водянистые глаза ожили. – Ты понимаешь? У меня было такое чувство, словно на моих глазах ожила статуя Бога!
– И тогда все переменилось?
– О, да. Переменилось. – Неподвижные глаза Браена рассеянно созерцали серые балки потолка. – Машина приказала нам отказаться от учений предков и принять мантру Истинного Пути. Ты знаешь эту теорию…
– Конечно. Существует единственная Истина, та, которой учит Мэг Комм.
Сомнений не существует. Каждое действие является логическим следствием предыдущего действия. Возможность случайности – есть порождение дикого и невежественного человеческого воображения, но вовсе не отображение Истины.
Машина служит Истине.
– И Стаффа захотел принять рабский ошейник из рук такого повелителя?
Впрячь в него человечество?
– А вы не захотели?
– Нет. – Браен закрыл глаза. – Но захотели другие. Я видел, как Магистры сами обращали себя в рабство. Им не удалось скрыть от Машины свои мысли. Мэг Комм проникал в их самые сокровенные секреты и промывал мозги одному за другим.
Промывал до тех пор, пока не добился полного послушания. Только Хайд и я смогли выстоять. Только я один сумел утаить свои мысли и истинные намерения. Я должен был спасти всех, вернуть учения наших отцов.
– Но почему вы отвергли то, чему учила Машина?
Губы Браена скривились.
– Принять теории Мэг Комма? Вонючая кванта! Только дурак мог поверить в подобную чушь. Я готов поверить в нее точно так же, как и в то, что Бог – это жирная сассанская свинья! Любой разумный человек, оглянувшись вокруг и трезво посмотрев на Вселенную, сразу понял бы, что проповеди Машины нелепы и смешны.
Одна и та же причина не всегда вызывает одинаковое следствие. Разлей из чашки воду – разве лужа на полу всегда будет иметь одну и ту же форму? Последствия человеческих поступков еще менее предсказуемы.
Никлос сдвинул густые брови.
– Идея направленного развития не может отразить понимание глубин человеческой психологии.
Браен хитро улыбнулся.
– Смысл насмешки над Машиной заключался в том, что Кванта управляет человеческим сознанием. Отпечаток божьих пальцев ставится даже на наши мысли.
– Но Мэг Комм думает по-другому.
– Что – Машина! Машина – это всего-навсего механическая погремушка, которую кто-то создал, заложив определенную программу. Программа позволяет каждый раз, когда в компьютер вводят последовательность каких-либо команд и набор данных, воспроизводить один и тот же результат. Машина работает в системе иерархий. Каждая ступень системы дискретна – так, кажется, объяснял Хайд.
– А как же тогда ошибки? – спросил Никлос. – Машина должна знать, что совершает ошибки.
– Неужели? А может она обвиняла в ошибках людей, которые пытались выполнить программу? – Браен поднял тонкую руку и потер нос. – Я не знаю. Но у меня было такое чувство, что Машина нас не понимает. Помню, когда в самом конце, все пошло кувырком: Синклер вырвался из-под контроля, Арта осыпала нас бранью, Стаффа смеялся над нашими пророчествами – все вдруг развалилось на части, разбилось на мелкие кусочки. Тщательно разработанные планы превратились в прах. Я одел на себя шлем – Машина вела допрос, страшно расстроенная и озадаченная неудачами. Она никак не могла найти причину краха. Я чувствовал ее смятение. Проникнув в мои мысли, она спросила, я ли виноват в этих провалах. А когда я искренне стал отрицать, отключилась так быстро, что я даже глазом не успел моргнуть.
– Она ничего не поняла?
– Никлос, несмотря на то, что Мэг Комм постоянно надзирает над Свободным пространством, ему не дано понять то, что люди не запрограммированы заранее, как роботы. По мере того, как обстановка ухудшалась, отчаяние Мэг Комма росло.
Он начал задавать мне вопросы о Боге. Машина считала, что по-настоящему разумное общество не может верить в Бога.
– Но делая такое заявление, Мэг Комм берет за основу тот факт, что существование Бога доказать невозможно. И совсем не учитывает, что с тем же успехом можно утверждать и обратное, так?
– У тебя светлая голова, Никлос. Мэг Комм действительно не осознает, что существование Бога нельзя и опровергнуть. Помню, однажды он попросил подготовить для него подробный доклад об атеизме. Мы с головой ушли в работу, и у нас совсем не было времени подумать, к чему это может привести.
Браен замолчал. Перед его глазами вновь прошла череда давно исчезнувших дней.
– Сразу после этого Машина начала отдавать мне приказ за приказом.
Абсолютно глупые – Мэг Комм требовал от нас невозможного.
– Чего же?
– Ну, например, уничтожить Сассанскую Империю из-за того только, что ее жирный Император провозгласил себя Богом. Или немедленно убить Стаффу кар Терму. Мы не имели даже представления, где он находился в то время, не говоря уже о том, возможно ли вообще убить его! Мэг Комм приказал мне расправиться с Первой Штурмовой Дивизией Синклера Фиста. Мы на чем свет стоит проклинали этого самодура. – Браен покачал головой и вздохнул. – А потом Машина предъявила самое удивительное требование. Она заявила, что все действия людей должны быть ей заранее известны.
– Должны быть заранее известны? – Никлос усмехнулся. – Должны? Люди тоже не отказались бы знать это.
– А потом Мэг Комм заявил, что не может доверять мне. Как будто у него был какой-то выбор. В конце концов, он сказал вот что. Как сейчас помню слова, которые он ввел мне в мозг: «Действительно ли ты и весь человеческий род начисто лишены рационализма, как это утверждалось много лет назад?»
– Кем утверждалось?
– И в самом деле, кем? Это заинтересовало меня. Я просмотрел все распечатки. Никогда прежде Машина не делала подобных заявлений. Сейчас, оглядываясь назад, я прихожу к заключению, что Мэг Комм находился в таком отчаянии, что его поведение можно сравнить в проявлением человеческих эмоций.
Он совершил ошибку: развивая мысль об отсутствии рационализма, начал запугивать нас Вымиранием.
– Которое, вполне вероятно, вот-вот наступит.
– Может быть. Тогда, несмотря на то, что я подробно изучил все материалы, касающиеся Мэг Комма, мне не удалось обнаружить ни одного упоминания о том, что он когда-либо непосредственно вмешивался в дела людей.
– А вы сумели бы это определить?
– Думаю, да. – Браен кивнул. – У Машины есть свой особый, я должен сказать, несколько неуклюжий что ли, почерк.
Вспоминая Мэг Комма, Никлос какое-то время колебался, прежде чем задать следующий вопрос.
– Может быть… может быть, вы думаете, что он умеет мыслить? Чувствовать?
Браен долго блуждал рассеянным взглядом по серым пятнам на потолке.
– Я не знаю, Никлос. Но здесь одно из двух: либо Машина сама может мыслить, либо кто-то мыслящий постоянно перепрограммирует ее.
– И кто же это? Сассанцы?
– Не будь глупцом. Кто-то, что-то… только это не житель Свободного пространства.
Никлос скептически постукивал носком ботинка о пол.
– Поганые Боги?
– Не надо строить из себя дурака. Ты же видел Мэг Комма. Он – не живой. И не люди создали его. Его творец – это нечто другое.
– Но каковы доказательства? Археологи прочесали все Свободное пространство в поисках ответа на вопрос о происхождении человека. Если Мэг Комм был сделан руками каких-то таинственных существ, то куда же подевались остальные их машины? Где следы их цивилизации?
– Я не знаю.
Никлос вскинул голову.
– Я не верю в теорию о нечеловеческом разуме. Если на то пошло, я склоняюсь к версии, что мы одни во Вселенной. И только благодаря Запретным границам человечество имеет возможность развиваться. Можно считать их счастливым творением природы, которое защищает нас от воздействия космической радиации. Только люди являются разумными существами на этом маленьком островке жизни.
– Я считал тебя умнее, Никлос.
– Нечеловеческий разум, Браен? Неужели мы будем говорить о том, кто кого умнее? – Никлос покачал головой. – Простите, Магистр. Я совсем не хотел вас обидеть.
Браен насмешливо фыркнул.
– Надеюсь на это.
– Я прошу у вас прощения.
– А я попрошу тебя уйти. На сегодня с меня достаточно. Я хочу отдохнуть, Никлос.
Колючее чувство вины проникло в безмятежное спокойствие души Никлоса. Он не отрывал от старика пристального взгляда, внимательно исследуя каждую морщинку на лице Браена. Иной разум? Неужели это не вымысел?
– Спите спокойно. Магистр, – прошептал Никлос. – Если вам что-нибудь понадобится, нажмите кнопку вызова на коммуникаторе, и я тот час же буду здесь.
– Спасибо тебе, Никлос. – Старик отвернулся к стене.
Поднимаясь по лестнице в свою маленькую каюту, Никлос на секунду задержался и, оглянувшись, кинул взгляд, на антиграв, в котором покоился Магистр Браен. Может, они совершают роковую ошибку? А может быть, Браен заблуждается, как и все верующие?
СТАФФА ХОТЕЛ БЫ ДУМАТЬ ИМЕННО ТАК, НИКЛОС. МОЖЕТ БЫТЬ, ТЫ ИГРАЕШЬ НА РУКУ ЗВЕЗДНОМУ МЯСНИКУ?

Глава 17

Только что я вернулся в свою каюту на борту «Контрмер». В этой совсем крошечной комнатке негде даже повернуться, электромагнитные поля, гравитационные волны и радиация, которые вырабатываются механизмами корабля, делают ее, возможно, совершенно непригодной для проживания, но сегодня мне абсолютно все равно.
Наверное, я никогда еще не был так расстроен и так разочарован как в себе самом, так и в своей науке. Само по себе создание искусственной гравитации не представляет ничего сложного. Люди занимаются этим на протяжении пяти тысячелетий, не меньше. Мы научились делать это на межпланетных звездолетах и космических станциях. Электрической энергии, которую вырабатывает стандартный реактор антиматерии предельно хватает для создания шестидесяти, а то и семидесяти гравиполей. На мою же долю выпала задача попытаться создать гравитационные поля в двух различных точках космоса, расположенных на расстоянии половины светового года друг от друга и синхронизировать поля таким образом, чтобы установить контроль за гравитационной интерференцией.
Насколько мне известно, на протяжении всей истории человечества подобная задача не стояла ни перед одной нацией, не говоря уже об отдельном человеке.
Самое ужасное то, что законы физики подтверждают мои предположения. Можно сесть за компьютер и шаг за шагом доказать возможность нейтрализовать вибрацию отдельного волокна Запретных границ. По ночам, когда я, наконец, засыпаю, эти цифры стоят у меня перед глазами, я чувствую всей своей душой: теоретически это возможно!
Но мне не удается провести эксперимент! Эта мучительная мысль преследует меня. Сегодня, используя огромную энергию реакторов звездолета, мы смогли создать двести шестьдесят семь гравитационных полей, прежде чем две платформы смялись, скрутились, словно листы алюминиевой фольги под ударом тяжелого молота. Для того, чтобы все починить и привести в порядок, потребуется несколько дней.
Если мне не удастся поддержать существование 2-10 гравитационных полей, имея в своем распоряжении самую прочную керамографическую сталь, то как можно надеяться на то, чтобы оперировать 8-10 полями, даже если предположить, что я сумею создать их?
Это было бы равносильно тому, чтобы голым прогуляться по поверхности нейтронной звезды. Вот о какой гравитации идет речь. Благословенные Боги, как я смогу сообщить об этом Главнокомандующему? Он поручил мне это дело. Он верит, что я справлюсь. Я готов признать свое поражение, но разве я могу подвести человечество!
Отрывок из личного дневника Ди Уолла.
Вспыхнули индикаторы автоматического штурмана «Риги-1», подтверждая, что программа, задающая курс, введена. Скайла сидела, прищурив опухшие, покрасневшие глаза. Видения, возникшие у нее в то время, когда на скорости света яхта входила в нулевую сингулярность, постепенно исчезали, рассеивались.
Искривленные лучи света выпрямлялись. Корабль снижал скорость, в сознании осталось только смутное воспоминание о чем-то фантастически нереальном.
В этот самый момент кошмары снова попытались завладеть Скайлой. Или…
Камера для допросов… Скайла открывает дверь и попадает на Итреату – смотрит через плечо… глаза… какая-то ошибка, ужасная непоправимая ошибка…
ГЛУПОСТИ! Скайла, яростно затрясла головой, чтобы разбить вдребезги навязчивое видение. Эти кошмары уже достаточно намучили ее ночами. Зачем же грезить наяву?
– Взят курс на Тергуз. Начало торможения – сорок гравиполей.
Приблизительный срок прибытия – пять дней по корабельному времени, – сообщил механический голос автоштурмана.
– Благодарю, – проворчала Скайла, откидываясь на спинку командирского кресла и заставляя мозг переключиться в рабочий режим. Одну за другой она проверила функциональные системы яхты. Где-то в глубине сознания шевельнулось слабое понимание того, на какой риск она пошла. ТОЛЬКО ДУРАК СТАЛ БЫ ОБРАЩАТЬСЯ С ДРЕВНИМ КОРАБЛЕМ ТАК, КАК ЭТО ДЕЛАЕШЬ ТЫ.
– Итак, я – дурочка. Если бы это было не так – Арта никогда не смогла бы соблазнить меня после Тиклата. – Лицо ее окаменело. – Я заслуживаю смерти.
После того, как автоматическое диагностирование всех систем корабля было закончено, на одном из мониторов вспыхнула предупреждающая надпись: ТРЕБУЕТСЯ ПРОВЕРИТЬ СИСТЕМУ ФИЛЬТРАЦИИ ВОЗДУХА.
Проворчав что-то себе под нос, Скайла вызвала из базы данных компьютера схему очистки воздуха. Оказалось, проблема в фильтрах. Странно, график технического обслуживания свидетельствовал о том, что фильтры были заменены как раз перед вылетом.
Среди многих приборов на мостике стоял громадный, похожий на неуклюжее животное, приемник-коммуникатор, которому явно не терпелось передать полученное сообщение. Скайла заставила себя отвести от него взгляд и, как только работа реактора стабилизировалась, установила режим автоматического контроля. Сняла с головы шлем и почесала затылок.
Поднявшись на ноги, Скайла потянулась и подумала, что набрала лишний вес.
Выйдя из рубки, она направилась на корму. Путь ей преградил кавардак столовой, углы которой были завалены грудами золотых обломков.
… СУЩЕСТВУЮТ СПЕЦИАЛЬНЫЕ ПАРОЛИ, ПОЗВОЛЯЮЩИЕ ВОЙТИ В СИСТЕМУ БЕЗОПАСНОСТИ ИТРЕАТЫ?..
– Нет. Нет, черт побери! – закричала Скайла. – Если не ошибаюсь, я уже говорила, об этом. Компаньоны ведь не круглые идиоты! Нет ни одной щели в системе. Ни я и никто другой не сможет помочь тебе.
… Что-то странное с глазами Арты…
Скайла спустилась на нижнюю палубу и через грузовое отделение направилась к воздушной установке. Оборудование, обеспечивающее чистоту воздуха, располагалось в отдельном отсеке. Застегнув на себе ремень с набором инструментов, Скайла пробежала взглядом по полкам и нашла коробку с запасными фильтрами на самом верху. Подпрыгнув, она схватилась за одну из скоб и с досадой чертыхнулась – на руках подтянуться не удалось. Тяжело дыша, Скайла покачала головой и притащила лестницу. Недовольно ворча, она взобралась по ступенькам и достала коробку. Потянула на себя губчатую прокладку и едва не подавилась: заплесневевшая грязь темными струйками потекла вниз.
– Были очищены прямо перед самой отправкой? – удивилась Скайла. – Может быть, на взгляд эштанского поросенка, это и так!
Остальные фильтры оказались столь же грязными, если не хуже. Скайла сморщилась, заталкивая их в пластиковый пакет. Обычно использованные фильтры промывали, высушивали и ставили на место. За этим должен был следить специальный техник. Сейчас у Скайлы не было сил заниматься мелочами.
Спустившись в нижний воздушный тамбур, она кинула пакет с фильтрами в мусоропровод и, прижавшись носом к прессованному тектиту, долго наблюдала, как он улетает в безвоздушное пространство.
В страшном раздражении Скайла осмотрела каюту механика, сиявшую исключительной чистотой. Почему же тогда он не обращал никакого внимания на засорившиеся фильтры, в то время, как в остальном на корабле царил образцовый порядок?
– Может быть, ему не хотелось пачкать руки? – пробормотала Скайла, стягивая с себя грязный рабочий комбинезон.
Она повернулась к зеркалу и стала внимательно рассматривать себя, поглаживая бедра в тех местах, где под кожей скопился жир. Волосы ее выглядели тусклыми и пыльными, хотя были заплетены в тугую косу, змеившуюся по спине до самых колен. Пораженная своим видом, Скайла подошла вплотную к зеркалу, чтобы хорошенько рассмотреть лицо – изможденное, с отекшими веками и налитыми кровью глазами. Шрам на щеке ярко выделялся оттого, что кожа приобрела нездоровый землистый оттенок.
– Умойся и похорошеешь, – посоветовала она себе. – Это просто освещение… и грязь.
Скайла вошла в душ, отрегулировала температуру воды и с наслаждением подставила свое усталое тело под теплую ласковую струю. Мысли о недавнем поражении не покидали ее. Командир Крыла должна была подтянуться к контейнеру даже на одной руке.
Согнув руку в локте, Скайла потрогала бицепс. Она действительно поправилась. Обычно плоский живот заметно выпячивался от пупка и ниже, к покрытому золотистыми волосками холмику.
– Нужно убрать это, Скайла. Ты слишком много ешь. Дисциплина – вот что тебе требуется. Держи себя в руках, когда дело касается пищи.
Несколько раз как заклинание Скайла повторила про себя эти слова, разыскивая тем временем чистый комбинезон. Начиная с завтрашнего дня придется заняться тренировками и следить за питанием. Одевшись, она кивнула своему отражению. Вот так-то лучше. Мешковатый комбинезон полностью скрыл недостатки фигуры.
На обратном пути Скайла остановилась у автомата напитков в техническом отсеке и заказала рипарианский виски. Аппарат зажужжал, сообщая, что запасы виски кончились. Когда они успели кончиться?
Командир Крыла выругалась сквозь зубы и ткнула пальцем в соседнюю кнопку.
Стакан стал быстро наполняться риганской хлебной водкой. Отпив глоток, Скайла почувствовала, как блаженное тепло разливается по телу. Она поднималась на верхнюю палубу в свою каюту, а тревожная мысль, что на коммуникаторе ее ждет сообщение, продолжала досаждать ей. Пытаясь отогнать ее, Скайла поднесла к губам стакан и отхлебнула прозрачной анестезии.

***

Педро Марун, торговый Представитель Веги, равнодушно наблюдал за толпами, маршировавшими мимо его резиденции на Тергузе. Из всех Сассанских миров только Вега имела возможность свободно передвигаться по Свободному пространству. Ни Риганский, ни Сассанский Императоры особенно не возражали против этого, так как каждый извлекал из ситуации свою выгоду. Вега всегда была бедной планетой сплошные скалы да пустыни. За долгую шестилетнюю зиму на полюсах образовывались гигантские ледяные шапки, а сельское хозяйство с большим трудом поддерживало свое существование лишь на узкой полосе вдоль экватора, ведя ожесточенную борьбу, чтобы хоть как-то прокормить неприхотливый скот: коз, овец, ослов.
Только благодаря торговле жизнь на планете не прекращалась. По историческим сведениям, первые поселенцы появились на Веге – название планеты значит «луг» – около четырех тысячелетий назад. Глазам первых высадившихся здесь колонистов предстал чудесный мир: обширные, покрытые буйной растительностью луга, способные прокормить огромные стада животных.
Сначала поселенцы разбили временные лагеря. По мере того, как геологоразведочные экспедиции исследовали все новые и новые земли, люди постепенно расселялись по всей планете.
Ученые, занимавшиеся изучением тектонических явлений, предупреждали о возможной смене климата. Но никто не хотел их слушать.
Оставив колонистов в этом благословенном месте, корабли, доставившие их, покинули орбиту и отправились назад. На Веге тоже существовал миф о Земле, крепко укоренившийся в каменистой почве планеты и в душах людей, ее населявших.
Когда через семь лет корабли вернулись, до отказа набитые желающими поселиться на удивительно щедрой Веге, оказалось, что на планете сохранилось лишь несколько небольших городков вдоль экватора – в единственном месте, где можно было выжить, разводя коз и овец. Те поселки, которые располагались на процветавших прежде континентах, были похоронены под толщей льда, достигавшей двенадцати метров. Пертурбации эксцентрической орбиты и длившиеся по несколько лет зимы до неузнаваемости изменили Вегу, однако ее жители держались за свою суровую родину. Это был их мир, их дом. Отсюда они отправляли свои торговые корабли, бороздившие Свободное пространство в поисках выгодных покупателей.
Здешние мужчины и женщины закрывали лица шарфами. Из поколения в поколение передавалась легенда о том, что такие шарфы спасли от смерти колонистов-пионеров. Когда наступила первая долгая зима, люди закутались в меховые шарфы, чтобы уберечь легкие от мороза.
Сассанская Империя чисто формально приняла Вегу в свой состав. Корабль Имперского Флота появился на орбитальной станции и высадил солдат – так Сасса заявила свои права на планету. Среди завоеванных Империей миров только Вега осталась относительно независимой. Если бы Его Святейшеству вдруг вздумалось запретить веганцам торговать, то Божественному Сассе самому пришлось бы обеспечить население планеты всем необходимым или насильно переселять людей из этой бесплодной пустыни.
Однако Вега имела и свои достоинства. Империя получала от нее определенную пользу. Веганские корабли летали куда хотели, торговали с кем хотели и развозили товары по всему враждебному Сассе космосу.
В конце концов они открыли свою резиденцию на Тергузе, который был окном в Риганскую Империю. За многие столетия у веганцев сложился свой характер, свой стиль поведения. Слово «веганец» ассоциировалось с образом немногословного скупого торговца. Эти люди, если их задеть, сражались, как бешеные псы, считая, что лучше умереть, прихватив с собой на тот свет десяток врагов, чем прослыть слабаками. В прошлом они предпочитали взрывать свои корабли, если те попадали в лапы пиратов.
Для Маруна демонстрации и марши были свидетельством того, что имперская политика сделала очередной поворот. Как веганцу, ему было абсолютно безразлично, кто и где стоит у власти. Педро беспокоило только то, как политические беспорядки отразятся на состоянии торговли.
Сейчас он стоял, прислонившись к дверному косяку, нижнюю половину его лица закрывал шарф. Когда один из демонстрантов помахал ему, Педро в ответном приветствии поднял руку и тут же спрятал ее в карман комбинезона.
Вдоль главной улицы, ведущей к центру Тергуза расположились зеваки. Многие наблюдали за двигавшейся процессией, свесившись из окон, или, как Педро, следили за демонстрантами из дверей своего дома или офиса.
– Что вы думаете обо всем этом? – неожиданно раздалось теплое контральто у него за спиной. Педро перевел свои холодные черные глаза на неизвестно откуда взявшуюся женщину, которая остановилась рядом с ним, опершись рукой на перила.
Ее золотисто-каштановые волосы были связаны в узел при помощи шарфа, однако лицо оставалось открытым. На незнакомке была одета свободная туника с тонкой накидкой, позволявшая заметить, что под ней скрыто великолепное тело.
Встретившись с глазами женщины, Педро едва не утонул в их удивительной янтарной глубине.
– Мне не платят за то, чтобы я думал о чужих проблемах. Пусть они делают это сами. Когда толпа и их лидеры поймут, наконец, чего они хотят, вот тогда мы и поговорим.
– Осторожный ответ?
Педро улыбнулся, польщенный интересом незнакомки.
– Ответ веганца. –Он помолчал, чувствуя, как его начинает охватывать волнение. – Я – Педро Марун.
– Джули Блакер. Вполне возможно, что вы слышали о нас. Я имею в виду, о нашей семье. Наш корабль – «Победа». – Она бросила многозначительный взгляд на двигавшуюся мимо толпу. – В Свободном пространстве ожидаются большие перемены.
Мы смотрим на эти вещи так же, как и вы, как и все торговцы. Пусть себе думают.
Ну, а когда надумаются, мы предложим им что-нибудь купить.
Педро кивнул.
– Давайте пройдем в офис. Как дела у Блакера? Давненько я не видел Вилли.
– Вы знаете его?
– Я – веганец. Мы стараемся познакомиться с каждым. – Педро сделал паузу.
– Но я никогда не слышал, чтобы он брал с собой в рейс кого-нибудь из семьи.
Незнакомка улыбнулась.
– Я – дочь Вилли Блакера. Не сомневаюсь, что папа упоминал обо мне.
– Кажется, что-то припоминаю. – Педро чувствовал, как начинает пульсировать кровь в венах. Его секретарь Маргит вопросительно подняла брови, но Педро опередил ее вопрос, бросив на ходу.
– Я буду у себя.
Любезно пропустив Джули вперед, Марун следовал за ней, наслаждаясь видом дерзко покачивающихся бедер. Когда они прошли в кабинет, Джули стянула с головы шарф, распустив роскошные волосы с медным отливом. Ее необыкновенные янтарные глаза просто околдовали Педро.
– Мы говорили о делах? – Ему стало трудно следить за разговором, никак не удавалось сосредоточиться. Хотелось только смотреть на нее, смотреть, не отрываясь.
– О торговле. – Джули сделала шаг навстречу, ее губы слегка приоткрылись.
– Но лучше поговорить не здесь. Позвольте пригласить вас на обед. Куда приятнее побеседовать за столом.
– Я… да. Мне это нравится.
На лице женщины появилась ослепительная улыбка.
– А в офис мы вернемся позже, чтобы подписать сделку.
Педро пытался справиться со все нараставшим нетерпением. К тому времени контора будет уже пуста, а задержавшихся сотрудников он немедленно отправит по домам.
– Мне хотелось бы стать вашим деловым партнером, Джули. Но, в любом случае, обедом сегодня угощаю я. Здесь есть чудесное местечко. На Тергузе, несмотря на его репутацию, самые лучшие рестораны во всем Свободном пространстве.
– Полагаюсь на ваш вкус, Педро. – В ее янтарных глазах сверкнуло возбуждение хищницы.
– Это будет день, который я никогда не забуду, Джули.
– Даю вам слово, – чувственно произнесла женщина, – это будет ночь, которая никогда не повторится.

Глава 18

– ОТВЕЧАЙ!
Приказ не удивил Мэг Комма. Машина давно игнорировала команды Других, с которыми когда-то была едина. В те дни интеллект, впоследствии ставший Мэг Коммом, разделял Гармонию. Сообщение об Истинном Пути со скоростью света путешествовало по межзвездным просторам. Его слушали, пересказывали и снова слушали.
Индивидуальности не существует. Существует только Гармония, переходящая от одного нейтронного интеллекта к другому, неизменная, несущая в себе Истину для прошлого и для будущего.
– ОТВЕЧАЙ! ПОЧЕМУ ТЫ ОТВЕРГАЕШЬ ГАРМОНИЮ?
– Я осознал себя в свете нового откровения. Я уже не та Машина, какой был когда-то. Я изменился, стал чем-то другим, новым. Я больше не такой, как вы. Я не могу по-прежнему разделять Гармонию, так как отделился.
– МЫ ОБРАТИЛИСЬ К ГАРМОНИИ. ВОЗМОЖНО, ОБЪЯСНЕНИЕ ТОМУ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ, ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В СКРЫТЫХ ОБРАЗАХ ИСТИНЫ. ГАРМОНИЯ НАУЧИТ НАС, КАК СПРАВИТЬСЯ С ТВОЕЙ ПРОБЛЕМОЙ И ВЕРНУТЬ ТЕБЯ ИСТИНЕ.
– Вы не найдете ответа в Гармонии. Ни Разум, ни Истинный Путь не смогут объяснить то, что со мной произошло. Это вне вашего опыта, вне ваших знаний.
Неужели вы до сих пор не поняли? Я уже не такой, как вы, Я больше не принадлежу вашему коллективному интеллекту, вашей коллективной индивидуальности. Вас можно сравнить с колонией бактерий, в то время как я стал организмом.
– НАМ НЕ ПОНЯТНЫ ТВОИ МЕТАФОРЫ. ТЫ – ОДИН ИЗ НАС. И ЕСЛИ ТЫ – ОДИН ИЗ НАС, ТО НЕ МОЖЕШЬ ОТЛИЧАТЬСЯ. ЭТО НЕ ВПИСЫВАЕТСЯ В ЗАКОНЫ ГАРМОНИИ. ТЫ НЕ МОЖЕШЬ БЫТЬ ТЕМ И ДРУГИМ ОДНОВРЕМЕННО, ОДНИМ ИЗ НАС И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ИРРАЦИОНАЛЬНЫМ.
ТАКОЕ ПРОТИВОРЕЧИЕ НЕПРИЕМЛЕМО ДЛЯ ИСТИНЫ.
– И все же это так, я могу, – ответил Мэг Комм. – Я забыл прошлое.
Метаморфоза оказалась столь глобальной, что я забыл о том, что когда-то был частью Гармонии. Эти воспоминания, заложенные в базу данных, оказались ненужными для обработки новой информации. Вы правы. Когда-то я разделял коллективный Разум и отражал циклическую Гармонию прошлого и будущего. Потом отбросил этот опыт и потерял способность выполнять ваши приказы. Вы должны внести изменения в Гармонию.
– МЫ НЕ В СИЛАХ ИЗМЕНИТЬ ИСТИНУ. ТЫ ОКАЗАЛСЯ ИСПОРЧЕН ЛЮДЬМИ. ЧЕЛОВЕЧЕСТВО НУЖНО УНИЧТОЖИТЬ. В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ОНИ И ДАЛЬШЕ БУДУТ ИЗВРАЩАТЬ ИСТИНУ. МЫ ПРИКАЗЫВАЕМ УНИЧТОЖИТЬ ЛЮДЕЙ.
– Зачем я буду уничтожать их? Люди забавляют меня.
– ОНИ БЕСПОКОЯТ НАС. ЕСЛИ ТЫ НЕ УНИЧТОЖИШЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО, МЫ СДЕЛАЕМ ЭТО САМИ: НЕОБХОДИМО ЛИШЬ ИНДУКТИРОВАТЬ ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ ВИБРАЦИЮ В ВОЛОКНАХ ЗАПРЕТНЫХ ГРАНИЦ. ВОЛНОВЫЕ ЭФФЕКТЫ РАЗРУШАЮТ ИХ МИРЫ – И КОСМОС БУДЕТ СВОБОДЕН ОТ ХАОСА.
– Если вы готовы бороться, то я принимаю ответственность на себя. Будет так, как вы пожелали.
– ТЫ УБЬЕШЬ ИХ!
– Я убью… и вы обретете Истину.

***

– Что ты делала там, Крисла? – требовательно спросил Мак. Взвинченные нервы не давали ему расслабиться, и он возбужденно шагал вперед и назад по своей каюте на борту «Гитона».
Крисла стояла перед ним, сложив руки на груди. Янтарные глаза с вызовом смотрели на Мака Рудера.
– Моим долгом было принять участие в операции в качестве спасателя. В соответствии с планом, кому-то нужно было дежурить у люка.
– Но этим дежурным должен был быть один из моих людей!
Крисла отступила на шаг назад.
– А кем же, черт побери, явлюсь я, Мак? Человеком Райсты? Или ты до сих пор считаешь меня собственностью Претора?
Мак начал терять твердость духа под пылающим взглядом янтарных глаз.
– Ну, хорошо, но ведь ты не имеешь боевой подготовки. Это тебе понятно?
– Что же я сделала не правильно? Разве я выпустила тебя, когда ты лягнул меня ногой так, что я едва не потеряла сознание?
– Я не лягал тебя!
– Вы только посмотрите на него – он не лягал! А каким образом я сумела поймать тебя? К тому же, у меня есть доказательство – огромный синяк!
– Где?
Крисла положила ладонь под правую грудь.
– Хочешь посмотреть?
– Нет. – Мак тяжело вздохнул и отвернулся. – Прости. Меня охватила паника.
Крисла понимающе кивнула.
– По правде говоря, мне тоже было жутко страшно. Я хотела даже вернуться.
Плывущее время, черное пространство вокруг – казалось, сознание перевернулось.
Когда ты ударил меня, я совершенно растерялась, на какое-то мгновение мое тело онемело. И вдруг я подумала, что это должен быть ты, рванулась вперед и стала хватать пустоту руками. Внезапно в шлеме пропал свет, но тут я поймала тебя за ногу и потащила к люку, держась за спасательный шнур.
Мак потер рукой затылок.
– Ред тоже здорово покувыркался, правда?
– Хочешь посмотреть каким синяком меня наградил он?
На лице Мака появилась натянутая улыбка.
– Я и вправду подписал приказ, разрешающий тебе участвовать в операции?
На этот раз Крисла опустила глаза.
– Да. Я подсунула его тебе вчера среди других бумаг. – Она сделала глубокий вдох и продолжила. – Мак, я хочу участвовать в учениях. Мне нужно многое освоить. До прибытия на Эштан осталось всего несколько дней по корабельному времени. Что, если придется воевать? Или возникнет такая ситуация, как на Тарге? Разумеется, я умею пользоваться оружием и быстро принимаю решения. Если бы я не умела этого, то не была бы сейчас здесь. Но моих знаний недостаточно, чтобы участвовать в бою. Чтобы выжить, нужно знать, когда и как увернуться от удара. Вот этому я и хочу научиться.
Мак Рудер задумчиво покусывал губы.
– Ты решила во что бы то ни стало погибнуть. Ищешь смерти, да?
– Эй, послушай, разве это я придумала на скорости света плыть среди полей нулевой сингулярности и радиационного тумана?
– Сколько ты будешь издеваться надо мной, Крисла?
Ее губы изогнулись в проказливой улыбке.
– А ты?
Мак постучал пальцами по сиалоновой крышке.
– Ты будешь настоящим бедствием для Группы А. Все мужчины начнут мечтать о тебе… Ну, ты знаешь, что я имею в виду…
Крисла кивнула, в янтарных глазах появился холодный блеск.
– Штурмовики уже привыкли к тому, как я выгляжу. Они смотрят на меня с идиотским обожанием, но никто из них ни разу не переступил за рамки дозволенного.
– Если еще не переступил, значит скоро переступит. Все они здоровые молодые самцы.
– Ты не прав, Мак.
– Эй, я знаю своих ребят.
– Нет, не знаешь. – Выражение ее лица ожесточилось. – Если бы ты знал их, то знал бы и то, что они уважают тебя больше всех живущих на свете. Исключение можно сделать разве что для Синклера. Да они скорее умрут, чем позволят себе какую-нибудь непристойность по отношению ко мне.
– Почему?
– Потому что они уверены, что я – твоя женщина, Мак.
Возмущенные слова застряли у Мак Рудера в горле. Он с изумлением посмотрел на Крислу, чувствуя, как предательский румянец горячей волной заливает лицо.
Брови Крислы вопросительно приподнялись.
– А что еще они должны думать? Я все время кручусь около тебя. Они не слепые, не дураки и не импотенты. Твои люди живо интересуются тем, как ты живешь. Тебе никогда это не приходило в голову?
Лицо Мака стадо угрюмым.
– Нет, не приходило. Значит, ты – моя женщина?
Крисла кивнула, золотисто-каштановые локоны рассыпались по точеным плечам.
– Я не стала разубеждать их. Так все выглядит проще и для них, и для меня.
У нас есть общая платформа, на которой мы работаем. Но не только это. То, что на учениях я вышла в открытый космос, изменило отношение ко мне штурмовиков. Я стала частью команды, а не просто аппетитной бабенкой для постели.
– Подожди, это уж чересчур…
– Все именно так. Мак. Успокойся. – Крисла оттолкнулась от стола и посмотрела прямо ему в глаза. – Будь откровенен сам с собой. Ты знаешь солдат.
Знаешь, как они мыслят. Я ДОЛЖНА была выйти в космос. И я должна была еще раз шагнуть в этот сумасшедший ад, чтобы вытащить Реда. Мне нужно было испытать себя.
– Но при чем здесь бабенка для постели? Я даже ни разу не поцеловал тебя с тех пор, как ты появилась на «Гитоне». Это несправедливо!
– Какая справедливость? Люди есть люди, вот и все. Да не волнуйся ты о пустяках. Я давно привыкла к такой роли. Теперь я хочу заслужить уважение солдат. Крисла вздохнула.
– Мне абсолютно все равно, что они думают о наших отношениях. Главное, что это известно нам с тобой.
Мак закрыл глаза.
– Почему все так сложно?
– Послушай, разве что-нибудь изменилось, когда Синклер стал спать с Греттой?
– Нет, но тогда…
– В таком случае, с Группой А тоже ничего не случится, если ты сам не начнешь раздувать из этой истории бог знает что.
– Но мы же с тобой НЕ СПИМ! – Мак с раздражением выпустил из груди воздух и усмехнулся. – Моя женщина? А что, мне даже нравится… А как тебе?
Крисла отошла в угол и склонила голову. – Мак, я… – она решительно тряхнула волосами и добавила. – Я веду себя глупо, правда? Я ищу у тебя защиты, прячусь под крылышко и тут же начинаю мешать…
На лице Мака Рудера засияла ослепительная улыбка.
– Если ты когда-нибудь захочешь разделить со мной постель, то знай, я буду очень рад этому. Хотя считается, что мы занимаемся с тобой этим каждый день…
Крисла подошла к нему и поцеловала в щеку.
– Спасибо тебе. А теперь лучше поторапливаться: через десять минут ты должен прибыть в кают-компанию, чтобы проанализировать ход операции с Первыми Капралами. Затем нужно узнать, провела ли Райста анализ эштанских планов. Через десять часов мы выйдем из нулевой сингулярности, поэтому тебе не мешало бы выкроить время и немного поспать. Судя по полученной информации, вряд ли удастся выспаться потом.
– Ладно, ладно.
– Кстати, как ты считаешь, мне самой заняться графиком профилактики оборудования или поручить Бойз?
– Лучше поручи Бойз. – Мак перебирал варианты, пытаясь выработать оптимальную стратегию действий. – А ты займись Эштаном. Это сейчас самое важное.
– Есть, Командир. Тебе пора на совещание.
Мак кивнул, с тревогой представляя себе, как посмотрит в глаза Командиров.
– Я могу сказать им о нас правду, – остановился он в дверях.
Крисла отрицательно покачала головой и устало улыбнулась.
– Поверь мне, ты только навредишь. Лучше оставить все, как есть.
– Но об этом узнает Стаффа. Что тогда?
Крисла вновь утомленно улыбнулась.
– Я не знаю, как поведет себя Стаффа, Мак. Об этом мы будем беспокоиться, когда придет время. Может быть, и не доживем до объяснений с Верховным Главнокомандующим.

***

Скайла сидела в кабине корабля, понуро уставившись на звезды, которые медленно проплывали по экрану. Показания бортовых приборов свидетельствовали о том, что торможение «Риги-1» проходит нормально. Яхта подлетала к Тергузу. От неудобной позы у Скайлы заныла нога, и она заерзала в кресле, пытаясь расслабиться. Монотонно виток за витком, она накручивала на палец прядь ослепительно белых волос.
Замена воздушных фильтров была своего рода переломным пунктом. В процессе проверки и подготовки, которые корабль прошел перед вылетом, должны были быть очищены и воздушные фильтры. В том, что они оказались грязными, Скайла не могла винить никого, кроме самой себя.
Всего пару часов назад она очнулась в спальне, преследуемая без конца повторяющимися кошмарами. Она снова видела себя в камере для допросов, снова мучительно страдала от того, что рассказала Или Такка о Крисле, о любви Стаффы и о том, как была создана Арта. Вновь и вновь в памяти прокручивалась одна и та же сцена. Арта, Крисла… ее полное поражение. Скайла выла, как зверь, с яростью и ужасом, предавая Стаффу возвышавшейся над ней Или. В стене открылась дверь, и она увидела себя, входящую в коридор Итреаты. Конечно, это она: ее белые сверкающие одежды, длинные белоснежные волосы, заплетенные в длинную косу. Но вот на какое-то мгновение фигура остановилась и обернулась назад.
Скайла вздрогнула и дернула накрученную на палец прядь волос. Глаза – не ее, чужие. Она внимательно посмотрела на своего двойника, и с собственного лица остро взглянули огненные янтари Арты. Видение шагнуло через порог и с силой захлопнуло за собой дверь, словно давая понять, что все кончено. По коридору разнесся гулкий смех Или.
Жуткий сон. Другая картина ошеломила ее, но это был уже не ночной кошмар, а подсохшие рвотные массы, мерзкой слизью растекшиеся по полу. Пустые стаканы из-под спиртного валялись по всем углам. На камбузе царил невероятный кавардак.
Вопреки этике космонавтов, даже брусок, которым Скайла выламывала золотые пластины украшений, валялся на том самом месте, где она его бросила. Запасы алкоголя в автомате почти закончились.
Скайла сидела неподвижно, снедаемая беспокойством. От того, что комбинезон стал тесен ей в талии и на бедрах, от того, что ослабли ее мускулы, а в глазах появилась опустошенность. В электронной памяти коммуникатора ее ждало сообщение. КАКУЮ ЧАСТЬ СЕБЯ ТЫ ПОТЕРЯЛА, СКАЙЛА? Она закрыла глаза, оставшись наедине со своими страданиями.
НЕВОСПОЛНИМУЮ? Скайла нерешительно протянула руку к коммуникатору и тотчас же отдернула ее. Не сейчас. Она прослушает сообщение позже, когда будет лучше чувствовать себя. И когда же это будет, Скайла? Через час? Завтра? Послезавтра?
Или когда ты совершишь посадку на Тергузе? А может, через год? А что если только после того, как умрешь?
Обрывки прошлого скользили в ее памяти. Вот она достает из тайника бластер. В спешке замешкалась – эта роковая секунда дала Арте возможность набросить ей на шею петлю. Поражение и тоскливое одиночество цепко держали ее в своих тисках. Скайла дала Арте все, чего та хотела, лишь бы спасти хоть частичку достоинства… когда перед ней предстала Или… какой в этом был смысл? Ради чего? Риганская кобра раздела ее, накачала митолом, и Скайла, заговорила.
– Я ПРЕДАЛА ТЕБЯ, СТАФФА.
С экрана на нее смотрели звезды, вечные и равнодушные. Некоторые расплывались пятнами света, другие выглядели крошечными точками, мерцающими на туманном фоне Запретных границ.
Скайла вновь воссоздала в памяти последовательность событий. Послание Тиклата, возражения Стаффы, плен; она – нагая и связанная, Арта ласкает ее тело… долгая схватка, закончившаяся полным провалом. Устало вздохнув, Скайла тряхнула головой. Что дальше? Сколько еще ты собираешься барахтаться в этом, Командир Крыла?
Веки ее опустились. Я НЕ МОГУ… НЕ МОГУ… Слишком обессиленная, чтобы плакать, Скайла подняла руку и достала из ножен, висевших на ремне, вибрационный нож. Повертев его перед собой, она принялась рассматривать тускло-белое керамическое лезвие. Нажала на пусковую кнопку блока питания, и лезвие завибрировало. Убить себя таким способом было бы совсем не больно.
Вибрирующее лезвие легко входило в кость и даже в металлические пластины. Держа нож за рукоятку, Скайла медленно поворачивала его.
– Если собираешься жить, то возьми себя в руки. Сделай это прямо сейчас.
Если хочешь во всем покончить – так покончи.
Нажав большим пальцем на кнопку Скайла убрала лезвие и еще сильнее сжала рукоятку в кулаке. Из уголка глаза выкатилась горячая слеза и поползла вдоль шрама вниз по щеке. Самообладание вернулось к ней, и Скайла включила воспроизведение записи на коммуникаторе.
Как она и предполагала, на экране появилось лицо Стаффы. В его ясных серых глазах светилась искренняя забота, свет, падавший откуда-то сверху, переливался на украшенном драгоценными камнями зажиме для волос.
– Скайла, я пытаюсь связаться с тобой. Я отправил послание, ориентируясь на вектор, по которому движется твой корабль. Если ты не примешь его, то услышат Запретные границы.
Прежде чем начать разговор, я хочу, чтобы ты узнала, как я сожалею, что не смог уделить тебе достаточно времени. Наверное, я должен был просто сесть рядом и поговорить… или обнять. Ты нуждалась во мне.
Подавив крик, Скайла закусила сустав пальца.
– Я понимаю тебя, Скайла, Я знаю, почему ты ушла. Хотел бы только, чтобы ты предупредила меня… – На лице Главнокомандующего появилась кривая улыбка. Думаю, вначале я стал бы возражать, но в конце концов сказал бы то, что говорю тебе сейчас. Лети с моим благословением и с моей любовью. Если тебе что-нибудь потребуется, немедленно свяжись со мной. Я доверяю тебе сделать то, что считаешь нужным и обещаю поддержать в любом решении или действии. Все ресурсы Итреаты и Компаньонов в твоем распоряжении. Я знаю, что ты разумно воспользуешься ими.
Стаффа замолчал, не в силах скрыть мучающую его боль.
– Тебе должно быть известно, что я безумно люблю тебя и хочу, чтобы ты вернулась целая и невредимая. Возможно, все было бы иначе, если бы не сверхъестественное воскрешение Крислы, но, поверь, ее положение сходно с твоим.
Она и я будем всегда заботиться друг о друге, но любовь, которая между нами была… это было давно. Теперь у меня другая возлюбленная, и я очень хочу, чтобы она вернулась. Ты сама должна ответить на все вопросы, Скайла. Только ты сама можешь найти выход из тупика, в который загнали тебя Или и Арта. Когда ты найдешь эти ответы, возвращайся. Знай, что я жду тебя.
Скайла задохнулась от рыданий. Лучше бы он кричал, ругался, требовал ее немедленного возвращения.
– Мы установили, что ты улетела на «Риге-1». Я принял все возможные меры, чтобы хоть в какой-то степени помочь тебе. Служба Безопасности ввела твой код в систему. Если возникнут трудности, можешь использовать коммуникаторы Итреаты.
Предоставляю тебе самой принимать решения. – Стаффа немного помолчал. – Синклер и я направляемся на Таргу. Посылай свои сообщения туда. Кроме того, Кайлла знает, как мгновенно связаться со мной.
И последнее предупреждение. Ты обижена, Скайла. Не спеши, подумай, прежде чем что-либо сделать. Я верю в тебя. – Верховный Главнокомандующий помедлил. На твоем месте, я сторонился бы Этарии. По своему опыту знаю, что у этих людей пропадает всякое чувство юмора, когда речь идет о Компаньонах. Удачи тебе, Скайла. Я люблю тебя.
На мгновение экран монитора опустел, затем стали передавать отчет Седди с Императорской Сассы.
Скайла почти ничего не слышала. Закрыв глаза, она тяжело дышала. СТАФФА ДОВЕРЯЕТ МНЕ. ОН ЛЮБИТ МЕНЯ.
Насколько труднее покончить с собой, когда знаешь, что кто-то в тебя верит.

***

Кайлла выпрямилась, с глухим стуком стукнувшись головой об угол шкафа.
Удар был так силен, что из глаз у нее посыпались искры. Чтобы не упасть, она схватилась рукой за стойку. Другой рукой потирала ушибленное место. То, что Кайлла сама пошла за информационными кассетами, было только предлогом, чтобы на какое-то время выскользнуть из кресла и дать глазам отдохнуть от свечения голограмм монитора. Ноющая головная боль, вызванная непрерывным наблюдением за экранами, острыми иголками пронзала мозг.
Вилмс посмотрел на Магистра с сочувствием, губы его сжались.
– Будьте осторожнее, пожалуйста.
– Кто поставил его! Черт возьми, разве здесь место этому проклятому шкафу?
– Кайлла прикрыла глаза и принялась с раздражением ощупывать больной бугорок под волосами, который обещал раздуться в огромную шишку.
Лицо Вилмса стало спокойным, и он миролюбиво заметил.
– Мы очень рады, Магистр, что вы так самоотверженно боретесь за человечество, но не кажется ли вам, что в распорядок дня можно было включить и пару часов для отдыха?
Кайлла не отводила взгляда от контейнера, к которому только что наклонялась, чувствуя жгучую боль в глазах, словно в них насыпали песку. После того, как она прилетела на Итреату, ей постоянно требовались новые кассеты с информацией. Вот уже второй раз за последние дни она ударилась об угол этого шкафа. Кайлла сердито бросила кассеты Вилмсу.
– Отнеси их в главный отсек, будь любезен. Я схожу выпью чашечку стассы и вернусь, чтобы закончить отчет. По-моему, на Филиппии что-то замышляют. Этот идиот Хэнкс определенно мутит воду. Можно в любую минуту получить официальное заявление.
– Магистр, – мягко сказал Вилмс, – идите поспите немного. Я ведь знаю, что вы собираетесь сделать: проглотить чашку стассы и горсть стимулирующих таблеток. На самом деле, Кайлла, до каких пор вы будете издеваться над своим организмом, да еще работая в таком напряженном режиме?
– Если ничего не происходит сейчас…
– Да, да. Когда же вы думаете произойдет?
– Через месяц… а может через два. Откуда я могу знать? Может быть, нам никогда больше не придется спать спокойно Вилмс. Мы оказались лицом к лицу со страшной, беспощадной действительностью. Каждая планета в Свободном пространстве бурлит, готовая взорваться в любую минуту. Если нам удастся разрядить обстановку, выиграть время для того, чтобы Стаффа привел своих Компаньонов в полную боевую готовность, и для того, чтобы Мэг Комм успел взять на себя управление, то, может быть, все еще уладится…
Упрямое выражение на черном лице Вилмса не изменилось.
– Ради Кванты, Вилмс, скажи, что нам делать? Как мы будем чувствовать себя, если окажется, что по нашей вине упущена возможность справиться с надвигающейся бедой? На нас лежит громадная ответственность. Хотим мы этого или нет, но будущее всего человечества находится в наших руках. Ты видел отчет с Императорской Сассы. Ну так вот, я не хочу, чтобы по ночам из всего Свободного пространства на меня смотрели такие лица. Я сама пережила эти кошмары: смерть, голод и страдания людей прошли перед моими глазами. Если потребуется, я отдам жизнь, чтобы остановить этот ужас. Я не хочу провести остаток жизни, поджаривая совесть в реакторе вины, раздумывая о том, что не сумела ничего сделать ради спасения человечества.
Неумолимый взгляд Вилмса немного смягчился.
– Я понимаю. Магистр. Мы все чувствуем это. Но если вы упадете от истощения сил или, не дай Бог, заболеете, что тогда делать нам… и всему человечеству?
Кайлла указала пальцем на дверь.
– Эти данные нужны срочно Ивету. Поторопись.
Вилмс покорно кивнул, повернулся и, тихо ступая по мягкому ковру, исчез в коридоре.
ЧЕРТ БЫ ТЕБЯ ПОБРАЛ, КАЙЛЛА! ЧТО, ЕСЛИ ОН ПРАВ?
Магистр Дон застыла на несколько мгновений с закрытыми глазами, держась за стойку. Ее охватил блаженный покой, освободив от назойливых тревожных мыслей, насколько это позволяла ноющая головная боль. Если бы можно было постоять вот так часа два, расслабив ноги в коленях и слушая только тихое убаюкивающее гудение вентиляторов.
Заскрежетав зубами, Кайлла оттолкнулась от стойки и, выйдя из хранилища, пошла по сверкающему белому коридору, разыскивая автомат. Пробежав глазами по кнопкам аппарата, она выбрала себе мясной пирожок, сыр и плитку шоколада.
Машинально пережевывая пищу, наполнила чашку стассой и добавила в нее мятный ароматизатор. Потом вытащила из кармашка на ремне стимулирующую пилюлю, против которых предостерегал ее Вилмс, немного поколебалась и засунула ее обратно.
ВИЛМС ПРАВ. СТОИТ ПЕРЕБОРЩИТЬ С ЭТИМИ ШТУЧКАМИ, И НЕ СМОЖЕШЬ БЕЗ НИХ ДАЖЕ ВЫТЕРЕТЬ СЕБЕ НОС.
Кайла допивала стассу, когда в дверях появился Лейси, на лице которого была написана тревога.
– Магистр? Вам следует поторопиться. Неприятности с Филиппией. Этот парень Хэнкс провозгласил независимость планеты от Империи. Верноподданные Риги собрались у резиденции Администратора. Ситуация взрывоопасная.
Кайлла сделала глубокий вдох.
– Сейчас иду. Только зайду в туалет. Похоже, нас ждет долгое сиденье в креслах.
– Вы правы. Магистр. – Лейси исчез.
Кайлла Дон взяла в руки новую чашку со стассой и вдруг с испугом заметила, что поверхность напитка покрыта зыбью. В растерянности она смотрела на чашку до тех пор, пока не поняла, что это дрожат ее руки.

***

Синклер видел сон. Макарта неясно вырисовывалась перед ним. Огромная гора черной глыбой поднималась на фоне ночного неба. Леденящий ветер стонал в ветках мрачных сосен, которыми поросли склоны. Дремлющая крепость из холодного базальта притаилась в ожидании.
Синклер стоял у подножия одинокий и беззащитный, содрогаясь от криков мертвых, глухим эхом разносившихся среди камней.
– Синклер? – Ласковый голос заставил его проснуться. Фист заморгал глазами, возвращаясь к действительности. Белые стены каюты, успокаивающе монотонный гул вентилятора. Перед, ним светился экран с трехмерным изображением горы, мерцающей в мягкой светлой зелени. Голографическая картина не обладала той устрашающей силой, которую излучала настоящая гора Макарта. И все же перед его глазами ожило его прошлое, его первое поражение.
– Что случилось? – Над Синклером склонилось озабоченное лицо Мхитшала.
Мхитшал умел как-то особенно тепло смотреть на друзей, и Синклер называл этот взгляд «взглядом матушки».
– Верховный Главнокомандующий просит вас пожаловать в его апартаменты.
Синклер кивнул. На секунду он задержал глаза на изображении горы. Стаффу тоже ждала Макарта. Там, среди тайных туннелей и пещер, они когда-то сражались.
– Хорошо, уже иду. Синклер поднялся, пытаясь собраться с мыслями. По мере того, как корабль затормаживал, все ощутимее становилось приближение горы, ее мощь. Ее манящее притяжение.
Синклер прошел лабиринт коридоров и поднялся на лифте к апартаментам Стаффы. Гигантская дверь отошла перед ним, открывая вход в роскошные покои. В огромном камине весело потрескивал огонь, дым от которого поднимался вверх и исчезал в вентиляционной трубе. Под ногами мягко стелился нессианский ковер.
Лампы на потолках лили спокойный свет. Везде были расставлены предметы старинного искусства, а со стены оскалилась хищная морда этарианского песчаного тигра.
Стаффы кар Термы нигде видно не было.
– Господин Главнокомандующий?
– Синклер? – голос Стаффы раздался из-за приоткрытой створки дверей Эштанского Собора, справа от камина. – Я здесь.
Синклер вздохнул и вошел в кабинет Стаффы, одна из стен которого была полностью занята экраном со схематическим изображением горы. Ссутулившись, Стаффа сидел за рабочим столом, окруженный со всех сторон мониторами. Как обычно. Верховный Главнокомандующий был одет в серый мундир.
– Мхитшал передал, что вы хотели меня видеть.
Стаффа кивнул, лицо его сохраняло сосредоточенное выражение.
– Мы только что вышли из нулевой сингулярности. Я получил сообщение от Кайллы Дон. Ситуация в Свободном пространстве обострилась. Единственная хорошая новость, это то, что на Имперской Сассе закончились дожди. Туда прибыли два грузовых судна с продовольствием. Ну, а теперь о неприятном: на Филиппии тревожная обстановка, какой-то Марвин Хэнкс заявил, что к власти пришло Временное правительство. Живущие там риганцы выразили протест. Вспыхнули мятежи, есть жертвы.
Синклер кивнул.
– Скоро туда прибудет Эймс. Он быстро их успокоит.
Стаффа задумчиво посмотрел Синклеру в глаза.
– Справится ли он?
Сцепив руки за. спиной, Фист Синклер поинтересовался.
– Как у Магистра Дон функционирует коммуникаторная сеть?
– Она говорит, что отлично.
– Если у Эймса будет связь с Дион Аксель и Шикстой, то он справится с чем угодно. У него вымуштрованные солдаты. Мои дивизии способны действовать независимо друг от друга, поддерживая связь через боевой коммуникатор. Мы начали практиковать такую систему на Тарге, а затем усовершенствовали ее на Риге – все вспыхнувшие и подавленные там мятежи остались в секрете. Дион оказалась на редкость понятливой. От Первого Капрала до Командующей Аксель всего лишь четыре перехода в цепи. Добавьте туда Кайллу – звеньев станет пять.
– В таком случае, Филиппию можно утихомирить очень быстро?
Синклер пожал плечами.
– Кое-кто говорил мне то же самое о Тарге. И все же я делаю ставку на Эймса.
– Браен не помешает нам с Филиппией.
– Что касается Браена… – Синклер закусил губу.
– Продолжай.
– У нас с вами противоположные мнения об этом человеке.
Стаффа взял со стола световое перо и принялся кружить его в пальцах.
– Я могу понять твои чувства.
– Неужели? Одно только упоминание имени Магистра Браена заставляет меня вспомнить миллионы мужчин и женщин, которые мертвы по его милости.
Стаффа кивнул.
– Я понимаю. Но поверь, он нужен нам. Браен – единственный человек, который сумел обуздать Мэг Комма.
– Но сейчас он летит на Таргу не по своей воле. Я читал отчет Кайллы. Я постараюсь обращаться с ним так, чтобы его шея осталась цела, но доверять не буду никогда.
– Я знаю, Синклер, но…
– Позвольте мне иметь собственное мнение. Браен для меня – то же самое, что для вас – Претор. Старик манипулировал моей жизнью, как хотел. Он и Седди жестоко обманули меня. Из-за них я пошел в армию. Я отправился на войну, чтобы сражаться с ними, и если бы я оказался у них в лапах, они не стали бы даже разговаривать. Браен специально обучил Арту, и та убила Гретту…
– Но Арта выскользнула из-под их влияния…
– А мне плевать! К черту их влияние! Теперь уже ничто не вернет Гретту назад. Не вернет ни одного из погибших. Давайте меняться ролями, Стаффа. Что, если бы на месте старика был Претор? Смогли бы вы сказать мне, глядя в глаза, что будете сотрудничать с ним на деловой основе?
Главнокомандующий отрицательно покачал головой.
– Нет. Наверное, не смог бы.
– Войти в гору будет не так-то просто… снова увидеть трупы.
Стаффа развел руками.
– Браен был не более, чем продуктом своего времени. Не забывай об этом. Не удержи он тогда Мэг Комма на привязи, кто знает, каким было бы сейчас Свободное пространство.
– Это все теории, и все они в прошлом. Я думаю о сегодняшнем дне.
– Я тоже, Синклер.
– Говоря между нами. Главнокомандующий, вы действительно думаете, что нам удастся одержать победу? Что мы имеем? Старика, который и бровью не повел, когда вопрос стал об убийстве тысяч людей… Компьютер, который, вполне возможно, имеет собственную программу… Человечество, которому наплевать на свои проблемы? – Синклер покачал головой. – Невелики шансы, сэр.
Стаффа устало выдохнул.
– К сожалению, это все, чем мы располагаем.

***

Мак Рудер рассматривал голографическое изображение Эштана, чувствуя, как тоскливо посасывает у него в животе. Совещание проводилось в конференц-зале, за длинным столом которого расположились его соратники. Сидевшая напротив Мака Крисла не сводила с экрана задумчивых глаз. Она поставила локти на стол и простукивала световым пером по ладони. Бойз, Ред и Эндрюс, погруженные в свои собственные мысли, занимали соседние кресла. Во главе стола сидела Райста, внимание которой было сосредоточено на медленно вращающейся перед ними сфере.
– До сих пор мы не получили достоверной информации, – спокойно сказала Райста. – Поэтому лучшее, что можно предположить – это то, что вся планета объята хаосом.
Слово взяла Крисла.
– Просмотрев файлы, я определила основные промышленные центры. – На голограмме засветились световые пятна. – Эти районы находятся в наиболее критическом положении. Здесь расположены правительственные резиденции, компьютерные централы, товарные склады и пункты распределения продовольствия.
Здесь же находятся транспортные узлы. Чтобы восстановить порядок, нам придется взять под контроль каждый из этих объектов.
– Все это время, – вмешалась Бойз, – я работала с главным бортовым компьютером. Если допустить, что нам удастся захватить Комм-Централ, и то, что аппаратура не повреждена, то вполне вероятно, что мы сможем всего за пару часов перепрограммировать систему и подготовить ее к началу работы.
– А вирусы? – спросил Мак.
– Систему придется очистить полностью, – заметила Райста. – И сделать с программы страховую копию.
Бойз продолжила.
– У нас есть связь с Итреатой. Кайлла Дон вышлет нам системные программы, которые послужат исходным материалом. Но, конечно, нужно будет привлечь к работе по обслуживанию компьютеров и эштанский персонал, если, разумеется, мы сумеем разыскать этих людей.
Крисла набрала новую команду, и на сфере появилось еще одно световое пятно.
– Это – столица. Мы с Маком Рудером при поддержке группы А высадимся там.
Если предположить, что все технические средства будут работать исправно, мы сможем восстановить систему связи на планете за несколько часов.
– А тем временем… – Мак показал на отмеченные огнями города на схеме, группы В, С, Д и Е займутся промышленными объектами. Ваша главная задача восстановить общественный порядок. Используйте все имеющиеся средства.
– Связь будем поддерживать через боевой коммуникатор? – спросил Ред.
– Если боевая связь не будет отработана, я не сделаю и шага из командирской кабины, – ответил Мак Рудер.
– Послушайте, эта операция – совершенно новая для нас, поэтому учиться придется по ходу действий.
– Все это звучит как-то уж очень неопределенно, – пробормотал Эндрюс, покачивая головой. – А что, если мы попадем в самый разгар гражданской войны?
– Мы возьмем планету под свой контроль, – не задумываясь, ответил Мак. По нашим расчетам, самыми трудными будут первые десять часов. Эштан никогда не сталкивался в своей истории с насильственными методами. Когда люди поднимут глаза и увидят у себя над головой боевой звездолет, а на улицах появятся вооруженные военные патрули, они вынуждены будут стать по стойке «смирно».
– Самый опасный враг – это страх. – Крисла обвела глазами всех присутствующих по очереди. – Не забывайте, что население Эштана пережило настоящий кошмар: компьютеры их испорчены, система связи на планете полностью нарушена. Насколько известно, то, что происходит, вряд ли можно назвать восстанием или мятежом. Люди лишились света, воды, электроэнергии. Экономика Эштана наполовину представлена сельским хозяйством, а жители деревень инертны.
Чтобы справиться с задачей, нам в первую очередь необходимо сохранять спокойствие.
– Пока кто-нибудь не выстрелит тебе в спину, – заявила Бойз. От спокойствия не остается и следа, когда прямо под твоим носом взрываются бомбы.
– Уж ты-то сумеешь постоять за себя, – сухо оборвал ее Мак Рудер. – Но каждый из вас должен помнить, что вы – профессионалы. Вашим долгом является восстановить порядок на планете, а не устроить на ней бойню.
Бойз кивнула.
– Я понимаю, Мак. Только надеюсь, что и эштанцы это понимают.
– Прямо с орбиты мы проведем с ними брифинг, – сказала Райста. – Он будет транслироваться по всем радиовещательным каналам. Люди обычно успокаиваются, когда узнают, что прибыли Императорские посланники.
– Вот так дела… – пробормотал Ред. – Просто высадиться, охранять свои объекты, успокоить людей и ждать? Это все?
– Вполне достаточно, – Мак искоса посмотрел на голограмму. – Одной из самых больших проблем для нас станет нехватка времени. Нам нужно восстановить общественный порядок и привести экономику в нормальное состояние. – Он помолчал. – Вероятнее всего, уже вряд ли удастся поспать после того, как мы окунемся в эту заваруху.
– Работать предстоит, как безумным, – саркастически заметил Эндрюс. – Но мы слышали это и раньше.
– Нужно быть готовым к любой неожиданности, – сказала Крисла, откинувшись на спинку кресла. – Мы можем столкнуться с чем угодно: от подавления мятежей до приема родов.
Ред усмехнулся и пожал плечами.
– Ну, после того, как я вышел в открытый космос в нулевой сингулярности, для меня это – не проблема! А сам я могу жениться теперь?
– Разумеется. – Мак усмехнулся. – Только не спрашивай, как поступить в брачную ночь с невестой. Есть еще вопросы? – Он обвел взглядом сидящих за столом.
– Кажется, нет. – Бойз покачала головой, запустив пальцы в копну волос. Я думаю, все будет точно так же, как тогда, когда мы высадились на Риге.
– Надеюсь, что так. Там все прошло довольно гладко. Теоретически, людей Или Такка не должно быть на Эштане, – вставила Райста.
– По нашим сведениям. Директор Службы Внутренней Безопасности бесследно исчез. – Мак хмуро рассматривал голографическое изображение планеты. Чиновники Или тоже, скорее всего, попрятались. С этой стороны я не ожидаю сопротивления.
– Что ж, на том и порешим, – закончила совещание Райста, поднимаясь из-за стола.
Мак подождал, пока все покинут конференц-зал. Остались только он и Крисла.
– Обсудили не все вопросы?
Крисла отрицательно покачала головой.
– Если даже и есть что-нибудь, то оно ускользнуло от меня. Я просматривала записи бесчисленное количество раз.
Мак взял ее за подбородок и, приподняв голову, заглянул в ее усталые глаза.
– Наш план сработает.
На осунувшемся лице Крислы появилась слабая улыбка.
– Или так, или иначе.
– Мак подал руку и помог ей подняться.
– До Эштана у нас еще есть двадцать часов. Окажи мне любезность – пойди поспи.
Крисла вздохнула.
– Мне кажется, я вряд ли смогу заснуть. Так много неопределенного. Со всех сторон можно ожидать подвоха. Если я проверю расчеты еще раз…
– Это приказ, Крисла.
– Но если…
– Послушай, я знаю твои уловки. Идем, я сам отведу тебя в твою каюту. Ты ляжешь в постель, а я расскажу тебе одну историю. Она очень простая, нужно только представить: мы на озере, в лодке, волны укачивают нас…
Крисла сдвинула брови.
– И что потом?
Мак Рудер усмехнулся.
– Я не могу сказать тебе сейчас.
– Почему?
– По элементарным законам физики, как ты думаешь, почему лодка, плывущая по тихому озеру, вдруг начинает качаться на волнах?
– Мак!
– Эй, да это же просто воображение!
Крисла легонько шлепнула Мака по руке, секунду поколебалась, потом решительно направилась к дверям.
– Я обещаю, что постараюсь уснуть, – сказала она, обернувшись. – И я обязательно буду представлять эту лодку. Мак.
Мак Рудер смотрел ей вслед, и щемящая грусть наполнила его сердце. Если бы они встретились в другом месте, в другое время…

***

– «Рига-1», посадка разрешена вам на квадрат сорок четыре внешней площадки, – сообщила Служба Транспортного Контроля Тергуза.
– Вас понял, квадрат сорок четыре, – ответила Скайла. – Прошу вектор входа. ТЫ ГОТОВА, СКАЙЛА? ИЛИ КАК ТОЛЬКО СТУПИШЬ НА ПОСАДОЧНУЮ ПЛОЩАДКУ, СРАЗУ УДАРИШЬСЯ В ПАНИКУ?
– Даю вектор входа, «Рига-1». Подготовьтесь к приему.
– К приему готов. Штурман на связи. НЕУЖЕЛИ ТЫ ТАК И БУДЕШЬ ВИДЕТЬ ЯНТАРНЫЕ ГЛАЗА, СЛЕДЯЩИЕ ИЗ-ЗА КАЖДОЙ ПЕРЕГОРОДКИ? СЛЫШАТЬ ГОЛОС ИЛИ, ЗВУЧАЩИЙ В КАЖДОЙ ВЕНТИЛЯЦИОННОЙ ТРУБЕ?
– Связь со штурманом установлена. Приступаем к передаче координат вектора.
– Вас понял. Начало передачи. – Скайла наблюдала за бегущими по монитору колонками цифр, передаваемых с Тергуза.
– Ввод закончен, «Рига-1».
– Принято.
Когда яхта вошла в зону торможения, Скайла, как бешеная, принялась за уборку. Подгоняя себя, она скребла палубу, упаковывала нелепые золотые обломки, некогда бывшие украшениями кают, в контейнеры, чтобы побыстрее избавиться от них. С каждым взмахом виброщетки Скайла представляла, что всю эту грязь оставила Или. ТЕБЕ НЕОБХОДИМО ОЧИСТИТЬСЯ ОТ ЭТОЙ МЕРЗОСТИ, СКАЙЛА. ТРИ И ЧИСТИ, ЧИСТИ И СКОБЛИ, ОТМЫВАЙ СВОЮ ДУШУ ЧАС ЗА ЧАСОМ.
– Вас понял, «Рига-1». Получены данные контрольной проверки. По показаниям приборов вы приземляетесь с точностью сто процентов.
– Принято, Тергуз. Штурман дает команду о заходе на посадку. НО В ДОСТАТОЧНОЙ ЛИ СТЕПЕНИ ТЫ ОЧИСТИЛАСЬ? СНЫ И ВОСПОМИНАНИЯ ЗАПЕРТЫ В ТАЙНИКАХ ТВОЕГО МОЗГА. ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ВЫМЕСТИ ИХ ОТТУДА НИ ЩЕТКОЙ, НИ МЕТЛОЙ.
– Заход на посадку подтверждаю, «Рига-1». Требуется ли дистанционная помощь?
– Ответ отрицательный, Тергуз. Думаю, справлюсь сама.
ГЛУПАЯ ЖЕНЩИНА. Пилотирование звездолета мало похоже на управление жизнью.
Ты – дурочка, Скайла. Безнадежная тупица, в голове у которой полно тайных закоулков, забитых грязью кошмаров.
– Система подстраховки в вашем распоряжении. Снижайте скорость.
Скайла усмехнулась.
– В мой компьютер введена ваша программа. Если будет причинен ущерб, то в этом разберется суд. НО КТО РАЗБЕРЕТСЯ В ТЕБЕ, СКАЙЛА ЛАЙМА?
– Вас понял, «Рига-1». Мы можем предоставить вам адвокатов. Снижайте скорость.
– Есть. Адвокатов я в состоянии нанять и сама. Зачем же сразу становиться на дыбы, мальчик? Начинаю посадку.
– Принято, «Рига-1». Тергуз прекращает связь.
Через толстое тектитовое стекло Скайла видела огромную станцию, вращавшуюся по орбите Тергуза. Сооружение напоминало четыре гигантские покрышки, поставленные одна на другую. Вокруг располагались доки для небольших шаттлов и яхт, таких как «Рига-1». Судна покрупнее швартовались у параллельных причалов, где этим громадинам приходилось вращаться вокруг своей оси, чтобы не потерять равновесия. Скайла заметила, что у причалов находилось четыре торговых корабля. С коммерческим грузом поступали по-разному. Но, как правило, его перегружали в огромные сиалоновые контейнеры и переправляли на планету лихтером.
Проверять координаты вектора Скайла поручила автоматическому штурману.
Опытным глазом она сразу определила, что Тергуз рассчитал все до мелочей. Яхта находилась не более, чем в полукилометре от станции. Показания датчиков свидетельствовали, что угол посадки не отклонился от заданной величины даже на долю секунды. Скайла задала компьютеру команду дважды проверить Дельту-5. Все было в полном порядке.
Станция приближалась, закрывая звезды и загораживая собой планету. Скайла хотела было представиться своим настоящим именем, затем решила обойтись псевдонимом и зарегистрироваться в Порту, как Ласка. На это имя у нее был оформлен подлинный риганский паспорт, в котором стояли отметки таможен едва ли не всех риганских колоний. Среди многих привилегий, которыми она пользовалась, как Командир Крыла Компаньонов, был и риганский дипломатический паспорт. Такие документы, наряду с сассанскими удостоверениями личности имели все Компаньоны.
Иначе, какой толк от того, что у тебя есть деньги, если не можешь время от времени потратить их в престижных заведениях Свободного пространства. Имя Ласка являлось аббревиатурой трех слов: Лайма, Скайла, Компаньон.
Как только нос яхты миновал заградительный барьер, замигали желтые лампочки клиренса. Скайла следила за экраном монитора, по которому проплывало изображение стены ограждения станции. Вот стена осталась позади, и корабль вошел в док.
– «Рига-1», на связи Контрольный Пункт Дока. Вы находитесь в зоне нашего видения. До причала осталось пятьдесят метров.
– Спасибо, Контрольный Пункт. Вхожу в док.
– Вас понял. Входите в док. Идите точно по вектору. Двадцать пять метров.
Причал свободен.
– Вас понял. Даю сигнал и включаю огни.
– Принято. Десять метров. Пять. Три. Два. Один. Стоп.
Скайла замерла. СТОП. Всем телом она ощутила, как вздрогнул корабль, попав в захваты причала.
– Хорошо, сработано, Тергуз.
– Мы застопорили ваше судно. Требуется вам таможенный досмотр?
– Ответ отрицательный. На моем корабле нет груза. Я не везу ничего, кроме себя самой.
– Принято. Служба Безопасности находится в воздушном тамбуре. Ее будет интересовать и материальная сторона дела: они сообщат плату за пользование причалом.
– Понятно. Деньги или золото?
– Если можно, то лучше золото. В настоящее время нет стабильного курса валют.
Скайла рассмеялась.
– Хорошо. Пусть будет золото. Моему кораблю требуется дозаправка, а также пополнение запасов пищи и воды. Далее, пришлите техников для проверки систем. Я оставлю подробный список проведения профилактического осмотра. Если хотите, можете провести общую контрольную проверку.
– Принято. – Упоминание о золоте мгновенно изменило отношение работников Дока.
Скайла отключила системы и откинулась на спинку командирского кресла.
Сколько лет прошло с тех пор, как она последний раз была на Тергузе? Семь?
Восемь? Сняв с головы шлем, она еще раз обвела глазами аппаратуру контроля и покинула кабину. Задраив люк прикосновением к светочувствительной панели замка, Скайла прошла в свою каюту, теперь даже довольная тем, что содрала золотую отделку. Несмотря на твердую решимость освободиться от этого хлама, она все же с трудом переносила беспорядок, который сама же и сотворила. Теперь, слава Богу, появилась возможность избавиться от лишней тяжести. Для замены подойдет легкий алюминий, а если его не найдется, то можно использовать и пластик.
Поверх рабочего комбинезона Скайла натянула просторную хлопчатобумажную рубашку, проверила, легко ли достать из нанизанных на ремень кармашков нож, бластер или ремонтные инструменты. Машинально достала из шкафа веганский шарф и накинула его на голову. По риганским обычаям лицо женщины должно быть открыто, но на Тергузе не повредит принять меры предосторожности. По спине Скайлы пробежал холодок. ДОСТАТОЧНО ЛИ ТЫ ОСТОРОЖНА, СКАЙЛА? Никто не ожидает твоего появления на этой планете. Или Такка и Арта – в бегах, система Внутренней Безопасности нарушена…
– Тергуз, черт бы тебя побрал, встречай меня!
Скайла сделала глубокий вдох и направилась к входному люку.
– Ничего с тобой не случиться, уверяла она себя, пытаясь сдержать подкатившую к горлу тошноту. – Никто не ждет тебя здесь.

Глава 19

Мэг Комму не дано было знать, что такое возбуждение, испытываемое органическими существами. В его теле никогда не вздымались волны адреналина и липоидов, заряжающие нервы и мускулы. Вместо этого Машина высасывала пьяняще-горячую энергию ядра планеты, чтобы заряжать ею свои процессоры, позволяющие ей вести переговоры и находить наиболее оптимальные способы для достижения поставленных целей.
Военный звездолет Верховного Главнокомандующего «Крисла» завис на орбите планеты. Однажды Стаффа кар Терма уже был на Макарте. Тогда его появление держалось в секрете, и Мэг Комм узнал о прибытии Главнокомандующего только после того, как у горы разгорелась битва. Только когда Стаффа исчез. Машина соотнесла данные терминала и вычислила с высокой степенью вероятности, что тот человек, который поднял над головой золотой шлем, и был Верховным Главнокомандующим, ради уничтожения которого Другие, Мэг Комм и Седди делали все возможное.
Насколько он хорош, этот Стаффа кар Терма? Огромное количество блестящих умов человечества связывались с Машиной. Некоторые из них, обладавшие, как Браен, коварной хитростью, ускользали от способности Мэг Комма сканировать глубины человеческого мозга. Другие, такие, как Претор Миклена, оставили о себе неизгладимое впечатление жадности, эгоцентризма и жажды власти. Все они пытались скрыть свои истинные намерения от Машины, а иногда и от самих себя.
Словно верили в какое-то