прямо сейчас начать пытать мою подругу, но что толку? Чего вы этим добьетесь, кроме удовлетворения жажды смерти? А по моему плану вы получите то, что хотите, и даже больше! Вы вдоволь накромсаете и демонов, и гномов, и людей на всем протяжении от Северных до Южных Безвоздушных гор. Думай же, о Кильвара!
Лис сам удивлялся своей наглости. У него были подобные случаи, когда ему приходилось выпутываться из весьма щекотливых ситуаций, особенно на грани Азии, и блефовать с визирями и султанами. Восток — дело тонкое, даже здесь, где он настоящим Востоком и не был, но как-никак Лис имел дело с обычными людьми. Сейчас же перед ним был монстр, созданный одним из Творцов, и кто знает, что этому монстру придет в голову? Одна была надежда, что Терп, синтезируя этих созданий, взял за основу человеческие мозги и, таким образом, заложил в них все присущие людям качества: верить в то, во что хочется верить, внутренне благоговеть перед малопонятными явлениями, а главное — уступать откровенной и непринужденной наглости. Ведь самое лучшее вранье — это вранье, которое излагается легко, беззастенчиво, с искренней убежденностью в том, что все произносимое — правда. А Лис сейчас верил в то, что говорил. Если бы было можно, он действительно сбежал бы с Монрой в какой-нибудь «иной» мир, чтобы просто спокойно жить и любить.
—Думай, о Правительница! —повторил Лис, не меняя позы фюрера.
Кильвара неожиданно протянула руку и потрепала Лиса по щеке. Затем она отвернулась и снова несколько раз прошлась перед троном, после чего поднялась по трем ступенькам и села в кресло, расправив крылья по сторонам спинки. Правительница задумалась, подперев кулаком подбородок.
В зале наступила тишина, Лис только слышал, как царапают по полу когти стражниц, переминающихся с ноги на ногу.
Прошло несколько минут. Наконец Кильвара подняла глаза на Лиса и сказала:
— Ладно, я приняла решение.
Стало совсем тихо, даже царапанье когтей по камням прекратилось. Лис затаил дыхание, не меняя, однако, наглой позы.
— Мы сделаем так, как предлагаешь ты, — наконец про изнесла Правительница. Если ты и твоя подружка попы. таетесь обмануть нас — пеняйте на себя. Один из вас в равно умрет ужасной смертью.
Лис шумно вздохнул — про себя. Блеф удался: жалкий «стрит» вытянул против «тузового каре»!
Вдруг в пещере что-то произошло. Сначала Лис ощуп спиной волну тепла и заметил, что вокруг стало намно светлее. Потом услышал крики и визг гарпий.
Кильвара вскочила на ноги, и Лис резко обернулся.
Пещера была наполнена криками, визгом и запахам горящей плоти: в отверстие входа бил яркий свет, сжига гарпий, которые оказались на его пути. Кто-то снаруж направлял вдоль прохода несфокусированный луч большого излучателя, который даже в таком режиме наносил живым телам ожоги, существенно превышающие четвертую степень. Сделать это можно было только с зависшего на нужной высоте гравилета.
Лиса и Кильвару спасло то, что трон стоял в стороне от входа в пещеру, за выступом скалы. Тем не менее жар был настолько силен, что кожу начинало саднить
Кильвара безумными глазами уставилась на Лиса.
— Вот почему ты тянул время! — закричала Правительница. Ты ждал своих демонов!
И она прыгнула вперед, выставляя ужасные когти ног. Лис увернулся, схватил меч, оставленный Кильварой троне, и замахнулся.
Правительница отшатнулась и, сделав несколько шагов в сторону, попала в сектор поражения луча и дико завизжала, когда одно крыло и часть спины у нее вспыхнули.
Лису уже не требовалось колоть или рубить Кильвару. Энергия смертоносного луча, бьющего по проходу, попала на половину ее лица. Один глаз Софи Лорен мгновенно покраснел и закипел, кожа на щеке пошла скручиваться слоями, как тлеющая бумага, и Кильвара, завопив от болевого шока так, что должны были-полопаться голосовые связки, повалилась на пол.
Чувствуя, что его вот-вот стошнит от смрада горелого мяса, Лис бросился в проход, который вел к кладовой гарпий к к камере, где оставалась Монра.
«Как шаровики могли узнать про пещеру?» — Недоумевал Лис. Даже он сам не знал толком, где находится это место.
Меч он не бросил, и не зря. В довольно узком проходе Лис столкнулся с двумя гарпиями, спешившими на крики и пещере. На ограниченном пространстве им было неудобно воспользоваться луками, которые они держали в руках, а фактор внезапности помог Лису.
Бежавшая первой гарпия от неожиданности не успела затормозить и налетела на его меч. Пока вторая начала натягивать тетиву, Лис полоснул мечом по ее шее.
Подбежав к нишам, где он заметил доспехи и оружие, отобранное у них с Монрой, Лис схватил в охапку все, что лежало на полке, и поспешил к камере, где томилась его подруга.
Что-то звякнуло и покатилось по полу. Лис еще раз поблагодарил свою удачу: это был его браслет, про который он забыл в суматохе.
Монра припала к решетке, стараясь разглядеть, что творится в дальнем конце коридора.
— Ты?! — Глаза ее расширились от удивления и радости.
— Я, моя дорогая! — выпалил Лис, кромсая деревянную дрешетку мечом.
— Как тебе удалось?.. — начала Монра, но Лис не дал ей договорить. — Одевайся скорее!
Он швырнул на пол доспехи, а сам встал наготове с оружием в руках. Монре повторное приглашение не потребовалось. Пока она одевалась и подгоняла снаряжение, Лис караулил коридор, торопливо рассказывая Монре о происшедшем. Затем они поменялись ролями, и Лис облачился в доспехи.
В пещере продолжал периодически вспыхивать луч — Это было заметно по отблескам, проникавшим даже сюда, поэтому, когда Лис и Монра выбрались из: камеры, они двинулись в противоположную сторону.
— Что будем делать? — крикнула на бегу Монра. Лис отмахнулся:
—Думаешь, я знаю? Полная свобода творчества, импровизация! Наше счастье, если у нас есть талант.
Из-за поворота выскочили три гарпии с копьями. Лис мотнул лучеметом, срезав двоих на месте. У третьей луч перерезал только копье, и гарпия замерла, обезоруженная. Предупреждая ее желание пустить в ход когти, Лис провел лучом по полу, давая понять, что сейчас силы явно не равны.
— Ты обманул Правительницу! — завизжала женщина-птица, исступленно дергая руками, как марионетка.
— Я ее не обманывал, — быстро сказал Лис. Это демоны, о которых я говорил, они и мои враги, и ваши. Быстро показывай, где у вас тут второй выход, и я ничего тебе не сделаю!
— Ты убил Правительницу, ты убил моих сестер! — верещала гарпия, прижавшись к стене пещеры.
— Не болтай ерунды! Можешь посмотреть туда. Лис кивнул в сторону тронного зала, где продолжал посверкивать луч: шаровики, не желая рисковать, выжигали все, что только можно. Я, что ли, продолжаю жечь всех там?
Гарпия прислушалась к диким крикам, которые еще доносились с места побоища.
— Быстрее! — настаивал Лис. Мне нужно выбраться отсюда, и мы нападем на демонов с тыла! Только не говори, что другого выхода нет.
Гарпия вняла доводам разума и показала рукою в глубину прохода:
— Там налево и прямо выход на вершину горы. Он замаскирован кустами, и его не видно снаружи. Оттуда виден вход в тронный зал, а спуститься можно по тропе,
Ход сузился и пошел вверх. Наконец подъем стал настолько крут, что в полу появились вырубленные ступени. Впереди блеснул свет, и Лис с Монрой оказались у небольшого отверстия, вокруг которого росли кусты.
Лис выглянул наружу. Ход вел именно на вершину горы, в которой находилось логово монстров. Гора, возвышаясь над окружающей местностью, давала отличный обзор на большое расстояние. Лис чуть не вскрикнул от радости: прямо перед ними, километрах в шести-семи, виднелось несколько холмов, среди которых выделялся один — высокий, каменистый, лишь кое-где поросший деревьями.
— Он? — Лис отстранился, вытягивая Монру за руку из лаза.
— Похоже, да! Но как нам туда добраться?
— Доберемся, если повезет. По крайней мере уже недалеко.
Лис выбрался из кустов и осторожно, чтобы не покатились камешки, подобрался к краю скалы, лег на живот и посмотрел вниз.
Несколько левее от того места, где он лежал, располагался вход в тронный зал. Перед входом имелся широкий карниз, круто обрывавшийся вниз метров на пятьдесят. Попасть в пещеру гарпий можно было только по воздуху. Метрах в двадцати правее на карниз с вершины спускалась крутая тропинка с грубыми ступенями. Напротив входа в пещеру находилось то, что пока волновало Лиса больше всего. У кромки карниза висел большой гравилет со стационарным излучателем, который теперь был выключен. Один шаровик сидел у лучемета, а два других стояли на карнизе, всматриваясь в темноту прохода. Но еще более интересным для Лиса оказалось то, что в гравилете помимо шаровика, одетого в такие же доспехи, как у Лиса и Монры, сидели четверо гномов, двое из которых были с ручными лучеметами.
— Непонятно, — пробормотал Лис, — почему с ними гномы? Как они сумели договориться? И почему шаровиков только трое?
Один из шаровиков поднял голову, чтобы посмотреть вверх, и Лис отпрянул за край утеса. Он знаком подозвал Монру, предупредив, чтобы пока не высовывалась, и объяснил обстановку.
— Гномы с шаровиками?-удивилась Монра.
Лис обошел площадку, на которой они находились. Единственным спуском на карниз служила тропинка, о которой рассказала гарпия.
Он снова выглянул из-за края скалы. Двоих шаровиков на карнизе уже не было — очевидно, они вошли в пещеру. Третий стоял рядом с гравилетом, а четверо гномов как раз начали выбираться из машины. Они о чем-то оживленно переговаривались с шаровиком, что показалось Лису еще более странным: о чем могли так непринужденно и почти по-дружески беседовать гномы и шаровики? Однако расстояние было слишком велико, чтобы слышать разговор.
Неожиданно Лиса осенило: вот он, подходящий момент! Он подозвал Монру и попросил ее зарядить гранатомет, который она носила в своем поясе.
— Что ты задумал? Уничтожить гравилет? Но осталось только два заряда! Мы взорвем гравилет, это можно, но останемся один на один с тремя шаровиками и гномами. Я согласна, двое с луками не в счет, но у остальных тоже лучеметы!
— Да нет же, тебе надо выстрелить так, чтобы завалило вход в пещеру!
От вершины горы до карниза, на котором сейчас стояли шаровики и гномы, было метров пятнадцать. Спуск по тропинке занял бы слишком много времени, поэтому Лис решил сразу после выстрела Монры прыгать на карниз: его ботинки имели режим гашения удара при прыжке.
Монра приготовила гранатомет и стала ждать.
Из пещеры что-то крикнули, и два гнома с лучеметами вошли внутрь.
— А вот о таком везении я даже не мечтал, — сказал Лис. Сейчас — или никогда, только не промахнись! Давай, только не промахнись!
Выстрел пришелся точно в свод входа, и скалу тряхнуло так, что они чуть не свалились вниз. Шаровика и двоих гномов как ветром сдуло с карниза. Высота тут была хорошая, а почва каменистая, и Лис не сомневался, что шаровику доспехи не помогут. О гномах и говорить нечего.
Гравилет, как и ожидал Лис, висел у самого край карниза, удерживаемый силами, для которых такая взрывная волна была не страшна.
Они спрыгнули с Монрой на карниз. Несмотря на компенсацию удара, Монра перекувырнулась через голову, и Лис успел поймать ее за руку у самого края.
Вход был надежно завален обломками скалы, но Лис не сомневался, что шаровики, если их серьезно не задело взрывом, сейчас же начнут бурить камень лучеметами.
— Скорее! — Лис прыгнул в открытую кабину, засыпанную каменной крошкой, и, когда Монра оказалась рядом, бросил машину в вираж, уводя ее по направлению к холмам.
Закладывая очередной пируэт в воздухе, Лис услышал, как сзади по полу кабины что-то с шумом покатилось и кто-то застонал. Лис резко обернулся, а Монра схватилась за лучемет.
За последним рядом сидений на полу валялся связанный человек.

ГЛАВА 27

Им повезло: Терп не сменил кодов. Монра произнесла нужную комбинацию слов, и часть поверхности валуна, где располагалась точка перехода, растаяла. Открылся длинный коридор, ведущий в центр холма, перед которым они стояли. Лис, до самого последнего момента просчитывавший варианты действий в случае, если они не смогут попасть в Арсенал, испытал огромное облегчение.
Правда, у них теперь имелся гравилет, кабина которого герметично закрывалась, так что они получили возможность, преодолев Безвоздушные горы, высадиться в любом месте парка, окружавшего Дворец. Степень свободы была намного выше, чем раньше. Оставшиеся во Дворце шаровики, конечно, не могли контролировать весь периметр плато, на котором стоял парк с великолепной резиденцией Терпа. Лис даже думал, что вряд ли они имели время расставить устройства, сигнализирующие о приближении летательного аппарата. Но ему надоели импровизации. Лису хотелось основательно подготовиться к операции и свестк риск к минимуму.
Монра согласилась: им слишком часто везло за последнее время, не стоило продолжать искушать судьбу. Надо постараться ударить наверняка: ведь шаровиков во Дворцс все-таки было пятеро, а их только двое.
В длинном коридоре Арсенала горел свет. Лис помог связанному пленнику гномов, который теперь стал их пленником, вылезти из гравилета и войти в коридор.
Из гравилета Лис вынул небольшой контрольный блок, без которого никто не мог воспользоваться машиной, и забрал контейнер с зарядом от стационарного лучемета.
Когда проход за ними закрылся, Лис оглянулся и увидел гладкую белую стену, за которой остался теплый и даже немного душный солнечный день. В центре стены был нарисован красный круг. В круге стояла цифра шесть. Лис понял, что это номер входа. Рядом имелось знакомое ему устройство, которое позволяло видеть то, что происходило снаружи Арсенала, за несколькими метрами камня и броневых листов, составлявших панцирь цитадели.
Между тем пленник медленно опустился на пол — он был ранен, стоять ему было тяжело: сказывалась большая потеря крови. Монра посмотрела на шаровика без тени сочувствия.
— Тут ничего, по-твоему, не изменилось? — спросил Лис Монру, разглядывая коридор, освещенный по уже знакомой ему технологии: свет струился из потолка и верхней части стен, равномерно заливая весь объем помещения.
— Да как будто все по-прежнему, — сказала Монра. — Все коридоры у входов-выходов абсолютно идентичны, так что различать их можно только по цифрам.
— Странно, что Терп сделал их одинаковыми, — сказал Лис. Я, конечно, с ним лично не знаком, но мне кажется, он не любил однообразия. Во Дворце тысячи помещений, но трудно найти похожие друг на друга.
— Это как-никак крепость, — сказала Монра. — Но и здесь есть более комфортные помещения. Идем, тут недалеко находится лифт. Нам необходимо привести себя в порядок, отдохнуть подлатать его, — она кивнула на пленника, — после чего допросить, как следует.
— Мне трудно идти, — хрипло сказал шаровик, несмотря на слабость не отводивший взгляда от шара, который держал Лис.
Монра усмехнулась:
— Это не проблема: Терп создал здесь систему сервомеханизмов еще более изощренную, чем во Дворце. Надеюсь, что не забыла, как ею пользоваться.
Она повесила ремень лучемета на шею и трижды хлопнула в ладоши, сделав небольшую паузу после первого хлопка.
Метрах в трех от того места, где они стояли, в стене коридора у самого пола открылось отверстие метр на метр. Из него выплыло, держась невысоко над полом, устройство, напоминающее небольшой тюк хлопка. Поверхность у него была белесо-серая и какая-то клочковатая.
— Не забыла! — улыбнулась Монра. — Это серв, они трансформируются во многие необходимые устройства.
— Я знаю, — кивнул Лис, — я видел во Дворце подобные штуки и даже иногда пользовался ими. Правда, они там чуть-чуть другие.
— Здесь Терп сделал их максимально функциональными. Во Дворце ты видел больше узкоспециализированных сер-вов, эти же могут почти все. Тут они настроены исключительно на приказы Терпа. Он, правда, делал перестройки и на мои приказы, но, как я подозреваю, на достаточно ограниченное их число. Сейчас проверим.
Оказалось, что команды Монры серв был готов выполнять. Устройство вытянулось и трансформировалось в подобие носилок, висящих над полом. Лис и Монра уложили на него шаровика и двинулись туда, где, по словам Монры, был вход в лифт.
Здесь, в Арсенале, лифт представлял собой вовсе не лифт в обычном его смысле. Это была камера, работавшая как многофункциональная точка перехода, доставлявшая входящих в нее в любой участок Арсенала.
Действие лифта блокировалось с центрального пульта Управления, который располагался в самом центре холма.
Он представлял собой помещение, напоминавшее, по словам Монры, комнату во Дворце, куда Лис попал в свой первый день на планете Терпа.
По Арсеналу, разумеется, можно было перемещаться и традиционным способом — по коридорам и лестницам, но, не зная, куда конкретно идти, можно было бродить очень долго: Арсенал был огромен, хотя и не мог соперничать размерами с комплексом Дворца. В нем, как помнила Монра, имелось восемь уровней или этажей, на которых располагалось от тридцати до ста сорока помещений самой различной площади и назначения, не считая коридоров, переходов и лестничных маршей.
Для начала Лис и Монра доставили раненого шаровика в медицинский блок, где, оказав необходимую помощь, сделали укол усыпляющего и перенесли в изолированную комнату рядом. Детальный допрос шаровика решили устроить позже, когда он придет в лучшую форму. На это после оказанной медицинской помощи должны были потребоваться примерно сутки. Все это время шаровик, накачанный лечебными препаратами, должен был спать.
Потом они вымылись, сменили одежду, привели себя в порядок, поели и несколько часов поспали.
После отдыха они отправились к Центральному пульту Арсенала, где ознакомились со схемой точек перехода во Дворце и на поверхности планеты. Лис даже не подозревал о наличии очень большого числа таких точек.
Во Дворце находилось множество скрытых мониторов, с помощью которых из Арсенала можно было следить за значительной частью территории главной резиденции. Ша-ровики, захватившие Дворец, об этой системе не имели понятия, и, таким образом, Лис и Монра получили возможность знать, где в резиденции Терпа находятся их враги в данный момент и что они собираются делать.
Оказалось, что шаровиков во Дворце действительно осталось только пятеро. Они горячо обсуждали, как действовать теперь, когда они потеряли большинство товарищей. Из прослушанных разговоров стало понятно, что шаровики так и не знают точно, что же произошло с отправившимися в погоню за Лисом и Монрой. О том, что на них напали гномы, успел сообщить только один отряд из всех, оказавшихся в Проклятом лесу. Шаровики, оставшиеся во Дворце, не знают, являются ли карлики союзниками людей или действуют сами по себе.
С одной стороны, хорошо, что противник считает их более многочисленными, чем есть на самом деле. С другой стороны, при этом он может отступить. Лис считал, что, если шаровики решат сбежать, преследовать их будет трудно.
Сейчас шаровики как раз совещались о том, как им организовать поиски пропавших. У них не осталось грави-летов, а выйти через точку перехода, расположенную на краю Проклятого леса, о которой во Дворце имелась информация, они не решались, резонно опасаясь засады.
Двое шаровиков предлагали искать возможность ухода на Землю, из чего Лис заключил, что они не нашли спрятанные им полукруги и не знают, как установить точки перехода для сообщения с Землей. Трое возражали, считая, что нельзя оставлять у себя в тылу Творцов, знающих о существовании шаровиков, и предлагали построить еще один гравилет, используя мастерские Дворца, после чего отправиться на поиски пропавших в Проклятый лес.
Из всех разговоров Лиса очень удивила и насторожила фраза о том, что «Главный Помощник будет недоволен, если они не добьют всех, за кем начали охоту». Более того, шаровики не знали, как найти на Земле этого Главного Помощника, да и вообще, там ли он сейчас. Наличие некого предводителя шаровиков, причем в ранге какого-то «Помощника», сильно озадачило Лиса и Монру. Лис хотел узнать об этом больше, но шаровики к этой теме не возвращались.
Оказалось, что Лис не прав и шаровики полностью контролируют периметр дворцового плато с помощью специальных летающих зондов. Была у них установлена и сигнализация у всех известных точек перехода, ведущих на поверхность планеты. Правда, они не знали еще по меньшей мере о десяти точках перехода, ведущих из Арсенала непосредственно во Дворец. Таким образом, у Лиса и Монры была отличная возможность для внезапного нападения.
Сложность заключалась в том, что шаровики старались держаться все вместе и постоянно носили защитные доспехи. Поэтому поразить их из ручного лучемета было непросто. Стационарные же лучеметы, установленные на гравилетах, неудобно было использовать как ручное оружие.
Неплохо показал себя гранатомет Монры, но у нее оставался только один заряд к нему.
— Ничего, — сказала Монра на замечание Лиса, — мы что-нибудь найдем в оружейных кладовых Арсенала.
Пленнику оставалось спать еще несколько часов, и Лис предложил приступить к подбору оружия. Ему, признаться, не терпелось посмотреть, что же есть на складе Терпа. Монра согласилась, что сейчас как раз время это сделать, а затем они допросят пленника.
Из предварительного допроса раненого шаровика еще в гравилете люди узнали следующее. Трое шаровиков, которые вошли в пещеру гарпий, на самом деле уже не были шаровиками. Это были гномы в телах шаровиков, а точнее — в телах людей, которыми пользовались шаровики.
Гномам блестяще удалась операция по захвату отрядов, отправившихся на уничтожение Лиса и Монры, так как шаровики совершенно не ожидали нападения с их стороны. Многие из них попались, например, на тех же сонных грибах, спорами которых гарпии усыпили Лиса и Монру.
Шаровик, который лежал связанный в гравилете, не подвергся замещению гномом только потому, что был ранен. Его оставили жить — пока.
Итак, старшина гномов добился возможности начать воплощение в жизнь своего плана по переселению подземного народца в людские тела. Гномы уже располагали для этого двумя десятками шаров. При частой перезаписи из одного мозга в другой энергия источников питания шаров должна будет истощиться, но гномы этого не знали.
— Ладно, — сказала Монра, — идем в хранилище оружия, туда, за что Арсенал называется Арсеналом.
Выйдя из лифта, они оказались у длинного ряда стендов, на котором находилось самое разнообразное оружие. Лис присвистнул и медленно двинулся вдоль рядов. Монра пошла вслед за ним.
— У Терла тут своего рода музей. Посмотри, это довольно интересно: представлена история развития оружия нашей цивилизации. Кроме того, Терп собрал, как мне кажется, образцы оружия из всех известных миров. Кстати, очень много оружия он доставил с Земли. По его словам, такого разнообразия он не встречал ни в одном мире, хотя в некоторых созданных вселенных есть цивилизации более древние, чем земная.
Лис усмехнулся:
— Не знаю, как где, а у меня дома убивать всегда любили.
— У вас это, наверное, в крови, — поддела его Монра. — Вон как у тебя глаза горят!
— Ты меня обижаешь, — покачал головой Лис. У меня в данный момент интерес чисто практический, но, признаюсь, оружие меня всегда почему-то завораживало.
Монра улыбнулась и промолчала.
Они стояли в начале то ли огромной выставочной экспозиции, то ли склада. Шкафы с прозрачными стенками, передняя панель которых откидывалась вверх, содержали самое изощренное холодное оружие. Каких только видов мечей, кинжалов, шпаг и стилетов тут не было! Самые разнообразные копья, луки и арбалеты лежали в ярком свете бестеневых ламп и ждали того, кто полюбуется или воспользуется этим великолепием.
— Все это ужасно интересно, — сказал Лис, разглядывая ряды стендов, — но не за этим же ты привела меня сюда. Эти-то штучки нам вряд ли помогут. Надеюсь, мы увидим что-то посущественнее?
— Естественно! Я же говорю: музей — это пока. Тут есть склады и мастерские, где можно подобрать нужное оружие и даже починить что-нибудь при необходимости.
Лис ускорил шаг вдоль стендов. Монра двигалась рядом, рассеянно поглядывая по сторонам.
— Ты закрыла дверь? — Лис кивнул куда-то назад, подразумевая комнату в медицинском блоке, где остался шаровик.
— Конечно, — ответила Монра, — но ему еще спатьи спать.
— Да, — согласился Лис, — но мне больше всего нравится, что он прикован к кровати. Так надежнее.
Монра считала, что приковывать шаровика к кровати лишнее, поскольку открыть дверь, запертую молекулярным замком с паролем, он все равно не сможет. Шаровик мог бы выбраться из комнаты, только взорвав ее или вырезав запирающее устройство лучеметом, а у него не было ни взрывчатки, ни лучемета.
Минут десять они довольно быстро шли вдоль витрин с оружием. Лис крутил головой направо и налево, но пока не видел ничего, что могло бы, по его мнению, быть полезным. Иногда он останавливался у какого-нибудь образца.
— Ты особо не задерживайся, — сказала Монра. — Тут, как ты сам сказал, вряд ли есть что-то, нужное нам.
Коридор поворачивал — очевидно, он повторял изгиб поверхности холма, в котором располагался Арсенал. Ряды шкафов следовали один за другим.
— Терп — интересная личность, — сказал Лис, — но я все-таки не понимаю, он что, вел работу по изучению истории оружия?
— Он вообще очень скрупулезен во всем, и если уж что-то делал, то делал тщательно. Ну а это… Это увлечение, хобби. Если у тебя сотни и тысячи лет жизни впереди, то можно заниматься чем угодно. У меня тоже…— Монра запнулась и замолчала.
Лис посмотрел на нее:
— Что — у тебя?
Монра махнула рукой:
— Да ладно.
Лис хотел что-то сказать, но, заметив выражение лица Монры, промолчал. Кто его знает, какие хобби могли быть у практически бессмертных в биологическом смысле людей? Может быть, она коллекционировала засушенных любовников? Монра не хотела говорить об этом — и не надо.
Они прошли еще метров триста, и Лис вдруг остановился удивленный. Мечи и алебарды кончились, на огромном стенде начиналась коллекция огнестрельного оружия — от мушкетов времен Колумба до автоматов. Этот раздел явно принадлежал Земле.
Лис щелкнул языком и обрадовался, словно встретил старого знакомого:
— Вот это да! АКМ!
На стенде покоился такой знакомый многим поколениям советских школьников автомат Калашникова. Сколько раз Лис и сам на уроках начальной военной подготовки, а потом и на военной кафедре в институте разбирал и собирал это изумительное по простоте и надежности оружие. Даже сейчас, после стольких лет, он мог с закрытыми глазами повторить эти операции.
Лис открыл витрину и взял автомат в руки:
— Воспоминания детства…
Монра усмехнулась:
— Это у тебя детство было такое?
Лис объяснил, в чем дело. Он осмотрел автомат — оружие было в идеальном состоянии. Отсоединив магазин, Лис увидел, что там даже есть патроны. Правда, он не мог сказать, сколько их. На стенде лежал еще один магазин, который оказался пуст.
— Это нам тоже вряд ли потребуется, — сказала Монра, приглашая Лиса следовать дальше. Это же игрушка против лучеметов.
Лис сказал:
— Да, но мне просто приятно подержать его. Он еще раз взвесил автомат в руках, прицелился из него вдоль коридора и осторожно, как бы раздумывая, положил на полку в углубление, отделанное ярко-желтым бархатистым пластиком.
— А ты слышала, как стреляет такое оружие? — спросил он Монру, задумчиво глядя на нее. Монра удивилась:
— А что такое, в каком смысле? Я в общих чертах представляю этот процесс. Все на чистой химии самого примитивного уровня: сгорает специальная смесь, газы выталкивают снаряд из ствола…
— Я не это имел в виду. Я хотел сказать, что в отличие от лучемета такое оружие при выстреле создает очень громкий звук. Если шаровики никогда такого не видели и не слышали, то оглушительная стрельба может явиться деморализующим фактором при внезапном нападении.
— Боже, как ты любишь фантазировать! Психологический фактор был бы хорош, если бы это твое оружие еще и пробивало защитные костюмы.
— Согласен, — кивнул Лис, — но для этого мы поищем что-нибудь вроде твоего гранатомета. А возможно, у Терпа найдется и что-то помощнее. Кстати, вон штучки…-Лис показал на стенд, где лежали гранатометы. Знакомы ему, правда, были только широкоизвестный РПГ-7 и подствольник ГП-25, навешивающийся на обожаемый «Калашников». — Если пальнуть из этого большого, то даже в двадцати метрах от точки выстрела у тебя заложит уши.
Они двинулись дальше и в конце концов пришли к разделу, который интересовал их больше всего. Тут было собрано разнообразное оружие Творцов. Современным его можно было назвать весьма условно, поскольку самой последней разработке было не менее нескольких тысяч лет, но до сих пор в мире не было более совершенного оружия. Мельком осматривая стенд Творцов, Лис обратил внимание, что образцы огнестрельного оружия были представлены только в экспозиции Земли и здесь.
— Это так, — кивнула Монра.-Такое оружие кроме нашей цивилизации появилось еще только на Земле.
— Странно, не находишь?
Монра пожала плечами:
— Пожалуй, но ты же заметил, что в искусственных мирах прогресс идет медленнее. Может быть, тут играет роль и отношение Творцов, хозяев своих миров. Я, например, не допустила бы у себя в мире появления чего-то более серьезного, чем лук или арбалет.
Осмотрев стенд, Лис хотел сразу отобрать наиболее подходящие с его-точки зрения модели, но Монра его остановила:
— Это же музей. Надо записать коды, и мы закажем все необходимое с центрального пульта Арсенала. Если такие позиции есть на складе, система доставки выдаст их нам. Если тебе, конечно, нужен какой-то антикварный образец вроде твоего земного оружия, которое напоминает твое детство, — Монра хихикнула, — то ты можешь его взять и со стенда. На складе наверняка нет дубликата. Лис пристально посмотрел на нее:
— Иронизируешь… А вот мне кажется, что шумом мы могли бы их немного попугать.
—Не смеши! —махнула рукой Монра.-Ты что, действительно рассчитываешь испугать шаровиков громким звуком? Что за ребячество!
Лис почесал затылок:
— Кто знает? Может, тебе и смешно, но фактор неожиданности и испуг противника — хорошее подспорье при атаке. Почему не попробовать, хуже не будет.
— Пока ты будешь пробовать, тебя сожгут из лучемета. Лучше пошли к центральному пульту.
Она провела Лиса в помещение, располагавшееся метрах в сорока от коридора-музея, но не имевшее прямой физической связи с ним, то есть попасть туда можно было только через точку перехода. Предварительно, чтобы не задерживаться лишний раз, Монра сняла все пароли на перемещение внутри Арсенала.
Они хотели проверить коды образцов оружия по каталогу, но в часах Лиса неожиданно запищало сигнальное устройство, которое он установил на время пробуждения шаровика.
— Давай-ка побеседуем с нашим подопечным, — сказал Лис.
Шаровик проснулся, видимо, даже чуть раньше, чем планировали люди. Когда Лис и Монра вошли в комнату, он лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок. Будучи прикованным к кровати, он не имел возможности сменить позу.
Двери открывались бесшумно, но пленник услышал шаги и скосил глаза на вошедшего первым Лиса.
— Как самочувствие? — осведомился Лис. Вопрос был чисто риторическим, так как Лис знал, что проведенный комплекс Лечебных мероприятий гарантировал полное выздоровление шаровика (точнее —его тела) от полученных повреждений.
Шаровик не ответил на вопрос и, глядя в глаза Лису, сказал:
— Отдайте мне шар.
Лис переглянулся с Монрой, державшей лучемет, и улыбнулся, скользнув взглядом по оружию: Монра опасалась даже связанного шаровика.
— Без шара он нервничает, — сказала Монра. Лис снова снисходительно улыбнулся, поскольку Монра, находясь рядом с шаровиком, тоже нервничала.
— Значит, так, — сказал Лис. Мы вернем тебе шар после того, как ты нам все расскажешь.
— Что — все? — устало спросил шаровик, как будто этот вопрос ему задавали уже не первый раз.
— Это значит, что ответишь на все вопросы, которые мы тебе будем задавать. Сейчас приду.
Лис сделал знак Монре оставаться на месте, а сам сбегал за шаром, который они оставили в соседнем помещении, процедурном кабинете, начиненном разнообразной аппаратурой и емкостями с препаратами.
При виде шара, который Лис держал в руке, шаровик напрягся в своих путах, как будто мог надеяться, что они спадут от его усилий.
Лис взвесил шар на ладони:
— Вот он, твой шар. Мы отдадим его тебе, но только после того, как ты поведаешь нам все, что нас интересует.
— Я не вполне понимаю, что вы хотите знать.
— Задавай ему конкретные вопросы, — сказала Монра. Лис кивнул и, положив шар на пол, присел на стоявший рядом с кроватью блок аппаратуры.
— Будем спрашивать конкретно, — сказал он, пристально глядя на шаровика. — Почему вы преследовали именно меня? Как вы узнали, что я — это я? Что я что-то знаю?
Шаровик хмыкнул. «Совсем как человек»,-подумал Лис.
— Твое изображение было в Компьютере Дворца, — неторопливо, как бы обдумывая слова, сказал шаровик. — Мы собирались уничтожить всех Творцов, и в первую очередь в мирах, непосредственно связанных с Землей. Кто ты конкретно, мы не знали. — Шаровик помедлил и бросил быстрый взгляд на Лиса. Как видишь, я откровенен.
—Ценю откровенность,-ухмыльнулся Лис,-но об этом я и сам догадался. Ладно, какова же ваша главная цель, что вам вообще нужно?
Шаровик немного подумал, глядя куда-то в потолок, а потом вдруг, как будто решившись сказать что-то, в упор взглянул на Лиса:
— Мне кажется, ты не так глуп для человека. Ты же должен понимать, что сосуществовать вместе мы не можем.
Лис снова посмотрел на Монру. Та молча поигрывала лучеметом. Лис криво улыбнулся:
— А все-таки почему?
— Потому, что мы слишком разные.
— И разные сосуществовать не могут? — подытожил Лис. Монра шумно вздохнула, предваряя возможный ответ шаровика:
— Я же тебе говорила — с ними ужиться невозможно.
— Тем более, — сказал шаровик, — ты уже все знаешь. Сам посуди, как мы можем сосуществовать? Вы же не будете добровольно поставлять нам свои тела. Поэтому нам остается только брать их силой.
— И ты так вот мне прямо это говоришь?! — спросил Лис.
— А почему бы и нет? Мне терять уже нечего.
— Переговоров быть не может? Я имею в виду переговоры между вами и нами с твоей, разумеется, помощью. Вдруг мы могли бы найти какой-то компромисс?
Монра снова демонстративно испустила шумный вздох, давая понять Лису, что допрос в такой форме ей уже надоел.
Шаровик покачал головой:
— Исключено!
— Но пойми, — сказал Лис, — если ты не согласен помочь в переговорах, ты умрешь. Я буду вынужден так поступить. А если никто из ваших не согласится на переговоры, то погибнете вы все!
Шаровик прикрыл глаза:
— Я-то, конечно, умру, ну а вот остальные… Кто знает? Ты так уверен, что сможешь перебить всех? Кто умрет раньше, а кто позже, известно только Великому Ничто, из которого все происходит и куда уходит все сущее.
Слова «Великое Ничто» шаровик произнес явно с большой буквы. Лис удивленно вскинул брови:
— Это что — ваша религия?
— Это не религия, это истинное знание. Религию придумывают люди, стараясь найти объяснение тому, чего они не могут осознавать своим ограниченным биологическим мышлением.
— Я же говорила, — вставила Монра. Лис сделал протестующий жест рукой:
— Погоди, ради бога! Я просто пытаюсь понять мотивы их действий.
— Ты их не поймешь!
Шаровик кивнул:
— В этом женщина права: мы все равно не поймем друг друга. Ваша человеческая натура чрезвычайно ограниченна.
— Это я уже слышал! — Лис с иронией посмотрел на щаровика. — Но если, по-вашему, люди такие ограниченные, то почему же вы так рветесь в человеческие тела?
— Вы сопоставляете совершенно разные вещи, — сказал шаровик. — Вы не можете понять, что сознание вашего вида — отработанный этап эволюции Великого Ничто. Оно создало ваши тела и затем нашу сущность, которая должна воспользоваться вашей биологией для продолжения эволюции…
— Чьей эволюции? — пожал плечами Лис.
— Эволюции самого Великого Ничто, вакуума. Вся природа — это эволюция вакуума, его развитие. Из него является все и в него все уходит.
— Но вас же создали люди! Шаровик покачал головой:
— Мы были созданы человеческими руками, но все это — просто продолжение развития Великого Ничто, только довольно специфичная его фаза. Я уверен, что, поняв это, биологические существа поймут бессмысленность сопротивления неизбежному и будут служить нам.
— И ты еще говоришь, что это не религия! Твои рассуждения ничем не отличаются от десятков, если не сотен, не менее бредовых религиозных течений, которые всегда существовали и существуют во всех мирах! Их, как правило, выдумывали те, кто хотел оправдать свое мнимое превосходство над другими. Я мог бы сейчас же придумать тебе несколько вариантов, объясняющих превосходство людей над шаровиками. Но нам не до этого — мы не будем заниматься бреднями.
— Это не бредни, — устало и уверенно сказал шаровик. — Свидетельство тому — человек, вызволивший нас. Он осознал неизбежность и стал нашим Главным Помощником.
Лис и Монра переглянулись: эти слова они уже слышали, но так и не поняли.
— И кто же этот человек? Творец? — в спокойно заданном вопросе Монры звучала скрытая ярость; Лис понял это, увидев прищуренные глаза подруги.
— Вы отдадите шар? — вопросом на вопрос ответил шаровик.
— Будем пытать? — поинтересовался Лис, демонстративно вытаскивая из-за пояса нож. Не люблю, но если придется… Биологический носитель чувствует боль, так что даже его душонке будет больно, и язычок развяжется.
— Подожди. Монра уже овладела собой. Есть методы лучше, проще, чище. Основа у него действительно биологическая, так что должно подействовать. Выйдем.
— Подождите! — крикнул шаровик, когда они направились к дверям. Если вы мне не вернете шар, я вообще отказываюсь говорить с вами. Пытками вы ничего не добьетесь.
Монра бросила короткий взгляд через плечо.
— Мы увидим, сможешь ли ты молчать, — пообещала она.
Выйдя из комнаты, она объяснила, что имеются очень эффективные препараты, введение которых не то чтобы подавляет волю человека, но просто не позволяет ему не дать ответ на конкретно поставленный вопрос.
— Надо же, я этого не знал, — удивился Лис.
— Тебе еще учиться и учиться, — улыбнулась Монра и потрепала его по волосам. Как раз у Терпа, и именно здесь, насколько я помню, такие препараты были. Скоро мы все узнаем.
Они сходили туда, где у Терпа хранились наборы соответствующих веществ и устройств для их введения в организм, и вновь вернулись к шаровику. Теперь Лис держал лучемет, а Монра несла заправленный инъектор. Шаровик, увидев их, снова заворочался на кровати, но деться ему было некуда, и Монра вкатила нужную дозу «наркотика правды».
— Действует уже секунд через двадцать — тридцати-сказала она.
Шаровик тяжело вздохнул и вытянулся на кровати, покоряясь своей участи.
Монра шепнула:
— Еще раз имей в виду, что препарат позволяет только получать ответы.
— То есть?..
— То есть, если ты его о чем-то не спросишь, он сам и не расскажет. Препарат не заставляет выбалтывать все, что знаешь, а только не позволяет лживо отвечать на конкретно поставленные вопросы.
Лис потер подбородок:
— Значит, надо задать максимум возможных вопросов.
После завершения допроса «с пристрастием», как назвал его Лис, люди узнали следующее. Шаровики, вторгшиеся в мир Терпа, действительно пришли не с Земли. Не одну тысячу лет шары, хранившие их личности, были спрятаны в одном из заброшенных миров, пока в один прекрасный день не появился человек, освободивший их. Освобождение заключалось в переписывании сознания шаровиков в подготовленные тела людей.
Вообще их пленный, которого звали Тагирс, знал на удивление немного. Он не знал имени освободителя шаровиков, он даже не мог точно сказать, был ли это Творец или просто какой-то человек. Впрочем, последнее представлялось Монре маловероятным, и она считала, что это, безусловно, был Творец, потому что Обычный не мог бы осуществить столь сложное дело.
— Что за выродок! — возмущалась Монра. — Никогда не могла бы вообразить такое!
Неизвестный, представившийся Главным Помощником Великого Ничто, объявил шаровикам, что это самое Ничто снизошло на него в «откровении таинства мира». (При этих словах Лис усмехнулся: кто бы мог подумать, что искусственный интеллект можно дурачить также, как каких-нибудь аборигенов с острова Ямайка лет четыреста назад!) Надо заметить, что у шаровиков, как оказалось, уже имелось понятие о Великом Ничто, возникшее еще во время Большой войны с Творцами, так что Главный Помощник, видимо, сыграл на этом. Сей факт лишний раз подтверждал, что это был кто-то из Творцов, поскольку только Творец, да и то не каждый, мог знать такие нюансы истории. Этот выродок, как его назвала Монра, с чем не мог не согласиться Лис, объявил шаровикам, что он послан руководить окон чательным уничтожением Творцов, вставших на пути эволюции Великого Ничто.
Лиса и Монру очень удивило, что Тагирс не знает, сколько всего было освобождено его собратьев в заброшенном мире. Он мог только сказать, что отряд, в который входил он сам, сначала насчитывал шестьдесят шаровиков.
Задача, поставленная якобы Великим Ничто через Главного Помощника, состояла в уничтожении Творцов поодиночке в их собственных мирах. Похоже, не во все миры Главный Помощник мог открыть им вход, но в некоторые смог. Переходя из мира в мир, они сумели уничтожить одиннадцать ничего не подозревавших Творцов. Когда начинали работать индикаторы, вживленные за ухом, было уже поздно. Тем не менее некоторые Творцы сумели оказать сопротивление и уничтожить семь шаров, то есть отряд потерял семь своих членов.
Первым Творцом, которому удалось сбежать и поднять тревогу, был Васак. Шаровики, преследуя беглеца, прошли через миры Нимрата и Эльота, который имел контакт с миром Монры. Из мира Монры, по понятным причинам, имелся переход в мир Терпа, связанный с Землей. Об этой связи Главный Помощник информировал шаровиков. Почему-то он особенно подчеркивал, что ни в коем случае нельзя позволить Творцам попасть на Землю.
Отряд Тагирса уже считал наказ Главного Помощника невыполненным, когда вдруг шаровики обнаружили, что беглецы бежали не на Землю, а скрылись на гранях планеты-цилиндра. Монра объяснила Лису, что конкретных стационарных точек перехода из Дворца на Землю она не знала, а времени разбираться с установками, формирующими такие точки, просто не было. На вершине пирамиды Дворца знакомых ей полукругов не было. Лис виновато кивнул — он сам эти полукруги и спрятал, невольно сыграв на руку шаровикам.
Во Дворце шаровики узнали про Лиса и, приняв его за хозяина этого мира, решили уничтожить вместе с остальными Творцами, тем более что все они оказались в одном месте на одной грани.
Лиса чрезвычайно заинтересовал один момент. После завершения поставленной задачи шаровики должны были попасть на Землю, но самое главное — как! Таинственный Главный Помощник не объяснил шаровикам, как исполь-. зовать специальную аппаратуру во Дворце Терпа, а просто приказал ждать там его появления. Он должен был прийти за ними с остальными братьями, что говорило о том, что оставалось еще какое-то количество шаровиков. По некоторым косвенным данным можно было предполагать, что их в распоряжении Творца-предателя еще не менее двадцати.
Как говорил Главный Помощник, его цель состояла в овладении Землей с ее неисчислимыми человеческими ресурсами. Но делать это нужно было тайно. На Земле пока нельзя было выступать открыто, поскольку при всем относительном техническом превосходстве Творца-ренегата у землян было неимоверное численное превосходство в бойцах, вооруженных все-таки не луками и копьями. Лучеметы, конечно, эффективное оружие, но при прямом вторжении сотня их все равно не справится с тысячами «фантомов», «мигов» и «миражей», десятками тысяч танков и артиллерийских стволов. Современные армии — это не войска английской королевы с пулеметами «максим», описанные Уэллсом в «Войне миров».
Лис подумал, что действительно нет худа без добра. Ведь если бы такое вторжение было организовано, как знать, не послужило бы оно объединению раздробленного по идеологическим, расовым и религиозным предрассудкам человечества перед лицом нечеловеческой агрессии? Возможно, именно тогда земляне — белые, желтые и черные, христиане и мусульмане, коммунисты и антикоммунисты — бились бы плечом к плечу, сохраняя то, что позволяет им всем' вне зависимости от цвета кожи, идеологии и вероисповедания называться просто людьми, живущими на одной планете, которую у них пытаются отнять те, кто людьми называться не может?
Нет, увы, утопия, сказал сам себе Лис, все равно бы нашлись сволочи, которые так же, как этот Главный Помощник, встали бы на службу к нелюдям. Но большая часть людей все же дралась бы и взрывалась в танках и штурмовиках, но смела бы сотню-другую уродов.
Однако совершенно ясно, что «конспиративный» подход к овладению Землей вполне оправдан: пока о шаровиках не знает никто, то и противостоять им практически некому. Они могут делать свои дела на Земле совершенно свободно. Вообразить, что существует такая подпольная организация, не сможет никто, поэтому даже не сразу и поверят, что шаровики вообще существуют, даже если об этом начать говорить во всеуслышание.
Лис поделился своими соображениями с Монрой.
— Я тоже понимаю их логику, — сказала она. Я была в мире Земли достаточно давно, но по вашим темпам развития могу предположить, что техника продвинулась далеко и там уже многое изменилось. Кроме того, трудно вообразить более безалаберный мир. У вас практически все дозволено — во всяком случае, мне так кажется, а я, естественно, сужу с позиций Творца, — вставила она, заметив ироничную улыбку на лице Лиса. Ну так вот, — продолжала Монра, — шаровикам на Земле при соблюдении тайны будет привольно. Уже тогда, лет восемьдесят — девяносто назад, техника была вполне развита хотя бы для того, чтобы подзаряжать шары, а сейчас, полагаю, тем более.
— Понятно, — сказал Лис. Но, знаешь ли, если иметь в виду их возможности развернуться на Земле, мне кажется, что есть места, где шаровикам будет непросто: так называемые тоталитарные государства.
Монра удивилась: будучи на Земле в самом начале XX века, она не слышала ни о чем подобном. Лис пояснил, что труднее всего, по его мнению, шаровикам было бы действовать в его родной стране СССР и, например, в Китайской Народной Республике.
Монра, естественно, не знала, что такое СССР, и Лис сказал, что это бывшая Российская империя, о которой Монра слышала.
— Сейчас на Земле существует еще несколько государств такого типа,-сказал Лис,-но СССР и КНР —самые крупные как по территории, так и по населению, особенно — КНР: уже миллиард человек!
Монра, округлив глаза при слове «миллиард», поинтересовалась, в чем сущность такого типа государств, и Лис объяснил, как мог. Он вдруг почувствовал, что грамотно и толково ему объяснить это очень непросто: на занятиях по политэкономии, историческому материализму и научному коммунизму таких знаний не давали, а отрывочные передачи радиостанций «Голос Америки» и «Свободная Европа», которые он иногда слушал сквозь треск «глушилок», тоже не позволили сформировать достаточно четкие определения. Тем не менее он постарался объяснить.
Монра внимательно выслушала разъяснения и сказала:
— Если я правильно тебя поняла, то, возможно, именно в такого рода государствах им будет как раз очень удобно действовать.
Наступила очередь Лиса вскинуть брови. Монра продолжила:
— Да-да, но при одном условии: шаровики должны быть у власти.
Лис не поверил своим ушам:
— Ты хочешь сказать…
— Я ничего не могу сказать, я очень мало знала о том, что происходило на Земле, когда сама там была, и вообще не знаю, что там творится сейчас. Ты, кстати, тоже довольно давно не был на Земле, а, учитывая совершенно ненормальные темпы развития вашей цивилизации, там многое без тебя могло измениться. Ты подумай: если в стране царит система правления, признающая только одно мнение — мнение группировки, стоящей у власти, если эта группировка может заставить людей выполнять любые приказы, — то я сразу же вижу, как это удобно шаровикам. Это же ясно: надо только, чтобы они всем заправляли.
Лис задумался. Слова Монры вызвали у него в душе какие-то смутные чувства и подозрения. Ему пока было трудно сформулировать это даже для самого себя, но что-то весьма туманно как бы начало проступать сквозь хаос учений, которыми их потчевали в школе и институте.
Итак, главное состояло в том, чтобы определить, как на Земле можно было бы выявить и желательно разоблачить шаровиков и их Главного Помощника.
Например, если бы Лис сам сейчас появился на Земле и попытался заявить о том, что там присутствует некая тайная (а возможно, и достаточно явная) организация «нелюдей», то ясно, что так называемые широкие народные массы ему не поверят. В лучшем случае он попадет в психушку, а если рядом окажутся эти самые шаровики, то заявителя просто уничтожат. Но если даже не принимать такую возможность во внимание, то какие доказательства
Лис мог бы представить?
Действительно, шаровики — это не пресловутые марсиане Герберта Уэллса, не принимающие облик людей существа-шарики, описанные Клиффордом Саймаком (там, например, инопланетяне сходили с ума от определенных запахов, и именно этим воспользовался главный герой, чтобы раскрыть их присутствие людям). У шаровиков нет никакого грима или маски, которую можно сорвать. Шаровики используют тела людей, фактически — они люди, люди с чуждой человеку психикой, хотя, как уже видел Лис, отличить их по поведению от обыкновенных представителей рода homo sapiens практически невозможно.
Существовал, правда, совершенно радикальный вариант во всеуслышание объявить о существовании искусственных вселенных и технических достижениях Творцов с предъявлением, так сказать, конкретных доказательств. Если это сделать, то шаровикам оставалось бы не так много шансов учитывая их ограниченное число.
Однако Лис понимал, что при всей своей любви к человечеству он вряд ли сделает это, опять же, из чувства самосохранения. Ведь пока он сможет получить возможность сообщить обо всем через средства массовой информации, ему придется предъявлять доказательства некоторым «компетентным органам». Нет никакого сомнения, что на важно, где это делать — в СССР или на свободном Западе но как только эти органы (даже если в них не окажете шаровиков) сообразят, о чем в действительности идет речь они сразу же постараются использовать открытие в интересах своих режимов. Свидетель, то есть Лис, проживет недолго, что в планы Лиса никоим образом не укладывалось.
Лис не собирался разглашать тайну существования вселенных Творцов. Ему вовсе не хотелось, чтобы, например, в мир Терпа хлынули толпы землян, многократно превышающие по численности население всех граней, вместе взятых. Последствия такой колонизации были бы незавидны.
Одним словом, в сложившейся ситуации Лис видел единственный выход — самим действовать тайно. Если Монра захочет ему помочь — он будет очень рад, хотя она, конечно, подвергнет свою жизнь огромному риску. Если же она предпочтет остаться в своем мире или где-то еще, то Лис пойдет один, однако он полагал, что Монра вряд ли простит Творца-предателя. Еще не задав ей вопроса, он чувствовал, что она согласится, что необходимо выяснить, сколько на Земле шаровиков и, самое главное, кто такой этот Главный Помощник, после чего оторвать ему яйца, а шаровикам — их шары.
«Стоп! — сказал себе Лис. Загадывать не будем, а то я уподобляюсь Шотшеку: хотел меня кастрировать, а из самого яичницу приготовили».
Лис попытался оглянуться назад, на прожитые годы. Уже давно его жизнь была насыщена всевозможными приключениями, но сейчас ему показалось, что проходила она как-то слишком вальяжно: хотел — рисковал, не хотел — не рисковал. Когда-то главным вопросом для него был вопрос: кто же такие Творцы? Теперь он это узнал, но вопросов осталось не меньше. Сейчас он должен выяснить; кто начал новую войну против Творцов, да и, похоже, против всех людей вообще.
Задача сложнейшая, но решение предстоит начинать искать не с голыми руками, так как к его услугам весь Арсенал Терпа, а рядом —любимая женщина. Вместе с такой женщиной рисковать не так страшно и просто невозможно не победить. Или хотя бы умереть некрасиво. Впрочем, это деяние он хотел бы отложить на как можно более долгий срок.
Итак, план конкретных действий на Земле можно будет продумать позже, а пока перед ним стояла программа-минимум: пробраться во Дворец и уничтожить шаровиков, находящихся там.
Он вспомнил себя в двадцать четыре года, как впервые попал в мир Терпа, как искал выход с островов в торцевом океане, как пробирался по граням к немногим запомнившимся точкам перехода, чтобы вернуться во Дворец. Тогда, пятнадцать лет назад, опасности казались ему неимоверными и много раз он думал, что уже не выкарабкается. Но тогда ему противостояла простая стихия, иногда страшные, но лишенные разума чудовища, потом люди, но не знающие ничего опаснее отравленной стрелы. Сейчас он вдруг, несмотря на нелепость сравнения, почувствовал себя студентом, все приключения свои своеобразным учебным семестром перед сложнейшим экзаменом, где комиссию возглавляет таинственный Главный Помощник, который «завалит» его на первом же неправильном ответе, так как цена ответа — жизнь.
Пока, правда, впереди только зачет — Дворец за горами. Лис чувствовал, что учился не зря и, несмотря ни на что, готов постараться этот экзамен сдать.

ГЛАВА 28

— Ладно! — Лис хлопнул в ладоши и встал. Подробности, как говорится, узнаем по ходу дела. Надо действовать.
—Хорошо, ну а с ним-то что? —Монра кивнула на шаровика.
— Вы обещали мне вернуть шар! — снова заладил шаровик.
— Да замолчи ты! — махнула рукой Монра. — На кой черт тебе шар?
— Вы же меня все равно убьете, — сказал шаровик. — У меня это последняя просьба: я хочу уйти в шар. Его вы тоже, безусловно, разрушите, но если уж сливаться с Великим Ничто, то я хочу слиться с Ним из шара. Я вас прошу!
Монра посмотрела на Лиса. Тот согласился:
— Пойдем принесем.
Когда они вышли из медицинского блока, Монра сказала:
— Я бы ликвидировала его — и все, а так — слишком много чести. Уверена, что они бы с нами не церемонились. Ты столько внимания ему уделяешь!
Лис хмыкнул:
— Я не то что уделяю ему много внимания, я просто стараюсь понять мотивы их поведения. Не сомневаюсь, это будет нам полезно: чтобы победить врага, надо его знать — есть такая старая мудрость. Ну и вообще: я-не хладнокровный убийца. Хотя я и бывал в разных переделках, но взять и замочить связанного человека мне претит.
— Ну конечно, — резко ответила Монра, — ты его развяжи, дай ему лучемет и вступи в честную схватку, чтобы не убивать безоружного. Ты же такой благородный! Только хочу тебе напомнить, если ты уже забыл: это вовсе не человек, и я не сомневаюсь, что он не дал бы тебе ни малейшего шанса в подобной ситуации.
— Да я не собираюсь давать ему шанс, о котором ты говоришь, — улыбнулся Лис. Пусть он уйдет в свой шар, а потом мы уничтожим его.
— Очень хорошо, ну а что ты планируешь сделать с телом?
— С телом? — Лис сначала не понял. Монра вздохнула:
— Чего тут непонятного! Тело же останется после того, как сознание шаровика перейдет в шар!
— М-да, действительно я не подумал, — Лис озадаченно посмотрел на Монру.
— Ты сможешь оставить его одного, самого по себе? Он же будет беспомощнее ребенка. Согласно твоей философии у тебя будет еще меньше причин убивать его в таком состоянии, чем пока в этом теле был разум шаровика. Но тогда тебе придется с ним нянчиться, верно? — Монра засмеялась.
Лис почувствовал себя в западне — он совершенно не думал о таком подходе к проблеме. Действительно, как же поступать с телом, лишенным разума шаровика и вообще какого бы то ни было разума?
— Ну, это мы сможем решить позже. Полагаю, что существует много вариантов: мы, например, можем усыпить тело, погрузить его в анабиоз или что-то еще. Ведь можем?
Монра снова засмеялась:
— Хитрый Лис! Я старалась поймать тебя на слове, но ты выкрутился. Однако ты все же слишком много внимания уделяешь этическим проблемам. Что тебе это тело, тем более уже без шаровика? Умертвить его — и бросить в утилизатор. Честное слово, удивляюсь, как ты с таким подходом и сентиментальностью выжил в совершенно дикой жизни столько лет?
— Я далеко не всегда сентиментальный, — сказал Лис, — ты могла это заметить. Я отнесу ему шар, а ты проверь еще раз по мониторам, что делают шаровики во Дворце: нам нужно постоянно их контролировать, перед тем как атаковать Дворец. Я же схожу к шаровику, а потом подберу кое-какое оружие и вызову тебя, чтобы мы обсудили экипировку. Ты, возможно, что-нибудь добавишь к моей «коллекции».
— Хорошо, — согласилась Монра, — но ты уж не проливай слишком много слез над беспомощным шаровиком и не расслабляйся.
— Да ну тебя!
Лис забрал шар и вернулся в комнату, где лежал пленник.
— Вот твой шар, — сказал он, положив устройство на пол рядом с кроватью.
— Разве ты меня не освободишь? — удивился шаровик. — Лежа прикованным на кровати, я не могу воспользоваться шаром.
Лис почесал затылок:
— Ладно, руки я тебе освобожу — и не более того. Лис вытащил из кобуры лучемет и, не спуская глаз с шаровика, специальным устройством дезактивировал молекулярные зажимы. Не имея такого устройства, шаровик все равно не сможет освободить ноги и слезть с кровати. Затем Лис положил шар на кровать так, чтобы шаровик мог до него дотянуться. Тагирс сразу же схватил шар и прижал его к груди.
— Ну, оставляю тебя, — сказал Лис. Жаль, что не хочешь выступить посредником в переговорах с остальными шаровиками. Я надеялся, что мы смогли бы договориться. Поверь, худой мир действительно лучше всякой доброй ссоры.
Шаровик молчал. Он прижался к шару, как к старому доброму другу, с которым давно расстался, и даже не взглянул на человека.
Лис хмыкнул:
— Что ж, уходи в свой шар. Имей в виду: у тебя есть полчаса, не более. Я приду, и если ты будешь не в шаре — уж извини!
Отойдя немного от медицинского блока, Лис остановился и включил один из мониторов, расположенных в коридоре. Шаровик по-прежнему лежал, обнимая шар. Лис покачал головой и направился в лифт-переход, доставивший его на склад оружия.
Он выбрал несколько лучеметов и гранатометов, аналогичных тому, что был у Монры, взял гравитационные гранаты, капсулы с усыпляющим газом и вдруг вспомнил об автомате Калашникова, который остался в музее.
Принеся автомат вместе с имевшимися двумя магазинами и полным цинком патронов, который все-таки нашелся на одной из полок, Лис включил дубликате? — устройство, способное воспроизводить различные предметы или их части, если только их конструктивная сложность не превосходила определенных пределов. Получив еще два новых магазина, он набил их патронами и скрепил попарно липкой лентой, как делают обычно бойцы подразделений спецназа. Он решил, что четырех магазинов вполне хватит для психологической атаки на шаровиков во Дворце: несколько длинных очередей могут оказать деморализующее воздействие на противника в начале атаки, а потом АКМ уже вряд ли понадобится.
Связавшись с Монрой, Лис узнал, что шаровики готовятся к высадке на грань и строят гравилет с полностью бронированным корпусом. Другие лица во Дворце не появлялись.
— Это хорошо, — сказал Лис. Значит, все они в одном месте?
Монра рассказала, что постройкой заняты только двое, а остальные патрулируют территорию Дворца на случай проникновения врагов. Увидев на столе, за которым сидел Лис, автомат и патроны, Монра неодобрительно сморщилась:
— Ты все-таки притащил эту игрушку? Зря, он такой тяжелый…
— Я же говорю — я хочу использовать любую возможность. Может быть, автомат хоть немного поможет нам.
— Чем? Я считаю, что нам, наоборот, нужно действовать тихо. Прокрасться, перебить шаровиков по отдельности, захватив врасплох. Сначала снять двоих в мастерских, а — потом и тех, кто патрулирует парк. Зачем нам хлопушка, предупреждающая врагов заранее?
— Кто знает, какая может быть ситуация. Вдруг как-то получится…
— Но ты все равно не сможешь запастись всем на все случаи жизни! — Монра начала злиться. Тогда уж тащи большой дезинтегратор — штука надежная, дальше некуда. Всех сожжет, и Дворец разворотит.
Лис упрямо повторил:
— Ты в принципе права, но я не собираюсь тащить «все», как ты говоришь. Только небольшой автоматик.
Он понимал, что в душе ему просто очень приятно держать в руках знакомое еще со школы оружие. Конечно, тащить с собой лишние пять-шесть килограммов груза только ради шумового эффекта, наверное, нерационально — Монра, видимо, права.
«А почему я зациклился на АКМ? — подумал Лис. Можно ведь взять какой-нибудь пистолет — в музее выбор большой. Размеры меньше, а стреляет тоже громко».
— Ты уже уничтожил шар с душой этого ублюдка? —прервала раздумья Лиса Монра.
— Пока нет. Я просто оставил шар…
— Ты что — освободил его?!
—Нет, зачем, только руки. Чуть позже я приду и сделаю все, что надо.
— Только не тяни: чем скорее его не станет, тем лучше. А я пока продолжу наблюдать за теми, кто во Дворце.
Лис собрался было отнести АКМ назад и подобрать для себя и для Монры какой-нибудь пистолет, но ему вдруг захотелось вспомнить молодость. Когда-то, еще на уроках начальной военной подготовки в школе, они разбирали и собирали автомат Калашникова на время. Лис решил попробовать сделать это сейчас.
Он положил автомат перед собой, поднял руки и засек время по часам на стене. И даже сам удивился, что практически не забыл всей последовательности так называемой неполной разборки автомата. Но в норматив на «отлично» — девять секунд, как он помнил, — Лис не уложился. Он закончил за двенадцать.
Лис вздохнул и собрал автомат, снова засекая время. Сборка, естественно, тоже не вышла с отличным результатом, Усмехнувшись, Лис примкнул к автомату магазин и резко передернул затвор. С сухим металлическим щелчком патрон вошел в патронник.
— Ладно,-сказал Лис сам себе вслух,-хватит играть.
Надо взглянуть, как там этот пленник.
Лис достал миниатюрный пульт управления мониторами, который у него был с собой, и уже хотел вызвать изображение медицинского отсека, когда вспомнил, что передернуть-то затвор он передернул, а вот оружие на предохранитель не поставил.
— М-да, уважаемый, — снова сказал он вслух, — а еще мните себя подготовленным воином. Майор Теплов вам бы уже только за это поставил двойку.
Майор Теплов вел занятия по стрелковому оружию на военной кафедре в институте, где учился Лис, тогда еще Богдан Домрачев, и был весьма популярной личностью среди студентов. Соленые шуточки и анекдоты сыпались из майора, как зерно из дырявого мешка,
Лис протянул вперед руку. Его пальцы уже легли на приклад автомата рядом с рукояткой, как вдруг распахнулась дверь. Лис поднял глаза, думая, что это входит Монра, и остолбенел — в дверном проеме стоял шаровик.
Торец ствола лучемета смотрел прямо в голову Лису. Шаровик был одет в защитные доспехи и победно ухмылялся.
— Не шевелись! — приказал он Лису. Ты мне пока еще нужен живым, чтобы пригласить сюда твою подружку. Я не намерен гоняться за ней по этому огромному зданию. Сейчас ты вызовешь ее и попросишь прийти сюда.
Лис замер, опираясь левой рукой на край стола. Его правая рука лежала на автомате, прямо на ручке со спусковым крючком. Но даже если он и успеет вскинуть автомат, что смогут пули против брони, выдерживающей энергетический луч в течение нескольких секунд?
Лис скользнул краем глаза по кобуре, висевшей на боку. Шансов выхватить лучемет у него, естественно, не было никаких. Самое обидное, что он снял защитные доспехи. У шаровика было преимущество в тысячу процентов.
Лис выругался и покачал головой.
— Как ты сумел выбраться? — спросил он, по обычной своей методике отыгрывая каждую драгоценную секунду. Шаровик усмехнулся:
— С помощью шара, идиот. Я вскрыл его и извлек источник питания. Им я выжег колодки на кровати и замок. У вас хватило глупости оставить оружие и доспехи в комнате рядом!
Лис заскрипел зубами — так опростоволоситься! Даже если он откажется вызывать Монру, шаровик прикончит его и разделается с Монрой один на один, поскольку она ни о чем не догадывается.
— Монра может увидеть все по мониторам, — сказал он. Она узнает, что происходит, и тебе будет непросто справиться с ней. Здесь ей хорошо знакомы все ходы и выходы.
Шаровик снова засмеялся:
— Ты по-прежнему продолжаешь считать меня недоумком. Неужели ты надеешься, что я не отключил систему связи?
«По отсутствию связи Монра может догадаться, что прей исходит нечто непредвиденное, но все равно у шаровикй преимущество — фактор внезапности», — подумал Лис.
Он облизал губы и посмотрел шаровику прямо в глаза:
— Давай договоримся, давай вступим в переговоры с твоими друзьями. Я ведь говорил тебе, что убивать вас не хочу и…
— Хватит болтать! — оборвал Лиса шаровик. — Никаких переговоров не будет! Вызывай женщину: скажешь, что не можешь понять, почему прерывается связь.
— Ты прекрасно понимаешь, что я этого не сделаю, — медленно сказал Лис.
— Ну что ж, ты только немного усложнишь мою задачу, — ответил шаровик.
Он отошел от дверного проема так, чтобы стол не прикрывал Лиса, и поднял лучемет. Казалось, он прикидывает, в какую часть тела человека выстрелить. Шаровик победно улыбался.
Сдвинувшись от двери, он встал так, что оказался как раз напротив среза ствола лежавшего на столе автомата. «Я не поставил его на предохранитель!» — молнией пронеслась мысль в голове Лиса.
Лис скорее почувствовал, чем осознал, что это был единственный шанс. Конечно, пули вряд ли причинят вред шаровику, одетому в доспехи, вряд ли они попадут в незащищенное место, например, в область шеи. Но была вероятность, что грохот очереди напугает противника, а если пули ударят в него, то он может быть отброшен в сторону кинетическим ударом и у Лиса появится возможность успеть выхватить свой лучемет. Конечно, шансов против шаровика в защитном костюме у него все равно почти не будет, но тем не менее…
Шаровик чуть передвинул руки, беря оружие поудобнее, и палец его лег на кнопку лучемета. Ни секунды не раздумывая, Лис надавил спусковой крючок, одновременно напрягая руку, чтобы отдача не отклонила ствол автомата от стоявшего напротив шаровика.
В довольно ограниченном пространстве комнаты грохот выстрелов показался Лису оглушающим. Очередь ударила шаровику в район пояса и отшвырнула к стене. Лучемет вылетел из его рук и заскользил по полу. Лис кинул автомат и бросился к упавшему шаровику, выхватывая на бегу свое оружие. Он должен успеть выстрелить в голову в упор!
Расстояние было слишком мало, чтобы Лис на бегу сообразил, что произошло. Он навалился на упавшего шаровика, сдирая с его головы шлем, и только тут понял, что щаровик мертв. На полу под телом расплывалась лужа крови, лившейся из нескольких отверстий, пробитых пулями в доспехах.
Лис, не выпуская лучемет, ошарашенно таращился на неподвижно лежащее тело. Наконец он медленно сел, посмотрел на вымазанные в крови руки, и вдруг на него напал нервный смех.
Отсмеявшись, Лис встал и, стараясь не вымазаться в крови еще сильнее, отправился в медицинский блок, где располагалась ближайшая умывальная кабина.
Сначала он смыл с себя кровь и только потом подошел к панели связи, которые имелись практически во всех помещениях Арсенала. Почти сейчас же на возникшем экране появилось встревоженное лицо Монры.
— Что случилось, почему не было связи? Центральный компьютер ответил, что связь с этим уровнем отключена… Я ничего не понимаю!
Лис успокаивающе поднял руку:
— Не волнуйся, уже все в порядке. Приходи сюда — увидишь, что случилось.
— Ты ликвидировал шаровика? — Монра слегка успокоилась, но в ее голосе по-прежнему звучала тревога.
— М-да, — сказал он, — я его ликвидировал… Можно сказать, в равном поединке.
По его тону Монра поняла, что случилось нечто необычное, и менее чем через минуту она стояла рядом с Лисом.
Лис провел Монру в помещение, где он возился с автоматом. Увидев убитого шаровика, Монра остолбенела.
—Как он?.. — начала она.
Лис рассказал, что тут произошло. Монра покачала головой.
— Ты знаешь, — сказала она, — нам опять повезло, и слава богу. Но я бы никогда не поверила, если бы кто-то сказал мне, что шаровик способен на такое: вывести из строя свой шар. Они с шарами никогда не расстаются.
— Но он же вынул только источник питания, как я понял, — пожал плечами Лис.
— Да, но на то время, что шар остался без питания, шаровик лишался возможности уйти в него, если бы это потребовалось. Я вынуждена признать, что фактически он совершил подвиг.
Лис кивнул:
— Нам попался смелый шаровик, но мы выяснили интересную особенность этой брони и теперь имеем хорошее средство. Он почти нежно погладил АКМ, лежавший на столе. Кто бы мог подумать, что древнее по вашим меркам оружие окажется эффективным там, где не помог бы лучемет. Хотя ты же использовала гранатомет там, в лесу.
— В принципе, огнестрельное оружие забыто у нас много тысяч лет тому назад, вот никто и не думал о нем. Просто не было необходимости. А в гранатомете, как ты его называешь, используется несколько другой принцип: его заряд пробивает доспехи мощным гравитационным импульсом или прожигает их, в зависимости от типа гранаты. В прожигающей гранате применяется, можно сказать, одноразовый лучемет, мгновенно выбрасывающий колоссальную мощность. Но вообще можно было догадаться…
Лис махнул рукой:
— Ладно, это уже не так важно. Самое главное, что теперь мы можем попытаться взять Дворец штурмом, так сказать, в лоб. Шаровики не ожидают, что у нас есть настолько эффективное оружие. Вот если бы у нас было еще хотя бы несколько человек…
Монра посмотрела на Лиса:
— А может быть?..
— Ты имеешь в виду?.. Я тоже сразу об этом подумал — привлечь гномов. У нас, конечно, будет чем их заинтересовать. Но мне не хотелось бы отдавать в их руки Дворец со всей техникой. Ты представляешь, что они натворят в этом мире, да и в других мирах, куда они смогут проникнуть через точки перехода?
— А мы не отдадим им Дворец.
— Но мы вынуждены будем дать им оружие, а нас с тобой только двое! После уничтожения шаровиков гномы из союзников превратятся во врагов. Они увидят Дворец, и не думаю, что захотят расставаться со всеми его богатствами — вспомни об идеях, что уже бродят в их головенках. Монра упрямо смотрела на Лиса:
— Тебя что, зря прозвали Лисом? Мы должны придумать, как обмануть их. Мы действительно не можем дать дикарям в руки нашу технику.
—Да это, похоже, как раз тот случай, когда обман во благо,-засмеялся Лис.-Нам, в общем-то, не много и надо — десяток-полтора гномов хватит. Но все равно нужно их остерегаться.
— Я и не собираюсь поворачиваться к ним спиной, — согласилась Монра. — Давай подготовим снаряжение и боеприпасы и параллельно продумаем тактику поведения с гномами.
— Может, мне лучше взять несколько ребят из греков? Уверен, что Диаскен согласится помочь. Монра возразила:
— Ты уверен, что с ними не могут возникнуть такие же проблемы, как с гномами? Если они помогут