этот язык изобрел
для своих надобностей тот, прежний Брайан. Он подошел к компьютеру, вынул
из кармана ГБП и подключил его. Загорелся экран, и компьютер произнес
звонким контральто:
- Доброе утро. Вы будете работать на этой машине?
- Да. Меня зовут Брайан. Возьмите тоном ниже.
- Так годится? - спросила машина сочным баритоном.
- Да. Так и говорите впредь. - Он повернулся к Евгению. - Выглядит
неплохо.
- Еще бы. Последняя модель. В России стоит миллионы, только ее там не
достанешь. Мне будет что порассказать ребятам в Томске, когда вернусь.
Если я вам не нужен, у меня есть еще кое-какие дела.
- Нет, я обойдусь. Если будут вопросы, крикну.
- А у меня уже есть вопрос, - сказал Бен, глядя на часы. - Я вижу,
прошло уже больше четырех часов с тех пор, как мы отправились сюда. А это
значит, что твое время вышло.
- Что вы хотите сказать?
- Распоряжение доктора Снэрсбрук - пора кончать на сегодня и
ложиться. И ни капли больше, сказала она, - хотя я не вижу, почему бы тебе
не взять с собой в постель портативный компьютер.
Брайан знал, что спорить бесполезно. Он окинул лабораторию последним
долгим взглядом, подошел к двери и отпер ее. Снаружи их ждал майор Вуд.
- Как раз шел за вами, - сказал он. - Мне звонила доктор Снэрсбрук и
сказала, что если вы еще не у себя, вас нужно доставить туда немедленно.
- Идем, идем, - отозвался Брайан, поднимая руки в знак того, что
сдается. - От докторов никуда не спрячешься.
- Так оно и есть, - подтвердил Бен. - Увидимся завтра.
Брайан не удивился, обнаружив, что его поселили в казарме вместе с
солдатами.
- В самом центре здания, - сказал Вуди. - Кругом одна солдатня, не
считая охранников. Вот сюда.
Квартира была небольшая, но уютная: гостиная, спальня, кухня и
ванная. Его компьютер стоял на письменном столе, чемодан был распакован.
- Когда захотите обедать, позвоните - вам принесут. Сегодня на обед
рубленые котлеты, - добавил майор, закрывая за собой дверь.



21. 16 ФЕВРАЛЯ 2024 ГОДА

Брайану долго не спалось. Волнения, связанные с переездом,
непривычная кровать, разнообразные события дня - все это вместе не давало
ему заснуть. В полночь он решил, что хватит ворочаться - надо что-то
предпринять. Он откинул одеяло и встал. Датчики, установленные в комнате,
отреагировали на это, сверились с часами и включили ночник, который давал
ровно столько света, чтобы он мог пройти по комнате, ни на что не
наткнувшись. Аптечка в ванной обошлась с ним не столь бережно: она была
устроена так, чтобы никакое лекарство нельзя было принять в темноте, и
когда он открыл дверцу, его ослепил яркий свет. "Если не можете заснуть,
примите две таблетки и запейте стаканом воды" - было напечатано на
этикетке. Брайан сделал, как сказано, и вернулся в постель.
Как только он заснул, начались сновидения. Мешанина событий. Что-то
про школу. На мгновение появился Пэдди. Техасское солнце над Мексиканским
заливом. Слепящий солнечный свет. Солнце, которое восходит утром и заходит
вечером. Как красиво, как неправильно. Всего лишь иллюзия. Солнце стоит на
месте. Это Земля вертится вокруг него, и вертится, и вертится без конца.
Тьма и звезды. И луна. Луна плывет, вращаясь вокруг Земли. Восходит и
заходит, как Солнце. Но не так, как Солнце. Луна, Солнце, Земля. Иногда
все три оказываются на одной линии, и тогда случается затмение. Луна
заслоняет Солнце.
Брайан никогда не видел полного затмения. Его отец видел и
рассказывал ему. Затмение: Ла-Пас, Мексика, 1991 год. 11 июля днем
наступила тьма. Луна заслонила Солнце.
Брайан заворочался, нахмурив лоб в темноте. Он никогда не видел
затмения. А увидит когда-нибудь? Случится ли когда-нибудь затмение здесь,
в пустыне Анза-Боррего?
Чтобы ответить, нужно решить простое уравнение. Всего лишь
элементарное приложение законов Ньютона. Ускорение обратно пропорционально
квадрату расстояния.
Каждый объект испытывает притяжение двух других.
Солнце, Земля, Луна. Простое дифференциальное уравнение.
Всего восемнадцать переменных.
Надо определить координаты.
Расстояния.
Как далеко от Земли до Солнца?
"Справочник по астронавтике". У него перед глазами поплыли в темноте
светящиеся цифры.
Минимальное расстояние от Земли до Солнца.
Оси и углы наклона орбит Земли и Луны...
Точные элементы орбит - перигелий, скорости, эксцентриситет.
Цифры выстроились по местам - и тут это случилось.
Дифференциальное уравнение начало решаться само у него перед глазами.
Внутри его? А он просто смотрел? Или переживал это? Испытывал это? Он
что-то пробормотал и снова заворочался, но они не уходили, не
останавливались.
Они плыли перед ним, цифра за цифрой.
- 14 ноября 2031 года! - хриплым голосом крикнул он.
Брайан проснулся от собственного крика и сел в постели, весь
вспотевший, моргая на свет. Он нашарил на ночном столике стакан с водой,
выпил почти всю и снова рухнул в скомканную постель. Что произошло?
Ощущение было таким явственным, плывущие цифры такими отчетливыми, что все
еще стояли у него перед глазами. Слишком отчетливыми, чтобы быть сном...
- Вживленный процессор! - произнес он вслух.
Неужели это случилось? Неужели он во сне каким-то образом вошел в
компьютер, который вживили ему в мозг? Неужели он смог дать ему команду
произвести какие-то действия? Запустить программу, чтобы решить задачу?
По-видимому, именно это и произошло. И компьютер, видимо, решил задачу, а
потом перебросил решение ему в мозг. Неужели это и случилось? А почему бы
и нет? Это самое логичное, правдоподобное, наименее пугающее объяснение.
Он дал своему компьютеру команду включиться, рассказал все, что произошло,
записал это в его память, добавил свою гипотезу. И после этого заснул
глубоким сном, кажется, без всяких сновидений.
Он проснулся уже в девятом часу. Включил кофеварку, потом позвонил
доктору Снэрсбрук. Ее автоответчик сказал, что она ему перезвонит. Она
позвонила, когда он доедал второй кусок поджаренного хлеба.
- Доброе утро, доктор. У меня для вас есть одна интересная новость.
Когда он рассказал, что произошло, наступило долгое молчание.
- Вы слушаете?
- Да, извини, Брайан, я просто обдумывала то, что ты сказал... И,
по-моему, очень может быть, что ты прав.
- Значит, это хорошая новость?
- Невероятно хорошая. Постой, я должна отменить кое-какие дела и
постараться увидеться с тобой в середине дня. Это тебя устраивает?
- Замечательно. Я буду в лаборатории.
Все утро он просматривал резервные копии своих прежних заметок,
пытаясь снова погрузиться в атмосферу проделанной тогда работы,
восстановить воспоминания, уничтоженные пулей. Странно было читать то, что
писал он сам, - почти как послание с того света. Ведь Брайан, который это
писал, уже мертв и навсегда останется мертвым. Он знал, что ему,
четырнадцатилетнему, уже не вырасти в того двадцатилетнего, который это
писал.
Ему были совершенно непонятны краткие заметки и обрывки программ,
набросанные им в двадцать лет. Он безнадежно усмехнулся и вернулся к
первой странице. Тут мог быть только один путь - продвигаться методично,
прослеживая шаг за шагом. При всякой возможности заглядывать вперед,
избегать тупиков и ложных путей. Но в сущности придется воссоздать все,
что он уже сделал, проделать все заново.
В двенадцать тридцать ему позвонила приехавшая в "Мегалоуб" доктор
Снэрсбрук; он отложил работу и отправился к ней в клинику.
- Заходи, Брайан, - сказала она, окидывая его критическим взглядом. -
Выглядишь ты великолепно.
- И чувствую себя так же. Каждый день час-другой читаю на солнце и
хожу на прогулки, как вы велели.
- Аппетит хороший?
- Еще какой - в армии прекрасно кормят. И посмотрите-ка... - Он снял
бейсболку и потер голову, где уже начали отрастать волосы. - Уже почти
ежик. Скоро у меня будет настоящая прическа.
- Швы не болят?
- Ничуть.
- Головокружение? Одышка? Утомляемость?
- Нет, нет и нет.
- Я очень довольна. Теперь расскажи мне в точности, что случилось -
во всех подробностях.
- Сначала прослушайте вот это, - сказал он, передавая ей кассету. - Я
записал ее сразу после того сна. Если у меня тут такой голос, словно я
чего-то накурился, так это из-за снотворного питья, которое вы мне дали.
- Это само по себе интересно. Не исключено, что транквилизатор был
одним из факторов, способствовавших тому, что произошло.
Снэрсбрук три раза прослушала запись, делая какие-то заметки. Потом
тщательно расспросила Брайана, снова и снова возвращаясь к одному и тому
же, пока не заметила, что он устал.
- Хватит. Давай выпьем по чашке кофе, и я тебя отпущу.
- Вы не хотите посмотреть, не смогу ли я сделать это снова, на этот
раз наяву?
- Не сегодня. Сначала отдохни.
- Я не устал! Я просто начал задремывать, потому что приходилось
снова и снова говорить одно и то же. Ну, доктор, не упрямьтесь давайте
попробуем еще раз, пока у меня все свежо в памяти.
- Ты прав - надо ковать железо, пока горячо. Ладно, начнем с
чего-нибудь попроще. Возведи мне в квадрат... ну, скажем, 123 456.
Брайан мысленно представил себе это число, попробовал найти какое-то
место, куда его занести. Повертел его в уме, напрягся так, что даже
закряхтел, а потом произнес:
- 15 522 411 383 936 - вот сколько будет, я уверен!
- Ты знаешь, как тебе это удалось? - спросила она взволнованно.
- Не очень. Вроде того, когда что-то с трудом припоминаешь, как
слово, которое будто вертится на языке. Раз - и поймал.
- А можешь ты это сделать еще раз?
- Надеюсь, что могу... да, а почему бы и нет? Не знаю, как это
получилось во сне, но, по-моему, я еще раз могу. Только я не понимаю, как
это делаю.
- Мне кажется, я знаю, что происходит. Но чтобы проверить свой
диагноз, мне придется снова подключить тебя к машине-коррелятору.
Посмотреть, что творится у тебя в мозгу. Не возражаешь?
- Конечно, нет. Должен же я узнать, как это получается.
Ока занялась машиной, а он уселся в кресло. Тонкие металлические
пальчики заняли свои места, он откинулся на спинку и собрался с мыслями.
- Вот что мы сделаем. - Она пробежала курсором по меню на своем
экране. - Вот статья, которую я вчера загрузила в компьютер из журнала.
Она называется "Активность протоспециализированных центров в ходе развития
ребенка". Ты что-нибудь об этом знаешь?
- Кое-что знаю о протоспециализированных центрах. Это расположенные в
стволе мозга нервные центры, ответственные за большую часть первичных
инстинктов. Голод, злоба, секс, сон - вроде этого. Но такой статьи я,
по-моему, не читал.
- И не мог читать, она вышла в свет всего несколько месяцев назад.
Сейчас я загружу ее в память твоего вживленного процессора - под тем же
названием. - Она быстро нажала несколько клавишей, потом снова повернулась
к нему. - Теперь она должна быть там. Подумай, ощущаешь ли ты ее там?
- Нет, в общем нет. То есть могу припомнить название, потому что
только что его слышал.
- Тогда попробуй сделать то, что сделал некоторое время назад и
тогда, во сне. Скажи мне, что написано в этой статье.
Стиснув зубы и нахмурившись, Брайан сделал мысленное усилие.
- Что-то такое... Не знаю. В общем, там есть что-то, только я никак
не могу к нему подобраться вплотную. Зацепить как следует... - Вдруг глаза
у него широко раскрылись, и ой быстро заговорил: - "...По мере развития
ребенка каждый простейший протоспециализированный центр слой за слоем
накапливает память и навыки управления. В то же время каждый из них
стремится искать новые способы влиять на другие и извлекать пользу из их
деятельности. В результате более ранние варианты подобных
специализированных центров становятся все менее обособленными друг от
друга. По мере того как эти системы учатся объединять свои познавательные
интересы, возникающие при этом перекрестные связи создают более сложные
комплексы ощущений, характерные для эмоциональных переживаний более
позднего возраста. У взрослого подобные системы настолько сложны, что даже
мы сами не в состоянии их осмыслить. К тому времени как мозг пройдет все
эти стадии развития, наше взрослое сознание оказывается многократно
перестроенным и уже неспособно припомнить или понять, каким было сознание
ребенка".
Брайан закрыл рот, потом заговорил снова, медленно и нерешительно:
- Это... то самое? То, о чем написано в статье?
Доктор Снэрсбрук взглянула на свой экран и кивнула.
- Это не то, о чем там написано, - это сама статья, слово в слово.
Тебе это удалось, Брайан! Что ты ощущал?
Он сосредоточенно нахмурился:
- Это как настоящая память, но не совсем. Все это там есть, только я
не все понимаю. Приходится вроде как мысленно все прочесть, и только тогда
оно появляется полностью, так, что можно понять.
- Ну конечно! Оно же не в твоей памяти, а в памяти компьютера. Ты
можешь получить к нему доступ, но ничего не понимаешь, пока не прочтешь,
не вдумаешься и не осознаешь, что означает каждая фраза. И пока не свяжешь
ее с другими вещами, которые уже знаешь. Только тогда возникают
взаимосвязи, которые представляют собой подлинное знание.
- Значит, мгновенно подключить мозг к знанию нельзя?
- Боюсь, что нет. Память состоит из такого множества взаимосвязей, и
к ним можно получить доступ таким множеством способов, что она вовсе не
линейна, как память компьютера. Но стоит тебе просмотреть ее раз или два,
как она станет частью твоей памяти, доступной в любое время.
- Занятно, - сказал он и улыбнулся. - Надо же, ведь я помню даже
номера страниц и ссылок! А как вы думаете, можем мы проделать такую штуку
с целой книгой или, например, с энциклопедией?
- Не вижу, почему бы нет, ведь во вживленном процессоре еще много
свободной памяти. Конечно, это ускорило бы процесс переучивания. Но не
только. Это же поистине удивительно! Прямой доступ к компьютеру одним
усилием мысли - здесь открываются неограниченные возможности!
- И это может помочь мне в работе. Что, если загрузить все мои
прежние заметки, чтобы получать к ним доступ мысленно?
- Почему бы и нет?
- Хорошо. Будет удобно иметь все под рукой. Сейчас так и сделаю -
загружу все заметки, которые мы привезли, из резервного ГБП... - Он
зевнул. - Нет, не стану. Никуда они не уйдут до завтра. И вообще мне надо
немного об этом поразмыслить. К таким вещам не просто привыкнуть.
- Совершенно с тобой согласна. Но на сегодня этого более чем
достаточно. Если ты собираешься возвращаться в лабораторию, - не стоит.
Рабочий день окончен.
Брайан кивнул:
- Честно говоря, я собирался пойти пройтись - как следует подумать
обо всем этом.
- Хорошая мысль, только не переутомись.
Он надел темные очки и вышел в полуденную пустынную жару. Вооруженный
сержант отворил ему дверь и, сказав что-то в микрофон, укрепленный на
лацкане, последовал в нескольких шагах за ним. Еще несколько солдат
пристроились с обеих сторон, один пошел впереди. Брайан уже начал
привыкать к их постоянному присутствию и теперь, направляясь к своей
любимой скамейке у декоративного бассейна, почти не обращал на них
внимания. По другую сторону бассейна стояли административные здания
"Мегалоуб", но их почти не было видно за деревьями. Кроме него,
по-видимому, никто не забредал в этот уголок, который нравился ему своей
тишиной и уединением.
Услышав жужжание телефона, он поморщился и хотел было не отвечать, но
потом со вздохом отцепил его от пояса и поднес к уху.
- Дилени.
- Это майор Вуд из приемной. Здесь капитан Кан. Говорит, что вы
сегодня ее не ждали, но хотела бы поговорить с вами.
- Да, конечно. Скажите ей, что я в...
- Я знаю, где вы, сэр, - подчеркнуто невозмутимо произнес майор: как
мог он не знать местонахождения Брайана с точностью до миллиметра? - Я
проведу ее к вам.
Они показались на дорожке, которая вела от главного входа. Маленькая,
стройная Шелли казалась крохотной рядом с рослым, широкоплечим майором.
Сегодня она была не в военной форме, а в коротком белом платье, больше
соответствующем климату пустыни. Когда они подошли, Брайан встал. Вуди
круто повернулся и оставил их одних.
- Я не мешаю вам работать? - спросила она, озабоченно нахмурившись.
- Да нет, вы же видите, я решил отдохнуть.
- Я должна была сначала позвонить. Но я только что вернулась из
Лос-Анджелеса и решила доложить вам о наших успехах. Мы работали с
несколькими лучшими следователями из полицейского управления. Судя по
тому, чем вы занимаетесь, вы, наверное, все знаете об экспертных системах?
- Я не сказал бы, что все, во всяком случае я не в курсе того, что
сделано здесь за последние годы. Но скажите, на каком языке вы пишете свои
программы?
- На "ламе-3.5".
Он улыбнулся:
- Приятно слышать. Мой отец был одним из тех, кто разработал этот
язык. "Лама" - это значит "логический анализ метафор". Как там ваша
программа-детектив - уже заработала?
- Да. Она сейчас на стадии первого рабочего образца. И с ней уже
интересно иметь дело. Я назвала ее "Дик Трейси" [Дик Трейси - в
американской серии комиксов и кинофильмов полицейский сыщик, пользующийся
для поимки преступников полуфантастическими изобретениями].
- А как она работает?
- В сущности, это не так уж сложно. Она состоит из трех главных
частей. Первая - это комплект различных экспертных систем - каждая
выполняет свою задачу. Эти специализированные системы объединяет между
собой довольно простой координатор, который ищет корреляции и отмечает
случаи, когда несколько систем в чем-то между собой согласны. Одна из них
уже просмотрела базы данных всей страны и составила список всех возможных
способов транспортировки. Сейчас она накапливает собственные базы данных о
легковых автомобилях, грузовиках, самолетах и так далее. Даже о водных
транспортных системах.
- Это здесь-то, в пустыне?
- Ну, отсюда не так уж далеко до Солтон-Си [мелководное соленое озеро
в Калифорнии, образовавшееся в результате прорыва воды из реки Колорадо].
А другие специализированные программы собирают разнообразные
географические данные, особенно спутниковые фотографии местности за тот
период, который нас интересует.
- Звучит неплохо. - Брайан встал. - Что-то у меня ноги затекли - не
хотите пройтись?
- Конечно. - Они медленно пошли по дорожке. Она огляделась по
сторонам. - Это что, военная база? Тут столько солдат...
- Это все мои, - сказал он и улыбнулся. - Видите, как они держатся
вровень с нами?
- Ничего себе!
- Мне это тоже не слишком нравится. Но, понимаете, мне не слишком
улыбается и перспектива четвертого покушения. В том-то и вопрос, способна
ли система, которую вы построили, помочь нам поймать этих мерзавцев? Ваш
Дик Трейси пока еще не напал на какой-нибудь след?
- Еще нет. Пока он только обрабатывает данные.
- Тогда сбросьте его в ГБП и везите сюда. У большого компьютера, на
котором я тут работаю, такая мощность, что вам вполне хватит.
- Это, конечно, намного ускорит дело. Мне понадобится день-два, чтобы
все там закончить. - Она взглянула на солнце. - Пожалуй, мне пора. Я
уверена, что управлюсь к среде, скопирую все свои заметки и привезу ГБП в
четверг утром.
- Прекрасно. Я провожу вас до караулки - приближаться к выходу мне
запрещено - и скажу Вуди, о чем мы договорились.
Когда она ушла, он подумал, что надо было попросить ее скопировать
для него и "ламу-3.5", но тут же рассмеялся собственной тупости. Давно
прошли времена, когда программы хранили на дискетах - разве что строго
засекреченные. Он направился в лабораторию. Скорее всего, копия программы
есть где-нибудь там на компакт-диске, а если и нет, можно перегрузить ее
из базы данных.
Да, к этому старому новому миру 2024 года еще привыкать и привыкать.



22. 21 ФЕВРАЛЯ 2024 ГОДА

Когда наутро Брайан подошел к лаборатории, его там ждали Беникоф и
Евгений.
- У Евгения сегодня последний день здесь, он хочет перед отъездом еще
раз пройтись с тобой по всей системе.
- Что, Евгений, возвращаетесь к себе в Сибирь?
- Да, уже скоро, надеюсь: тут у вас слишком жарко. Но сначала будет
техническая учеба в Силиконовой долине - последние конструкции железок.
США их делают, Россия их покупает, а я их обслуживаю. И помогаю
разрабатывать следующие модели. А за это хорошо платят в рублях, уж будьте
уверены.
- Ну, желаю вам успеха - и побольше рублей. А что мы будем сейчас
делать, Бен?
Брайан дотронулся большим пальцем до панели, и дверь, щелкнув,
открылась.
- Последняя проверка. Все оборудование установлено и работает.
Евгений - прекрасный техник.
- Напишите это на бумаге - такая рекомендация принесет мне еще больше
рублей.
- Напишу, не беспокойтесь. Но имейте в виду - после вашего отъезда
нам здесь не должны понадобиться никакие другие техники.
- Правильно. Только если будет общий сбой и вся система выйдет из
строя?
- А тут не одна система - это сеть из нескольких систем. И в каждой
хранится копия общей программы, где есть все, что нужно для диагностики
каждой машины. К тому же вся память и результаты диагностики каждые
несколько минут копируются из каждой машины в несколько других. Значит,
если что-то будет неладно, мы, скорее всего, сможем восстановить функции
полностью. В самом худшем случае потеряем только то, что сделано за
последние несколько минут.
- Да. И скорее всего вообще ничего не потеряете. А если что-то будет
не так, сообщите мне по электронной почте.
"Посетители у входа", - раздался голос компьютера, следившего за
безопасностью. Брайан нажал на клавишу, и на экране появилась картина,
переданная наружной телекамерой. Между двумя солдатами, вытянувшимися по
стойке "смирно", стояла капитан Кан.
- Сейчас вернусь, - сказал Брайан, подошел к входной двери и,
приложив палец к панели, отпер ее.
- Надеюсь, я не слишком рано? Это майор сказал мне, что вы уже здесь.
- Нет, как раз вовремя. Давайте я покажу вам ваш терминал и помогу
устроиться. Наверное, вы хотите сначала перегрузить вашу программу и базы?
Она вынула из сумочки ГБП.
- У меня все здесь. Я не хотела пересылать это по обычным линиям
связи. Сейчас это единственный экземпляр - все остальное в полицейском
компьютере стерто. Там ужасно много засекреченных материалов, посторонним
их видеть незачем.
Он отвел ее к отгороженной кабинке в дальнем конце лаборатории.
- Здесь пока только терминал, стол и стул, - сказал он. - Если
понадобится что-нибудь еще, скажите.
- Хватит и этого.
- Готово, - сказал Бен, вставая и потягиваясь. - Я все проверил.
Евгений поработал на славу. Все инструкции по доступу и работе с
программами здесь, в памяти.
- Я хочу посмотреть, только подождите минутку. Приехала Шелли, и мы
сможем поговорить с ней, как только она кончит загружать свою экспертную
программу. Прекрасный случай узнать, чего она добилась.
Они проводили Евгения до выхода. Он крепко пожал им руки.
- Надежного вам оборудования и интересной работы.
- Всего наилучшего - и побольше рублей.
- Да!
Когда они вошли, Шелли обернулась и обвела рукой пустую комнатку.
- Простите за такое гостеприимство.
- Сейчас принесу пару стульев, - сказал Бен. - И кофе. Кому еще?
Никому? Значит, два стула и чашка кофе.
- Есть какие-нибудь результаты? - спросил Брайан.
- Кое-что есть. Я написала программу, которая связывает координатора
баз данных с программой поиска и имеет удобный интерфейс. Она уже,
по-моему, неплохо отлажена. Я поставила перед ней задачу раскрыть
ограбление в "Мегалоуб". Она работает уже два дня и сейчас, вероятно,
может ответить на кое-какие вопросы. Я решила сама туда не лазить без вас
обоих - ведь расследованием руководите вы, Бен. Вас это интересует?
- Конечно. Как войти в программу?
- Я с самого начала пользовалась рабочим прозвищем "Дик Трейси", и
боюсь, что оно уже прижилось. Нужно только оно и ваша фамилия.
- Хорошо. - Бен повернулся к терминалу. - Моя фамилия Беникоф, и мне
нужен Дик Трейси.
- Программа на линии, - ответил компьютер. - В чем состоит задача?
- Найти лиц, совершивших преступление в лаборатории компании
"Мегалоуб индастриз" 8 февраля 2023 года. Ты обнаружил этих преступников?
- Ответ отрицательный. Я пока не установил, как они скрылись и как
было вывезено похищенное.
Брайан слушал в восхищении.
- Вы уверены, что это всего только программа? Звучит так, словно она
прошла тест Тьюринга.
- Просто речевая программа, - сказала Шелли. - Я взяла готовую. Она
берет слова и грамматику из языкового раздела системы "цик". Эти речевые
программы всегда кажутся умнее, чем они есть, потому что и грамматика, и
интонации у них такие безукоризненные. Но на самом деле они не очень-то
понимают, что все эти слова означают. - Она обернулась к Бену. -
Спрашивайте ее, Бен, спрашивайте - есть ли у нее какие-нибудь конкретные
результаты. Можете говорить на обычном языке, там обширный лексикон
выражений из полицейской практики.
- Хорошо. Скажи мне, Дик Трейси, какие версии ты разрабатываешь?
- Поиск сведен к трем возможным вариантам. Первый - похищенные
материалы спрятаны поблизости, чтобы забрать их позже. Второй - они
вывезены наземным транспортом. Третий - они вывезены по воздуху.
- И какие результаты?
- Спрятаны поблизости - крайне мало вероятно. Наземный транспорт -
вероятность выше. Однако если учесть все факторы, наиболее
предпочтительный вариант - вывоз по воздуху.
Беникоф покачал головой и повернулся к Шелли.
- Что значит - наиболее предпочтительный? Компьютер мог бы выразиться
и поточнее - например, в процентах или как-нибудь еще в этом роде.
- Почему бы вам не задать этот вопрос ему?
- Сейчас. Дик Трейси, выскажись точнее. Какова вероятность вывоза по
воздуху?
- Я бы не хотел оценивать вероятность в ситуации со столь многими
факторами, не поддающимися учету. Для таких ситуаций лучше оценивать
приблизительное распределение, чем приводить цифры, которые производят
обманчивое впечатление точных. Но если вы хотите, я могу приблизительно
оценить правдоподобность разных вариантов в процентах.
- Хочу.
- Спрятаны поблизости - три процента. Вывезены наземным транспортом -
двадцать один процент. Вывезены по воздуху - семьдесят шесть.
Бен удивленно раскрыл рот:
- Но ведь... Отключите программу. - Он повернулся к остальным, тоже
стоявшим в изумлении. - Мы самым тщательным образом рассматривали эту
версию - они просто никак не могли вывезти это отсюда по воздуху.
- Дик Трейси другого мнения.
- Значит, он знает что-то такое, чего не знаем мы. - Он снова
повернулся к компьютеру. - Возобнови работу. На чем основана оценка
варианта с транспортировкой по воздуху?
Некоторое время компьютер молчал, потом заговорил.
- Резюме: обоснований не имею. Вывод основан на сопоставлении
двенадцати тысяч промежуточных блоков в подсистеме анализа взаимосвязей
программы поиска.
- Это обычный недостаток программ такого типа, - пояснила Шелли. -
Почти невозможно узнать, как они приходят к тому или иному заключению,
потому что они учитывают миллионы - незначительных корреляций между
обрывками данных. Почти невозможно сравнить это с тем, что мы называем
логическим мышлением.
- Но это и неважно, ведь ответ все равно неправильный, - с
раздражением сказал Беникоф. - Не забудьте, ведь расследованием занимался
я. Аэропорт компании полностью автоматизирован. Основное движение -
вертолеты, хотя здесь приземляются служебные и грузовые самолеты с
вертикальным взлетом.
- А как работает автоматизированный аэропорт? - спросил Брайан. - Это
не опасно?
- Менее опасно, чем под управлением людей, могу тебя заверить. Еще в
80-х годах выяснилось, что человеческие ошибки вызывают больше аварий, чем
человеческое вмешательство их предотвращает. Перед вылетом каждый самолет
обязан представить план полета. Данные поступают прямо в компьютерную
сеть, так что каждый аэропорт знает, кто куда вылетает или прилетает и кто
пролетает поблизости. Когда самолет оказывается в поле зрения радара, он
опознается по сигналу транспондера и получает разрешение на посадку или
какие-нибудь другие указания. А здесь, в "Мегалоуб", все полеты,
разумеется, контролируются и регистрируются службой безопасности.
- Но служба безопасности весь тот решающий час бездействовала.
- Это неважно. Все зафиксировано еще и аэропортом Боррего, и
региональной радарной станцией Федерального авиационного управления. Все
три комплекта записей совпадают, а техническая экспертиза показала, что
подчистки в любом из них исключены. Мы имеем подлинную информацию о
движении всех самолетов в ту ночь.
- А были за этот час какие-нибудь прилеты или вылеты из аэропорта?
- Ни одного. Последний вылет был по меньшей мере часом раньше -
вертолет в Ла-Хойю.
- А какую территорию охватывает радар? - спросил Брайан.
- Большую. Это стандартная установка с радиусом действия около
двухсот сорока километров. Восточнее Боррего он достает до самого
Солтон-Си и до гор на другом его берегу. Минимум на семьдесят-восемьдесят
километров. В других направлениях меньше - из-за холмов и гор, которые
окружают долину.
- Дик Трейси, возобнови работу, - сказала Шелли. - Сколько полетов
было зафиксировано радаром "Мегалоуб" на протяжении тех суток?
- Восемнадцать в аэропорту "Мегалоуб". Двадцать семь в аэропорту
Боррего-Спрингс. Сто тридцать один транзитный пролет.
- Боррего-Спрингс всего в тринадцати километрах отсюда, - сказала
Шелли, - но у них за это время и вообще за ту ночь не было ни одной
посадки и ни одного вылета. Все три комплекта данных о транзитных пролетах
идентичны, если не считать несущественных мелких расхождений - они
касались полетов, проходивших по самому краю поля зрения радара, которые
не вылетали из долины и не садились здесь.
- А в этой пустыне, похоже, оживленное воздушное движение, - заметил
Брайан. - Сто семьдесят шесть самолетов за сутки. Почему?
- О служебных полетах "Мегалоуб" мы знаем, - ответил Бен. - В
Боррего-Спрингс есть несколько коммерческих рейсов, остальное - частные
самолеты. Транзитные полеты - тоже, плюс несколько военных. В общем, нам
по-прежнему ничего не известно. Дик Трейси говорит, что материалы вывезены
по воздуху. Но никаких вылетов из долины не было. Как же их могли вывезти?
Ответьте на этот вопрос, и вы получите решение всей проблемы.
Бен сформулировал вопрос точно: как их могли вывезти? Получался
парадокс - похищенное должны были вывезти по воздуху, но никаких вылетов
не было.
Брайан слышал этот вопрос. И его вживленный компьютер - тоже.
- Из долины - на грузовике. С территории - по воздуху, - произнес
вдруг Брайан.
- Что вы имели в виду? - удивилась Шелли.
- Не знаю, - сознался он. - Это не я сказал, а мой компьютер. - Он
постарался удержаться от улыбки при виде их удивленных физиономий. -
Ладно, об этом поговорим как-нибудь в другой раз. А пока давайте над этим
подумаем: далеко ли мог уехать грузовик?
- Мы еще в самом начале расследования занимались этим на компьютерной
модели, - сказал Бен. - Максимальное число людей, которые могли грузить
оборудование, не путаясь друг у друга под ногами, - восемь. Переменные
здесь такие: время, чтобы доехать от ворот к лаборатории, время погрузки,
обратный путь до ворот. Вне территории, от ее ворот, самая вероятная цифра
- сорок километров при скорости девяносто километров в час. Все дороги
были перекрыты, как только поступило сообщение об ограблении, намного
дальше этой сорокакилометровой зоны. Вся территория просматривалась
радаром - и с вертолетов, и с наземных установок, а когда рассвело,
началось прочесывание. Грузовик не мог никуда деться.
- Но он все-таки куда-то делся, - возразила Шелли. - А не могли этот
грузовик вместе с грузом каким-нибудь способом вывезти по воздуху? Пустите
меня к компьютеру, Бен. Я хочу, чтобы эта программа проверила все полеты,
зарегистрированные в тот день в радиусе ста пятидесяти и трехсот
километров.
- А не могли преступники стереть данные об этом полете? Чтобы не было
никаких следов?
- Не могли. Все записи радаров и информация с экрана каждого
диспетчера полетов хранятся на протяжении года в архивах Федеральной
авиационной службы. Хороший хакер много чего может сделать, но система
управления полетами просто слишком сложна и слишком избыточна. Каждый
полет так или иначе регистрируется в сотнях, может быть, даже тысячах
разных мест.
Шелли вся погрузилась в работу с компьютером, не поднимая головы и не
обращая на них внимания.
- Шелли ничего не знает о вживленном компьютере, - сказал Бен. - Это
ты о нем говорил?
- Да. Я еще не успел вам рассказать, но мы с доктором Снэрсбрук
кое-чего добились - я могу получать доступ к нему чисто мысленно.
- Но это... Просто невероятно!
- Мы тоже так думаем. Я велел ему проделать кое-какие вычисления, вот
с чего все началось. Во сне - можете себе представить? И я могу считывать
данные из его памяти. Это очень интересно и немного страшно. Мне надо
будет еще привыкнуть. У меня теперь на плечах не просто голова, и я не
уверен, что мне это по душе.
- Но, во всяком случае, ты жив и здоров, - мрачно произнес Бен. - Я
видел, что натворила та пуля...
- Не говорите мне об этом! Может быть, как-нибудь потом. Вообще я
хотел бы на некоторое время обо всем забыть и заниматься только
искусственным интеллектом. А вы с Шелли работайте с Диком Трейси. Мне не
нравится прятаться, и мне не по себе, когда надо мной постоянно висит
угроза. Я начинаю чувствовать себя, как Салман Рушди - помните, что с ним
в конце концов случилось? Я хотел - как бы это сказать? - заново построить
свою жизнь. Стать таким же нормальным, как и все вы. А теперь я начинаю
чувствовать себя каким-то выродком.
- Нет, Брайан, никогда так не думай. Ты молодец, только тебе слишком
досталось. Все, кто с тобой работает, восхищены твоим мужеством. Мы на
твоей стороне.
К этому мало что можно было добавить. Бен извинился и ушел. Брайан
вызвал на экран свою вчерашнюю работу - он пытался переписать свои заметки
в более полном и читабельном виде, - но обнаружил, что ничего не понимает.
Он был подавлен и чувствовал усталость. В ушах у него зазвучал голос
доктора Снэрсбрук с ее обычным советом: "Да, понимаю, приляг и отдохни".
Он сказал Шелли, что вернется позже, и отправился к себе.
Должно быть, он задремал, потому что технический журнал лежал у него
на груди, а солнце уже садилось за горы на западе. Он все еще испытывал
сильнейшую депрессию и подумал, не позвонить ли доктору, но решил, что
дело пока не настолько серьезно. Может быть, это комната так на него
действует. Он проводил теперь в одиночестве больше времени, чем в
госпитале: там, по крайней мере, к нему то и дело кто-нибудь заглядывал.
Здесь же ему даже принимать пищу приходилось одному, хотя к этому он
привык довольно быстро.
Он вернулся в лабораторию в самом конце дня. Шелли уже заканчивала и,
наскоро попрощавшись, ушла, целиком поглощенная мыслями о работе. Брайан
запер за ней дверь и зашагал в другую сторону. Может быть, от свежего
воздуха ему станет легче. Или от ужина: уже темнело, а он снова забыл
пообедать. Он направился вокруг озера к караулке. Спросив, здесь ли майор,
он был сразу препровожден в его кабинет.
- Есть какие-нибудь жалобы или пожелания? спросил Вуди, как только
они оказались одни.
- Жалоб никаких, по-моему, ваши люди работают замечательно. Никогда
не путаются под ногами, но когда я выхожу из лаборатории, поблизости
всегда кто-нибудь есть.
- И не просто кто-нибудь, можете быть уверены! Но я передам им, что
вы сказали. Они стараются изо всех сил и выполняют свои обязанности
чертовски хорошо.
- И скажите поварам, что еда мне тоже нравится.
- Камбуз будет в восторге.
- Камбуз?
- Ну, это где готовят жратву.
- Жратву?
Вуди улыбнулся:
- Вы до мозга костей гражданский человек. Придется обучить вас
солдатскому языку.
Оба рассмеялись.
- Вуди, я, конечно, гражданский, но нельзя ли мне наравне с солдатами
иногда есть у вас на камбузе?
- Сколько угодно. Хоть каждый день.
- Но ведь я не служу в армии.
Обычная перекошенная усмешка на лице майора превратилась в широкую
улыбку.
- Мистер, вы работаете на армию. Вы - единственное оправдание тому,
что все мы находимся здесь, а не прыгаем каждый день с парашютом. А
большинство ребят будут рады познакомиться с вами и поговорить. - Он
взглянул на электронные часы на стене. - Пиво пьете?
- Еще бы!
- Тогда пошли. Выпьем пива в клубе, а в шесть откроется обжираловка.
- Там и клуб есть? В первый раз слышу.
Вуди встал и пошел впереди.
- Это военная тайна - очень надеюсь, что вы ни словом не
проговоритесь о ней гражданским из "Мегалоуб". Насколько я знаю, во всем
здешнем заведении, кроме нашего расположения, строгий сухой закон. Но вот
это здание в настоящий момент является местом базирования моей десантной
команды. А на всех военных базах есть офицерские клубы, а кроме них
отдельные клубы для старшин и солдат. Но наша команда слишком мала, чтобы
напиваться по отдельности, поэтому у нас клуб общий.
Он открыл дверь с надписью "Служба безопасности - вход только для
военнослужащих" и провел его внутрь. Комната была небольшая, но за те
несколько недель, что десантники провели здесь, они ухитрились придать ей
некоторый уют. Доска для игры в дротики на стене, несколько флагов,
вымпелов и фотографий, плакат, изображающий обнаженную девушку с огромными
грудями, столы и стулья. И бар, уставленный бутылками, с краном для пива.
- Как насчет сингапурского пива "Тигр"? - спросил Вуди. - Мы только
что открыли свежий бочонок.
- Никогда о нем не слыхал и тем более не пробовал. Наливайте!
Пиво было холодное и необыкновенно вкусное, а в клубе оказалось очень
интересно.
- Парни скоро начнут подходить. Они будут рады с вами познакомиться,
- сказал Вуди, наливая еще по бокалу. - Я хочу попросить вас только об
одном - не говорить с ними о вашей работе. Сами они о том, что делается в
лаборатории, заговаривать не станут - есть такой приказ, - и вы тоже не
начинайте. Черт возьми, даже я не знаю, чем вы там занимаетесь, и знать не
хочу. Нам сказали, что это совершенно секретно, и этого достаточно. А обо
всем остальном можете травить сколько угодно.
- Травить? Мой словарный запас растет с каждой минутой!
Один за другим стали появляться солдаты - некоторые лица были ему
знакомы, он видел их на посту. Им было явно приятно наконец познакомиться
с ним лично и пожать ему руку. Он был их ровесник, в сущности, даже старше
многих, и с удовольствием слушал их грубоватую дружескую болтовню и
россказни о невероятных сексуальных подвигах, из которых узнал несколько
замечательных ругательств - таких он и вообразить себе не мог. И все это
время он и виду не подавал, что ему всего четырнадцать лет. Он взрослел на
глазах!
Солдаты рассказывали анекдоты, обменивались старыми шутками. Он тоже
принимал участие в разговоре. Его спросили, из какой части Штатов он
родом, - спросили вежливо, но с намеком на его ирландский выговор, который
вызывал у них недоумение. Солдаты-ирландцы накинулись на него с
расспросами и жадно слушали его рассказ о детстве, проведенном в Ирландии.
Потом они все вместе отправились ужинать - ему сунули в руки поднос и
наперебой давали советы, что нужно есть, а что не нужно.
В общем и целом вечер прошел весело, и он решил бывать в солдатской
столовой как можно чаще. Вся эта болтовня и дружеская обстановка - не
говоря уж о выпитом пиве - совершенно разогнали его мрачное настроение.
Прекрасные парни. Начинать свой день он собирался по-прежнему в
одиночестве с кофе и поджаренного хлеба, потому что терпеть не мог ни с
кем говорить с самого утра. На обед он привык готовить себе бутерброд,
который брал с собой в лабораторию. Но ужинать он решил теперь только в
обществе - во всяком случае, в окружении той его части, которую
представляла 82-я авиадесантная дивизия. Между прочим, человечество было
здесь очень неплохо представлено - тут были белые и черные, азиаты и
латиноамериканцы, и все - прекрасные парни.
Он уснул с улыбкой, и в эту ночь дурные сны его не беспокоили.



23. 22 ФЕВРАЛЯ 2024 ГОДА

Когда на следующее утро Шелли вышла из гостевого корпуса "Мегалоуб",
Брайан сидел на краю вазона с декоративной пальмой.
- Ну и как вам там? - спросил он, когда они направились к
лаборатории, спереди и сзади сопровождаемые телохранителями.
- Обстановка спартанская, но в общем удобно. Судя по всему, обычно в
этих апартаментах останавливаются приезжие коммивояжеры или служащие,
которые опоздали на последний авиарейс. Один раз переночевать здесь вполне
можно, но на второй день становится немного тоскливо. Впрочем, не так уж
это отличается от самой первой армейской казармы, куда я попала. Уж
несколько дней я продержусь.
- Неужели вам не нашли места получше?
- Этим занимается жилищный отдел "Мегалоуб". Сегодня они повезут меня
смотреть квартиру тут поблизости. В три часа дня.
- Желаю успеха. Как дела у Дика Трейси?
- Возни с ним много. Когда я сочиняла эту программу, я и
представления не имела, сколько в стране баз данных. Наверное, это
компьютерный вариант закона Мэрфи: чем больше у тебя памяти, тем больше
информации, чтобы ее занять.
- Ну, у здешнего центрального процессора такая память, что занять ее
вам будет не так просто.
- Это уж точно!
Он отпер дверь лаборатории и придержал ее, пропуская Шелли вперед.
- У вас будет сегодня время немного поработать со мной? - спросил он.
- Да, примерно через час - годится? Я должна получить разрешение на
доступ к кое-каким секретным базам данных, в которые хочет заглянуть Дик
Трейси. Что, вероятно, потребует доступа к новой секретной информации.
- Хорошо.
Но не успел он сделать и нескольких шагов, как она окликнула его.
- Брайан! Идите-ка сюда, взгляните вот на это.
Она пристально вгляделась в экран, потом нажала на клавишу, и из
принтера показалась распечатка, которую она протянула Брайану.
- Дик Трейси работал всю ночь. Вот это было на дисплее, когда я
сейчас вошла.
- А что это такое?
- Стройплощадка в Гуатэе. Кто-то строит там роскошные сборные домики.
Дик обратил внимание на интересный факт: стройка находится почти в
точности под линией полета самолетов, которые заходят на посадку в
аэропорт Сан-Диего - Мирамар.
- Я, должно быть, совсем тупой, но я не вижу связи...
- Сейчас увидите. Во-первых, при таком оживленном воздушном движении
местные жители воспринимают звук летящих самолетов как постоянный шумовой
фон - наподобие шума прибоя на морском берегу, через некоторое время его
просто перестаешь слышать. Во-вторых, до этой стройплощадки довольно
трудно добираться - она очень живописна, но находится на склоне горы, и
детали домиков доставляются туда грузовым вертолетом. Огромным ТС-69. Он
поднимает до двадцати тонн.
- Или грузовик с полным грузом! Где у вас карта?
- Эта программа имеет доступ к базам данных, где хранятся полные
комплекты результатов спутниковых и наземных топосъемок. - Она повернулась
к компьютеру. - Дик Трейси, покажи мне синтезированную карту и
предполагаемый маршрут.
Цветное изображение на экране было настолько ярким, четким и
правдоподобным, что его можно было принять за кинокадр, снятый с птичьего
полета. Программа показала мультипликационное изображение грузовичка,
следующего по трассе, обозначенной пунктиром, и все данные о курсе и
высоте. Трасса пересекла экран и закончилась мерцающим крестиком на ровном
поле неподалеку от шоссе С-З.
- А что видит радар из аэропорта Боррего-Спрингс?
Еще одно великолепное изображение, похожее на фотографию, - на этот
раз с наземной точки.
- А теперь наложим на него место посадки.
Крестик появился снова - казалось, он находится глубоко в недрах
горы.
- Вот оно - предполагаемое место посадки. Все, что восточнее,
просматривается радаром из Боррего-Спрингс. А это место лежит по другую
сторону горы, в радарной тени. Теперь наложим на это предполагаемую линию
полета.
По экрану протянулась пунктирная линия.
- И вся она проходит по другую сторону гор! - торжествующе
воскликнула Шелли. - Вертолет мог вылететь со стройплощадки, долететь до
этого поля, подождать там, пока не подъедет грузовик, забрать его и
улететь с ним тем же путем.
- А как же радар здесь, в "Мегалоуб"?
На этот раз картина на дисплее выглядела немного иначе, но
предполагаемый маршрут по-прежнему пролегал вне пределов видимости.
- Теперь еще один важный вопрос - сколько времени нужно, чтобы
доехать отсюда до того места?
- Думаю, что программа сможет нам это сказать: в ее базе данных
хранятся сведения обо всех грузовых фургонах, какие есть в этом районе.
Она дотронулась пальцем до условного изображения грузовичка на
дисплее, и под ним открылось окно с текстом.
- От шестнадцати до двадцати минут езды отсюда, в зависимости от
скорости грузовика. Значит, будем считать - шестнадцать, потому что они
должны были ехать так быстро, как только могли, не привлекая внимания.
- Похоже, что это оно и есть! Я должен позвонить Беникофу.
- Уже сделано. Я велела компьютеру сообщить по сети, чтобы его
вызвали сюда немедленно. Теперь давайте выясним, далеко ли мог улететь
вертолет с грузовиком за эти решающие двадцать минут.
- Вы хотите опросить все радарные установки по ту сторону гор, в поле
зрения которых он мог попасть?
Шелли отрицательно покачала головой:
- Не нужно, Дик так и сделал. Это на краю поля зрения аэропорта
Мирамар в Сан-Диего. Конечно, возможно, что записи дальних радаров уже не
сохранились, но я же говорила про компьютерную память: пока она не
заполнена, никто не обращает на нее внимания. Сейчас программы никогда не
стирают все полностью - просто когда память или банк данных почти
заполнены, новая информация записывается поверх наименее важной. Так что
всегда есть шанс, что кое-какие старые записи сохранились.
Бен приехал сорок минут спустя. Брайан впустил его.
- Возможно, Бен, мы нашли, что искали. Как мог грузовик выбраться из
долины за этот час. Идите взгляните.
Они продемонстрировали ему схемы. Бен молча смотрел на экран, а когда
все закончилось, изо всех сил стукнул себя кулаком по ладони, вскочил и
зашагал взад и вперед по комнате.
- Ну да, конечно! Безусловно, именно так они и могли сделать.
Грузовик выехал отсюда и отправился в это место, чтобы встретить вертолет,
который, может быть, даже и не садился. К грузовику могли приделать крючья
и зацепить их тросом с вертолета. Подъехали, подцепили - и улетели. Потом
по воздуху над этими тремя перевалами - и на какую-нибудь отдаленную
посадочную площадку по ту сторону гор. Так, чтобы их не видели, но
неподалеку от какой-нибудь дороги, которая выведет их на шоссе. Значит,
вместо того чтобы ползти по дороге, грузовик летел со скоростью двести
километров в час и покинул зону поиска задолго до того, как были перекрыты
дороги. И поехал себе по шоссе среди тысяч других грузовиков. Кажется, в
этом безнадежном деле появляется кое-какая надежда.
- Что вы теперь будете делать? - спросил Брайан.
- Вряд ли здесь так много мест, где можно сесть, так что мы скорее
всего найдем то, где сели они. Мы сделаем две вещи - и обе одновременно.
Полиция прочешет всю территорию под их маршрутом и облазит все с
микроскопом, чтобы отыскать возможное место посадки. Они будут искать
следы, колеи от колес, очевидцев, которые в ту ночь могли что-нибудь
видеть или слышать, - любые доказательства того, что так на самом деле и
было. Я присмотрю за этим сам.
- Но эти мерзавцы работали осмотрительно. Наверняка они замели все
следы.
- Не думаю. Здесь у нас пустыня, а не населенная местность, у нее
очень ранимая экология. Даже царапина на земле в пустыне сохраняется
десятки лет. А в это время ФБР займется документацией строительных
компаний и фирм по прокату вертолетов. Теперь мы знаем, где искать, и,
если будем внимательны, должны найти какие-нибудь улики. Хотя бы
что-нибудь. Выпусти меня отсюда, Брайан.
- Пожалуйста. Будете держать нас в курсе?
- В тот самый момент, как мы что-то найдем, у тебя зазвонит телефон.
У вас обоих. - Он похлопал по корпусу монитора. - Ты молодец, Дик Трейси.
- Я оставлю программу работать, - сказала Шелли, когда Брайан,
заперев дверь за Беном, вернулся. - Она уже много нам дала, но очень может
быть, что больше ничего не сможет сделать без какой-нибудь новой
информации. Вы говорили, что хотели бы сегодня со мной поработать.
- Верно, говорил, только это подождет. Я все равно не смогу толком
сосредоточиться, пока не позвонит Бен. Вот что я сделаю - покажу вам в
общих чертах конструкцию, которую мы будем собирать. Почти все составные
элементы искусственного интеллекта у меня есть, но пока мозгов у них
меньше, чем у младшего лейтенанта.
- Брайан! Где это вы научились таким выражениям?
- А, должно быть, по телевизору слышал. Пошли.
Брайан быстро отвернулся, чтобы она не видела, как он покраснел.
Придется впредь быть поосторожнее с новыми солдатскими словечками, которые
он усвоил. В волнении он совсем забыл, что Шелли - офицер авиации.
Они вошли в лабораторию Брайана.
- Боже, что это? - спросила она, указывая на странное сооружение,
стоявшее на рабочем столе. - Я никогда ничего подобного не видела.
- И неудивительно. Таких существует всего с полдюжины, не больше. Это
последнее достижение микротехнологии.
- Больше похоже на дерево, которое вытащили из земли вместе с
корнями.
Сравнение было довольно точным. Верхняя часть сооружения
действительно напоминала раздвоенный ствол дерева, который заканчивался
двумя торчащими вверх многосуставчатыми металлическими сучьями сантиметров
по тридцать длиной. На конце каждого сука были укреплены металлические
шары, очень похожие на елочные украшения. Снизу у машины тоже было два
отростка, но они выглядели совсем иначе. Каждый из них раздваивался и
снова раздваивался, казалось, до бесконечности, становясь все тоньше, так
что веточки на нижних концах были не толще щетинок.
- Железная метла? - спросила Шелли.
- Да, отчасти похоже, только намного сложнее. Это тело, которое
вместит наш будущий искусственный интеллект. Впрочем, сейчас его
физическая оболочка меня не особенно волнует. В производстве роботов
широко используются модульные конструкции - почти все их можно взять
готовыми. Даже компьютеры собирают из модулей.
- Значит, вы больше занимаетесь программами.
- Вот именно. И это не столько обычное программирование, сколько
конструирование анатомии мозга: какие части коры и среднего мозга какими
нервными пучками соединить. По правде говоря, пучки будут такие же, какие
пришлось восстанавливать, когда делали операцию на моем собственном мозге.
Шелли уловила в его словах боль и быстро перевела разговор на другую
тему.
- Но я не вижу никаких проводов. Это значит, что вы передаете
информацию непосредственно в каждый сустав?
- Угу. Все модули соединены сетью беспроволочной связи. Каналов
хватает, скорость достаточная. Штука в том, что каждый сустав почти
автономен. У него свои двигатели и свои датчики. Так что к каждому из них
нужно подвести только энергопитание.
- Замечательно! Механика выглядит удивительно просто. Если
какой-нибудь сустав выйдет из строя, его просто заменяют, и больше ничего
трогать не надо. Но программы, наверно, ужасно сложные.
- И да и нет. Сам код - это что-то страшное, но почти весь его
автоматически создает система "лама". Посмотрите - немалая ее часть уже
работает.
Брайан подошел к терминалу, стоявшему на столе, запустил программу
управления и нажал несколько клавишей. Телеробот на столе встрепенулся и
зажужжал. Послышался шорох - суставы пришли в движение и распрямились. На
металлических шарах вверху раскрылись диафрагмы, и за ними стали видны
линзы объективов. Они повернулись из стороны в сторону и застыли. Шелли
подошла и стала внимательно их разглядывать.
- А не лучше будет устроить три глаза, а не два?
- Почему?
- Стереовидение двумя глазами может допускать ошибки, а третий глаз
способен их исправлять. Предметы станут лучше видны, легче будет
определять их положение и опознавать. - Она обошла вокруг робота. -
Похоже, что у него есть все, кроме мозга.
- Верно - и это то, чем я буду заниматься теперь.
- Здорово. С чего начнем?
- С самого начала. Я намерен следовать своим первоначальным
наброскам. Прежде всего мы вводим в систему огромный запас заранее
запрограммированных общеизвестных знаний. Потом добавляем все
дополнительные программы, которые понадобятся ему для выполнения любой
работы. И достаточное количество запасных, альтернативных блоков, в том
числе и координационных, чтобы система продолжала работать даже при отказе
некоторых из них. Конструирование искусственного сознания немного похоже
на эволюцию животного организма, и я хочу воспользоваться принципами
управления мозгом, которые возникли в ходе эволюции. Так в конце концов мы
получим систему, которая не будет ни слишком централизованной, ни чересчур
распределенной. В сущности, некоторые из этих идей уже использованы вот
здесь, в Робине-1.
- А почему вы его так окрестили?
- Так он назван в моих заметках - очевидно, это сокращение от
"робота, наделенного интеллектом".
- Вы сказали, что часть системы вашего сообщества координаторов уже
подключена. Вы мне не покажете немного, как она работает? Потому что у
подпрограмм в моем Дике Трейси тоже есть координаторы - но не больше
одного на каждую программу. Если бы их было больше, я не знала бы, где
искать ошибку, когда будет сбой. Разве возможно заставить такую систему
работать надежно?
- Наоборот, это даже легче, потому что каждый координатор работает в
сотрудничестве с другими, альтернативными, так что если один откажет,
другой займет его место. Вам станет понятнее, когда я приведу в порядок
вот этот разъем. Передайте мне, пожалуйста, кусачки.
Шелли отошла к рабочему столу и принесла Брайану инструмент.
- Что вы только что сделали? - спросил Брайан.
- Принесла вам кусачки. А что?
- Потому что я сейчас объясню вам, как вы это сделали.
- Что вы хотите сказать? Я просто пошла к столу и принесла кусачки.
- Просто-то просто, но как вы узнали, далеко ли до них?
- Брайан, что за странные вопросы? Я посмотрела и увидела, что они на
столе.
- Ничего странного нет, я только хочу, чтобы вы кое-что поняли.
Почему вы приняли решение пойти за ними, а не просто протянуть руку?
- Потому что не дотянулась бы, вот почему.
- А как вы это узнали?
- А этот вопрос глупый. Я видела, на каком они расстоянии. Около двух
метров. И дотянуться до них невозможно.
- Простите, я не собирался морочить вам голову. Я хотел, чтобы вы
сформулировали, как вы это сделали. Другими словами, я спрашиваю, какой
механизм в вашем мозгу вычислил расстояние от вашей руки до кусачек.
- Ну, не знаю. Это делается бессознательно. Наверное, расстояние
оценили мои глаза.
- Да, но как они это сделали?
- Стереоскопически.
- Вы уверены, что оценили расстояние именно так?
- Не совсем. А может быть, по видимым размерам. И вообще я знаю,
какое расстояние до стола.
- Вот именно. Так что на самом деле есть много способов определять
расстояние. Мозг Робина должен работать, как ваш, а координаторы и
субкоординаторы будут решать, какую систему в данном случае использовать.
- Все это было в ваших заметках?
- Да, и кое-что уже работает.
- И вы действительно добились, чтобы элементарные модули вашей
системы могли самообучаться?
- Да. Пока большинство этих элементов - просто маленькие системки,
которые руководствуются определенными правилами, - для определения
расстояния, например, это десяток-другой правил. Элементы обучаются,
добавляя к ним новые правила. А всякий раз, когда их мнения расходятся,
система пытается найти другой путь, который не вызывает такого конфликта.
Послышалось жужжание телефона. Брайан приложил трубку к уху.
- Брайан слушает.
- Это говорит Беникоф, мистер Дилени. Если вы не очень заняты, не
могли бы вы прийти к нам на совещание в административный корпус? И капитан
Кан тоже. Дело довольно важное.
Голос Бена звучал холодно и безлично. Кто-то стоял рядом с ним - и
что-то случилось.
- Сейчас будем. - Брайан положил трубку. - Это Бен, он говорит, что
там идет какое-то важное совещание. И судя по его голосу, так оно и есть.
Он приглашает нас обоих.
- Прямо сейчас?
- Прямо сейчас. Я отключаю Робина - пойдем и выясним, что там
стряслось.
Бен говорил таким тоном, что Брайан не удивился, увидев во главе
стола молчаливую фигуру генерала, а рядом с ним - двух офицеров в больших
чинах.
- Никак это сам генерал Шоркт? - произнес Брайан с сильнейшим
ирландским акцентом. - Точно, он самый. Надо же, такой большой человек - и
тратит на нас время!
Генерал прекрасно помнил их последнюю встречу в больничной палате, и
глаза его злобно сверкнули. Он обернулся к Беникофу.
- Эта комната защищена от подслушивания?
- На сто процентов. Здесь есть все нужные устройства, а кроме того,
перед самым нашим приходом ее проверяла служба безопасности.
- Тогда объясните, почему вы утаиваете от меня информацию - и почему
вы отказались объясниться в отсутствие этих людей.
- Генерал Шоркт, не стоит превращать всякий разговор в конфронтацию,
- ответил Бен, стараясь сохранять спокойствие. - Мы с вами на одной
стороне, - точнее говоря, все мы здесь на одной стороне. Я сожалею о наших
прошлых размолвках, но пусть они и остаются в прошлом. С Брайаном вы уже
знакомы. Это капитан Кан, она помогает мне в моем расследовании. Она
написала экспертную программу, благодаря которой мы и получили новую
информацию - первый важный шаг вперед, который удалось сделать в этом
деле. Капитан имеет допуск к совершенно секретным материалам, это вы
должны знать, поскольку наверняка подвергли ее проверке, как только она
была сюда прикомандирована. Она подробно доложит обо всех новостях, как
только вы сообщите нам, что вам известно о покушениях на жизнь Брайана.
- Я сообщил вам все, что вам следует знать. Докладывайте, капитан.
Шелли, сидевшая в напряженной позе, начала было говорить, но Беникоф
жестом остановил ее.
- Подождите минуту со своим докладом, капитан. Генерал, как я уже
сказал, не надо устраивать конфронтацию. Позвольте напомнить вам некоторые
факты, имеющие отношение к делу. Руководить этим расследованием мне
поручено самим президентом. Я уверен, вы не хотите, чтобы я обратился к
нему за указаниями - во второй раз?
Генерал Шоркт промолчал, но на лице его застыло выражение холодной
ненависти.
- Хорошо, я рад, что этот вопрос ясен. Если хотите, можете убедиться,
что и Брайан имеет допуск к любой информации, касающейся этого дела. И он,
и я хотели бы знать все, что вам известно о двух недавних покушениях на
его жизнь. Прошу вас.
Бен с улыбкой сел.
Генерал, человек бывалый, не мог не понять, что оказался прижатым к
стене.
- Полковник, доложите о результатах операции "Пробный камень" в той
части, которая касается данного расследования.
- Слушаюсь, генерал. - Полковник взял лежавшую перед ним на столе
пачку бумаг. - Это совместная операция, которую проводят одновременно в
нескольких странах вооруженные силы и службы по борьбе с наркотиками. Она
представляет собой решающий этап многолетней работы. Как вам, несомненно,
известно, благодаря перепланировке и реконструкции центральных районов
крупных городов на протяжении последнего десятилетия удалось существенно
потеснить, если вообще не искоренить, международную систему торговли
наркотиками на самом низшем, наиболее криминальном ее уровне. Все мелкие
наркобароны ликвидированы, осталось лишь два крупнейших международных
картеля, практически неподконтрольных правительствам своих стран. Они
попали в поле зрения расследования, и в них были внедрены наши агенты.
Сейчас мы близки к тому, чтобы раз и навсегда покончить с этими картелями.
Однако в ходе операции выяснилось одно обстоятельство, к ней не
относящееся. Мы узнали, что некая третья сторона, располагающая обширными
возможностями, обратилась к ним за помощью в том, что здесь называют, если
я не ошибаюсь, "налетом".
- Это покушение на меня в больнице? - спросил Брайан.
- Совершенно верно, сэр. Наш агент с большим риском для себя сообщил
нам об этом. Сам он не знал, кто обратился в его организацию, он знал
только, что есть договоренность о налете. С тех пор на этот счет не
появилось никакой новой информации.
- А что вы знаете о нападении на нас в Мексике? вмешался Бен.
- Мы убеждены, что единственным связующим звеном между этими двумя
нападениями является мистер Дилени. Поскольку нападающих так и не удалось
найти, это, конечно, всего лишь предположение. Кроме того, это второе
нападение мне неподведомственно...
- Его расследованием руковожу я, - сказал другой офицер, хмурый седой
полковник. - Моя фамилия Дэвис. Военная разведка. Это нас очень беспокоит,
поскольку утечка имела место, очевидно, с военной базы. С военно-морской
базы. - Его тон не оставлял сомнений в том, что он думает о военно-морском
флоте и его базах.
- И что вам удалось выяснить? - спросил Беникоф.
- Мы обнаружили несколько нитей, которые сейчас прослеживаем. Однако
мы не видим никакой связи между лицами, причастными к первому и второму
нападениям.
- Позвольте мне подвести итог, - сказал Бен. - Если прикинуть,
сколько стоили похищение в "Мегалоуб" и покушения на Брайана, получатся
миллионы. Таким образом, нам известно, что некая хорошо обеспеченная
сторона наняла наркомана, чтобы прикончить Брайана в больнице. Не
добившись успеха, та же сторона, насколько мы можем судить, предприняла
еще одну попытку в Мексике. Так, полковник?
- Это соответствует нашей оценке ситуации.
- Значит, на самом деле мы знаем, что некто с большими деньгами
дважды пытался убить Брайана и оба раза потерпел неудачу. Можем ли мы
предположить, что та же самая сторона совершила самый первый налет и
похищение?
После недолгого молчания оба полковника неохотно кивнули; генерал
по-прежнему сидел неподвижно.
- Значит, можно полагать, что нас интересуют одни и те же люди.
Поэтому впредь я буду держать вас в курсе наших успехов - и убежден, что
вы будете делать то же самое. Можно считать, что мы договорились, генерал?
- Договорились. - Это прозвучало так, словно заговорил камень. Бен
улыбнулся всем сидящим за столом.
- Я рад, что все мы на одной стороне. Капитан Кан, расскажите,
пожалуйста, о вашей экспертной программе и о результатах, полученных с ее
помощью.
Доклад Шелли был четким, ясным и кратким. Когда она умолкла, все
снова повернулись к Беникофу.
- Я проверил эту версию. Результаты пока что неплохие. Во-первых, в
это время и в этом месте действительно пролетел вертолет - его
зарегистрировал радар в Мирамаре. Следователи разыскали скотовода, над
домом которого проходил расчетный маршрут полета. Его побеспокоил низко
пролетевший вертолет - он помнит это, потому что шум помешал ему
досмотреть конец фильма, шедшего по телевизору. Мы связались с телестудией
и установили точное время.
- Вертолет нашли? - рявкнул генерал.
- После того как мы сопоставили все данные, отыскать его оказалось
легче всего. По-видимому, это был ТС-69, работавший на стройке. Любое
другое летательное средство, прибывшее в данный район извне, должно было
представить план полета, но ничего подобного зарегистрировано не было. Из
документов компании по прокату вертолетов следует, что во второй половине
того дня в вертолете были обнаружены неполадки в электропитании, и он не
был выпущен в обратный путь. Машина не вернулась на аэродром Браун, к
которому приписана, а осталась на стройплощадке в Гуатэе. На следующее
утро туда привезли механика, который легко устранил неполадку, оказавшуюся
незначительной. Настолько незначительной, добавлю я, что пилот мог бы и
сам ее исправить: плохой контакт в одном из приборов.
- Вертолет летал той ночью? - спросил генерал.
- По документам - нет, - ответил Бен. - Это очень интересно. Сведения
о полетах фиксируются на основании пилотской книжки, поскольку на
летательных аппаратах, в отличие от автомобилей, нет спидометра, который
показывал бы, сколько километров они пролетели. Но на каждом двигателе
есть счетчик, показывающий, сколько часов он проработал. И здесь мы
обнаружили расхождение. Пилот утверждал, что в ту ночь никуда не летал,
машина оставалась на земле и улетела только на следующий день. Но это не
соответствует показаниям счетчика на двигателе. А теперь мы подходим к
самому интересному. Как только я сообщил об этой версии ФБР, там занялись
этой компанией. Через два часа они уже задержали пилота - вот запись
беседы, которую я с ним имел как раз перед тем, как пришел сюда.
Наступила мертвая тишина. Бен вставил кассету в стоящий на столе
проектор. На дальней стене опустился из-под потолка экран, и свет в
комнате померк. Камера находилась сзади Бена, и на экране был виден силуэт
его головы. Яркий свет падал на лицо человека, сидевшего перед ним, и были
хорошо видны все оттенки его выражения.
- Вы Орвил Родс? - услышали они голос Бена.
- Точно. Только никто меня так не зовет. Дасти Родс, вот как меня
зовут, ясно? И вот еще что. Я вам уже все это раза два рассказывал, так
что теперь скажите-ка мне вы, какого черта я тут делаю? И вообще, кто вы
такой? Я знаю пока только одно - что меня приволокли сюда люди из ФБР, и
без всяких объяснений. У меня тоже есть права.
Пилот был молод, крепко сложен, зол - и недурен собой. Он прекрасно
знал, что девчонки по нему сохнут, - достаточно было видеть, как он
разглаживает свои пышные светлые усы или быстрым движением головы
откидывает назад волосы.
- Сейчас все объясню, Дасти. Только сначала ответь на несколько
несложных вопросов. Ты пилот-вертолетчик и работаешь в компании
"Скай-Хай"?
- Об этом вы меня тоже спрашивали.
- И в январе-феврале нынешнего года ты работал на одной стройке в
Гуатэе, штат Калифорния?
- Да, примерно в это время я там работал.
- Хорошо. Теперь расскажи мне про один определенный день - среду 8
февраля. Ты помнишь этот день?