видимо, замысел Творца: он решил таким образом даровать нам людские тела. Поэтому воля Творца должна быть исполнена — бесполезно противиться ей.
— Ваш старшина становится очень набожным, когда нужно оправдать свои интересы, я это уже заметил, — хмыкнул Лис.-Но в чем Замысел Творца,-он покосился на Монру и подмигнул ей, — или Творцов, еще неизвестно. А вот то, что я сожгу тебя, если не получу ответов на нужные вопросы, это как пить дать, можешь не сомневаться: гарантирую. Так что давай выкладывай. Или тебя нужно слегка поджаривать для убедительности?
Оказалось, что не нужно. Гном, которого звали Миркс (Лис не удержался и хмыкнул: «Ты смотри, почти Маркс!», но ни Монра, ни гном, естественно, не поняли его), рассказал, что вагонетка приводится в движение рычагом, который находится внутри корпуса. На самом деле это была не вагонетка, а механическая дрезина. Доехать на ней можно было в разные места, нужно было только знать, где и как дергать за протянутую по ходу дрезины веревку и переводить стрелки в тоннелях.
— Прекрасно!
Лис поднял с каменного пола пещеры сумку со снаряжением и взял в другую руку лучемет. Он, как и Монра, тоже постоянно поглядывал по сторонам, всматриваясь в полумрак, и прислушивался.
Годы жизни в разных местах на разных гранях, в разных человеческих сообществах и просто в глухих лесах приучили его всегда быть настороже. Как правило, он постоянно был готов к любым неожиданностям. Расслабляться он позволял себе очень редко, что, вероятно, и сохранило ему жизнь до настоящего времени. Он прекрасно понимал, что все, абсолютно все на этом свете имеет конец, так же как имеет и начало. Даже Вселенная — он теперь это хорошо знал — имеет начало и конец. Поэтому что уж говорить о простом человеке?
Как во многих опасных ситуациях и до этого, Лису было не столько страшно погибнуть, сколько интересно: а получится ли у него на этот раз? Поскольку конец все равно неизбежен, то не так уж важно, когда он наступит. Судьба все равно поставит точку даже, казалось бы, в бесконечной жизни. Но еще разок вырваться из лап обстоятельств и переправить точку судьбы на запятую, а может быть, и на многоточие было так соблазнительно и, главное, увлекательно!
— Прекрасно! — повторил Лис. Ты, дружочек, поедешь с нами!
— Куда это? — Мирке приподнялся на локте.
— Туда же, куда и мы! Будешь показывать, как переводить стрелки, за какие веревки дергать, чтобы мы добрались как можно ближе к центру леса.
— Ну, до центра леса дорога не доходит. Там останется…— Мирке немного подумал, — километров тридцать.
— Это уже неплохо, я же говорю: как можно ближе.
— С чего ты взял, что я буду вам помогать? На вас будет охота, и я могу погибнуть вместе с вами. А этого мне совсем не хочется.
— Ну да, конечно! Ты уже примеряешь на себя человеческое тело, не так ли? Только знай, дорогой, твоя душа покинет нынешнее тело и никуда не вселится, если ты откажешься быть нам проводником. Мне ведь балласт не нужен, а оставлять тебя, чтобы ты пояснял, куда и зачем мы направляемся, я тоже не собираюсь. Ну как, соображаешь, что к чему? Если ты откажешься, здесь найдут твое поджаренное тельце — и все!
Карлик посмотрел на Лиса исподлобья:
— Но вы же меня все равно убьете в конце концов.
— Нет, не убьем, хочешь — верь, хочешь — нет. А выбора у тебя все равно нет: откажешься — убьем прямо сейчас, согласишься — будешь пока жить, а потом видно будет. Но если бы ты знал мое прозвище там, на равнинах прерий у индейцев, то понял бы, что я никогда не убиваю зря. Когда мы доберемся до конца этой вашей подземной дороги, ты мне будешь не нужен, но что мне толку в твоей смерти? Я без особой нужды не убиваю, только не создавай мне эту нужду. Ну? — Лис строго посмотрел на гнома.
Мирке молчал, насупившись.
— Я полагаю, он все понял правильно, — сказала Монра. — Едем?

ГЛАВА 24

Лодка-дрезина катилась весьма быстро — Лис даже не ожидал, что на ней можно развивать такую скорость. Рычаг, который они с Монрой качали, как коромысло ручной помпы, передавал движение на колеса через редуктор, имевший, судя по всему, довольно совершенное устройство. В любой иной момент Лис не преминул бы осмотреть механизм, но сейчас на это не было времени.
— Просто невероятно, как они сумели так быстро научиться создавать технические устройства? — сказал он Монре.
— Терп наверняка что-то сделал с их разумом, — предположила Монра. — Возможно, он заложил какие-то знания на уровне подкорки, и теперь эта информация постепенно проявляется.
— Зачем ему это потребовалось?
— Терп — великий экспериментатор, наука для него — самое важное в жизни. Поэтому с ним было очень трудно: он все время что-то искал, ему не сиделось на месте. Этр часто надоедало…
— Тебя раздражает научный поиск? — удивился Лис. Тебя, происходящую из цивилизации, создавшей искусственные вселенные? У вас что, все так думают?
— Все не все, но из тех, что остались, — подавляющее большинство. Видишь ли, ясно, что наша цивилизация перестала существовать, на эту тему, как ты уже заметил, очень любил рассуждать Эльот, мир его праху! Мы, или то, что от нас осталось, — народ индивидуалистов: мы не живем совместно, у каждого свой мир или миры, и большинство за то, чтобы поддерживать этот статус-кво. — Не переставая нажимать на рычаг, Монра продолжала: — Как ты уже слышал от Эльота, у нас были стычки за право владения тем или иным миром, но потом они прекратились. До меня доходили слухи, что некоторые вынашивают планы захвата миров и сейчас, но никто не решается начать войну. Большинство предпочитает наслаждаться жизнью в тех мирах, которые им достались. Но я также слышала, что кое-кто из наших болтается неизвестно где, даже рискует проникать на Землю. Например, туда уже давно наведывается Терп. Возможно, кто-то из таких путешественников и посетил тебя, пытаясь завладеть полукругом.
— Подожди, — удивился Лис, — как я помню, Эльот говорил, что есть много вообще не занятых вселенных. Почему те, кто, как ты говоришь, вынашивает планы захвата, н заберут такие миры себе?
Монра засмеялась:
— Натура! У соседа все всегда лучше, это во-первых А во-вторых, большинство из незанятых миров —это та» называемые экспериментальные, или «недоделанные» миры. Ну, что-то вроде заброшенных полигонов для испытаний и тому подобное. Они считаются не очень приспособленными для жизни, их еще надо благоустраивать «под себя», а для этого нужна соответствующая аппаратура и машины, которые есть не везде и не у всех. Куда проще заполучить нечто готовое. Поэтому все в своих мирах имеют системы защиты от непрошеных гостей. Тебе сильно повезло, что Терп где-то задержался, судя по всему, а системы слежения в его Дворце были отключены или настроены на конкретных потенциальных врагов.
— Это до меня давно дошло, — пробормотал Лис. Вот что я не понимаю, так это то, как ваши, так сказать, соотечественники путешествуют между мирами. Для это надо иметь технические средства или знать, где расположен точки перехода.
— Я тоже до конца не знаю, — сказала Монра. — Может быть, у кого-то есть Ключи, хотя их, как ты уже слышал, единицы. Я, например, видела Ключ только один раз. Кто-то, наверное, знает о точках перехода, никому более не известных. Кстати, наличие секретных или почти всеми забытых точек перехода и мобильных кругов — ты с ними хорошо знаком — как раз дает возможность путешествовать так, что о тебе мало кто может узнать.
— Но как это остается незамеченным в течение тысяч лет?!
— Так ведь путешествует не огромная масса людей, а некое очень малое количество: ты же слышал, что попасть, например, на Землю мало желающих. А во-вторых, какие-то сведения, наверное, все равно становятся известны, но повторяю: это же не массовые миграции. Ты что, считаешь, что те немногие из Творцов, которые рискуют выбираться на Землю, снуют у всех на виду туда-сюда? Нет конечно! Вот мы с Терпом лет сто назад, когда уже не жили вместе, выбирались на Землю. Он тогда связался со мной и пригласил. Может быть, хотел восстановить наши отношения, не знаю. Сказал, что мне полезно бывать иногда на Земле. Тогда, кстати, с нами отправился и Эльот. Так вот, Терп заверил нас, что у него отработана безопасная схема. И действительно, все прошло спокойно или почти спокойно, а мы были там несколько лет. Правда, конечно, инкогнито, под видом обычных землян. Но Терп и тогда умудрился почти ничего нам не рассказать и не открыть никаких кодов.
— Понимаю, — кивнул Лис, — но что мешает найти эти точки перехода в течение стольких лет тем же шаровикам, и тоже случайно? Или завладеть Ключом, если, как вы считаете, они сидят на Земле уже не одну тысячу лет? Времени у них было достаточно.
— Хм, найти заброшенные точки перехода непросто, если, конечно, нет соответствующей аппаратуры. Наткнуться можно только случайно — как, скажем, наткнулся ты. Да у тебя случай вообще уникальный! А тот, кто знает, не станет рассказывать кому-то просто так, все будет хранить в тайне. Это ведь своего рода наслаждение — знать такое, что никто, кроме тебя, не знает, и иногда щекотать нервы, пользуясь этим.
— Тогда, в подвале у Тарлана, вы сказали, что Земля — Запретный мир. Я не понял, у вас что, каралось посещение Земли? Тогда почему туда рискуют соваться?
— Ты не понял, — улыбнулась Монра. — Ну подумай, кто у нас сейчас может кого-то карать? У нас нет судов или чего-то в этом роде. С момента, когда наше общество распалось на индивидуумов, владеющих собственными мирами, у нас исчезли все общественные институты, способные влиять на независимую личность. Определенный страх перед миром Земли остался скорее как традиция, которую большинство просто чтит, так сказать.
— Мне, наверное, это трудно понять и представить — я слишком долго прожил на Земле совсем в других условиях, да и тут, в мире Терпа, в этом вопросе многое сходно с Землей: существует человеческое сообщество с тесными, устоявшимися связями. Если бы я вдруг остался на Земле, мне было бы интересно даже написать что-то вроде трактата о возможности существования общества, подобного вашему, — общества, состоящего из отдельных личностей, никак между собой не связанных. Но сейчас не об этом. Скажи-ка мне, почему ты считаешь, что шаровикам за столько лет не мог представиться случай завладеть Ключом?
— Если кто-то и имел Ключ, он берег его как зеницу ока. Терп, например, свой только раз показывал мне: у нас все друг другу до конца не доверяют. Ключом каждый хотел бы завладеть, ведь ты понимаешь, что эта штука дает возможность открывать переходы между фазовыми пространствами, то есть нашими вселенными, во многих местах без дополнительных специальных устройств…
— Я, кстати, не понял, каков принцип действия Ключа, — перебил Лис, — хотя перекопал почти все в огромной библиотеке Терпа и в его Компьютере.
Монра снова рассмеялась:
— Если бы кто-то мог это понять! Ключ — загадка для любого из нас. После Большой войны с шаровиками Ключей осталось очень мало, а сколько было до нее — неизвестно. Устройство это, как я понимаю, генерирует некие резонансные частоты «поля пространства», позволяя открывать проходы в фазовых плоскостях, разделяющих наши искусственные миры.
— Ты все время говоришь об искусственных мирах. Получается, что естественных, так сказать, параллельных миров нет? Или они есть? Но тогда на что же настроен Ключ? Он работает на все миры или только на искусственные, созданные вами?
— Ты разве забыл, что рассказывал Эльот? У нас считали ваш мир именно таким естественным миром. Хотя, конечно, кто знает? Все известные параллельные вселенные были созданы искусственно, но есть и такие, которые, как я слышала, не создавались никем из наших. Хотя это тоже, возможно, просто забытые вселенные. Не встречала никого, кто бывал в такой вселенной. Единственное исключение — мир Земли.
— Таким образом, — подытожил Лис, — можно говорить о том, что существуют искусственные вселенные, то есть созданные кем-то из Творцов, и вселенные естественные, которые никто из вас не создавал, но которые никто и не видел?
— Я, во всяком случае, не видела Творца, который бы говорил мне, что посетил хоть одну такую вселенную, кроме вселенной Земли, — подтвердила Монра.
— Любопытная картина получается, — задумчиво сказал Лис, энергично двигая рычагом привода вверх-вниз. — Честно говоря, для меня она пока не совсем понятная.
— Она, признаюсь, и для меня не совсем понятная, — усмехнулась Монра. — Так вот и живем…
— Но вы по-прежнему можете создавать свои собственные миры?
— Ну просто кое-где кое у кого остались средства для этого. Не обязательно понимать, как работает устройство, чтобы пользоваться им. Разве ты знаешь, как работает лу-чемет? Нет, но ты же пользуешься им. А что касается наличия искусственных и естественных вселенных, то есть предположения, что, в принципе, есть и такие и такие, хотя бы вот вселенная Земли, — ну а почему бы и не быть? Например, в скалах могут быть пещеры, возникшие естественным путем, например, в результате вымывания породы водой, но и человек может создать пещеру — искусственную. Так и вселенные: наши предки просто научились создавать их сами, как, например, вырубать пещеру в скале.
— А у вас есть какая-нибудь общая теория строения мира? Что такое это «нечто», в котором вы, как ты выражаешься, вырубаете искусственные вселенные? И, может быть, «скала», в которой вы «вырубаете» пещеры-миры, тоже создана кем-то?
— Не зна-ю! — сказала Монра, произнося слова по слогам. Кое-какие теоретические сведения можно найти в сохранившихся архивах, но даже у Терпа, как я помню, полных данных не было. И кого ты спрашиваешь? Я ведь не теоретик пространств!
— Ну ладно, — согласился Лис. Но что касается Ключей — это все-таки конкретное устройство. Если у вас есть некоторое количество этих Ключей, то что мешает вновь воспроизвести данную технологию? Ведь в конце концов эти устройства были созданы на базе ваших технологий!
Монра пожала плечами, не переставая нажимать на рычаг привода дрезины, и покачала головой:
—Я иногда сомневаюсь в этом. У Терпа, кстати, были такие же мысли.
— Но тогда кто же?
— Не зна-ю! И никто не знает или уже не знает.
— М-да…— протянул Лис, в такт нажимая на рычаг. Еще одна загадка… Но все-таки по простой теории вероятностей за столько лет шаровики уже могли бы найти что-то на Земле и начать свободно перемещаться по всем вашим вселенным. Может быть, шаровики, которые преследуют нас, как раз с Земли, а не из заброшенных вселенных?
— Нет, вот эти появились не с Земли, это точно. Но я вполне допускаю, что как раз на Земле Ключей нет и, значит, шаровики их не могут там найти. Что касается мобильных и стационарных точек перехода, то и их обнаружить непросто, могло и тысяч лет не хватить. Конечно, может быть, ты и прав — и шаровиков на Земле нет вообще. Только почему эти так стремятся попасть туда?
— А с чего ты взяла, что они стремятся попасть именно туда?
— Хм…— Монра на секунду задумалась. Подожди, ведь то, что они хотели уничтожить нас, Творцов, понятно, но они же охотятся и за тобой, ты разве это забыл?
— Ну и что? Они попали во Дворец Терпа и нашли данные обо мне. Они не могут знать, кто я — Творец или нет. Если они хотят создать нечто вроде империи шаровиков, то понятно, что Творцы им помеха. Вот они и уничтожают всех Творцов подряд, мир за миром. Обычные люди из ваших миров им не страшны, они все равно ничего не понимают. Кроме того, как я уже понял, они даже нужны шаровикам как материал. Лучше всего для них, наверное, Земля: масса населения, неразбериха, можно и производство шаров организовать. Вот тебе и возможное объяснение, только я все равно не уверен, что дела обстоят именно так. Пока слишком мало информации, чтобы сделать точный вывод.
—В принципе возможно, что твое предположение не так далеко от истины. Оно очень хорошо объясняет, кто щог уничтожать Творцов на Земле — шаровики.
— При условии, что они там есть.
— Конечно, — кивнула Монра. Лис прищурил глаза:
—А если их там нет? Может быть такое, что Творцов на Земле уничтожали не шаровики?
Монра посмотрела на Лиса с иронией:
— Но кто же еще? Я никогда не думала об этом, но… Теоретически можно допускать и придумывать все, что угодно, но почему ты так сказал? У тебя есть какие-то мысли по этому поводу?
— Нет, просто гипотеза. И я хорошо помню, как Эльот говорил, что шаровики бежали на Землю, не имея достаточных технических средств. Как же они могли начать в свое время уничтожать Творцов, да еще настолько эффективно, что большинство у вас начали называть Землю Запретным миром? Я бы допустил такую возможность, если все началось, скажем, на современной Земле: сейчас там есть много очень эффективных средств разрушения и орудий убийства. Но Эльот говорил, что по вашей версии шаровики якобы еще несколько тысяч лет тому назад уничтожили базу, которую Творцы строили на Земле. Как шаровики смогли это сделать тогда?
Монра вздохнула:
— Если бы у меня были ответы хотя бы на часть вопросов, которые ты сейчас задал, то я, наверное, не сидела бы здесь. А предположения мы можем строить до бесконечности. — Согласен, — кивнул Лис. Значит, нам остается только добраться до Арсенала, перебить шаровиков тут, а потом там…— Он вдруг осекся и посмотрел на забившегося в угол гнома: — Слушай! Мне в голову пришла идея! Вот о нам нужно: нам нужно взять «языка»! Нам нужно не просто перебить шаровиков, а взять хотя бы одного живьем —тогда мы, возможно, получим кое-какие ответы. Монра усмехнулась:
— Ты мне нравишься: ты хочешь взять «языка» у шаровиков, хотя мы сами выступаем пока только в роли дичи и не только для них, а еще и для твоих бывших друзей.
— Ладно тебе про моих бывших друзей, — махнул рукой Лис. Если мы выберемся благополучно на поверхность у нас появится еще много друзей в кавычках.
— То есть? — не поняла Монра.
— То есть те неприятности в Проклятом лесу, о которых я говорил. Там есть драконы и прочая живность, например хищные лианы. Но это просто тупое зверье, а кроме них есть еще гарпии — эти хуже гномов. Хотя они и не могут подкрасться настолько бесшумно, как эти коротышки, но они страшны и отвратительны уже свои внешним видом: это какой-то гротеск на человека и птицу, они подавляют своей уродливостью. Если гномы на поверхности опасны только ночью, то гарпии шастают как ночью, так и днем. Ночью, правда, слава богу, реже — в основном спят.
— А если точнее, что они из себя представляют? — спросила Монра.
— Ты же говорила, что видела их в лаборатории Терпа?
— Только в состоянии эмбрионов. Единственное, что я поняла, что это гибрид птицы и женщины.
— До меня все-таки не доходит — это просто какое-то извращение. Я понимаю и ценю вкус Терпа в расселении народов на гранях этой планеты. Даже то, что он воспроизвел на одной грани мир Динозавров, очень интересно. Но зачем он синтезировал этих уродов и поселил их тут?
— Может быть, для того, чтобы люди не совались к Арсеналу? — сказала Монра.
— Ну если только это… А что касается гарпий, так они похожи вот на что: представь себе тощую, горбатую женщин с отвислыми грудями, больше напоминающими сосиски чем груди, да еще и расположенными в два ряда по два. Лица, правда, бывают даже симпатичными, но со всем остальным это дает поразительный контраст. Кроме того, всех какой-то безумный взгляд. Тело, как я уже сказал, просто безобразное. Ноги жилистые и очень сильные, на пальцах ног — огромные когти вроде когтей хищных птиц. Довольно слабые на фоне ног руки и — крылья, растущие из горба мускулов на спине.
— Они хорошо летают? — спросила Монра.
— Еще как! Крыльями хлопают, визжат и, кстати, гадят сверху вполне обычным человеческим дерьмом. И при этом они в общем-то женщины, представляешь?! Не знаю, кого как, а меня такая фантазия твоего друга просто шокирует!
Монра хмыкнула:
— У него, наверное, было плохое настроение, когда он их разрабатывал. Кстати, как они размножаются, эти гарпии?
Лис пожал плечами:
—Я этого никогда не видел, но гномы говорят, что иногда гарпии похищают мужчин-гномов, только мужчин, гномов-женщин они убивают на месте. Похищенных гномов никто никогда больше не видел. И, кстати, никто никогда не видел гарпий-мужчин.
Глаза Монры расширились.
— Слушай, я, кажется, понимаю: это народы-симбионты!
— Что?
— Терп, похоже, создал их так, что для продолжения рода гарпиям нужно оплодотворение от мужских особей гномов.
— М-да, пожалуй, это укладывается в общую картину. Но эти народы все время воюют друг с другом, они самые что ни на есть заклятые враги. Но если твое предположение верно, то получается, что гарпии без гномов не выживут. Выходит, Терп создал гарпий зависимыми от гномов, а гномы же от гарпий не зависят, так?
— Ты меня спрашиваешь? — удивилась Монра.
— Нет, просто рассуждаю вслух. Как бы то ни было, нам от гарпий будет много неприятностей, если мы все же благополучно выберемся из этих тоннелей. Сколько бы нам ни осталось километров до Арсенала, путь наш будет очень и очень нелегким.
Мирке подал голос из своего угла:
— Что вы там такое говорили про гарпий? Откуда вы это знаете?
Лис покосился на карлика:
—Да ниоткуда не знаем, просто предполагаем. A вот что об этом знаешь ты?
—У нас есть поверье, что гарпии захватывают в плен наших мужчин, чтобы насладиться ими, а потом убить, поскольку они жестоки и кровожадны. Ни один наш мужчина, который попал в плен к гарпиям, ни разу не смог бежать.
— Да уж, — тихо пробормотал Лис, — только вашими мужчинами и наслаждаться… Впрочем, это ведь гарпии, каждому — свое. Вслух же Лис сказал: — Вот и мы так же думаем.
Они замолчали. Мимо проносились своды тоннеля, кое-где гладкие, кое-где грубо пробитые в скале. Вагонетка-дрезина резво бежала по проложенным по каменному полу рельсам.
Иногда на путях попадались гномы, которые еще, видимо, не знали о стычке между Лисом и их предводителем. Они провожали вагонетку недоуменными взглядами, а некоторые махали руками и делали знаки остановиться, но Лис и Монра только сильнее нажимали на рычаг привода дрезины.
Когда вагонетка приближалась к развилкам тоннелей, Лис спрашивал Миркса, как переводить стрелки, и дергал за веревки, протянутые рядом по ходу вагонетки.
Так прошло, наверное, больше часа. Наконец Монра снова не выдержала и спросила:
— А что ты думаешь делать в долгосрочной перспективе?
Лис показал глазами на притихшего Миркса:
— Услышит!
— Ну и что, пусть услышит. Я же спрашиваю тебя о долгосрочных планах, а наши ближайшие планы они все равно уже знают.
— М-да, — согласился Лис, — я, конечно, говорил об этом и Тиллю, То есть дойти до Арсенала нам будет совсем нелегко, но пока мы оторвались, слава богу. Если у них, конечно, нет второй дрезины, на которой они нас преследуют.
— По крайней мере, пока никто нам особо не мешаете — сказала Монра.
— Ну и хорошо! А планы мои дальше такие: добраться до Арсенала, а потом думать, как лучше попасть во Дворец, как разделаться с шаровиками. Ты уверена, что из Арсенала есть ходы в резиденцию Терпа?
— Не просто уверена, а знаю. Ты думаешь, что Терп летал сюда из Дворца на гравилете? Я, конечно, не ручаюсь, что точки перехода не запаролены, но узнать это мы сможем только на месте. Побыстрей бы отсюда выбраться: это подземелье просто давит на меня.
Вагонетка двигалась со скоростью не менее сорока километров в час, особенно разгоняясь на склонах тоннеля. Вдруг скорость стала снижаться. Лис и Монра нажали на рычаг изо всех сил, но это не дало никакого эффекта: вагонетка двигалась все медленнее.
— Почему мы тормозим? — крикнул Лис Мирксу.
— Путь кончается, — ответил карлик. Мы приехали к выходу на поверхность.
И действительно, оказалось, что колея впереди кончается тупиком из отесанных бревен, сложенных в виде щита, у которого и обрывались рельсы.
Когда вагонетка окончательно остановилась, Лис и Монра выбрались из нее, а карлик продолжал сидеть. Лис знаком приказал Мирксу вылезать. Гном нехотя перевалился через борт, спрыгнул на землю, охнул и повалился на бок.
— Что, — спросил Лис, — не можешь идти?
Мирке застонал:
— Не могу никак…
— Покажи, куда нам идти.
— Вон туда, прямо по проходу, — показал гном мимо тупика, в котором остановилась тележка.
— Куда «туда»?
— Туда, туда, — показал гном в темноту.
— Хорошо, — сказал Лис, — давай сделаем так. Он приказал Монре быть настороже и смотреть за двоих, а сам поднял на руки гнома, который весил не больше, чем восьмилетний ребенок, и понес его, заставляя показывать дорогу.
В тоннеле почему-то не было светящихся растений, передние из которых располагались там, где остановилась вагонетка. Идти в темноте было неудобно, и Монра включила фонарик.
Своды здесь были высокими, и Лису почти не приходилось пригибаться. Вскоре впереди забрезжил свет, долгожданный дневной свет, лившийся из отверстия в конце прохода.
Отверстие было вполне подходящим, чтобы люди могли выйти наружу, но его закрывала толстая решетка, склепанная из грубых железных полос, запертая изнутри на большой висячий замок.
— Та-ак, — сказал Лис, останавливаясь и опуская гнома на пол. Это и есть выход?
Карлик посмотрел на людей:
— Да, но он всегда закрыт, поскольку к нам из леса могут проникнуть звери или гарпии.
— Понятно! — усмехнулся Лис. Ключа у тебя, естественно, нет, но мы откроем и так.
Он включил оружие на режущую мощность и быстро срезал замок, половинки которого, звякнув, упали на каменный пол.
— Эй-эй-эй! Что вы делаете? — закричал Мирке. Выя же оставляете вход открытым!
— Ничего, — сказал Лис, — потом повесите другие замки. А теперь все, уважаемый. Если мы вышли в том месте, какое нам нужно…— Лис внимательно посмотрел на гнома.
— В том, в том, — закивал Мирке. Этот выход — ближайший к центру леса, как ты и хотел.
— Ладно, — кивнул Лис, — поверю. Мы пошли, а ты оставайся здесь и жди своих. Посмотрим, рискнут ли они преследовать нас по лесу.
— Как? — растерялся Мирке. Ты оставляешь меня здесь одного?
— Чтобы тебе не было страшно, я заварю решетку намертво. Заодно и ваши, если захотят нас преследовать, попотеют, открывая ее. А ты сможешь спокойно сидеть здесь.
Лис так и сделал. Они с Монрой вышли из тоннеля, и он, включив лучемет на немного меньшую мощность, заплавил решетчатую дверь там, где она примыкала к железной раме, на которой была установлена.
Он помахал Мирксу рукой:
— Прощай, дружочек! Надеюсь с вами больше не встречаться и надеюсь, что с переселением у вас ничего не выйдет.
— Но, — попытался протестовать карлик, до которого дошло, что решетка теперь закрыта намертво, — ты же сделал так, что нам будет очень трудно открыть решетку. А нам же нужно выходить в лес!
— Ничего, как-нибудь откроете, если захотите. Да и что вам делать в центре леса? Тут же гарпий полно и прочих всяких гадов. Так вам еще безопаснее — сидите себе за прочным запором, проблем будет меньше. Не высовывайтесь никуда!
Лис еще раз махнул рукой, и они с Монрой отвернулись от решетки, оглядывая местность, по которой им предстояло двигаться.
Выход из тоннеля располагался в скалистом холме, окруженном густым лесом, в котором процентов семьдесят составляли хвойные породы. Метров на сто вокруг деревья и даже кустарник были вырублены. Лис догадался, что гномы поступили так специально, чтобы никто не мог незаметно подобраться к входу в их подземелье. Гарпии обычно предпочитали затаиться на дереве и неожиданно набрасываться на жертву сверху, как рысь.
Лис взглянул на солнце, чтобы по его высоте и расположению определить направление на центр леса, то есть на Арсенал, но неожиданно ему в спину ударил камень. Удар, однако, оказался не очень сильным, поскольку Мирке не мог размахнуться сквозь перекладины решетки.
— Ахты, скотина! — Лис повернулся и погрозил кулаком гному, который поспешно заковылял в глубь тоннеля. Монра вскинула лучемет, но Лис остановил ее:
— Не стоит и заряд тратить! Кроме того, я обещал не убивать его.
— Ох, какой ты добрый! — криво усмехнулась Монра. — Одним потенциальным врагом было бы меньше. Ладно, знаешь теперь, куда нам идти?
— Более или менее. Будь все время начеку, а я расскажу тебе, чего здесь нужно опасаться в первую очередь.

ГЛАВА 25

Ориентируясь по солнцу, которое пока стояло еще высоко, Лис шел, держа направление на центр леса. Он надеялся, что они идут правильно.
Оказалось, что Монра не знала, как сейчас может выглядеть холм, под который Терп замаскировал Арсенал. Во времена ее связи с Терпом Арсенал выглядел как огромный каменистый курган, стоявший в окружении нескольких других холмов поменьше. Однако за те многие годы, что Монра здесь не была, холм наверняка мог покрыться более густой растительностью, да и Терп мог изменить вид Арсенала снаружи, как он изменил сам Проклятый лес, населив его существами, о которых его бывшая подруга не имела представления.
Хотя Монра и сказала Лису, что знает, как попасть в Арсенал, она не была в этом уверена. Она, конечно, помнила команду для отпирания входов, представлявших собой локальные точки перехода, которые открывали физически отсутствующие проходы в броневых плитах, стилизованных под валуны овальной формы, выступавшие из склонов холма. Входов, насколько знала Монра, было семь, и располагались они с равными интервалами примерно в полукилометре друг от друга. Но сейчас Монра сомневалась, что легко сможет найти их. Не была она уверена и в том, что Терп не сменил коды, отпирающие двери в этот огромный склад оружия, лабораторию, центр управления и пост слежения, которым являлся Арсенал.
Своими сомнениями после некоторого раздумья Монра поделилась с Лисом.
Лис не удивился:
— У нас все равно выбор небольшой. Мы должны найти это место и проникнуть внутрь. Если Арсенал действительно таков, как ты говоришь, наши шансы вырастут неимоверно. Если же нет или мы его не найдем, мы проиграли. У нас останется еще, правда, точка перехода в заброшенном городе на краю леса, но туда надо добираться, и, думаю, шаровики этот переход контролируют.
— Если они знают об этой точке перехода, то что мешало им воспользоваться ею, чтобы добраться до этих мест и перехватить нас, вместо того чтобы возить подкрепление гравилетами? — возразила Монра.
Лис попробовал рассуждать:
— Ну, во-первых, эта точка находится в стороне и, попав через нее в лес, им надо было пройти кое-какое расстояние, чтобы перехватить нас у Трапхора. А во-вторых, может быть, они опасаются, что я, зная об этой самой точке, устрою им какой-нибудь сюрприз. Они уже потеряли немало своих и не будут рисковать необдуманно.
Лис шагал по лесу очень осторожно, и из-за этого продвижение получалось не таким быстрым, как хотелось. Лис шел впереди, внимательно просматривая дорогу перед собой. Монра прикрывала тылы.
Лис рассказал ей о существах, населявших лес. Самыми опасными, если не считать гномов и упоминавшихся уже гарпий, здесь были так называемые хищные лианы. Остальные существа являлись вполне заметными и предсказуемыми. Например, дракона или человеко-быка можно было услышать заранее: и тот и другой ломились через чащу с большим шумом и не устраивали засад. Хищные же лианы, которые являлись гибридом растения и пресмыкающегося, выведенным Терпом в своих лабораториях, были очень опасны.
Они насчитывали до пяти метров в длину и были толщиной в руку хорошо развитого мужчины, могли душить жертву, как удав, и впрыскивать яд, как гремучая змея. На одном конце стебля-туловища коричневатых оттенков у них располагалось некое подобие головы, которое, конечно, не являлось головой в действительности. Лис никогда не занимался изучением внутреннего строения хищных лиан, но из опыта своего первого визита в Проклятый лес, когда — ему удалось счастливо избежать гибели и он убил нескольких таких тварей, он знал, что на псевдоголове лианы располагается жало, выбрасываемое тонким жгутиком, напоминающим гибкую молодую виноградную лозу длиной метра Два. Как правило, длина жала зависела от размеров самой лианы. Яд, очевидно, имел нервно-паралитическое действие-Лис видел, как оцепенел и через несколько секунд упал ужаленный кролик. Неизвестно было, каким образом эти хищники могли видеть жертву, поскольку не имели ничего похожего на глаза, однако стреляли они жалом весьма точно.
На противоположном от головы конце лианы находилось образование, напоминавшее корень растения с мелкими ветвящимися отростками. На вид этот орган выглядел мягким и нежным, но обладал большой силой. С его помощью лиана получала пищу как растение: псевдокорень зарывался даже в весьма твердую почву, находя воду и питательные вещества. Лиана могла также существовать как паразит, укрепляясь своим корнем на стволах деревьев. Таким же способом она питалась и трупами убитых животных.
Лис удивлялся, почему при такой универсальности и неприхотливости лианы давным-давно не выбрались из Проклятого леса и не наводят ужас на жителей равнин. Но фактом являлось полное отсутствие лиан не только в районах, примыкавших к лесу, но даже на окраинах плато, на котором стоял лес. Возможно, они просто медленно мигрировали из глубинных районов леса, возможно, медленно размножались, а возможно, что и сам создатель (точнее говоря, Творец!) каким-то образом ограничил способности лиан покидать места, для которых они, судя по всему, и были созданы.
Опаснее всего лиана была тогда, когда находилась в качестве паразита на стволе дерева, имевшего цвет коры, сходный с цветом кожицы самих лиан, — тогда лиану было очень трудно заметить. В этом состоянии лиана обвивалась вокруг ствола, предпочитая крупные деревья, на которых она была менее заметна, и подкарауливала жертву. Когда же та появлялась, лиана резко выпрямлялась и выстреливала жалом, душила, как удав.
Если лиана находилась не на стволе дерева, то она была менее опасна, во всяком случае для человека: лиана, как правило, зарывалась корнем в землю и стояла столбиком, резко контрастируя с окружающими растениями.
Несмотря на то что людям, одетым в доспехи, лиана была все-таки не так страшна, Лис, двигаясь по лесу, избегал проходить вблизи больших деревьев,. предварительно не осмотрев их.
Вообще Проклятый лес представлял собой биоценоз, который наверняка поверг бы ботаников в смятение. Здесь соседствовали многие растения, разделенные на Земле тысячами километров: росли сосны и кактусы, ели и дубы, бамбук и березы. Попадались кедры и обычные лианы, было много дикого винограда и яблонь, апельсиновые деревья уживались с ольхой, встречался грецкий орех и саксаул. Было много растений, которых Лис никогда не видел, но допускал их родство с земными видами, а было много и таких, которые имели явно неземное происхождение. Среди них были и опасные, и просто декоративные, и, на взгляд Лиса, очень полезные виды.
К опасным видам относились, например, большие.кусты с разноцветными полосатыми цветками размером с большое блюдо. Они испускали сильный приятный аромат, от которого на расстоянии нескольких метров у человека начинала кружиться голова и могло наступить отравление. Жертва засыпала и погибала недалеко от куста. Когда труп начинал разлагаться, растение выпускало тонкую лозу, имевшую острые полые шипы на концах, протыкавшие труп, и всасывало размягченные разложением ткани. Об этом растении Лиса предупредили в свое время гномы, и он считал, что ему повезло, что он не столкнулся с ним до того, как свел дружбу с карликами (как показала практика, временную).
Из растений, которые могли бы стать очень полезными в любом человеческом сообществе, Лису нравилось кряжистое ветвистое деревце со стволом, сильно напоминавшим ствол акации. Однако листья у него были большие и кожистые, как листья фикуса. Но самым интересным у этого дерева были его плоды — нечто среднее между большим бананом и огурцом. Плоды эти на каждой стадии созревания имели разные и просто замечательные свойства.
На первой стадии под хорошо счищающейся кожицей плода бледно-желтого, почти белого цвета находилась суховатая масса, ничем не отличавшаяся по вкусу от хлеба, приготовленного из смеси ржаной и пшеничной муки. Далее плод менял окраску на желто-медовую, а мякоть становилась красноватой и вкусом напоминала копченую колбасу. Дозревая, плод зеленел, а мякоть его приобретала вкус качественного сыра мягких сортов. На конечной стадии кожура становилась ровного зеленого цвета, а мякоть оказывалась желтой, сладкой и очень сочной, с оттенками вкуса самых разнообразных знакомых и незнакомых фруктов.
На одном растении всегда были гроздья плодов каждой стадии созревания, и, таким образом, одно дерево давало набор блюд для полноценного обеда. Подобные деревца имелись в парке Дворца, и Лис их хорошо знал.
Сейчас Лис и Монра остановились как раз у такого дерева. Хотя ствол был не очень толстым и хищной лиане укрыться на нем было непросто, Лис внимательно осмотрел дерево, прежде чем подошел и сорвал несколько плодов разной спелости.
— Я знаю это дерево, — сказал Монра, с аппетитом жуя.-Их вывели очень давно. С тех же времен и его название —дедае, «дерево, дающее еду».
— Да, — сказал Лис, — за одно это дерево на Земле можно было бы получить несколько Нобелевских премий.
Монра спросила, что такое Нобелевская премия, и Лис, пока они закусывали, объяснил.
— Но Терп правильно сделал, что не стал распространять такие растения на гранях своей планеты. Народ бы не paботал.
— Они достаточно капризные, — сказал Монра. — В диких условиях растут плохо. Здесь, в лесу, видимо, создана определенная среда, позволяющая им расти без проблем. Поев, они двинулись дальше.
По пути им несколько раз встречались большие шаровидные грибы размером с яйцо страуса. Лис предупредил Монру, чтобы она не вздумала пнуть их ногой. Лопаясь, грибы выбрасывали облако спор, которые сами по себе были не опасны, но почти мгновенно усыпляли вдохнувших на несколько часов, а жертву, пока она спала, съедали вместе с костями небольшие зверьки размером с таксу, постоянно шнырявшие поблизости. Они разносили споры грибов ее своими испражнениями. Услышав это, Монра подстрелила первого такого зверька.
— Это зря, — усмехнулся Лис. Они едят только тех, кто усыплен спорами, или любую падаль. Я думаю, Терп специально напустил их в лес: они выполняют совершенно четкую санитарную функцию.
В доказательство его слов на трупик зверька набросилось несколько как из-под земли появившихся сородичей, и через минуту не осталось ничего, даже костей.
Лис и Монра шли уже несколько часов, но только один раз увидели притаившуюся у основания толстого дерева хищную лиану. Монра хотела сжечь существо из лучемета, но Лис остановил ее: тварь можно было легко обойти, а поскольку сами они не собирались возвращаться к этому месту, лиана, пусть и маловероятно, но могла навредить тем, кто, возможно, станет их преследовать.
Один раз они услышали тяжелый топот и притаились за большими кустами шиповника. Из чащи выбежало странное существо ростом около трех метров. Торс у него был вполне человеческий, с огромными буграми мускулов и мощными двупалыми руками. На мощной шее сидела бычья голова с двумя толстыми, но острыми рогами. Ниже пояса тело имело две ноги с широкими копытами. Передвигалось существо неуклюжими, но стремительными прыжками. Глаза человеко-быка были налиты кровью, как бы в злобе погони, но казалось, что не он гонится за кем-то, а его кто-то преследует.
На прогалине, как раз напротив кустов, за которыми прятались путешественники, существо на несколько секунд остановилось. Человеко-бык шумно выдохнул воздух через ноздри, из его приоткрытого рта стекала пена. Очевидно, он бежал довольно долго.
Монра начала поднимать лучемет, но Лис шепнул:
— Он нас не видит и, кажется, сам чем-то напуган. Не трать заряды.
И действительно, человеко-быкглянул по сторонам, сорвал верхушку небольшой осинки и, жуя, продолжил свой бег.
— У Терпа все-таки странная фантазия, — усмехнувшись, сказала Монра, выходя из-за куста, — такого урода придумать.
— Они опасны тем, что почти всегда нападают, если заметят тебя, — сказал Лис. Но они очень тупые: не остановится, пока не убьет противника или не погибнет сам. Я видел, как они нападают даже на драконов. Но что могло его так напугать, хотел бы я знать?
Он внимательно огляделся:
— А вообще что-то тут не так, как было раньше. Мы идем уже давно, но нам почти никто не встретился.
— Так это же здорово, — сказала Монра.
— Здорово, конечно, но не характерно для этих мест. Ну ладно драконы, они всегда встречались нечасто. Гарпии в основном сидят у своих гнездовий и на охоту вылетают редко. Но на том отрезке, что мы уже прошли, нам должны были раз десять встретиться, например, хищные лианы, а мы увидели только одну. Ни разу не видели кентавров и только один раз человеко-быка. Да и тот явно от кого-то бежал. Хотел бы я все-таки знать, что его напугало.
Монра промолчала
Солнце постепенно клонилось к закату. Лис рассчитывал, что они прошли уже километров пятнадцать и, если все было правильно, до Арсенала оставалось еще примерно столько же.
Лис решил идти до наступления темноты, а поскольку сегодня они уже никак не дойдут до нужного места, им придется заночевать, выбрав для этого хороший колючий куст.
— Именно колючий куст? — спросила Монра. Лис кивнул:
— Мы заберемся в середину, срезав часть ветвей, и проведем ночь там. Колючки будут предохранять нас от непрошеных гостей, а сам куст — хорошая маскировка.
— Не лучше ли забраться на дерево? Я не видела дракона, но думаю, что того же человеко-быка ни один куст не остановит.
— Ты еще не видела гарпий, — ухмыльнулся Лис. Для них дерево — лучшее место для нападения, а вот в кусты они не сунутся. Я обратил внимание, что ты забываешь поглядывать вверх, а я тебя предупреждал, что гарпии часто неожиданно нападают сверху. Особенно там, где деревья растут свободно и имеют густую крону, в которой они и прячутся. Ты идешь мимо — раз, и их когти уже впиваются в спину!
Он показал скрюченными пальцами, как когти гарпий рвут человеческое тело.
— Они тут самые опасные, они и гномы, поскольку и те, и другие — существа разумные. Все остальные, даже кентавры, имеющие вполне человеческий торс, просто тупые твари.
— Но если что-то привело к тому, что хищников в лесу стало меньше, как ты говоришь, то, может быть, это же касается и гарпий?
— То, что напугало человеко-быка, наверняка опасно и для нас. Хорошо, конечно, если гарпии разбежались, но мне странно вот что: гномы не говорили, что в лесу появилось нечто новое и опасное.
— Может быть, этот Мирке специально нас не предупредил?
— Может быть, — согласился Лис. Хорошо, если это нечто распугало гарпий, но мы не знаем, что из себя это «нечто» представляет, а повадки гарпий я хорошо знаю. Они редко охотятся большой стаей, это раз. Во-вторых, прячутся они в листве, а так как существа они крупные, то спрятаться могут только на высоком дереве с мощной кроной, и если быть в принципе готовым к такому нападению, то нетрудно отбиться, особенно когда имеешь такое оружие, как у нас.
— То есть? — не поняла Монра.
— Ну понимаешь, если она нападает с высокого дерева, то ей требуется несколько мгновений, чтобы выбраться из ветвей и броситься вниз, а это невозможно сделать бесшумно. Гарпии необходимо как минимум расправить крылья. Поэтому, если слышишь шорох и треск ветвей над собой, сразу падай на спину и стреляй вверх, даже не успев еще ничего толком разглядеть. Так есть шанс поразить гарпию до того, как она долетит до тебя. Мне это удавалось и из лука, а с лучеметом, полагаю, при твоей реакции проблем вообще не будет. Только заряды экономнее расходуй.
— Они что, всегда нападают только с деревьев и только поодиночке?
— Ну, не то чтобы поодиночке, как правило, вдвоем-втроем, не больше: им нужно пространство для маневра, поскольку размах крыльев большой. Когда мы выйдем на открытую местность, их надо будет опасаться по-настоящему: там они нападают уже стаей. У них всегда такая тактика: нападать поодиночке в лесу и стаей на открытой местности. Вообще, они ненавидят меня и если узнают в этом костюме, то обязательно постараются, напасть. Но у нас лучеметы, и, надеюсь, зарядов нам хватит, а в лесу смотри и слушай шорохи сверху.
Ближайшее будущее показало, что Лис ошибся, говоря о тактике гарпий.
Они прошли еще километра два, когда без всякого шороха сверху им под ноги упало несколько белых шаров, из которых при ударе о землю вырвались, как показалось Монре, облака пара.
Этого Лис ожидал меньше всего. Он успел задержать дыхание, знаками показав Монре сделать то же самое. Они, наверное, успели бы отбежать от места падения сонных грибов и таким образом выйти из облака спор, но в тот же момент, как облако окутало их, сверху упала сеть. Лис рванул ячейки сети и непроизвольно сделал вдох.
Опасаясь резать сеть лучеметом, чтобы не задеть находившуюся рядом Монру, Лис, уже чувствуя, как подкашиваются ноги, потащил из ножен меч. Однако он даже не успел вытянуть лезвие целиком, как руки перестали слушаться.
Лис слышал от гномов, как действуют споры сонных грибов, но ему впервые пришлось испытать это на себе. Мгновение он стоял, не способный пошевелиться. Зрение тоже стало отказывать, но сквозь наползающую мутную пелену Лис успел увидеть, как рядом упала Монра. Сам он своего падения уже не почувствовал.
Вновь обретя способность воспринимать окружающее, Лис обнаружил, что находится в большой пещере. Поскольку рядом с тем местом, где на них напали, не было и намеков ца пещеры, Лис понял, что его оттащили достаточно далеко.
Он был привязан за руки и за ноги к деревянной раме, словно шкура, натянутая для просушки. Рядом на такой же раме находилась Монра. Голова ее поникла — очевидно, она вдохнула большую порцию сонных спор и еще не пришла в себя.
Лис стал оглядываться по сторонам. Рамы располагались на высоком приступе у стены. Каменный свод терялся,во мраке, таким он был высоким. На разных уровнях пещера освещалась множеством факелов, горевших ровным светом. Всюду смешной переваливающейся походкой сновали странные существа. Но Лису было не до смеха, и он чуть не застонал: они находились в логове гарпий.
Скорее всего, гарпии выследили их еще тогда, когда Лис и Монра вышли из тоннеля. Подготовившись и выбрав удобное место, гарпии затаились на деревьях, а когда люди проходили под ними, сбросили вниз сонные грибы и сеть. Лис был очень удивлен — он не ожидал от гарпий ничего подобного.
«Мог бы догадаться, — подумал он, — что раз так начали прогрессировать гномы, то и эти тоже не могут стоять на месте».
Пользуясь тем, что пока на него не обращают внимания, Лис осмотрел веревки, которыми был привязан к раме. Те, кто завязывал узлы, знали свое дело. Но даже если бы он и сумел освободиться от пут, это ничего не давало: что мог сделать безоружный против десятков, а возможно, и сотен существ, вооруженных мощными когтями на ногах? Гарпии разорвали бы Лиса за несколько секунд.
Лис понимал, какая участь ожидает его и Монру. Их, конечно, будут сперва пытать и всячески унижать, поскольку гарпии ненавидят нормальных человеческих существ лютой ненавистью. Они ненавидели даже гномов, поскольку карлики, как бы то ни было, имели человеческую форму тела.
Поэтому они сначала поиздеваются, а затем, без сомнения, предадут пленников смерти, и наверняка не слишком быстрой и легкой —как слышал Лис, по части подобных мероприятий гарпии дали бы сто очков вперед даже многим индейским племенам.
Долго на них никто не обращал внимания. У Лиса начало затекать тело, и он стал тихонько извиваться и покачиваться в своей раме, чтобы хоть как-то снять неприятные ощущения.
Рядом застонала Монра. Лис повернул голову и встретился с ней глазами.
— У нас тут проблемы, и надо подумать, как их решать! — сказал Лис бодрым голосом, чтобы Монра совсем не пала духом. Я уже начал прикидывать кое-что.
Монра повела глазами по сторонам:
— Мы попались?
Лис кивнул:
— Не вижу смысла скрывать: да, попались, и самым глупым образом. Надо отдать должное гарпиям, они тоже прогрессируют. Этот Проклятый лес, похоже, настоящий полигон талантов. Все так быстро развиваются, не угонишься.
— Ты еще шутишь! — обреченно улыбнулась Монра. — Плохи дела, только честно?
Лис изогнул шею, словно стараясь затылком достать лопатки.
— Затекает, сволочь, — сказал он. Ладно, кому-кому, а тебе врать бесполезно.
Он объяснил положение так, как его понимал. Монра, не отрываясь, смотрела на Лиса.
— Думаешь, у нас нет ни единого шанса?
— Я же говорю — я прикидываю, что к чему. Хотелось бы верить, что чудеса случаются… Особенно если постараться или если повезет.
Они помолчали. Монра снова посмотрела на Лиса. Так они смотрели друг на друга несколько долгих мгновений.
— Я понимаю, нам, конечно, вряд ли вырваться, — сказала наконец Монра. — Надо смотреть правде в глаза: даже бессмертным рано или поздно приходит конец.
— Мне тоже никогда не хотелось верить в конечность своего существования, — поддержал ее Лис.
— Подожди! — Монра дернула подбородком. Я хочу сказать, — возможно, потом уже не будет случая. Хотя ты и просто человек, а не Творец и мы с тобой провели вместе совсем немного времени, мне было…
Она увидела, что к ним наконец приближаются несколько гарпий, и замолчала.
— Надеюсь, я понял, что ты хотела сказать, — быстро пробормотал Лис. Я полностью, со своей стороны, с этим согласен: мне тоже.
Монра посмотрела Лису в глаза и слабо улыбнулась. Лису показалось, что глаза Монры как-то странно блестят. «Интересно, — подумал он, — может ли женщина, прожившая не одну тысячу лет, сохранить некоторую долю сентиментальности? Хотя в такие минуты — почему же нет?»
Гарпии подошли и встали рядом с людьми. Лис видел их и раньше, а вот Монра разглядывала с интересом, граничащим с ужасом и отвращением. Довольно худой торс со слабыми руками имел огромные мышечные наросты на спине, из которых выступали мощные крылья, похожие в развернутом состоянии на крылья летучих мышей. Два ряда гротескных женских грудей свисали, как дряблые вытянутые воздушные шарики. Торс опирался на сильные жилистые ноги, заканчивающиеся когтями вроде когтей грифов, только более крупными. Лица были неожиданно человеческими и явно женскими. Некоторые, если не все, можно было бы назвать даже симпатичными, но на них лежала печать злобы и безумия.
Несколько минут гарпии тоже разглядывали привязанных людей. Лис подумал, что эти уродины должны ненавидеть красавицу, растянутую на раме рядом с ним, наверное, даже больше, чем его. Стараясь подавить бессильную злость на неспособность что-то сделать, он заговорил первым:
— Ну что, девочки? — Лис скорчил гримасу. Сразу сожрете или дадите помучиться?
Монра покосилась на Лиса, удивленная, что у него еще осталась способность шутить.
Гарпии переглянулись, и одна сказала, криво усмехнувшись:
— Все вам будет, людишки, намучаетесь вдоволь. Ее, конечно, съедим — ты на это посмотришь для пущего удовольствия. А тобой, прежде чем пойдешь на еду, попользуемся: может, ты не хуже гнома сгодишься. Правительница решит, как поступить. Мы ведь тебя узнали — ты охотник Лис. Так что ты заплатишь за шестерых наших сестер, которых убил в свое время.
Лис вздохнул: легкой смерти ему не видать. Одна гарпия с интересом смотрела на Лиса:
— А он храбрый, этот охотник. Одной из тех, кого ты убил несколько лет назад, была моя мать. У меня тут появилась интересная мысль, сестры, — думаю, Правительница Кильвара останется довольна. С ним, с таким смелым, надо поступить особо. Я предложу, чтобы ее, — гарпия показала на Монру, — съели не первой. Первым на ее глазах съедят его, охотника. А уж потом съедим и ее саму. Да и тут мяса хватает! — Она ткнула Лиса в бок. Как вам, сестры, а?
Гарпии одобрительно залопотали:
— Сестра Делифа, ты необыкновенно изобретательна!
— Ладно, — сказала гарпия, которую называли Делифа, — надо тащить их к Правительнице. Начнем ритуал.
Подошли еще несколько гарпий. Все вместе они начали двигать рамы, на которых были привязаны Лис и Монра, по деревянным направляющим, спустили их с возвышения и поставили на грубые тележки с деревянными колесами.
Тележки провезли по нескольким извилистым проходам в скалах, и пленники вместе со своей малоприятной свитой оказались в пещере поменьше. Лис посмотрел вверх: через отверстие в потолке светлело небо. Очевидно, они проспали долго, целую ночь.
В этой пещере находилось множество гарпий, они толпились вокруг большого плоского камня, в котором были вырублены ступени, ведущие к деревянному трону, покрытому шкурами. По бокам трона торчали шесты с нанизанными головами гномов.
На троне восседала гарпия, голову которой венчала кожаная шапка, украшенная перьями и самоцветами. Это, судя по всему, и была Правительница Кильвара. В одной руке она держала кубок, сделанный из черепа, в другой — короткий костяной меч. Несколько гарпий, стоявших вплотную к трону, были вооружены копьями. Лис машинально отметил, что лицо Кильвары было красивым. Это создавало резкий и неприятный контраст с уродец ливым телом. Лису показалось, что он где-то видел женщину с похожим лицом. Несмотря на сложность ситуации, он не мог отделаться от навязчивого желания вспомнить, и наконец до него дошло: лицом Кильвара сильно напоминала известную когда-то итальянскую киноактрису Софи Лорен. «Не был ли Терп поклонником земного кинематографа?» — подумал Лис.
Толпа гарпий шумела, глядя на пленников и обмениваясь мнениями. Кильвара подняла руку с мечом, и шум почти умолк.
Правительница взмахнула своим оружием.
— Наконец-то свершится правосудие Творца! — резким пронзительным голосом сказала Кильвара. — К нам в руки попал охотник Лис, убивший шестерых моих подданных, наших сестер. И вот предстоит час расплаты. Есть ли предложения у моих подданных, как нам достойно наказать этих людишек?
Гарпии зашумели. Вперед выступила Делифа:
— О моя повелительница, если мне будет позволено… И она изложила свое предложение. Кильвара одобрительно закивала.
—Очень, очень хорошо придумано,-сказал Правительница. Даже мне не пришло такое в голову — не иначе, подобные мысли тебе, Делифа, послал сам Творец. Мы так и сделаем, сестры!
Гарпии радостно заулюлюкали.
— Терп идиот! — прошипела Монра. — Наделал ублюдков…
Лис посмотрел в дальний угол пещеры, где светлел выход наружу. Очевидно, пещера располагалась на высокой горе, поскольку можно было заметить только вдали верхушки деревьев. Лис вздохнул.
— Слушай, Правительница! —громко сказал он.-Почему вы так меня ненавидите? Двое ваших, которых я убил когда-то, сами напали на меня — я только защищался.
— Ты вступил в наши владения, которые нам завещал охранять Творец. Потому мои сестры, мои подданные, и хотели тебя убить. Никто из людишек не имеет права ступать сюда!
— Но я ведь этого не знал! — возразил Лис. Вывески «Посторонним вход воспрещен» не было.
— Я не хочу тебя слушать, человечек! — закричала Кильвара. — А потом ты помог старшине гномов и убил еще четверых моих подданных. Ты давал гномам стальные наконечники для стрел, которыми они убивали нас. За одно это ты заслужил самой жуткой пытки! И ты имел наглость явиться сюда снова!
— По крайней мере, в свое время гномы не стали нападать на меня без предупреждения. Я вступил с ними в переговоры и договорился. Твои же подданные напали из засады. Это их вина, что они оказались недостаточно проворны и я убил их стрелами.
Кильвара резко вскинула голову, глаза ее налились кровью.
— Зато теперь, даже придя к нам с каким-то непонятным оружием, ты проиграл! Мы поймали тебя и твою подружку. Зачем ты пришел снова? Чтобы убивать нас?
«Может быть, это шанс?» — подумал Лис.
— Я убиваю, только чтобы защищаться или защищать слабых или тех, кто мне кажется слабым. Я не бог, не Творец, возможно, я могу ошибаться и считаю слабыми не тех, кто действительно таковыми является. Я, например, ошибся в гномах: они теперь и мои враги. Они связались с демонами и стали моими врагами. Кстати, эти демоны скоро придут в ваш лес.
Глаза Кильвары расширились.
— Что ты мелешь?! — закричала она. Ты хочешь запугать меня? Я тебя вижу насквозь, охотник!
— Я говорю то, что есть на самом деле, — быстро сказал Лис. Гномов обуяла жажда власти и захвата. Они предали меня, забыли, сколько я помогал им, и напали на меня. Мне пришлось убить нескольких из них. Они получили от демонов чудесное оружие и теперь будут убивать и вас, и людей!
— Ты хочешь обмануть меня, Лис! — Кильвара орала и брызгала слюной.-Запугиваешь меня оружием, которое якобы есть у гномов. Да ты сам, наверное, дал его им. Но теперь оно есть и у нас, мы захватили его у тебя, и мы уничтожим гномов, выкурим из подземелий этих маленьких подлых крыс. Мы двинемся и захватим земли людей. Это будет промысел Творца! Он создал нас по своему образу и подобию, и мы должны очистить землю от мерзких созданий — людей!
Лис понимал, что спорить с полусумасшедшим монстром бесполезно, но не мог отказать себе в удовольствии перед смертью потрепать Кильваре нервы. Кроме того, дискуссия позволяла тянуть время: если уж тебе все равно суждено умереть, то разве не драгоценность каждая лишняя прожитая минута?
— Тебе не кажется, что вы неверно толкуете промысел Творца? — поинтересовался Лис. Если гарпии — его образ и подобие, то кто тогда люди? Кто тогда гномы, которыми вы пользуетесь для продолжения рода? Твои сестры с пытливым умом предположили, что для этих целей можно применять и людей, в частности меня. Почему же ты так хочешь всех нас уничтожить? Уничтожишь всех, тогда гарпии постепенно исчезнут.
— Я поняла тебя, — неожиданно на тон ниже сказала Правительница. Ты заговариваешь мне зубы. Тебе не на что надеяться — никто не спешит на помощь тебе и твоей подружке.
Лис вздохнул:
— К сожалению, да, нам действительно не на кого надеяться. Это ли не лучшее доказательство того, что мы ничего против вас не замышляем, подумай сама? Я хочу, чтобы ты поняла: мы просто хотим ускользнуть от дьяволов, которые нас преследуют, поэтому и пошли через ваш лес.
Видимо, слова Лиса заронили какое-то зерно сомнения в душу Правительницы. Она задумалась:
— Если вы хотите выбраться отсюда, зачем же вы пришли сюда?
— Я же объясняю: дьяволы, с которыми спутались гномы, гонятся за нами. Нам нужно уйти из этого мира, спастись от них бегством. Поэтому я предлагаю тебе сделку, причем неплохую, и ты сама это поймешь, если выслушаешь меня до конца. Лис сделал паузу и бросил быстрый взгляд на Монру. — Я предлагаю тебе вот что, — повторил он. Вы отпустите нас и даже поможете добраться до места, где расположен нужный нам выход в другой мир, а он расположен, кстати, в центре вашего леса. За это я дам вам оружие и покажу, как им пользоваться.
Правительница засмеялась:
— Мы и так уже имеем ваше оружие. Мы будем пытать тебя, и ты сам покажешь, как этим оружием пользоваться. За это тебе, возможно, дадим более легкую смерть.
Пришла очередь Лиса засмеяться, хотя тут было не до смеха. Он смеялся нарочито долго. На лице Кильвары появилось замешательство, чего Лис и добивался.
— Я смеюсь потому, что ты, уважаемая, ничего не понимаешь! У тебя всего два устройства, бросающие лучи смерти. К ним нужны новые заряды, как дрова для костра. Костер гаснет, когда кончаются дрова, также и наше оружие перестанет стрелять, когда кончатся запасные заряды. После этого вы станете беззащитными. Если ты хочешь действительно чего-то добиться, послушай меня. Не скрою, никогда не предложил бы тебе такого, если бы не был у тебя в плену. В общем, так: ты позволяешь нам уйти из этого мира, а мы даем тебе нужное количество оружия и зарядов. По-моему, сделка выгодная как для нас, так и для вас.
Правительница пристально смотрела на Лиса:
— Неужели ты думаешь, что сможешь меня обмануть, ты, жалкий червь, ползающий по земле?
— Даже и не помышляю, Кильвара! Вы проведете нас до нужного места без оружия, я или моя женщина войдем в убежище, откуда есть ход в иной мир, и тогда дадим вам оружие.
— Но в это время один из вас останется у нас заложником!
Лис улыбнулся:
—Ну вот, мы начали понимать друг друга. Более того, за то, что гномы предали меня, я научу вас проникать в их подземелья и заставать врасплох.
Правительница надолго задумалась. Наконец она сказала:
— Не скрою, ты оплодотворил мою душу семенем искушения. Ты хитер, ты действительно заслуживаешь прозвища Лис. Но не пытайся обмануть меня —я придумаю еще более ужасные пытки, чем те, что я тебе обещала.
— Куда уж ужаснее, — хмыкнула Монра.
— Замолчи, женщина! — Кильвара гневно мотнула головой. Как ты смеешь перебивать меня?!
Лис на мгновение испугался, что гарпия бросит меч в Монру.
— Прости ее, о мудрая! — сказал он смиренно. Она напугана, устала и не знает, что говорит. Я внимательно слушаю твое решение.
Монра бросила гневный взгляд на Лиса, но промолчала.
— Я еще подумаю, что мне делать с вами, — сказала Кильвара после нескольких минут раздумья. Мне необходимо оружие, о котором ты говоришь, и, возможно, как мне ни хочется убить вас, я вступлю в предлагаемую сделку. С таким оружием мы будем властвовать над миром, мы заставим людей служить нам, гарпиям. А если вы или кто-то другой попытается сунуться к нам из иных миров, мы всех уничтожим. Может быть, мы и сами подумаем о том, чтобы осмотреть другие миры и подчинить тех, кто там живет. Но это в далеком будущем.
«Господи, — подумал Лис, — неужели, сделав их тела уродливыми, Терп невольно изуродовал что-то и в душах? Почему они все хотят властвовать над иными существами? Хотя, если разобраться, не так уж они, наверное, отличаются от многих людей».
— А пока я буду решать, как поступить, вас уведут! — распорядилась Правительница.
— Послушай,-сказал Лис,-мы же все равно никуда не денемся. Снимите вы нас с этих распорок! Руки и ноги отваливаются.
Кильвара махнула рукой, и несколько гарпий развязали Лиса и Монру. Монра чуть не упала, когда сошла с рамы. Лис подхватил ее, хотя сам еле стоял на ногах.
Их провели мимо трона в один из боковых проходов. Пройдя несколько метров, Лис увидел в стене из известняка выдолбленные ниши, в которых лежали какие-то припасы, утварь и шкуры. Очевидно, это было хранилище. В одной из ниш они увидели сложенные доспехи и свое оружие и многозначительно переглянулись с Монрой, которая с трудом переставляла затекшие ноги.
Подталкиваемые гарпиями, они прошли еще метров пятьдесят и оказались перед неглубокой пещеркой, настоящей тюремной камерой, вход в которую закрывала решетка, сплетенная из толстых ветвей.
Втолкнув внутрь Лиса и Монру, гарпии закрыли решетку на засов, который невозможно было открыть изнутри, и ушли.
— Есть шанс вывернуться? — Монра начала растирать затекшие конечности. Лис пожал плечами:
— Во всяком случае, пока мы живы и вполне невредимы, а могли бы уже и поджариваться, — он усмехнулся, — как в прямом, так и в переносном смысле.
Монра недовольно поморщилась:
— Хоть сейчас не шути! Неужели ты можешь ей верить? Они доведут нас до Арсенала и попытаются захватить его. Ты представляешь, что это будет: вооруженные до зубов жаждущие власти монстры?!
Лис сел, привалившись спиной к прохладной стене, и вытянул ноги:
— Я, скорее всего, этого и ожидаю. Но мы выиграли время, а оно, во всяком случае пока, работает на нас.
— Каким же это образом, хотела бы я знать?
— Ну, хотя бы таким, что мы, повторяю, живы и невредимы, если не считать немного опухших рук и ног. Я даже заметил, где лежат наши лучеметы. Ты ведь тоже видела это место?
Монра только слабо махнула рукой:
— Полагаешь, мы сможем ими воспользоваться?
— Сильно надеюсь.
— Какой ты самонадеянный! — хмыкнула Монра.
Лис пожал плечами:
— Только это и остается, и ты не раскисай. Жизнь, естественно, всегда конечна, к сожалению, но никто не знает, кто или что определяет момент ее конца: может быть, это действительно какой-то высший Промысел, а возможно, все решает его величество Случай. Но почти всегда в человеческих силах отодвинуть этот конец подальше. Поэтому я и извивался, как червяк. Пусть, пусть…-Лис кивнул в сторону тронного зала гарпий и понизил голос до шепота. Пусть они думают, что мы и чудесное оружие у них уже вот здесь! — Лис потряс сжатым кулаком. Пусть думают! Тот, на Земле, который когда-то явился ко мне за полукругом, этот Ингвар Янович или как там его, он тоже думал, когда размахивал у меня перед носом своим лучеметом, что я уже все — покойник. А вон поди же! Я уже пятнадцать лет бегаю по этому миру.
Монра усмехнулась:
— Пятнадцать лет! Разве это срок?
— Конечно нет! Но длительность этого срока от меня тоже зависит. И, между прочим, уверен, что не в последнюю очередь. Мы ведь сами…— Лис поймал пристальный взгляд Монры и замолчал. Ты чего? — спросил он.
Монра улыбнулась, хитро глядя на Лиса:
— Ты помнишь, я хотела сказать тебе кое-что там, когда мы висели на этих рамах? Ты ведь хотел бы это услышать? Не знаю, одинаково ли мы понимаем эти слова, но давай я скажу их сейчас: я восхищаюсь тобой и люблю тебя!

ГЛАВА 26

В пещерке-камере было довольно прохладно, и они тесно прижались друг к другу. Так прошло часа два, пока наконец не явились две вооруженные гарпии. ..
— Идем, охотник! — приказала одна из них. Правительница приняла решение.
Монра тоже направилась к двери, но ее отстранили:
— Только Лис. Ты пока останешься здесь! Монра встретилась глазами с Лисом. Он слегка развел руками и прошептал:
— Все будет хорошо, надеюсь!
Его снова ввели в зал, где восседала Кильвара. Сейча» гарпии толпились не вокруг трона, а располагались в про ходе, ведущем из пещеры наружу. Правительница по-преж нему занимала свой трон, но уже не держала в руках кубок и меч. Меч лежал на специальной подставке рядом, а кубка вообще не было видно. Лис машинально подумал, имеет: ли это какое-то значение.
Спинка трона Правительницы была очень узкая, собственно, даже не спинка, а скорее вертикальная стойка. Лис еще в первое свое появление в тронном зале отметил, что это явно связано с анатомией тела гарпий: надо было куда-то пристроить крылья, и именно при такой конструкции кресла они свободно свисали по бокам узкой спинки, переходившей в широкий подголовник.
Кильвара казалась спокойной, но Лис уже заметил, что настроение у Правительницы меняется очень быстро.
На лице Софи Лорен появилась улыбка, которая могла нести смерть:
— Я приняла решение, охотник. Ты приведешь нас к месту, где спрятано оружие, и отдашь оружие нам. После этого мы отпустим твою подругу и тебя и позволим вам уйти в иной мир. Кроме того, тебе потребуется выполнить еще один ритуал…
— Подожди, подожди! — перебил Правительницу Лис. Мне нужны какие-то весомые гарантии. Что тебе помешает убить нас после того, как вы получите оружие? Я, знаешь ли, не вчера родился: на дешевку не покупаюсь.
— Как ты смеешь перебивать меня! — возмутилась Кильвара. — Я же еще не закончила говорить! Ты что, собрался мне диктовать условия?!
На лице Правительницы появилось уже знакомое выражение безумной злобы. Лису стало не по себе. Успеет ли он броситься к трону и схватить меч? Если бы Кильвара была человеком, это могло бы сработать: ситуация меняется местами — становится его заложником. Но гарпия могла бы легко отбиться от него своими мощными когтями. У трона стояли две стражницы, и Лиса проткнули бы копьями. Он примирительно поднял руку и изобразил улыбку:
— Я никоим образом не перебиваю тебя, о мудрейшая! Я просто советуюсь. Сама подумай: мне терять нечего, поэтому я и не дам сделать из себя дурака. Я владею многими приемами, которым меня научили на равнинах, лежащих за Безвоздушными горами, и твоих пыток не боюсь: я в любой момент могу остановить свое сердце и уйти из жизни без мучений, а вы вообще ничего не узнаете! Как жили в своем лесу без чудесного оружия, так и будете жить дальше. Если вам дадут!
Еще на Земле Богдан-Лис выучился игре в покер. В свое время ему очень нравились произведения Джека Лондона, а там часто описывалась эта карточная игра, в которой зачастую выигрывал тот, кто умел артистично блефовать. Лис разобрался в методике и даже пытался втянуть в покерные посиделки своих сокурсников по факультету, которые регулярно собирались на ночные игры в преферанс, но из этого ничего не вышло — покер почему-то не приживался в России.
Сейчас Лис отчаянно блефовал, почти как один из его любимых героев Время-не-ждет. Он, естественно, врал, что может остановить сердце, но что оставалось делать? Поэтому Лис желчно усмехнулся и повторил:
— Ничего не узнаете! Уйду к Всевышнему хоть прямо сейчас — и останетесь с носом!
Кильвара осеклась, но почти сразу же возразила, ухмылка ее не сулила ничего хорошего.
— Ты забываешь, что у нас останется твоя женщина. Если не ты, так она нам все расскажет. Или ты скажешь, что она тоже может остановить свое сердце?
Лис картинно захохотал, стараясь делать это как можно более противно и издевательски.
— Тебя не проведешь, о Правительница! Конечно, не думаю, чтобы ты поверила, если бы я стал утверждать, что дочь торговца из города Омакса, простая гречанка, владеет приемами, которым я учился пять лет в стране безбородых людей за Безвоздушными горами! Естественно, не поверишь. Но тогда подумай сама: что она, моя наложница, может знать о хранилище чудесного оружия? Пытай ее до скончания века, пока у тебя когти не отвалятся от натуги, — все равно ничего не узнаешь! С таким же успехом можешь пытать свою прислужницу! — Лис кивнул на Делифу, стоявшую чуть поодаль.
Гарпия вскочила с трона, шумно чиркнув крыльями по дереву, и злобно проковыляла несколько раз взад и вперед перед Лисом. Наконец она остановилась почти вплотную, пристально глядя ему в лицо. Взгляд ее был наполнен ненавистью и злобой, в нем Лис с удовольствием прочитал расписку в бессилии.. Блеф, похоже, удался.
— Хорошо! — напряженным голосом почти выкрикнула гарпия. Я послушаю, что предлагаешь ты!
Лис встал в позу, в которой, как он часто видел в исторических фильмах, стоял Гитлер: руки крест-накрест, голова чуть склонена набок и вперед.
— Я предлагаю следующее, — сказал он, — и, надеюсь, тебя это устроит, я ведь не собираюсь вас обманывать. Мне действительно нужно как можно скорее сбежать от этих демонов. Мне действительно все надоело: эти погони, стычки, убийства. Я хочу спокойно осесть со своей женщиной в том, ином, мире, куда ведет дорога отсюда, и тихо-мирно жить там. Это все, хочешь — верь, хочешь — нет, но…
— Хорошо! — резко оборвала его Кильвара. — Я спрашиваю: каков твой план?
— Давай сделаем так, — продолжал Лис. Вы доведете нас до места, где находится склад оружия и вход в иной мир. Нас — это, естественно, меня и мою женщину. Вы ждете у входа, и женщина остается с вами. Я вхожу в хранилище и выношу оружие, после чего моя женщина уходит в хранилище, а я показываю вам, как этим оружием пользоваться. Надеюсь, после этого я вам буду не нужен. Если задумаете что-то со мной сделать… Ну, не знаю, зачем вам это? Свое вы получите, поэтому, надеюсь, отпустите меня подобру-поздорову. Предупреждаю, вам все равно не удастся подвергнуть меня пыткам: я же сказал, что остановлю сердце в любой момент, так что испорчу вам весь кайф, ей-богу. Вы, конечно, можете