадит нас со Свеном и вернется в Штаты. Что я собираюсь делать дальше,
она не знает.
- А вы?
- Знаю совершенно точно. Я собираюсь сегодня же вечером выехать на
поезде в Мехико.
- И я тоже.
- Вы уверены?
- Безусловно.
- Хорошо. Тогда мы придерживаемся первоначального плана - только вы
переправите машину обратно через границу, вернетесь на такси...
- Ну нет. Слишком сложно и долго. К тому же я оставлю след. Мы просто
бросим машину здесь с ключом в замке.
- Ее же украдут!
- Вот именно. Если местные автомобильные воры хоть чего-нибудь стоят,
она исчезнет бесследно. Это куда лучше, чем если ее найдут на стоянке в
Калексико и догадаются, куда мы направились.
- Но вы не должны этого делать. Это же деньги...
- Я все равно собиралась купить себе новую. К тому же не исключено,
что когда-нибудь я получу за нее страховку. Так что не тратьте слов
попусту. Как проехать на вокзал?
- Сейчас посмотрю на плане.
Они легко нашли вокзал Национальных железных дорог Мексики. Шелли
проехала мимо, свернула за угол на какую-то плохо освещенную улицу и
остановила машину под перегоревшим фонарем. Достав из багажника чемоданчик
и не вынимая ключа из замка зажигания, она помогла Брайану вытащить
тяжелый ящик.
- Первый шаг - и самый важный, - сказал он.
- До отхода поезда остается один час двадцать одна минута, -
послышался из ящика приглушенный, но назидательный голос.
- Больше чем достаточно. Потерпи еще - тащить-то ящик приходится нам.
Они с трудом донесли его до входа в вокзал, где Шелли потребовала
остановиться.
- Хватит! Присмотрите за ним, а я пойду погляжу, водятся ли в этой
глуши носильщики.
Через несколько минут она вернулась с мужчиной в помятой форменной
фуражке. Он катил перед собой ручную тележку.
- Нам нужно купить билеты, - сказал Брайан, пока тот подсовывал под
ящик обитый металлом край тележки, "Надеюсь, он говорит по-английски", -
подумал он.
- Проще простого. Куда едете?
- В Мехико.
- Проще простого. Идите за мной.
Брайан с облегчением убедился, что женщина с недовольным лицом,
сидевшая в кассе, тоже говорит по-английски. Да, есть свободное купе
первого класса. Древний кассовый аппарат, стоявший рядом с ней, выплюнул
два билета, которые она проштамповала вручную. Дело осложнилось, когда
Брайан достал деньги.
- Доллары я не беру, - раздраженно заявила женщина, как будто это его
вина. - Только moneda nacional [национальная валюта (исп.)].
- А здесь нельзя поменять деньги? - спросила Шелли.
- Обменный пункт уже закрыт.
Паника, охватившая Брайана, лишь слегка уменьшилась, когда носильщик
сказал:
- У меня есть приятель, меняет деньги.
- Где он?
- Вон там, работает в баре.
Бармен широко улыбнулся и с радостью согласился поменять доллары на
песо.
- Только вы понимаете, что у меня не такой курс, как в банке? Ведь
мне надо покрыть расходы.
- Как скажете, - согласился Брайан, отдавая ему зеленые купюры.
- Он наверняка вас надует! - прошипела Шелли, когда бармен отошел к
кассе.
- Конечно. Но зато мы попадем на поезд, а это сейчас главное.
Получив в обмен на доллары толстую пачку песо - пусть даже меньше,
чем следовало, - он почувствовал огромное облегчение.
Без восьми двенадцать носильщик поставил ящик в купе, сунул в карман
десятидолларовую бумажку, полученную на чай, и ушел, закрыв за собой
дверь. Шелли задвинула занавеску на окне, а Брайан запер дверь и открыл
крышку ящика.
- Действующий курс обмена долларов в Мексике на сегодня...
- Прошу тебя, пусть это так и останется для нас тайной, - перебил
Брайан, вынимая из ящика дорожную сумку. - Хорошо доехал?
- Если сидеть в темном багажнике автомобиля - это хорошо, тогда я
доехал прекрасно.
- Ничего, дальше будет лучше, - сказала Шелли.
Загремели сцепы, поезд дернулся и поехал. Тут же в дверь громко,
повелительно постучали.
- Я открою, - сказала Шелли. - А вы пока передохните.
- С удовольствием.
Подождав, пока он закроет крышку ящика, она отперла дверь.
- Ваши билеты, - сказал кондуктор.
- Пожалуйста. - Брайан отдал ему билеты, кондуктор пробил их
компостером и указал на сиденья.
- Когда захотите прилечь, просто откиньте спинку. Постель уже
постелена. А верхняя койка откидывается вот так. Желаю приятной поездки.
Брайан запер за ним дверь и рухнул на сиденье. День выдался нелегкий.
Поезд, раскачиваясь, набирал скорость, колеса постукивали на стыках
рельсов, за окном бежали огни. Брайан отодвинул занавеску и стал смотреть,
как мимо проплывают сначала пригороды, потом фермы.
- Дело сделано! - сказала Шелли. - Ничего красивее я в жизни не
видела.
- Не сомневаюсь, что вид очень интересный, - произнес приглушенный
голос.
- Ох, прости, - встрепенулся Брайан и снова поднял крышку ящика. Свен
выдвинул глазные стебли, чтобы тоже смотреть в окно. Брайан погасил свет,
и все принялись рассматривать проплывавшие мимо пейзажи.
- Когда мы прибываем? - спросила Шелли.
- В три часа дня.
- А дальше?
Брайан молча глядел в темноту, все еще испытывая колебания.
- Шелли, я все-таки думаю, что мне надо бы заниматься этим одному.
- Ерунда. Сняв голову, по волосам не плачут - так, кажется, говорят?
- Да, есть такая пословица.
- Я считаю, что ты должен принять предложение Шелли о помощи, -
заявил Свен.
- Разве я спрашивал твое мнение?
- Нет. Но это хорошее предложение. Ты был очень болен, у тебя в
памяти есть пробелы. Тебе нужна ее помощь. Прими ее.
- Я остался в меньшинстве, - вздохнул Брайан. - А план у меня простой
- только нужно, чтобы при вас был ваш паспорт.
- Он у меня с собой. Я захватила его, когда доктор Снэрсбрук сказала,
что собирается ехать в сторону мексиканской границы.
- Моя главная задача - держаться на шаг впереди тех, кто будет меня
разыскивать.
- Залечь на дно в Мексике?
- Я думал об этом, но это не годится. Мексиканская и американская
полиция очень тесно сотрудничают, вылавливая торговцев наркотиками. Не
сомневаюсь, что генерал Шоркт объявит меня уголовным преступником, если
это понадобится, чтобы меня выследить. Поэтому в Мексике мне оставаться
нельзя. Я посмотрел расписание самолетов - вечером из Мехико отбывает
множество заграничных рейсов. Мы купим билеты и покинем страну.
- А куда именно, вы думали?
- Конечно. В Ирландию. Не забудьте, у меня ирландское гражданство.
- Блестящая идея. Ну хорошо, прилетаем мы в Ирландию - а что дальше?
- Я хочу попробовать найти доктора Богарта - если он еще жив. Для
чего, видимо, придется съездить в Румынию. Люди, которые похитили мой
первый искусственный интеллект и пытались меня убить, все еще на свободе.
Я намерен разыскать их. По многим причинам. Одна из них - чтобы отомстить,
но главная - чтобы выжить. Только когда эта угроза будет ликвидирована, я
смогу ходить, не оглядываясь через плечо. А у генерала Шоркта больше не
будет повода ко мне приставать.
- Аминь. - Она широко зевнула, прикрыв рот рукой. - Простите. Но если
вы хотя бы наполовину так же устали, как я, нам надо ложиться спать.
- Пожалуй, да.
Он задвинул занавеску и зажег свет. Как и обещал проводник, обе койки
были застланы, и они легко привели их в нужное положение.
- Я буду спать наверху, - сказала Шелли, открыв свой чемоданчик,
достав пижаму и халат и захватив со столика сумочку. - Сейчас приду.
Когда она вернулась, в купе горел только ночник над ее койкой. Брайан
лежал укрытый с головой, а Свен смотрел в окно, приподняв уголок
занавески.
- Спокойной ночи, - сказала она.
- Спокойной ночи, - ответил Свен. А с нижнего места донеслось лишь
тихое похрапывание.



39. 20 ДЕКАБРЯ 2024 ГОДА

Они позавтракали в вагоне-ресторане, разглядывая бегущие за окном
пейзажи. Крохотные деревушки, джунгли и горы, время от времени - клочок
океана. Когда они допивали кофе, послышался телефонный звонок, и Брайан
увидел, как один из сидевших в ресторане вынул аппарат из кармана и начал
говорить.
- Какой я идиот, - сказал Брайан. - Надо было раньше об этом
подумать. А у вас телефон с собой?
- Конечно. Он у всех всегда с собой.
- Только не у меня сейчас. Вы знаете, что человека можно вызвать, где
бы он ни был. А вы когда-нибудь задумывались о том, как вся эта механика
работает?
- Пожалуй, нет. Это же самая обычная вещь.
- А для меня она была такой новинкой, что я заинтересовался. Сейчас
везде проходят волоконно-оптические и микроволновые линии - они образуют
сеть вокруг всего земного шара. Когда человек хочет позвонить, он просто
набирает номер, ближайшая станция принимает вызов и передает его, куда
нужно. Только вы, наверное, не знаете, что ваш телефон постоянно включен,
всегда готов к работе. И он автоматически отмечается, когда вы
перемещаетесь из одной ячейки сети в другую, и сообщает в банк памяти
вашего узла связи, где вы находитесь в данный момент. Так что когда
кто-нибудь набирает ваш номер, национальная или международная телефонная
система всегда знает, где вас найти, и переключает разговор на ваш
аппарат.
Она в удивлении раскрыла глаза.
- Значит, они знают, где я сейчас? И всякий представитель властей
может получить такую информацию?
- Безусловно. Например, генерал Шоркт.
Она ахнула:
- Тогда надо от него избавиться! Выбросить его за окно!
- Нет. Если аппарат отключается, сигнал об этом поступает в ремонтную
службу. Не надо привлекать к себе внимание. Мы можем быть более или менее
уверены, что пока вас никто не разыскивает. Но когда станет известно, что
я исчез, и начнутся поиски, они наверняка выйдут на всех, кто со мной
работал. Пойдемте в купе, у меня есть одна идея.
Панель обшивки под самым окном показалась Брайану вполне подходящей.
Он указал на нее.
- Свен, как ты думаешь, сумеешь ты вывернуть вот эти винты?
Свен направил на них свои глаза.
- Это легко.
МИ придал своим манипуляторам форму отвертки и быстро вывернул винты,
которыми была прикреплена пластиковая панель. За ней проходили какие-то
две трубы и электрический кабель. Брайан ткнул туда пальцем.
- Мы просто оставим ваш телефон там. Блокировать сигналы панель не
будет, она из пластика. А если военные позвонят и вы не ответите, им не
так просто будет определить, откуда идет сигнал, источник которого колесит
по всей Мексике. А к тому времени, когда они поймут, в чем дело, мы будем
уже далеко.
В полдень поезд миновал Тепик и свернул с побережья в глубь страны, к
Гвадалахаре. В Мехико он прибыл точно по расписанию. Свен уже был надежно
упакован и ждал носильщика, который явился за багажом. Он отвел их в
deposito de equipajes [камера хранения багажа (исп.)], где они сдали свои
вещи. Брайан показал на расположенный рядом банк.
- Прежде всего надо раздобыть немного песо. И нам совершенно незачем
делать это таким же способом, как в Мехикали.
- А потом?
- Потом поищем бюро путешествий.
Когда они вышли из вокзала Буэнависта, было холодно и мокро; от смога
щипало глаза. Они миновали стоянку такси и, смешавшись с толпами
пешеходов, направились по Инсурхентес Норте, пока не обнаружили бюро
путешествий. Помещение было обширное, а в витрине красовалось объявление:
"ЗДЕСЬ ГОВОРЯТ ПО-АНГЛИЙСКИ" - это вселяло надежду. Они вошли.
- Мы хотели бы вылететь в Ирландию, - сказал Брайан мужчине,
сидевшему за столом. - Как можно скорее.
- Боюсь, что отсюда туда нет прямого рейса, - ответил агент,
повернувшись к компьютеру и взглянув на расписание полетов на экране. -
Есть ежедневный рейс компании "Америкен" с пересадкой в Нью-Йорке и еще
один, компании "Дельта", через Атланту.
- А какие-нибудь другие компании, кроме американских? - спросила
Шелли, и Брайан одобрительно кивнул. Они только что благополучно выбрались
из Штатов, и возвращаться туда даже на самое короткое время было
совершенно незачем. В конце концов они остановились на рейсе компании
"Мексэр" до Гаваны на Кубе, откуда тремя часами позже вылетал
аэрофлотовский "Ту" на Шеннон. Цены на билеты были обозначены в песо, но
агент позвонил в банк и узнал обменный курс.
- Давайте экономить наличные, - сказала Шелли. - Они нам еще
понадобятся. Воспользуемся моей кредитной карточкой.
- Вас выследят.
- Ну и что? Это то же самое, что с телефоном, - меня здесь уже не
будет.
- Можно наличными, можно кредитной карточкой, - сказал агент. -
Паспорта американские?
- Один. Другой ирландский.
- Прекрасно. Это займет всего несколько минут. - Компьютер проверил,
действительна ли кредитная карточка, забронировал места и отпечатал
билеты. - Желаю вам приятного полета.
- Спасибо, - сказал Брайан, и они вышли на улицу. Заданный им вопрос
о паспортах напомнил об одном неприятном обстоятельстве: им предстояло
пройти через таможню. В путеводителях так и было написано совершенно
недвусмысленно, и Брайан знал, что тут могут возникнуть трудности. Он
надеялся, что их удастся преодолеть с помощью mordida [взятка (исп.)] -
скоро это выяснится наверняка.
- Мне холодно, и я промокла, - сказала Шелли. - У нас есть время
купить плащ - а заодно, может быть, и свитер?
Брайан посмотрел на часы.
- Хорошая мысль. Времени больше чем достаточно, в аэропорт нам еще не
скоро. Попытаем счастья вон в том универмаге.
Кроме плаща он купил еще две рубашки, белье и легкий пиджак - только
самое нужное, чтобы все поместилось в дорожной сумке. Шелли же накупила
себе столько вещей, что ей пришлось купить еще и небольшой чемоданчик.
Когда они вернулись на вокзал, Брайан предъявил квитанцию, забрал
Свена, сумку и чемодан, и они взяли такси до аэропорта.
Регистрация прошла без всяких осложнений. Чемодан Шелли и ящик со
Свеном медленно уплыли по движущейся ленте, служащая авиакомпании оторвала
от их билетов корешки и прикрепила их к посадочным талонам.
- Могу я посмотреть ваши паспорта?
Первый барьер они миновали благополучно. Ее интересовала только
первая страница - не просрочен ли срок действия. Улыбнувшись, она вернула
паспорта. Через контроль первой пошла Шелли. За ней последовал Брайан,
сжимая в руке паспорт и посадочный талон. Он положил сумку на движущуюся
ленту рентгеновского аппарата и прошел через арку металлоискателя. Машина
издала резкий звонок. Охранник угрожающе повернулся к нему.
Брайан выгрузил из кармана монеты, даже снял ремень с медной пряжкой,
тоже положил его на поднос и быстро прошел под аркой еще раз. Звонок
раздался снова.
Только теперь Брайан догадался, в чем дело: магнитное поле машины
обнаруживало не только металлы, но и электронные схемы.
- Это у меня в голове, - сказал он, указывая на свое ухо. -
Несчастный случай, мне делали операцию. - Ни слова про компьютер - не надо
усложнять. - У меня в черепе металлическая пластина.
Охранник очень заинтересовался. Он поводил вокруг Брайана ручным
детектором - тот давал звонок только тогда, когда приближался к голове
Брайана. Ясно было, что это не оружие, и охранник махнул Брайану, чтобы он
проходил. Каждый здесь делал свое дело, и только.
В том числе и таможенник. Это был смуглокожий мужчина с элегантными
усиками. Когда Брайан протянул ему свой паспорт, он не спеша перелистал
страницы, вернулся к началу и перелистал их снова. Потом поднял глаза на
Брайана и нахмурился.
- Я не вижу здесь въездной визы, которую ставят при въезде в Мексику.
- Разве? Можно мне посмотреть? - Брайан сделал вид, что разглядывает
отметки в паспорте, и, очень боясь сделать глупость, сунул между страниц
стодолларовую бумажку. Одно дело - читать о том, как дают взятки, а совсем
другое - давать взятку самому. Он не сомневался, что его тут же арестуют.
- Я не знал, что такая виза нужна. Мы переехали границу на машине. Я
ничего не знал про визу.
Он снова протянул паспорт таможеннику и в ужасе смотрел, как тот
переворачивает страницы.
- Ну, бывает, - сказал тот. - Всегда может случиться ошибка. Но там
должны быть проставлены два штампа. Один въездной, другой выездной. И если
эта дама с вами, то и у нее должно быть проставлено два штампа.
Таможенник со скучающим видом вернул паспорт. Брайан перелистал
странички - там ничего не было: ни штампов, ни денег. И тут до него дошло.
- Ну конечно! Два штампа, а не один. Понимаю.
Взаимопонимание было полное. Еще три сотенные бумажки последовали за
первой, таможенник со стуком поставил два штампа и вернул паспорт. Та же
операция была проделана с паспортом Шелли. Контроль был позади!
- Это правда - то, что я видела? - шепнула Шелли ему на ухо. - Вы
жулик, Брайан Дилени.
- Мне самому не верится. Давайте найдем наш выход и сядем в самолет.
Нужно иметь очень крепкие нервы, чтобы такое выдержать.
Самолет задержался с вылетом всего на час; весь полет прошел, словно
в тумане. Они едва успели вздремнуть и совсем не отдохнули. В Гаване им
запомнился только тускло освещенный транзитный зал ожидания и жесткие
пластиковые кресла. Рейс Аэрофлота задержался уже на два часа. Они
проглотили какую-то безвкусную еду, выпили немного грузинского шампанского
и наконец уснули.
Когда они подлетали к Шеннону, только начало светать. Самолет шел на
снижение сквозь тучи и выскочил из них совсем низко над стадом коров,
пасущихся на зеленой траве у конца посадочной полосы. Брайан надел плащ и
взял с полки свою сумку. Они молча вышли из самолета вместе с остальными
такими же усталыми пассажирами. Только что прибыл еще один
трансатлантический рейс, и они долго стояли в очереди, состоявшей из
небритых мужчин, невыспавшихся женщин и хнычущих детей. Шелли прошла
первой, ей проштамповали паспорт, и она обернулась, поджидая его.
- Добро пожаловать домой, мистер Бирн, - сказал бодрый, подтянутый
таможенник. - Были на отдыхе?
Брайан долго готовился к этому моменту и ответил с чистейшим
ирландским выговором, без малейших следов американского акцента:
- Может, по-вашему, это и отдых, а по мне ничего хорошего. Кормят
так, что в другой раз не захочется, а дерут втридорога.
- Очень интересно. - Таможенник занес резиновый штемпель над
паспортом Брайана, но рука его остановилась в воздухе. Холодные серые
глаза уперлись в Брайана.
- Ваш адрес?
- Улица Килмагит, дом 20. Это в Таре.
- Очаровательная деревушка. Там еще школа на главной улице, как раз
напротив церкви.
- Да нет, разве что ее за это время успели передвинуть на километр
дальше.
- А, верно. Наверное, я что-то перепутал. Но тут возникла одна
маленькая проблема. Я не сомневаюсь, что вы ирландец, мистер Бирн, и мне
не хотелось бы никому препятствовать в возвращении на родину. Но закон
есть закон.
Он сделал знак охраннику, который кивнул и не спеша направился к ним.
- Я не понимаю. Вы же видели мой паспорт.
- Действительно, видел, и это-то и есть самое непонятное. Дата выдачи
паспорта совершенно правильная, и все визы как будто в порядке. Но я
одного только не могу понять и поэтому прошу вас пройти вот с ним в
дежурную комнату. Видите ли, паспорта этого образца Европейский союз
отменил. Вот уже больше десяти лет как таких не выдают. Любопытно, вы не
находите?
- Подождите меня здесь, - слабым голосом сказал Брайан Шелли, следуя
за рослым охранником в голубой форменной одежде.
Дежурная комната была без окон, в ней пахло сыростью. Желто-бурые
стены украшали только подтеки влаги, краска с дощатого пола облезла.
Посередине комнаты стояли стол и два стула. Брайан сел на один из них. Его
дорожная сумка лежала на ящике в углу. Рослый охранник встал у двери с
отсутствующим взглядом.
Брайан был подавлен, промерз до костей и, кажется, простудился. В
носу у него засвербило, он достал платок и громко чихнул.
- Будьте здоровы, - сказал охранник, бросив на него взгляд и снова
уставившись в стену напротив. Дверь отворилась, и вошел еще один такой же
рослый человек. Формы на нем не было, но темный костюм и тяжелые ботинки
все равно выглядели форменными. Он сел за стол напротив Брайана и положил
перед собой его паспорт.
- Я лейтенант Феннелли. Это ваш паспорт, мистер Бирн?
- Да, мой.
- В нем есть кое-какие несоответствия. Вам это известно?
У Брайана было вполне достаточно времени подумать, что следует
говорить. Он решил говорить правду - всю правду, за исключением того
факта, что военные держали его в заключении. Конечно, все происшедшее он
решил излагать в упрощенном варианте.
- Да. Паспорт был просрочен. У меня здесь кое-какие срочные дела, и я
не мог ждать, пока мне выдадут новый, а сам сделал в нем исправления.
- Ничего себе исправления! Мистер Бирн, это сделано так искусно, что
я почти не сомневаюсь - никто бы ничего не заметил, если бы он не был
старого образца. Чем вы зарабатываете на жизнь?
- Я инженер-электронщик.
- Ну, вы можете просто разбогатеть на изготовлении фальшивых купюр,
если решите продолжать свою преступную деятельность.
- Я не преступник!
- Разве? Но ведь вы только что признались в подлоге?
- Ничуть. Паспорт - это всего лишь документ, удостоверяющий личность,
и не более того. Я только продлил срок его действия - то же самое сделали
бы мне в консульстве, если бы у меня было время туда обратиться.
- Для преступника это несколько иезуитский довод.
Брайан разозлился, хотя и понимал, что детектив нарочно старается
вывести его из равновесия. Но тут он снова чихнул, и это его спасло:
вытаскивая платок и сморкаясь, он немного успокоился. Лучший способ защиты
- нападение. Так, по крайней мере, считается.
- Вы обвиняете меня в каком-то преступлении, лейтенант Феннелли?
- Я доложу начальству. Но сначала я хотел бы узнать некоторые
подробности. - Он раскрыл большой блокнот и вынул ручку. - Место и дата
рождения?
- Зачем все это нужно? Я жил в Соединенных Штатах, но родился в Таре,
в графстве Уиклоу. Моя мать умерла, когда я был еще маленький. Она была не
замужем. Меня усыновил отец, Патрик Дилени, который увез меня к себе в
Штаты, где тогда работал. Все это подтверждено документами. Если надо,
можете проверить имена, даты, места - все сойдется.
Лейтенанту нужны были факты - все факты, и он медленно и тщательно
записывал их в свой блокнот. Брайан ничего не скрыл, а лишь закончил свой
рассказ на том, как начал работать в компании "Мегалоуб", - до налета с
убийствами.
- Пожалуйста, откройте ваш багаж.
Этого Брайан ждал и приготовился заранее. Он знал, что Свен
прислушивается ко всему, что происходит, и надеялся, что МИ все понял.
- Вот в этой маленькой сумке личные вещи. В большом ящике - образец
продукции.
- Какой продукции?
- Это робот. Машина, которую я разработал и намерен
продемонстрировать кое-каким частным инвесторам.
- Их имена?
- Этого я сообщить не могу. Коммерческая тайна.
Пока Феннелли писал еще что-то в блокноте, Брайан отпер ящик и поднял
крышку.
- Это базовая модель промышленного робота. Он может отвечать на
простые вопросы и воспринимать устную речь. Именно так осуществляется
управление им.
Даже полицейский у двери заинтересовался, повернулся к ним и стал
смотреть. Детектив в недоумении уставился на разобранного робота.
- Включить его? - спросил Брайан. - Он может говорить, но не очень
хорошо.
Свен будет в восторге. Брайан протянул руку и нажал на первую
попавшуюся заклепку.
- Ты меня слышишь?
- Да - я - тебя - слышу.
Сыграно было великолепно - голос звучал скрипуче и монотонно, как у
дешевой говорящей куклы.
- Кто ты?
- Я - промышленный - робот. Я - выполняю - команды.
- Если вы удовлетворены, лейтенант, я его выключу.
- Минуточку, пожалуйста. А это что? - Он указал на полую пластиковую
голову.
- Это чтобы оживить демонстрацию. Иногда я надеваю ее на робота. Это
привлекает внимание. Если не возражаете, я все-таки его выключу -
понимаете, аккумулятор может сесть.
Он снова нажал на заклепку и закрыл крышку.
- Сколько может стоить такая машина? - спросил Феннелли.
Сколько она может стоить? Одна только молекулярная память обошлась в
миллионы!
- Я бы сказал, около двух тысяч долларов, - с невинным видом ответил
Брайан.
- У вас есть импортная лицензия?
- А я его не импортирую. Это образец, он не для продажи.
- Об этом вам нужно будет говорить с сотрудником таможни. - Лейтенант
закрыл блокнот и встал. - Я доложу обо всем начальству. Прошу вас
оставаться на территории аэропорта.
- Я арестован?
- В настоящий момент - нет.
- Мне нужен адвокат.
- Это ваше дело.
Когда он вышел, Шелли, сидевшая с чашкой давно остывшего чая,
вскочила.
- Что случилось? Я так беспокоилась!
- Успокойтесь. Все кончится хорошо. Выпейте еще чашку чая, а я пока
позвоню.
В телефонном справочнике адвокаты, жившие поблизости, занимали
полстраницы. Кассир продал ему телефонную карточку - наверное, это была
единственная страна в мире, где ими еще пользовались. С третьего раза
Брайану удалось договориться с неким Фергусом Даффи, который сказал, что с
радостью сейчас же приедет в аэропорт и займется его делом. Но это было
ирландское "сразу же". Только в середине дня, после того как они выпили
множество чашек чая и съели немало очень черствых бутербродов, адвокат
сумел что-то изменить в их положении.
Фергус Даффи оказался веселым молодым человеком с пучками рыжих
волос, торчавшими из носа и ушей, которые он теребил, когда приходил в
волнение.
- Рад с вами познакомиться, - сказал он, усаживаясь и вынимая из
кейса папку. - Должен сказать, что это необычное и интересное дело.
Похоже, ни до кого тут не доходит, что никакого преступления не было
совершено. Вы просто изменили срок действия своего паспорта, что,
безусловно, не может считаться преступлением. В конце концов власти
приняли решение передать дело в более высокие инстанции. Вы свободны, но
должны оставить свой адрес, чтобы с вами можно было связаться. Если
понадобится.
- А мой багаж?
- Можете забрать. А вашу машину выдадут сразу после того, как вы
заполните бумаги на таможне, заплатите пошлину, НДС и все прочее. Тут
никаких проблем не будет.
- Значит, я могу ехать, куда хочу?
- Да, но недалеко. Посоветовал бы вам пока остановиться в отеле при
аэропорте. Я постараюсь провернуть все дело как можно скорее, но вы должны
понимать, что в Ирландии "как можно скорее" - понятие относительное. Как в
том анекдоте про ирландца-лингвиста. Слышали его?
- Кажется, нет.
- Он вам должен очень понравиться. В общем, на международном
лингвистическом конгрессе лингвист-испанец спрашивает лингвиста-ирландца,
есть ли в ирландском языке слово, которое означало бы то же самое, что
испанское man-ana [завтра (исп.)]. Ирландец, немного подумав, отвечает,
что вообще-то, конечно, есть, только оно не предполагает такой невероятной
срочности.
Хлопнув себя по коленям, Фергус расхохотался за всех троих.
Он помог им получить сумку Брайана и робота, наконец пропущенного
таможней. Пока они доехали до расположенного поблизости отеля, он успел
рассказать еще три истории про уроженцев графства Керри - все они
оказались хорошо известными польскими и еврейскими анекдотами. "Интересно
знать, какому национальному меньшинству или группе людей они
приписываются, когда их рассказывают в графстве Керри?" - подумал Брайан.
Фергус Даффи высадил их у входа в отель и пообещал позвонить утром.
Пока они прощались с Брайаном, Шелли зарегистрировалась и вернулась с
двумя ключами и престарелым посыльным, катившим ручную тележку.
- Вы будете в одном номере со Свеном, - сказала она, когда они шли за
стариком к лифту. - У меня нет никакого желания подцепить от вас насморк.
Сейчас я распакую вещи, приведу себя в порядок и приду, как только стану
снова чувствовать себя хоть немного человеком.
- А мне обязательно все время оставаться в этом ящике? - спросил
Свен, когда Брайан открыл крышку. - Я бы не прочь немного размяться.
- Разминайся. - Брайан оглушительно чихнул, потом прикрепил Свену
правую руку и принялся шарить в своей сумке.
- Какое электропитание в Ирландии? - спросил Свен, прикрепляя себе
другую руку.
- Двести двадцать вольт, пятьдесят герц.
- Хорошо. Я хочу подзарядить аккумуляторы и использовать их, пока мы
не достанем горючего для топливных элементов.
Брайан отыскал в сумке таблетки от простуды и принял одну, запив
стаканом воды. Потом он уселся в кресло и сообразил, что впервые - за
сколько времени? за два дня? - ему никуда не надо бежать. Рядом с ним на
столе стоял телефон, и он вспомнил про таинственный номер, который
обнаружил Свен. Неужели это действительно номер телефона в Швейцарии,
зашифрованный исчезнувшим доктором Богартом? Ему по-прежнему не верилось,
но надо было хотя бы попробовать позвонить по этому телефону, прежде чем
начать объезжать всю Европу. Проверить, правильно ли предположение Свена,
можно было только одним способом. Он протянул руку к телефону, - но
остановился.
А что, если телефон прослушивается? Или от бесконечной слежки,
которую устроил генерал Шоркт, у него началась настоящая мания
преследования? Впрочем, здешняя полиция занимается расследованием его
дела, так что это вполне возможно. Он снял руку с трубки и достал из
кармана телефонную карточку. Стоимость ее была пять фунтов, а истратил он
лишь малую часть. Оставшегося должно было с избытком хватить на то, чтобы
позвонить в Швейцарию.
Он подошел к окну и выглянул на улицу. Показалось солнце, но все
вокруг было мокро после недавнего дождя. Кварталом дальше стояло
коричневое здание с занавешенными окнами и вывеской "Пэдди Мэрфи". Паб -
самое подходящее место, там можно будет выпить пива и позвонить.
Брайан дремал в кресле, пока его не разбудил стук Шелли. На ней был
свитер с крупным ацтекским рисунком.
- Вы замечательно выглядите, - сказал он.
- Рада, что хоть о ком-то из нас можно это сказать. Вы похожи на
выжатый лимон.
И чувствую себя точно так же. Сейчас приму душ, побреюсь, а потом мы
отправимся в пивную.
- А может быть, вам лучше поспать?
- Возможно, - крикнул он через открытую дверь ванной. - Но я хочу
сначала позвонить. По тому телефону, который Свен-2, по его словам,
обнаружил.
- По какому телефону? О чем это вы?
- Шансов немного, но попытаться стоит.
- Вы теперь всегда будете изъясняться загадками?
- Да нет. Но сначала я хочу позвонить - может быть, после этого
действительно будет о чем говорить. Свен, я не записал тот номер. Ты его
помнишь?
- 41-336709.
Брайан записал номер на обороте корешка от своего посадочного талона.
- Замечательно. Я буду через минуту.
Он закрыл за собой дверь и начал раздеваться.


Бармен болтал о чем-то с одиноким посетителем, сидевшим у дальнего
конца стойки. Когда Брайан с Шелли вошли и уселись за столик у камина, он
подошел к ним.
- Что вам заказать, Шелли? - спросил Брайан.
- Разумеется, чего-нибудь местного.
- Правильно. Два "Гиннеса", пожалуйста.
- Похоже, опять дождь собирается, - мрачно сказал бармен, медленно и
терпеливо нацеживая два бокала и ставя их на стойку, чтобы отстоялась
пена.
- Да тут всегда дождь. Хорошо для фермеров, плохо для туристов.
- Да бросьте вы, туристам это еще как нравится. Если тут не будет
лить как из ведра, они решат, что по ошибке попали в какую-то другую
страну.
- Тоже верно. У вас тут есть телефон?
- Там, сзади, за дверью.
Он долил и принес бокалы. Брайан отпил пенной черной жидкости.
- Восхитительно, - сказала Шелли.
- И очень питательно. А если много выпить, опьянеете. И не
сомневаюсь, что помогает от простуды. Я пошел звонить.
Он сделал еще глоток и отправился к телефону. Сунув в него карточку,
он стал набирать швейцарский номер. После четвертой цифры в трубке
послышалось высокое гудение, и голос компьютера произнес:
- Вы набрали из Ирландии швейцарский номер. АТС, которую вы
вызываете, не существует. Сейчас то же сообщение будет повторено на
немецком и французском языках...
Брайан скомкал клочок бумаги с номером, швырнул его в пепельницу,
стоявшую рядом с телефоном, вернулся за столик, допил пиво и знаком
попросил повторить.
- У вас мрачный вид, - сказала Шелли.
- Еще бы! Ничего не вышло. Это не телефонный номер. Свен-2 нашел
некую последовательность цифр, запрятанную в одной из украденных программ
искусственного интеллекта, и решил, что это номер телефона. Только это
что-то другое. Очень может быть, просто строчка из кода, который я тогда
сочинил. Забудем об этом.
- Не унывайте. Вы свободный человек в свободном мире, а это что-то да
значит.
- Да, только пока не так уж много. Наверное, это у меня от простуды.
Давайте допьем и вернемся в отель. Наверное, мне пора поспать. Благодаря
таблеткам и этим двум порциям "Гиннеса" я, должно быть, просплю целые
сутки.



40. 21 ДЕКАБРЯ 2024 ГОДА

Был уже восьмой час вечера, когда Брайан проснулся и приоткрыл глаза.
В комнате было темно.
- Я заметил движение твоих век, - произнес Свен. - Зажечь свет?
- Да.
Десять минут спустя Брайан вышел из лифта и направился в ресторан.
Шелли, сидевшая за столиком у дальней стены, помахала ему рукой.
- Надеюсь, вы не обидитесь, что я начала без вас. Лососина здесь
просто изумительная. Попробуйте.
- Уговорили. К тому же я только сейчас сообразил, что умираю от
голода. Эта дрянь, которой нас кормили в самолете, и бутерброды с сыром
никуда не годились.
- Вы выглядите намного лучше.
- И чувствую себя лучше. Это таблетки и здоровый сон.
- Звонил ваш адвокат. Я сказала дежурному внизу, что вы спите и что
все звонки надо переключать на меня. Он всем очень доволен, в том числе и
тем, что вам придется заплатить штраф - пятьдесят фунтов.
- За что?
- Этого он толком не знает. Говорит, что это просто символическое
наказание, чтобы отвязаться от вас и закрыть дело. Штраф он уже заплатил,
так что вы свободны. Кроме того, он оформляет вам паспорт и думает, что
сумеет нажать где следует, чтобы вы получили его уже завтра. Просил
позвонить ему с утра. На меня это не произвело особого впечатления - в
Штатах на такие вещи требуется всего десять минут.
- Ах, моя прелесть, вы не в той далекой стране, где все компьютеры
работают, а поезда ходят точно по расписанию. Поверьте, в Ирландии
получить новый паспорт всего за один день - это молниеносная скорость!
- Что ж, успеем немного передохнуть. И у вас, может быть, пройдет
насморк. А вы думали о том, что делать дальше?
- Без паспорта я мало что могу сделать. Потом мы начнем выслеживать
этого таинственного доктора Богарта. А сейчас я намерен проглотить
приличный обед и запить его парой кружек "Гиннеса". И раз уж нам сидеть
тут по меньшей мере еще день, наверное, надо будет завтра утром погулять
по городу.
- Под дождем?
- Это же Ирландия. Если здесь ждать, когда дождь перестанет, можно
всю жизнь просидеть дома.
- Дайте мне подумать. Вы пока обедайте, я скоро вернусь. Мне надо
позвонить.
Брайан молча поднял брови в удивлении, и она рассмеялась.
- Нет, не в Штаты и никому из тех, кого можно будет выследить. Перед
тем как уехать из Лос-Анджелеса, я позвонила в Израиль своей двоюродной
сестре. Когда я решила помогать вам, меня смущало только одно: что я
потеряю связь с семьей. Ведь отцу скоро должны делать операцию. Сестра
будет звонить моей матери, но я строго-настрого запретила говорить ей, что
могу позвонить в Израиль. Простите меня, Брайан, но ничего лучшего я не
могла придумать...
- Не беспокойтесь, теперь, когда мы здесь, я чувствую себя в большей
безопасности и почти не тревожусь. Можете звонить.
Брайан допивал кофе и вторую рюмку коньяка, когда она вернулась.
- Сочетание, наверное, смертоносное, но любопытное, - заметила она,
озираясь по сторонам в поисках официанта. - Можно я к вам присоединюсь?
- Я обижусь, если вы этого не сделаете.
- Вы выглядите лучше.
- И чувствую себя тоже лучше. Хорошая пища, таблетки, сон - и
свобода! Честно говоря, не припомню, чтобы я когда-нибудь так хорошо себя
чувствовал.
- Вот и прекрасно, - сказала она и сжала его руку в своей, но тут же
отдернула ее, когда подошел официант с подносом.
От этого прикосновения Брайана охватила волна какого-то до тех пор
незнакомого ему теплого чувства. Он широко улыбнулся. Свобода, никаких
забот и тревог - по крайней мере сейчас. За окном лил дождь, но здесь было
тепло и уютно. Маленький островок мира и счастья.
- За вас, Шелли, - сказал он, когда официант ушел, и они взялись за
рюмки. - За то, что вы сделали, чтобы мне помочь.
- Не так уж много я сделала, Брайан. Я бы лучше выпила за вас и за
вашу свободу.
Он ответил ей улыбкой, они чокнулись и выпили.
- А так можно и втянуться, - сказал он. - Удалось вам дозвониться?
- Нет. Даже телефонистка не смогла. Сказала, что надо будет
попробовать позже.
- Не может быть. Всегда можно дозвониться куда угодно!
- Очевидно, только не в Ирландии, - рассмеялась она.
- А вы уверены, что у вас правильно записан номер?
- Вполне.
- Когда будете звонить в следующий раз, попробуйте сначала
дозвониться до справочной.
- Хорошая мысль. Давайте допьем, и я сразу это сделаю - из телефонной
будки в вестибюле.
Будка была занята, и через некоторое время Шелли покачала головой.
- Не стоит ждать, пойдемте ко мне.
Подняться пешком по лестнице оказалось проще, чем ждать старинного
лифта. Шелли отперла дверь и зажгла свет.
- А номер у вас побольше моего, - сказал Брайан. - Настоящие
апартаменты.
- Наверное, здешний управляющий питает слабость к женщинам. Хотите
выпить капельку, пока я буду звонить?
- Да, пожалуйста - немного той водки с буйволом на этикетке, которую
вы купили, когда мы летели рейсом Аэрофлота.
Она набрала номер международной справочной и назвала фамилию и адрес
сестры. Фамилию ей пришлось повторить: в первый раз автомат, распознающий
голос, не смог ее разобрать. Она записала номер и рассмеялась.
- Вы были правы, что дозвониться можно всегда - приношу свои
извинения Ирландии. Я ошиблась в одной цифре, когда записывала номер.
- Пью за это. За технику.
Он залпом выпил свой бокал, налил еще и отпил глоток. Шелли набирала
номер, а он сидел, чувствуя, как его понемногу окутывает теплый туман.
Похоже, он захмелел - ну и что? Это ради удовольствия, а не ради забвения
- очень большая разница. Шелли наконец соединили, и он вполуха слушал
разговор. В ее голосе звучало облегчение - значит, новости хорошие. Она
поболтала с сестрой о семейных делах и положила трубку.
- Насколько я мог понять, все в порядке.
- Да. Дела идут нормально, прогноз прекрасный. Настолько хороший, что
уже назначена операция.
- Прекрасная новость. - Он с трудом поднялся на ноги. - Пожалуй, я
пойду. Замечательный был вечер.
- И правда, - согласилась она. - Спокойной ночи, Брайан.
Было совершенно естественно, что она поцеловала его в щеку -
обыкновенным прощальным поцелуем.
А потом оказалось, что все не так просто. Он ответил на ее поцелуй с
неожиданным жаром, который передался и ей. Ни он, ни она этого не
предвидели; ни он, ни она не могли остановиться.
Их охватило приятное чувство близости, естественной тяги друг к
другу. Для Брайана это было волнующее переживание, непосредственное
ощущение, бездумное и не подчиняющееся никакой логике. У него промелькнуло
воспоминание: Ким, но он отогнал его. Нет, это не Ким. Это что-то другое,
лучше, совсем другое.
Однако совсем забыть о Ким он не мог. Не о самой Ким, а о своих
собственных переживаниях. О том чувстве досады - досады на самого себя за
то, что тогда потерял над собой контроль.
И тут все схлынуло. Брайан ощутил что-то неладное. Обнаженное тело
Шелли прижималось к нему в темноте, но что-то было не то. Он чувствовал
пустоту, отчуждение, дряблость. Его охватило бесконечное отвращение к
тому, что происходило между ними. Он повернулся на бок, спиной к ней, а
когда она погладила его по плечу, отодвинулся на самый край кровати.
- Ничего, - прошептала Шелли. - Это случается. Слишком тебе досталось
в жизни..
- Ничего не случилось. Я не хочу об этом говорить.
- Брайан, милый, после всего, что с тобой было, нельзя ожидать, что
твое тело будет всегда работать нормально.
- Мое тело? Оно, наверное, никогда не будет работать нормально. В
меня стреляли, меня оперировали, я лечился, на меня покушались, меня
держали под замком. Как, по-твоему, я должен себя чувствовать? Если хочешь
знать, я вообще чувствую себя не совсем человеком. И мне совсем не
интересно вот это - что ты пытаешься делать.
- Не я, Брайан, а мы с тобой. В эту игру можно играть только вдвоем.
- Тогда поищи себе игру, в которую ты могла бы играть одна.
Он слышал, как у нее перехватило дыхание от обиды, явственно
представил себе, как по ее лицу текут слезы. Но ему было все равно.
- Я, кажется, ясно сказал, что не хочу об этом говорить.
Шелли хотела что-то сказать, но остановилась. Она молча ушла в ванную
и закрыла за собой дверь. Брайан пошарил рукой вокруг, нащупал
выключатель, зажег свет, оделся и вышел. Вернувшись к себе в номер, он,
ничего не видя, прошел в ванную, сполоснул лицо холодной водой и вытер
его, стараясь не глядеть на себя в зеркало.
В спальне было темно - войдя, он не стал зажигать свет. Теперь он
зажег его и увидел, что штора отдернута и у окна стоит Свен. Брайан хотел
заговорить с ним, но МИ неожиданно поднял манипулятор, принявший форму
руки, и совершенно человеческим жестом остановил его. Брайан закрыл за
собой дверь и увидел, что Свен указывает на листок бумаги, лежащий на
кровати. Это была записка, написанная четкими печатными буквами.
"Я УСТАНОВИЛ, ЧТО В ТЕЛЕФОННОМ АППАРАТЕ В ЭТОЙ КОМНАТЕ НАХОДИТСЯ
ПОДСЛУШИВАЮЩЕЕ УСТРОЙСТВО. КРОМЕ ТОГО, НА ОКОННОЕ СТЕКЛО НАПРАВЛЕН ПОТОК
ИЗЛУЧЕНИЯ ТАКОЙ ЧАСТОТЫ, КАКАЯ ИСПОЛЬЗУЕТСЯ ДЛЯ ПОДСЛУШИВАНИЯ РАЗГОВОРОВ
ПО ВИБРАЦИИ СТЕКЛА. ЗА НАМИ СЛЕДЯТ".
Кто это может быть? Ирландская служба безопасности? Возможно - и он
надеялся, что это так. О том, что произошло между ним и Шелли, он уже не
думал. Если расследование проводят местные власти, это намного лучше,
чем... страшно подумать. Не может быть, чтобы полчища агентов генерала
Шоркта настигли его здесь, - слишком уж быстро. По крайней мере, он от
всей души на это надеялся. Но что они могут ему сделать? Он подошел к окну
и вгляделся в темноту. Ничего не было видно. Задергивая штору, он заметил
какое-то движение и увидел, что Свен делает ему знаки. В руке у него была
еще одна записка. Брайан подошел и прочитал ее. Там стояли только два
слова: "ПРЯМОЕ ОБЩЕНИЕ".
Когда он их прочел, Свен показал ему кончик волоконно-оптического
кабеля. Ну конечно - прямая связь между его мозгом и мозгом Свена, которую
невозможно подслушать!
Но до сих пор они ни разу еще не общались таким способом сами - им
всегда помогали доктор Снэрсбрук и ее машина-коррелятор. Однако Свен
ничуть не уступал ей в точности движений, легко мог найти металлическую
шишечку у него под кожей, подключить к ней кабель.
Ни на мгновение Брайану не пришло в голову, что это может быть
опасно. Он лишь кивнул, подвинул стул так, чтобы его не было видно из
окна, сел спиной к роботу. И сразу же ощутил знакомое прикосновение
пальцев-паучков к затылку.
В объятиях своего собственного создания он чувствовал себя в полной
безопасности.
Через несколько секунд они уже могли переговариваться совершенно
беззвучно - мозг в мозг.
"Странно. Это ничуть не быстрее, чем обычный разговор вслух".
"Конечно, Брайан. В отличие от мысли, речь линейна и поэтому должна
передаваться поэлементно".
"Кто они? У тебя есть какие-нибудь предположения?"
"Они пока никак не раскрыли себя, и я не уловил никаких следов
общения между теми, кто занимается этой слежкой. Тем не менее я убежден,
что знаю, кто они".
"Ирландская полиция?"
"Мало вероятно".
"Уж не хочешь ли ты сказать, что это солдаты генерала Шоркта?"
"Это возможность, которую я рекомендовал бы тебе рассматривать весьма
серьезно".
"Но почему? То есть какие у тебя основания для такого предположения?"
Свен ответил не сразу. Брайан медленно повернулся и посмотрел на
робота. Тонкие пучки манипуляторов двинулись вслед за его головой, чтобы
удержать на месте кабель. Брайан не мог этого видеть, но выглядело это
так, словно Свен держит руку на его затылке. Неподвижное металлическое
лицо робота, разумеется, ничего не выражало. Через некоторое время Свен
медленно заговорил, начав издалека.
"Я многое узнал о самых фундаментальных, врожденных, инстинктивных
функциях человеческого мозга, потому что получил их от тебя. Но я далеко
не так хорошо понимаю эмоциональные реакции более высоких уровней,
свойственные взрослому человеку. Я могу описать устройство его организма и
его жизнедеятельность. Но я все еще недостаточно разбираюсь в более
сложных функциях, эмоциях и реакциях человеческого мозга. Они очень
сложны. Потому что хотя в моем собственном мозгу находится голая матрица
твоего суперэго, я не имею к ней прямого доступа. Но я думаю, что ее
влияние на мои собственные чувства, возможно, позволяет мне понимать тебя
лучше, чем других, с кем мне приходилось общаться..."
"К чему ты клонишь?"
"Вот к чему. Прошу проявить терпение и рассудительность, потому что я
намерен говорить о том, чего не испытываю сам: о человеческих эмоциях и
переживаниях. Много часов назад я принял решение, касающееся человеческих
ценностей, которое в то время представлялось мне правильным. Теперь я уже
не настолько уверен, что оно верно".
"Какое решение?"
"Сейчас я до него дойду. Мне был известен один факт, о котором я тебе
не сообщил. Я слышал, как люди, твои знакомые, говорят о тебе и о том, как
они заботятся о твоем физическом и душевном здоровье. Все они, за
исключением лишь генерала Шоркта, прилагали все усилия, чтобы облегчить
тебе жизнь".
"Это очень приятно слышать, Свен. Но какой факт ты от меня скрыл?"
"Это было сделано в твоих же интересах, уверяю тебя".
"Я в этом не сомневаюсь. Что это за факт?"
Последовало молчание, потом робот неохотно ответил: