- сказал Джейд, закончив писать. - Только как они попадут
сюда? Я до сих пор не знаю точно, где мы!
- В холде Райской Реки, - ухмыльнулся Пьемур.
- Южный континент намного обширнее, чем мы первоначально полагали, -
сказал Робинтон, бросив укоризненный взгляд на своего ученика. -
Мастер Идаролан все еще изучает восточные берега, поддерживая связь со
мной с помощью файра, а капитан Рампес продолжает идти в западном
направлении по Великому заливу. Между тем, я думаю, что мы могли бы
уговорить П'ратана переправить сюда ваших родственников - пара человек
не перегрузят Поранту. Но согласятся ли Темма и Назер полететь на
драконе? Многие боятся путешествовать в Промежутке.
- Темму и Назера ничто не испугает, - убежденно ответил Джейд. -
Такой полет не страшнее ножей бандитов.
После солидного ленча Пьемур твердо заявил, его мастеру стоит
послушать рассказ Арамины о последних двух годах, проведенных на
берегу Райской реки, пока они с Джейдом очертят границы нового холда.
- Тонкая вещь - наделить человека землей, - сказал молодой арфист,
скосив глаза на Джейда; новоявленный холдер однако оставался спокойным
- весьма освежающая перемена после необузданной алчности Торика.
Пьемур напомнил о Райдисе и других детях, которые не замедлят
появиться на свет, а также о Темме и Назере. Наконец, он решительно
произнес: - Ты рассказывал мне, насколько далеко вы со Скаллаком
продвинулись на запад на восток и юг. Хорошо, все эти земли мы и будем
считать твоими, - он подмигнул Джейду. - Я так добр сегодня, что
начерчу границы на расстоянии целого дня пути от этой территории.
Солидный получится холд, но не на половину континента.
Когда спала дневная жара, П'ратан взял Пьемура и счастливого холдера
на воздушный осмотр владения. Ярко-красные столбы несокрушимой древней
работы были изъяты со склада и вкопаны в землю; деревья рядом
подстригли особым образом и вычислили расстояния. Потом Пьемур
завершил разметку двух карт, засвидетельствовал их подписями мастера
Робинтона и П'ратана, и оставил одну Джейду.
Мастер арфистов заверил юную пару, что лично потолкует с вождями
Вейра и замолвит слово перед Конклавом.
- Пожалуйста, приезжайте опять, как только сможете, - просила гостей
Арамина, провожая их к зеленой Поранте. - Следующий раз я не упаду в
обморок, если не услышу приближения дракона!
Мастер Робинтон взял ее руки в свои и добродушно улыбнулся.
- Ты сожалеешь, что больше не слышишь драконов?
- Нет, - Ри покачала головой. Ее ответная улыбка была скорее
задумчивой, чем печальной. - Так лучше. С меня хватит и файров... -
она подняла глаза на арфиста и нерешительно спросила: - Но как ты
думаешь, почему я перестала их слышать?
- Не знаю, - покачал головой Робинтон. - Понимаешь, это такая редкая
способность... Только Брекки и Лесса могут говорить с драконами других
всадников - и только сознательным усилием. С тобой что-то произошло...
может быть, это связано с твоим превращением из девочки-подростка во
взрослую женщину... Я посоветуюсь с Лессой - она не будет сердиться на
тебя, моя дорогая, - добавил он, когда пальцы Арамины нервно дрогнули
в его руках. - Не беспокойся.
Когда дракон взлетел, неожиданно растаяв в голубом небе, малыш на
руках Джейда расплакался, широко раскрыв глазенки.
- Они вернутся, мой маленький, - шепнула Ри. - А теперь тебе пора
отправляться в кроватку.
- Ты действительно не жалеешь, что потеряла свой дар? - спросил
Джейд жену много позже, когда они лежали в постели, утомленные
волнениями этого дня и многочасовым обсуждением планов переустройства
своего холда. Он приподнялся на локте и посмотрел на ее лицо, бледное
в струившемся через окно лунном свете.
- В детстве я любила слушать их разговоры... Они не знали, что я
могу их понимать... - губы Ри изогнулись в легкой улыбке. - Было так
интересно... я узнавала, куда они собираются лететь или где они
побывали... и ужасно грустно, когда кто-то был ранен... - Улыбка ее
исчезла. - Знаешь, мама всегда была с нами очень строгой. Когда отец
работал в Керуне, она не позволяла мне играть с детьми, и мы никогда
не ходили в главный холд. А в Айгене, в этих пещерах, мама стала еще
строже. Нам не разрешалось водиться ни с кем. И потому драконы значили
для меня так много... Они были свободой, они были безопасностью, они
были так чудесны! И когда охотники начали брать меня с собой, я
слушала их и узнавала обо всем, что творится в мире...
Ри неожиданно замолчала, и Джейд понял, что она думает о несчастьях,
которые навлек на нее этот дар. Он нежно погладил ее волосы, словно
напоминая, что он - здесь.
- То была чудесная игра для ребенка, - пробормотала она. - Но я
выросла. И дар стал опасным... А потом ты нашел меня... - Джейд
почувствовал ее губы на своей шее - она часто так ласкала его, когда
хотела близости. Он подумал о том, что сама Арамина стала чудесным
подарком для него, и прижал к себе жену.

* * *

Пешар сам пожелал отправиться к Райской реке:
- Что угодно, лишь бы убраться подальше отсюда. Измерять, прежде чем
начертить... брр, это отвратительно! И потом - мне хотелось бы
рисовать еще что-нибудь, кроме этих квадратов и прямоугольников.
Неужели у предков совсем не было воображения?
- Более, чем достаточно, - ответил Робинтон. - Ты же знаешь, откуда
они пришли, - он поднял глаза к небу.
- О, да, конечно... - Пешар, кивнув, вытащил цветные зарисовки, так
непохожие на строгие линии его чертежей.
- Где это? - спросил Пьемур, вытаскивая из кучи один лист и
разглядывая его.
- Этот холм? - Пешар вытянул шею. - О, это в нижней части
поселения... там, где копают парни Фандарела.
Мастер Робинтон протянул руку за рисунком.
- Странный холм, - задумчиво произнес он.
- Да, конечно. Совсем не похож на другие. Слишком высокий для того,
чтобы скрывать одноэтажное здание... - живописец замолчал, потом
изобразил в воздухе руками несколько уровней. - Не раскапывайте его,
пока я не вернусь, ладно?
Когда Пешар с П'ратаном вышли, готовые отправиться в холд Райской
Реки, мастер Робинтон положил рисунок на свой стол и стал пристально
вглядываться в него. Пьемур, взяв уголек, дорисовал несколько линий.
- Гмм... думаешь, оно выглядело так? - пробормотал Робинтон. - Надо
бы пойти взглянуть... Мне давно хотелось исследовать что-нибудь
самому. А тебе?
- Нет, если для этого придется поработать лопатой, - решительно
заявил Пьемур.
- Но для меня ты сделаешь кое-что, верно? Из того, что я не могу
выполнить сам? - спросил Робинтон, с искренней невинностью взглянув на
своего помощника.
- Придется, мой мастер! Но, к счастью, на плато хватает людей, и я
думаю, что нас не оставят без помощи.

* * *

П'ратан вернулся с берегов Райской реки только после полудня и начал
извиняться, чувствуя, что слишком долго выполнял простое поручение.
- Целая толпа собирается в этот ваш рай, - сказал он арфистам, когда
они покинули холд и двинулись к берегу будить Поранту. Старая зеленая
старалась вздремнуть, когда не летала. - Джейд забрал Темму, Назера и
кое-кого из молодых. Хотят основать настоящий морской холд. Ну и
суматоха там сейчас! Приятно посмотреть!
К счастью, Поранта решила, что дремать на плато ничуть не хуже, чем
на берегу, и перевезла их к месту раскопок. Когда она лениво кружила
перед посадкой, Пьемур заметил, что работы сильно продвинулись вперед:
мастер шахтеров Эсселин, который руководил раскопками, использовал
большое здание, открытое Ф'ларом, как хранилище находок, а дом,
найденный Лессой, приспособил под свою конторку. Несколько строений
использовались как жилища для землекопов. В каждом квартале поселка по
крайней мере одно здание было расчищено настолько, чтобы его можно
было осмотреть.
Мастер Робинтон и Пьемур нашли Эсселина в его кабинете и попросили
выделить нескольких рабочих. Брейд, вездесущий представитель Торика,
тоже был здесь и поспешил выяснить, что происходит.
- Холм, говоришь? - сказал мастер Эсселин, справляясь по своей
карте. - Какой холм, что за холм? В мой список не занесены никакие
холмы... И я не могу отвлекать людей от плановых работ для раскопки
никому неведомого холма.
- А где он? - спросил Брейд, и мастер Эсселин неловко замолк. Брейд,
наделенный необычайной проницательностью и блестящей памятью, помнил
все - сколько людей раскапывает каждое строение, сколько им требуется
воды и пищи, что и где найдено. Он знал, какой Цех и холд направили
сюда припасы и людей, и сколько дней они работают. Он был полезен, и
он был ужасно надоедлив.
Мастер Робинтон молча развернул рисунок Пешара и показал его мастеру
горняков.
- Этот холм? - Очевидно, холм не произвел впечатления на Эсселина. -
Его даже нет в списке... - Он вопросительно посмотрел на Брейда.
- Можно прогуляться туда и сделать пару скважин, - ровным голосом
произнес Брейд. - Это займет около часа. - Он пожал плечами, ожидая
решения Эсселина.
- Два бурильщика на час, - заключил мастер, и почтительно
поклонившись Робинтону, вышел из конторы, чтобы отдать необходимые
распоряжения. Арфисты двинулись к холму.
- Пешар изобразил все верно, - сказал Робинтон, когда они обошли
холм кругом и встали поодаль, рассматривая его и терпеливо поджидая
бурильщиков.
- Мне кажется, тут было три уровня, - рассудительно заметил Пьемур.
- Центральная башня сбоку и более широкое строение под ней. Часть
южной стены обрушилась, и потому эта сторона выглядит, как
естественный склон.
- Ты просто провидец, - мастер Робинтон озорно подмигнул своему
помощнику, - Мы копнем с другого конца, который не разрушен и, кстати,
находится вне поля зрения этого надоедливого Брейда, - он бросил
взгляд туда, где посланец Торика распоряжался у очередного раскопа.
Подошли бурильщики. Пьемур придерживал конец металлического стержня,
пока рабочий бил по нему молотом. Стержень вошел на глубину двух
ладоней и уперся во что-то твердое.
- Должно быть, скала, - сказал работник с многозначительным видом. -
Попробуем немного левее.
Вскоре они сделали целый ряд вертикальных отверстий, каждое из
которых наталкивалось на препятствие на глубине локтя.
- Там либо скала, либо стена, - повторил рабочий. - Может, стоит
позвать землекопов и расчистить участок-другой? Вы же знаете, мы -
бурильщики, и возиться с лопатами не наше дело.
- Час почти истек, - сказал второй работник, который до того молчал.
От продолжительной работы на плато кожа его приобрела цвет темной
бронзы.
- Не спорь со стариком и загони пробойник еще пару раз, - сказал
Робинтон, нетерпеливо взмахнув рукой. - Вот сюда!
Стержень был установлен вновь, и четвертый удар загнал его в землю
по самую шляпку.
- Там дыра, - с почтением взглянув на Робинтона, сказал первый из
работников, в то время как другой пытался вытащить назад инструмент. -
Хотите, чтобы я попросил мастера Эсселина прислать вам землекопов? -
заботливо спросил он, вытирая лоб цветастым платком. Второй парень
взвалил пробойник на плечо и, буркнул: , зашагал к
конторке.
- Мы попали в дыру, не так ли? - сказал мастер арфистов; глаза его
горели охотничьим блеском. - Возможно, нам достанется лакомый кусок!
- Немало людей уже получили тут лакомые куски, - заметил рабочий,
явно намекая на Торика и его присных. - Можно сказать, они здесь
плодятся. Счастливых вам поисков, мой мастер! - он нахлобучил шляпу и
пошел вслед за своим напарником.
- Мне бы хотелось расширить это отверстие, Пьемур, - произнес
Робинтон, когда уверился, что их никто не услышит. - Посмотрим, что мы
сможем там найти.
- Бурильщики забрали инструменты...
- Но тут полно веток и камней, - сказал арфист, оглядываясь.
Пьемур подобрал прочную палку и увесистый обломок и начал пробовать
грунт вокруг отверстия, проделанного стержнем. Мастер арфистов
продолжал оглядывать склон, дабы убедиться, что рабочие все еще бредут
к конторке Эсселина, и что любопытный Брейд занят на своем раскопе.
Пьемур, горя от нетерпения, крепко согнул палку и одним ударом вогнал
ее в почву. Шест пробил в земле огромную дыру и, вывернувшись, сшиб
Пьемура с ног. Юноша отряхнулся и попытался заглянуть внутрь.
- Так пусто и темно, учитель!
- Хорошо. Заир, ну-ка иди сюда и помогай. Пьемур, позови свою Фарли.
Они лучшие землекопы, чек любой из бездельников Эсселина.
- Может, надо замаскировать дыру, чтобы ее не нашел Брейд?
- Давай побеспокоимся об этом, когда придет время. Мой лакомый
кусочек, кажется, побольше, чем у других!
- Немало людей уже получили тут лакомые куски! - пробормотал Пьемур,
наблюдая, как Заир и Фарли с энтузиазмом принялись за дело. - Полегче,
полегче! - закричал он, когда во все стороны полетели комья земли и
травы.
- Ты видишь что-нибудь еще, Пьемур? - спросил мастер Робинтон со
своего поста.
- Дайте нам время! - Пьемур чувствовал, как пот стекает по спине под
рубашку. Когда отверстие стало достаточно большим, чтобы можно было
заглянуть внутрь, Пьемур влез в него по самые плечи. - Темно... почти
ничего не видно... но это определенно сделано человеком... - бормотал
он. - Может, я отправлю Фарли за свечой?
- Да, пожалуйста! - голос арфиста дрожал. - Сумеешь туда пролезть?
- Отверстие еще маловато. - Пьемур надолго замолчал, трудясь бок о
бок с Заиром. Он начал пропихивать землю внутрь - вместо того, чтобы
сбрасывать ее наружу.
К тому времени, когда Фарли возвратилась, держа в каждой лапке по
свече, Пьемур достаточно расширил отверстие, чтобы проползти внутрь.
Две ящерки, зацепившись когтями за край дыры, повисли вниз головами и
заглянули в таинственный полумрак. На их вопросительное щебетание
откликнулось эхо. Потом Заир оттолкнулся, и Фарли последовала за ним;
их звонкие трели подбадривали Пьемура, пока он пытался зажечь свечу.
- Что там? Что? - Мастер арфистов приплясывал от нетерпения за
спиной своего ученика. Он дернул его за рубаху.
- Отпусти меня! - Пьемур просунул свечу внутрь, пламя дрогнуло и
чуть было не погасло; потом язычок выровнялся, осветив подземную
полость. - Я вхожу!
- Я тоже!
- Ты никогда не сделаешь этого! Ну, хорошо, хорошо... только не
снеси половину холма!
Пьемур сжал руку мастера Робинтона, поддерживая его. Они оба
слышали, как что-то хрустело под ногами. Наклонив свечи, они увидели
блеск стеклянных осколков, устилавших пол. Арфист нашарил ногой
свободное место, и наклонился, ощупывая шероховатую поверхность.
- Я думаю, это что-то вроде цемента... Пол не такой гладкий, как в
других зданиях. - Пламя свечи заколебалось, когда Робинтон выпрямился.
- Воздух здесь свежее, чем обычно бывает в надолго замурованных
помещениях, - отметил он.
- Возможно, есть щели в том разрушенном склоне. Надо будет как
следует осмотреть его, - заметил Пьемур.
- Да! Чтобы Брейд тут же прискакал сюда и все доложил Торику? -
Арфист фыркнул и начал оглядываться вокруг; теперь его глаза свыклись
с тусклым освещением. Высоко подняв свою свечу, Пьемур сделал
несколько шагов влево и, что-то увидев, сдавленно вскрикнул.
- Вот твой лакомый кусочек, мастер, - произнес он, подходя к стене.
Пламя свечей осветило группу пыльных прямоугольных листов, приколотых
там. - Карты? - почтительно прикасаясь к ним, Пьемур смахнул с одной
слой песка и грязи, обнаружив прозрачное покрытие, которое защищало
бесценную находку неизвестно сколько Оборотов. - Да, карты!
- Что это за пленка на них? - прошептал мастер Робинтон, осторожно
смахивая пыль с другой. - Они хранятся со времени Первого Яйца! - он
недоверчиво обернулся к своему ученику. - И можно все различить! Не
только чертежи, но и надписи! Гляди! ! Они
называли это плато Посадочной площадкой!
- Как оригинально!
- Залив Монако, Кардифф! Гарбен, самый большой вулкан... Это все
здесь, Пьемур, на южном материке!
- Даже Райская река! - юноша вел пальцем вдоль береговой линии,
оставляя зигзагообразный след в пыли, по мере того, как продвигался к
востоку. - Садрид, река Малай, Бока...
Заир и Фарли прилетели обратно, оторвав своих хозяев от поглотившего
их занятия.
- Быстро, Пьемур! Посмотри, можешь ли ты снять карты со стены! Брейд
не должен их видеть! - Робинтон вытащил свой нож и уже трудился над
самым большим листом. - Вот так.. Сверни их! Пусть Заир и Фарли
переправят их в наш холд. Быстро! Оторви полосу от своей рубашки,
чтобы перевязать их. Торик будет слегка разочарован, когда узнает, что
ему досталось весьма небольшая часть континента... Так... Теперь мы
можем посмотреть, нет ли здесь еще чего-нибудь интересного.
- Брейд, кажется, возился довольно далеко отсюда?
- Да, но он увидит наших бурильщиков и поймет, что мы остались одни.
Это подозрительный тип!
- Меня удивляет, что его вообще допустили сюда, - заметил Пьемур,
перевязывая карты.
- Лучше тот жулик, которого знаешь, - усмехнулся арфист.
- Заир! Неси это в холд. Побыстрее!
Бронзовый схватил трубку длиной почти с его крыло, уравновесил между
лапками и проворно исчез. Пьемур отдал Фарли ее часть груза, и ящерка
последовала за приятелем.
Арфисты услышали, как кто-то окликает их.
- Давай, посмотрим, что там, - неизвестно почему мастер Робинтон
вдруг заговорил шепотом, направляясь к полуоткрытой двери.
- А если там больше добра, чем мы сможем спрятать? - спросил Пьемур,
следуя за ним.
- Что-нибудь придумаем...
Они очутились в коридоре с рядом дверей. Быстро заглядывая в
комнаты, исследователи не находили больше ничего многообещающего -
только черепки и осколки. В конце коридора был зал, заваленный
обломками рухнувшей южной стены. Они услышали характерный мягкий шорох
уползавших подземных змей.
- Тут еще и змеи! - Арфист поднял свою свечу, вытягивая шею, чтобы
осмотреть развалины. - Как странно! То, что они строили, выглядит
нерушимым...
- Может быть, это было временное здание, не очень прочное...
- Хотелось бы мне узнать, что располагалось сверху, - сказал арфист,
делая Пьемуру знак поднять свечу. Они увидели белые отростки корней и
влажные стены; более - ничего интересного.
- Мастер Робинтон! - резкий крик Брейда заставил арфистов
вздрогнуть.
- Пойдем назад... А то от его воплей рухнет потолок.
Когда они возвращались, Пьемур заметил квадратную табличку на одной
из дверей. Она легко снялась. Пьемур увидел обычные четкие буквы,
такие же яркие, как и в тот день, когда они были написаны.
Брейд, спотыкаясь, ввалился в зал.
- У вас все в порядке? Вы что-нибудь нашли?
- В основном, змей, - ответил Пьемур мрачно. - И это! - Он поднял
табличку, надпись на которой гласила: .

* * *

Вожди вейров Бенден и Форт, лорд Джексом и Лайтол, мастера Фандарел,
Вансор и Сибел собрались в холде Робинтона, чтобы изучить новые карты.
Их поверхность была очищена от грязи и песка, и мастер Фандарел
вдоволь навосхищался прозрачной пленкой, защищавшей изображение.
Некоторые из цифр, напечатанные на покрытии, стерлись, хотя Пьемур
протирал его с предельной аккуратностью.
Перед ними лежали карты южного континента, на каждой из которых были
свои обозначения. Самая большая пестрела древними названиями и
показывала весь материк. На второй часть территории была изображена
более подробно; тут отмечались высоты гор и холмов, глубины рек и
океана. Третья, самая маленькая карта, на которой все надписи были
очень мелкими, содержала под каждым названием строку цифр. Четвертая
карта относилась к самой Посадочной площадке или плато; это был план
поселения, где каждый из цветных квадратов отмечался как ,
, , и так далее. Пятая карта относилась к побережью;
на ней были показаны подземные пещеры и несколько точек - Залив
Монако, полуостров немного восточнее холда Робинтона, Райская река.
Широкая полоса вдоль берега с обеих сторон была покрыта оранжевыми,
желтыми, красными, синими и зелеными фигурками.
- Ах да, насчет этой Райской реки... - начал мастер Робинтон,
прочистив горло. Пьемур закрыл глаза и затаил дыхание. Он был допущен
на высокое собрание только потому, что вместе с арфистом обнаружил
карты. - Прекрасное место... Пьемур, мы должны проследить эту реку до
самого истока.
- Действительно? - Лесса подняла глаза от карт. - Ты полагаешь, это
так легко сделать, Робинтон? - Она покачала головой.
- Но река совсем недалеко от нас, как видишь, - ответил арфист,
отмеряя пальцами расстояние между своим холдом и Райской рекой. - Я
послежу за раскопками и находками в тех краях.
- Раскопки ведутся на плато, - объявила Лесса, с подозрением
рассматривая арфиста.
- Но Пьемур обнаружил очаровательные развалины в устье реки, -
сообщил Робинтон, искоса взглянув на Госпожу Бендена. - Причем
населенные.
- Населенные? - эхом откликнулись все.
- Населенные? - многозначительно переспросила Лесса, ее глаза
расширились.
- Ну, всего лишь пара потерпевших кораблекрушение северян и их
малыш, - заметил Пьемур и понял по блеснувшим зрачкам учителя, что
начало было правильным. Он сердито обвел глазами сидевших за столом,
прежде чем вернуться к вопрошающему и изумленному взгляду Лессы.
Похоже, сейчас он превратится из свидетеля в обвиняемого... Пьемур
посмотрел на Джексома, который беспомощно пожал плечами; Лайтол сидел
рядом со скучающим лицом. - Весьма изобретательная пара, - продолжил
молодой арфист. - Они живут там больше двух Оборотов.
- Это нелегальное заселение... - начала Лесса, нахмурившись и
скрестив руки; подобный поворот событий ее явно не радовал.
- Не совсем, - ответил Пьемур. - Они плыли с поручением из Керуна,
доставляя Торику - я хотел сказать, лорду Торику - племенных животных.
- Пять человек выжили после шторма, но один умер от ранений раньше,
чем они узнали его имя, и еще двое ослепли и умерли от лихорадки
следующей весной.
- И? - Лесса недовольно постукивала ногой, но Пьемур заметил
проблеск интереса в глазах Ф'лара и сочувствующую улыбку на лице
Н'тона. Фандарел слушал, посматривая одним глазом в неясный чертеж
перед собой; Вансор, что-то радостно бормоча, водил носом по карте.
- Они восстановили несколько полуразрушенных зданий и очень удачно
приспособили их для своих нужд, - продолжал Пьемур. - Сколотили на
скорую руку маленькую лодку, приручили некоторых животных, развели
сад...
Джексом навалился грудью на стол, живо заинтересовавшись.
- Райская река? - Лесса прикрыла глаза и вскинула вверх руки в
раздраженном жесте капитуляции. - И эти люди нравятся тебе, Робинтон?
Ты хочешь дать им владение?
- Да. Кто-то ведь должен сделать это, Лесса, - смущенно сказал
арфист. - Если хочешь знать мое мнение... - он взглянул на Лайтола и
Джексома, прося поддержки.
- Не хочу, - отрезала Госпожа Бендена, строгим взглядом приказывая
Джексому и Лайтолу не раскрывать рот.
- Но посмотри, какая это огромная земля, - продолжал Робинтон,
игнорируя ее сарказм. - Эта карта, - он постучал костяшками пальцев по
самой большой карте континента, - показывает нам, как много здесь еще
незаселенных мест...
- И никаких Вейров, - сардонически дополнил Ф'лар.
Робинтон нетерпеливым жестом отмел это возражение в сторону.
- Здесь земля сама себя защищает! И эти молодые Лилкампы
позаботились о том, чтобы укрыть свой скот в тех строениях, которые
они восстановили из древних развалин.
- Каких развалин?
- Этих. - Из шкатулки, стоявшей рядом, Робинтон достал пачку
зарисовок; Пьемур узнал работу Пешара. Арфист выкладывал лист за
листом поверх карт, небрежно поясняя: - Вид на берег с веранды дома.
Вид на дом - в нем двенадцать комнат - с восточного берега реки. Еще
один вид на гавань.. В ней Джейд ловит рыбу сетями - он сплел их из
того шнура, который нашел в одном из складов... Это - большой склад.
Из него можно сделать отличный хлев... Ах да, это вид с веранды на юг,
а вот - западный берег с несколькими развалинами. Этот очаровательный
малыш, который играет в песке - юный Райдис... - Порядок, в котором
Робинтон показывал зарисовки, был явно продуман, и Пьемур угадал его
замысел, - Вот сам Джейд из клана торговцев Лилкамп... трудолюбивый
парень и вполне заслуживает доверия. Он хочет перевезти к себе кое-кого
из родственников. А это - его жена!
- Арамина! - Лесса выхватила рисунок прежде, чем он лег на стол.
Ф'лар издал удивленное восклицание и заглянул через ее плечо с
выражением изумления на лице.
- Робинтон! Ты должен кое-что объяснить!
Видя, как побледнела Лесса, Пьемур быстро налил чашу вина. Она с
отсутствующим видом взяла ее, неотрывно глядя на арфиста.
- Успокойся, моя дорогая, - сказал Робинтон. - Я пытался сообразить,
каким способом сообщить эти добрые новости, но столь многое требовало
твоего времени и энергии... за последние месяцы столько случилось...
- Так ты уже несколько месяцев знаешь, что Арамина жива?
- Нет, нет! Только несколько дней. Пьемур встретил их пару месяцев
назад перед тем, как...
- Это было как раз во время брачного полета Кайлиты, - вставил
Джексом, когда арфист запнулся.
Пристально глядя на Пьемура, молодой лорд Руата добавил:
- Да, слишком многое произошло в тот день...
- Пьемур никак не мог знать об Арамине, моя дорогая Лесса. Он даже
не был в это время на севере. Но она доверилась мне... и, если ты
захочешь слушать...
Лесса очень хотела узнать все, что Арамина рассказала арфисту, хотя
она и была разгневана. Бенден Вейр провели, заставив поверить в смерть
девушки! Огонь в ее глазах наводил на предположение, что в первую
встречу Джейду и Ри достанется немало обвинений.
Робинтон приступил к рассказу.
- Она больше не слышит драконов, - сдержанно добавил он, завершив
историю.
Лесса сидела спокойно, только пальцы ее выбивали какой-то ритм на
подлокотниках кресла. Она посмотрела на Ф'лара, затем перевела взгляд
на Н'тона; ее глаза перебежали с Джексома на невыразительное лицо
Лайтола и, наконец, остановились на Фандареле. Огромный кузнец пожал
плечами.
- И она счастлива с этим Джейдом? - спросила Госпожа Бендена.
- У них прекрасный малыш, и ожидается еще один ребенок. - Когда
Лесса покачала головой, показав, что подобные обстоятельства не стоит
принимать во внимание, арфист продолжил: - Джейд сообразительный и
толковый парень.
- Он ее обожает, - широко улыбаясь, сообщил Пьемур. - И я видел, как
она смотрит на него... Впрочем, они могли бы поладить с любой
компанией. - Столь же ловко, как это мог бы сделать сам учитель,
Пьемур намекнул на возможность того, что уже было сделано. - Это
очаровательное место, и совершенно уединенное. Слишком уединенное -
даже для рая!
- И как велик этот ваш рай? - спросила Лесса. По мере того, как она
смягчалась, все почувствовали заметное облегчение.
Пьемур и Н'тон развернули перед Лессой соответствующую карту.
- Вероятно, не так велик, как здесь обозначено, - сказал молодой
арфист, постукивая по заключенному в квадрат участку. На самом деле,
новое владение простиралось намного дальше на запад и на восток; карта
представляла местность лишь до изгиба реки, о котором упоминал Джейд.
- Весьма приблизительно, - заметила Лесса, приподняв левую бровь;
она очень хорошо знала, что Пьемур мог бы представить гораздо более
точную карту. Мастер арфистов достал свою копию карты нового холда и
выложил на стол.
- Вот! Здесь границы нанесены точнее.
- Не создает ли это прецедент, мой старый друг? - спокойно спросил
Лайтол.
- Я думаю, лучше действовать так, чем по методу Торика, - Робинтон
вскинул руку, чтобы предотвратить упреки Лессы. - Сейчас совсем другие
времена, другие обстоятельства. И вы, вожди Вейров, Главные мастера и
лорды должны решить, какому прецеденту следовать: Торика или Джейда?
По-моему, человек должен получить право на владение тем, что он
разведал.
Голос Вансора прервал молчание, воцарившееся после открытого вызова
мастера Робинтона:
- Разве у предков уже были драконы?
- При чем тут драконы? - раздраженно поинтересовалась Лесса, потом
смягчила свою резкость улыбкой.
Вансор взглянул на нее.
- Я не понимаю, как они передвигались по таким обширным
пространствам. Здесь не отмечено никаких дорог.. Погляди! - он ткнул
пальцем в карту. - Ясно, что отсюда надо добираться до реки, но этот
Кардифф находится так далеко и от нее, и от посадочной площадки. А эти
горные разработки, отмеченные на озере Дрейка... Ведь надо же
доставлять руду куда-то - например, в морской порт! Я не понимаю, как
были связаны между собой все эти поселения, если только у них не было
драконов.
- Или летающих кораблей? - спросил Джексом.
- Или более эффективных морских судов? - предположил Н'тон.
- Мы обнаружили множество разбитых деталей со следами искусной
обработки, - сказал мастер Фандарел, - но ни одного целого двигателя
или другого механического устройства, к которому бы подходили эти
обломки. Их описаний нет в самом старом из Архивов моего Цеха. Мы
нашли три огромных корабля с искалеченной ходовой частью... Как нам
сообщают огненные ящерицы, когда-то эти махины предназначались для
воздушных полетов. Я не думаю, что эти конструкции были эффективны для
перемещения на короткие расстояния - слишком они неуклюжие и тяжелые.
Сопла на корме позволяют предположить, что они двигались вверх. -
Кузнец, подчеркивая свою мысль, повел могучей рукой. - Но у них могли
быть и другие корабли, поменьше.
- Все это так изматывает! - воскликнула Лесса, нахмурившись. - Мы не
можем делать все одновременно! Юг защищен от Падения Нитей, но для
обороны Севера - важно каждое крыло, каждый боевой дракон! Мы же не
можем позволить всем двинуться на Юг!
- Когда-то все двинулись на Север, - сказал Робинтон, пристально
глядя на нее.
- Да, возможная мера, - задумчиво произнес Ф'лар. - Пока личинки
распространяются в северных землях, чтобы защитить их от Нитей раз и
навсегда... - ласково накрыл рукой подрагивающую ладонь Лессы.
- Пока Вейры защищают Цех и Холд, - дополнил Н'тон.
- Пока мы постигаем нечто новое об этом мире, - жизнерадостно
произнес Робинтон.
- Где-нибудь существуют ответы на все наши вопросы, - мастер
Фандарел тяжело вздохнул. - Хотелось бы мне до них добраться!
- Меня бы устроил только один! - сказал Ф'лар, бросив взгляд в
сторону окна - на темном вечернем небе восходила Алая Звезда. Джексом
понимающе кивнул.
Внезапно Робинтон шумно откашлялся.
- Итак, подтверждаете ли вы, что холд Райской Реки принадлежит
Джейду и Арамине Лилкамп? - с неожиданной живостью спросил он.
- Намного лучше последовать этому преценденту, - согласился Лайтол.
- Я могу, если хотите, поднять вопрос на следующем Конклаве.
- Это будет бурная встреча - криво усмехнулся Ф'лар, но кивнул.
- Почему все то, что запрещено, - смеясь, сказал арфист, - кажется
таким привлекательным?
- Может, предки знали ответ, - ввернул осмелевший Пьемур, - и мы
найдем его здесь, на южном континенте?
- Ну и что это вам даст, милые арфисты? - спросила Лесса сладчайшим
и опаснейшим голоском. Но она улыбалась, и улыбка ее была искренней.

* * *

Новости о втором холде на юге постепенно дошли до севера, и
подверглись комментариям лордов, холдеров, мастеров и ремесленников.
Были те, кто восхищался возвышением Джейда, и те, кто находил его
новое высокое положение неприемлемым по целому ряду причин. Одним из
таких людей был Торик. Но постепенно он преодолел досаду и чувство
обиды.
Далеко на севере изнуренная женщина с покрытым шрамами лицом со
злобой пнула ногой седло, услышав донесенные барабанами новости.
Ворвавшись в свою крохотную пещеру, она в ярости разбросала вещи и
перебила все, что могло биться; впрочем, это не принесло ей ни
утешения, ни покоя.
Когда бешенство улеглось, и Телла снова пришла в себя, получив
возможность ясно мыслить, она подсела к углям костра и к опрокинутому
котелку, содержимое которого составляло ее ужин.
Джейд и Арамина! Как он нашел девчонку? Вероятно, на страже тогда
стоял Дашик... Она имела причины сомневаться в преданности Райдиса -
еще с тех пор, как убила Гирона, ставшего бесполезной помехой в ее
отчаянном побеге из осажденного холда. Райдис открыто не соглашался с
ее планом похищения Арамины, а потом неожиданно замолчал, но она не
поверила в его покорность. Тот колодец казался вполне надежным. Попав
в него, девчонка была обречена на смерть... Как же этот торговец, этот
сопляк, добрался до нее?
Кровь стучала в висках у Теллы. Арамина спаслась, была жива и
процветала на юге, наслаждаясь комфортом и славой, в то время как она,
Телла, едва не погибла от пагубной болезни, оставившей на лице
страшные рубцы. Прошли недели прежде, чем она хоть немного оправилась
от лихорадки.
В те дни, слабая и неспособная сосредоточиться на новых планах,
Телла предоставила все судьбе и брела, старательно избегая холдов,
пока не обнаружила, что находится в уединенной долине в Нерате, где
было легко раздобыть пищу. Произошедшая метаморфоза - шрамы на лице и
жалкие пучки, которые остались от когда-то роскошных пышных волос -
пугала ее. Все ее несчастья начались из-за этого щенка, отродья нищего
торговца, который не дал ей вовремя схватить девчонку... Будь Арамина
в ее руках, жизнь в высокогорном холде стала бы намного более
безопасной.
Время от времени она развлекалась, представляя себе мучения Арамины
перед смертью в той темной и покрытой липкой грязью яме. Она еще
сведет счеты с торговцем... Телла долго и с удовольствием размышляла о
том, как разделается с Джейдом и всем родом Лилкамп.
Чтобы исполнить свои мстительные планы, ей следовало окончательно
выздороветь и набраться сил. На это ушло немало времени, и такая
задержка послужила еще одной причиной, чтобы негодовать на Джейда.
Наконец, темный загар частично скрыл рубцы на ее лице, волосы опять
стали густыми; Телла оседлала скакуна и отправилась в путь.
Она пополнила свой пустой кошелек тем же вечером, столкнувшись с
жителем одного из ближайших небольших холдов. Телла забрала и его
одежду, поскольку он больше в ней не нуждался. Перед смертью простак
поведал ей обо всех новостях последнего Оборота. Его энтузиазм по
поводу объявления южного материка открытым для заселения почти
заставил ее отказаться от своих первоначальных планов - ведь она тоже
собиралась на юг, чтобы отметить вехами в тропических дебрях границу
нового владения.
Вспомнив, что дороги клана Лилкамп начинаются от Айгена, Телла
вернулась в пещерный лабиринт. К своему удовлетворению, она узнала
здесь, что хотя Боргальд отказался от кочевой жизни, Лилкампы все еще
путешествуют и торгуют. Она начала строить планы, первым делом посетив
старые пещеры, чтобы посмотреть, какие из них еще не завалены и
пригодны для использования. И она стала набирать отряд.
В этом деле она сначала не постигла больших успехов. Рассказы о
разгроме ее банды сделали людей осторожными, внушив авантюристам страх
перед объединенной мощью Холда и Вейра. Население айгенских пещер
изменилось, большинство из тех, кто мог ее узнать, ушли; оставшиеся
были смущены ее зловещей внешностью, и она завербовала лишь несколько
соучастников. Но, как только Телла услышала о холде Райской Реки, ее
силы и энергия чуть ли не удвоились. Джейд и Арамина проживут ровно
столько времени, сколько ей понадобится, чтобы набрать достаточно
людей, приобрести корабль и доплыть до южного материка.


Глава 14

Южный материк; пятнадцатый - семнадцатый Обороты

В следующие два Оборота у Пьемура не раз были поводы, чтобы
припомнить замечание Лессы - или то был вызов? - которое она обронила
на памятном совещании в холде мастера Робинтона. Произошли всякие
перемены, но они являлись вполне естественными, хотя некоторые из них
поражали воображение. Так, например, у Менолли, Шарры и Брекки в один
и тот же день родились сыновья. По словам Сильвины, Менолли дала жизнь
Робсу между двумя аккордами на гитаре; Шарра с несколько большими
трудностями произвела на свет Джерола; а Немекки появился за две
недели до срока, незадолго до полуночи - по времени Вейра Бенден.
Робинтон и Лайтол, решившие, что мальчишки Менолли и Шарры станут их
внуками, выпили за здоровье новорожденных, а потом и за второго сына
Брекки, благо вина хватило бы, чтобы утопить всех троих младенцев.
Были и другие перемены - опасности девственного южного материка
существенно проредили толпы иммигрантов; человеческий поток с севера
терял свою силу. Пьемур знал, что к этому приложили руку и мастер
Робинтон, и Сибел, его достойный ученик и преемник. Но для самого
старого арфиста Юг по-прежнему сохранил свое очарование - как и для
Пьемура, восхищавшегося пышной красотой и беспредельной щедростью
природы, и прикованного к этой земле тайной, которая все еще окутывала
развалины иных времен.
На шестнадцатый Оборот, мастера Идаролан и Рамнези, плывшие вокруг
континента навстречу друг другу, наконец встретились. Чтобы отметить
это историческое событие, два капитана вбили прочный кол в склон холма
над заливом, и устроили празднество до самого рассветного часа. Там
хватало дружеских добродушных поддразниваний - над тем, к примеру,
какой корабль прошел больший путь. Но так как
определенно была крупнее и быстрее судна Рамнези, капитан, в конце
концов, уступил первенство своему Главному мастеру.
Затем они продолжили свои исследования южных берегов. Один
отправился на восток, а другой - на запад; наконец, их корабли прибыли
в северные порты. В докладах обоих капитанов, представленных
объединенному Конклаву Предводителей Вейров, лордов и Главных
мастеров, говорилось о разнообразных землях; в том числе - и об
отвесных скалах, и о бесплодных засушливых пустынях со скудной
непривлекательной растительностью, и о влажных болотистых джунглях.
Однако подходящих для заселения территорий тоже оказалось немало. Эти
сведения помогли разрешить конфликты, которые возникали по поводу
владения теми или иными районами. Вожди Вейров были неумолимы в том,
что северные лорды, чьи права на земли были давно освящены традициями
и законом, не должны искать на юге каких-либо выгод, кроме торговых.
На Пьемура сильное впечатление произвели настойчивые требования
мастера Робинтона относительно малых владений. Он гордился этой своей
идеей, постоянно ссылаясь в качестве прецендента на холд Райской Реки.
Вожди Вейров, осаждаемые просителями, в конце концов смирились с такой
ситуацией, дополнив ее условием, чтобы никто, уже имеющий во владении
холд, не надеялся получить еще один на юге. С юга начало поступать
всевозможное сырье, и цеховые мастера увеличили число своих
подмастерьев и учеников, чтобы удовлетворять возросшие нужды холдеров.
Вейры более не стремились искусственно ограничивать численность
драконов, которых были способны вместить чаши потухших вулканов.
Вскоре они имели достаточно молодежи, чтобы заселить новый Вейр в
густых лесах между плато Посадочной Площадки и заливом Монако.
Т'геллан, всадник бронзового Монарта, стал Предводителем этого
восьмого Вейра, обозначаемого как Восточный, пока не удалось прийти к
соглашению относительно подходящего названия. Т'геллану хватало дел;
он возился и с пожилыми всадниками, отправленными на отдых, и с
молодежью, которую надо было тренировать для пополнения рядов северных
крыльев.
Южные всадники оказались в конце концов полезными, несмотря на то,
что почву южного континента защищали личинки. Иногда отвратительные
клубки Нитей падали на деревья в лесах и садах и успевали причинить
изрядный ущерб. Т'геллан увеличил число патрулей, следивших за лесными
массивами, а вскоре лорд Торик, утратив свое благодушие после
очередного Падения, разразившегося над его садами, организовал
наземные отряды.
Близлежащий Вейр, где вождем был старый друг, безотказно обеспечивал
Пьемура и его мастера транспортом, что помогало в их исследованиях
континента. К восторгу первооткрывателей, они обнаружили комплекс
развалин вдоль реки, которая стекала с западного склона горы Грабент.
И мастер Робинтон нашел подходящих людей, которых можно было бы
переселить в эти старые здания.
Д'рам передал свою власть К'вану, чей Хит догнал в брачном полете
Винрету Адреи. Затем Д'рам удалился в холд Робинтона, где был с
радостью принят самим хозяином и его наперсником Лайтолом, бывшим
Оберегающим Руата.
Опасения, что Юг породит другого Торика - или, что еще хуже, второго
Фэкса, - начали отступать на задний план по мере того, как вдоль
побережья и многочисленных рек стало появляться все больше и больше
небольших холдов. Правда. гигантские размеры южного континента и
затрудненность связи - решение этой проблемы являлось основной задачей
Цеха кузнецов - несколько тормозили колонизацию.
Между материками теперь существовали регулярные рейсы - морские и
воздушные. Суда использовали отличные гавани в заливе Монако, и многие
мореходы и рыбаки соперничали за право поставить там холд.
Поселение у Райской реки процветало; у него были
собственные причалы и маленький рыболовный флот.
Раскопки на плато продолжались, хотя работы велись уже без прежнего
энтузиазма, особенно в те длинные промежутки времени, когда не
удавалось найти ничего стоящего. Как только обнаруживали какую-нибудь
мелочь, интерес временно оживал, и мастер Робинтон пользовался этим
приливом энергии, чтобы расчистить очередной курган. Он по-прежнему
верил, что где-то в древних развалинах таятся ответы на все его
вопросы относительно происхождения их предков. Найденные карты только
разожгли его аппетит.
Тем временем мастер Фандарел собрал великое множество разных
обломков, включая и корпус аппарата, который, как он считал, был одним
из маленьких летающих кораблей древних. Правая часть машины была
сильно продавлена, прочный материал изломан, покрыт пятнами и испещрен
мелкими трещинами. Эта находка вызывала больше вопросов, чем давала
ответов; однако оставалась надежда, что в одном из древних поселений
удастся разыскать неповрежденный летательный аппарат.
Для того, чтобы разобрать и классифицировать все эти древности,
Менолли и Брекки прислали в холд Робинтона несколько молодых девушек.
Пьемур подозревал, что друзья жаждут женить его, но не оставалось
сомнений, что девушки оказывали немалую помощь. К тому же они были
очаровательны и весьма тактичны; не возражали против шутливых
приставаний Д'рама и мирились с мрачностью Лайтола, погруженного в
свои мысли. Но ни одна из них не удовлетворяла вкусам Пьемура -
особенно с тех пор, как девицы приобрели вредную привычку тратить
рабочее время на пустую болтовню с мастером Робинтоном.
Для этого дополнительного населения в холде было построено несколько
маленьких отдельных домиков, хотя в большинстве случаев все
встречались по вечерам за трапезой в главном зале. Большая площадь,
примыкающая к дому Д'рама, была расчищена для вейра Тирота. Затем
построили второй домик для гостей; вскоре добавилось здание для архива
- ведомство Лайтола, где хранилась огромная масса записей, зарисовок,
карт, чертежей развалин и образцов находок. Скоро потребовались новые
хижины - для семей ремесленников, которые изучали осколки и обломки
старых механизмов. Большая подзорная труба Вансора была размещена в
самой восточной точке бухты, откуда он продолжал свои наблюдения за
Рассветными Сестрами, мрачной Алой Звездой, и другими небесными
телами, пытаясь идентифицировать их с помощью древних звездных карт.
Работы на плато не приносили особых открытий. Курган Фандарела,
последний из тех, которые были первоначально выбраны для раскопок,
добавился к списку разочарований. Кузнец был прав - в этом здании
бушевал пожар, и бежавшие от катастрофы люди не успели его опустошить;
однако все, что было в нем, оказалось сильно поврежденным или
полностью разрушенным, так что понять назначение обгоревших останков
не представлялось возможным. Остальные строения в этом квартале
предназначались для содержания животных.
Естественно, возникли вопросы о том, как много скота могли перевезти
корабли древних, сколько людей совершили путешествие, какие области
материка они успели заселить. Цепкая наследственная память огненных
ящериц хранила только необычные события: первоначальная посадка,
извержение вулкана и намного более современные происшествия, вроде
похищения из Южного золотого яйца бенденской королевы. Обитатели обоих
материков знали, что чудесное возвращение яйца предотвратило худшую из
катастроф, какую только можно было представить - битву драконов с
драконами.
Итак, с южного континента были сняты все запреты, и те, кто желал
рискнуть жизнью и здоровьем в его беспредельных просторах или копаться
в земле, разбираясь с древними загадками, могли делать это в полное
свое удовольствие. В одну из дождливых недель в Прибрежном, когда
очередные разочарования были столь велики, что даже Пьемур не сумел
развлечь отчаявшихся исследователей, Лайтол сказал:
- Возможно, это даже хорошо, Робинтон, что мы никогда не узнаем
ответов.
- Ни за что не соглашусь с этим! - Арфист порывисто поднялся из
кресла и бросил взгляд в окно. - Проклятый дождь! Всегда нагоняет на
меня тоску! - Он выпрямил спину, встал на левую ногу, чтобы помахать
другой в воздухе, потом повторил этот процесс с правой ногой. - Так
что же я собирался сделать?
- Расхаживать с разочарованным видом, - подсказал Пьемур, откладывая
предмет, который он изучал под увеличительным стеклом. - И я готов к
тебе присоединиться. Не могу постичь назначения этой штуки. - Он с
отвращением поглядел на небольшую прямоугольную пластинку. - Какие-то
бусинки и проволочки, переплетенные, как паутина...
- Украшение? - спросил Д'рам.
- Вряд ли. Больше похоже на те предметы, которые мы обнаружили в
носовой части летающего корабля.
- Что я собирался сделать? - Робинтон не требовал ответа на свой
риторический вопрос; потирая рукой лоб, он словно пытался что-то
вспомнить.
- Я говорил о вопросах н ответах, - терпеливо подсказал Лайтол. - Ты
же не хочешь мириться с промедлением...
- Ах, да, спасибо, - Робинтон подошел к столу с картами, стоявшему у
окна, и начал перелистывать их. Найдя, наконец, нужную, он вытянул ее
из стопки и положил сверху. - Ну, кто-нибудь разобрался с этим? -
Арфист указал на красные, зеленые и голубые символы, похожие на
миниатюрные флаги; они пестрели на карте у дальнего края поселения.
Пьемур приподнялся со стула, чтобы посмотреть.
- Нет, мой господин. Мне кажется, что в том районе ничего нет.
- Но ведь здесь были обнаружены пещеры?
- Да, пещеры, приспособленные под вейры, - признал Пьемур. -
Вероятно, для зеленых - уж очень они малы.
- Возможно, мы исследовали не все подземелья, - возбужденно произнес
Робинтон, постукивая согнутым пальцем по разноцветным значкам. - Что,
если входы в некоторые пещеры замаскированы?
- Мастер, тебе мало хлама, который мы уже собрали? - Пьемур сделал
руками широкий жест, обозначив весь холд, всю бухту, заваленную
находками.
- Но мы не получили никаких ответов! - покачал годовой Робинтон. -
Хлама много, но толка мало. Какие-то крохи, извлеченные из памяти
огненных ящериц - вот и все! Заир, дремавший на спинке хозяйского
кресла, пробудился и негодующе заверещал. Робинтон махнул на него
рукой. - Я не хотел тебя обидеть, бездельник ты этакий! Хорошо, что ты
хоть что-то помнишь... Но предки, которые могли творить чудеса - они
не беззаботные файры! У них наверняка были записи, архивы! Где же все
это?
- Сгнило в дальних пещерах Форта и Бендена, - прервал своего мастера
Пьемур. - И мы нисколько не умнее... точно также гноим свои архивы.
- Древние не могли этого допустить! - настаивал арфист. - Взгляни на
их карты - они сохранились за тысячи Оборотов! Где же все остальное?
- Они сделали одну ошибку, - важно произнес Лайтол. - Теперь мы
знаем, что в Форте, на нижнем уровне, был когда-то ужасный пожар. Что
после него осталось? И нам известно, что эпидемии трижды чуть не
уничтожили все население... До записей ли было тогда? - он сделал
многозначительную паузу и покачал головой. - Нет, мы никогда не сможем
полностью узнать нашу историю. - Казалось, бывший всадник настолько же
смирился с этим, насколько сама мысль о подобной возможности была
нестерпимой для арфиста.
- Когда прекратится дождь, - сказал Пьемур, желая положить конец
спору, - я возьму нескольких землекопов и найду для вас эти пещеры.

* * *

На следующий день в тучах наметился просвет, и Пьемур послал Фарли в
Восточный Вейр за драконом, чтобы отправиться затем вместе с учителем
на плато. Прибыл молодой В'лайн, бронзовый всадник, и должным образом
переправил их к месту назначения. Когда они очутились над плато,
арфист попросил В'лайна, сделать несколько кругов перед посадкой;
часто воздушная разведка давала ключи к разгадке, выясняя детали,
незаметные при обычном осмотре местности. Робинтон и Пьемур тщательно
осматривали расстилавшуюся под ними равнину, не замечая отсутствия
огненных ящериц.
Но как только они, облетая территорию раскопок по широкому кругу,
оказались на северной стороне, здания под ними вдруг содрогнулись и
медленно, почти величественно, начали разваливаться. Затем из них в
панике выбежали люди.
- Кларинт говорит, что земля колеблется, - объявил В'лайн.
- Землетрясение? - Пьемур с тревогой всматривался вниз.
- Стоит ли приземляться? - спросил всадник.
- Почему бы и нет? - Робинтон оставался совершенно спокойным. -
Только сядем подальше от строений, чтобы на нас ничего не свалилось.
- Хмм... - с сомнением протянул В'лайн. Его дракон тревожно вертел
головой, пытаясь выбрать место понадежней. - Глядите внимательней...
Что, толчки еще продолжаются?
- Откуда нам знать, пока мы торчим наверху? - огрызнулся Пьемур. -
Скажи своему Кларинту, что арфист велел приземляться.
- Рад что ты так во мне уверен, - голос Робинтона выдавал его
колебания. - Ладно! Спустимся и поглядим, все ли там в порядке.
Остаток дня был потрачен на выяснение ущерба. На плато разрушения
были незначительные, за исключением двух - трех рухнувших зданий.
Самые сильные толчки были зафиксированы в заливе Монако и в Восточном
Вейре; в Прибрежном холде чувствовалась только слабая вибрация,
которую заметили лишь благодаря исчезновению файров.
На плато отправились мастера Никат и Фандарел, чтобы изучить новое
явление и выяснить, какие меры предосторожности следует предпринимать
в будущем. На севере землетрясения были исключительно редки, и никто
не знал, чего от них можно ожидать. Пьемуру казалось, что визит двух
мастеров на плато был бесполезной тратой их драгоценного времени, так
как толчки прокатились по всему югу.
- На самом деле предсказать их несложно, - поделился Пьемур во время
трапезы с девушкой, которая разносила суп и кла. - В следующий раз,
когда все огненные ящерицы одновременно исчезнут, можно ожидать
очередного толчка.
- Ты в этом уверен? - скептически спросила она.
- Конечно, - ответил Пьемур, смущенный прозвучавшим в ее голосе
сомнением. Потом он заметил насмешливый огонек в ее глазах. Эта
девушка появилась здесь недавно. Весьма привлекательная особа, с
копной вьющихся черных волос, серыми глазами и прелестным точеным
носиком. - Пьемур всегда обращал внимание на подобную деталь, ибо
сильно сокрушался по поводу собственной курносости. - Я провел на юге
десять Оборотов, и файры никогда не исчезали - и не было никаких
землетрясений.
- А я провела здесь десять дней, и нахожу, что землетрясения - очень
неприятная вещь, мой господин. Прости, я не узнаю цветов твоего холда,
- добавила она, разглядывая нашивки на тунике Пьемура.
Он подмигнул ей и с надменной важностью произнес:
- Прибрежный холд, моя леди! - Пьемур очень гордился тем, что был
одним из шести избранных, кому разрешалось носить такие цвета.
Его ответ вызвал именно ту реакцию, на которую он рассчитывал. Глаза
девушки округлились, и она воскликнула:
- Так ты - Пьемур, ученик мастера Робинтона? Мой дедушка часто
рассказывал о тебе! Я Джейнсис, из мастерской кузнецов в Телгаре.
Пьемур фыркнул.
- Не очень-то ты похожа на тех кузнецов, которых мне приходилось
встречать!
Она улыбнулась; на ее щеках появились ямочки - очень милые, решил
арфист.
- Об этом говорит и мой дедушка, - сказала девушка, прищелкнув
пальцами.
- И кто же такой твой дедушка? - послушно спросил Пьемур.
Ее глаза озорно сверкнули. Повернувшись со своим тяжелым подносом,
чтобы обслужить других, она бросила:
- Фандарел!
- Эй, Джейнсис, вернись! - Пьемур споткнулся и выплеснул суп себе на
колени.
- Друг мой, - возникший сзади Робинтон успел подхватить юношу под
руку и пресек его попытку броситься за Джейнсис. - Когда закончишь
есть... Эй, что с тобой?
- У Фандарела есть внучка?
Мастер арфистов прищурился а внимательно посмотрел на своего
ученика.
- Даже несколько, насколько мне известно. И четверо сыновей.
- Его внучка здесь!
- А, понимаю. Так вот, когда ты закончишь есть... Что же я хотел
сказать? - Арфист потер пальцами висок, сосредоточенно нахмурившись.
- Прости, мастер Робинтон.... - Пьемур искренне раскаивался. Он
знал, что учитель терпеть не мог все учащавшихся провалов в памяти;
целитель Олдайв объяснял, что они были естественным симптомом процесса
старения, но Пьемур считал подобные напоминания о смертности своего
мастера абсолютно нетактичными.
- Да! - воскликнул арфист, вспомнив. - Я хотел бы вернуться к себе.
Заир улетел вместе с другими бронзовыми в погоне за какой-то
королевой. И мне хватит волнений на сегодня, Не хочешь ли ты
сопроводить меня?
Пьемур не хотел, но пошел. У стариков свои капризы, подумал он с
кривой улыбкой.

* * *

На следующее утро огненные ящерицы принесли срочное сообщение для
Робинтона с плато от мастера Эсселина.
- Кажется, дожди и землетрясение привели к оседанию грунта, и в
результате открылся вход в те пещеры, - радостно сказал арфист. - Я
думаю, стоит попросить В'лайна, чтобы он забрал нас поскорее. -
Робинтон в предвкушении потер ладони.
Рано утром всегда внимательный Брейд заметил, что земля на краю
поселка опустилась и в ней зияет основательная трещина. Мастер Эсселин
собрал на месте происшествия группу рабочих, но никому не позволил
спускаться в пещеру, пока не прибыл Робинтон. Готовясь к решающему
штурму, мастер горняков проверил надежность краев трещины и нашел их
достаточно прочными. Были подготовлены светильники, затем на дно
пещеры опустили и прочно закрепили лестницы. Когда прибыл Робинтон,
Брейд и Эсселин, обливаясь потом, спорили о том, кто первым спустится
вниз. Горняк прикрывал лестницу собственным телом.
- Я отвечаю за работы на плато, - сказал арфист, отодвигая с дороги
обоих.
- Но я проворней тебя, мастер, - добавил Пьемур, - и потому пойду
первым. - Он ухватился за лестницу и спустился вниз по ступенькам так
быстро, что у Робинтона не было времени оспорить это утверждение.
Кто-то на веревках начал спускать фонари, чтобы осветить дорогу
первопроходцу. Не тратя ни минуты, мастер Робинтон стремительно
последовал вниз за своим учеником, потом полез Эсселин, за ним -
Брейд.
- Поразительно! - воскликнул арфист, когда Пьемур помог ему
разгрести землю там, где обрушился потолок. Казалось, что они
находятся в узком крыле здания. Юноша поднял фонарь над головой и
медленно осмотрелся.
В пределах светового круга фонарей все было завалено ящиками,
коробками, и какими-то предметами, завернутыми в прозрачную оболочку;
одни из них громоздились как попало, другие - большей частью - были
аккуратно расставлены вдоль стен пещеры. Над головой нависал сводчатый
потолок и казалось, что это камера была одним из нескольких
взаимосвязанных помещений. Четверо исследователей с удивлением
осматривались вокруг.
- Все эти сотни Оборотов они лежали здесь, ожидая, когда понадобятся
своим законным владельцам, - пробормотал арфист, почти благоговейно
дотрагиваясь пальцем до ящика. Он осторожно перешагнул через коробку,
пытаясь разглядеть что-то в тени. - Огромное хранилище изготовленных
древними предметов!
- Похоже, - они торопились, - отметил Брейд. - Видите, те ящики
стоят вдоль стен, а в середине полный беспорядок. А вот и выход! - Он
пару раз крепко стукнул по двери, не обнаружив никаких задвижек или
ручек, с помощью которых можно было бы ее открыть.
- Сапоги, - сказал Пьемур, выбрав одну пару и стряхивая пыль с
окутывавшего обувь прозрачного покрытия. Он попытался разорвать
пленку, но она не поддавалась. - Такой же материал, как тот, которым
покрыты карты. - Его тихий голос был полон благоговения. - Сапоги всех
размеров! Очень прочные! И не похожи на кожаные.
Мастер Робинтон стоял на коленях, пытаясь определить, как
открывается ящик, который выглядел прочно запечатанным.
- Что это такое? - спросил он, указывая на линии разной ширины и
расцветки, нанесенные в углу крышки.
- Не знаю, - ответил Пьемур, - но я умею открывать такие штуки. В
холде Райской Реки были очень похожие ящики. - Он ухватился за две
металлические защелки, расположенные по бокам, резко нажал на них, и
крышка освободилась.
- Листы! - донесся из другого угла пронзительный вопль Эсселина, и
из всех тоннелей ему откликнулось эхо. - Листы материала древних!
Мастер Робинтон, ты только взгляни! Целые листы!
Робинтон тем временем извлек из ящика плоскую прозрачную оболочку
шириной в две ладони, длиной в три и толщиной в два пальца.
- Рубашка?
- Вероятно, как раз подойдет мне, - сказал Пьемур, осветив
содержимое ящика фонарем; Потом он отошел в сторону в поисках
чего-нибудь менее прозаического.
Позже, когда первое возбуждение слегка улеглось, мастер Робинтон
предположил, что им следует сделать опись содержимого хранилища, внеся
туда хотя бы те предметы, которые легко идентифицировать. Он сказал,
что ничего не следует извлекать из защитных оболочек. Об открытии надо
срочно известить вождей Вейра Бенден, мастера кузнецов... и, возможно,
мастера ткачей, поскольку одежда была его специальностью.
- И Сибела, конечно, - добавил Пьемур.
- Да, да... И еще...
- Лорда Торика! - вставил Брейд, возмущенный необходимостью
напоминать об этом.
- О, это действительно великолепно! - воскликнул Робинтон. - Великое
открытие! Кто знает, как долго... - тут лицо его вытянулось.
- Да, может быть, они хранили здесь и копии архивов, - ободряюще
произнес Пьемур. Он взял своего мастера под руку и мягко подвел к
большому зеленому ящику. - Садись! Чтобы внимательно изучить все эти
богатства, понадобится немало времени.
- Я думаю, что нам лучше ничего не трогать, пока все не соберутся
здесь, - нервно сказал Брейд.
- Конечно, ты совершенно прав. Пусть они увидят все так, как увидели
мы, - согласился арфист.
Пьемур вскарабкался по лестнице и высунул голову наружу, растолкав
тех, кто пытался заглянуть вниз.
- Джейнсис! - позвал он, нетерпеливо оглядываясь. Толпа
расступилась, чтобы дать ей пройти. - Пожалуйста, принеси немного вина
или кла для мастера Робинтона.
Девушка кивнула и стремительно исчезла, вернувшись несколько
мгновений спустя с чьей-то походной фляжкой. Пьемур благодарно
улыбнулся ей и соскользнул вниз по лестнице, чтобы привести в чувство
старого арфиста.

* * *

- Что ты имеешь в виду? Денол присвоил себе целый остров?
- Да, лорд Торик, - с несчастным видом ответил капитан Гарм. - Он со
своей семьей переправился через пролив на остров и захватил его. Денол
говорит, что у тебя хватает земли для одного человека и что этот остров
будет его холдом, независимым и автономным.
- Независимым? Автономным?
Мастер Гарм уже имел случай заметить мастеру Идаролану, что лорд
Торик значительно смягчился за последние Обороты - с тех пор, как
достиг своей цели и обзавелся титулом. Очевидно, эти изменения не
простирались так далеко, чтобы заставить владетеля Южного смириться с
мятежом.
- Вот все, что я могу сказать насчет Денола, мой лорд. А те, кто
остался в холде Великого залива, представляют собой наиболее
беспомощную и ленивую толпу из всех, какие я когда-либо видел. - Гарм
не скрывал своего отвращения.
- Это. недопустимо! - горячо воскликнул Торик.
- Согласен, мой господин... Вот почему я сразу же приплыл сюда. Нет
никакого смысла оставлять припасы для этих бездельников. Я полагал,
что ты предпримешь соответствующие меры.
- Да, сделаю это, Гарм! А ты немедленно готовь свой корабль к
отплытию. - Торик прошествовал к великолепно разукрашенной карте своих
владений, которая занимала сейчас полностью одну из стен его кабинета.
- Как прикажешь, мой лорд - Гарм приподнял брови и поспешно вышел.
- Дорс! Рамала! Кевелен! - Зычный крик Торика эхом разнесся по
коридору за спиной мастера Гарма.
Дорс и Кевелен прибежали одновременно, обнаружив лорда холдера за
столом - он составлял письмо. Его ярость выплескивалась на лист
пергамента торопливыми каракулями.
- Этот неблагодарный Денол взбунтовался, переплыл Великий залив и
объявил мой остров своим владением! - рявкнул Торик. - Вот что
происходит, если раздавать земли всякому сброду, оборванцам и
подонкам! Я проинформирую вождей Бендена о том, что намерен
предпринять для защиты своих прав, И я ожидаю их содействия!
- Торик, - сказал Кевелен, - не можешь же ты потребовать, чтобы
всадники предприняли карательную акцию против людей...
- Нет-нет, конечно! Но этот Денол скоро почувствует, что ему
трудновато закрепиться на моем острове!
В комнату вошла Рамала.
- Только что прибыло сообщение с плато от Брейда, Торик.
- Сейчас у меня нет для этого времени, Рамала.
- Я думаю, что время лучше найти. Они открыли в пещерах хранилища
древних, заполненные...
- Рамала, - перебил жену Торик, раздраженно нахмурившись. - У меня
есть реальные проблемы. Этот мерзавец из Южного Болла занял мой остров
и намеревается сделать его своим. Вожди Вейра...
- Вожди Вейра будут на плато, Торик. Ты можешь совместить...
- А, так! Ну, я пошлю свой протест им прямо туда! - Торик стукнул
кулаком по столу. - Это важнее любых осколков, обломков и прочего
хлама, оставленного древними. Это вызов моему авторитету лорда Южного!
Нельзя допустить, чтобы такие вещи продолжались. - Он обернулся к
Дорсу. - Я хочу, чтобы все холостые мужчины были через час на борту у
капитана Гарма в полном вооружении - включая и те длинные копья,
которые мы используем против больших кошек. - Махнув Дорсу рукой, он
свернул в трубку два письма и вручил их Рамале. - Передай это с файром
Брейда. Кевелен, ты остаешься здесь, в Южном, чтобы приглядеть за
холдом. - Торик обнял своего брата и, подтолкнув его к выходу,
вернулся к изучению карты. Спорный остров гвоздем торчал в сини
Великого залива.
Никогда он не ожидал, что кто-то в его собственном холде, осмелится
бросить ему вызов. Да еще ничтожный, презренный выскочка-фермер! Ну,
он выковыряет его оттуда в два счета!

* * *

- Денол, ты говоришь? - воскликнул мастер арфистов. - Земледелец из
Южного Болла?
В голосе его было столько удовольствия, что Пешар, деловито
зарисовывавший пейзаж, в центре которого располагалось разрушенное
перекрытие пещеры, посмотрел на него с удивлением.
Брейд бросил на живописца раздраженный взгляд.
- Мои слова адресованы мастеру Робинтону, - надменно произнес он,
свободной рукой делая Пешару знак вернуться к своему занятию. Затем он
протянул арфисту письмо Торика.
- Да, для твоего лорда это неожиданный удар, будь уверен, - заметил
Пешар, игнорируя жест Брейда.
Арфист усмехнулся.
- Я не думаю, однако, что лорда Торика легко одолеть. Человек,
обладающий такой силой и находчивостью сумеет поправить свои дела. И
немногие рискнут противостоять ему.
- Да, - ответил Пешар задумчиво, - здесь ты прав. - Его руки
продолжали проворно летать над листом бумаги.
- Но, мастер Робинтон, - начал Брейд, вытирая пот, катившийся по его
вискам, - лорд Торик скоро будет тут. Он желает предъявить претензии
и...
- Только не в данный момент, когда происходят события исторической
важности, - Робинтон повернулся к Пьемуру, который слушал с большим
интересом - особенно когда заметил, что Брейд явно опечалился. - Вот и
наши друзья из Бендена, - добавил арфист, указывая на небо. - Я думаю,
что им тоже стоит ознакомиться с посланием Торика. - Он выдернул
второй свиток из руки Брейда раньше, чем тот успел раскрыть рот. Затем
Робинтон направился через хорошо утоптанную посадочную площадку, чтобы
приветствовать Ф'лара и Лессу.
Вниз опустили еще несколько лестниц и добавили светильников, чтобы
облегчить гостям осмотр пещеры. Там уже находилось несколько человек,
и арфист с новоприбывшими присоединился к ним.
Именно в этот момент Пьемур заметил спускавшуюся вниз Джейнсис.
- Привет, - сказал он. - Ну, теперь тебе не убежать! Хочешь, чтобы я
отправился с тобой куда-нибудь? - Он помог ей слезть с последней
ступеньки.
- Я здесь с заданием, - усмехнулась девушка. Она открыла сумку,
показав ему стопу пергаментов и письменные принадлежности. - Надо
измерить и зарисовать коридоры, пока вы не потерялись в этом
лабиринте. - Джейнсис протянула молодому арфисту длинную линейку. -
Можешь взять это и помочь мне.
Работать Пьемур совсем не жаждал, но еще меньше хотелось ему
расстаться с девушкой.
- Дверь вот здесь, сзади, - сказал он. - Я думаю, она будет хорошим
ориентиром. - Он подхватил Джейнсис под локоть и повел вдоль неровной
стены.
Прилежно занимаясь измерениями, она время от времени заглядывала в
ящики, проверяя их содержимое.
- В основном, тут вещи, в которых они не испытывали большой
необходимости, - отметила Джейнсис, рассматривая покрытые налетом
суповые черпаки. Они рассыпались у девушки в руках, и она отпрыгнула
назад.
- Сапоги нужны всегда! - ответил Пьемур. - И обувь отлично
сохранилась! Так, я измерил это помещение - двадцать шагов на
пятнадцать. - Они уже отошли на изрядное расстояние от первого зала,
миновав несколько шедших друг за другом камер. Стены некоторых носили
следы обработки - им явно придали квадратную форму.
- Как им удавалось проходить сквозь твердую скалу - будто ножом
сквозь масло? - спросила Джейнсис, касаясь пальцами сводчатого
перекрытия.
- Ты ведь из рода кузнецов. Вот и объясни мне.
Она засмеялась.
- Даже дед этого не знает.
- Ты ведь на самом деле не работаешь у наковальни? - выпалил в конце
концов Пьемур, не в силах сдержаться. Она не выглядела хрупкой, на и
могучих мускулов, как у большинства мужчин-кузнецов, не замечалось.
- Мне хватало более тонкой работы, - рассеянно ответила девушка,
сосредоточившись на измерении свода. Она продиктовала ему несколько
цифр. - Кузнечное ремесло - это много больше, чем обработка железа или
стекла. Я знаю основные принципы, но никто не заставлял меня махать
молотом... - Она подняла к нему головку, и вместе с улыбкой возникли
ямочки на щеках, - Вот ты - ты владеешь всеми инструментами, на
которых играют арфисты?
- Я знаю основные принципы, - смеясь, ответил Пьемур и поднял
светильник, заглядывая в следующее помещение. - Ну, что у нас тут?
- Мебель? - Джейнсис добавила к его светильнику свой, и темные тени
очертили ярко освещенные гладкие металлические ножки. - Стулья и
столы... и все из металла или того странного материала, который они
так часто использовали. - Ее руки ловко пробежали вниз по ножкам